Говорим с исследователем современного искусства, автором книги «Портрет короля» Демиеном Милкинзом
Непонимание обывателем современного искусства стало мемом еще в конце 2000-х. Подробное исследование вопроса с опорой на множество источников, с анализом и аргументами, изложенное в книге «Портрет короля» встретишь не часто. Тема вызывает бурные дискуссии и настолько отозвалась у наших читателей, что книга привлекла широкое внимание и попала в рекомендательный «Список литературы» Rideró.
Демиен Милкинз¹ в силу обстоятельств оказался внутри системы современного искусства, но не был инкорпорирован в эту систему и ценностей ее не разделял. Корни его искренней и увлекательной штудии лежат в праведном негодовании и недоумении, которое испытывают многие, посещая галереи современного искусства.
Выпытываем у автора алгоритм определения шедевров, говорим с ним о его творческой «кухне» и выясняем, зачем ему в книге столько QR-кодов.
В этой книге практически нет никаких скрытых посланий. Все, что я хотел сказать читателю, я постарался выразить прямо и честно. Другими словами, здесь нет места никакой постмодернистской зауми, сплошной честный метамодерн.
Главной аудиторией книги – по крайней мере, мне лично этого очень хочется – должны стать молодые люди, мечтающие посвятить свою жизнь изобразительному искусству. Для них мой текст мог бы стать если не поворотным моментом творческой судьбы, то, по крайней мере, неким маяком в бурных и темных водах современного искусства.
Персонам, всерьез подумывающим о собственной коллекции предметов изобразительного искусства, эта книга, возможно, поможет адекватно оценить стоимость приглянувшегося арт-объекта.
Вот, например, Лучо Фонтана рисовал что-то невнятное практически всю свою жизнь, и никому эта мазня не нужна была. А потом вдруг взял да и разрезал холст лезвием, после чего вдруг выяснилось, что он очень востребованный современный художник.
А по-хорошему людям нужно понимать не только современное, но и вообще искусство. Хотя бы для того, чтобы не чувствовать себя идиотом, стоя перед очередной инсталляцией, рассыпанной по полу или приклеенной к стене арт-галереи.
Собственно, книга и посвящена поиску ответа на этот вопрос. Я не хочу даже вкратце раскрывать эту «непостижимую» тайну в рамках интервью – зачем тогда кому-либо читать само произведение? Скажу только, что ответ этот найден.
Критерии, по которым можно безошибочно отличить произведение искусства от объекта, таковым не являющегося, сформулированы в «Портрете короля», научно обоснованы и проверены на практике.
А читателю или слушателю (аудиоверсия книги выложена на сайте Rideró) лишь остается прочитать эту книгу. Тогда можно раз и навсегда избавиться от чувства собственной культурной неполноценности, которое многие из нас испытывают во время посещения выставок современного искусства.
Например, вы заходите в лондонскую галерею Tate Modern и видите, что на белой стене висит огромный истошно-жёлтый неравнобедренный треугольник, одна сторона которого вогнута внутрь. Рядом две таблички. На одной название произведения и посвящённое этой работе высказывание автора. На другой несколько абзацев текста, объясняющего, что, собственно, мы перед собой видим.
Весь иллюстративный материал, использованный в «Портрете», несет вполне классическое иллюстративное назначение. В книге и так слишком много новых понятий, гипотез и определений для того, чтобы добавлять еще и какие-то зашифрованные. Так что выбор формата иллюстраций обусловлен исключительно прагматическими соображениями.
Читая современные книги по истории искусства, я столкнулся с рядом неудобств, которые в своем издании постарался обойти с помощью QR-кодов. Во-первых, чтобы иллюстрация классической картины выглядела презентабельно, печатать ее нужно на очень качественной бумаге, что сильно удорожает печатную книгу. Обычно эту проблему частично обходят, вставляя в черно-белое издание несколько блоков с цветными иллюстрациями. Это неудобно: читателю приходиться постоянно выискивать в цветном блоке ту картину, о которой он в данный момент читает.
Какой бы качественной ни была печать, вы не сможете разглядеть на картинке размером 10 на 10 сантиметров все детали полутораметрового подлинника. Все эти проблемы снимаются при использовании QR-иллюстраций. Помимо этого, QR-коды позволяют читателю мгновенно переходить на нужные веб-страницы.
Кроме того, QR иллюстрации снимают еще одну головную боль издателя, а именно – авторское право. Если бы я захотел напечатать все изображения, которыми изобилует «Портрет короля», я мало того, что остался бы без штанов, но на одни только согласования со всеми возможными правообладателями потратил бы годы. А так мы публикуем гиперссылку, ведущую непосредственно на сайт правообладателя или на официальное public domain изображение, и наш читатель рассматривает картину не на странице книги, а на экране собственного устройства. При этом в превосходном качестве, и не нарушая чьих-либо прав.
Формат видеоиллюстраций также расширяет возможности повествователя. Вместо того, чтобы пространно расписывать содержимое нужного видеофрагмента, его можно просто показать. Видеоссылок в книге совсем немного. Кажется, всего три, и из них только одна собственного производства. Но в будущем я планирую использовать видеопрезентацию гораздо шире.
Дело не в методе, а скорее в принципе работы моего мозга: он как правило, не утруждает себя объяснениями, каким именно образом пришел к тому или иному умозаключению. Вместо этого он выдает конечный результат своего внутреннего труда сразу в завершенном и цельном виде.
У меня не было ни плана, ни даже каких-то отдельных, ясно осознаваемых идей, из которых впоследствии могла бы возникнуть связная теория искусства, которой в конечном итоге стал текст «Портрета короля».
Столкнувшись с миром современного искусства, я понял, что здесь есть какая-то непостижимая загадка. У меня за плечами два высших гуманитарных образования и более чем двадцатилетний опыт работы в области визуальных искусств. Но ничто в этом моем опыте не дает сколько-нибудь вразумительного ответа на один главный вопрос:
Что за лютая хрень здесь, черт побери, происходит?
Приблизительно на полтора года я с головой ушел в изучение предмета и перечитал, пересмотрел и переслушал огромное количество лекций ведущих специалистов в тех областях, которые хоть в малейшей степени касаются заданной темы. Это были как материалы непосредственно по истории искусства и культурологии, так и книги, фильмы и лекции по общей истории, антропологии, социологии, психологии, археологии, физиологии, палеогенетике и множеству других дисциплин.
И вот в какой-то момент неосознаваемая часть моего Я «сказала» осознанной части: «Ну все! Мне достаточно информации для того, чтобы начать писать». После чего я сел за компьютер и в течение следующих шести месяцев записывал текст книги от первой до последней строки. Я не писал кусками, впоследствии меняя их местами, не изобретал связок между отдельными фактами и получившимися на их основании выводами, не строил преднамеренно какую-то целостную структуру. Это больше походило на то, как ребенок, подложив под тетрадный лист монетку, заштриховывает бумагу карандашом, получая таким образом красивый оттиск ее «орла» или «решки».
Писать книгу, во многом основанную на личном опыте – дело не простое. Особенно, если ты не какая-то знаменитость, а в принципе, мало кому знакомая персона.
В моей биографии не отыскать шокирующих физических или психических травм, которые я мог бы выставить напоказ. Поэтому мой жизненный путь интересен не тем, что какие-то события произошли именно со мной, а тем, что эти события имеют собственную информационную ценность для читателя книги.
Отдельная неприятность – писать книгу, затрагивающую интересы (в том числе и финансовые) значительного количества профессионалов. Я имею в виду представителей мира современного искусства. Отчасти именно поэтому на обложке не мое собственное имя, а псевдоним. Честно сказать, поначалу я даже пытался писать, либо полностью обходя собственный жизненный опыт, либо маскируя его под рассказы о неких «друзьях и знакомых», но быстро понял, что из этого ничего хорошего не получается. В конце концов, именно те довольно поучительные жизненные ситуации, в которых мне довелось побывать, а также знакомство с фантастическими людьми и сделали меня человеком, способным написать подобную книгу.
Авангард и современное искусство роднит склонность их авторов к многословным заумным описаниям своих произведений, не прочтя которые вы не можете рассчитывать не только на правильное, но и вообще на какое-либо понимание заложенных в них смыслов.
Единственная аудитория, кому эта книга не рекомендуется к прочтению — это профессионалы от искусства. Автор использует чуждую им, обывательскую систему координат, хотя всё-таки пытается найти общее для всех основание:
«Я ученик Паолы Дмитриевны Волковой². Однако вы не найдете в книге ни следа ее, если можно так выразиться, «учения». Мало того, многие выдвигаемые мной тезисы и предположения прямо противоречат ее гипотезам.
Между тем, главное из того, чему она нас учила, в книге все же присутствует. А именно, ничем не ограниченное право самостоятельно думающего творческого человека на собственную интерпретацию общеизвестных фактов человеческой истории, без привязки к каким-либо авторитетам».
1) Демиен Милкинз — псевдоним автора, который имеет большой опыт работы в сфере визуального искусства и участвовал в масштабных проектах.
2) Советский и российский документалист, историк культуры.
В 2019 году Байба Стурите опубликовала на Rideró книгу «Кармический код судьбы», которая стала бестселлером и вошла в десятку самых популярных книг года. В том же году она заключила контракт ... Читать далее
Литературный критик Иван Родионов рассказывает о романе «Гомункул» Аиды Павловой. Новая книга финалистки «Лицея-2017» Аиды Павловой – высокая и трагическая пародия на вневременную золушкину литературу во всех её проявлениях. Пародия ... Читать далее
Филолог и книжный гид Мария Хмара рассказывает о книге Максима Новоселова «Дароград. Тысяча причин остаться». Неотъемлемая характеристика любого хорошего фэнтези — привлекающий внимание мир, в котором всё загадочное, невообразимое и ... Читать далее
О книге Михаила Касоева рассказывает литературный критик Иван Родионов. Сборник рассказов и повестей Михаила Касоева при прочтении оставляет послевкусие сложноуловимое. «Небо ближе к крышам» – это такая причудливая эклектика, каким-то ... Читать далее