От автора
У Иоганна Себастьяна Баха — любимого нами с Еленой Геннадьевной композитора — есть одно произведение, которое называется «Музыкальное приношение». Это название объединяет несколько пьес, написанных на тему, которая была предложена Баху во время его поездки к сыну прусским королём Фридрихом II. Король умел не только играть на флейте, но и сочинять музыку, и произведение И. С. Баха, конечно же, не могло быть посвящено никому другому, кроме как Его Королевскому Величеству.
Моя книга появилась на свет благодаря этой удивительной истории. Это моё «приношение» давней коллеге, отмечающей в этом году свой юбилей, с которой нас связывает не только почти полувековая дружба и совместные выступления на концертах наших учащихся. Елена Геннадьевна была ещё и преподавателем по классу фортепиано моего племянника Данечки, который учился одновременно и у меня, своей «тёти Скрипки», и у неё.
Она была первым благодарным слушателем моих стихотворений (я ещё обижалась, что она только хвалила их, а мне так хотелось выслушать какие-нибудь «критические замечания», чтобы ещё поработать над строчками и, возможно, даже улучшить их). Стихи же именно о ней появились только после её отъезда к сыну, когда понадобилась её непосредственная и необходимейшая помощь подрастающим внучкам.
Мне захотелось включить в эту книгу также и отрывки из книги «Ты Мой Родной», которую я написала о моём дорогом племяннике, с описанием уроков Елены Геннадьевны с Даней, на которых мне посчастливилось присутствовать, его впечатлений от общения с преподавателем, инструментом и музыкой.
Надо же было такому случится, что моя семья (и я вместе с ней) при смене места жительства оказалась с ней в одном доме! Учились мы в одном музыкальном училище, но на разных курсах, и посещали вместе только один предмет, в котором объединили их и наш курс. Она ещё удивлялась и недоумевала, с какого же этажа всё лето неслись и наполняли двор звуки скрипичного концерта Моцарта и Этюдов Мазаса и Крейцера!
В этом дворе выросла и сама Лена, и её сын, и любимые внучки, которые делали по нему свои первые шаги. Отсюда и фотографии-иллюстрации в книге — именно нашего дома, нашего двора: с любимым красавцем-клёном и белоствольной берёзкой у песочницы, становящейся с каждым годом всё выше и стройнее…
Так что главная тема моего «произведения» — Елена Геннадьевна, именно она — тема каждого раздела и каждого стихотворения… А сама книга — это моё «приношение», посвящение ей — дорогому для меня человеку, коллеге, отдавшей более 4-х десятков лет преподавательской работе в детской музыкальной школе города Иваново — Пресняковой Елене Геннадьевне, моему ЗЕМНОМУ АНГЕЛУ, всегда спешащему на помощь!
Почти «Каприччио на отъезд…»*
Леночке Пресняковой
Я не могу тебя не отпустить:
Семьи нет ценности важнее!
Поплачу… Как тут не грустить?
Слезинка благостным елеем
Смягчит утраты скорбной след!
Ты рядом, в сердце…
Скажешь, нет?
Но даже если б континент (!)
Вдруг оказался между нами,
Вот телефон, — и абонент
Проявится вслед за гудками…
И ниточка натянется опять
Меж мною и тобой
всенепременно!
И возродится в сердце благодать,
И память вспыхнет
светом незабвенным
Твоим!
Твоим,
твоим…
Твоим… Твоим… … ……
Я не могу…
тебя…
не отпустить…
______________________________________________________________
*И. С. Бах «Каприччио на отъезд возлюбленного брата»
Величальная
(Лене на юбилей)
«Что в имени тебе моём?»
А. С. Пушкин
Как хорошо звучит «Геннадьевна Елена»
С тех первых, предучительских шагов,
С педпрактики!..
Оттуда, несомненно,
Пришла к тебе любовь учеников.
«Отечество», «отчизна» и «отец» –
Слова нам самые-пресамые родные!
«Геннадьевна» — отеческий венец
Заботы, гордости
с рожденья и доныне.
А внучки (обе!) сладостное «Га!» —
Любви прорыв — несли тебе навстречу.
Они — чрез сына — продолжение тебя,
Хоть и не знают…
Но ещё «не вечер»!
Есть много способов
любимого назвать
И дорогого сердцу человека,
Но… «Леночка!..» —
окликнет мать…
И всё вокруг зальёт
небесным Светом…
Истоки: «откуда есть пошла…» моя мысль
(Эссе)
Любовь матери — это подарок Судьбы. Воистину счастлив человек, получивший в дар эту любовь и благодарно-бережно её хранящий. Материнская любовь ведёт нас вперёд, даёт силы жить, оберегает и вдохновляет на каждом этапе нашего пути.
С какой теплотой и нежностью выбирает, а потом и произносит мать имя своего ребёнка!
Слушающий да услышит: златозвончатый «бубенец во рту», коленца-переливы голосистого соловья: — Леночка!..
Не забыть — не избыть! — той деликатной мягкости голоса, в которую вложены вся её любовь и сердечность при обращении к своему милому и очень дорогому дитя: — Леночка!..
«Что в имени тебе моём?» — Всё!
Ведь Леночка для неё — всё!
А для нас… остаётся невозможность существования без этого сладостного воспоминания о том, как называла нас — звала! — наша мама.
Без него не прожить, не пробыть. Без которого нас — нет. Без которого мы — уже не мы, а как бы наше (не дай, Бог, наше!) некое существование, которому надо непременно докуда-нибудь дойти, если уж дано идти.
Ассоциация: «Тоска по родине — давно (вроде бы… — М.Х.) разоблачённая морока» — известные стихи М. Цветаевой, написанные в эмиграции.
И действительно, не всё ли равно где, в какой стране (или стороне) брести с кошёлкой с базара мимо совсем незнакомых, чужих (чуждых!.. — М.Х.) людей, которым до нас — никакого дела, в дом, не знающий, что он сейчас, хотя бы на какое-то, даже совсем малое, время — наш!
«Но если по дороге — куст встаёт, особенно — рябина…»
А дальше уже невозможно что-либо произнести, невозможно продолжить… Из-за спазмов в горле.
Да и как же не рябина, если:
«Красною кистью
Рябина зажглась.
Падали листья,
Я родилась.
Спорили сотни
Колоколов.
День был субботний:
Иоанн Богослов.
Мне и доныне
Хочется грызть
Жаркой рябины
Горькую кисть.» (М. Цветаева)
«Но если по дороге — куст..,
особенно — рябина…»
И если: — Леночка!.. — окликнет мать…
То слёз не удержать,
а хлынут, так лавиной…
Мы — что нам дорого! —
не можем оставлять…
Какие бы люди с самыми дорогими именами не окружали нас (а некоторым мы придумывали и давали имена сами — нашим-то детям…), как бы не привыкли к тому, как обращаются к нам, воспринимая эти слова-наименования как должное и разумеющееся, но как вспомнит душа: — Леночка!.. — и светлый образ, раздвигая года и десятилетия, опять с нами. С его лаской, любовью, заботой и нежностью, который не исчезнет НИКОГДА, потому что самый дорогой человек ждёт, помнит о нас и непременно встретит нас у порога Вечности.
Мама, она и сейчас здесь, она всегда с нами. Она есть, она — рядом.
И она –счастье!
В благоговении весь мир замрёт вместе с тобой:
«– Леночка!..»
Дивный небесный Свет зальёт всё вокруг возрождённой души:
«– Леночка!..»
Тихо заплачет Небо, тронутое этой необыкновенной, огромной нежностью. И ты поймешь, что нежность и любовь матери — это нежность и любовь Неба, нежность и любовь к тебе — великого и любящего Творца.
Stabat Mater dolorosa… Стоит Мать скорбящая…
Vidit suum dulcem natum… Видит своё милое дитя…
Ob amorem Filii… Возлюбленного Сына…
Moriendo desolatum… Умирающим…
Stabat Mater dolorosa… Да будут все матери всех времён и народов — счастливы своими детьми! Да будут дети счастливы своими матерями!
Стоит Мать скорбящая, благословляя всех…
Посвящённые строки
(из книги «Ты Мой Родной»)
Лет с шести мы начали с Даней дома играть на детских гусельках, петь небольшие веселые песенки, танцевать под фортепиано, а в 7 лет мы пошли учиться к Елене Геннадьевне в музыкальную школу.
Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.