Ridero

Время года — зима

Роман


автор книги

ISBN 978-5-4483-2419-2

О книге

Это роман о взрослении и о сложностях переходного периода. Это история о влюбленности девушки-подростка в человека старше нее. Все мы были детьми, и все мы однажды повзрослели. И не всегда этот переход из детства во взрослую жизнь происходит гладко. Порою, поддержку и любовь можно найти в самых неожиданных местах, например, на приеме у гинеколога.

О книге

Об авторе

Екатерина Кармазина

Екатерина КАРМАЗИНА — писатель, киносценарист, психоаналитик, филолог, переводчик турецкого языка. Автор романа «ИДЕАЛИСТ» и «ВРЕМЯ ГОДА — ЗИМА».

www.facebook.com/vremya.goda.zima/
Anna Kryzhanovskaya

Интересно, жизненно, увлекает, а местами удивляет и даже шокирует.

Екатерина Кармазина

Рецензия на книгу Екатерины Кармазиной «Время года - зима» "В поисках ответа на свои вопросы подросток из дому перемещается на улицу. Только эта улица – у каждого своя, и куда она приведет, знает только Бог. Подросток подростку рознь." Посетить подворотни обычного русского города и познакомиться с их обитателями, некоторые из которых попали туда случайно, ненадолго, но с далеко идущими последствиями, приглашает своих читателей Екатерина Кармазина на страницах книги "Время года - зима". Мы помним тот трудный этап своей жизни, когда все казалось утрирован-ным и гипертрофированным, когда каждый день приходилось бороться с собой, с другими, с целым миром в поисках своего места под солнцем. Напряжение было так велико, растерянность сводила с ума. Для кого-то подростковый период запомнился ярким, светлым пятном, а для кого-то превратился в эдакую эпопею трудностей и неудач, драм и проблем, по-пасть в которые можно было, как говорится лишь "по молодости да по глу-пости". "Это состояние сравнимо с тем, когда человек приходит в себя по-сле сильного опьянения или наркотического дурмана. Вдруг начинаешь за-мечать все вокруг и пребываешь в полном недоумении от того, где все это было раньше, почему вместо этого яркого, удивительного и такого много-гранного мира был серый и изолированный мирок. Как будто все это время ты сидел в прозрачном, герметичном резервуаре. В нем только ты, все остальное вне тебя." Написав свою книгу, Екатерина Кармазина хотела предостеречь подростков от ошибок, поднять эту тему в разговоре с их родителями, научить, как избегать глупостей и делать все правильно. Но также автор решила наглядно продемонстрировать на примере своей героини, классической благополучной девчонки из хорошей семьи интеллигентов, оказавшейся в плохой компании и, как следствие, в плохой ситуации, что иногда сквозь тернии лежит путь к звездам. Иногда можно встретить доброту там, где не ожидаешь. Иногда, чтобы встать на правильный путь и найти свое призвание, нужно оказаться в самом низу, узнать боль, унижение и страх. Тома, будучи читающим ребенком, до определенной степени идеалистом, натурой творческой и увлекающейся, хотела жить в прекрасном мире: "Мир творчества был для Томы однозначно привлекателен. Под чьим-нибудь чет-ким руководством она с удовольствием занялась бы и резьбой по дереву, и рисованием, но никто ею не руководил. У Анны было своих дел по горло. А родители занимались наукой и не имели ничего общего с творческим началом. Оставалась литература. Здесь Томе никто не был нужен. Читала она много и с удовольствием. Но читать произведения, задаваемые в школе, ей мешало слово «надо». Одно дело читать просто для своего удовольствия, и совсем иное – по программе, для оценки. Это ей было не по душе". Его она видела на страницах книг, к нему стремилась в своей реальности. Но вскоре стало ясно, что мир реальный и мир воображаемый отделены друг от друга бездонной пропастью. "Одним миром для нее был дом и книги. Вторым - школа и улица. И это были два полюса. То, что она видела в семье и о чем читала в книгах, никак не совпадало с тем, с чем она сталкивалась вне дома! " Осталось только приспосабливаться к занудным учителям, постоянным оценкам, мелким школьным унижениям, взрослым, ведущим себя либо педантично и занудно, либо, подобно подросткам-нигилистам, нарушающим все мыслимые и немыслимые правила, и спрашивать себя: "Где все эти званые балы и маскарады, творческие миры художников и музыкантов, учителя и наставники, которые обучают, а не оценивают, ученые и философы, мудрецы и старцы, где же все это?" Не трудно догадаться, что примерно такой же внутренний конфликт проходят практически все девочки и мальчики на неком изломе между детством с его мечтами и зрелостью с ее принятием обстоятельств как некой данности. А пока молодые люди копаются в себе и стараются по новой провести черту между "хорошо" и "плохо", окружающие, уже сделавшие выбор, рвут их на части, пытаются утянуть за собой и, увы, чаще всего не к облакам, а на самое дно. Вот и Тома, сталкиваясь с подростками сплошь курящими и употребляющими алкоголь, тискающими друг друга в подъездах, бегающими за водкой и сигаретами для родителей, стремящимися быть в центре сомнительного и часто опасного внимания или даже бравирующими преступлениями, совершенными мамами и папами, постепенно теряет ориентиры и, не в силах противиться влиянию и давлению социума, попадает в непростую ситуацию. "Накануне своего шестнадцатилетия, в пятницу, девочка объявила маме, что беременна. На самом деле, так это или нет, она наверняка не знала. Уже целую неделю неприятные ощущения и нехорошие мысли не давали ей покоя, отвлекая от дел житейских. В силу своей чрезмерной стеснительности она ни с кем не могла об этом говорить. Единственным человеком, которого она посвящала во все свои дела и тайны, была мама. Ей она рассказывала все. " Впрочем, беременность, слишком банально. Екатерина Кармазина решила не заходить так далеко и не уподобляться множеству писателей, которые говорят о молодых мамах, этических нормах, аморальности абортов или трудностях раннего материнства. Она пошла по другому пути. Ведь основ-ная линия в ее книге - становление личности и поиск себя, а вовсе не клас-сическая драма. Поэтому и Тома сталкивается вовсе не с беременностью, как предполагала сначала, а с бедой более тривиальной и простой по своей сути, но возможно, даже еще более унизительной: "Беременности нет точно. С чего вы вообще взяли? Она еще девочка. А вот венерическое заболевание есть." Рисуя своих героев, Екатерина Кармазина словно противопоставляет черное и белое. Тому, которая не утратила иллюзий и хочет чего-то светлого и чистого: "Ни своих одноклассников, ни Диму, с которым оказалась в бассейне, ни парней со двора, ни Сеню она не любила той любовью, которая предусмотрена природой между мужчиной и женщиной. И только отношения с Валентином ее по-настоящему волновали. Сексом они не занимались. Он к ней не приставал. Не лез целоваться. Они много и о многом говорили. Его внутренний мир ее поглотил". И общество, стремящееся низвергнуть ее в пропасть, растлить, обидеть и оскорбить в самых лучших чувствах: "Антон встал из-за стола и, приглашая следовать за ним, протянул руку. Они шли в противоположную от той, куда отправилась Галя с Вячеславом, сторону. Держа ее за руку, он приблизился к Томе на довольно близкое расстояние. До этого ее личное пространство не нарушалось. Она попробовала отстраниться, но Антон крепко сжал ее руку и шепотом сообщил, что им нужно познакомиться ближе. Она не успела опомниться, как оказалась заперта с ним в ванной комнате. Он прижал ее к стене и пытался целовать. Тамара сжала губы и старалась высвободиться. Его напор не ослабевал. Он вспотел, прерывисто дышал и что-то неразборчиво шептал на ухо. Она снова попыталась его оттолкнуть. Но он крепко ее держал, в то же время казалось, что его руки были везде. Он судорожно рыскал ими по телу девушки. Ее сопротивление только усиливало его активность. Он твердил, что не сделает ей ничего плохого. Это он выговаривал разборчиво. Его движения были ритмичны, он прижимался все плотнее и плотнее. Вдруг совершенно внезапно его пыл угас, дрожь прошла, напор ослаб. Он отстранился." И это происходит снова и снова, снова и снова, потому что выхода вроде как и нет. Потому что, чтобы начать противиться, подвести черту и начать сначала, нужно окрепнуть духом и просто уйти, навсегда стерев, как ластиком карандашную запись, эту грязь, в которую оказалась втянута против собственного желания, вопреки убеждениям и представлениям о правильном. И пока это-го не произойдет, пока не удастся изменить саму себя, придется опять и опять проходить через унижения: "А когда зашла в комнату, совершенно нагой парень двинулся прямо на нее. Это было настолько неожиданно, что Тома и рта не успела открыть, как оказалась на диване. Тело Саши пылало, об него можно было обжечься. Действия его были быстрыми, а движения ловкими. Не успела Тома опомниться, как лишилась важного элемента своей одежды. Тогда она попыталась сбросить с себя это раскаленное тело. Ни-чего не вышло. Продолжая оставаться на ней, он начал клянчить, как ребенок: «Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…»!" В такой период, в такой ситуации важно найти духовного наставника. И чаще всего, им не оказывается кто-то из близких. Родители слишком заняты и предвзяты. Учителя, как правило, равнодушны и инертны. Друзья сами живут той жизнью, от которой хочется сбежать. А найти новых невозможно, пока не будет поставлена точка и закрыта дверь. Лучиком света, который Екатерина Кармазина внесла в повествование, стала доктор Нина Дмитриевна. Под ее чутким руководством героиня меняется и по-настоящему взрослеет. Она понимает, чем хочется заниматься и видит свет в конце туннеля, в котором по чужой вине и собственной слабости оказалась так внезапно и, казалось бы, безнадежно: "Тома не знала, кем хочет стать. Она об этом не думала. Но когда на уроке профориентации нужно было дать ответ, она, не раздумывая, произнесла: «Врачом». Такова была ее заявка, набросок, траектория пути, посыл, намерение, которое для нее самой стало полной неожиданностью." Но каждому ли суждено попасть под такое вот трепетное, нежное руководство и обрести себя, отыграть назад свою душу у самой судьбу и спастись? К сожалению, ответ очевиден. А потому писательница призывает взрослых быть чуть более проницательными, мягкими, понимающими.

Yuliya Kuchma

Роман для родителей подростков

Будет интересна родителям подростков это точно. Можно узнать, о чем молчат ваши дети. В книге очень хорошо описана психология девушки подростка в пубертатный период. Отношение к учебе, отношение к друзьям, уличные тусовки и почему они становятся неинтересными, отношения с молодыми людьми и первые поцелуи. Что в этот период творится в голове у ребёнка, который уже как бы и не ребёнок вовсе. История о любви и доброте, о профессионализме и доверии, о враче с большой буквы, перевернувшем сознание взрослого ребёнка.

Благодарности

Елена ОТЮЦКАЯ, спасибо тебе за поддержку!
Благодарность этому юниту выражает автор

Рассказать друзьям

Ваши друзья поделятся этой книгой в соцсетях,
потому что им не трудно и вам приятно