Ridero

Книга создана при помощи издательской системы Ridero
Издай свою книгу бесплатно прямо сейчас!

978-5-4474-2046-8

В лабиринтах свободы

Купить электронную Купить печатную

НунЭ Аразян

автор книги

О книге

Книга «В лабиринтах свободы» представляет собой последовательно развертывающуюся дневниковую запись, стремящуюся восстанавливать ускользающее право считать себя демиургом создаваемого с помощью этой записи мира. Речь идет о Боге, а также о его незаметном роковом отсутствии там, откуда мы его привычно извлекаем. Молодая писательница идет по следам Августина, Руссо и Сартра, используя в качестве доказательной базы как собственный мучительный опыт, так и зашифрованные письма Набокова и Кафки.

Об авторе

Лабиринт НунЭ. В поисках языка

Захватывает прежде всего называние книги: «В лабиринтах свободы» и форма оглавления, разбивающая наше перемещение в тексте на означенные повороты, задающая минимальные ориентиры. Лабиринт –один из ключевых архетипов культуры, место ритуала и инициации, погружения вглубь веков, в толщу культурной памяти, которая гораздо старше памяти персональной, и , как следствие, обретение сакрального языка. На существование особого подземного языка, «арго», указывает Виктор Гюго в романах «Собор Парижской Богоматери» и «Отверженные». Царство «арго» –знаменитый «двор чудес»-- подземный лабиринт Парижа, населенный отверженными буржуазным городом прямых линий, соединяющих цели деловых людей. Бальзак в романе «Блеск и нищета куртизанок» также обращает внимание на «арго»: «Нет языка более крепкого, более красочного, нежели язык этого подземного мира, копошащегося, с той поры как возникли империи и столицы, в подвалах и вертепах, в третьем трюме общества [… ]. Каждое слово этого языка – образ, грубый, замысловатый или жуткий». Арго – не язык повседневного общения, он расположен в самых недрах памяти. « Арго кишит словами такого рода, словами стихийными, стоящими особняком, варварскими, иногда отвратительными, но обладающими странной силой выразительности и живыми» (Гюго). Подземный язык не описывает, он –действует, захватывает и превращает. Это протоязык, в котором за словом стоит не другое слово, а непосредственно дело. Другое измерение лабиринта задано распадением письма на текст и рисунки НунЭ. Острие пера движется по бумаге, смещаясь к рисованию. Эти наброски ракурсов лабиринта и движения героев, создающих его измерения, записывают моторику тела, создавая диаграмму движения Нунэ внутри чужой памяти – текстов Кафки и Набокова, то есть, памяти культуры. Каждый шаг НунЭ в лабиринте –это вписывание в гигантский текст культуры. В письме НунЭ наррация переливается в невременные пространственные структуры, история -- в топографию. Взявшись читать, мы, вдруг, обнаруживаем себя, перебирающими карты и наброски давно исчезнувших территорий. Рисунки Нунэ –вовсе не иллюстрации к тексту, они – не удвоение, а ответвление письма, уходящего в свою косвенную, не доминирующую функцию – рисовать. Рисунок возникает там, где письмо превращается в штрих, начертание, залом, след памяти. Не описывает, а создает мир из интервалов и сочленений, вычерчиваемых пером. Перефразируя Оскара Уайда, мы бы сказали: « Это лучше чем правда—это хорошо начертано». И в этом свобода, того, кто спускается в лабиринт , не довольствуясь плоской сеткой означающих, упакованных в электронные справочники. В его руках обоюдоострый топорик лабрис, которым прокладывают путь в лабиринте, и каждый удар которого оставляет симметричные следы (раны) и в том , кто идет и на пути, который он пробивает. Впечатляет новизна попытки автора соединить рисунок и текст как два в равной мере важных и поддерживающих друг-друга метода исследования такого фундаментального архетипа культуры как лабиринт. Веселова С.Б. философ, арт-критик, исследует проблемы городов в европейской культуре и информационной сети, член международной ассоциации историков искусства AICA

Рассказать друзьям

Ваши друзья поделятся этой книгой в соцсетях,
потому что им не трудно и вам приятно