электронная
Бесплатно
печатная A5
346
16+
Скульптор жизни

Бесплатный фрагмент - Скульптор жизни


4.6
Объем:
214 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4493-3260-8
электронная
Бесплатно
печатная A5
от 346
Купить по «цене читателя»

Скачать бесплатно:

Посвящается

МАРИИ БЕРЕЗОВСКОЙ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ИЗВИЛИНЫ

Глава I

Прозвенел третий звонок. Зрители заняли места согласно купленным билетам. Свет потух. Раздались набирающие силу аплодисменты. С фальшивой улыбкой на сцену выплыла ведущая в вечернем платье, удивительно сочетающимся с занавесом. Её появление озадачило и удивило зрителей, с нетерпением ожидавших спектакля, но аплодисменты не прекратились и затихли лишь тогда, когда свет полностью потух, а зелёный свет прожекторов украсил образ ведущей.

— Добрый вечер, дорогие друзья, любители театрального искусства, — со сладкой улыбкой начала она, — Сегодня, в этот прекрасный вечер, коллектив Лимского областного театра драмы закрывает сезон 2017–2018 года, бессмертным произведением Николая Васильевича Гоголя «Ревизор». Но перед этим…

Одновременно с началом зажигательной речи в левой стороне занавеса пробежала полоска света, и сильно скучающие зрители увидели, как в 14 ложу бельэтажа вошёл областной прокурор, советник юстиции, Михаил Александрович Божесов в сопровождении молодой девушки. Разбирающиеся в жизни областных «слуг народа и закона» люди не были удивлены спутницей прокурора, который, будучи молодым, харизматичным и умным человеком, питал некую слабость к женскому полу, кстати, взаимную.

Молодые люди заняли свои места. Михаил Александрович продолжил разговор:

— Так что у нас здесь весело! Даже театр имеется, и довольно хороший.

— Мы не опоздали?

— Нисколько, — ответил прокурор. — Ещё только официальная часть…

— … Но перед началом спектакля пройдёт короткая церемония поздравления и награждения — громче остальной речи продолжала ведущая. — Слово предоставляется губернатору Лимской области, Игорю Сергеевичу Наклеватько.

— Я же говорил, — посмотрел на спутницу Михаил Александрович. — У нас хороший губернатор… Мы с ним учились в одной школе… Он закончил на три года раньше меня. И теперь жизнь нас свела в родном городе, обреченных на лучшую работу в мире! Правда Игорь сильно поменялся… причем как внешне, так и внутренне.

— Власть людей меняет.

— Виной всему сидячая работа! Из-за неё он потерял много здоровья, но приобрёл много чего другого… С людьми его профессии такое часто случается, — ответил Михаил, почувствовав свою любимую тему нерабочих разговоров. — Посмотри на соседние ложи. Напротив нас сидит председатель областного суда Виктор Иванович с супругой, в 12 ложе сидят начальник управления полиции области Петр Дмитриевич и начальник службы безопасности Лев Антонович — все мои друзья и при этом, в некотором роде, конкуренты.

— А кто по левой стороне? — с большей заинтересованностью спросила спутница.

— Это гражданские чиновники, достойные, пожалуй, не меньшего уважения.

— И все они любят театр?

— Как сказать, — пожал плечами прокурор. — Их вкусы специфичны… К тому же, через две недели выборы в областную думу!

— Когда было иначе… — заметила спутница со скучающим видом. — А кто это рядом с губернатором? — тут же оживилась она, указав на грациозную девушку в черном коктейльном платье, проследовавшей с Игорем Сергеевичем в директорскую ложу.

— Не знаю. Я раньше её никогда не видел, — озадаченно ответил Михаил.

— Жена?

— Боже упаси! Если бы у него была такая жена, я бы знал об этом все подробности.

— Так кто же это?

— Представления не имею! Узнаю завтра…

Тут зал наполнился облегченными аплодисментами. Ведущая покинула сцену. Занавес распахнулся.

Глава II

Надо сказать, девушка привлекла внимание многих, слушающих скучные речи в театре, да что уж говорить, некоторые смотрели на неё и во время спектакля! Сам прокурор решил забыть о планах на свою спутницу и уехал домой один, гонимый странными мыслями…

Незнакомка появилась в городе совершенно недавно, обустроившись в лучшей гостинице, откуда и должна была заниматься порученной ей работой. Звали её Мари Берне. Странное имя для человека, приехавшего в город, находящийся в десяти часах пути от Москвы, но не нам её за это судить.

***

Мари вышла из своего номера в десять часов утра, предварительно заказав такси на целый день, и уже мчалась в центр города, когда её машину совершенно неожиданно остановил сотрудник ДПС в сопровождении человека в штатском.

— Предъявите документы, — другим голосом, нежели тем, которым обычно произносят эту фразу, потребовал инспектор.

— Пожалуйста, — неловко улыбаясь и предвкушая что-то страшное, ответил водитель и протянул книжечку с документами.

— Лицензия есть?

— Пожалуйста, — повторил все свои прежние действия водитель.

— Та-а-а-ак, — протянул инспектор, невнимательно пробежав глазами по документам. — Что насчёт аптечки?

— В багажнике…

— Откройте.

— Извините, что я прерываю вашу милую беседу! — вмешалась Мари. — Вижу, вы друг в друге заинтересованы, но какое отношение к этому имею я?

— Хотите узнать? — ядовито спросил инспектор, но тут же был одёрнут человеком в штатском.

— Девушка, думаю, мы здесь надолго… Если вы торопитесь, мы сейчас поймаем вам любую машину!

— Буду признательна.

Через минуту к месту остановки Лады-Калины с табличкой «TAXI», подъехала скромная, черная машина «BMW».

— Добрый день, старший лейтенант полиции Василий Карпов, — представился водителю «BMW» «штатский», и продолжил с тщетно скрываемой весёлостью. — Можно попросить Вас довезти эту девушку до центра?

— Конечно, товарищ старший лейтенант, — мягко и непринужденно ответил водитель и вышел из машины, чтобы галантно помочь своей новой спутнице, с готовностью севший в автомобиль.


Через минуту «BMW» мчалось как можно дальше от поста ДПС.

— Давайте знакомиться? — с улыбкой предложил водитель.

— Вам это надо? — холодно ответила Мари.

— Думаю, мы с вами ещё встретимся, — не обратив никакого внимания на тон Мари, ответил водитель. — Так лучше познакомиться пораньше.

— Давайте начнём с вас, — заинтересовавшись тоном водителя, предложила Мари.

— Ну, если вы настаиваете, — с теми же интонациями продолжил водитель. — Михаил Александрович Божесов, прокурор области, советник юстиции.

— Мари Берне, — холоднокровно ответила она.

— Странное имя для нашей страны, а тем более провинции.

— Да неужели?! — иронично спросила Мари.

— Псевдоним?

— Разумеется.

— И настоящего не скажите?

— Никогда.

— Ваше право, — просто ответил прокурор.

Недолго ехали молча, пока не встали в традиционную для города, утреннюю пробку.

— А что вы забыли в нашей глубинке? — как ни в чем не бывало спросил Михаил.

— Я вроде бы не на допросе, — хитро прищурившись, ответила Мари.

— По-моему, мы можем спокойно поговорить, пока стоим в пробке, — всё еще с улыбкой продолжил прокурор. — Но не советую вам шутить с возможностями моей профессии.

— Мне кажется, что и здесь мы встретились не случайно.

— Когда кажется креститься надо.

— Но я этого не делаю, — начав улыбаться сама, ответила Мари.

— И правильно, — многозначительно наклонив голову, сказал Михаил, и они посмотрели друг другу в глаза, хищно сверкнувшие.

Минут пять посидели в тишине.

— Неужели вы не можете воспользоваться мигалкой? — спросила Мари.

— Зачем? Мне кажется, мы можем воспользоваться пробкой и поговорить о городе.

— То есть, вы можете уехать отсюда, когда пожелаете?

— Сейчас я хочу поговорить с вами, — настойчиво ответил Михаил Александрович.

— Ладно… Тогда говорите что-нибудь о Лимске, чем он примечателен?

— Такой же, как все: машины ездят, чиновники живут, дети учатся, люди — выживают, едят, спят.

— А вы, как я вижу, больше живёте, чем выживаете?

— Ваша наблюдательность поразительна, Мари.

— И вы обыкновенный прокурор?

— Хм… не совсем. Во-первых, я областной прокурор! Во-вторых, я центр всей правоохранительной системы области. Фактически, именно я творю правосудие и поддерживаю порядок здесь.

— Прямо всемогущий!

— Вы мне льстите! Просто я грамотно балансирую в этой неустойчивой среде. К тому же, имею массу полезных знакомств…

— Не пытайтесь казаться Воландом, у вас не получается, вы слишком прямолинейный.

— Кто-то считает меня довольно милым, — сделав вид, что не заметил аналогию с Булгаковским героем, высказался прокурор.

— Не понимаю этих людей.

— Я могу начать обижаться, — встрепенулся Михаил.

Мари проигнорировала его слова, играя со слабостями прокурора. Чтобы раздразнить его ещё больше, Мари решила вообще ничего не говорить до конца поездки. Это принесло самый неожиданный эффект…

Глава III

Михаил и Мари расстались в центре города. Прокурор поехал в здание областной администрации, а Мари скрылась в неизвестном направлении.

Припарковав машину, Михаил Александрович поднялся в кабинет губернатора.

— Людмила, добрый день, — поздоровался прокурор с секретарём областного главы.

— Добрый день, Михаил Александрович.

— Свободен? — спросил посетитель, указав на дверь кабинета.

Людмила утвердительно кивнула.

Прокурор вошёл в кабинет без стука, тяжело распахнув дверь.

— Здравствуйте, Игорь Сергеевич, — голосом одного русского режиссёра, чья фамилия созвучна с именем прокурора, протянул Михаил. — Доброе утро.

— Скоро уже обедать, а ты только у меня появился, не говоря уже о прокуратуре, — не отрываясь от каких-то бумаг проворчал губернатор.

— Да вы, батенька, не в настроении?

— А сам подумай, какое у меня может быть настроение, когда к нам, из Москвы, да ещё и перед выборами, якобы случайно, «заехал» полпред! А ещё друзья «подарили» мне визит представительницы «BoffCorporation», и с ней я должен возиться ради семимиллиардных инвестиций в регион! Просто разрываюсь!

— А-а-а, — с улыбкой протянул Михаил, коварно добавив, — Мари Берне.

— Ты откуда её знаешь? — удивленно спросил Игорь, оторвавшись от документов.

— Случайно познакомились. Сейчас её до центра подвозил.

— Слушай, Миша, у меня прекрасная идея!

— Ну хоть когда-то эту чудную голову посетила светлая мысль, — наиграно сказал Михаил, плюхнувшись на диван.

— Ну, не язви, что за мода?

— Да ладно… не злись… Какая идея?

— Миш, можешь представить нашу область в выгодном свете для Мари и корпорации?

— С удовольствием, Мари достойна того, чтобы…

Вдохновляющие слова прокурора прервал неожиданный телефонный звонок.

— Пардон, ваше высокоблагородие, по основной работе, — встав с дивана сказал Михаил. — Алло… И вам не хворать… Какое? Убийство? Так… Передайте Загороднему… Мне это не интересно… Чао…

— Какое убийство? — обеспокоено спросил губернатор.

— Обычное дело. В Дмитриевском районе. Бритвой по горлу и всё.

— И это перед выборами?

— Не надо паники, Игорь, это обычная «бытовуха», её быстро раскроют. И вряд ли выборы как–то пострадают от подобного.

— Ты всё–таки лично проследи за этим и, не дай Бог, подобными делами. Это важно.

— Хорошо. Тогда сейчас и поеду, до встречи, — с этими словами прокурор покинул кабинет губернатора.

— Не забудь о Мари! — крикнул вслед губернатор, возможно, поздно…

Глава IV

Михаил Александрович быстро доехал до Дмитриевского района, теперь ничто не мешало воспользоваться ему мигалкой.

Подъезжая к деревянному одноэтажному дому на улице Смирной, прокурор заметил небольшую группу людей, очевидно ближайших соседей, две ведомственные машины и форд капитана следственного комитета Загороднего. Машина областного прокурора была легко опознана полицейскими, стоящими в оцеплении, тем более что такая в области была только у губернатора и архиерея.

Михаил вышел из машины навстречу ожидающему капитана.

— Добрый день, — протянул прокурору руку следователь.

— Для кого как… — ответил Михаил.

Два блюстителя закона направились во двор дома.

— И что случилось? — равнодушным тоном спросил Михаил.

— Девушке по горлу полоснули каким–то странным ножом. Часа полтора назад.

— Почему странным?

— Он был кривой.

— И что в этом такого? — спросил прокурор.

— Такие не используются в быту.

— Это на что–то влияет? — цинично спросил прокурор.

— Да нет, — неуверенно протянул следователь.

— Пойдёмте посмотрим на место.

Следователь и прокурор пошли в сторону ветхого сарайчика, где орудовал судебный эксперт.

Зрелище было не самым приятным. На соломе, в углу, на спине лежала девушка с залитой кровью грудью и лицом.

— Сколько ей лет? — спросил прокурор.

— Василиса Владимировна Комаринова, 19 лет, студентка нашего журфака, — не отрываясь от каких–то действий, ответил эксперт.

— Как убита? — ещё раз спросил Михаил.

— Вот этим ножом, — сказал эксперт, показывая кривой нож с резной рукояткой. — Любопытно, что нож в неё метнули.

— Но ведь это не каждому под силу? — поинтересовался следователь.

— Разумеется! С таким эффектом это мог сделать только специально обученный человек: военный, спортсмен, самурай…

— Запомнил? — спросил прокурор у следователя.

Тот кивнул.

— Пойдём поговорим, — отозвал Михаил следователя. — Мне губернатор сегодня сказал, чтобы все дела раскрывались быстро и общественность не беспокоилась. Сам понимаешь почему… Я знаю, ты следователь честный, насколько возможно, и поэтому я разрешу тебе продолжить расследование, но потенциального подозреваемого найди мне к вечеру. Понял?

— Это будет нелегко, — грустно проговорил следователь.

— Наша работа вообще нелегкая.

В это время с улицы послышался шум и во двор вбежал растрёпанный молодой человек, за ним вбежал один полицейский, а за забором послышался звук подъехавшей машины. Капитан двинулся навстречу вбежавшему и быстрым движением сбил его с ног. Подоспевший полицейский поднял его и собрался увести со двора…

— Кто вы? — любезно спросил прокурор у молодого человека, остановив движением руки полицейского.

— Дима я, — тяжело дыша ответил молодой человек.

— А что вы тут забыли? — спросил Михаил, показав полицейскому отпустить парня.

— Это жених убитой, — пояснил полицейский.

— Ага… — протянул прокурор, многозначительно покосившись на следователя. — А что за машина подъехала? — спросил Михаил у полицейского.

— Это журналисты.

— С вашего позволения, Дмитрий, я покину вас на попечение моего коллеги.

— Конечно, товарищ подполковник, — ответил обрадованным голосом (насколько это возможно в подобной ситуации) Дима.

Михаил Александрович вышел за ворота, а следователь, посмотрев на Диму, сказал:

— Он не подполковник, он советник юстиции…

Дима виновато пожал плечами.

***

Михаил Александрович, выйдя к журналистам, заметил, что толпа стала немного больше. Он направился в сторону фургона регионального телевидения и узнал в корреспонденте Оксану Васильеву, свою давнюю «больше чем подругу».

— Здравствуйте, Оксаночка, — нагло поздоровался Михаил.

— Добрый день, Михаил Александрович, — холодно ответила журналистка. — Пётр, начинай съемку.

— Ну и ладно, — пожал плечами прокурор.

— Михаил Александрович, расскажите о происшествии.

— Убита молодая девушка. В своём доме. Полиция считает, что причина убийства носила бытовой характер. Следственный комитет уже приступил к работе, причин сомневаться в положительном итоге следствия нет, — говорил прокурор в камеру.

— Петя, камеру на ворота! — крикнула журналистка.

Михаил Александрович повернулся посмотреть на ворота, из которых полицейский выводил Дмитрия… Прокурор оценил быструю реакция капитана.

Глава V

Вечером того же дня, в кабинет Михаила Александровича пришёл Загородний.

— Добрый вечер, товарищ подполковник, — поздоровался следователь с улыбкой.

— Плохая шутка, — сердито сказал Михаил.

— А шутник здесь.

— Ты его привёз? Зачем? Мы же всё обсудили.

— Я его немного допросил. И оказывается, что он умеет метать ножи. Научился в армии. А вот алиби–то и нет!

— Думаешь, что это он?

— Скорее всего.

— А мотив?

— Девушка была беременна. Я подозреваю, что не от него. Наверное, он тоже об этом узнал, произошла ссора и… и всё.

— Почему «наверное»?

— Он не признался, именно поэтому я привёз его сюда.

— Ты хочешь, чтобы я его допросил? — смеясь, спросил Михаил Александрович.

— Был бы не против.

Прокурор встал из–за стола и вместе со следователем пошёл в комнату для допросов, куда уже привели Диму.

— И снова здравствуйте, — слащаво поздоровался прокурор.

— Ну, слава Богу, — воскликнул Дима. — Вас-то я и ждал!

— Неожиданно, — удивился Михаил.

— Да, да. Вы ведь понимаете, что я бы не убил её, — тараторил Дима, — не убил… У нас должен был быть ребёнок. Мы собирались пожениться. И…

— Я понимаю, Дмитрий, — прервал прокурор. — Вы были шокированы, в состоянии аффекта… Но убийство есть убийство. Мы будем настаивать на смягчении приговора, но вот суд… Суд может не понять, у него своё мнение… Вы же понимаете… — лживо говорил прокурор, внутренне подсмеиваясь над обвиняемым.

— Стоп, стоп, стоп! Вы тоже думаете, что я её убил? Это ведь невозможно! Как…

— Думаю, не стоит отпираться, Дмитрий. Мы все знаем, что убили вы. Верно, товарищ капитан?

— Конечно, господин прокурор. Все улики следствия указывают на Дмитрия…

— Но ведь это какой–то бред! — отчаянно крикнул Дмитрий.

— Вы думаете, что это бред? Хотите я расскажу, как всё было?

— Делайте всё что хотите.

— Прекрасно! Не нервничайте, Дмитрий… Всё можно исправить… Чуть–чуть, но исправить… Итак, вчера вечером вы сидели со своим другом, назовём его «Виктором», в баре на улице Суворова. Вы всегда так делаете перед ночной сменой. От него, мы не знаем в каком контексте, но узнали, что ваша будущая жена беременна не от вас. Всю свою смену вы были расстроены и уже готовы были простить, но придя домой, часов в девять, вы в жестких выражениях поговорили со своей невестой… В один момент чаша терпения переполнилась, и ваша благоверная выбежала во двор, но вы, вскипев, ведь вы импульсивная личность, выбежали за ней с криками и метнули, уверен, что в порыве ярости и гнева, без всяких дурных мыслей, но метнули нож… О ужас, она убита! Вы, опять в порыве, убегаете с места преступления. И возвращаетесь прямо нам в лапы! А теперь внимание, попали нам в лапы с чистосердечным признанием. Поняли?

Дмитрий молча сидел с подавленным видом.

— Оставлю вас с бумагой и ручкой. Надеюсь, что вы опишите всё ещё подробнее. Хорошо?

Дмитрий молчал.

— Хорошо, — сам ответил Михаил. — Пойдемте, товарищ капитан.

Прокурор и следователь вышли из комнаты допроса, оставив Дмитрия наедине с бумагой и пригласив конвойного.

— Михаил Александрович, — почему–то по отчеству обратился следователь. — Вы ведь угадали с ночной сменой.

— Да? — равнодушно спросил прокурор. — Я не удивлён… Хотите узнать о вашей ночной смене, товарищ следователь?

Загородний заинтересованно кивнул, но немного поморщился.

— Я сейчас поеду домой, где буду спать. А вот вы будете искать «Виктора» и дальше прорабатывать версию произошедшего, для суда я слишком слабо всё придумал! Хотя и достаточно интересная получилась импровизация...

— А в суде вы обвинять будете? — унылым голосом спросил следователь.

— Нет. Мне дело не интересно, передай его Димскому или Вилкову.

— Хорошо. Спокойной ночи, Михаил Александрович.

— Продуктивной ночи.

Божесов и Загородний пожали друг другу руки и направились в разные стороны.

***

Михаил прошёл на парковку областной прокуратуры, завёл свою машину и мягко вывел её на опустевшие улицы города. За десять минут прокурор доехал до охраняемого жилого комплекса, в котором занимал скромную четырёхкомнатную квартиру с гостиной, библиотекой-кабинетом, двумя спальнями, ванной комнатой, кухней и террасой.

Не успел Михаил устроиться на уютном диване в гостиной, как ему позвонили.

— Слушаю?

— Здравствуйте, Михаил, это Мари.

— Добрый вечер... Чем обязан? — с унылым видом, о котором не могла догадаться Мари, но оживлённым голосом спросил прокурор.

— Игорь Сергеевич передал мне ваш номер и сказал, что вы мне подробно расскажете о городе. И желательно с лучшей стороны.

— К сожалению, вспомнил об этом…

— Почему «к сожалению»? Вы что, не рады моему звонку? — игриво спросила Мари.

— Можно предположить, что вы ждали это мгновение всю жизнь.

— Не всю, но всё же… С радостью с вами встречусь. Когда вам удобно?

— А давайте прямо сейчас, — рискнул предложить Михаил в надежде на отказ, ибо душевная усталость от дневных событий требовала отдыха.

— Где? — неожиданно легко спросила Мари.

— В одном прекрасном ресторане на улице Советской, ресторане «Golden appetite», 16 дом.

— Ждите меня. Через полчаса буду, — и повесила трубку.

***

Михаил немного постоял, потом надел на себя лёгкий летний костюм. На всякий случай осмотрел квартиру и, с появившейся лукавой улыбкой, покинул помещение.

— Не дали отдохнуть и осмыслить ситуацию — хотя бы развлекусь!

Глава VI

Ресторан «Golden appetite» по достоинству был лучшим в городе. В нём отдыхала после тяжелого дня «аристократия». Классическая европейская кухня, аутентичный зал и живая музыка могли успокоить измученную душу, подарить наслаждение и заставить забыть обо всём…

Именно там через полчаса, как и было запланировано, встретились областной прокурор и представительница «BoffCorporation».

После короткого изучения меню были заказаны стейк из форели, филе индейки, ягодный десерт и белое полусладкое вино.

— Ну, Михаил, давайте поговорим, — предложила Мари.

— Давайте, для начала, перейдём на ты, так будет проще.

— Как скажешь, — ответила Мари, сделав ударение на последнем слоге.

— Можно поинтересоваться, что ты тут делаешь? — спросил Михаил Александрович.

— Игорь не мог тебе не рассказать. Компания, в которой я работаю, хочет проинвестировать в ваш регион достаточно солидную сумму. Но нужно взвесить все «за» и «против».

— А чем занимается компания?

— Неужели не слышал? — удивлённо спросила Мари.

Михаил пожал плечами.

— В основном информационными технологиями, но также не гнушается электроэнергией, газодобычей, нефтепереработкой, строительством, машиностроением, фармацевтикой… В общем, многопрофильная деятельность.

— А в нашем регионе чем планирует заниматься компания?

— В принципе, планируется захват газового и нефтяного рынка в области, но я здесь для того, чтобы рассмотреть и другие предложения.

— Хочу сказать, что не считаю себя компетентным в подобных сферах. Но рискну рекомендовать заняться строительством или машиностроением. Это, хотя бы, актуально в регионе… В нашей области готовят профильных специалистов, а против новых рабочих мест никто не будет ничего иметь!

— Я обдумаю эти предложения, — улыбнулась Мари. — Сообщу начальству, и, разумеется, осмотрюсь сама… Но я думаю у нас будет много времени, чтобы поговорить о деле, поэтому предлагаю воспользоваться случаем и немного поболтать.

— Следующего раза может не быть… У меня предвидится много работы в связи с выборами. О делах надо поговорить сейчас.

— Всё же я надеюсь, что у нас будет время… Просто Игорь отзывался о тебе, как о своеобразном городском философе. Вот я и хотела поговорить о чём–нибудь…

— Например? — спросил Михаил Александрович, поддавшись лести.

— О религии.

— Серьёзно? — очень удивившись такому предложению, спросил прокурор.

— Почему бы и нет? — ответила Мари, глядя прямо в глаза.

— Вряд ли я могу считаться философом… Но, раз уж ты предложила… Знаешь, Мари, мне трудно назвать себя религиозным. Но в Бога я верю! Вообще, я считаю, что отрицать существование чего–то выше нас — глупо. Возможно, люди приписали слишком большие способности Богу, но лучше верить, чем нет. В конечном итоге я ничего не потеряю.

— Почему не потеряешь? — с интересом спросила Мари.

— Когда я умру, то: либо я исчезну вообще, либо появлюсь перед высшим судом. В первом случае, от жизни по церковным правилам я получу лишь добрую память современников, а во втором от праведной жизни перед высшим судом я предстану каким–никаким, но праведником.

— Любопытно.

— Скорее логично. Продолжим дальше, — сказал Михаил, всё больше оживляясь. — Сейчас люди, судящие о религии, в своём большинстве, не имеют о ней ни малейшего представления.

— Почему же?

— Потому что эти люди, когда–то хотели «войти» в религию, но были повёрнуты обратно…

— А из–за чего? — уже действительно заинтересовавшись спросила Мари.

— Всего лишь из–за бабулек (конечно же я утрирую), считающих себя святыми, и поучающими всех людей, которые в первый раз посетили церковь. При этом бабульки сами мало чего знают.

— Но от чего такие выводы? Сам же говорил, что не веришь…

— У меня был случай, — продолжил прокурор. — Однажды в церкви, когда я ходил туда с народом, было очень душно и жарко. И одному маленькому мальчику стало плохо. Сопровождающая бабушка начала лихорадочно его крестить. Я же предложил вывести его на воздух. И знаешь, не все те люди, с которыми мне приходилось работать, смотрели на меня таким взглядом, как эта бабулька и её «единомышленники». Потом я рассказал эту историю митрополиту, и он, расстроено, согласился с тем, что люди плохо ориентируются в некоторых вопросах, придавая им слишком большую значимость.

— А как же церковные поборы? — ввернула Мари.

— Ну, во–первых, это встречается не во всех религиях. А во–вторых, по отношению к Русской Церкви подобные аргументы стали уже стереотипными! Конечно, может быть и попадаются такие священники, но, в своем подавляющем большинстве, прихожан никто не обирает. Они сами платят за услуги, оказываемые церковью. С другой стороны, есть услуги, заходящие за рамки разумного, но скорее всего это происходит от отсутствия истинного духовного воспитания как у священников, так и у тех, кто просит оказывать такие услуги. Конечно же, сравнивая внешние показатели, можно смело сказать, что церкви очень богаты, а митрополиты и патриархи одеваются очень роскошно! Но в этом есть доля традиций, изменённых и подогнанных под вкусы настоящих управляющих… Но не стоит забывать и о мистическом значении религии…

— Тем не менее, как замечала я, к религии относятся с каким–то отвращением.

— Ты видела когда–нибудь, в русскоговорящих странах, атеиста, который бы уважал религии? Нет таких! Мне не встречались! Все атеисты, в подавляющем большинстве, кричат на каждом углу, что религия уничтожает личность, убивает свободу, или обирает народ. И приводят множество аргументов. Как раз о церковных поборах и даже о крещении. Они считают, что нельзя крестить детей в младенческом возрасте, что это убивает их права на самоопределение. Но кто мешает этим детям отказаться от веры позже? Тем более, что религия сама говорит о самоопределении. Поэтому все слова подобного рода — это демагогия. Кстати, атеисты тоже не едины. Атеизм нельзя назвать религией, ибо атеист протестует против доминирующей в своей стране религии. Конечно, у церкви есть проблемы с духовным воспитанием своих прихожан, в отсутствие наглядных и понятных пособий. А у общества есть проблема с резким негативным настроем против церкви. К слову, подобное отношение нарушает права человека, за которые сейчас все так воюют. Но, безусловно, Церкви нужны реформы, но и людей стоит перевоспитывать.

— Даже не знаю, что тебе сказать. Ты меня очень удивил такими наблюдениями.

— Давай просто выпьем за всепоглощающую силу здравого смысла и за мировое понимание.

— Давай.

Вино было выпито. Ужин съеден. Голова разгружена. Михаил и Мари ещё немного посидели. Поболтали об окружающих людях. Попросили счет на двоих. Расплатились. И уехали из ресторана на машине прокурора.

Глава VII

Утром, после совместного завтрака, Михаил подвёз Мари до центра, а сам уже в половину девятого был в своём рабочем кабинете.

Два часа он работал с различными документами и уже собирался поехать к губернатору, чтобы рассказать о гарантированных инвестициях. Но в дверь постучали, и вошёл Загородний, выглядящий достаточно озабоченно, но Михаил Александрович списал это на рабочую ночь.

— Доброе утро, — поздоровался прокурор. — Как ночь? Дело готово для передачи в суд?

— Да, — кивнул следователь.

— Дмитрий сознался?

— Всё сделано, но…

— Что?

— Ещё одно убийство.

— И что? — скептически спросил прокурор.

— Таким же способом и таким же ножом.

— Где? — заинтересованным голосом спросил Михаил.

— В университетском общежитии.

— Ещё одна студентка?

— Нет. Парень. Аспирант юридического.

— Когда?

— Часов в девять.

— Ну, расследуй, что могу сказать…

— Да, да… — как–то неуверенно сказал следователь

Загородний уже собирался уходить, но видимо переборол себя, спросил:

— А как насчёт Дмитрия?

— А что с ним не так?

— Ну, я думаю, он не виновен в первом убийстве…

— То есть, думаешь, что убийства совершены одним человеком?

— Скорее всего.

— Был на месте?

— Сейчас собирался.

— Вот и съезди, и уже потом делай выводы. А Дмитрий подписал?

— Да.

— Тогда он виновен, — откинулся в кресле Михаил.

— Угу… — грустно ответил Загородний.

— Ладно, монах, поехали вместе. Там разберёмся, — сказал прокурор, настороженный резкой переменой мнения своего следователя.

***

Ехали каждый на своей машине. Через шесть минут добрались до общежития — каменного здания, помнящего Сталина.

Прокурор и следователь прошли на третий этаж, в одну из комнат, залитую кровью лежавшего там молодого человека, рядом с которым крутился судебный эксперт.

— А он кто такой? — спросил Михаил, осмотрев комнату скучающим взглядом.

— Сергей Николаевич Моринов, 27 лет, аспирант юридического факультета. Убит так же, как и та девушка.

— Ясно, — сказал Михаил и прошёлся по комнате, осмотрев её беглым взглядом. — А кто нам так быстро сообщает об убийствах?

— Какой–то аноним, — непринужденно ответил следователь.

— Видимо, с этого не стоило начинать! — укоризненно посмотрел на следователя прокурор.

— А как же насчёт общественности? — ехидно спросил следователь.

— Скажите, что Моринов и был истинным отцом ребёнка, мать которого убил Дмитрий.

— Но Дмитрий не мог этого сделать. Убийство произошло в 9 часов!

— А я и не говорил о том, что Моринова убил Дмитрий. Вы, товарищ капитан, продолжайте расследовать убийство аспиранта, а виновник первого убийства, по–прежнему, внимание, капитан, — сознавшийся Дмитрий.

— Но…

— И не забудьте определить анонима. Понятно?

— Да…

— Всего хорошего. Докладывайте мне, — задумчиво произнёс прокурор.

***

Михаил вышел из общежития и поехал в администрацию. Через десять минут он был в кабинете губернатора и, расположившись на диване, рассказывал во всех подробностях, как провёл вечер, как провёл ночь, и сообщил о том, что регион точно получит инвестиции, а также выразил готовность помогать в подобных проектах сколько угодно — ему только в радость.

Но когда речь зашла об убийстве, которое заставило Михаила Александровича покинуть кабинет губернатора вчера, прокурор начал осторожничать, но всё–таки рассказал о любопытных совпадениях, умолчав личность подозреваемого и оправданность подозрений.

— Следи за этими делами и принимай меры. Не нужны нам убийства перед выборами.

— Ты уже говорил об этом…

— Я повторю ещё раз.

— Не надо, — улыбнулся Михаил.

— Ну и хорошо. Я сейчас поеду провожать полпреда, с ним вроде бы всё обошлось. Поэтому я предлагаю заняться своими делами, хорошо?

— В отличие от некоторых губернаторов, прибегающих к магии гостеприимства, я всегда хорошо и вовремя делаю свою работу, к которой никто не подкопается… И поэтому я лучше поеду домой поспать после… ну ты понял.

— Ради Бога, делай всё что угодно.

— Прекрасно!

***

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
Бесплатно
печатная A5
от 346
Купить по «цене читателя»

Скачать бесплатно: