Бесплатный фрагмент - Сборник стихов о жизни, любви и судьбе молодого человека 21 века

***

Хотите фокус? — Ваше счастье исчезло!

Не рвите голос — не пробьёте железа.

Под лай собак у нас потеплело,

Но внутри колотун, кругом Горгоны, Сирены…

На расколенных правдой пружинах вечности

Догорит моя к тебе бесконечная…

Ты кидаешь в меня оскалы,

Разбиваешь меня о скалы,

Во взгляде ртуть, милое солнце,

Но твой ветер слишком теплый, чтобы меня продуть.

Разрубаешь меня на куски — топор дровосека,

Похищаешь мою молодость — ограбление века.

Казалось обрызгал подъем стопы, но было уже по пояс,

Примерил твою рубашку — Дарл Стэндинг,

Попал в твою крысоловку — Альварес Торрес.

И как Реал Мадрид без Гути,

Я- Мартин Иден, но без Руфи,

Вечер меня найдёт,

И заиграет пламя,

Боль никуда не уйдёт,

Уйдет за раз весь камень.

Прости, мам, но я в хлам,

Во мне умер аниматор, но не пацан.

Мои планы — залить раны,

Забыть даму, скурить шрамы.

И я не робот из вагона метро,

Я не смогу без неё — кричало нутро.

Мне жизнь, как граффити — не строю графики,

Но жизнь — не комиксы — вокруг все коммерсы.

И жизнь — река — нелепо текла.

Она далеко, как в океане причал,

Мне нелегко, я взрываюсь по ночам.

Ты не Глюкоза, но я твой доберман,

Моя Мальвина, я твой Артемон.

Расколенными ядрами обстреляй цитадель грудной клетками,

Ледяным якорем вырви сердце,

Дроби и жри, да только не подавись шипами,

Что оставила там ты.

Мне тут не сегодня, так завтра крышу снесёт,

Но помни, Арифметик сверху вычтет из тебя за все.

Любовь к тебе — главная свая в моей жизненной конструкции,

Твои черты — мой ренессанс,

Но мои письма к тебе — фикции пустые,

Словно финики в пустыне,

Вот такой диссонанс…

И пока ты плясала Ламбаду,

Мои вещи жили в ломбардах.

Задвину шторы, оголю шрамы, в общем пройдусь по памяти,

Завоют горы, узнав о нашей распятой любви.

И снова от боли начну писать поневоле,

Настал тот момент, сегодня ручка — мой инструмент.

Помнишь, я под твоим окном кричал, что люблю тебя и буду переть в гору,

Во мне столько жизни было, а теперь плитам холодным смело дам фору.

Летели годы — убийцы памяти, жанглируя днями,

Нелепо так, но до сих пор травмирован её глазами…

Дорого стоит без тебя мотивация каждого нового дня..

Без тебя, как без солнца, ты — моя бессонница.

Волна воспоминаний назад меня откинет,

Заблудшему в себе не поможет гид.

Вокруг хаос, боль, терзания

И люди — поезда — живут по расписанию.

Пиф-паф — все поэты убиты,

Эти рифмы не пахнут избитым,

Эти рифмы, как рифы, полоснули, как бритвы,

Слоги не монотонны, строки мощны, как драконы.

Раскури мою молодость, тяни до фильтра,

Пей до дна, забей поплотнее, добей быка.

Айболитом зову смело алгоритм твоего тела.

Вырос, поправился, но не душевно

И вот перед тобой камнем стою холодным в лице лицемера.

Все чувства расплавились, как палочка от чупа-чупса.

Мы сели, взорвали, и засмеялись пацаны,

А я вдруг вспомнил о тебе, и заревели шрамы.

Ночью тридцать первого декабря

Я, как и все подводил итоги — ещё один год без тебя.

Мы стояли в её дворе,

И не сравнятся с этим ни трубки всего мира,

Ни самый чистый и дорогой порошок,

Я думал, сейчас бы обнять её

И от счастья не упасть в обморок…

Но злой холод ворвался и все сменил,

Не видел её восемь лет…

Никто так не любил!

Пустой и холодный, как этот мир,

Я плетусь в переулке мимо витрин,

Сменились тональности: диез на бемоль,

Не видел её восемь лет…

Теперь моя подруга — боль.

***

Настроение — падший беспилотник,

Красный кусок мяса устал мариноваться и протухать в груди,

Расстояние между — один шаг,

Но мне его не произвести.

Декабрь ноль восьмого,

День тёмный, но млечный,

От меня куда-то свалил голос,

А за ним и дар речи.

Я переждал все сроки, отдал тебе все соки,

Сердце просит: «Жди — время наступит»,

Рассудок кричит: «Не жди — время нас тупит».

Я просто закончился, полностью вытек,

Как и наш дружный союз, по которому теперь тут хоть ставь свечи.

Рыдали подъездные стены — они помнили наши встречи.

Не греет свитер, давит даже капюшон,

Мысли ушли в рокировку,

Не подойдет пин-код,

На сердце блокировка.

Причиной тому вечные холода, белые метели,

Его глаза погасли, а вены сгорели.

Ты для меня по жизни вето,

А я по жизни тряпка — угадай поэта.

Да, я взорву и сяду читать Маяковского,

И пока главная мышца бьется, река льется,

Скачет солнечный зайчик и значит я буду твоим Вуду.

Связь наша бесполезная, как математика

После лета завяла, как мать и мачеха,

Но разлюбить тебя сложно, как после Лондона читать Достоевского,

Так же тревожно, как советским детишкам без персонажей Успенского.

Мне на балконе ночью летом не подвести итог одним куплетом.

Я забивал на жизнь, забивал в воздух гвозди,

А жизнь летела, как скоростной японский поезд

И жизнь летела — Бугатти,

Жизнь пролетала мимо, как самолеты на майском параде.

Свет в соседних окнах, крики из чужих квартир

Мне как сновидение, потому что я один,

Гул метро подземный, яркий блеск витрин,

Что мне проку в этом, если я один,

Пульс бьется, как керамика о стены,

Но вот вопрос — был ли это я?

Я бежал по трассе кросс или просто от самого себя?

А утром роботы в робах заполнят заводы,

Ночью чернь масти пики покинет колоду.

Я сделал два и не заметил, как меня поменяло,

Воры, убийцы, политики — спрячусь от них под одеяло.

Друзья отвалились быстрее, чем грязь с подошв моих старых кроссов,

Падаю вниз, этажи. Падаю вниз, это жизнь.

Со временем понял и я почему сосед мой Дима улыбался только от дыма.

Я бы забыл эти дни как прочтенные книги,

Но упертая память валит меня лопатки, сажает на пики.