электронная
180
печатная A5
415
18+
Роман на два голоса

Роман на два голоса

Рассказы

Объем:
218 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4493-5705-2
электронная
от 180
печатная A5
от 415

О книге

Книга О. Постниковой отражает нашу жизнь последних десятилетий. Быт и бытие героев, истории их любви описаны в духе «традиционной» русской прозы. Настоящее подсвечивается историческим фоном, опирается на мировую культуру. Порою тексты обретают черты «магического реализма», повествуя о сверхъестественном как о повседневном. Автор раскрывает читателю опыт современного человека, стремящегося победить агрессию зла погружением в искусство, любимое ремесло, подлинные чувства.

Книга публикуется в авторской орфографии и пунктуации

Отзывы

Гость

Мария Бушуева О книге Ольги ПОСТНИКОВОЙ «Роман на два голоса. Рассказы» " (Идательские решения по лицензии Ridero —2018 г.) Однажды в переходе метро я увидела очень старую женщину, которая самозабвенно пела. Проходящие мимо замедляли шаг, удивленные ее сильным красивым голосом. Вспомнилось мне это при чтении рассказа Ольги Постниковой «Призвание» о вокальном таланте героини, которая, состарившись, став нищей и слепой, начинает петь ради подаяния — и чувствует себя счастливой, потому что ее призвание, не реализовавшееся в течение всей жизни, наконец, обретает воплощение. Вообще Ольга Постникова, несмотря на традиционность стиля ее прозы и ретро черты художественной поэтики, несмотря на медленную и, казалось бы, очень спокойную, повествовательную манеру изложения, почти в каждом рассказе приводит своих героев к некой пограничной жизненной черте, за которой открывается поле их подлинной души — открывается внезапно, меняя не только восприятие ими реальных событий и людей близких, но, что самое главное, меня их самих. Любовь может озарить ее героев, как инсайт, как божественное откровение, преобразив состраданием или внезапным чувством вины перед непонятым и даже до этого нелюбимым человеком, и порой приходит любовь только тогда, когда происходящее «гибелью грозит» или в тот миг, когда ставший вдруг дорогим человек оказывается у роковой черты. Любовь-сострадание в «Романе на два голоса» сближает Ольгу Постникову с Достоевским, хотя поэтика писательницы от него крайне далека, гораздо ближе — советская городская проза: все события в рассказах случаются в большом городе, Ольга Постникова дает срез слоя советской технической интеллигенции второй половины прошлого века (без метафорического осмысления В.Маканина); рисует городской быт (вспоминается, Ю.Трифонов). Но в городской фон рассказов О. Постниковой внезапно вплетаются мифологические нити, истоки которых А.Зорин в предисловии точно отнес к быличкам. История о рождении «чужой девочки», похожей на фронтовую возлюбленную отца, а не на него самого или его жену, напоминает сказы Бажова, рассказ о нежных чувствах девушки и призрака отсылает к готическим новеллам русской классики. Своеобразие книги «Роман на два голоса» в том, что «нереальное» описывает Постникова в той же повествовательной, реалистической манере, и это создает эффект органичной, а не искусственной многоплановости (но — не многоголосия), в свете которой поданы и социальные проблемы. Так, по мысли автора, все существующие средовые отличия, вызывающие непонимание или даже вражду разных социальных групп, имеет причину только языковую: одно и то же слово может у разных людей обладать противоположным смыслом, взаимодействие людей, их притяжение или отталкивание, происходит в словесном поле, и культура — это прежде всего именно вербальный слой, в котором существует человек. Некие невольные ассоциации с постмодернизмом нужно отмести сразу: это не существование в тексте, а речь как выражение сознания героя. Противоречие между культурно-вербальными кодами стереть могут только сострадание и любовь. Рассказы Ольги Постниковой — попытка вернуть эти вечные истины, затерянные в большом городе.

27 июня 2019 г., в 18:23
Гость

Дурочка блаженная Необыкновенные новеллы про современных юродивых, ищущих библейской любви Вера Чайковская Юродивые никуда не делись. Проза Ольги Постниковой, прекрасного поэта, вовсе не сентиментальна, напротив, в ней есть какая-то упрямая, аскетическая «жесткость», но внутри небольшого повествования часто создается такой накал чувств, что слезы, кажется, единственный выход для эмоционально захваченного читателя. В какой-то момент я подумала, что современные герои Постниковой, попавшие в мясорубку доперестроечной, перестроечной и постперестроечной России (а все одинаково – мясорубка), относятся к той вечной, «архетипической» категории, которую Гюстав Флобер обозначил словосочетанием «простая душа». Не знаю, как во Франции, но в России – это какой-то необыкновенно важный, идущий из народных глубин и сейчас уже почти раритетный типаж. В этих «простых душах», особенно в женщинах, сохранилось много детской наивности, искренности, невероятной жажды «любви до гроба» и какой-то поведенческой странности, которая воспринимается окружающими как идиотизм или даже юродство. Вот выскочило правильное древнерусское слово – «юродство». В ряде рассказов герои, словно персонажи древнерусского жития, проходят путь от обыкновенных людей, грешных и слабых, – положим, разгульного и неверного мужа («Тристан и Изольда») или обыкновенной «тетки», собравшейся на старости лет выйти замуж за соседа-пенсионера («Раковинка»), – до почти святых, блаженных, юродивых (как их называли на Руси). Герой первого рассказа, молодой технарь, первоначально «блудный муж», чтобы добыть денег на лекарства умирающей жене, готов просить милостыню по вагонам электрички. А героиня «Раковинки», еще в юности расставшаяся с мужем, вместо того чтобы благополучно «устроить свою судьбу», каждый день подстерегает его, впавшего в глубокую депрессию, у ворот монастыря, где он работает инженером, чтобы бесконечно просить у него прощения. Причем он ее даже не узнает или делает вид, что не узнает. Героиня берет на себя всю вину за погибшую любовь, хотя, конечно же, виновата не только она. Дурочка, блаженная! Интересно, что в тех двух рассказах, где нескладная, «юродивая» судьба героинь–«простых душ», вдруг выруливает на «правильные рельсы»: одна переезжает в Израиль и перестает писать стихи («Сафо, Сафо»), а другая, вместо грязной, опасной для здоровья и почти мужской работы по реконструкции старинного здания, обретает наконец семью и детей («Каменные тетки») – эта перемена в обоих случаях воспринимается как некое падение в «обыденность», утрата невероятных прежних чудес. Недаром о произошедшей «перемене участи» говорится в двух словах. Она не интересна. А что же чудесного в той, тяжелой, безденежной, «юродивой» жизни, которую ведут неприкаянные герои? Прежде всего это, конечно, чудеса любви. Той самой библейской любви, которая сдвигает горы. О ней написана первая повесть «Роман на два голоса», как бы задающая некий «предельный» тон всем прочим рассказам, где в основе все те же чудеса. Замечу, что сильно звучащая в прозе автора суровая и аскетическая, «житийная» нота, о которой я уже упоминала, в трактовке любви обретает какие-то «еретические» для древнерусской традиции, безумные и «вакхические», чувственные обертоны. Любовь для автора не знает деления на тело и душу, она едина и безгранична. Поэтому даже духи в ореоле любви обретают телесность. В рассказе «Гость провинциалки» одинокой провинциальной барышне с длинной косой – ныне студентке какого-то столичного технологического вуза, снявшей комнату у богомольной старушки, вечерами является незримый гость, словно Демон к Тамаре. Она слышит его завораживающий голос о былой жизни в этом доме и как та же Тамара поддается соблазну, готова без памяти влюбиться. Но гостя отваживает «святая вода», которой хозяйка окропила углы хибары. Ага, значит, это все же «нечистая сила»? Однако рассказ все равно о любви, о ее томлениях. Такие же чудеса встречаются на пути простого солдата Степана, который когда-то во время войны встретил в польском местечке свою единственную любовь – польскую панну. Замечу, что и Пушкин, и Гоголь оставили нам свидетельства их абсолютной неотразимости. Много лет спустя у него родилась дочь, как две капли воды на нее похожая («даже шрамик такой же над глазом»). Как такое может быть? Вот-вот. Опять они – чудеса любви, пронизывающие яркими и испепеляющими сполохами эту грустную, в общем-то, книгу. Книгу, где автор продолжает какую-то почти утраченную ныне российским искусством традицию, идущую из древности. Нет, нет, речь не об официальных религиозных обрядах. Речь о какой-то особой, «высокой» духовной настроенности на вещи, которые почти уже «вышли из употребления». Но автор упрям и по-прежнему ценит безграничную супружескую любовь, жертвенное служение ближним, желание в немыслимых условиях реализовать свой талант. И все это обогащается современным колким юмором и даже некоторым смысловым и лексическим «хулиганством».

27 июня 2019 г., в 18:21

Автор

Ольга Постникова
Ольга Постникова — поэт, прозаик, член СП Москвы. Проза опубликована в журналах «Дружба народов», «Знамя», «Континент», «Новый мир», «Грани». В 2010 г. вышел в свет роман «Радуйся!» (М.: Новый хронограф). Удостоена литературной премии Фонда А. Тепфера, Германия (1994). «Роман на два голоса» вошел в лонг-лист премии «Русский Букер» — 2001.