Ridero

Прощай, Израиль… или Последняя утопия


автор книги

ISBN 978-5-4474-8436-1

О книге

Последние сто лет евреи зыркали на бабу — стыдно сказать на что… Лучше не скажешь, чем на тишинских и грузинских улицах в Москве, где мелюзга, глядя на бабу сзади, подражала взрослым: «Станок хор-рош!». Это то, что случилось с евреями. Остальное — комментарии.

Об авторе

Михаэль Бабель

Маленький еврейский мальчик. Он не плачет, когда его обижают гоим. Ему не больно. У него есть тайна: внутри него — чудо. Это его тайна. Он не расскажет её никому. Чужим — никогда. Своим — не поймут. Вся жизнь оказалась чудом. И вдруг стало больно. Прощай, Израиль…

Зеэв Зорах, 2004, Израиль, поэт

Официальная история, которую некогда по должности писал Прокопий Кесарийский, покрывала собой ту Тайную Историю, где он, рискуя жизнью, открывал истину для потомства. Словом, делал то, к чему призывал А. С. Пушкин: оставлять свидетельства, чтобы могли на нас ссылаться. Одно из таких свидетельств представляют собой книги Михаэля Бабеля… …Какой признак отличает человека, живущего в стране свободно-демократической, от человека, живущего при любого рода тираническом строе? — Такой человек не боится высказывать свои чувства и мысли. Кроме того, не боится за свою жизнь. Но есть большая разница между тем, где и как высказывает даже такой человек свои суждения: наедине с собой, в узком круге друзей или публично. Мы знаем, что великий Оруэлл, живя будто бы в демократической Англии, вовсе не так уж был свободен в высказывании своих мыслей. Ему приходилось преодолевать пробольшевистскую ориентацию так называемой интеллектуальной элиты. Что же говорить о других странах, не столь «демократических»? На этот вопрос хорошо отвечают книги моего друга Михаэля Бабеля, который оказал мне честь, поместив мой печатный отзыв в своей трилогии. В частности, в этом отзыве я указал, ссылаясь на Платона, что государство Израиль, называемое демократическим, на самом деле, является тимократическим. По Платону, тимократия, т.е. власть честолюбцев, принимает особо уродливую форму честолюбия ничтожеств, она возникает параллельно аристократическому правлению и переходит в олигархию, которая, в свою очередь, переходит в демократию, из которой возникает тиранический строй. «Последняя утопия» М. Бабеля говорит нам о том, чтό должно оказаться роковым для существования государства как еврейского; «Предобвальные будни» — хроника того, чего следует опасаться человеку в израильской «демократии».

0 ответов
А. Вахтель, Россия, литератор

Грядёт обвал, крушение всего… 8.2004, Москва. Книга «Мой Израиль» написана чувствами, сердцем. Горечь разлуки с родной землёй и твёрдая надежда на возвращение здесь неделимы. Первая книга трилогии — это романтическое сказание обо всех переживаниях еврейской души. Во второй книге, «Мудаки», больше уделено внимания реальности, тому, что вокруг, а не внутри. Вторая книга трилогии построена на парадоксах и резких контрастах: еврейский мир, а в нём подавляющее большинство неевреев, антисемитизм в Израиле. Однако несмотря на эти печальные факты, чувствуется, что однажды придёт избавление, что найдутся те, кто смогут ему способствовать. Третья же книга говорит о том, что грядёт обвал. Крушение всего, что доселе ещё могло сохраниться. Книга «Прощай, Израиль…» напрочь разбивает все надежды, зародившиеся при прочтении предыдущих двух.

0 ответов
А. Кушнир, Россия, литератор

Боль, разлука, жажда свободы… 8.2004, Москва. Первая книга трилогии пропитана тоской по всему родному, пусть не всегда изведанному, но своему, близкому… В каждой строчке чувствуется подъём, движение вверх, вперёд, по нарастающей. — «Не знаю, зачтут ли мою тропу мастера троп, но я иду к вершине.» Начало пути — рождение; окончание — неизведанно, но всюду сквозит непоколебимая уверенность в том, что рано или поздно путь будет пройден, а счастье — обретено. — «И у меня будет всё, что нужно человеку: родная земля и крылья для неба…» Но не каждый человек сможет добраться до родной земли. Ещё одна интересная параллель здесь прослеживается: качество, необходимое для преодоления препятствий и завершения пути: «Только на тропе своего народа можно обрести крылья». Только среди своих, близких (не родственников, но родных) можно стать «крылатым», создать «свою книгу». Боль, разлука, жажда свободы, стремление вперёд, к своей далёкой цели настолько тесно переплетены, что вместе сливаются в один величественный и лирично-прекрасный гимн «Моему Израилю». Вторая книга трилогии — это обличение и надежда. Обличение еврейского государства в нееврейской государственности; надежда на исправление, на то, что «однажды выйдет на улицу миллион… выйдет и помолчит серьёзно. Этим будет всё сказано». И этим действительно всё сказано. В третьей книге трагедия и безнадёжность. Ведь если обрести крылья можно только среди своих, то как же это сделать — своих всё меньше. Как идти по тропе своего народа, если этого народа уже почти нет? И где взять тот миллион, который должен выйти и помолчать серьёзно? Безысходность звучит в последней фразе М.Б. «Прощай, Израиль…»

0 ответов

Рассказать друзьям

Ваши друзья поделятся этой книгой в соцсетях,
потому что им не трудно и вам приятно