Ridero

Книга создана при помощи издательской системы Ridero
Издай свою книгу бесплатно прямо сейчас!

978-5-4474-8436-1

Прощай, Израиль… или Последняя утопия

Купить электронную Купить печатную

Михаэль Бабель

автор книги

О книге

Последние сто лет евреи зыркали на бабу — стыдно сказать на что… Лучше не скажешь, чем на тишинских и грузинских улицах в Москве, где мелюзга, глядя на бабу сзади, подражала взрослым: «Станок хор-рош!». Это то, что случилось с евреями. Остальное — комментарии.

Об авторе

Официальная история, которую некогда по должности писал Прокопий Кесарийский, покрывала собой ту Тайную Историю, где он, рискуя жизнью, открывал истину для потомства. Словом, делал то, к чему призывал А. С. Пушкин: оставлять свидетельства, чтобы могли на нас ссылаться. Одно из таких свидетельств представляют собой книги Михаэля Бабеля… …Какой признак отличает человека, живущего в стране свободно-демократической, от человека, живущего при любого рода тираническом строе? — Такой человек не боится высказывать свои чувства и мысли. Кроме того, не боится за свою жизнь. Но есть большая разница между тем, где и как высказывает даже такой человек свои суждения: наедине с собой, в узком круге друзей или публично. Мы знаем, что великий Оруэлл, живя будто бы в демократической Англии, вовсе не так уж был свободен в высказывании своих мыслей. Ему приходилось преодолевать пробольшевистскую ориентацию так называемой интеллектуальной элиты. Что же говорить о других странах, не столь «демократических»? На этот вопрос хорошо отвечают книги моего друга Михаэля Бабеля, который оказал мне честь, поместив мой печатный отзыв в своей трилогии. В частности, в этом отзыве я указал, ссылаясь на Платона, что государство Израиль, называемое демократическим, на самом деле, является тимократическим. По Платону, тимократия, т.е. власть честолюбцев, принимает особо уродливую форму честолюбия ничтожеств, она возникает параллельно аристократическому правлению и переходит в олигархию, которая, в свою очередь, переходит в демократию, из которой возникает тиранический строй. «Последняя утопия» М. Бабеля говорит нам о том, чтό должно оказаться роковым для существования государства как еврейского; «Предобвальные будни» — хроника того, чего следует опасаться человеку в израильской «демократии».

0 ответов

Грядёт обвал, крушение всего… 8.2004, Москва. Книга «Мой Израиль» написана чувствами, сердцем. Горечь разлуки с родной землёй и твёрдая надежда на возвращение здесь неделимы. Первая книга трилогии — это романтическое сказание обо всех переживаниях еврейской души. Во второй книге, «Мудаки», больше уделено внимания реальности, тому, что вокруг, а не внутри. Вторая книга трилогии построена на парадоксах и резких контрастах: еврейский мир, а в нём подавляющее большинство неевреев, антисемитизм в Израиле. Однако несмотря на эти печальные факты, чувствуется, что однажды придёт избавление, что найдутся те, кто смогут ему способствовать. Третья же книга говорит о том, что грядёт обвал. Крушение всего, что доселе ещё могло сохраниться. Книга «Прощай, Израиль…» напрочь разбивает все надежды, зародившиеся при прочтении предыдущих двух.

0 ответов

Боль, разлука, жажда свободы… 8.2004, Москва. Первая книга трилогии пропитана тоской по всему родному, пусть не всегда изведанному, но своему, близкому… В каждой строчке чувствуется подъём, движение вверх, вперёд, по нарастающей. — «Не знаю, зачтут ли мою тропу мастера троп, но я иду к вершине.» Начало пути — рождение; окончание — неизведанно, но всюду сквозит непоколебимая уверенность в том, что рано или поздно путь будет пройден, а счастье — обретено. — «И у меня будет всё, что нужно человеку: родная земля и крылья для неба…» Но не каждый человек сможет добраться до родной земли. Ещё одна интересная параллель здесь прослеживается: качество, необходимое для преодоления препятствий и завершения пути: «Только на тропе своего народа можно обрести крылья». Только среди своих, близких (не родственников, но родных) можно стать «крылатым», создать «свою книгу». Боль, разлука, жажда свободы, стремление вперёд, к своей далёкой цели настолько тесно переплетены, что вместе сливаются в один величественный и лирично-прекрасный гимн «Моему Израилю». Вторая книга трилогии — это обличение и надежда. Обличение еврейского государства в нееврейской государственности; надежда на исправление, на то, что «однажды выйдет на улицу миллион… выйдет и помолчит серьёзно. Этим будет всё сказано». И этим действительно всё сказано. В третьей книге трагедия и безнадёжность. Ведь если обрести крылья можно только среди своих, то как же это сделать — своих всё меньше. Как идти по тропе своего народа, если этого народа уже почти нет? И где взять тот миллион, который должен выйти и помолчать серьёзно? Безысходность звучит в последней фразе М.Б. «Прощай, Израиль…»

0 ответов

Рассказать друзьям

Ваши друзья поделятся этой книгой в соцсетях,
потому что им не трудно и вам приятно