Бесплатный фрагмент - Мой милый Дед Мороз

Александр Максимов

МОЙ МИЛЫЙ ДЕД МОРОЗ

Киноповесть

Декабрь в этом году выдался слякотный. Жители города, уходя утром на работу, искренне радовались белому снегу. А вечером, возвращаясь обратно домой, проклинали чавкающую под ногами грязную жижу.

Дом, в котором жила Пелагея, мало чем отличался от тысячи других панельных домов в мегаполисе. Однотипные дворы, огороженные низкими металлическими заборами детские площадки, выкрашенные в зелёный цвет скамеечки, на которых в тёплое время судачили старушки, а по вечерам потягивала пиво молодёжь. Каждый день рано утром во дворе появлялся дворник Али. Важно держа на плече, словно ружьё, метлу или лопату, он сначала обходил двор и только затем принимался за работу. Али — житель одной из бывших республик нашей необъятной советской родины, некогда так гордившейся дружбой народов. А сейчас, как лучший представитель своей молодой страны, оказывал посильную помощь нашему коммунальному хозяйству. Дома у Али осталась большая семья. В день выдачи зарплаты он первым делом спешил в ближайший банк, чтобы перевести им деньги. Себе он оставлял немного — только на пропитание. А поскольку на его родине наши ещё недостаточно окрепшие рубли не имели покупательной способности, ему приходилось конвертировать их в американские доллары. Поэтому, даже если разбудить Али среди ночи, он лучше заправского биржевого брокера мог назвать курс заокеанской валюты.

В этот день Пелагея решила отдохнуть — ненормированный рабочий день в банке, где она работала заведующей отделом аналитики, давал о себе знать. Вволю выспавшись, Пелагея решила немного прибраться в своей небольшой однокомнатной квартире. Провозившись час с уборкой, она устало плюхнулась в кресло. Оказывается, если дома не убираться регулярно, то потом просто генеральной уборкой не отделаешься.

«Это хорошо, что я ещё живу одна! — подумала Пелагея. — А если семья, дети? Кто всё это будет убирать? Ужас!»

Размышления Пелагеи прервал звонок в дверь.

— Кого это ещё нелёгкая принесла? — пробормотала она и направилась открывать.

На пороге стоял Роберт — её начальник. В одной руке он держал коробку шоколадных конфет, в другой — бутылку шампанского.

— Прости. Узнал, что ты сегодня дома, и не удержался, — сказал он и по-хозяйски вошёл в квартиру. Протянув Пелагее конфеты и шампанское, стал снимать мокрые от снега ботинки.

«А где цветы?» — подумала Пелагея.

— Вообще-то, я сегодня гостей не ждала, — сказала она и грустно посмотрела, как с ботинок капали грязные капли на только что вымытый пол.

— Да ладно тебе! — ответил Роберт, пряча пальто в шкаф. — А я-то думал, ты меня всегда рада видеть! Или нет?

— Рада, рада, — тихо произнесла Пелагея.

— Не слышу энтузиазма в голосе! — шутливо произнёс Роберт и обнял двумя руками Пелагею за талию. — Я соскучился, ужасно соскучился!

— Кофе будешь? — спросила Пелагея, аккуратно высвобождаясь из объятий. — Я сейчас приготовлю.

— Не нужно. Я спешу, водителя отпустил на полчаса.

— Полчаса? Это всё, что ты можешь для меня выделить?

— Ну не дуйся, пупсик! Время сама знаешь какое горячее — конец года. Не надувай свои губки, я правда очень соскучился! Вот год закроем — тогда съездим куда-нибудь к морю, отдохнём по полной. Правда-правда, обещаю!

— Мне нужно в ванную, — обречённо вздохнула Пелагея. — Я тут уборкой занималась.

— Да брось ты! Какая там ванная! Ты мне такой больше нравишься! — сказал Роберт и, взяв Пелагею за руку, потащил за собой в комнату.

Всё произошло быстро — Пелагея даже не успела сообразить, что к чему. Рядом на разложенном диване, слегка прикрывшись одеялом, лежал и часто дышал Роберт.

— Тебе понравилось? — сквозь дыхание спросил он.

— Очень, как всегда, — сказала Пелагея, еле сдерживая слёзы.

— Ну и замечательно, мне тоже! Ты прелесть! — сказал Роберт и глянул на часы. — О, мне пора. Я быстренько в ванную?

— Чистое полотенце найдёшь на полочке.

— Знаю, не впервой, — сказал Роберт и, не считая нужным даже прикрыться, направился в ванную.

Оставшись на диване одна, Пелагея уже не сдерживала слёз. Только сейчас она поняла, насколько ей было обидно. Пора кончать с этой никчёмной и бесперспективной связью! Роберт хоть каждый раз и твердит, что у него с женой уже нет никаких отношений, а уйти он не может, потому что его держит маленький ребёнок. Пелагея всё равно ему не верила.

Рядом на столике завибрировал телефон Роберта. Приподнявшись на локте, Пелагея бросила взгляд на дисплей, на котором высветилось СМС-сообщение: «Купи памперсы».

Пелагея легла обратно. В это время из ванной появился Роберт. Взяв телефон, мельком глянул на сообщение и стал спешно одеваться.

— Уже уходишь? — спросила Пелагея.

— Да. Тут дела образовались.

— И никак не отложить?

— К сожалению, никак, — ответил Роберт, продолжая одеваться.

Пелагея ничего не говорила, только наблюдала за ним. Застегнув ремень, Роберт присел на кровать, наклонился и пытался поцеловать Пелагею.

— Я пошёл?

Пелагея, уклонившись от поцелуя, отвернулась.

— Не сердись, малыш! Мне действительно нужно.

— Это всё, что ты мне хочешь сказать? Ты не хочешь поговорить, объясниться, в конце концов?

Роберт явно стал раздражаться. Достав из кармана сигарету, нервно прикурил.

— О чём ты хочешь поговорить? И что я должен тебе объяснить?

— Ты забыл, что у меня дома не курят?

— Ты становишься невыносимой! — сказал Роберт и загасил сигарету. — Ингода от тебя веет таким холодом! Уж мне могла бы и поблажку сделать! Так о чём ты хотела объясниться со мной?

Пелагея встала с дивана и надела халат.

— Скажи честно: как долго это может продолжаться?

— А что тебя не устраивает? Разве несколько минут назад тебе было плохо со мной?

— С тем, что самец ты отменный, не поспоришь! — иронично усмехнулась она.

— Вот видишь — сама всё за меня сказала. Я не понимаю: что тебя не устраивает?

— Меня не устраивают наши отношения.

— Ты хочешь, чтобы я ушёл из своей семьи?

— А вот этого я от тебя никогда не требовала!

— Тогда что?

— Я устала от вранья!

— Так врать приходится только мне.

— Вот именно! Ты врёшь жене, врёшь мне! Я больше так не хочу!

— И что ты предлагаешь?

— Что я предлагаю? Чтобы ты больше не приходил ко мне.

Роберт достал из пачки новую сигарету, затем, вспомнив, что Пелагея запретила ему курить, попытался засунуть её обратно в пачку. Но сигарета, не выдержав напряжения, сломалась посередине. Роберт в сердцах засунул пачку с торчащим обломком сигареты в карман.

— Это твоё последнее слово?

— Последнее.

Больше ничего не говоря, Роберт направился к двери. Но, не выдержав, уже в дверях обернулся.

— Дура! Ты же потом пожалеешь!

Не дождавшись ответа Пелагеи, Роберт вышел из комнаты. Через несколько секунд Пелагея услышала, как хлопнула дверь.

«Вот и всё!» — подумала она. Но в этот момент почувствовала облечение — от былой обиды не осталось и следа.

Местный дворник Али чистил дорожку перед подъездом. Снегопад усиливался — на только что вычищенный асфальт падал новый снег.

— Шайтан! Такой зима ранний! Только что листья убирал, а теперь снег чистить надо! — ворчал, орудуя лопатой, Али.

Во двор въехала чёрная иномарка и остановилась у подъезда. В этот же момент открылась дверь, из которой буквально пулей выскочил Роберт. Чуть не сбив дворника, он быстро подошёл к машине, открыл заднюю дверь и нырнул в салон.

— Здравствуйте… — только и успел произнести Али.

Но машина, выбив из-под колёс струю грязной жижи, быстро покинула двор.

— Какие люди злые стали! Какая погода — такие и люди. Вот у нас солнца много — поэтому и люди добрые, здороваются всегда, — бурчал себе под нос Али.

Через некоторое время дверь подъезда открылась и появилась Пелагея.

— Здравствуйте, — поздоровался с ней дворник.

Пелагея, лишь слегка кивнув Али, пошла дальше. Но Али на неё не обиделся — у него к женщинам было особое отношение. Он сам знал, что у его собственной жены, оставшейся на родине, тоже бывало всякое настроение. И даже несмотря на то, что традиционно в семьях Востока мужчина был главным, он иногда не хотел попасть под её плохое настроение.

Так, за размышлениями, дворник вычистил весь двор. Опёршись на лопату, с удовольствием окинул взглядом чистые дорожки. Он знал, что сейчас с работы будут возвращаться жильцы дома, и им не придётся с опаской обходить ледяные колдобины.

На только что почищенной дорожке появился Платон. Он жил в том же подъезде, из которого час назад выскочил недовольный мужчина, а затем вышла задумчивая женщина — Пелагея.

Увидев его, Али широко заулыбался. Он уважал Платона за то, что он, пожалуй, единственный из жильцов дома всегда с ним здоровался.

— Здорово, Али! Как дела? — сняв перчатку, протянул руку Платон.

— Салам алейкум, Платон! Какой дела? Видишь, какой большой снег пошёл? Домой хочу! Там у нас снег нету. А здесь всю зиму с лопатой спать буду!

— Сочувствую тебе, Али. Но спать лучше одному…

— Ай, спасибо тебе, Платон! Ты такой добрый!

— Не всегда. Ладно, работай дальше. Аллах тебе в помощь!

Платон, обойдя Али, направился к дверям. Набрав код домофона и приоткрыв дверь, услышал сзади женский голос:

— Подождите, не закрывайте!

Обернувшись на голос, Платон увидел Пелагею, которая держала в руках два пластиковых пакета. Платон, придерживая дверь ногой, пропустил соседку вперёд и вошёл за ней следом в подъезд. У лифта оба остановились в ожидании.

— Может быть, вы всё же нажмёте кнопку вызова? — не выдержала Пелагея.

— Ах, да. — Платон нажал на замызганную кнопку, которая загорелась тусклым оранжевым светом.

Ждать пришлось недолго — через несколько секунд со скрежетом открылись двери лифта. Пелагея зашла первой, Платон — за ней следом.

— Мне девятый. Вам какой? — подняв руку к панели кнопок, спросил Платон.

— Десятый.

Платон нажал кнопку своего этажа. Лифт с натугой тронулся. Сняв запотевшие очки, Платон протёр их шарфом. Пелагея так и осталась стоять в запотевших очках — её руки были заняты сумками. Через несколько секунд лифт дёрнулся и остановился где-то между шестым и седьмым этажами. Погас основной свет, остался только тусклый дежурный свет.

— Приехали! — произнёс Платон.

— Ваш этаж? А почему дверь не открывается? — спросила Пелагея.

— Потому что лифт застрял!

— Как застрял?

— Вот так и застрял! Сейчас свяжусь с аварийной службой, — ответил Платон и нажал кнопку связи с диспетчером.

Из динамика послышался треск. Никто не отвечал. Платон нетерпеливо стал стучать по кнопке. Наконец из динамика донёсся ворчливый женский голос:

— Слушаю. Что случилось?

— Лифт застрял.

— Ожидайте!

— Сколько ждать?

— Не знаю, все механики сейчас на вызове, — недовольно произнёс голос и отключил связь.

В кабинке лифта воцарилось молчание. Очки Пелагеи постепенно отпотели, и теперь она с некоторым любопытством бросала взгляды на товарища по несчастью. Платон, уткнувшись взглядом в пол, думал о своём.

— Как вы думаете: когда приедет аварийная служба? — спросила Пелагея.

— Понятия не имею, — не отрывая взгляда от пола, ответил Платон.

— Понятно. Значит, нескоро, — сказала Пелагея и аккуратно поставила пакеты на пол.

Нос Платона уловил доносившийся из пакета запах жареной курицы. В животе предательски заурчало — он вспомнил, что сегодня за делами не успел пообедать. Тем временем Пелагея, присев на корточки, стала перекладывать купленные продукты.

— Вот незадача! — огорчилась она. — Пакет разорвался, и кура-гриль залила жиром фрукты.

— Сочувствую вам, — ответил Платон, еле справляясь с урчанием в желудке.

— Хотите ножку? — спросила Пелагея.

— Какую ножку? — удивился Платон.

— Ну не мою же! Куриную ножку будете?

— Как-то неудобно…

— Да бросьте вы, какие тут удобства! Берите, пока кура горячая! А то неизвестно, сколько мы здесь проторчим, — сказала Пелагея, протягивая Платону куриную ножку.

Больше не в силах справляться с голодом, Платон протянул руку.

— Так-то будет лучше! — довольно произнесла Пелагея. — Ешьте!

Платон не помнил, когда он с таким удовольствием уплетал курицу. После ножки последовала грудка, за ней крылышки.

— Вот и чудненько! — произнесла Пелагея, складывая обглоданные косточки в полиэтиленовый пакет. — Не люблю холодную птицу.

— Я тоже, — признался Платон.

Внезапно в кабине зажёгся свет, и лифт тронулся. Доехав до девятого этажа, остановился. Открылись двери. Платон недоумённо смотрел в дверной проём.

— Ну, что вы стоите? Это же ваш этаж?

— Мой… — ответил Платон и вышел из лифта. За ним сразу же со скрежетом закрылись двери, и лифт поехал наверх.

— Ну и дела! Даже поблагодарить не успел — неудобно как-то получилось, — пробормотал Платон, доставая ключи от квартиры.

В этот дом Платон въехал всего полгода назад. Продал свою комнату в коммуналке, добавил денег с халтуры, которую иногда подбрасывал его одноклассник, давно перебравшийся в Америку. Хотя работа финансового аналитика была сегодня как никогда востребована и хорошо оплачивалась, Платон иногда подрабатывал. Не столько из-за денег, сколько отвлечься от основной скучной и рутинной работы в банке. Одноклассник не раз предлагал перебраться в Штаты, где его охотно взяли бы в любую солидную финансовую компанию или банк. Но для того, чтобы уехать в Америку, нужна была веская причина. А такой причины у Платона не было.

Квартиру свою Платон полюбил сразу. Классическая холостяцкая квартира. Единственное — минимализм в стиле разрушал хаос из-за несчётного количества книг. Книжный шкаф был давно переполнен. Поэтому не поместившиеся в шкаф книги лежали повсюду: на подоконнике, столе, стульях и даже на полу. Даже беглого взгляда было достаточно, чтобы увидеть, что в основном это были книги по античной литературе. Платона можно было смело назвать экспертом в этой области. Он свободно цитировал поэзию Эсхила, Софокла, Еврипида, Гомера. После окончания школы хотел поступать на исторический факультет, но отец был против: мол, что это за профессия! А учитывая тот факт, что отец Платона когда-то служил в армии вместе с нынешним деканом финансово-экономического института, дальнейшее образование сына было предопределено. На удивление, Платон учился легко и окончил институт с хорошими результатами. Его охотно взяли финансовым аналитиком в один из банков, и он довольно быстро вырос до должности старшего специалиста. Но, посчитав, что этого для него достаточно, прекратил карьерный рост. Нельзя сказать, что Платон «горел» на работе. Он быстро привык к своему положению и в свои тридцать семь понял, что под лежачий камень вода не течёт. Его всё устраивало.

Платон взял за обыкновение вечером плотно не ужинать. Погонять чайку да полежать на диване с книжкой вошло в устоявшуюся привычку. И сегодняшний вечер мало чем отличался от других. Налив в большую кружку чай, он включил стоящий на углу стола небольшой телевизор. На экране два человека — Толстый и Худой — вели диалог. Платон прибавил звук.

ТОЛСТЫЙ: На ваш взгляд, кто такой одинокий человек? Тот, кто живёт один?

ХУДОЙ: Ничего подобного. Одинокий человек — это тот, кто чувствует себя одиноким. Одиночество — это особая форма осознания самого себя, при которой человек чувствует себя забытым, ненужным, потерянным, обделённым и покинутым.

ТОЛСТЫЙ: Тогда давайте определим причины, по которым человек чувствует себя одиноким.

ХУДОЙ: На мой взгляд, большинство людей боятся общаться. Как правило, это связано с заниженной самооценкой. Такие люди боятся показаться неинтересными и считают себя недостойными любви. Они не умеют веселиться в компаниях, поэтому часто их избегают. При необходимости что-то спросить или кому-то позвонить испытывают затруднения и дискомфорт.

ТОЛСТЫЙ: Что вы можете посоветовать таким людям?

ХУДОЙ: Работать над собой. Через силу заставлять себя общаться с людьми. Идти в тренажёрный зал, посещать театры, клубы — то есть те места, где всегда много людей.

ТОЛСТЫЙ: А что вы скажете про общение по Интернету, через социальные сети или службы знакомств?

ХУДОЙ: Тоже хороший способ борьбы с одиночеством. Хотя поиски идеального партнёра могут затянуться надолго…

Платон, не выдержав, выключил телевизор.

— Бред какой-то! Ещё скажите, что нужно завести рыбок, а лучше всего — собаку, чтобы было кому рассказывать о том, как прошёл день! Всё понимает, но не говорит. Более благодарного слушателя не найти!

Долив в кружку чай и положив поверх бокала сдобную булочку, он вышел из кухни. В комнате Платон сел за доставшийся ещё от дедушки письменный стол, который всегда был завален бумагами и папками. Поставив кружку на стол, включил компьютер.

— Блин, достали эти отчёты! Мало им рабочего дня! Всегда всё в самый последний момент! А мне потом ночами сидеть! — недовольно пробормотал Платон.

Через несколько минут закрыв папку, он откинулся в кресле.

— Да пошло всё к чёртовой матери! В конце концов, сон важнее всего!

В это же самое время этажом выше Пелагея в своей квартире занималась так неожиданно прерванной уборкой. Протирая стеклянную вазу, она поймала себя на мысли о том, что ей давно не дарили цветы. Ну, не то что бы совсем не дарили — разумеется, она получала стандартный букет на работе в день рождения или на 8 марта. А вот так, чтобы просто без повода, — такого она уже и не припоминала.

Тщательно вытерев вазу до сияющего блеска, Пелагея поставила её на тумбочку. Красивая ваза из хрусталя, изготовленная на одном из известных заводов Чехии и подаренная на предыдущей работе, ей очень нравилась. Цветов бы ещё в вазу — стало бы ещё красивее, особенно на фоне её любимых штор! Пелагея посмотрела наверх и заметила, что один край карниза для занавесок повис и держался на одном гвозде. Глубоко вздохнув, она открыла тумбочку и стала искать, чем бы его прибить. Найдя старый молоток и взобравшись на стул, стала забивать гвоздь. Удар молотком был неуверенный и слабый — тут мужская рука не помешала бы. С трудом справившись с гвоздем, Пелагея спустилась со стула и отошла на середину комнаты. Вроде карниз висел ровно.

— Вот теперь всё в поряд… — Пелагея не успела договорить, как край карниза с грохотом обрушился вниз и задел стоявшую на тумбе вазу. Любимая ваза упала на пол, и тысячи хрустальных осколков разлетелись по всей комнате. Пелагея застыла с разинутым ртом и широко раскрытыми глазами. Через некоторое время её ноздри уловили запах горелого. Вспомнив, что поставила жариться курицу, Пелагея поспешила на кухню. Так и есть — на сковороде дымился обгоревший кусок того, что раньше было курицей. Схватив с плиты сковородку, Пелагея на секунду застыла, затем бросила сковороду в раковину. Открыв водопроводный кран, сунула её под струю воды. Но это было не лучшее решение — сковорода угрожающе зашипела, и белый дым заволок всю кухню. Пелагея бросилась к окну, чтобы открыть форточку. Как назло, старая оконная рама не поддавалась. Пелагея сильнее дёрнула за ручку. Фрамуга открылась, но вместе с ней отвалилась ручка. Вернувшись к раковине, принялась за сковородку, пыталась оторвать кусок пригоревшего мяса, которое, казалось, намертво приросло к тефлоновому покрытию. Открыв дверку под мойкой, в сердцах выбросила сковороду вместе с тем, что осталось от курицы, в мусорное ведро. Пелагея старалась сохранить спокойствие, надеясь, что на этом все неприятности закончились, Ну, осталась она без ужина! Какие проблемы? Только польза для фигуры! Всё, осталось закрыть кухонный кран и покинуть эту ненавистную сегодня кухню. Однако неприятности на этом не закончились. Кран не хотел до конца закрываться, предательски текла тонкая струя воды. Попытка закрыть кран стояка тоже не увенчалась успехом — кран продолжал предательски подтекать.

Пелагея удручённо села на табурет. Нет, сегодня явно не её день. Немного поразмыслив, решила позвонить Ирине, своей давней подруге. Та встречалась с Сергеем, который работал слесарем в автомастерской, — значит, и в сантехнике должен был разбираться.

Телефонную трубку на другом конце провода долго не брали. После продолжительных гудков Пелагея наконец услышала возбуждённый и запыхавшийся голос подруги:

— Алё.

— Привет, Ир!

— А, это ты, подруга?

— Да, это я. Слушай, тут вот какое дело. Можешь прислать ко мне своего Серёгу? Мне тут мужские руки нужны.

— Щас, разбежалась! Чтобы я к тебе своего мужика одного на ночь глядя отпустила? Ну уж нет!

— А что с ним будет? Я его не съем.

— Извини, подруга. Ты у нас девушка одинокая, а мой Серёга мужик видный, но бесхарактерный. Сначала руки, затем неизвестно что…

— Ты в своём уме? Как тебе не стыдно такое думать? Подруга, называется! Куда он от тебя, такой красавицы, денется? Ты что, не доверяешь мне?

— Доверяй, но… Мало ли что у тебя в голове.

— Если такое дело, то приезжай и ты. Только рада буду.

— Извини, не сегодня. Бывшую свекровь жду в гости.

— В таком случае у матросов нет вопросов! Пока!

Пелагея бросила трубку.

— Тамбовская волчица тебе подруга! Как была сучкой, так и осталась. Свекровь она ждёт! Она же всю жизнь её терпеть не могла! Дура! На кой мне её Сергей сдался?

Её грозную тираду прервал звонок в дверь.

— Кого ещё чёрт несёт? — проворчала Пелагея, открывая.

На пороге стоял Платон.

— Вам чего? — сердито спросила ещё не пришедшая в себя от разговора с подругой Пелагея.

— У вас капает.

— Что-о-о?

— В смысле — течёт… вода… протечка.

— Какая протечка, где?

— У меня на кухне. Течёт прямо с потолка по стене.

— А я здесь при чём?

— Так ваша квартира расположена над моей. У нас общий стояк.

— Какой стояк? Ах да, извините. У меня потёк кран. Уже поздно — сантехника не вызвать. Если только позвонить в аварийную службу. Может быть, вы посмотрите?

Платон замер в нерешительности.

— Я очень вас прошу, — чуть не плача попросила Пелагея.

— Ладно, давайте посмотрим. Только я в этом мало разбираюсь. Какой-нибудь инструмент в доме есть? — нерешительно согласился Платон.

Он прошёл на кухню, Пелагея снова достала из тумбочки небольшую коробку с инструментами. Платон, порывшись в ней, нашёл разводной ключ. Затянув водопроводный вентиль, вернул инструмент Пелагее.

— Всё. Не капает. Но это ненадолго. Сантехника всё равно пригласите.

— Спасибо вам огромное! Понимаете, сложно без мужских рук. Чаю или кофе хотите? — Пелагея восхищённо смотрела на своего спасителя.

— Нет, спасибо. Уже поздно — ночь. Пожалуй, я пойду, — сухо ответил Платон и направился к дверям. — Да, забыл поблагодарить за курицу. Спасибо! — обронил он уже в дверях.

Пелагея так и осталась стоять в недоумении с разводным ключом в руках.

Наконец все проблемы остались позади, и Пелагея для успокоения своей нервной системы решила выпить немного вина. Но одним фужером дело не ограничилось. С одной стороны, её, как и любую женщину, всегда выбивали из колеи любые бытовые неурядицы. С другой — у неё из головы не выходил образ соседа с нижнего этажа. Странный человек. Замкнутый и нелюдимый. Но что-то в нём было. Она почувствовала, что за маской сухаря скрывался глубокий ум. То, что он её заинтриговал, — это факт. Какая женщина не любит умного мужчину? А на умных мужчин Пелагее не везло. Была в её жизни пара серьёзных отношений. Первый ухажёр был хоть и успешный бизнесмен, но совершенно глупый. И как только к таким недалёким деньги сами в руки идут? Второй мужчина — вроде ничего: неглупый, целый кандидат наук. Но не мог самостоятельно принять ни одного серьёзного решения. За него всё решала мама. А мама у него была ещё та — бывший номенклатурный работник. Никаких авторитетов! Как только Пелагея представила, что свекровь будет управлять их жизнью, интерес к ухажёру у неё быстро угас. А с другими мужчинами как-то не получалось. Вроде ухаживали многие, но ни с кем не хотелось продолжить отношения после нескольких встреч. И вроде бы умная, симпатичная, успешная, финансово независимая, а в личной жизни — сплошной прочерк. А после сегодняшнего разрыва с Робертом она ещё больше разочаровалась в мужчинах. И ей так стало жалко саму себя, что по лицу покатились слёзы.

Незаметно, сама того не замечая, Пелагея допила почти всю бутылку. Но тоска не отпускала. Где же вы, достойные мужчины, где вас искать? Вылив остатки вина в фужер, Пелагея сделала то, что долгое время сделать не решалась. Она давно подумывала попробовать познакомиться с мужчиной по Интернету, но всё время откладывала, считая это неприличным шагом. И как манит запретный плод, так и её манило завязать виртуальные отношения. Допив последний глоток вина, Пелагея — то ли от отчаяния, то ли под воздействием алкоголя — решила, что сегодня она это сделает. В конце концов, что она теряет? И кто об этом узнает? Разве знакомство по Интернету — преступление?

С такими мыслями Пелагея, устроившись удобнее на диване, открыла ноутбук. Быстро набрав в строке поиска текст, открыла первый появившийся сайт знакомств «ЯМБА».

— Так, что это здесь у нас? Ага, сайт знакомств. Подойдёт, — комментировала она вслух свои действия. — Внешность: длинноногая стройная блондинка. Цвет глаз: голубой. Характер: добрый, покладистый. Образование: высшее. Кого хочет найти: верного друга, с кем будет не только интересно, но и надёжно.

Заполнив анкету, Пелагея почувствовала, что после этого она почувствовала некоторое облегчение.

— Так, дальше. Фото. Нужно вставить свою фотографию.

Тут Пелагея задумалась: какую же фотографию поставить на сайт? Наверняка её фотографию увидят миллионы мужчин. Задача не из лёгких. И тут её осенила идея. Может быть, не самая честная, но крепко ещё сидела в сердце обида на подругу.

Кликнув курсором на папку «Мои изображения», Пелагея выбрала фотографию, где она и Ирина на отдыхе в Турции — загорелые и красивые. Проделав несколько нехитрых манипуляций, отделила себя от подруги.

— Так будет лучше! — довольно сказала Пелагея и вставила фотографию Ирины в анкету. — Вот теперь я могу идти спать со спокойной совестью, — произнесла она непослушным языком от излишка выпитого.

Утром у Пелагеи болела голова. Выпив таблетку от головной боли, она вспомнила, что нужно позвонить в ЖЭК и вызвать сантехника. Когда набрала телефонный номер, то ей сразу же ответил диспетчер. Пелагее повезло: сантехник был рядом с её домом, и вскоре раздался звонок в дверь. Пожилой мужчина в комбинезоне и с чемоданчиком в руке, не спрашивая разрешения, бесцеремонно направился прямо на кухню. Провозившись несколько минут с вентилем, сказал, что труба временно течь не будет. Скоро в доме будет плановая замена труб — тогда и вентиль заменят. На этом его визит закончился.

Проводив сантехника, Пелагея быстро собралась и вышла из квартиры. Лифт как будто её ждал — стоял с открытыми дверями. Заскочив в кабинку, Пелагея нажала кнопку. Лифт, не успев разогнаться, остановился этажом ниже. Как всегда, со скрежетом открылись двери, и Пелагея увидела в проёме Платона, который сидел на корточках и завязывал шнурок на ботинке. Увидев Пелагею, он смутился, встал и зашёл в кабинку лифта.

— Мне первый этаж.

— Доброе утро! — улыбнувшись, сказала Пелагея.

— Доброе, — сухо буркнул Платон.

— Вчера вы меня спасли! Сегодня утром был сантехник и сказал, что если бы вы не затянули вентиль, то за ночь вода могла залить всех до самого первого этажа. Спасибо вам большое!

— Не за что, — уже мягче ответил Платон.

Из подъезда они вышли вместе. Возле подъезда орудовал лопатой Али.

— Здравствуйте! Осторожно! Снег совсем свежий, а внизу лёд. Управдом, шайтан, ни песок, ни соль не даёт. Сейчас снег почищу — ломом лёд долбить буду! — отрапортовал Али.

— Нелёгкая у тебя работа, — посочувствовал дворнику Платон.

— Ай, спасибо! — Али широко заулыбался. — Хороший тебе день! И вам тоже. — Последнюю фразу Али адресовал Пелагее, на что та приветливо улыбнулась.

— Вы тоже ходите осторожно, — сказал Али, польщённый улыбкой симпатичной женщины. — Сапоги у вас на высоком каблуке — упасть можно.

У подъезда Платон и Пелагея разошлись. Он решил немного прогуляться перед работой, а она пошла на трамвайную остановку.

Если выпадала возможность, Платон любил ходить на работу пешком. Всего полчаса ходьбы, зато заряд энергии на весь день. Он никогда не опаздывал, более того — любил прийти пораньше и, смакуя кофе из своей большой кружки, настраивался на работу. Зато его коллеги по отделу аналитики — Даша и Маша — опаздывали регулярно. Хотя жили они в разных концах города, на работу приходили одновременно, только с опозданием. Будучи аналитиком, Платон пытался проанализировать, как это у них получается. Но ответа так и не нашёл.

Даша и Маша были удивительно похожи друг на друга — даже фигуры у них были одинаковыми. Одного роста, с одинаковыми причёсками и, несмотря на свои ещё молодые годы, имели весьма плотные фигуры. И одевались одинаково — любили туго обтягивающие джинсы или леггинсы и не менее обтягивающие упругие тела футболки. Платон только один раз видел их в платьях — на новогоднем корпоративе. Но лучше бы они их не надевали!

Даша и Маша любили побаловать себя шоколадками, батончиками, печеньем, тортиками. В ящиках их столов всегда можно было найти съестные припасы. Платон, часто задерживающийся на работе, иногда, чтобы заглушить голод, посягал на их запасы. Правда, на следующее утро покупал равное по количеству съеденного накануне и клал обратно в стол. Как ни странно, девчонки никогда не замечали подмены.

Иногда Дашу и Машу прорывало, и они, не замечая присутствия Платона, говорили о вещах, не всегда предназначенных для мужских ушей. При всём этом девчонки были незлобными, отходчивыми, а при определённых обстоятельствах — и отзывчивыми. И ещё их очень волновало то, что Платон в свои тридцать семь никогда не был женат, и они никогда не видели его в обществе женщины.

Так и в это утро, не обращая внимания на Платона, девушки перекидывались фразами.

— Что-то под ложечкой сосёт. А до обеда ещё далеко. У тебя есть что-нибудь на зубок? — спросила подругу Маша.

— Вот шоколадка, — ответила Даша, протягивая шоколадный батончик.

Маша разорвала обёртку и откусила большой кусок.

— Как ты думаешь, сколько в одной плитке шоколада калорий? — жуя, задумчиво спросила Маша.

— Без понятия. Знаю, что шоколад полезен, — в нём гормон радости. В день нужно съедать одну плитку, — авторитетно заявила Даша.

— А вчера, представляешь, ко мне на улице подошёл пьяный мужчина и спросил, сколько я вешу!

— Оригинальный способ знакомиться! И что ты ему ответила?

— Я ответила, что вес не важен и что хорошего человека должно быть много.

— Нормально ответила. А он что?

— А он не отстал и попросил округлить до сотни кило.

— Фи, хам! Знаешь, я недавно одну статью прочитала. Не помню, в какой стране, но учёные установили, что мозговые клетки рождаются и умирают, а жировые живут вечно, — повернула разговор в другое русло Даша.

Платон не выдержал и засмеялся.

— А что здесь смешного? — удивилась Даша.

— Дуры, это же из раздела «Анекдоты»! — уже не сдерживаясь, расхохотался Платон.

Девушки, не обращая на него внимания, продолжали разговор.

— Да ты что! Интересно! А как же тогда быть с диетами и средствами для похудения? — спросила подругу Маша.

— Всё это ерунда! Я вот что только не перепробовала! Ничего не помогает! Как говорит моя тётя, чтобы женщине сохранить формы, необходимы всего три вещи: массажёр, тренажёр и хороший ухажёр.

— Хи-хи! Был у меня один такой ухажёр. Не успев зайти и снять туфли, прямо с порога сразу тащил меня в кровать. Только почему-то мой вес оставался без изменения… — нисколько не стесняясь Платона, сказала Маша.

Платону эта пустая болтовня уже изрядно надоела.

— Вы замолкнете, курицы? Есть один-единственный рецепт оставаться в прекрасной форме.

— Какой рецепт? — заинтересованно спросила Маша.

— Жрать надо меньше! — поставил точку Платон.

— Сам дурак! — возмутилась Маша.

— А ты не подслушивай! Это, в конце концов, неприлично! А с виду воспитанный человек! — поддержала её Даша.

— Мне что, в уши пробки вставить? Вы бы ещё громче обсуждали свои проблемы! — окончательно рассердился Платон.

Возмущённый пустой болтовнёй, он вышел из офиса и направился в сторону курилки.

Надо сказать, что порядки в банке были строгие. За курение в неположенном месте полагались большие штрафы. А попавшись с сигаретой на глаза директору, который сам не курил и был жёстким противником потребления табака, можно было смело писать заявление об увольнении по собственному желанию. В противном случае могли уволить по статье за нарушение режима и производственного распорядка. Справедливости ради нужно сказать, что некурящие сотрудники получали символическую квартальную премию. Те, кто объявлял, что бросил курить, также могли рассчитывать на премию. И таких сторонников здорового образа жизни становилось всё больше и больше.

Оставшиеся в меньшинстве героически боролись за право наполнять свои лёгкие никотином. По их требованию начальство пошло на уступки и выделило им место для курения. Это был последний лестничный пролёт служебного входа, который упирался в глухую стену. Таковы были изыски или ошибки проектирования современных архитекторов. Тем не менее курильщики полюбили это место и назвали его «Седьмым небом». Почему седьмым, так никто и не мог объяснить. Возможно, по подобию одноимённого ресторана наверху Останкинской телебашни.

Возле курилки Платон увидел своего приятеля Никиту. Бывший сокурсник по институту, любитель погулять да приударить за хорошенькими девушками. А пять лет назад он познакомился с одной из таких хорошеньких, которая быстро прибрала его к рукам. Никита женился, у него родился сначала мальчик, затем две девочки — и с тех пор у него на первом месте был культ семьи. Но старые привычки давали о себе знать, и Никита периодически пускался в загулы. Особенно когда его жена с детьми уезжала на несколько недель к своей маме в Саратов.

Трудился Никита в соседнем отделе, в начальство не рвался. В отделе регулярно выплачивали неплохие премии, поэтому покидать насиженное место ему совсем не было резона.

Увидев Платона, Никита приветливо кивнул ему.

— Как отчёт? — спросил он, протягивая открытую пачку сигарет.

— Не спрашивай! Задолбало всё! Неделю уже не могу закончить.

— У меня аналогично. Пойдём покурим.

Поднявшись по лестничному пролёту, друзья закурили.

— Что такой сердитый? — спросил Никита.

— Достало всё! Ещё эти две фурии со своей болтовнёй! — пожаловался Платон.

— Это ты о Дашке и Машке?

— О них. Что у них в голове? Только пожрать, потрахаться и снова пожрать!

— Так это нормально. Здоровый инстинкт! Чего ты от них хочешь? Девчонки молодые, нерастраченной энергии — вагон!

— Вот именно: инстинкт!

— Ты что разворчался? Ты молодой здоровый мужик, а рассуждаешь, как старик!

— При чём здесь старик? Я не ханжа, но должно быть как-то иначе — романтичней, что ли.

— Всё с тобой ясно. Диагноз очевиден. Только учти: вся романтика проходит через месяц после свадьбы. А серые будни наступают сразу после рождения ребёнка.

— Я и не обираюсь жениться. Мне и одному неплохо.

— Плохо! В наше время мужику быть одному просто неприлично. Подумай о своём мужском здоровье. Простатит — он, братец, не дремлет! — закончил мысль Никита. — А вообще, давно мы с тобой пивка не гоняли.

— Да, давненько, — согласился с ним Платон.

Сделав глубокую затяжку и выпуская дым кольцами, Никита продолжил:

— На днях премию обещали. Может быть, посидим?

— Замётано. Как сам-то?

— Без изменений. Работа — дом — работа. Дети — жена — тёща. Рутина, одним словом. Семейная жизнь, понимаешь?

— Нет, не понимаю. У меня тоже работа — дом — работа. Только без детей, жены и тёщи.

— Счастливчик! — то ли с завистью, то ли с иронией заметил Никита.

Сделав ещё одну затяжку, он погасил сигарету.

— Жениться тебе надо, Платон.

— Может быть. Только где найти такую девушку, с которой не будет тошно и будет хотеться возвращаться домой с работы?

— Ты больше сиди дома! Тогда вообще никогда не найдёшь.

— Не люблю я все эти шумные компании, тусовки. Домосед я, и люблю свою нору.

— Даже не знаю, что и посоветовать. Хотя если любишь сидеть дома, то попробуй поискать в Интернете.

— Глупости! Не верю я в это.

— Как знаешь. Пошли работать. А то шеф кинется, снова орать будет, — заспешил Никита. — Давай спланируем на пятницу?

— Годится. Мне тоже пора в отдел, а то мы этот грёбаный отчёт сдадим не по нашему, а по китайскому календарю, — завершил разговор Платон.

Тем временем Пелагея сидела на совещании в главном офисе и с тоской слушала, как её начальник Роберт разносил подчинённых:

— …надеюсь, вы все поняли, что кризис кризисом, но за низкие финансовые показатели буду наказывать. Всё! Все свободны!

Сотрудники, облегчённо вздыхая, стали быстро покидать комнату для совещаний. Пелагея, собрав свои бумаги в папку, также собиралась уходить.

— Пелагея, задержитесь, пожалуйста! — попросил её Роберт.

Он ждал, пока они останутся одни.

— Я хотел бы с тобой поговорить.

— Я вас слушаю, — сухо сказала Пелагея.

— А что это ты вдруг на «вы» перешла?

— Я вас слушаю, — ещё раз повторила Пелагея. — Вы просили меня по делу задержаться? Предупреждаю сразу: о личных вещах я с вами говорить не буду!

— Кончай этот балаган! Ну, вспылили вчера, наговорили друг другу глупостей — с кем не бывает?

— Это ты о себе говоришь? Лично я вчера не вспылила. И сейчас могу повторить всё то же самое.

— Что повторить?

— То, что между нами всё кончено. И чтобы не быть голословной — вот… — Пелагея достала из папки лист бумаги и протянула его Роберту.

— Что это? — спросил он.

— Это заявление о моём уходе. Я увольняюсь!

Опешивший Роберт уставился в лист бумаги.

— Зачем же так? Разве я тебя гоню? Ну, не хочешь быть со мной — бог с тобой! Работай, как работала, а увольняться-то зачем?

— Это будет лучше для нас обоих!

— Но как же я без тебя? Кто возглавит твой отдел?

— Незаменимых людей у нас нет. У тебя вон сколько молодых и умных сотрудниц! Подыщешь достойную замену. И для работы, и вне работы.

Роберт пропустил мимо ушей последнюю фразу Пелагеи и грустно вздохнул:

— Такого сотрудника я уже не найду.

— Ну да, чтобы и на работе пахала, и после работы ублажала. Да ещё была личным психологом, который в любое время готов выслушивать, как тебе плохо и какой ты несчастный.

Роберт поморщился.

— Перестань! Я же по симпатии был с тобой. А то, что жаловался на жизнь, — то только потому, что доверял тебе.

— Вот именно: по симпатии…

— А ты что, любви хотела, жаркой африканской страсти? — уже не скрывая раздражения, спросил Роберт.

— Жалкий ты человек, Роберт! Эгоист законченный! Со своей женой тоже живёшь по симпатии?

— А вот это тебя не касается! У меня здесь свои мотивы и причины!

— Знаю я эти мотивы и причины! Твой нынешний тесть в Центробанке работает. Впрочем, ты прав: это меня не касается. И раньше не касалось, а теперь ещё более. Подпиши, пожалуйста, заявление сегодняшней датой. Не хотелось бы мне, чтобы отпущенные по закону две недели ты маячил у меня перед глазами.

— Я тебе так противен? — грустно спросил Роберт.

— Мне теперь всё равно! Давай, не тяни, подписывай заявление!

Рабочий день у Платона пролетел незаметно. Придя домой, он сначала хотел посидеть и поработать над документами, но настроя не было. В голове звучали слова Никиты: «…а ты попробуй поискать в Интернете…». Немного поразмыслив, Платон открыл ноутбук и набрал в поисковике слово «Знакомства». Система выдала миллион ссылок. Наугад открыл первую ссылку. Появилась красочная страница в розовых и фиолетовых тонах с фотографиями полуобнажённых девушек. «…Незабываемая ночь…», «Наши феи обслужат по высшему классу…», «…час 2000, ночь 10 000 рублей….»

— Нет, это не для нас, — произнёс вслух Платон и набрал другой запрос: «Ищу женщину для жизни». Поисковая система выдала новый список ссылок. Платон выбрал первую и кликнул мышью. Открылась страница сайта знакомств «ЯМБА». На первый взгляд вроде всё пристойно. Мужчина ищет женщину, женщина ищет мужчину. Приличные фотографии нормальных людей. Пожалуй, на этом сайте можно и остановиться.

После заполнения анкеты сайт попросил загрузить фотографию.

— Хм. У меня и фотографий-то нормальных нет.

Поискав на компьютере личные фотографии, нашёл снимок, где он запечатлён в костюме Деда Мороза с прошлогодней корпоративной встречи Нового года.

— Красавчик! Всё же мне с бородой лучше, — произнёс Платон, вставляя фотографию в анкету. Просмотрев её ещё раз, он нажал на кнопку «ЗАГРУЗИТЬ». Пошёл процесс загрузки.

— Вот так! А ну, кто на Деда Мороза? — довольно произнёс Платон и в поисковом окне набрал: «Интересный молодой мужчина ищет подругу жизни». Открылась страница с множеством фотографий женщин.

— Ух, как вас тут много! — удивлённо воскликнул Платон.

В этот же самый вечер Пелагея, как всегда, коротала вечер в одиночестве. Сидя на диване с ноутбуком, бесцельно бродила по Интернету. Изредка отрывалась, бросала взгляд на телевизор и прислушивалась к новостям. Размышления прервал телефонный звонок. Пелагея нехотя прервала своё занятие и сняла трубку. Звонила Ирина.

— Привет, подруга! Как ты там? Справилась со своими проблемами? — спросила Ирина.

— Подруга? Подруги так не поступают! Бросила меня тут одну на произвол судьбы! — обиженно произнесла Пелагея.

— Извини, Пелагеюшка! Ну не могла я отпустить своего Серёгу! Ну признаю, что ревную его! Что делать? Уже пять лет после развода одна. Вроде встретила подходящего мужика. Не сахар, конечно, но где найти лучше?

— Счастливая, повезло тебе… — тоскливо произнесла Пелагея.

— Не то чтобы совсем… но сама понимаешь: нормальные мужики все разобраны. А если свободный — значит, с ним не всё в порядке.

— В смысле?

— В том смысле, что он гей, импотент или женоненавистник!

— Понятно. Ладно, позванивай, — закончила разговор Пелагея.

Положив трубку, она вернулась на диван. Снова открыв ноутбук, вошла на сайт знакомств.

— Ого! Какой улов! Двадцать три сообщения! Посмотрим, кто вы такие. Есть ли среди вас хоть один, с кем можно было бы нормально пообщаться?

Поправив очки на переносице, принялась вслух читать сообщения.

— Этот, сразу видно, сексуально озабоченный, этот болен нарциссизмом, этот качок… Так, дальше пошли малолетки. Что ещё за фотографии? Я у своей машины, у своей яхты. На кого вы тут рассчитываете, мужики? На глупых дур? Не все же блондинки!

Внезапно Пелагея наткнулась на странную анкету.

— Ух ты! Дед Мороз! Самый настоящий! Откуда ты здесь взялся? Так, сейчас узнаем, кто ты такой. Возраст — тридцать семь, работает в офисе, образование высшее, ищет подругу жизни. Увлекается античной литературой. Положительный. Ответить, что ли?

Задумавшись на несколько секунд, Пелагея решила ответить.

— Пожалуй, отвечу. Что я теряю? — сказала она и решительно нажала на кнопку «ПОЗНАКОМИТЬСЯ».