Бесплатный фрагмент - Лебединая песня

ОБ АВТОРЕ

Александр Иванович Ковалёв родился в деревне Перевесы Кострецкого сельского совета Калининской, а ныне — Тверской области в июне 1958го года.

В 1963ем году дом Александра Ивановича перевезли в село Кострецы, где он и прожил до окончания школы со своими родителями и бабушкой.

Александр хорошо учился и увлекался историей. Он и собирался поступить на исторический факультет, но жизнь повернулась иначе, и Александр Иванович в результате поступил на экономическое отделение.

К третьему курсу обучения он окончательно понял, что это не его и пошел в армию. Отслужил и остался в Смоленске. Работал на заводе по изготовлению холодильников. Женился. У Александра Ивановича двое детей — дочь и сын.

В 1991ом году Александр переехал в г. Тверь — поближе к своей малой родине. Он работал на экскаваторном заводе в инструментальном цехе. А последние годы перед пенсией Александр проработал в частной машиностроительной фирме.

Автор начал писать свои первые стихи ещё когда служил в армии. К сожалению, многое из написанного Александром, было утеряно — это произошло при переезде из Смоленска в Тверь.

В настоящее время Александр Иванович проживает опять на своей малой родине, в родительском доме. Он увлекается: рыбалкой, шахматами и работой по дереву.

Александр Иванович читает в сельском храме и пробует там петь в хоре и, конечно же, продолжает писать стихи.

Со слов автора данной книги: «Жизнью в селе, где вырос — доволен! Это — родина!»

Соколкова. Ю.В. (редактор лито «Олимп»)

СТИХИ

Лебединая песня

Лебединую песню тебе я не спел,

Всё слова подбирал, да не смог,

А когда подобрал, спеть уже не успел,

Мне рукой указали — порог.

Говорили, певец я, не самый плохой

И ушей мне медведь не топтал —

Просто вышел на подиум парень босой,

А такого ни кто здесь не ждал.

Не прошёл я родни твоей строгий отбор,

Не попал даже в полуфинал.

Ты — босяк: оглашён был жюри приговор.

Что босяк — и без них это знал.

Я ведь родом из местных тверских мужиков,

В моих жилах карельская кровь,

С юных лет почитал я родительский кров

\И с надеждою верил в любовь.

А когда, вдруг, пришло это чувство ко мне.

До сих пор этот день не забыл,

Понял я, что сгорю головешкой в огне —

Ведь принцессу из сказки любил.

В сказках вечно весёлый, счастливый конец

И добро там сильнее, чем зло.

Здесь: принцесса лишь с принцем идёт под венец,

Ведь он — принц! Что ж, ему повезло!

Только как же любовь, что мне делать то с ней?

Ну, куда мне её затолкнуть?..

Столько лет я живу лишь принцессой своей.

И любовь не погасла ни чуть.

Я ночами с тоскою на звёзды смотрю —

Это всё, что иметь ты могла,

Ты возьми их на память, я все их дарю,

В знак того, что любовь не прошла.

Лебединую песню я так и не спел,

Не успел весь закончить процесс.

Один дельный совет я б друзьям дать посмел:

Мужики, не влюбляйтесь в принцесс!

Платье белое примерила черёмуха

Платье белое примерила черёмуха,

Брагой сладкою берёза одурманила,

А любовь опять парит без промаха,

Та, что в веке прошлом в сердце ранила.

Голова, стыдно сказать, уж цвета инея,

В пору платье заневестевшей черёмухе,

А в крови играет хмель, будто и не я

Совершал через любовь в жизни промахи.

Наломал через неё дров — да без счету,

Не одна седая прядь ею мечена.

А весною, на току всё зову лишь ту,

Что любимей больше в жизни не встречена.

Говорила мать, мол, слюбится, стерпится,

Сердца рана с годами залижется.

Ведь земля, как вертелась, так и вертится,

Ну, а жизнь, как брела, так и движется.

Те же рядышком звездочки светятся,

Вся в цвету белом та же черёмуха.

Не судьба только больше нам встретится.

Зря любовь так пальнула без промаха.

Но ломаю за неё дров, да без счету

И еще седая прядь ею мечена.

Ведь и нынче на току вновь зову лишь ту,

Что любимей больше в жизни не встречена.

Жизни года

Жизни года, то лишь связка ключей:

Разные двери — разные судьбы.

Главный потерян давно — я ничей,

Что впереди? Как Господь даст — так будет.

Мне бы, пожалуй, только одно:

Мне б не сломаться, мне бы не спиться,

Мне б не свалиться камнем на дно —

Не приведи, Бог, такому случиться.

Ты мне, Господь, помоги донести

Чистой любовь — ею жил, ей был верен,

Ключ обронил, дай хоть душу спасти,

Честно дожить мне мой век, что отмерен.

Для кого-то счастье…

Для кого-то счастье — быть богатым,

Для кого-то — быть успешным и красивым,

Ну, а нам, простым тверским ребятам

Лишь одно — да просто быть счастливым!

Просыпаться на рассвете с солнцем

В отчем доме, где мыл к Пасхе потолок,

Любоваться тихой речкой за оконцем,

Вспомнить любовь, что так берёг.

Грянул колокол, знать в храм пора на службу.

Помолюсь там за усопших и живых,

За Россию, воинство, за дружбу,

За друзей — мне не хватает очень их.

За любовь отдельную свечу —

Уж пол века будоражит в сердце кровь,

Сколько лет во снах за ней лечу.

Прав Господь: сильна в свете любовь.

Вот и счастье, вот и весь расклад —

Счастье есть у каждого своё.

Вот — моё, чему я очень рад,

И мне в кайф моё житьё-бытьё!

Русская печка

Она и кормит, она и лечит,

Сварливой бабой мне не перечит.

Где взять нам денег — она не спросит,

Теплом лишь душу мне пылесосит.

Пусть молчалива, но не зазнайка.

Статна, дородна, в дому хозяйка.

Чиста от грязи, что наша речка.

Поклон вам низкий — русская печка.

Лестница в память ведущая

Лестница в память ведущая,

Лет прожитых ступени.

Разве смогу забыть я,

Как по ним дни летели.

По ним тишина спускалась,

С шумом, играя бойко

И так хорошо мечталось

Возле костра маслобойки.

Всё было честно и чисто

Пусть с куражом, но без фальши,

Словно игра гармониста,

Жизнь приглашала нас дальше.

Ну, а потом — обвалы,

Грусть и тоска, разлука,

Плотиком в шторм кидала

Сложная жизнь, всё же, штука.

Где-то средь лет прожитых,

Молодость затерялась

Там среди чувств, жизнью битых

Чистой любовь осталась.

Разбередила птаха память мне

Разбередила птаха память мне,

Стучит мотор, душа в огне.

Всё то, чем жил и что берёг

Всё уместилось в пару строк.

Пусть говорят, не тем, мол жил,

Свою жар-птицу упустил.

Я промолчу, опять стерплю,

Я домечтаю, долюблю.

Я жалею, я зову…

Я жалею, я зову, я плачу,

Не прошёл тот белых яблонь дым,

Увяданья сединой охваченный,

Всё же жаль — не буду молодым.

Соловьи в саду моём отпели,

Годы жизни откричали журавли,

Грэй с Ассоль нас не дождавшись, улетели —

Голубой мечтой растаяли вдали.

Но забыть тебя — не получается,

И надежда, пусть на чудо, греет кровь:

Пусть мечта с мечтой вновь повстречаются

Греет душу незабытая любовь.

Так не бывает…

Часто я слышал: так не бывает,

Видно судьба злую шутку играет.

Так не бывает — мне говорили.

Вывод простой: да они не любили.

А я любил, я тебе всем обязан,

Длинной косою навек был привязан,

Пусть нет косы, есть лишь модная стрижка,

И без неё, ты всех краше, Маришка.

Я не забыл твои руки и плечи,

Их в медлячке обнимал каждый вечер,

А у себя по спине холодок,

И дрожь в руках, позабыть я не смог.

И пусть твердят, что мол: так не бывает,

Жаль одного, что свеча догорает.

Счастье так хрупко, счастье так зыбко,

Лишь с фотографии милой улыбка.

Я рад

Я рад тому, что рожь взошла,

К вечерне в храме бьют колокола,

На колокольне реставрировали шпиль,

Что нет дождя и ветра — полный штиль.

Журавлик серый, так заведено,

Набравшись сил, рванёт в Петра окно,

А по весне, и я безмерно рад,

Плодить свой род воротится назад.

Я рад тому, что кошка лижет руки,

Знать не свихнусь один в мороз от скуки,

Что жёлтый лист слегка кусает ноги.

Господь не даст больше свернуть с дороги.

Я рад тому, что у меня есть ты.

Мерси, Господь, — сбываются мечты.

Не подфартило верным быть супругом.

Альтернатива — буду верным другом.

Я радуюсь тому, что жив пока,

Земля прокормит с головою мужика.

Душа, пусть, в кровь и руки — в кровь.

Я рад тому — жива любовь!

Раньше осень не любил

Раньше осень не любил — люблю теперь,

Раньше провожал — теперь встречаю.

Не прожить в сей жизни без потерь —

По себе я точно это знаю.

Не прожить, и не пытайся, без любви,

Без друзей, что рядом у плеча,

Без надежды, что хранит огонь в крови.

Ну а та, плюю на возраст, горяча.

Без родной улыбки — не прожить,

Без знакомой искорки в глазах,

Веры в Бога, что учил любить

Даже когда мир тонет в слезах.

Вывод — надо с верой жить,

Быть с друзьями, что стеною у плеча.

Раз Господь позволил так любить,

Пока веры и любви горит свеча.

В сельском храме

А в сельском храме свет от лампад и запах свечей.

В память о маме молитва сердца горячей,

Слёзы из глаз: жизнь, суета, много дорог —

Долго из всех я отыскать нужной не мог.

Вот и стою, слеза на щеке, треск от свечей.

Средь суеты ложных дорог — нынче не чей,

Где-то друзья, говорят, и семья, а по сути один.

Боже, прими, возвратиться успел твой блудный сын.

Ко мне Дед Мороз не спешит

Ко мне Дед Мороз заглянуть не спешит:

Он реже заходит к тем, кто грешит.

На мне есть грешок тот, что тянет ко дну —

Пол века влюблён я в чужую жену.

И в этом году с укоризною взглянет:

Всё тянет грешок, не солгу, скажу — тянет.

Новый день с улыбкой встречаю

Новый день с улыбкою встречаю,

Уж в привычном чудо замечаю,

В жизни серой вновь растут цветы.

Слышишь, птаха, чародейка ты!

Бархатистый голосок, твой смех, улыбка…

Радуй долго этот мир, золотая рыбка,

И летай средь звёзд во сне и наяву,

Я ж недаром тебя ласточкой зову.

За Тифиной за речкой

За Тифиной за речкой

Столбом дымок из печки —

Знать на излёте дачников сезон.

Жжёт пальчик мой колечко,

Тоской щемит сердечко —

Опять любви большой не сбылся сон.

Судьба — молва в народе,

А сердце жмёт к погоде,

Седой совсем. Чего ж ты заскулил?

Пора забыть уж вроде,

Поставить точку в оде,

Для той, которую ты так и не забыл.

Подругой был не понят,

Любовь топил — не тонет.

К вечерне в храме бьют колокола.

А мне бы к звёздам, что ли,

По собственной, по воле

Рвануть бы к той, что путеводною была.

А точку в моей оде

Поставить рано вроде,

Ведь я люблю, с любовью можно жить.

И пусть нет козырей

В потрёпанной колоде

Пусть не под алым парусом, но плыть.

Просто дождь

Да просто дождь, туман и слякоть.

Не понарошку заскулила вдруг душа,

Но боль пройдёт, душа не будет плакать

Лишь заточу конец карандаша.

И снова солнце над деревней засияет,

Хандру засыплет золотой листвой.

Бывает так со мной, увы, бывает

Тоски с любовью здесь неравный бой.

И ты пропал…

Прийти иль нет — любовь не спросит,

Авроры залпом — крышу сносит.

Кострецкий клуб, кино, медляк…

И ты пропал — ты труп, чувак!

В твоей руке её рука

И нет былого паренька,

А есть лишь сердца частый стук —

Знать, применил Амур свой лук.

Друзьям — привет

Друзьям — привет! И снова я в игре,

Я жизни радуюсь, я верю, я мечтаю

И красоту в осенней сей поре,

Хоть осень не люблю, но замечаю.

Вопрос предвижу: что ж тебя колбасит?

Что приключилось, что с тобой, Санёк?..

Да просто мир вновь разноцветьем красит

Любовь мою, которую сберёг!

Удивил апрель

Удивил апрель соседей первою грозою,

Речка, скромная невеста, глянь, как разгулялась,

И поит берёзка брагой — сладкою слезою.

По приметам мне с любовью век добить досталось.

Жил любовью и живу, пусть бушуют грозы,

И речушка по весне, так же разливается,

Пусть поит меня, сколь Бог даст, брагою берёзы.

На деревне счастье ведь любовью называется.

Холодает…

Холодает — возьму печь затоплю,

Милой матушке привет тем пошлю.

Спи спокойно, моё солнышко, мать —

Пока жив, не дам огню угасать.

Пусть в морозы печь согреет меня,

Пирогов русских запах храня,

Пока жив, топится печь, — ты жива.

Хорошо горят с берёзы дрова.

Я на речке

Я на речке спиннингом дрессирую щук —

Это лучше, чем рассаду ковырять в теплице.

Лет бы тридцать сбросить и рвануть на юг:

Помогать принять загар, с картинки той девице.

Да и как оставить речку, ведь у щуки жор,

Да и как тут без меня, дочкина теплица?

Да к тому же в непогоду стал шалить мотор.

Извини и загорай без меня, девица.

На вопрос простой…

И на вопрос простой:

«Мужик, вам сколько лет?»

Порой весенней задержусь с ответом.

А у любви, похоже, возраста и нет.

Весне — привет, любви — привет!

Похоже — я весной с приветом…

Место встречи

Пусть место встречи лишь сайт в одноклассниках,

Славен Господь, велика его милость.

Сколько же лет я прожил в неудачниках,

Крепко молился и чудо свершилось.

Рад, пусть ненастному, серому дню,

Рад, пусть короткой, но радостной встрече.

И за мечту, что хранил и храню,

В храме горят мной зажжённые свечи.

Радуюсь дню, что ж он мне посулит,

Утром надежда вступает в права.

Может быть дочка всё же мне позвонит?

Скажет: «Прости папа, я не права.»

Иль невзначай, вдруг, обрадует сын:

«Батя, женюсь, жди в подарочек внука!»

Много он может — всего день один.

Всё-таки жизнь — интересная штука!

В воскресенье вербное

В воскресенье вербное,

С петухами первыми,

Выйду за околицу, веткою машу.

Загляни, Господь ко мне —

Ты поверь, так нужен мне,

Чту Святую Троицу, меньше уж грешу.

В парусе лишь ветер свищет

В парусе лишь ветер свищет —

«Что же тот бродяга ищет?» —

К самому себе так сложен сей вопрос.

Только пусть всё ж в море рыщет,

На вопрос ответы ищет —

Он в пути, а значит, жив матрос.

Мне бы…

Грамм бы двести мне для внутренней инъекции,

Да рвануть по местным бабам для инспекции.

Не Карден, но обновить пора коллекции,

Есть проблемка: контенгент не той комплекции.

Здесь сплошные пышки, не красавицы —

Одному с такой уж трудно справиться.

От жены в стогу с такой не спрячешься.

Без вести пропавшим будешь значиться.

Кошачий хор весну на крыше славит

Кошачий хор весну на крыше славит.

Лихой гусар, в цвет снега ус поправит.

В любви батальях пусть прибудет фарт.

Дай шанс нам всем, любезный месяц март.

И в пятьдесят весной щемит сердечко.

На крышу тянет, средь котов занять местечко

Там с хрипотцой, с надломом, да с надрывом

Пропеть, как гнал кнутом лошадок над обрывом.

Что не встречал в пути, пропеть, тебя прекрасней,

Замены нет, все хлопоты напрасны.

Виденьем сказочным, как сон неуловимым

Из года в год ты проплываешь мимо.

Седой мужик на крыше, на снегу

Постой, виденье, вслед ему бегу.

И для любви ещё на многое готов,

Даже романс пропеть среди котов.

Прости, подруга

Поверь, не лгу, я другом быть стараюсь,

Но мутит кровь черёмух белых вьюга.

В храм загляну, пред батюшкой покаюсь,

Не дружба то — любовь, прости подруга.

От грешных дум прячусь в кустах сирени,

А в майском небе аист гордо кружит.

Уж до мозолей сбил обетами колени,

А сердце всё, как в старь, любовью вьюжит.

И не смотри так, счастья птица, с укоризной,

И я не скрою, быть любимым чаял.

Любовь не зря слывёт подчас бабой капризной

Околдовал волшебный свет и вдруг растаял.

Остался лишь на сердце рваный шрамик,

Да мутит кровь весной черёмух вьюга.

В храм загляну, в который раз покаюсь,

Не дружба то, любовь, прости подруга.

Я гоню лошадей

Я гоню лошадей и куда? — то всю жизнь тороплю.

Так боюсь не успеть, хоть и знаю — уже опоздал.

Золотую, на голый крючок, счастья рыбку ловлю

И мечты своей синюю птицу пока не поймал.

На стене календарь — отрываю листок за листочком.

Каждый новый из них сидины в голове прибавляет.

А в душе остаюсь тем же самым босым пареньком,

Что девчонки заветное имя в берёзу вгоняет.

Как же жизнь промелькнула и вот перочинным ножом

На знакомой берёзе сердечко уж сын вырезает.

Отчего накатила слеза и застрял в горле ком

И колечко на правой руке от чего обжигает?

Почему мне так хочется, став уж заметно седым,

Подойти к той берёзе, к сердечку прижаться щекой