Бесплатный фрагмент - Зомбарь. Не переступая порог

Зомбарь

В комнате было светло и чисто. Обстановка довольно простая, без изысков. Хотя весь дом выглядел богаче, чем эта единственная комната. В ней был минимальный набор мебели, необходимый для проживания одного человека. Кровать, комод и стол со стулом. Этот человек в данный момент как раз и находился в комнате. Ну как находился — он практически её не покидал. А если и покидал, то совершенно не выходил за территорию дома. Правда, наверняка этот факт не брался утверждать никто, поскольку ни один человек не видел, как передвигается этот субъект. Он просто стоял на одном месте, а когда окружающие его люди отвлекались и начинали заниматься своими делами, то через какое-то время замечали, что он переместился и вновь совершенно не шевелится. Создавалось впечатление, будто абсолютно неподвижный манекен переставили и сменили ему позу.

Этим субъектом был мужчина средних лет и среднего телосложения. Как его зовут, уже никто не помнил, все его звали Зомбарь. Это не просто прозвище или даже имя. Это вполне конкретное название, по аналогии с зомби из кино и литературы. Это был самый настоящий зомби, как мы его себе представляем. Хотя он и не был уродлив, выглядел довольно неприглядно. Осунувшееся лицо нездорового цвета. На нём постоянно были пятна грязи, а возможно, это были дефекты кожи. А ещё он был постоянно небрит и не подстрижен. Практически всегда от него плохо пахло. Но окружающие привыкли к этому и не придавали его виду особого значения.

Иногда окружающие замечали, что Зомбарь выглядит совсем как нормальный человек: растительность на его голове и лице приводилась в порядок, неприятный запах пропадал, и даже на мужчине появлялась свежая одежда. Наряду с тем, что он изменял своё местоположение, окружающие его люди приходили к мнению, что Зомбарь всё ещё сохраняет некоторую умственную деятельность. Хотя и невозможно было привести к некой системе всю перечисленную активность, всё же было понятно, что некие импульсы нейронов ещё сохраняются в этой голове.

Это был какой-то вирус. Изначально люди им заражались во время зомби-кризиса, как и наш конкретный Зомбарь, но по окончании кризиса всё-таки не удалось полностью победить вирус, и могли заразиться люди, совершенно неподверженные вирусу в первой волне. Конечно, это были единичные случаи, и их научились быстро купировать, не подвергая опасности большую часть населения. Вирусу были подвержены в основном мужчины после сорока лет, иногда это начиналось раньше, лет в тридцать пять. Некоторые общие черты заражённых были известны. Например, большая часть зомбарей состояла в браке. И в своей предыдущей жизни они были довольно активными в своих видах деятельности. Потом, как говорят врачи, они переживали какое-то потрясение, и со временем их активность начинала уменьшаться. Взгляд становился каким-то обескураженным. И в итоге они превращались в зомбарей. Были заболевшие и среди женщин, но их было гораздо меньше. А может, так всем казалось только потому, что этой заразе были подвержены в основном незамужние дамы. И как только они заболевали, то пропадали из активной жизни и о них все окружающие забывали. Поэтому есть вероятность, что их на самом деле больше, но из-за того, что их круг общения замыкался на двух или трёх таких же женщинах, казалось, что их практически не существует.

Ходили слухи о женщинах-зомби, которые якобы, когда не появлялись в общественных местах и не нападали на прохожих, были одержимы домашними животными. Но всё это только слухи, потому что они не могли сбиваться в стаи, чтобы их идентифицировали, они просто пропадали из поля зрения общественности. Правда, иногда отдельные особи появлялись, но их максимально быстро обезвреживали правоохранительные органы. А в случае с женатыми мужчинами недуг замечали моментально, и этот факт попадал в статистику.

Иногда годам к пятидесяти-шестидесяти наступала ремиссия, и человек начинал активнее принимать участие в жизни и общении с окружающими.

Так почему их называли зомбарями? Дело тут не только в неприятном и порой отвратительном виде. Они действительно в своём периоде стазиса были заторможенными и даже неподвижными, как зомби, которые находятся в спячке. В нашем конкретном случае Зомбарь мог сутками находиться в одном положении, прежде чем сменить его, опять же невообразимым образом и незаметно для окружающих. Он мог три дня лежать на кровати и смотреть на стену. Было совершенно ясно, что он не спит, поскольку глаза открыты, и даже взгляд как будто показывал, что он во что-то вникает. Другая его «любимая поза» была тоже довольно странной. Он на протяжении многих часов и даже дней просто смотрел на руку. Без разницы, правую или левую, он постоянно рассматривал свою ладонь, как будто там было что-то невероятно интересное. Хотя для всех окружающих было понятно, что это просто ладонь и ничего, кроме обычных физиологических особенностей, на ней не было.

Ещё одним из признаков подверженности вирусу была агрессия. Не такая агрессия, как в кино, где зомби бегают толпами и стараются съесть мозги. А другая, проявляющаяся только в определённых случаях. Многие близкие люди спокойно с ней справлялись. А именно эта агрессия проявлялась, когда создавалась критическая масса зомбарей. Для этого требовалось поместить несколько заражённых в одном помещении или на небольшой ограниченной площади. Сначала ничего не происходило, но со временем у всех испытуемых начинала проявляться активность. Вроде бы и хорошо, можно сказать, что они выздоравливают, но это не совсем так. Довольно быстро активность становилась слишком сильной. Зомбари начинали произносить нечленораздельные возгласы, махать руками и ногами. Порой были случаи, когда они наносили физический вред себе и таким же, как они сами, зомбарям. А иногда и видевшим этот опыт здоровым людям. Более того, если в группе наблюдавших оказывались люди, легко подвергающиеся внешнему влиянию, их могли зомбировать по аналогии с поведением человека в толпе. Зомбированных срочно требовалось отделить от влияющих на них групп, иначе это прямой путь к развитию вируса. Учитывая, что испытуемые в основном были довольно крепкие мужчины, все такие опыты заканчивались весьма плачевно. В лучшем случае — больными головами и огромным желанием больше не повторять такие опыты. А в худшем — больничной кроватью. И конечно, с такой агрессией довольно быстро научились бороться. Зомбарям не давали создавать критическую массу. Их просто ограничивали в общении с себе подобными. В итоге все они были тихие и покладистые. Хотя светила науки в области зомби говорили, что этот метод не способствует выздоровлению, а даже порой вреден и только усугубляет положение. Но никто из близких людей любого конкретного зомбаря не хотел рисковать из-за каких-то там неподтверждённых данных и просто ограничивал своих зомбарей «от греха подальше».

Небо резко потемнело. Нет, не потому, что настал вечер, и не потому, что погода испортилась. Просто наступила кромешная тьма. Это было как внезапное солнечное затмение. Странное и страшное ощущение, когда только что светило солнце — и вдруг оно пропало. Наступает кромешная тьма, потому что и луна ничего не освещает. Тьма становится глубокой и холодной. Может быть, так чувствует себя человек, когда попадает в глубокий космос, где взгляду не за что зацепиться.

Но в произошедшем пугала не только тьма. Сначала попытались завыть бродячие собаки. Только это продлилось совсем недолго. Их вой местами моментально затих, а местами превратился в хриплое скуление. Как будто они почувствовали мощного хищника, которому не смогут противостоять.

В это же время появились нарушения средств связи. Ранее население предупреждали, что при возникновении подобной ситуации оно получит уведомления о безопасных местах, в которые требуется проследовать. Об этих местах и об опасности чрезвычайной ситуации все были проинструктированы, и многие уже приготовились к этому. Дети уже давно находились на дистанционном обучении и не могли подвергнуться опасности. Но тьма приходила в каждый город внезапно, без каких-либо предшествующих признаков, как землетрясение, которое не могут наверняка предсказать. И поэтому граждане не были готовы в моменте. Кто-то шёл на работу, многие трудились на предприятиях, где требуется постоянное наличие персонала, другие занимались транспортом и доставкой. В общем, людей на открытых пространствах хватало.

Тьма накрыла уже много городов, и поэтому люди имели общее представление, что происходит. А происходило вот что: после наступления тьмы часть населения, в основном мужчины, потому что они первыми бросались на защиту, заражалась чем-то. И у всех заражённых происходило помутнение рассудка, после чего они уже сами нападали на здоровых. Да, это был именно зомби-кризис, как его назовут позже, или зомби-апокалипсис, как его представляла поп-культура. Конечно, более всего пострадали города, первыми попавшие под распространение тьмы. Там люди ещё не понимали, что это может быть, и совсем не были готовы. Что касается городка, в котором жил Зомбарь, тогда ещё обычный, здоровый мужик, то он подвергся тьме одним из последних. На самом деле зомби-кризис уже сходил на нет во всём мире, и все надеялись, что это их обойдёт стороной. Поэтому немного расслабились. Но, как становится понятно, зря они это сделали. Ни один город не смог избежать заражения.

Заражённые люди, как упоминалось выше, становились дикими и невероятно агрессивными, они любой ценой старались обратить здоровых в зомби. При этом совершенно не щадя ни себя, ни окружающих. А если учесть, что это были здоровые мужики в смысле силы, то, конечно, всё это могло принять довольно кровавый характер.

Он в этот момент шёл спокойно на работу. Общественный транспорт работал в обычном режиме. Он как раз подходил к метро, где было довольно многолюдно. В голове крутились мысли о незаконченной работе. И он понимал, что сегодня ему предстоит тяжёлый день и, возможно, придётся остаться сверхурочно, чтобы закончить работу в срок. Именно в этот момент и настигла всех тьма. Сначала это было похоже на то, как будто закрыл глаза, но, поняв, что они открыты, а в них не попадает свет, все начали крутить головой, чтобы разобраться, что происходит. Хоть и была информация, как происходит катаклизм, но она была в общих чертах, поскольку все пережившие это только начинали приводить в порядок всё, что было разрушено. И не все представляли, как это может происходит на самом деле. Но когда начало приходить понимание, становилось уже поздно. В толпе как бы из ниоткуда стали появляться обращённые. Они издавали странные и неприятные для слуха обычных людей гортанные звуки, наряду с криками и визгами людей, на которых напали или которые стали свидетелями нападения, создавался ужасный звуковой фон, от которого сразу становилась мокрой спина и шевелились волосы на затылке. Толпа бросилась врассыпную. Но обращённые поразили странной организованностью. Они разделились на небольшие группы и начали преследовать убегавших. Первыми пострадали люди, оказавшиеся в ступоре от страха и не двигающиеся с места. Именно так и происходило заражение в этом месте.

Он был в непосредственной близости от зомби. Но в первый момент ему посчастливилось отбиться. Надо заметить, что, помимо изменения внешности человека при обращении в зомби, вокруг него появлялся странный отталкивающий ореол. Он не был видимым, но становился отчётливо осязаемым при нахождении поблизости. Как будто не хватало неприятного внешнего вида, так ещё и этот ореол делал обращённых совершенно отвратительными.

Само обращение в зомбарей выглядело довольно странно. Двое или трое зомби окружали человека и не давали ему уйти. В это время они начинали как будто что-то ему рассказывать, при этом не произнося обычных слов, а издавая те самые неприятные гортанные звуки. Обычные люди при этом стояли, боясь пошевелиться. Такие довольно быстро обращались, на этот процесс уходило не более минуты. Но находились и другие, которые готовы были дать отпор. Тогда зомби начинали действовать агрессивно, в ход шли удары и толчки, а довольно часто доходило и до кровопролития. Да, именно такого, как в поп-культуре, с покусами и даже отрыванием конечностей. Но такие крайне кровавые действия происходили только после обращения большей части толпы. При этом толпа уже зомбарей частично окрашивалась в цвет крови, что только подстёгивало агрессию.

Вот и наш герой оказался довольно стойким и попытался оттолкнуть первых зомби, которые его окружили для убеждения. Но почти сразу же был настигнут ударом в затылок. Нет, до отрывания конечностей в его конкретном случае не дошло. Но он на некоторое время потерял сознание, то ли от самого удара в затылок, то ли от жёсткой встречи с асфальтом. Когда он начал приходить в себя, над ним уже «колдовало» несколько зомби. И у него уже не оставалось выхода. Больно не было, но было страшно. В какой-то момент он понял, что аура, окружающая зомби, его уже не отталкивает. Он как будто начинал приходить в себя. Кроме того, заметил, что прошло головокружение от травмы и исчезал звон в ушах. А с ним и неприятные звуки. Мало того, всё происходящее вокруг становилось светлее и чище. Это происходило, как будто на сером экране постепенно добавляют цвет. Причём он всё добавлялся и добавлялся. И в определённый момент, казалось бы, уже всё, хватит. Всё вокруг вроде пришло в норму, но нет, цвета становились всё насыщенней. Вдруг всё вокруг стало напоминать, будто он попал в нарисованный мультфильм. Вот и гортанные звуки от зомбарей превратились в обычную речь. Что они говорили, было не совсем понятно, поскольку они тарахтели наперебой и каждый старался что-то донести. Да и, собственно, окружающие перестали выглядеть как зомби. У них стала нормальная внешность и довольно приятные, улыбающиеся лица. Всё это время Зомбарь лежал на дороге. И один из окружающих даже помог ему встать.

Зомбарю понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя. Глаза привыкали к ярким краскам довольно долго, и поначалу приходилось щуриться, как будто находишься на ярко освещённой улице, на которой недавно выпал свежий снег. Изначально казалось, что невозможно привыкнуть к такому количеству света, и приходилось открывать и закрывать попеременно глаза. Но по истечении нескольких минут глаза привыкли, и стало казаться, будто раньше находился в чёрно-белом мире. При этом зрачки превратились в невероятно маленькие точки, которые едва можно было заметить.

Но не всё так красочно и замечательно выглядело вокруг. Помимо нормальных людей, были и те, которые раздражали своим видом. Они выглядели довольно неприятно, с различными серыми оттенками лиц, от совершенно бледных до невероятно тёмных. И это не было похоже на тёмный загар, а скорее как мертвецки холодная чернота. Глаза — они были совсем дикими, с яркими кровавыми прожилками. Ужаса добавлял не только странный вид глазных яблок, но и всё, что вокруг глаз, было красного цвета, с разными оттенками, что в общем создавало странное чувство, что вокруг собралась нежить. Поражал не только цвет лица и тела, но и само выражение. У всех были такие лица, что хотелось сказать или даже выкрикнуть: «Сделай лицо попроще». У одних мимика явно выражала высокомерие, у других — открытую агрессию. Эти эмоции явно читались, поскольку были как гримасы из старого немого кино или некоторых аниме, где так делают, чтобы у наблюдающего не было вариантов для разных трактовок эмоций героев. При этом такие люди произносили неприятные для слуха слова, да что там — они откровенно оскорбляли всех находящихся рядом. Эти слова и звуки произносились такими противными голосами, от которых пробегали мурашки по спине.

Нормальные люди не могли смотреть на это спокойно и пытались успокоить агрессоров, собираясь вокруг них по два-три человека и пытаясь объяснить, что так не стоит себя вести. Всё это было невероятно хаотично. Надо сказать, что не все окружающие были включены в беспорядки. В них участвовали в основном мужчины и довольно небольшое количество женщин. Основная масса женщин не подверглась всеобщей суматохе. Нет, они, конечно, тоже издавали много неприятных звуков, порой даже на невероятно высоких тонах, возможно, это и отпугивало основную толпу. Да и выглядели они, надо сказать, не так страшно, скорее это было похоже на обычное поведение женщины, когда она испытывает перепады настроения. И для некоторых это было вполне обычное поведение. Скорее, именно из-за этого мужчины неохотно связывались с противоположным полом. Да и на истинных женщин у мужчин, конечно, не поднимется рука.

Таких дам было большинство, но оставшиеся стоили всех, вместе взятых, мужчин. Они вопили громче всех и первыми лезли в драку. Они реально выглядели как истинное воплощение зла. Таких субъектов все пытались сторониться, но не всегда это получалось.

И вот когда, казалось бы, всё полностью вышло из-под контроля, вокруг начали завывать сирены. После этого послышался грохот крупной техники. Всё это звуковое сопровождение на некоторое время охладило толпу. И все начали озираться вокруг, ожидая, что же произойдёт дальше. А дальше со всех сторон пошла холодная вода, возможно, были использованы водомёты. Это окончательно «умиротворило» толпу, и больше никто не смел устраивать беспорядки и тем более зверства. После холодного душа на площади начали появляться люди в чёрном. Лиц их не было видно из-за масок. Это были не обычные маски из ткани, а довольно основательные, с тёмными стёклами. И даже похоже, что они были металлическими. Странно, но как будто в основном этими людьми в масках были женщинами, это было понятно по фигуре. Хотя задумываться об этом было совсем некогда, поскольку всех буйствующих начали быстро разделять и уводить в разные стороны. А тех, кто попытался сопротивляться, отключали от сознания совершенно интересным способом. В них летели небольшие стрелки-шприцы, совсем как при отлове животных, и через секунду поражённый мирно спал на земле. В определённый момент осталось совсем небольшое количество красивых людей, и хоть они не сильно буйствовали, в них полетела небольшая туча стрел. Среди этой компании оказался и Зомбарь. Что происходило позже, он, конечно, не помнил.

Зомбарь сегодня собирался встретиться с друзьями. У них была запланирована рыбалка. Да не просто рыбалка, а рыбалка с ночёвкой. Для этого у них было всё необходимое оборудование: палатки, удочки, сети и многое другое. Были у них даже утеплённые палатки и походные печи для зимней рыбалки, но сейчас стояло лето и везти с собой требовалось гораздо меньше. Надо сказать, что они с друзьями довольно часто выбирались на рыбалку. Ну, раз в месяц — это как минимум.

Интересно, что все домашние Зомбаря этого не замечали. Трудно сказать, почему они были так слепы. Может быть, потому, что они привыкли его в принципе не замечать. Ну, стоит себе Зомбарь потихоньку в углу комнаты или лежит. Звуков он не издаёт, суету не наводит и, более того, никого не достаёт нравоучениями и заданиями. Вот он и пропал сначала из поля зрения, а потом из активной жизни семьи. Нет, конечно, он постоянно попадался семье, и она никогда не забывала, что он рядом. Но он стал как рамка с фотографией, которую постоянно кто-то переставляет с места на место, и было совсем незаметно, что он мог пропасть на несколько дней.

Рыбалка для Зомбаря была всем, как и для его друзей. Мир опять расцветал всеми красками. Чувства обострялись. Прекрасно было на природе всё в любое время года. Невероятно чистый воздух. Водоём, чем бы он ни был, будь то река, озеро или море. А пища на природе — это что-то из мира фантастики, вкусно было всё приготовленное. А если ещё для обеда сначала поймаешь рыбку, которая такая свежая, что сладкая, и никакие сласти не идут в сравнение. И дело было даже не в пойманной рыбе, это было просто прекрасное времяпрепровождение. Но не только рыбалкой ограничивалась компания Зомбаря и его товарищей. Они периодически выбирались на охоту. А иногда и совмещали эти два занятия. В этих занятиях был всего один минус — это когда время подходило к концу и надо было возвращаться домой. Но буквально на следующий день после возвращения домой начиналось планирование очередной поездки. Интересно, что вся семья Зомбаря не замечала не только его передвижения или полного отсутствия дома, но и довольно большого количества оборудования для рыбалки, охоты и даже простых походов. Просто потому, что у Зомбаря, как и у каждого уважающего себя монстра, было «логово». В этом логове находились тёмные, мрачные вещи и много трофеев Зомбаря. Всё это имело довольно специфические запахи, что тоже отвращало от контакта с этими вещами. Если бы кто посторонний попытался оценить всё это, он бы ужаснулся этой тёмной и страшной коллекции. Это было секретное логово. И никто не мог в него попасть. Точнее, о нём никто не помнил или не хотел знать, как и о Зомбаре. На самом деле это был большой гараж, в котором и хранились палатки, удочки, спальники, лодка — короче, всё, что может потребоваться.

Хотя гараж и находился на видном месте и выглядел довольно основательно, его никто не хотел замечать. Поэтому он и был секретным логовом. А ещё потому, что если даже его заметишь и попадёшь в него, то всё равно ничего не разберёшь в полном творческом беспорядке. Точнее, в определении порядка там больше всего подошло бы слово «пиздец». Но Зомбарь знал, что там всё находится на своих местах и не надо раскапывать гору ненужных вещей, чтобы добраться до требуемой.

Кроме рыбалки и охоты, у Зомбаря было много других хобби. Он периодически занимался кладоискательством. На это его подсадил товарищ, когда на одну из вылазок на природу принёс металлоискатель. И теперь все в компании приобрели себе такие же приборы для поездок на природу. Это быстро переросло в новое хобби — коллекционирование найденных артефактов. Ещё в логове было много всевозможных станков и инструментов. Так как Зомбарь был монстером… ой нет, мастером, он всё мог сделать сам и этим занимался всё свободное время.

Более того, вся его семья сильно удивилась бы не только тому, что Зомбарь ведёт невероятно активную жизнь, а что он даже занимается творчеством. Это же творчество было его работой. Эта работа не требовала постоянного присутствия, как говорится, она была на дому. И даже в этом мире существовали поклонники творчества Зомбаря. Но все домашние совершенно ничего об этом не подозревали. Для них он просто стоял в комнате и разглядывал стену перед собой или, сидя за столом, сосредоточенно смотрел на поверхность этого стола, как будто там что-то могло находиться. «Ну, совершенно ничего не делает», — говорили многие жёны, рассказывая о поведении своих зомбарей.

Более странно, что у домашних Зомбаря не возникал вопрос, почему периодически на их счетах появляются деньги. Нет, понятно, что его жена работала и дети уже подрастали и начинали обзаводиться собственными источниками дохода. Но если посмотреть на баланс их доходов и расходов, то бюджет этой семьи трещал бы по швам, если учесть только их доходы, не считая магическим образом появившихся средств. Они совершенно не учитывали целый ворох текущих счетов. Для них эти счета совершенно не существовали. Хотя говорить, что они совсем не замечали этих средств, не совсем правильно. Они на них рассчитывали и даже строили планы.

Поначалу супруга Зомбаря, конечно, обратила внимание на периодически поступающие деньги и даже задалась вопросом, откуда они могут появляться. Проведя расследование в женских форумах и чатах, она выяснила, что такая же история повторяется со многими жёнами зомбарей. В процессе обсуждения появилась версия, что эти средства выплачивает государство на содержание зомбарей в семьях. Это чтобы бесхозного зомбаря не выкинули на улицу. Говорилось, что так их гораздо дешевле содержать, чем устраивать зомбиприёмники и в них накапливать критическую массу зомбарей. А мы помним, что при накоплении критической массы могли начаться неконтролируемые беспорядки. И кому это надо было? После изучения данной теории и подтверждения её авторитетными мнениями экспертов в виде слов «Да, я тоже такое слышала» и «Я точно знаю, так и есть», все успокоились и приняли эту версию за единственно верную. Так что после этого строить планы на эти доходы они могли с чистой совестью.

Интересно трактовали версию, почему в разные семьи приходят совершенно разные суммы. Неизвестно откуда и кем была выдвинута гипотеза, что это зависело от нескольких факторов. Как, например, большую сумму выплат получали те, у кого зомбари ранее занимали высокие должности. Здесь, видимо, эксперты проводили аналогию с пенсией. Ещё одним фактором величины суммы выплат называли размер самого зомбаря. То есть его рост и вес. Якобы чем больше зомбарь, тем тяжелее его содержать и тем более усмирить, если начнётся очередной зомби-апокалипсис. Многие, конечно же, не верили в такую теорию и даже делали вид, что высмеивают её. Но что странно, у подавляющей массы «вдов», то есть жён зомбарей, они, то есть их подопечные, со временем довольно сильно округлялись. Конечно, добавить в росте они не могли, а вот существенно прибавлять в весе — вполне. Хотя надо заметить, что довольно трудно заставить человека, точнее зомбаря, наедать себе бока. Когда он может совершенно не реагировать на внешние раздражители годами. Но ничего, женщины справлялись. И поколение зомбарей в средней своей массе исправно округлялось. Инфоцыгане не остались в стороне от этого завидного куска и открыли курсы, как добиться большего дохода. Неизвестно, насколько версия о корреляции размера зомбаря и выплаты была верна, но это уже и не обсуждалось. Так делали практически все, и многие даже не задумывались о том, правильно это или нет.

Хоть от каждого зомбаря в каждой семье была видна явная выгода. Как минимум в выплатах, поступающих на счета. Да и многие хозяйства держались на рукастых зомбарях. Но кто из окружающих это замечал? Как указывалось ранее, все выплаты «на зомбарей» их семьи принимали как само собой разумеющееся и положенное им по какому-то невероятному закону справедливости Вселенной. А если что-то сломалось в доме и как-то внезапно через день начало опять работать, значит, так оно и должно быть. Если проблема рассосалась сама по себе — значит, её и вовсе не было. Так и сосуществовали люди с зомбарями.

А что же наш герой Зомбарь? А он был как и все в его племени. Не замеченный ни в каких активных действиях остальными людьми, а в частности — его семейством. И всё бы ничего, достаток есть, всё, что надо, работает и движется. Но вот как-то это всё не так. Дети его перестали замечать довольно быстро. Может, они быстро росли и в их головах превалировали свои интересы. Но сначала исключился какой-либо физический контакт, а затем перестали и разговаривать. На последней стадии они даже не смотрели в сторону Зомбаря, не замечая его, как будто это просто предмет интерьера, который можно быстро обойти, — вполне подходит сравнение со стулом. Хотя стул можно использовать, а вот Зомбаря можно было полностью игнорировать. Точнее было бы сравнить его не со стулом, а со столбом, правда, стоящим посредине комнаты, а не на улице.

Посторонние на зомбарей и нашего героя реагировали точно так же, как и он на них, то есть никак. Совсем другое дело — его жена, она же его когда-то выбирала неизвестно по каким критериям. И в итоге выбрала для создания семьи. Видимо, он оказался лучшим. Значит, у неё были какие-то ожидания. Какие — она, наверное, сама не знает, но, скорее всего, это было что-то невероятно грандиозное. Предположить страшно, но если дать волю фантазии… Наверное, это было что-то жутко романтическое: с ношением на руках каждый день, цветами и актами героизма.

Так вот такая женщина столкнулась со всемирной катастрофой в виде зомби-апокалипсиса, который мир героически преодолел. И видит, как её избранник превращается в тихого и «ненужного», ведь все блага, приходящие от Зомбаря, не были поданы с затратами с её стороны, а были просто обязаны появиться сами по себе. Эта святая и невероятная дама решила сама стать героиней, а возможно, так было принято у всех жён зомбарей. И своё геройство она видела в том, чтобы терпеть «такого». Ввиду явных различий зомбари не могли понять, что творится в головах нормальных людей. Но можно предположить, наверное, это было что-то вроде: «Вот я немного потерплю и со своими уникальными качествами в два счёта его переделаю, как говорится, по образу и подобию». Хотя многие старались перетерпеть и переделать, не у всех это получалось. Как упоминалось выше, некоторые зомбари выздоравливали и возвращались к нормальной жизни. Наверное, это именно те случаи, когда их жёнам удавалось их реанимировать. Другая часть смирилась с участью быть спутницами зомбарей и после первых неловких попыток ничего не предпринимала. Но наш случай другой. Супруга Зомбаря чувствовала за собой силу и видела цель. С этим всё понятно, но что с методикой? Хотя зомбарей в мире было огромное количество, как их возвращать в мир, никто не изучал. Скорее всего, все те, кто был способен разработать такую систему, в итоге сами становились зомбарями. Но что в этом случае делать обычным женщинам? Да, собственно, полагаться на свои силы и знания. А что может знать женщина? Она знает, как воспитать человека, точнее, ребёнка, но это неважно.

И вот идея потерпеть, конечно, гениальна, но всякому терпению приходит конец. А когда это происходит, начинается воспитание. Воспитание — это, конечно, довольно глубокая штука, непонятная обывателю, не участвующему в процессе. Но на поверхности это всё выглядело как расстрел зомбаря фразами: «не стой здесь», «ты не так одет». И в конце концов самое убойное: «Когда ты, наконец, встанешь и что-то сделаешь?» Что думал в этот момент Зомбарь, непонятно, он не очень реагировал на такие раздражители. Хотя, скорее всего, он внимал всем требованиям своей жены, все упрёки принимал достойно и, конечно же, внутренне исправлялся. Всё это было похоже на то, что он опять превратился в ребёнка. Настоящие их совместные дети ликовали после таких действий, поскольку все пули доставались Зомбарю и до них уже никому не было дела. А ещё они могли немного самоутвердиться и помочь матери с воспитанием.

Воспитание зомбаря — довольно сложное и затратное занятие, а порой и безрезультатное. И так случалось, что перевоспитанием начинали заниматься все без исключения, в том числе и государство. Позже к этому подключились и частные организации. В чём заключалась суть этого процесса? Зомбаря можно было отправить в отстойники на передержку. Некоторые этот процесс называли командировками или вахтами. Зомбарей отправляли на месяц или более с условием, что примерно такое же время он потом проведёт дома. Те, кто отправлял зомбарей, связывали такие условия с мыслью, что отстойники имеют ограниченный объём, и пока их зомбари находятся дома, это место в отстойнике занимают другие. Конечно, были счастливицы, у которых зомбари находились в отстойниках по году и даже более, но таких было немного. Ходили слухи, что в этих местах зомбарям приходилось работать и даже выполнять довольно сложные задачи в тяжёлых условиях, но это всего лишь слухи, и никто им не верил. Удивительно, что за такие мероприятия выплачивались неплохие деньги. Хотя если учесть, что зомбари там просто находились на передержке, то никакой экономической целесообразности в этом не было, это было немного странно. Однако кого это может волновать? Система отработана, и система работает. Тем более что свободное время жёны могли проводить в своё удовольствие, тратя с трудом заработанные своей смекалкой средства. И никто их не ограничивал ни в чём, в том числе и в выборе круга общения. А некоторые даже начинали дружить организмами вне своей семьи. Но это неточная информация, и требовалась проверка, поэтому утверждать не буду.

В случае с нашим Зомбарем всё было проще: его никто не отправлял в отстойники. Его половинка решила, что в её силах самой перевоспитать нерадивого монстра, и, как истинная героиня, изо всех сил ежедневно истязала, то есть исправляла оступившегося человека. Так продолжалось изо дня в день, из года в год. И наконец терпению святой женщины пришёл конец. Она все свои лучшие годы жизни потратила на него, а он и не собирался исправляться. А порой казалось, что все её попытки встречают только усиленное отторжение, как будто всё, что она ни делала, приводило к результату, противоположному желаемому.

У государства были решения и для таких запущенных случаев. Когда уже ничего не помогает в перевоспитании зомбаря, его можно было отвести в зомбианнигиляционную государственную систему. Там после оформления пакета документов самоотверженные женщины избавлялись от обузы содержать зомбаря, после чего Зомбарь пропадал в неизвестном направлении. Злые языки болтали, что после зомбианнигиляционной государственной системы зомбарей отправляли в отдалённые районы, где они могли спокойно заниматься своими любимыми делами. Практически рай для зомбарей. Но все, кто воспользовался зомбианнигиляционной государственной системой, знали практически наверняка, что, скорее всего, зомбарей как-то утилизируют. Это подтверждалось двумя аргументами. Первый: зомбарей после этого из их знакомого окружения никто не видел. Ну и второй аргумент, самый точный и непробиваемый: ну а куда их ещё? С ними больше ничего невозможно же сделать.

Не переступая порог

Глава 1

Опять переход. Такие переходы проводились постоянно, и все уже потеряли им счёт. Сегодня передвигались из пункта А в пункт Б, или из Е в К, а может, из П в Ж. Всё смешалось на этой войне. Группа бойцов двигалась молча, все были уставшими. Количество бойцов в группе было секретом, так же как и место их дислокации, но их было достаточно, чтобы удерживать этот опорный пункт в течение длительного времени. Сначала планировалось выдвинуться в назначенный пункт на грузовиках с поддержкой легкобронированных «Тигров» и БТР, но в последний момент всё опять переиграли. Командованию поступила информация, что данный район пристрелян противником, и последние несколько километров пришлось пройти на своих двоих. Ну как несколько. Для обычной гражданской жизни несколько — это пара километров от остановки или работы. А вот здесь это может быть и десять, и тридцать, да ещё всё это в полной амуниции. Хотя обычно такие марши проводились ночью, сейчас была необходимость выполнить это днём. Вдаваться в подробности не имело смысла, почему не ночью, поскольку таков приказ.

Может, первые такие прогулки и показались довольно простыми, но сейчас все в группе устали, уже прошло больше года после того, как их отправили в страну 404 для демилитаризации и денацификации местного населения. Да и осознание того, что они шли на передок, не придавало никому оптимизма. А ещё по дороге могли попадаться «лепестки» или другие мины, которыми наши «непартнёры» так обильно снабжали наших противников. Но это считалось тылом. Да и по данным сапёров и разведки, здесь всё должно было быть чисто. Поэтому сегодняшний поход считался довольно безопасным, и многие весьма бодро встретили вводную информацию от командира, потому что раньше, когда они только прибыли, никто не говорил им подобного. И парни шли просто в неизвестность. Сейчас им всё чаще старались объяснять, что может ждать их на марше. Но всё равно это не многим придавало оптимизма. Все уже давно привыкли и поняли, где находятся. Напряжение парней чувствовалось с каждым шагом. И каждый шаг отдавался в голове глухим гулом.

Вдруг кто-то сзади довольно громко выругался:

— Вот блядь!

Пикассо повернулся. Он привык отличать по интонации, грозит ли опасность или это обычный разговор. На этот раз всё было в порядке. Это был Дракон. Он зацепился мотнёй за куст колючки, или в кусте, кроме веток, была ещё колючка.

— Опять жена не пускает с пацанами погулять.

Многие, кто стоял рядом, гыкнули. Нельзя сказать, что шутки Дракона были искромётными, точнее, они всегда были довольно плоскими и тупыми. Но порой это неплохо разряжало обстановку. Дракон — это, конечно, было не имя, а позывной, надо сказать, довольно крутой позывной. Когда его спрашивали, как он ему достался, Дракон отшучивался или говорил, что просто повезло. Он был хороший парень, как и все сослуживцы Пикассо. И у него была странная привычка: он после каждого приёма пищи чистил зубы и по возможности ежедневно брился. Да и вообще в любую свободную минуту мог достать зубную щётку или одноразовый станок. Это можно было бы не считать странностью в обычной, гражданской жизни, но здесь, где личная гигиена — влажная салфетка и жвачка из сухого пайка, это было большой странностью. Причём это не было похоже на обычное действие в основном из-за отсутствия ванной комнаты. Чистил зубы он по-походному, хоть и с каплей зубной пасты, но довольно долго. А его бритьё было похоже на сцену из фильма «Хищник», где чернокожий боец постоянно ходил со станком и скоблил себе подбородок. Многие его спрашивали, зачем так заморачиваться. На что он отвечал, что у него болезнь дёсен и если он перестанет ухаживать за зубами, то лишится всех зубов в течение полугода. Про бритьё он ничего не рассказывал, но это выглядело довольно эффектно. Настолько эффектно, что многие даже пытались перенять эти привычки, но у всех хватало терпения только на одну-две недели. И ведь правда, бритьё в армии было оправданно раньше, когда враг мог использовать химическое оружие, а борода мешала плотному прилеганию обтюратора противогаза. Сейчас это уже не считали актуальным. А вот Дракон с завидным усердием скрёб подбородок и зубы каждый день.

Но времени расслабляться не было.

— Дрон.

Кто-то слева бросил слово, от которого у всех сразу похолодела спина. Кто был возле дерева или в кустах, постарались аккуратно спрятаться. Все смотрели на небо, откуда дрон мог двигаться. Парни понимали, что за ним, скорее всего, что-то прилетит, и постарались рассредоточиться. Дроны были ещё одной причиной таких передвижений. В современных реалиях практически невозможно перебросить большую группировку вблизи линии фронта в основном из-за дронов, ну и ещё спутников. Хотя со спутниками невозможно было бороться. Но вот дроны вполне можно было сбить. И, как и ожидалось, раздалось несколько выстрелов, после чего послышался победный возглас: дрон довольно быстро удалось обезвредить. Надо сказать, повезло дважды, первое — это что его быстро обнаружили.

Секунды для того, чтобы быстро свинтить отсюда, тянулись вечность. Группа как можно быстрее постаралась покинуть это место. Пикассо смотрел то на часы, то на небо. Тишина оттого, что все прислушиваются, просто звенела. Слух очень точно вычленял все необходимые для выживания звуки. Уже давно никто не слышал пения птиц, жужжания насекомых и даже кваканья жаб. Конечно, они, скорее всего, были где-то рядом и наверняка издавали звуки, но никто на них не обращал внимания, потому что они были не нужны в этом мире.

Прошло больше десяти минут. Ни свиста, ни разрывов не последовало. Обошлось. Хорошо, что ушли так быстро. Да и повезло. И это было третьим везением, надо сказать, довольно удивительным. После быстрого перемещения командир объявил, что надо рассредоточиться. Таким образом, если пойдёт ещё один, то при грамотной маскировке группу сложно будет обнаружить. В импровизированном привале прошло несколько минут, каждая из них тянулась как вечность. После чего поступила команда собраться. Тихая до этого лесополоса начала оживать, поначалу совсем медленно. Никому не хотелось, чтобы командир ошибся, и многие предпочли бы гнев командира, чем попасть под обстрел. Но прошла ещё пара минут, и группа уже была довольно далеко от места.

Через час опять устроили небольшой привал, кто-то поправлял амуницию, другие пили воду, в такую жару в этом была необходимость. Поскольку до этого не было времени думать о насущных потребностях. В принципе, эти минуты можно было считать неплохим отдыхом, если бы не напряжение, которое никогда не покидало парней. Но это обычное дело. Оставаться на этом месте для полноценного привала никто бы, конечно, не решился, и поэтому группа выдвинулась дальше, к месту дислокации. Шаги стали немного активней: парни хотели как можно скорее покинуть это место.

Дорога была выматывающая. Хотя и было лето. В этих местах лето — благодатное время, всегда тепло и мало дождей. Не то что в постоянном месте проживания, откуда были призваны ребята. Там даже ходила шутка: «У вас на Дальнем Востоке всегда дождь». — «Нет, зимой у нас снег». Можно было бы наслаждаться таким климатом, но никто этого не делал по понятным причинам. Да и передвижение по жаре в полной выкладке совсем не приносило радости. Этот марш довольно сильно отличался от курортных прогулок.

Движение продолжилось опять в тишине. Только гул ботинок по земле и жёсткое дыхание солдат выдавали группу. Так продолжалось ещё около часа. Оставшаяся часть дороги до назначенного места вместе с вынужденным привалом заняла часа два. Все устали, но требовалось не только добраться до назначенной точки, а ещё и сделать это в определённое время. И если бы это не было приказом, конечно, никто бы туда не торопился.

Казалось, эта дорога никогда не кончится. Но укрепления, на которые бойцы должны были прийти, появились внезапно. Они были хорошо замаскированы и на расстоянии двадцати-тридцати метров были незаметны. Это была необходимость. Со стороны неба всё было затянуто маскировочными сетями, то есть с дронов это место тоже просматривалось довольно плохо. Но сразу отдохнуть не получилось. Лейтенант по рации связался с кем-то и доложил о прибытии. Группа, которую они должны сменить, была в приподнятом настроении. После обмена информацией командир понял, что всё в норме, но всё равно скомандовал проверить всю площадь. Группа разделилась на взводы. Половина пошла в правую сторону, а половина — в левую. Два взвода перемахнули через окопы и брустверы и также пошли вдоль окопов в разные стороны. Это было обыденным делом, это было необходимостью. И на этот раз всё обошлось.

Это были наши укрепления. Первая линия обороны, самый передок. И они постоянно подвергались обстрелам и нападениям противника во время вылазок. Хотя этот участок фронта и не считался горячим. Так что их постоянно требовалось ремонтировать, стенки окопов осыпались оттого, что доски в них ломались. Здесь были и бетонные укрепления, но их было немного. В некоторых точках их не было совсем. Для этого, кроме оружия, амуниции и своих личных вещей, на точку требовалось принести инструменты, а порой строительные материалы, что совсем не добавляло комфорта парням. И это ещё был сухой сезон, а когда весной или осенью начинались дожди, в окопы могло набираться по колено воды, или даже по пояс. Но эти дела можно было выполнить немного позже, хотя это и занимало всё основное время, пока не ведётся бой. А сейчас всё уже было проверено, и после распределения нарядов на охрану командир дал приказ на отдых и приём пищи. Можно было немного расслабиться, насколько это возможно в данных обстоятельствах. Хотя говорят, что человек — подлец, ко всему привыкает, парни, скорее всего, не были подлецами, и поэтому вряд ли кто из них мог к такому привыкнуть.

А сейчас настало время достать пайки и немного перекусить. Пайки были наши, без изысков. Но это было временным недоразумением, просто чтобы заправиться калориями. О вкусе наших пайков можно много спорить, но для пополнения запасов сил они подходили отлично. Хотя однообразие рациона порой надоедало. Спасали приобретённые и взятые с собой продукты, ну или, как вариант, можно было затрофеить натовские пайки. Это было довольно просто сделать после работы нашей арты. Но надо сказать, что в последнее время прочёсывания с целью поднять трофеи становились всё беднее, причём очень заметно. Да и амуниция солдат противника становилась всё проще. Хотя в ближайшее время должны были организовать полевую кухню, в пайках были сладости, которые немного скрашивали солдатские будни. А сейчас предстояло закинуться по-быстрому нашими православными консервами.

После перекуса командир скомандовал оценить фронт работ по ремонту окопов, брустверов и блиндажей. В один из них при обстреле попал снаряд, и от него почти ничего не осталось. С окопами было всё как всегда. У них были осыпаны стенки и сломаны доски укрепления бортов. Ими в первую очередь и занялись.

Взводом, где служил Пикассо, командовал Хозяин. Это его позывной, а звали его Саша. Это был опытный парень, он уже прошёл вторую чеченскую. И порой подсказывал молодым и неопытным офицерам, как поступить в той или иной ситуации. Ходили слухи, что ему собирались дать звание лейтенанта, но у него не было «вышки», и поэтому вопрос завис в неопределённости. Хозяин ещё был земляком Пикассо. Здесь все были призваны из одного города, но Хозяин с Пикассо с детства жили в одном дворе. И почему-то Хозяин у Пикассо ассоциировался с песней группы «Смысловые галлюцинации» «Вечно молодой».

Хоть Хозяин и был старшим сержантом, он не чурался обычной работы со своим взводом. Вот и в этот раз они все вместе взяли инструмент и начали ремонтировать на определённом им участке повреждённые стенки окопов. В работе не было ничего сложного. Откидывай землю на бруствер, выравнивай его, поправляй и укрепляй доски на стенках окопов. Но после тяжёлого перехода работа легко не давалась. С помощью лопаты и мата взвод закончил работу часа за три. Если бы не переход, её можно было бы сделать вдвое быстрей. Из-за усталости парни часто устраивали перекур.

Так и закончился день. Вечером заместитель командира распределил наряды на дежурство и дневальных. Взводу Хозяина сегодня досталось отдыхать. Не сказать что это было чаще, чем у других взводов, но по ощущениям парни отдыхали немного больше. Никто не знал, что Хозяин для этого делает, но все были ему за это благодарны. Хотя наряды в дозоры как будто доставались им чаще, но тоже как будто только казалось — короче, всё субъективно. Никто не перерабатывал.

Наутро Хозяин сказал, что после приёма пищи они выдвигаются на огневую точку. Точка так точка. Пошёл не весь взвод, пошёл сам Хозяин, Пикассо, Батя, Дракон и Аватар. Аватара на гражданке звали Андрей. А так как Андрей был тот ещё алкаш, к нему и прицепился позывной Аватар — ну не звать же его Синяк. Конечно, такая себе история, но привязался этот позывной к нему, и даже не пришлось ничего выдумывать. Он был самым старшим в группе, но не самым опытным. Как только начались боевые действия, добровольцем пошёл его сын. Он говорил, что здесь всё хорошо, тем более платят неплохие деньги. И однажды Аватар тоже решил подписать контракт.

Все заправились, попрыгали. И выдвинулись. Первым пошёл Дракон — как самый глазастый и молодой. Замыкающим был Хозяин. Шли на расстоянии пяти-семи метров друг от друга. На маршруте ничего примечательного не было. Ранее по этому месту отработала арта, и разведка с наших дронов показывала, что всё было зачищено, поэтому сюрпризов никто не ждал, но и бдительности не теряли. Все шли молча, потому что на таком расстоянии говорить было не очень удобно, надо было повышать голос, а этого совсем не хотелось делать. Ходили по выделенному сектору не торопясь и всё проверяя, это уже стало привычкой. Хоть и говорят, что всё чисто, но лучше всё самому проверить. Через полчаса нашли артефакты работы артиллерии. Их было трое на пятачке в десять квадратных метров. Ещё неподалёку один и двое в отдалении и левее. Всех посекло осколками. А основная группа, скорее всего, успела уйти после начала обстрела. И даже не попытались забрать своих. Наверное, их плотно обрабатывали, как только нашли артефакты. Сразу присели и затихли, высматривая возможных раненых или засаду. Но их не было, да и по виду и запаху было понятно, что они здесь пролежали уже пару дней.

Вещи вокруг никто не трогал. В общем, от этого предостерегали все кто может. И парни понимали почему. Всё могло быть заминировано, или, в конце концов, еда могла быть отравлена. Но по внешним признакам всё было так, как будто противник валил отсюда что только пятки сверкали. И на минирование у него бы точно не осталось времени. Хотя страшилки ходили разные, и всем было понятно, почему эти страшилки распространяли. Это был расчёт в основном на неопытных новичков. Но у парней глаз был намётан, и они могли понять, где и когда может таиться опасность. Это уже было на уровне подсознания. Хотя, как говорят, те, кто не умеет плавать, и не тонут. Но оставим это на личной совести каждого. В группе Хозяина ребята не увлекались трофеями. Но бывали разные случаи. Многие брали натовские пайки, когда им надоедал однообразный вкус наших. А некоторые брали шевроны или нашивки, попадалось много интересных, чуть ли не со всей Европы или Америки.

Минут через двадцать Хозяин скомандовал продвигаться дальше и передал этот приказ по рации. Хотя до этого группа ходила почти час, дойти до точки можно было и намного быстрее, потому что они шли по маршруту, тщательно всё проверяя, чтобы ничего не пропустить. Спешке здесь не было места. Шли уже довольно долго, но сильной усталости не было. Темп был небыстрым, а ещё они не были сильно нагружены вещами. Хотя, скорее всего, уже начали привыкать — подлецы.

Внезапно позади Пикассо раздался взрыв. В тишине леса он прозвучал как что-то невероятное. Все сразу попадали, прикрывая голову и ожидая ещё разрывов. Потом все начали быстро озираться по сторонам. Но ни свиста, ни других взрывов никто не услышал, а все услышали стоны. И сразу стало понятно, что это была мина. Пикассо посмотрел назад и увидел подходящего Хозяина.

— Аватар подорвался, — сказал он довольно громко, потому что в ушах ещё стоял звон от подрыва.

Народ поднялся и подошёл к месту. Подходили осторожно, как будто пытались рассмотреть замаскированные мины, что, конечно, почти невозможно. Рядом с Андреем стоял Хозяин, он доставал свою аптечку. Андрей корчился от боли. Его ботинок на правой ноге в районе стопы неестественно свисал, как будто держался на одной коже. Крови было немного, наверное, вся собралась в плотных ботинках. Но внешне было понятно, что от стопы там практически ничего не осталось.

Длинный вколол ампулу и начал снимать жгут с приклада. Тут подошли остальные и подключились к оказанию помощи.

— Дракон и Пикассо, следите вокруг, мы с Батей разберёмся, — сказал Хозяин.

Все сразу занялись своим делом. Дракон немного присел и начал смотреть в одну сторону, направляя туда оружие, а Пикассо в другую точно так же. Никого в округе не было. И если бы не стоны раненого бойца, невозможно бы было предположить, что сейчас произошло.

Тут заговорила рация:

— Доложите, в какой группе произошёл разрыв.

Группа довольно близко находилась от места дислокации, и взрыв, конечно, там услышали.

— Это Хозяин, у нас один трёхсотый — наступил на «лепесток», прибудем через двадцать минут.

К этому времени Андрею уже наложили жгут и шину и рубили длинные ветви для организации более-менее удобных носилок. Всё было сделано быстро и чётко, без лишних телодвижений и разговоров. Все знали, что скорость в таком деле первоочередное дело. Надо сказать, «лепестки» должны быть разбросаны на небольшой площади — ну, относительно. Но бывает и так, что один отлетает от кассеты довольно далеко. И это был именно тот случай. Но всё равно все начали вглядываться в траву, хотя вероятность, что его там увидишь, очень мала. Кто же знал, что он один поблизости.

Как только всё было готово, взвод выдвинулся на место. Теперь впереди шёл Батя, за ним Пикассо и Дракон с носилками, Хозяин замыкал шествие. Пикассо шёл позади носилок. И этот путь показался ему намного труднее и длиннее, чем любой другой. Разорванная и перемотанная нога Аватара, уже Андрея, была перед самыми глазами Пикассо. И за эти несколько минут он успел передумать всё что возможно. И то, как он боялся, как и все, приезжать сюда, и то, что он только что прошёл по месту, на котором через секунду подорвался его боевой товарищ, и что тот теперь на всю жизнь останется калекой. А ещё в обязанности Пикассо входило следить за состоянием раненого, чтобы он не терял сознание. И хоть ему были вколоты противошоковое и анестезия, он бредил и как будто очень сильно чувствовал боль. Эти ощущения передавались всей группе, но в большей части Пикассо, который наблюдал всё в подробностях. Пикассо — это, конечно, тоже позывной. На самом деле его звали Денис, ну или Дэн. Хотя Дэн само по себе можно было назвать позывным, однако обстановка требовала, чтобы позывной не перекликался с настоящим именем. Поэтому он и был Пикассо. Ну и ещё потому, что он мог рисовать — когда-то давно окончил художку. Только рисовал он так себе, поэтому не был Дали или Да Винчи, а был просто Пикассо.

Дорога обратно продолжалась ещё какое-то время. Минут через пятнадцать Батя сказал: движение впереди. Тут же заговорила рация:

— Мы за трёхсотым, встречаем вас.

К группе подошли ещё несколько человек. Андрея сразу переложили на носилки, и их взяли парни со свежими силами. На ходу ногой раненого сразу начал заниматься санинструктор. Что он там колдовал, было непонятно, да и не сильно интересно. Подошли к укреплениям очень быстро. Все в группе были в шоке от произошедшего. Хозяин пошёл на доклад к командиру.

---

Глава 2

Ещё совсем недавно, когда не было мобильных гаджетов, а игровые приставки только начинали свой победоносный путь в стране, основным занятием детей летом было гулять на улице. Денис уже позавтракал и быстро натягивал кеды для своего любимого занятия. Он повесил ключ на верёвочке себе на шею, захлопнул дверь и выбежал на улицу. Пацаны уже были во дворе. Это были Валера и Диман. Они сидели и обсуждали план на день. Обычно таким планом могла быть прогулка на стройку — тогда строек в округе было очень много, и никто сильно не заморачивался, ходят ли по ним дети. Конечно, существовали заборы и даже сторожа, но они, как и современные охранники, не сильно-то и утруждали себя работой. Ещё пацаны могли просто гулять в лесу: они жили на окраине города — и лес начинался буквально как только выйдешь из подъезда. Детские площадки тоже использовались по назначению, но это всё больше по настроению. Что там может быть интересного? А вот стройка или лес — это же целое приключение.

— Здорова, что сегодня делаем? — завёл разговор Денис.

— Да не знаем ещё, наверное, пойдём на поляну дураков, а потом, может, на локатор, — ответил Валера.

Поляной дураков называли место в лесу шагах в ста от дома. Никто не знает, почему именно дураков. Это было замечательное место, иногда там можно было разжечь костёр и запечь картошку. Ну как иногда — это происходило практически каждый день. А ещё это был укромный уголок от посторонних лиц, в основном от взрослых. И туда пацаны приходили выяснять отношения между собой под громкие возгласы товарищей из групп поддержки, и никто не мог этому помешать. Все говорили, что драться будут до последней капли крови. Но обычно это заканчивалось в тот момент, когда кто-то сдастся или заплачет. И уже через час после выяснения, кто сильней, все вместе поедали чёрную картошку. На этот случай некоторые имели в кармане пару спичечных коробков: один со спичками, а другой с солью. А локатор был где-то в километре от дома и к тому же на самом верху довольно крутой сопки. Конечно, локатора там уже давным-давно не было, но все «помнят», как он там стоял. А ещё там оставались места для креплений и бетонные помещения для охраны, вот они-то и были целью столь долгого похода.

— Ништяк, пошли.

У Дениса было какое-то непонятное чувство. Он понял, что ему напекает голову. И до него дошло, что он забыл дома кепку. Кепки в то время были гордостью мальчишек, с большим орлом и надписями на английском языке.

— О, пацаны, я сейчас быстро за кепкой сбегаю, никуда не уходите.

Хорошо, что они не ушли далеко.

Денис быстро побежал, открыл дверь, нашёл на полке над вешалкой свою гордость и, захлопнув дверь, ломанулся обратно на улицу. На всё у него ушло не больше пары минут, но пацаны уже заходили за угол дома. Никто не обижался, что его не подождали, да и он ведь знает конечную цель похода. Денису понадобилась ещё пара минут, чтобы поравняться с друзьями. И буквально через десяток шагов они уже были на большой поляне. Помимо вытоптанных мест, были ещё участки, заросшие травой и цветами. Цветы назывались саранками. И иногда можно было их нарвать и подарить маме. Они как-то совсем по-сумасшедшему пахли, и пока донесёшь этот букет до дома, обычно нос и пол-лица становились красными и жёлтыми от пыльцы.

Прийти на место — это было целым делом, и они его выполнили. Теперь требовалось найти себе занятие в этом месте. Так как никто не собирался драться, да и картошки с собой они не взяли, занятий оставалось совсем немного. Нарвать цветов и нести домой было вообще порой опасным действием. Мамы хоть и радовались подарку, но могли загнать домой и заставить заниматься домашними делами, а это подобно потерянному дню, и нет ничего хуже, чем быть загнанным домой. В таком случае человек совсем не рассматривался как компания, и все интересные занятия планировались и проходили без него.

И даже такое важное дело, как попить воды, не могло заставить ребёнка зайти домой. Для этих целей служили водопроводные трубы, которые могли торчать из подвалов, или даже лужи. Ну как лужи — официально среди пацанов это называлось «родниками». И даже существовал метод определения питьевой воды. Для этого надо было в воду плюнуть. И если слюна быстро расходилась и исчезала, то вода была пригодна для утоления жажды. И таких локаций в местах прогулок было много. Но сейчас пить не хотелось, а тем более компания пришла на поляну дураков. Надо было чем-то занять себя.

И занятия, конечно, находились. Обычно требовалось ходить по площади локации, пинать всевозможные камни и палки в надежде найти что-то интересное. Рассмотреть это в руках, возможно, показать товарищам и в итоге как можно дальше и сильнее бросить. В идеале — чтобы этот предмет или улетел как можно дальше, или воткнулся во что-нибудь. Замечательное беззаботное время.

Так, мальчишки разбрелись в разные стороны для поиска интересных вещей. Денис тоже бродил на одной стороне поляны. Его начинала привлекать созревшая ягода. И все его взоры были прикованы к земле в её поисках. Сезон только начинался, и ягоды пока было немного. Приходилось долго искать, чтобы найти красную. Пацаны тоже чем-то были заняты и обсуждали, видимо, что-то невероятно интересное. Денис не вникал и вообще был повёрнут к ним спиной. И тут ему повезло.

— О, нашёл!

Он нагнулся, для того чтобы сорвать лакомство, и сразу отправил пару сладких ягод в рот. Он был очень рад этой находке и в полной мере наслаждался. Дикая земляника хоть и была довольно мелкая, но вкус у неё невероятно насыщенный.

Затем он повернулся к пацанам с довольным лицом, чтобы что-то сказать, но сразу забыл, что именно хотел произнести, потому что оба стояли с выпученными глазами, без капли крови в лице. В них явно читался страх и даже ужас. Как будто они увидели страшного зверя. Денис решил, что за ним кто-то есть. Он резко обернулся. Но ничего необычного не было.

— Вы… чего? — спросил он у товарищей.

— Ты не представляешь, как тебе сейчас повезло, — ответил Валера.

У него даже немного дрожали губы при разговоре. У Димана в этот момент дрожали руки, он молчал.

Денис вопросительно посмотрел на друзей. Они переглянулись, и Валера спешно начал рассказывать:

— Ты пока отходил, Диман нашёл ржавую круглую железку, — запинаясь, говорил он. — Показал мне, потом такой: «Смотри, дискобол — метатель дисков», — и бросает его в сторону. И мы видим, что эта ерунда летит в твою сторону, очень быстро и прямо в голову. И тут ты нагибаешься и говоришь: «О, нашёл!»

Всё это время Диман не произнёс ни слова, а стоял с большими округлёнными глазами и хватал ртом воздух.

— Да ты гонишь, — произнёс Денис. Он не осознавал того, что произошло.

— Я те отвечаю, — сказал Валера.

Диман только покивал головой. И все вместе они пошли в сторону улетевшего диска. Прошли шагов десять, но его так и не было видно в траве. Денис уже собирался признать, что его разыграли товарищи. Видимо, это они решили так пошутить. Но в этот момент Диман, стоя у большой берёзы, сказал:

— Вот он.

Он не трогал эту железку, а только смотрел. Пацаны подошли к нему. В берёзе на уровне чуть ниже груди мальчишек торчала ржавая железка, на вид очень массивная. Возможно, она когда-то была дном металлического бачка, которое отгнило и отвалилось. В дерево она воткнулась очень основательно и на вид сидела крепко. Это, несомненно, считалось бы подвигом среди мальчишек, да что там — среди всего района, и могло бы стать новым развлечением на целое лето. Если бы не то, что произошло за мгновение перед тем, как кусок металла вонзился в древесину.

Денис попытался взяться за снаряд двумя руками и выдернуть, но тот не поддался, а на руках у мальчишки остались порезы, один даже довольно глубокий, из которого начала сочиться кровь. Второй попытки вытащить опасный предмет никто не предпринял. Денис вытер грязь с руки, быстро нашёл подорожник. Его тоже вытер от пыли, поплевал на него в соответствии с технологией применения и приложил к раненому пальцу. Мысли о том, чтобы вернуться домой и попросить медицинской помощи, ни у кого не возникло, хотя этот порез и мог грозить осложнениями из-за ржавчины и грязи, попавшей в ранку. Так можно было больше не выбраться на улицу.

Всю обратную дорогу мальчишки бурно обсуждали произошедшее. Эмоциональней всех был Валера. Его фраза «Ну, тебе повезло» была произнесена несколько сот раз. А ещё они припомнили «дискобол» и счастливую ягодку. В общем, история была обсосана со всех сторон. Хотя, скорее всего, никто так и не смог представить, насколько трагичными могли быть события. Так же как и не могли представить это все друзья, которым была рассказана эта история в подробностях и несколько раз. Родителям, конечно, никто ничего не сказал. Это было негласным правилом.

---

Глава 3

После отгрузки трёхсотого Андрея у всех было дико отвратное настроение. Хозяин ходил потупив взгляд. Батя и Дракон молча курили в сторонке. Пикассо же не хотел никого видеть. Он отошёл немного в сторону, нашёл дерево и сел, прислонившись к нему спиной. В таких местах довольно быстро начинаешь привыкать к смертям и крови, но когда это происходит с близкими, то сколько бы ты ни привыкал — это страшно. Погода стояла жаркая, и его сморило, это не было сном в полноценном смысле. Надо сказать, он уже забыл, когда мог спокойно и мирно поспать, даже в тылу. Это было похоже на сон с открытыми глазами, когда осознаёшь, что происходит вокруг, и одновременно находишься то ли в дремоте, то ли в своих мыслях. Сколько времени прошло, Пикассо не мог понять.

Хозяин разговаривал по телефону — видимо, с женой. Этот разговор не предназначался для посторонних ушей, но многие его слышали, хотя и старались отвлечь себя, чтобы не вникать в тему. Пикассо тоже слышал часть разговора.