12+
Журнал «АРХОНТ» № 2, 2017

Бесплатный фрагмент - Журнал «АРХОНТ» № 2, 2017

Объем: 182 бумажных стр.

Формат: epub, fb2, pdfRead, mobi

Подробнее

Информация о редакции

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР

Бредихин Антон Викторович — кандидат исторических наук, президент АНО социально-экономического и политического консалтинга «Центр этнических и международных исследований»

РЕДАКЦИОННЫЙ СОВЕТ:

Апрыщенко Виктор Юрьевич — доктор исторических наук, директор Института истории и международных отношений ФГАОУ ВО «Южный федеральный университет»

Бугай Николай Федорович — доктор исторических наук, профессор, действительный государственный советник Российской Федерации III класса, главный научный сотрудник Центра «Историческая наука России» ФГБУН Институт российской истории Российской академии наук

Крылов Александр Борисович — доктор исторических наук, руководитель Центра постсоветских исследований ФГБНУ «Национальный исследовательский институт мировой экономики и международных отношений им. Е. М. Примакова Российской академии наук»

Курылев Константин Петрович — доктор исторических наук, доцент кафедры теории и истории международных отношений факультета гуманитарных и социальных наук ФГАОУ ВО «Российский университет дружбы народов»

Митрофанова Анастасия Владимировна — доктор политических наук, профессор кафедры общая политология ФГБОУ ВО «Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации»

Савенков Роман Васильевич — кандидат политических наук, доцент кафедры социологии и политологии ФГБОУ ВО «Воронежский государственный университет»

Скорик Александр Павлович — доктор исторических наук, доктор философских наук, профессор, директор Научно-исследовательского института истории казачества и развития казачьих регионов ФГБОУ ВО «Южно-Российский государственный политехнический университет (НПИ) имени М. И. Платова»

Чернышов Юрий Георгиевич — доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой всеобщей истории и международных отношений ФГБОУ ВО «Алтайский государственный университет»

Шатилов Александр Борисович — кандидат политических наук, декан факультета социологии и политологии ФГБОУ ВО «Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации»

Шеховцов Роман Викторович — доктор экономических наук, профессор, Заместитель Министра экономического развития Ростовской области

МЕЖДУНАРОДНЫЙ РЕДАКЦИОННЫЙ СОВЕТ:

Бредихин Андрей Владимирович — доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой всемирной истории ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Ковальска-Стус Ханна — доктор гуманитарных наук, титулярный профессор, заведующий кафедрой Византийско-православной культуры Ягеллонского университета в Кракове, Польша

Милошевич Зоран — доктор социологических наук, профессор, научный советник Института политических исследований, Белград, Сербия

Моравчикова Михаэла — доктор теологии, директор Института правовых вопросов религиозной свободы юридического факультета Трнавского университета, Словакия

Шевченко Кирилл Владимирович — доктор исторических наук, доцент, заведующий Центром евразийских исследований, профессор кафедры правовых дисциплин филиала ФГБОУ ВО «Российский государственный социальный университет» в г. Минске Республики Беларусь

Журнал зарегистрирован в Роскомнадзоре как сетевое издание (свидетельство Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций ЭЛ № ФС 77 — 70779 от 21 августа 2017 г.)

ISSN 2587—9464.

Выходит 6 раз в год.

Все номера журнала находятся в свободном доступе на сайте: arkhont.com

E-mail редакции: bredikhin90@yandex.ru

Слово главного редактора

Уважаемые читатели!

Рад приветствовать Вас на страницах второго выпуска электронного научного журнала «Архонт». Новый выпуск посвящен актуальным проблемам постсоветского пространства и евразийской интеграции, а также глобальной системе международных отношений.

Мы продолжаем публикацию докладов международного круглого стола «Евразийская интеграция: проблемные звенья и точки роста», начатую в первом номере журнала. В этот раз читателям представлены статьи по темам развития новых государств постсоветского пространства (Абхазия, Южная Осетия, Приднестровье, ДНР, ЛНР), рисков и возможностей развития евразийской интеграции в Белоруссии, социального уровня развития населения Киргизии в составе Евразийского Экономического Союза.

Вместе с тем, наш журнал выступил партнером XII Международной конференции межвузовского научно-дискуссионного клуба «Эксперт» «Постбиполярный мир: проблемы безопасности евроазиатского геостратегического пространства», организованной факультетом истории, социологии и международных отношений Кубанского государственного университета и Краснодарским отделением Ассоциации европейских исследований 17—18 ноября 2017 г. Основными направлениями работы конференции стали проблемы геополитики, историко-культурные аспекты, международные отношения, мировая экономика, мировоззренческие концепции, проблемы безопасности.

В рамках текущего номера опубликованы статьи по вопросам внешней политики Российской Федерации, Ирана, Китая, Норвегии, Турции, Корейского кризиса, политики мультикультурализма, сотрудничества в Большой Восточной Азии, религиозного фактора во взаимоотношениях суннитов и шиитов, системы мирового неравенства. Трибуна молодого ученого представляет работу по прошедшим выборам в Федеральной Республике Германия. Представлен обзор XXXIII Харакского форума «Политическое пространство и социальное время: диалог эпох и ценности поколений», партнером которого выступил наш журнал, а также резолюция круглого стола «Сотрудничество украинской национально-культурной автономии Республики Крым с соотечественниками за рубежом».

Будем рады новым статьям наших авторов, а также любому участию в продвижении молодого научного издания!

С уважением,

кандидат исторических наук,

главный редактор электронного научного журнала «Архонт», президент АНО социально-экономического и политического консалтинга «Центр этнических и международных исследований»

Бредихин Антон Викторович

Мачавариани Г. Г. Характер и особенности грузино-турецких отношений на современном этапе

Аннотация: Турция, в свете наращивания своего политического и экономического влияния на Южном Кавказе, успешно осуществляет политику «мягкой силы» в регионе. Грузино-турецкое сотрудничество в торгово-экономической, энергетической, деловой и военно-политической сфере создает прочную основу для сближения и поступательного роста взаимного доверия в двусторонних отношениях и является основой политического партнерства Грузии и Турции.

Ключевые слова: Грузия, Турция, «мягкая сила», каспийские энергоресурсы, транспортный коридор, буфер.

После распада СССР Турция начала активно предпринимать попытки укрепления своего положения на Южном Кавказе. Большое значение она придавала Грузии, поскольку через ее территорию планировалась прокладка маршрутов транспортировки каспийских энергоресурсов. Другой возможный путь через территорию Армении турецкой стороной не рассматривался в связи с конфликтом в Нагорном Карабахе.

Турция одной из первых признала независимость Грузии в 1991 г., но установила дипломатические отношения только в мае 1992 г., после признания независимости Грузии со стороны США и возвращения Э. Шеварднадзе. В конце 1992 г. премьер-министр Турции

С. Демирель прибыл в Грузию с официальным визитом, во время которого были подписаны два знаковых документа — Договор об укреплении дружбы, сотрудничества и взаимной безопасности и Декларация о мире, безопасности и сотрудничестве в Кавказском регионе.

Турция и Грузия стали важными партнерами, в частности в таких областях, как энергетика, оборона и сектор безопасности. Этому во многом способствовало то, что Турция выступала за территориальную целостность Грузии, а также поддерживала ее стремление к евроатлантической интеграции и развитию вооруженных сил. 13 октября 1992 г. Милли Меджлис Турции выступил с заявлением в пользу территориальной целостности Грузии.

В этот период США, страны Западной Европы и Турция начали активно обсуждать вопрос доставки каспийских энергоресурсов на западный рынок и в связи с этим — строительство через территорию Грузии нового трубопровода в обход России.

В рамках Стамбульского саммита ОБСЕ, проходящего 18 ноября 1999 г., президенты Грузии, Азербайджана и премьер-министр Турции подписали межправительственное соглашение по проекту «Баку — Тбилиси — Джейхан».

Президент США Б. Клинтон в качестве наблюдателя также поставил свою подпись под соглашением. Работы по строительству нефтепровода начались в сентябре 2002 г.

В ноябре 2002 г. в Турции к власти пришла Партия справедливости и развития во главе с Р. Т. Эрдоганом. Во время его правления ключевая позиция в формировании внешнеполитического курса страны была отведена профессору Стамбульского университета А. Давутоглу. В своей книге «Стратегическая глубина: международное положение Турции, изданной в 2001 г., он предложил принципиально новую концепцию внешней политики страны. Основная суть стратегической доктрины Давутоглу заключалась в том, что, благодаря своему выгодному местоположению на пересечении нескольких важнейших регионов, перед Турцией открывается новая перспектива восстановления былого «османского величия». Она, как один из важных субъектов международной дипломатии, уже не может рассматриваться в качестве объекта влияния со стороны западных стран, особенно США. Стратегия Давутоглу основывалась на продвижении «мягкой силы» и политике «нулевых проблем» с соседями, проведении последовательной внешней многовекторной политики в Европе и Центральной Азии, но основное внимание, конечно же, уделялось Кавказско — Каспийскому и Ближневосточному регионам. Делая упор в межгосударственных отношениях, прежде всего, на взаимовыгодном экономическом сотрудничестве, а также на культурных связях, Турция стремилась определять развитие региона, стать гарантом его безопасности и стабильности.

Проведение политики «нулевых проблем» позволило в короткие сроки получить положительные результаты. Турции удалось существенно сгладить проблемы в отношениях с соседними странами.

После прихода к власти в январе 2004 г. администрации М. Саакашвили турецкое влияние в Грузии заметно возросло. М. Саакашвили определил взаимоотношения с Турцией как приоритетные во внешней политике Грузии. 20 мая 2004 г. он совершил трехдневный визит в Турцию, во время которого встретился с премьер-министром Р. Т. Эрдоганом, президентом

А. Сезером, а также с начальником Генштаба и обсудил с ними вопросы двустороннего военно-политического сотрудничества.

Приход к власти в Турции и Грузии Т. Р. Эрдогана и М. Саакашвили внес большой вклад в укрепление и развитие двустороннего сотрудничества в военной сфере. В 2004 г. Турция завершила реконструкцию военного аэропорта Марнеули, которая обошлась ей почти в 3 млн. долл. США, и начала строительство военной базы в Гори на 4 тыс. военнослужащих.

С целью дальнейшего развития сотрудничества в 2005–2006 гг. были подписаны договоры, в соответствии с которыми Анкара предоставила 3,4 млн. долл. для реконструкции грузинских вооруженных сил. Также интенсивно развивалось турецко-грузинское сотрудничество по переподготовке и обучению грузинских военных.

Турция прилагала максимальные усилия для того, чтобы стать региональным лидером как на Южном Кавказе, так и на Ближнем Востоке. Частично ей это удалось, но в отношениях с Арменией она столкнулась с такими серьезными проблемами, как вопросы Карабаха и признание геноцида армян, в результате Турции пришлось ограничиться двусторонним сотрудничеством с Азербайджаном и Грузией.

По словам Г. Аршакяна: «В энергетике Турция смогла зафиксировать значительные успехи, ей удалось выстроить географию экспортных маршрутов азербайджанской нефти и газа» и взять их под свой контроль. В 2007 г. в Тбилиси прошла трехсторонняя встреча с участием Турции, Грузии, Азербайджана, на которой были подписаны: Тбилисская декларация об общем видении регионального сотрудничества и Меморандум о взаимопонимании и сотрудничестве в сфере энергетики. 25 марта того же года состоялась церемония открытия газопровода «Баку — Тбилиси — Эрзерум». В следующем году была подписана декларация о строительстве магистрального нефтепровода «Баку — Тбилиси — Джейхан» (БТД) в качестве альтернативного уже существующему нефтепроводу «Баку — Новороссийск».

Грузия, являясь важнейшим звеном энергетического коридора Восток — Запад и международного транспортного коридора Центральная Азия — Кавказ-Европа, надеялась, что ее вовлеченность в реализацию крупных региональных проектов даст положительный результат для ее экономики. Турция и Азербайджан рассматривались как противовес России в обеспечении страны альтернативными источниками торговли и инвестиций. Это давало им возможность расширить свое экономическое и политическое влияние в Грузии. Помехой на этом пути стала транспортная проблема, что заставило Турцию обратить особое внимание на развитие железных дорог, параллельно наращивая свои портовые инфраструктуры. Турция выступила с инициативой строительства в обход Армении, исключая ее, таким образом, из крупнейшего регионального проекта, транспортного коридора Турция — Грузия — Азербайджан. 7 февраля 2007 г. президенты Грузии и Азербайджана, а также премьер-министр Турции в Тбилиси подписали документ о начале строительства железной дороги Баку — Тбилиси — Карс, которая должна связать три страны и способствовать развитию сотрудничества в области энергетики. Данный факт указывал на вступление Грузии в межгосударственное транзитное сотрудничество с Турцией и Азербайджаном и последующее отдаление от России. Хотя грузинская сторона высказывает опасения, что с началом эксплуатации магистрали Баку — Тбилиси — Карс черноморские порты страны во многом потеряют свое значение.

В ходе визита президента Турции А. Гюля в Грузию в 2007 г. было оформлено Соглашение о свободной торговле. Тогда же были созданы совместная комиссия и турецко-грузинская бизнес-ассоциация.

Турция становится самым крупным торговым партнером Грузии. Так, двусторонний товарооборот к 2008 г. увеличился с 240 млн. до 1 млрд. долл., а впоследствии вырос до более чем 1,5 млрд. долл. В экономическом плане ни с какой другой страной Грузия не достигла подобного результата. По мнению М. Сесайра, Турция демонстрировала стремление и готовность лидировать в регионе и нести ответственность за положение дел в нем. Аналитик отмечает: «Грузии отношения с Турцией могут помочь расширить участие в региональной торговле и инвестиционной деятельности, а также утвердить то, к чему она активно стремится — к независимости от России».

Турецкие компании сделали большие вложения в экономику Грузии. Их инвестиции составили больше 1,4 млрд. долл., т.е. 16% всех прямых иностранных инвестиций. Грузия стала первой из бывших советских республик, где Турции удалось обойти Россию и стать главным партнером.

Власти Турции осуществляли капиталоемкие инфраструктурные проекты в Азербайджане, Грузии и странах Центральной Азии. Государственный «Эксимбанк» Турции поддерживал программы развития промышленности и торговли, строительные и инвестиционные проекты.

Запад одобрял инициативы Турции по налаживанию надежных связей со странами Закавказья и Центральной Азии и оказывал Турции существенную помощь. В результате торговый оборот между Турцией и, в частности, Грузией возрос до 1,51 млрд. долл. Экспорт в Турцию составил 186 млн. долл., а импорт из Турции — 1,33 млрд. долл. США. Турция вошла в десятку крупных инвесторов Грузии. В структуре прямых иностранных капиталовложений на долю турецких компаний приходилось почти 10%. Отмечался интерес турецкой стороны к инвестициям в строительство, транспорт, энергетику, легкую и пищевую отрасли, сферу услуг, сельское хозяйство. Турецкий консорциум TAV провел реконструкцию и получил права на эксплуатацию аэропорта в Тбилиси, также обновил и ввел в строй аэропорт в Батуми.

Нужно отметить, что Турция — один из ведущих доноров Тбилиси в военной сфере. Она приветствовала евроатлантические устремления Грузии и являлась посредником в вопросе развития связей с альянсом. Турция активно содействовала процессу приведения грузинских ВС в соответствие со стандартами НАТО.

Став стратегическим партнером Грузии, Турция усилила свое влияние на пространстве Южного Кавказа. Решился вопрос создания коридора Турция — Азербайджан — Центральная Азия для экспорта энергетических ресурсов, важным связующим звеном которого является Грузия.

Грузия, став частью крупных геоэкономических проектов: нефтяного трубопровода Баку — Тбилиси — Джейхан, газопровода Баку — Тбилиси — Эрзерум, строящейся железной дороги Баку — Тбилиси — Карс с одной стороны, сблизилась с Западом, с другой — пошла на конфронтацию с Россией, что вылилось в вооруженный конфликт 2008 г. Выявившееся во время августовской войны глубокое геополитического противостояние между Россией и НАТО отразилось и на позиции Турции в регионе — сделало невозможным реализацию одного из приоритетов ее внешней политики — стать лидером на Южном Кавказе.

В рамках турецко-грузинского военно-технического сотрудничества Турция продала Грузии большое количество оружия и боеприпасов. В частности, в 2008 г. во время августовской войны Грузия использовала бронетранспортеры турецкого производства. В то же время Турция предоставила безвозмездную финансовую помощь силовым структурам Грузии, объем которой к 2008 г. составил около 45 млн. долл. США.

В ходе августовского конфликта 2008 г. продвижение российской армии в сторону Западной Грузии чуть не привело к военному столкновению России и Турции, которая была серьезно обеспокоена судьбой своих крупных инвестиций в экономику Грузии, составлявших к тому времени более чем 1,5 млрд. долл. Турция также понесла значительный экономический ущерб, поскольку главный оператор нефтепроводов «Баку — Тбилиси — Джейхан» и «Баку — Тбилиси — Супса» «Бритиш петролеум» временно приостановил прокачку энергоресурсов по этим маршрутам.

12 августа 2008 г. Р. Т. Эрдоган вылетел в Москву с предложением о создании Платформы стабильности и сотрудничества на Кавказе с участием Турции, трех южнокавказских государств, России, США и стран Евросоюза.

Своей инициативой Р. Т. Эрдоган старался дать понять, что азербайджано — грузино — турецкое взаимодействие в регионе является открытым для всех заинтересованных сторон. Россия отказалась от участия в турецкой инициативе, со своей стороны власти Турции учитывали расклад сил в регионе и осознавали роль и позиции России.

После августа 2008 г. стало очевидно, что стабильность и безопасность Южного Кавказа напрямую зависели от договоренностей между Турцией и Россией.

Выдвигая идею создания общей инициативы, Турция преследовала цель сохранить свои позиции как основного регионального игрока. В этом плане ей особенно мешало «вхождение» США в регион, что означало бы в дальнейшем принижение роли Турции.

Р. Эрдоган так охарактеризовал сложившуюся ситуацию: «Америка наш союзник, а Российская Федерация — важный сосед. Россия наш торговый партнер номер один. Две трети энергоресурсов мы получаем из России… Мы останемся в полной темноте». Поэтому закрыв перед ВМС США Черноморские проливы, Турция продемонстрировала решимость сыграть свою роль на Южном Кавказе.

В отношениях с Грузией Турция, с одной стороны, заявляла о поддержке ее территориальной целостности, с другой, обозначила свою позицию в отношении автономного статуса Аджарии, которую продолжает рассматривать как свой протекторат и осуществляет там серьезную экспансию своего капитала — на сумму свыше 1,4 млрд. долл. Это примерно 16% всех осуществленных в Грузии прямых иностранных инвестиций.

Турция также развивает контакты с Абхазией посредством почти миллионной абхазской диаспоры, функционирующей в Турции с ХIХ в. и поддерживающей линию руководства Сухуми на независимость. В частности, турецкие компании вели активный бизнес в Абхазии, что не поддерживалось официальной Анкарой, но и не пресекалось.

Экономическое влияние Турции продолжает расти в уже «частично признанном» государстве. Примерно половина внешней торговли Абхазии приходится на Турцию, большая часть гостиничного бизнеса также в руках турецких бизнесменов. Турецкие инвестиции являются стратегически важными для абхазской экономики. Анкаре удалось добиться у официального Тбилиси разрешения на проходы турецких судов в порты Абхазии. Осенью 2009 г. грузинские ВМС арестовали турецкий танкер за нарушение режима блокады. Турецкие власти резко осудили действия Грузии, тогда же последовал срочный визит министра иностранных дел А. Давутоглу в Тбилиси, где на уровне министров иностранных дел были обсуждены рамки турецко–абхазских отношений.

Во время президентских выборов в Абхазии права избирателей получили также абхазы, проживающие в Турции. Усиление политического и экономического присутствия Турции противоречило грузинской политике экономической изоляции Абхазии, к тому же ее активность серьезно беспокоила руководство Грузии и негативно влияла на турецко-грузинские отношения, поскольку создавала определенную угрозу безопасности Грузии. Ввиду того, что большая часть абхазского населения оказалась вовлеченной в турецкий бизнес, Турция, скорее всего, под видом защиты бизнес-интересов своих граждан будет стремиться к утверждению своего присутствия в Абхазии, может создать определенную угрозу безопасности в регионе, который Грузия считает частью своей территории.

В июне 2012 г. в Трабзоне главы МИД Азербайджана, Турции и Грузии подписали трехстороннюю декларацию. В документе были отражены основные направления сотрудничества Грузии, Азербайджана и Турции в сферах экономики, энергетики, транспорта и культуры. Что касалось экономического сотрудничества, то оно осуществлялось в формате интеграционных проектов, таких как ГУАМ и ОЧЭС.

В Грузии внимательно следят за развитием отношений между Турцией и Россией. По данному поводу эксперты напоминают о Карсском договоре, заключенном в 1921 г. при посредничестве РСФСР между Турцией и советскими республиками Закавказья. Согласно этому договору, городу Батуми присваивался статус порто–франко, а Турция и Россия оставляли за собой право ввести войска в случае нападения на нее других государств. Некоторые грузинские эксперты выражают обеспокоенность относительно усиления влияния Турции в Аджарии. В свою очередь, турецкая сторона считает, что Турция правомочна, согласно договору, ввести в Аджарию войска, что ею было продемонстрировано во время августовского конфликта, когда возникла угроза продвижения российской армии в сторону Западной Грузии.

Исследуя турецко-грузинские отношения, следует коснуться проблемы турок-месхетинцев, массовая депортация которых (до 100 тыс. чел.) из Грузии в Среднюю Азию была осуществлена И. В. Сталиным в 1944 г.

В 1989 г., в результате межэтнических столкновений, они были выселены из Ферганской области Узбекистана и осели в других республиках СССР, в том числе в России — 70 тыс., 106 тыс. человек живут в Азербайджане, 65 тыс. — в Турции, 50 тыс. — в США, остальные в Казахстане, Киргизии, Узбекистане и на Украине, в Грузии проживает около 5 тыс. человек.

Согласно данным Европейского центра по вопросам нацменьшинств, в настоящее время общая численность турок-месхетинцев в мире составляет около 629 тыс. человек.

При вступлении в Совет Европы в 1999 г. Грузия взяла на себя обязательства в течение двух лет принять закон о репатриации турок-месхетинцев, вернуть их на историческую родину и предоставить грузинское гражданство. Турция выступает за их возвращение в Грузию в места их исторического проживания — Самцхе-Джавахети, в настоящее время заселенном, в основном, армянским населением. Игнорирование грузинскими властями данной проблемы вызывает недовольство Турции, хотя серьезных заявлений не делается, поскольку Турция больше заинтересована в сохранении экономических и политических связей с Тбилиси и дальнейшим развитием турецко-грузинских отношений. Также несомненную важность представляет и то, что Грузия является стратегическим буфером между Турцией и Россией.

В Концепции национальной безопасности Грузии отмечается, что Турция является одним из главных внешних партнеров Грузии, совместные транспортные и энергетические проекты с которым имеют большое стратегическое значение для обеих стран.

В настоящее время между Грузией и Турцией действует безвизовый режим, согласно которому граждане Грузии при въезде в Турцию могут пользоваться внутренними паспортами нового образца, вследствие чего происходит интенсивное передвижение трудовых мигрантов в обоих направлениях.

Позиция Турции по отношению к Грузии все более приобретает довлеющий характер. В настоящее время рост импорта из Турции в Грузию в 4 раза превышает рост экспорта из Грузии, что создает реальную угрозу еще большей зависимости экономики Грузии от южного соседа. Поскольку юг Грузии входит в сферу стратегических интересов Турции, так как здесь пролегают транспортные и нефтегазовые магистрали, турецкие власти используют все возможности для расширения своего влияния в регионе.

Турция, все еще претендующая на роль региональной державы, обладает всеми ресурсами для успешного развития многовекторных связей со странами Южного Кавказа и Средней Азии. Это связано с тем, что наряду с экономическими интересами, турецкое правительство ставит политические цели.

Все это свидетельствует о том, что Турция взяла курс на доминирование в регионе и создание буферной зоны в районах, прилегающих к ее границе для установления там своего контроля.

Безусловно, Турция заинтересована препятствовать стремлению США и Евросоюза усилить свое военное присутствие в бассейне Черного моря, и для достижения своей цели она готова сотрудничать с Россией. Со стороны США неоднократно выдвигались обвинения в том, что Турция мешает закреплению военного присутствия США в Черноморском регионе и сотрудничает с Россией, вследствие чего Евросоюз и США будут вынуждены предпринять соответствующие меры, хотя четко понимают, что политика Турции на Южном Кавказе может создать проблемы процессу интеграции государств региона в НАТО и ЕС. Поэтому они прикладывают усилия, чтобы Южный Кавказ стал объектом противостояния между Турцией и Россией.

Несмотря на то, что в настоящее время в Турции сложилась сложная обстановка, связанная с попыткой в июле 2016 г. государственного переворота, тем не менее, турецкая сторона на политическом уровне по-прежнему может влиять на Грузию, и грузинской стороне понадобится приложить максимум усилий, чтобы сбалансировать отношения с южным соседом.

В 2016 г. Грузия и Турция договорились об образовании Совета стратегического сотрудничества высокого уровня, также правительствами двух стран был согласован договор о развитии пассажирских и грузовых перевозок железнодорожным транспортом, о сотрудничестве в сфере труда и поощрении и защите инвестиций, о сотрудничестве в сфере исполнения наказаний.

Таким образом, проанализировав турецко-грузинские отношения на данный момент, мы сделали вывод, что Турция — ведущий региональный игрок на Южном Кавказе, после восстановления Грузией независимости, она стала ее главным торговым и экономическим партнером. Экономическое сотрудничество и осуществление совместных региональных транспортных и энергетических проектов имеют стратегическое значение для обеих стран.

Литература

— Аршакян Г. Основные направления турецко-грузинских отношений в контексте региональной политики Турции в начале ХХI в. URL: https://riss.ru/images/pdf/ journal/2015/6/08_.pdf (дата обращения: 26.06.2016).

— Бредихин А. В. Турки-месхетинцы в Ростовской области и Краснодарском крае: на пути интеграции в российское общество// Историческая память и диалог поколений в постсоветском обществе. Сборник статей №1. М.: Научное общество кавказоведов, ИП Лобанов В. И., Книжный мир, 2016. №1. С. 63—70.

— Внешняя торговля Грузии в 2015 г. URL: http://bizzone.info/stats/EuVFFypAAu.php (дата обращения: 26.06.2016).

— Глазова А. В. Внешнеполитические инициативы Турции на Южном Кавказе: успех или неудача? Проблемы национальной стратегии, 2011. №1 (6). С. 71.

— Единство Абхазии и России — главный фактор мира в регионе. URL: http://m.sputnik-abkhazia.ru/analytics/20151222 /1016684668.html (дата обращения: 26.06.2016).

— Иванов В. А. Основные контуры турецко-грузинского военно-политического сотрудничества: динамика и перспективы развития. С. 144.

— Из истории грузино-турецких отношений. URL: http://arevelkcenter.com/archives/2222 (дата обращения: 26.06.2016).

— История турок-ахыска. URL: http://www.ahiska-gazeta.com/en/histories/47/ (дата обращения: 26.06.2016).

— Минасян С. Пятидневная война августа 2008 г.: военно-политический анализ. Кавказ-2008. Ежегодник Института Кавказа. Ереван, 2010. С. 119.

— Мурадян И. Роль европейских структур в ситуации в Абхазии. URL: http://www.lragir.am/index/rus/0/comments/ view/36460 (дата обращения: 26.06.2016).

— Нарчемашвили Н. Турция — самый активный партнер Грузии. URL: http://bizzone.info/articles/1325640148.php (дата обращения: 26.06.2016).

— Принудительное переселение (депортация) народов в СССР. URL: https://ria.ru/spravka/20140421/ 1004857138. html (дата обращения: 26.06.2016).

— Россия или Турция? Абхазский выбор. URL: https://regnum.ru/news/2027412.html (дата обращения: 26.06.2016).

— Рябов А. В., Крылов А. Б., Бредихин А. В., Воркунова О. А., Муртазин М. Ф., Притчин С. А., Надеин-Раевский В. А., Силаев Н. Ю., Сотников В. И., Гончаренко С. И., Арешев А. Г., Муханов В. М. Южный Кавказ в системе «трех морей»: внешние угрозы и внутренние вызовы// Мировая экономика и международные отношения, 2016. Т. 60. №10. С. 91—106.

— Сосо Хозреванидзе: «В Турции живет 65 тысяч турок-месхетинцев, из них 30 тысяч хотят вернуться в Грузию!» URL: http://ru.saqinform.ge/news/12650/soso-Kozrevanidze-v-turcii-Zivet-65-tisAC-turok-mesKetincev-iz-niK-30-tisAC-KotAt-vernutisA-v-gruziU-.html (дата обращения: 26.06.2016).

— Турки-месхетинцы Кыргызстана. URL: http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1385632920 (дата обращения: 26.06.2016).

— Турки-месхетинцы: Из одного изгнания в другое (часть I). URL: http://www.fergananews.com/articles/6278 (дата обращения: 26.06.2016).

— Турция не постесняется закрыть Проливы и нарушить конвенцию Монтрё. URL: https://regnum.ru/news/polit/2024298.html (дата обращения: 26.06.2016).

— Турция усиливает влияние на Грузию. URL: http://www.politrus.com/2014/10/06/georgia-turkey-2/ (дата обращения: 26.06.2016).

— Ahiska Turks will returns to their homeland. URL: http://www.diplomaticobserver.com:80/news_read.asp?id=1266 (дата обращения: 26.06.2016).

— Baran Z. The Baku-Tbilisi-Ceyhan Pipeline: Implications for the Turkey / Z. Baran // The Baku-Tbilisi-Ceyhan Pipeline: Oil window to the West / ed. by S. F. Starr, S. E. Cornell. Washington: The Central Asia-Caucasus Institute & Silk Road Studies Program, 2005. P. 107.

— Cecire M. Zero Problems 2.0: Turkey as a Caucasus Power. URL: http://www.worldpoliticsreview.com/articles/12354/zero-problems-2-0-turkey-as-a-caucasus-power (дата обращения: 26.06.2016).

— Çelikpala M. Turkey as a Regional Power and the Caucasus. Insight Turkey. 2007. Vol. 9, №2. P. 28.

— Chkhikvadze I. Zero problems with neighbors: The case of Georgia. Turkish Policy Quarterly. 2011. Summer. P. 4.

— Clayton N. Turkish investment and trade booms in Abkhazia.

— Daly C. K. J. Turkey and the problems with the BTC. Eurasia Daily Monitor. URL: http://www.jamestown.org/ single/? no_cache=1&tx_ttnews [tt_news] =33887 (дата обращения: 22.06.2016).

— Davutoğlu A. Stratejik Derinlik: Türkiyenin Uluslararası Konumu. Istanbul: Küre Yayinlari, 2010. 600 p.

— Saakashvili М.: Georgia, Turkey «Natural Allies’. URL: http://www.civil.ge/eng/article.php?id=6974&search= (дата обращения: 12.01.2016).

— Szporluk R. National identity and ethnicity in Russia and the New States of Eurasia. New York, 1994. P. 287; Ekedahl M. C., Goodman A. M. The wars of Eduard Shevardnadze / M. C. Ekedahl, A. M. Goodman. Pennsylvania, 1997. P. 257.

— TSK, 16 ülkeden 93 bin personeli yerinde eğitti. URL: http://www.milliyet.com.tr/2006/01/02/son/sonsiy04.html (дата обращения: 12.06.2016).

Бредихин А. В. Перспективы участия новых государств постсоветского пространства в процессах евразийской интеграции

Аннотация: распад СССР в 1991 г. выступил не только «крупнейшей геополитической ошибкой XX века», но и запустил систему «парада суверенитетов», который не прекращен и сегодня. Образование 15 республик, определивших для себя различные геополитические приоритеты, повлекло за собой желание многих народов воспользоваться правом нации на самоопределение. Следствием его реализации стало объявление о независимости ряда государственных образований, непризнанных другими государствами бывшего СССР.

Ключевые слова: Евразийский Экономический Союз, интеграция, непризнанные республики, Донбасс, Абхазия, Южная Осетия-Алания.

Если в 2008 г. Российская Федерация признала независимость Республики Абхазия и Республики Южная Осетия-Алания, то это не решило вопроса с такими сформировавшимися субъектами международных отношений, как Приднестровская Молдавская республика, Донецкая народная республика, Луганская народная республика. Открытым остается и вопрос их интеграции в совместные проекты государств постсоветского пространства, в том числе и Евразийский Экономический Союз (ЕАЭС).

Говоря о перспективах интеграции в ЕАЭС непризнанных или признанных лишь одним государством-членом ЕАЭС государств, следует отметить, что их пути индивидуальны и какой-то универсальной модели не существует.

Путь евразийской интеграции для Приднестровья сегодня определяется политической повесткой дня не только официального Тирасполя, но и официального Кишинева. Избрание президентом Молдавии И. Додона привело к переориентации геополитического вектора республики в сторону Российской Федерации. Молдавия получила статус наблюдателя при ЕАЭС, а 9 мая 2017 г. И. Додон принимал участие в праздновании Дня Победы в Москве.

В то же время новый молдавский президент настроен на сближение с Приднестровьем и решение «замороженного» конфликта мирным путем. Ряд встреч И. Додона с В. Красносельским определили точки сближения Тирасполя и Кишинева в сфере экономики. Вопрос политической интеграции остается в настоящее время открытым, хотя И. Додоном было сделано предложение о представительстве Приднестровья в молдавском парламенте. Формат федеративного пути, по которому пошла Гагаузия в отношениях с Кишиневом, в настоящее время не приемлем для Тирасполя. Хотя в сложившейся ситуации последнее слово останется за Москвой, которая видит евразийскую интеграцию Молдавии и Приднестровья логичным продолжением при разрешении межгосударственного конфликта.

Путь интеграции для Абхазии и Южной Осетии-Алании в ЕАЭС напрямую связан с процессом их интеграции в российское политическое, правовое и экономическое поле. В настоящее время Российская Федерация выступает единственным членом ЕАЭС, признавшим их независимость. Ни Минск, ни Астана, Бишкек или Ереван в настоящее время не предпринимают шагов на пути к признанию их суверенного статуса. Однако Москва реализовала ряд шагов в сферах военной, социальной, экономической, направленных на повышение уровня жизни в молодых кавказских республиках до уровня в Южном и Северо-Кавказском федеральных округах. Кроме того, силен здесь и этнокультурный компонент: на территории Абхазии ведет свою работу Кубанское войсковое казачье общество, а абхазы относятся к черкесским народам, живущим на территории российского Кавказа. Южная Осетия-Алания не только ощущает свое этническое единство с народом Северной Осетии-Алании, но и провела соответствующий референдум, на основании которого было изменено название республики.

Путь в ЕАЭС для Донецкой и Луганской народных республик в настоящее время носит стратегический для республик Донбасса характер. А. Захарченко и И. Плотницкий неоднократно заявляли о желании народа Донбасса стать частью евразийской семьи и войти в состав Российской Федерации. На наш взгляд, одним из путей реализации данной цели выступает возобновление работы созданного в 2010 г. еврорегиона «Донбасс». Это трансграничное образование обладает не только общей исторической судьбой его участников, но и реализовывало ряд экономических, экологических и социокультурных проектов. После государственного переворота в Киеве в 2014 г. Украина «заморозила» приграничное сотрудничество с Российской Федерацией. Однако ДНР и ЛНР, объявившие о своем суверенитете могут воспользоваться появившейся лакуной и выступить правопреемниками Луганской и Донецкой областей, вошедших в число учредителей еврорегиона «Донбасс». Подобный шаг пересекается с позицией официального Киева и Минских соглашений в вопросе признания Донецкой и Луганской народных республик в качестве «Отдельных районов Донецкой и Луганской областей», обладающих особым статусом. Однако с такой характеристикой не согласны Донецк и Луганск, настаивающие на государственном суверенитете ДНР и ЛНР, что подкреплено волеизъявлением народа Донбасса на референдуме 2014 г. Участие ДНР и ЛНР в работе еврорегиона «Донбасс» позволило бы по формату Европейского Союза применить инструмент трансграничной интеграции при расширении ЕАЭС и вовлечению в его проекты непризнанных государств.

Как видим, пути интеграции непризнанных или признанных лишь одним государством-членом ЕАЭС государств в евразийской интеграционное поле не обладают однородностью. В то же время, если для одних вступление в ЕАЭС идет совместно с процессом международного признания, то для других ЕАЭС можно рассматривать как сопутствующий интеграционный проект по вхождению новых государств постсоветского пространства в состав Российской Федерации, что, например, и сделали Республика Крым и Севастополь в 2014 г.

Литература

— Бредихин А. В. История российско-украинского сотрудничества (на примере еврорегиона «Донбасс») / Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук, М., 2016. 23 с.

Соколова Г. И. Социальные риски и «коридор возможностей» в контексте евразийской интеграции: Республика Беларусь

Аннотация: единое экономическое пространство формируется постепенно путем повышения уровня интеграции государств-участников через синхронизацию совместных мер по проведению экономической политики, гармонизацию и унификацию законодательств в сфере экономики с учетом норм и принципов международного права. Вместе с тем, существуют социальные риски, связанные со вступлением Беларуси в этот масштабный проект. Они определяются различным уровнем развития рыночных институтов, разными механизмами государственного регулирования экономических и социальных процессов. В социальном контексте Беларусь утрачивает одно из своих главных конкурентных преимуществ — высококвалифицированные трудовые кадры, так как разный уровень рыночной трансформации и доходов обусловил рост оттока трудоспособного населения из Беларуси в страны–участницы ЕАЭС, в первую очередь, в Россию. Возможно возникновение, в связи с созданием ЕАЭС, таких новых рисков, как рост конкуренции на внутреннем рынке Беларуси со стороны товаров и услуг стран-участниц ЕАЭС, а также конкурентная борьба партнеров по Таможенному союзу за внешние рынки.

Ключевые слова: Евразийский Экономический Союз, интеграция, Беларусь, коридор возможностей

Последствия вступления в ЕАЭС для населения Беларуси еще до конца не очерчены и не всегда им осознаются. Большинство населения склонно оценивать социально-экономические изменения по событиям, непосредственно отражающимся на их жизни. В экономическом плане — это снижение цен на энергоносители; в социальном — расширение возможностей трудовой миграции на российский рынок труда.

1. Коридор экономических и социальных возможностей.

Рассмотрим так называемый «Коридор экономических и социальных возможностей», который предоставляется обществу каждым новым этапом развертывания интеграционных процессов (ТС — 2010, ЕЭП — 2012, ЕАЭС — 2015). Однако то, насколько они будут использованы, во многом определяется как местом нахождения страны в едином глобальном пространстве, так и соразмерностью экономических и социальных активов и пассивов в государстве.

Для Беларуси:

1) Стартовые возможности — в экономическом аспекте определяются четвертым (с элементами пятого) технологическим укладом, что связано с переходом от машинного труда к труду автоматизированному, который составляет на нынешний момент 1/5 трудовых затрат.

2) Соразмерность активов и пассивов. Экономические активы Беларуси и России состоят в сохранении основного производственного капитала (ресурсной базы) — наиболее важных видов производства. В Беларуси — это машиностроение, тракторостроение, приборостроение, производство ряда видов сложной бытовой техники. В России — электронная, атомная и электротехническая промышленность, станко-, судо- и приборостроение, ракетно-космическая промышленность, химико-металлургический комплекс. Это то, что российский экономист С. Ю. Глазьев назвал несущими отраслями, сопровождающими развитие основного ядра (ключевого фактора) пятого (микроэлектроника) и шестого (нано- и биотехнологии, клеточные технологии, методы генной инженерии) технологических укладов.

К социальным активам можно отнести наличие квалифицированной рабочей силы, занятой в несущих производствах. Одним из важнейших активов в постсоветских странах выступает роль государства как субъекта создания модели социально-экономического развития, разработки государственных, отраслевых и региональных программ реализации этой модели. Но при этом нужно иметь в виду проблему баланса экономического и социального направлений в государственной политике. А также проблему границ и методов государственного воздействия на экономику страны в таких пределах, чтобы не разрушить основы рыночной экономики сильным государством. Согласно теории и практике социального рыночного хозяйства, только сильное правовое государство может стать гарантом эффективной рыночной экономики, т.е. такое, которое использует политическую власть для создания условий конкурентной борьбы, равных для всех социально-профессиональных групп и всех форм собственности.

Что можно отнести к пассивам, определяемым как социальные проблемы, требующие своего решения?

Для Беларуси — это формирование «базового слоя», который вобрал в себя свыше половины взрослого населения и, начиная с 2005 г., превратился в социальную платформу общества. Он как бы «вбирает» в себя нижние слои и «консервирует» их в диапазоне от 2-х до 4-х бюджетов прожиточного минимума (БПМ) в силу значительной экономической мобильности из нижних в базовый слой и практического отсутствия таковой из базового в верхние слои. Тем самым базовый слой выполняет функцию стабилизации общества: в плане материальных ресурсов — по «уровню равенства в бедности», а в аспекте нематериальных ресурсов — на основе сохранения традиционных ценностей в экономической и социальной сферах.

2. Факторы сужения/расширения коридора возможностей

В числе позитивных внутренних условий и предпосылок можно назвать целевую ориентацию экономической политики на инновационное развитие и структурную перестройку экономики, закрепленные в Национальной стратегии устойчивого социально-экономического развития Республики Беларусь на период до 2020 г. Позитивными внешними предпосылками являются вхождение страны в Таможенный союз (06.07.2010), Единое экономическое пространство (29.05.2012) и Евразийский экономический союз (01.01.2015).

В экономическом контексте вступление в ЕАЭС расширяет коридор возможностей, поскольку дает Беларуси низкие цены на энергоносители, что способствует обеспечению занятости белорусского населения и повышению конкурентоспособности белорусских товаров. А также — сохранению относительно низких цен на коммунальные услуги, что позволяет поддерживать приемлемый уровень жизни населения. В социальном плане ЕАЭС предполагает обеспечение свободного передвижения граждан внутри Единого экономического пространства, что означает создание унифицированного правового режима в части трудоустройства, условий труда и занятости. Вместе с тем, Беларусь рискует утратить одно из своих главных преимуществ — высококвалифицированные кадры, так как разный уровень рыночной трансформации и доходов обусловил рост оттока трудоспособного населения в страны ЕАЭС. В первую очередь, в Россию.

Наряду с позитивными имеют место и негативные процессы, которые сужают коридор экономических и социальных возможностей. Это долговая модель развития, отставание в технологическом уровне и структуре производственного аппарата, конкурентоспособности товаров и услуг, недостаточно эффективная система управления экономикой.

В научной и научно-технической сферах коридор возможностей сужается в связи со снижением наукоемкости ВВП. Если в 1990 г. она составляла 2,27%, то в 2005 г. — 0,68%, в 2010 г. — 0,70, в 2014 г. — 0,67% и постоянно находится ниже критического уровня в 1%. Отметим, что экономическая отдача, рост и развитие науки и техники возможны лишь при наукоемкости в 1,5—2%. У стран ЕС этот показатель на уровне 2% и выше.

Как следствие, недовыполняются нормативы по обеспечению доли высоких технологий в объеме произведенной в стране продукции. Комплексный прогноз НТП Республики Беларусь на 2006—2015 гг. предусматривал, что доля высоких технологий в объеме произведенной в стране продукции составит в 2010 г. 6,5%. Фактически в 2010 г., по данным Министерства экономики, доля промышленного производства организаций высокотехнологического сектора в общем объеме промышленного производства составила около 3%. В экономически развитых странах этот показатель достигает 15%. Возможно, это один из важнейших индикаторов, который до сих пор не позволяет Республике Беларусь войти в рейтинг «Индекс глобальной конкурентоспособности».

В социальном контексте — коридор возможностей сужается за счет не включенности значительной части занятого населения в процессы модернизации по «догоняющему типу», а также проблем, связанных с функционированием рынка труда. Это проблемы нестабильной занятости на рынке труда; движение текущего рынка труда в направлении типичного вторичного рынка занятости; «жесткость» номинальной заработной платы, ведущая к проявлению «гибкости» уровня денежных доходов за счет вторичной занятости; слабая инновационная восприимчивость занятого населения, определяющая его мотивацию, в основном, на повышение заработной платы и комфортные условия труда.

Расширение коридора экономических и социальных возможностей связано с повышением активности, усилением трудовой мотивации и социальной ответственности основных социально-профессиональных групп за свою деятельность и жизнедеятельность. Проблемы технологического плана невозможно решать без внедрения инноваций в массовое производство, а проблемы социального плана — без активного включения в экономику всех трудовых ресурсов, что создаст условия для более полного проявления их конкурентоспособности и, как следствие, более полной реализации возможностей закона конкуренции.

3. Уровень социальной поддержки населения

Оценивая выгоды и преимущества вступления Беларуси в ЕАЭС, до 50% населения ставит на первое место расширение рынков сбыта для белорусских товаров и услуг; 45% — возможность получения финансовой и иных видов поддержки в условиях финансовой нестабильности; до 40% — получение энергоносителей по более низким ценам; до 35% — возможность обучения белорусов в высших и средних специальных образовательных заведениях на равных условиях с гражданами ЕАЭС. Оценивая возможные негативные последствия вступления Беларуси в ЕАЭС, 42% белорусов считают, что это отток наиболее квалифицированных специалистов в страны ЕАЭС; 32% — повышение таможенных пошлин и цен на ряд товаров; 32% — снижение конкурентоспособности белорусских товаров и услуг на внутреннем рынке Республики Беларусь. В целом выгоды и преимущества вступления Беларуси в ЕАЭС оцениваются населением республики выше, нежели возможные негативные последствия. Это в значительной мере определяет высокий уровень социальной поддержки населением вхождения Республики Беларусь в ЕАЭС.

БПМ (2016): 180 бел. руб., т.е. 90 долл. (в среднем на душу населения).

МПБ (2016): 300 бел.руб., т.е. 150 долл. (в среднем на душу населения).

Заключение

По данным исследования (2016), уровень социальной поддержки населением вхождения Республики Беларусь в ЕАЭС достаточно высок: поддерживают 75,1%; не поддерживают в той или иной мере 9,7%; затрудняются в ответе в связи с недостаточной информированностью — 15,2%. Таким образом, общественный запрос на формирование единого интеграционного пространства в виде серьезной поддержки населения имеется. Но нужна политическая воля, чтобы реализовать этот запрос в активизации общественной энергии, морально-психологической мотивации на эффективный и производительный труд. На микроуровне особое внимание уделяется повышению трудовой мотивации, связанной с повышением значимости конкуренции и ценности образования. На макроуровне это связано с реформированием системы управления экономикой, что предполагает разделение функций государства как регулятора и как собственника и установление партнерских отношений между государством и бизнесом, где каждый из них выполняет свои особые функции.

Однако, согласно выводам ведущих экономистов Республики Беларусь, проведение структурных реформ проблематично. Во-первых, необходимость реформ неочевидна как для населения, так и для элиты, принимающей политические решения; во-вторых, отсутствие ясности того, куда ведут реформы, и ответственность за их последствия тормозят принятие сложных решений. Очевидно, что структурные экономические реформы непопулярны: краткосрочные издержки будут преобладать в общественном сознании над долгосрочными выгодами. В этих условиях наиболее вероятен эволюционный путь улучшения работы существующих институтов власти в контексте проведения институциональной реформы. А именно: сокращение численности госаппарата и оптимизация функций его подразделений, рассмотрение Правительства Республики Беларусь как института по прогнозированию и управлению стратегическим развитием страны. Во избежание экономических шоков, построение новой экономики должно стать поступательным, а для этого необходимы время и стабильность экономики.

Определение: «Коридор экономических и социальных возможностей» трактуется как характеристика, определяемая стартовыми позициями государства при вступлении в ЕАЭС, а также его экономическими и социальными активами и пассивами в новых условиях интеграционного пространства.

Турдубаева Э. К. Качество жизни старшего полколения в Киргизстане после вступления в ЕАЭС

Аннотация: с периода подписания документа о вступлении Киргизстана в Евразийский экономический союз прошло два года (21.05.2015 г.). В настоящее время внимание многих исследователей и практиков обращено к социально-экономическим последствиям вступления Киргизской Республики в интеграционный проект, отразившимся на всем населении, в том числе на социально-уязвимых слоях.

Ключевые слова: Евразийский Экономический Союз, интеграция, Киргизия, миграция, качество жизни

В составе последней группы, как и во многих странах мирового пространства, пребывает старшее поколение, численность которого от общей численности населения составляет 7,5%.

Анализируя отдельные показатели качества жизни старшего поколения, материальную обеспеченность (доступность достаточного уровня дохода для пенсионеров и способность его самостоятельного применения для удовлетворения основных своих потребностей); состояние здоровья (риск плохого состояния здоровья и инвалидности, продолжительность жизни после 60 лет, психическое благополучие); образование и занятость; благоприятные условия (социальные связи, физическая безопасность, гражданские свободы и доступ к общественному транспорту), мы попытались ответить на вопросы: «Каковы отрицательные и/или положительные результаты данного шага для обозначенной группы лиц?»; «Как изменилось качество жизни населения третьего возраста Киргизстана после вступления в ЕАЭС?». Перечисленные группы показателей определены самими пенсионерами и политиками как ключевые составляющие их благополучия.

Вступление Киргизстана в ЕАЭС совпало с периодом переживания мирового экономического кризиса, что отразилось на резком росте цен и курса доллара, а в сентябре 2015 г. киргизский сом обесценился на 26%, по сравнению с его значением в 2014 г. По данным Национального банка Киргизской Республики, в январе-феврале 2016 г. по сравнению с январем-февралем 2015 г. наблюдался рост официального курса доллара США на 25,2%, евро на 19,2%, российского рубля на 3,5%, узбекского сума на 7,9%. Однако, в январе-феврале 2017 г. по сравнению с январем-февралем 2016 г. наблюдалось снижение официального курса доллара США на 8,0%, евро на 10,9% и узбекского сума на 20,6%. При этом отмечался рост курса российского рубля на 19,4% и казахского тенге на 1,8%.

В январе 2016 г. по сравнению с январем 2015 г. отмечено значительное повышение средних фактических импортных цен на овощи в 1,8 раза, муку пшеничную на 42,9%, чай в 1,6 раза, фармацевтическую продукцию в 1,7 раза. Повышение цен коснулось непродовольственных товаров, услуг связи, амбулаторных и ритуальных услуг. Наряду с этим, объективно отметить снижение импортных цен на растительные масла на 47,7%, рис на 38,2%.

В январе 2017 г. по сравнению с январем 2016 г. отмечено значительное повышение средних фактических импортных цен на овощи в 1,5 раза, мыло, моющие и полирующие препараты на 24%. Важно подчеркнуть негативное отражение указанных фактов на социально-психическом, физическом здоровье рассматриваемой группы лиц, что является одним из ключевых составляющих качества жизни. Необходимо признать, что более глубокий анализ состояния здоровья пенсионеров не представился возможным ввиду отсутствия необходимого материала в средствах массовой информации на период, обозначенный в исследовании. Однако мы полагаем, что при выросших на медикаменты ценах в 4,1 раза, предположение об ухудшении здоровья рассматриваемой группы лиц вполне закономерно. Не претерпели изменений сферы образования и занятости пенсионеров. Недостаток экономических ресурсов в Киргизстане не позволяет организовывать и развивать бесплатное предоставление образовательных услуг для данной категории граждан. Проблематичным, по мнению исследователей, остается вопрос о сохранении работающими своего рабочего места при переходе в статус пенсионера.

Подсчеты размеров прожиточного минимума, проведенные в сентябре 2016 г., позволяют констатировать их снижение в сравнении с периодом 2015 г., несмотря на меры, направленные на увеличение заработной платы и размеров пенсий. Возможно данное снижение объясняется коррекцией прежнего расчета прожиточного минимума, когда на 28.07.2016 г. при прожиточном минимуме в 54 $ размер средний пенсии составлял 49$.

В настоящее время средний размер пенсии по республике составил 5173 сомов. Однако, по данным первого заместителя председателя Социального фонда М. Ирсалиева, из 614 тыс. пенсионеров 42% получают пенсии ниже прожиточного минимума. В количественном эквиваленте это 259 тысяч пожилых людей. При этом необходимо признать, что вопросы низкого качества жизни пенсионеров были актуальными и до вступления Киргизстана в ЕАЭС.

Анализ вопроса, касающегося личной безопасности представителей пенсионного возраста как компонента благоприятных условий, а соответственно и критерия качества жизни, позволяет сделать следующие выводы. С момента вступления в ЕАЭС, по данным МВД Киргизской Республики, в январе-феврале 2017 г. наблюдается снижение показателей преступности, несмотря на общее снижение показателей преступности, отмечен рост показателей семейного насилия — всего 1192 случая (на 38 случаев больше в сравнении с аналогичным периодом 2016 г.). При этом лиц, совершивших семейное насилие в пенсионном возрасте, оказалось 50 человек (на 1 случай меньше показателя за аналогичный период 2016 г.), и 98 человек данной возрастной категории оказались жертвами данного вида насилия, что на 66 человек больше в сравнении с данными аналогичного периода 2016 г. Отметим, что с января по февраль 2017 г., основной контингент насильников составляют мужчины-пенсионеры (46 мужчин), тогда как за аналогичный период 2016 г. основным контингентом, совершившим семейное насилие, были женщины (44). Преобладающий коэффициент женщин — жертв насилия при этом вырос на 51 случаев.

О положительных изменениях вступления Киргизстана в интеграционный проект следует отнести заявление члена Евразийской экономической комиссии Т. Валовой о росте рейтинга стран, вошедших в ЕАЭС в международных рейтингах — «…среднеарифметический рейтинг Армении, Беларуси и Казахстана, Киргизстана и России к 2016 г. в сравнении

Бесплатный фрагмент закончился.

Купите книгу, чтобы продолжить чтение.