Бесплатный фрагмент - Жизнь — это момент

Эпилог

Всё то множество обстоятельств в жизни каждого, которое каким- либо образом повлияло на историю человечества в целом: услышанное или прочтенное, увиденное или сотворенное, абсолютно любое, мысли-прикосновение, — зарождает новое. И всему виной природное единство.

Сейчас, безусловно, приятно, что в чём-то меня цитируют, что многие работы стали примером не только для фотографов и лидеров индустрии, но и куда более простых в восприятии людей. Приятно, что собранный образ жизни многим кажется чем-то запредельным. Но, вспоминая, с чего всё начиналось и какой был путь, на душе словно мелом по доске громким скрежетом звучит: не всё в жизни так просто.

Произведя на свет небольшое количество очерков, статей и различных зарисовок, я не раз задумывался о том, чтобы показать свету нечто большее, что поможет раскрыть весь смысл моих действий разом. Дело в том, что в реальности, или, точнее сказать, вживую, я всегда испытывал сложность донести мысль до человека. Стоило мне только открыть рот, я уже думал не о мысли, а о действии, которое в последующем уже формировалось в иной сюжет. А по итогу получалась некая каша из набора слов, которую понимал только я. Это, пожалуй, одна из главенствующих причин, почему камера оказалась в моих руках. Это некая возможность внятно изъясняться. Возможность доносить человеку без лишних слов идею и основной характер мысли. О значимости, о человеческих деяниях, о жизненных ценностях и их пути достижения, о развитии и прогрессе и, самое главное, о чувствах.

Сейчас практически каждый может отчетливо видеть, что в мире не существует области человеческой деятельности, которой бы не коснулась фотография. Она прочно обосновалась в жизни современного общества, создавая и идеализируя основной прогресс. Именно потому, что фотография делает нагляднее любую информацию, она помогает человеку проникнуть в тайны всего живого мира, усиливая эмоциональное воздействие слова. Другая причина — это творческая образность, открывающая миру новое, основа, которая способствует развитию и инновациям в различных отраслях.

Фотография и без моего участия давно уже сформировала свой особый язык. Язык, который не всегда просто, но всё же необходимо научиться правильно читать. Этот язык постоянно совершенствуется с момента возникновения фотографии. Между тем, когда фотография приобрела образность и стала не безучастным изображением чего-либо, уже тогда она приобрела положение искусства. А как известно, любое искусство даёт знания, причём знания особые, которые никаким другим путём не могут быть восполнены. Открывая тайны сознания, обогащая человека новыми впечатлениями, даёт ему не только эстетическое наслаждение, чувство прекрасного. Искусство обладает удивительной способностью всестороннего воздействия на человека — на его ум и сердце, на чувства и мысли. Всё это влияние оказывает и фотография. Преобладая теми же свойствами, открывая человеку характеры жизни, способствуя возможности всесторонне изъясняться, позволяя познать и понять ещё больше сущность самого себя. Но самое главное — приоткрывает завесу всего прекрасного в этом мире.

Фотография в своё время помогла мне не только получить возможность говорить, но и понять жизнь ещё намного глубже. Заглядывая каждый раз за горизонт событий, обогащая всесторонне не только себя, но и позволяя проецировать в свет новое увиденное. Давая возможность и окружению внять миру моими глазами.

В книге звучат не только главные вопросы о фотографии, но и проходят чёткие параллели жизненных циклов, которые формируют определённые знания и навыки у тех, кто возьмёт эту книгу в руки. А чтобы в дальнейшем иметь представление о фотографии в моей жизни и о фотографии как об искусстве в целом, немаловажно увидеть её единое природное начало и неограниченные пути развития. Это куда эффективней помогает раскрывать скрытый потенциал и укрепить фундаментальные знания, нежели чтение об одних технических навыках.

И вот как ни удивительно, но мир фотографии — один из первых, кто даёт возможность создавать свою правду, смешивать разные реальности и, акцентируя, констатировать важные факты. Порой позволяя развивать свои собственные события, прокладывая путь к совершенному и новому. Мы властны над всем: где-то решив умолчать, а где-то показать лучшее больше. Тем самым, специфика фотографии сейчас привлекает к активному занятию ею миллионы людей. Многими понят был принцип, но с ростом потребности так же для многих уходит понимание становления первоначальной значимости, а вместе с тем — истинной сложности и ценности моментов.

ВСЁ НАЧИНАЕТСЯ С МАЛОГО

Большую часть базовых знаний об искусстве я получил, будучи студентом в профессиональном училище и на художественном отделении в Магнитогорском вузе. Это была одна из ступеней для зарождения художественной осознанности, которая с течением времени стала хорошим пластом для развития фотографии в моей жизни.

Чтобы овладевать навыками фотоискусства, необходимо заниматься художественным и эстетическим воспитанием, которые неразрывно связаны между собой и являются ступенями единого процесса. Чтобы немного больше понять это, я отмечу разницу. Художественное воспитание являет собой задачу — привить людям любовь к искусству, учить понимать корневую систему мироздания и специфику работы. Эстетическое же воспитание формирует цель научить чувствовать границу. Понимать прекрасное и безобразное, трагическое и комическое, возвышенное и героическое, высокое и низменное в явлениях самой действительности. При этой кажущейся разнице оба дают возможность не только понимать творческие реалии, но и создавать новые. Сама фотография технически не столь сложна, но обладает свойством вместить огромный и разнообразный по характеру объём информации, которую я в своё время получил уже вне стен общеобразовательных учреждений. Я складывал опыт по крупицам из различных социальных источников: будь то журнальные вырезки, разного рода рукописи и книги об искусстве, так и более повседневно доступные для визуальной насмотренности ресурсы — интернет, кино, реклама. Всё это дало мне понимание и необходимость правильно «читать» фотографию, т.к. фотография — фотографии рознь. Каждая из них является своеобразным «закодированным» текстом, и неважно, коммерческая, творческая или повседневно обыденная фотография. Всё имеет основу, которую стоит понимать. Чтобы уметь оценивать и вместе с тем развиваться.

Также стоит осознать важность фотографии — это не просто застывшая картинка, это нечто большое. Она, пронзая историю, способствует развитию прогресса, новым процессам и инновациям. Ткни в любую мировую личность, и сразу придёт понимание этого. Фотография — структурированное будущее, и её историческое значение очень велико. Это отмечали многие мировые деятели, знакомые каждому, но которые, казалось бы, напрямую никак не связаны с фотографией: например, английский натуралист и научный деятель Чарльз Дарвин, теоретик марксизма и русский революционер Владимир Ленин или обуреваемый религиозными страхами перед фотографией русский прозаик Николай Гоголь. Не говоря уж о современниках. Каждый из них придерживался мысли об уникальности и ценности фотографии в истории человека, отмечая тот факт, что картина художника не может так быстро и точно зафиксировать события жизни, как фотоснимок. Поэтому точно стоит понимать то, как она устроена.

Наряду с этим же в голове звучит другая мысль: фотография — это больше, чем остановленное мгновение. Что ещё больше подталкивало меня на изучение первозданного становления её. И тут уже, скорее правило, чем странность, что множество параллелей и отголосков современного в нашей жизни возникает на базе прошлых знаний и умений. Человек всегда стремится к формированию знания — это является основой прогресса. Великий мыслитель Аристотель утверждал, что человеку свойственно естественное, оно же природное познание наук. Именно познание первозданного толкает к инновациям. Как говорится, идея колесницы вряд ли бы возникла без изобретённого колеса, а оно в свою очередь не стало бы машиной, а в дальнейшем космическим кораблём. То же самое произошло со становлением фотографии — как в истории человечества, так и в моей жизни.

Постоянно увеличивающаяся естественная насмотренность, а с ней образующийся опыт живописи и графики, позволил мне на первых порах определить направления поиска построения изображения, а уже далее углубиться намного сильнее в техническую образность. А вот что касается фотографии в истории человечества, так она вовсе возникла как результат развития художественной культуры в сочетании с научно-техническим прогрессом и средствами массовых коммуникаций, обращёнными к актуальным проблемам социальной жизни. Сложно для понимания, но, увы, это нерушимый факт, в скором который вы полноценно осознаете.

Фотография способна не только воспитывать вкусы отдельных людей, показывая прекрасное, но и подмечает и раскрывает людям, как прекрасны явления, которые до этого казались им незнакомыми, непривлекательными, или вовсе проецировать ранее неизвестное ими в жизни.

Создавая серию о лошадях, где каждый раз наряду с общим величием и нравственностью ума лошадей я как можно ярче старался показать их значимость и индивидуальность, при этом как бы стирая грань присутствия человека, отдалённо показывая характер каждой из них. Внося человеческую идеологию.

Снимок «Почему ты молчишь», где гуляющее стадо лошадей на фоне осеннего пейзажа вкушает радости последних ещё сочных кормов, как общечеловеческая масса наслаждается жизнью. В тот момент, когда одна из кобыл замерла с размышлением о смысле жизни, словно осознавая всю суть, возможно, её последней зимы.

Другой яркий пример — снимок «Южный крест» (снимок попал в публикации лучших фото о туризме 2016 по мнению Московской ОП РФ). Эта фотография была сделана на Российском побережье Чёрного моря в посёлке Геленджик. В попытках увидеть и запечатлеть в туристическом районе что-то новое, я долго топтался у подножья горы, прежде чем увидел пластиковую форму, дублирующую горы. Понимая, что снимок будет обычным, так как быстро схватываемое глазом во многом не ново, всё же моё обращённое внимание на предмет давало сигнал в мозг: «в этом однозначно что-то есть». Подойдя ближе, я долго всматривался в пластиковую форму, прежде чем мой взор переместился на задний план. Настроив фокус на едва заметное белое очертание вдали, сделал снимок. После поднялся на гору и убедился, что «белое пятно» — величественное сооружение «Поклонный крест». В тот момент я чётко понимал, что так, как я, этот крест из приезжающих на побережье людей ещё никто не видел и вряд ли из-за постоянно меняющегося ландшафта увидит, но наверняка оценят и поймут местные жители.

Если попробовать более детально разобрать, то снимок показывает не только красоту и уникальность момента, он пропитан динамичностью местной жизни. От создания пластиковой формы у подножья горы до похода к вершине «Южного креста» и обратно. Можно увидеть, что это не просто застывшая картинка, это то, что создаётся и меняется человечеством буквально на глазах. Оставляя лишь мелкие едва заметные частички прикосновения времени. От труда человека, создавшего эту скульптуру и технологию строения, до развития культуры и духовенства. Тогда, воодушевлённый увиденным и подчёркнутым, я сделал ещё ряд снимков. Часть которых по сей день служат визитными карточками для многих путеводителей.

Случается и так, что какие-то пейзажи видели многие, но только через призму фотокамеры удаётся проникнуться особой красотой. Подчас подчёркнутый момент на снимке открывает людям то прекрасное, что было постоянно на виду в этой жизни. Но так чётко скрыто от понимания и человеческих глаз. Такое видение и рождает художественное произведение фотоискусства. Стоит только вглядеться в окружающий нас мир — и его красота откроется в самом неожиданном. В каплях отражающейся росы, в разрушенной временем стене, во взгляде человека и в самоотверженном его поступке. Фотоискусство дарит нам эту красоту. Человек, получая эстетическое воспитание, на всю жизнь приобретает чувство прекрасного, умение понимать и ценить не только произведения искусства, но и куда ближе приобщаться к художественному творчеству.

Эта книга, наряду со знакомством с моим фотографическим видением, позволит вам немного коснуться глубиной истории возникновения и формирования фотографии. Это важная часть для понимания многих творческих процессов и путей их развития. Всем тем, кто делает первые шаги в этом направлении, будут полезны мои маячки и практические рекомендации, которые были подмечены мной за эти годы.

НЕМНОГО ИЗ ИСТОРИИ

История для многих из нас кажется неким занудством, но лишь понимая фундаментальные этапы становления, приходит более яркое понимание всей сложности и прелести фотографии как искусства. Ко всему хорошим дополнением, безусловно, станет возможность быть ближе к пониманию творчества. Если на данном этапе сложно даётся история и её прочтение, возможно, уже здесь стоит отложить эту книгу до более осознанных времён. Ну, а всем жаждущим — короткая историческая цепочка, собранная мной из разных источников. Эта невероятная нить событий сформирует визуальное строение, вдохновит на новые поиски и даст ответ на многие интересующие вас вопросы.

Питая во всём постоянный интерес к фактам первоисточника, я пришёл к пониманию того, что возникновение фотографии было очень длительным и нелёгким, постоянно совершенствующимся творческим процессом, появившимся вследствие желания явить миру свой опыт увиденного путем его отображения и перекопирования, применяя свои навыки, знания и методы.

Примерно около 45,5 тыс. лет назад с появлением первого наскального рисунка у человека появилась возможность формировать увиденное, что дало понимание первого визуального общения. Вследствие эволюции человек разными способами модернизировал попытку размножить увиденное, отображая культуру и вместе с тем собственное «я».

Развиваясь вместе с человеком, пещерная живопись со временем стала куда чаще выходить за её пределы. Выполняясь с учётом объёма, перспективы, цвета и пропорции, создавая различные изменения, перенося на твёрдые и не только поверхности, в дальнейшем приобретает желание копировать уже созданные ранее им копии.

Окружающий человека мир постоянно меняется. И неудивительно, что люди всегда стремятся найти новый способ, который не требовал долгого и утомительного труда, ко всему был бы вовсе полезен и позволил бы сохранить на долгие годы жизнь во всём её многообразии.

Так вот, находясь в цепочке становления фотографии, стоит также отметить ряд естественных наблюдений человека, повлёкших к формированию современного процесса создания фотографии и устройств её фиксации.

Сначала человек увидел и осознал, что такое свет, а далее и тень. Позднее стал наблюдать, как через отверстие его жилищ проходящий луч света проецирует на противоположную стену изображение происходящего снаружи.

Увиденное обретало знания, а они в свою очередь распространялись с кочевыми племенами по всему земному шару, невольно подталкивая мыслящего человека к изучению увиденного им нового, чтобы иметь возможность использовать себе во благо. А вместе с тем, вдохновляя последователей, постепенно формируя увиденное в новые формы, образуя ряд тесно связанных наук. Наблюдение за лучом света и формирующейся от него проекции явило человеку карту звёзд, солнечный календарь, а впоследствии и сформировало науки: астрономию, математику, геометрию, физику, алхимию, врачевание. Спустя время можно наблюдать, как от примитивного желания человека отобразить увиденную им действительность рождается нечто большее: точно так же, как палка в руке обезьяны стала орудием труда, так и естественный опыт наблюдения за лучом света и его преломлением явил миру множество открытий и наук.

И как ни странно, свет по сей день — основоположник всего окружающего в нашей действительности.

Основной пласт формирования наук, иначе называемых в то время натуральной философией, несмотря на свою обширную географию, был доступен далеко не каждому. Лишь только истинно жаждущие могли внять смысл становления казалось бы магических явлений, открывая последователям новые горизонты. В одном историческом романе писателя Болеслава Пруса «Фараон» можно встретить, как автор описывает жизнь в Египте в XII в. до н. э.: наряду с множеством происходящих событий автор отмечает необычное явление, как верховные жрецы в тёмных палатах показывали своему владыке картины жизни, происходящие снаружи. Невероятный и странный для той эпохи феномен, даже сам повелитель принимал за божественное знамение, что в дальнейшем служило его поводом к изучению.

Невольным образом звучит вопрос: ну как же всё это связано со мной и уж тем более с фотографией? Ещё немного времени, и вы всё поймёте.

Совокупность знаний и умений, приобретаемых человеком в процессе взаимодействия с внешним миром, а также в процессе собственных внутренних переживаний, — так называемое эмпирическое знание — устанавливает правила логических рассуждений. Это же подталкивало мыслителей формировать учения и гипотезы, являя целый ряд гениальных прозрений, формирующих то скрытое волшебство за ширмой зарождения фотографии.

Плавно перемещаясь по истории человечества, мы так или иначе натыкаемся на множество выдающихся деятелей и их последователей. Так вот, развивая в себе интерес к темам жизни, мы рано или поздно затрагиваем тему всеобщей любви через познание себя и взаимной пользы, а вместе с этим наталкиваемся на первооткрывателей этого учения — восточно-китайские мыслители Моистов, которые тщательно и кропотливо изучали разного рода естественные природные явления. И что самое главное — именно они подмечают ранее упомянутый феномен древнеегипетскими жрецами о преломлении света и весьма подробно описывают его в одноимённом трактате их доктрины китайского мыслителя Мо-цзы, жившего в V в. до н. э.: «Мыслитель увидел, как проходящий сквозь отверстие в комнату луч солнца отображает перевёрнутую форму человека, находящегося на улице».

Спустя столетия на другом уголке земного шара можно наблюдать, как греческий философ Аристотель, вдохновлённый полученными образными знаниями, в своём каталоге «неразрешимых вопросов» задаётся сопутствующими к развитию вопросами: «Почему проходящий солнечный луч сквозь квадратную плетень корзины остаётся круглым?». Подталкивая ещё больше себя и окружающих на изучение светового потока. По итогу эти и схожие ему феномены света просто не могли существовать без изучения органа его восприятия, что в свою очередь способствует побуждению новых мыслителей, таких как Пифагор, Евклид, Платон, к физическому измерению зрения. Огромный ряд их природных наблюдений и математических толкований естественных человеческих вопросов спустя века образуют понятие «камера-обскура», иначе называемой «чёрная комната». Это новый естественно осознанный виток эволюции фотографии, который необходимо принять как факт.

Поглощённые знанием последователи первых мыслителей пытались объяснить научным языком увиденные ими явления, что каждый раз то опровергало, то доказывало, то создавало новое открытие, добавляя раз за разом новое звено в истории и в истории фотографии.

Таким образом, в цепи событий появляется учёный Ибн аль-Хайсам, известный в Европе как Альхазен. Он, изучая ранее упомянутые феномены Аристотеля, представил первое описание явлений преломления светового луча, обращая внимание на связь между диаметром отверстия в чёрной комнате и чёткостью изображения, тем самым став одной из главных отправных точек становления оптических приборов.

И вот уже казалось бы сформированный принцип действия камеры-обскура, так же как и желание познать окружающий нас мир, пришёлся на руку почти всем научным деятелям и в чём-то был по-своему идеален и мог завершить свою историю из-за общедоступности его применения.

Но, к счастью, нет, так как свет — наше всё. И принцип преломления света и отображения его пришёлся кстати астрономам для наблюдения за звёздами, математикам для измерения углового диаметра и, конечно же, творцам-визуалистам. Именно ими было сформировано первое желание копирования происходящего. А вот первое печатное перекопирование уже ранее созданного, как ни странно, но относят почти к тысяче лет ранее появления бумаги в Китае, приблизительно II век до н. э. Такую технику переноса изображения называли «эстампаж». Сущность заключается в том, что за счёт рельефного изображения путём накладывания на него листа бумаги и закрашивания выпуклостей проявлялся новый отпечаток. Эта ветвь копирования также способствовала развитию фотографии и впоследствии открыла ксилографию — гравюру по дереву, она так же является родоначальником для создания оттиска на бумаге. Этот весьма непростой способ, так же как всё остальное в жизни, не мог существовать так долго без более упрощённой конкуренции. Потому как именно здоровая конкуренция и является родоначальником всего нового.

Конкуренция либо душит, создавая своё, либо преобразует уже существующие связи, так или иначе создавая новое.

Поэтому данный способ копирования со временем естественным образом зарождает литографию, фототипию, причудливый печатный шар Хансена и множество других устройств, которые в XX веке из-за конкуренции стран и страха радиации обрели новый вид и стали родоначальниками всех современных печатных устройств.

Но, возвращаясь к средневековью к визуальным творцам, пытающимся фиксировать едва заметные окружающие их события жизни, чувства и время при помощи графита, красок, глины и им схожих материалов, мы видим, как они применяют камеру-обскуру для более лёгкой и точной возможности переноса предметов быта, портретов людей и городских пейзажей на различные поверхности и холсты.

Именно сопутствующая визуальная точность пришлась на руку всем живописцам и архитекторам тех времён. Так каков его принцип? Само по себе, как и вся окружающая нас действительность, не столь сложна и представляет затемнённую комнату (коробку) с соответствующим ему по размеру небольшим сквозным отверстием, через которое проникает свет, отображая на задней стенке перевёрнутые объекты, и чем меньше отверстие, тем более чёткий предмет, но вместе с тем более тёмная и картинка. Физически принцип, полностью напоминающий работу глаза и проходящий свет через хрусталик, отображая изображения на его сетчатку.

Интересный факт, что изобретателем камеры-обскура долго считали жившего в XV веке нашей эры архитектора и теоретика искусств Леона Баттиста Альберти. Будучи учёным деятелем, помимо всех его научных заслуг и математически описанных основ о перспективе, им был описан принцип повышения яркости изображения при помощи смены отверстия линзой. Так же о схожем принципе действия и работы камеры упоминал в своём «трактате о живописи» и Леонардо да Винчи, и это же изобретение присваивали и Микеланджело. В следствие новых целей и задач всех их объединяло желание упростить свой собственный процесс проявления действительности. Каждый и схожий по мыслительному процессу творческий деятель получал информацию из своего авторитетного источника, приумножая собственное пережитое природное наблюдение действительности, что позволило каждому в своё время и эпоху модернизировать и уменьшить в размерах под необходимые нужды ту самую чёрную комнату. А вот накопившуюся в полной мере и описанную технически информацию почти спустя 200 лет всё же смог впитать, самое главное — направить в правильное русло Иоганн Цан. Он первый, кто официально спроектировал портативную оптическую камеру-обскуру в 1686 году. Это была коробка, но уже оснащённая примитивной линзой и зеркалом, расположенным под углом 45°, что позволяло проецировать изображение на верхнюю стенку ящика. В неё укладывалась калька на стеклянное окно, что облегчало перерисовывание проецируемого изображения.

Пролистывая исторические события, можно наблюдать, как в другой визуальной параллели идёт активное изучение и наблюдение природных феноменов и развитие различных химических процессов в жизни человечества, что приводит в 1694 г. Вильгельма Гомберга к открытию светочувствительности нитрата серебра. В ещё одной параллели так же идёт развитие медицины и анатомии, на трудах которой множество научных деятелей продолжают исследования строения работы глаза, что в дальнейшем принесёт воздействие на появление оптических линз и ахроматических объективов, позволяющих ещё больше совершенствовать устройство.

Эти скрещённые между собой знания приводят к попытке отца современной фотографии Томаса Веджвуда к фиксации изображения при помощи яркого источника света, камеры-обскура и изучаемых им химических экспериментов. В 1790 году ему удалось получить фотограммы — визуально напоминающие картинки современного сканера, только в отличие от сканера, эти были получены химическим путём при помощи травления солей серебра. К сожалению, в ранних экспериментах Томас был ограничен в собственных знаниях и не знал способа закрепления фотограмм, что является последующим ярким фрагментом в истории фотографии и новой попыткой к её исследованию уже французским изобретателем, имеющим опыт в фотохимии, Жозефом Нисефором Ньепсом, наиболее известным как создатель гелиографии. В 1813 году он начал эксперименты по закреплению световых изображений разными химическими способами. Через три года он получил первые снимки на хлорсеребряной бумаге. Но его фотоэксперименты быстро выцветали на свету. Кроме того, эти изображения были негативами отображаемого, что не состыковалось с его желанием отобразить действительность как она есть.