Бесплатный фрагмент - Воскрешенный Андрео

Воскрешённый Андрео

(РОМАН)

Ларионов Андрей Николаевич

Это случилось, когда я уже был мёртв. Моё тело было мертво, и я находился в зловещем и безнадежном морге. Говорят, что безнадежно только когда крышка гроба падает на покойника. Но все внезапно поменялось, когда внезапно из мглы вспыхнул свет. Струящийся ласковый добрый свет озарил мое тело. Он был повсюду. Дыхание жизни ворвалось в мою новую плоть. Все то, что мучило и терзало раньше, осталось позади. Сейчас был только дивный свет, наполненный жизнью и духом вселенной. Рухнули оковы зла, исчезла оболочка прошлого убитого тела, растаяли воспоминания. Кружащийся восхитительный свет наполнял душу, наполнял её какой-то неизведанной энергией, что даровала бессмертие человеку. Регрессия от тления к вечной жизни, от саморазрушения к созиданию. Все это возможно только во свете. Я встал медленно, словно, долго спал. Очнулся, взглянул на свое тело, оно было прозрачным.

Я пишу сегодня, потому что во мне опять много энергии света, которая дарует мне невероятное восстановление духа и плоти. Летать во свете прекрасно, быть бессмертным и воскресать восхитительно, когда сознание погружается в сон. Как я уже и сказал, я очнулся в морге, но тело своё оставил лежащим на коляске. Вместе с тем начало формироваться новое тело, из моей энергии души. Сияющий облик моего силуэта высвечивался во мгле. Тёмное помещение пронзили звуки шагов, где-то по коридору приближались к этому помещению. Сюда кто-то явно приближался, и я не успел разглядеть самого себя, лежащего на кровати. Заметил лишь выражение страдания на лице, что было запечатлено в моих закрытых веках. Паникуя, мечась среди множества мёртвых тел, я спрятался в потаённом углу, и когда сюда зашёл санитар, то казалось тут все было также, как и раньше. Затаил дыхание, но меня не заметили. Мое присутствие было пропущено.

На коляске в полумраке я видел свое тело, накрытое марлей. Однако я точно знал, что я воскрес. Я знал об этом еще при жизни, знал, что воскресну вновь. Потому что сам Бог сказал мне об этом, что дарует мне новую жизнь. Это вера была настолько искренней и почти детской, что я действительно визуализировал её в реальность. Именно потому, когда свет вспыхнул в помещении, холодный и струящийся, почти дневной, я был ослеплен им. Он мерцал неоднородно. Мужчина в белом халате ушёл, как и пришёл, буквально через пару минут. Я же распахнул дверь, ведущую в соседнее помещение, вышел и шагнул по коридору. Ледяной мрамор вызывал у меня дискомфорт. Пятки мои леденил холодный пол. Тут и не было людей. Свет целенаправленный и чёткий вёл меня к выходу, и я следовал за тем сияющим огненным диском.

— Беги отсюда и поскорее… — Шепнул мне ветер, когда я очутился на улице. Небо было затянуто тучами. Почему этого я не мог этого сделать раньше? Потому что мне нужно было создать видимость собственной смерти, чтобы защитить своих близких от физической расправы. Потому я вновь принес, себя в жертву.

Погода была не очень жизнерадостной. Вокруг весенняя сырость и слякоть, на лужайках едва пробивалась зелень. Что-то тревожное царило у меня в душе, однако, я понимал, что это и был тот самый второй шанс. Вторая жизнь в новом теле. Я босиком шагал по грязище и лужам, испытывая покалывания холода и те массы, которые скользили у меня под ступнями. Моё тело было почти эфемерным, и прозрачным, ведь через него виден был весь остальной мир. Однако это было временное явление. Я знал, что моя оболочка обрастёт скоро новой реальной плотью и те смертельные раны, которые были на мне заживут, и будут лишь рубцами.

Чувство новизны защемило в душе, ностальгия по прошлой жизни, сменялась осознанием того, что нужно уходить из этого города. Я здесь погиб, но же здесь и воскрес. Для чего же Богу нужно было давать человеку второй шанс? Новая плоть, тот же человек, те же мысли. Уйти, чтобы не погибнуть вновь.

Я пишу этот рассказ, потому что знаю, что моя жизнь — это лишь череда бессмертия, ибо я не погиб, а воскрес вновь. Верою своей спасаясь и уповал искренне на Господа Бога Живого. Вечная жизнь, дарована мне Андрео Бесконечному, потому что моё имя Бесконечность. Я держу начало и конец своего земного отрезка жизни. Итак, я расскажу своё повествование о том, чем я занимался, когда воскрес вновь. Моё предыдущее тело отдали в ритуальный салон, где меня упаковали в гроб, и опустили на два метра под землю. Однако моя новая сущность, ушла еще задолго до самих похорон.

***

Сверкающая стеклянная сущность моего тела в тот же день взмывала в небеса, я поднимался ввысь, кружась во свете, как бабочка, летящая к солнцу. Необычайная легкость охватывала меня. Это было где-то выше облаков. Я видел там в вышине сидящего на белом престоле сверкающего старика, что улыбался мне и ласково говорил мне:

«Все хорошо, Андрей, ты спасён вновь! Ты спасен! Иди же и продолжи свой земной путь».

На второй день я вернулся на землю вновь, и когда моё тело материализовалось, я не стал являться своим близким и друзьям. Без лишнего шума и пыли, я нашёл себе попутчика в дорогу, и отправился вдаль по трассам земных путей. День был солнечный и тёплый. Дни становились длиннее и теплее. Я же наслаждался жизнью и смотрел в окно автомобиля. Свежий ветер обдувал моё лицо, и я был почти счастлив. Ведь моя жизнь так и не оборвалась. В отражении зеркала я видел все те же черты лица, неизменно молодые и красивые. Ушедшее вновь вернулось. Я вернулся вспять. Обошёл время, обманул смерть, и теперь удалялся от своего города со скоростью мчащегося по трассе автомобиля.

Это, конечно же, не евангелие от Иоанна, но суть та же, ведь меня спасла искренняя вера. Та детская вера, что даровала мне новую жизнь. Я победил смерть, победил своих врагов беспощадных и гнусных, которые лживо и лицемерно вели меня к погибели. Потому обновлённое тело уже не было прозрачным и пустым. Я победил то бесконечное одиночество и ту бесконечную войну, что тянулось серыми днями в зимние стужи, и летние ночи Сибири.

— Я еду до Омска. А ты где планируешь выйти? — Спросил меня водитель, когда я внимательно разглядывал свою руку, осознавая, что тело материализовалось полностью на сто процентов.

— Вези меня до Омска также… — Я задумался, и взглянул на едва зеленеющие поля. — Дальше я найду себе нового попутчика. И спасибо, что согласился меня подвезти.

— Да, не надо благодарностей. — Собеседник сказал мне это так добродушно, что я улыбнулся.

Все-таки, я был сильнее всего того, что существовало в материальном мире. Весь этот объёмный мир, был мал и его правила были решаемыми. Я обошёл все эти правила, победил смерть, и воскресший ехал в автомобиле вдаль. В небе сверкала лазурь бездонная и необъятная.

На самом деле я воскресал уже не первый раз. Первое воскресение было, когда я в шестнадцать лет совершил своё самоубийство. Это был акт самопожертвования. Тогда в ночи палаты, я воскрес вновь. К утру я был обновлённым, абсолютно чистым, и не замызганным кровью. Солнечный свет сиял в окне, я же раскрыл глаза, и понял, что одна из моих способностей — это воскрешаться вновь и вновь. Вторая смерть случилась со мной где-то под Новосибирском, когда я ночами таксовал и возил сомнительных типов по тайге. Там на меня напали троица, они же меня убили в лесу. Убивали, поставив меня на колени и выстрелили из глушака в ночи. Но и тогда я воскрес вновь. Обновлённое тело вырвалось из снежных покровов таёжного бурелома. Стеклянный я вознесся на небо, а потом вновь вернулся в тайгу на ту трассу, где стоял мой автомобиль. Это была жизнь третья. Я нашёл свой авто, и с облегчением вырвался из дебрей, осознавая свою уникальную способность восставать из мертвых. И наконец, последняя смерть в Кемерово. Это случилось так, что меня нашли мёртвым вновь. Из морга я выбрался самостоятельно, и сбежал из этих краёв.

Воскрешение — это процесс сложный и кропотливый. Нужно много энергии, чтобы тело ожило и получило новую материю. Сначала тело выглядит, как прозрачное стекло, и через него просвечиваются все объекты, а затем оно становится материальным и естественным. Именно потому сейчас я ехал вдаль от своего родного города такой уставший и ослабший. Хотелось есть и пить. Жажда мучила сильнее всего. Я думал о том, чтобы свалить в Москву, либо двинуться в сторону Казахстана, и добраться до Астаны. Эти мысли одолевали меня, я в голове планировал свою жизнь, и не знал, как лучше поступить. Я благодарил Иисуса Христа, что он дал мне такую же возможность воскрешаться и получать шанс на новую и новую жизнь.

***

Мы пролетели быстро Новосибирск, и я узнал этот славный город, в котором жил пару лет. Дальше были снова пустоши и тайга. Зеленеющие деревья взвивались вверх, они тянулись к солнцу и свету. День был прекрасным, как я и сказал. Я видел даже те храмы и церкви, которые я посещал годами ранее. Они бы подтвердили моё бессмертие, когда я явился им вновь. Лицо моё было спокойным и даже доброжелательным. Водитель, который вёз меня до Омска, сделал перерыв и сидел в кафе, что располагалось возле храма. Это было на Каменской улице, возле центрального парка Новосибирска. Тут же было колесо обозрение, возвышались огни стадиона. Церковь стояла буквально через дорогу от спортивного сооружения и парка.

Церковная служба только начиналась. Я вошёл в этот огромный храм, отворил дверь. Присутствующие обернулись и взглянули на меня. Здесь были и новенькие, которых я никогда не знал, а также были те, которые узнали во мне ту самую фигуру, что явилась к ним из загробного мира. Дверь протяжно заскрипела и захлопнулась. На лицах одних я видел страх, в то время, как другие улыбались мне…

— Нам сказали, что тебя убили… — Священник воскликнул, осеняя меня Христовым крестом. — Так как ты был обвинен в гнусных грехах, а затем ушел от наказания по недостатку доказательств. Однако эти люди посчитали это неубедительным, потому осуществили самосуд и убили тебя… Это так? У нас есть свои информаторы, которые сообщили, что они сотворили с тобой и твоей судьбой…

— Да, это так. Но я воскрес. Потому что я был чист и невиновен в тех грехах, в которых меня обвинили. Я всегда исполнял десять заповедей Моисея, и верно ходил дорогами Божьей судьбы.

— Во истину слава Иисусу Христу, что даровал нашему последователю Христа такие же способности. — Церковь замерла и затаила дыхание.

— Удачи вам… Я еду далеко на Запад, чтобы рассказать и там миру о том, что пришёл новый свет в этот мир.

— С Богом, сын мой. С Богом! Храни тебя Господь! — Восклицали люди, сидящие в церкви.

Гулко звучали ботинки моих сапог. Я оставил последний след в этом мире, в том мире, где я знал и жил раньше. Пусть они знают, что искренняя вера спасает тех, кто служит Господу Живому. Вечернее богослужение продолжилось без моего участия. Священник был там явно взволнован. Однако я уже вышел на улицу, и дошел до кафешки, говоря водителю, что нужно ехать дальше до Омска.

— Ну что едем в Омск?

— Да, ты готов.

— Да…

— Тогда поехали — Весело и даже задорно произнёс водитель. Он не знал моей трагедии, и всей драмы, что разворачивалась в моей душе. Трижды воскрешённый, я уходил отсюда навсегда. Кемерово осталось позади. Новосибирск тоже в прошлом. Я же лечу по трассе вперёд, стрелой к Омску.

***

В Омске был выбор лететь в Москву, либо двинуться в Астану. Но денег у меня не было в принципе, потому ни один из вариантов не подходил мне. Потому я начал работать в этом городе, найдя временную работу. Размещал листовки и получал ежедневные скромные вознаграждения. Также я посетил церкви, и видел, как люди служили Богу. Они не знали меня, но я пришёл в храмы и в углу церкви наблюдал за богослужением.

Спустя пять дней, я нашел деньги на то, чтобы добраться до Астаны. Ехал на этот раз на поезде в плацкартном вагоне, и это весьма дешевое удовольствие. Теперь я удалялся все дальше и дальше от своей исторической родины. Граница пересечена. Граница моего терпения тоже преисполнена решимости. Я видел те бесконечные пустоши, что тянулись повсюду. В новостях майла сообщали заголовки, что в Кузбассе были ликвидированы опасная преступная группировка. Также были смещение с постов высокопоставленных людей. Еще там случились ряд убийств, которые кому-то перешли дорогу. Просматривая новостные сводки, я видел также заголовки о новой войне на Кавказе. Большая война. США объявило врагом Иран, а также его сторонников в лице кавказских республик, в которых скрывались иранские лидеры и военнослужащие Ирана. Американские бомбардировщики утюжили горы, и там все полыхало в огне. Террористические государства были вне закона. И теперь их ждала кара и расплата за свои грехи. Кровавые реки текли рекой. Они получали свою кровавую участь, и отвечали за свою агрессию и экспансию в другие страны. Теперь они были тем расходным материалом, над которыми нависла грозовая кровавая туча. Луна даже вставала в ночи, и полыхала в красках крови. Персидская сирень цвела на их кладбищах, забирая их души в мир мертвых. Повсюду кровь, кровь и еще раз кровь. Миллионы беженцев, тысячи убитых в ходе боевых действий, сотни под следствием в американских тюрьмах, где их будут пытать и мучить, чтобы выбить из них показательные признания. Потом они умрут смертью падших, и не получат воскрешения. Военный контингент НАТО вошел на территорию Ирана и Кавказа, перекрывая все каналы для отступающей разрозненной армии Ирана.

На границе не было контроля, потому я добрался до столицы Казахстана. Большой город раскинувшийся среди степей. Свобода полета и мысли мои улетали вдаль. США закрыло возможность для миграции россиянам, после военных действий России в Европе. Потому я смотрел на карте, где находятся посольства Канады, Германии и Франции. Я знал только английский язык на уровне B2. Потому логично было лететь в Канаду. Там климат был схож с Россией, те же широты, и те же таежные дебри, страна снегов.