электронная
50
печатная A5
371
16+
Волшебство рядом

Бесплатный фрагмент - Волшебство рядом

Чудесные рассказы

Объем:
162 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4496-2410-9
электронная
от 50
печатная A5
от 371

Предисловие

Дорогая читательница!

Завари в любимой кружке вкусный чай, возьми к нему что-нибудь сладенькое. Потом заберись с ногами в мягкое кресло или в уютную постель, приглуши свет и приготовься погрузится в тёплый мир фантазии и волшебства…

Вспомни ту маленькую девочку, которая верила в ангелов и драконов, в то, что животные разговаривают, а чудеса случаются. Достань из память её мечты быть феей и взмахом руки или волшебной палочки воплощать свои желания в жизнь; её полёты в детских снах и сказочные миры, созданные её фантазией.

Разбуди её, ведь она никуда не исчезла, а просто уснула где-то в глубине твоего сердца. Посмотри на свою обыденность её ясными глазами, разгляди чудо сквозь туман, навеянный повседневностью. Погрузись в мир сказок, магических историй и снов. Ведь волшебство рядом…

Волшебство рядом

Виталина Малыхина

Меня зовут Виталина, что означает — жизненная, и я очень люблю Жизнь! Люблю Жизнь в разных её проявлениях: в явлениях природы, в людях, в их неповторимых характерах, в величии возможностей разума, в волшебном звучании души.

Занятие творчеством для меня — это вдохновляющий опыт сотворения своей жизни. Поэтому я и выбрала название для своей авторской страницы — «Вдохновение…".

Я вдыхаю Жизнь! Ловлю момент единения с чем-то большим, чем повседневность, с незримым, но, без сомнения, существующим. Это даёт мне энергию, приносит радость, дарит в д о х н о в е н и е.

Волшебство рядом

В парке

В детстве у меня была одна игра: я представляла себя дирижёром. Когда по телевизору транслировали симфонический концерт, я брала в руки карандаш и делала пасы руками, стараясь подражать тем импозантным мужчинам в смокингах, что волшебством своих рук управляли целым оркестром. Меня завораживали эти лёгкие, плавные, а иногда резкие и сильные движения. Но то была игра, в серьез я никогда не думала освоить столь необычную профессию, да и способностей к музыке, а точнее музыкального слуха, у меня не было.

Почему я вспомнила свою детскую игру? Да, потому что сейчас со мной происходили странные вещи, а пасы руками теперь действительно творили чудеса. Всё началось со сна.

Мне снился пруд: обычный маленький водоём с грязно-коричневой водой и зарослями ивы по берегам. Но посреди пруда росли белые цветы, огромные и прекрасные, может лотосы, а может водяные лилии. Ещё во сне звучала красивая классическая музыка, наверное, вальс Штрауса, хотя не уверенна, я так и не стала знатоком в этой области. Стоя на берегу у самой воды, я дирижировала… А цветы танцевали… Они распускались и закрывались, кружились, словно маленькие танцовщицы в белом кринолине, погружались в воду и, вновь, выныривали, сверкая, как бриллиантовыми украшениями, каплями воды. И этим действом управляла я.

Утром проснулась счастливая, приятный сон подарил мне хорошее настроение. Позавтракав, отправилась на работу. Я работала менеджером по продажам в крупной компьютерной фирме. У меня неплохо получалось: почти всегда выполняла свой план продаж, неплохо зарабатывала и была на хорошем счету у начальства. Тот день тоже был удачным, удалось получить большой заказ. После работы, несмотря на то, что накрапывал дождь, настроение было отличное, и я решила прогуляться. Недалеко от офиса располагался красивый городской парк.

Народу на мокрых дорожках почти не было. Я брела, наслаждаясь одиночеством, свежим воздухом, ароматами влажной листвы и травы, нежным запахом тюльпанов. Вскоре, вышла к центру парка, где был большой пруд. Тут тоже было безлюдно, только утки и несколько чёрных и белых лебедей, несмотря на моросящий дождь, резали водную гладь. Увидев меня, они подплыли к берегу, надеясь получить хлебные крошки. В сумке, как раз, остался несъёденный в обед бутерброд, и я покрошила белый хлеб птицам. Когда от угощения не осталось и следов, неблагодарные пернатые расплылись по своим делам.

Достав из сумки плеер, нажала кнопку, и в ушах зазвучал Шопен, разбавленный звуками волн и криками чаек. Я использовала эту запись для релаксации. Тут мне вспомнился сон. Никаких водных цветов на тёмной поверхности пруда не было, но я начала двигать руками в такт музыки, как в детстве, играя в дирижёра.

Погружённая в свои ощущения, я не сразу заметила, что птицы стали вести себя странно. Но после того, как четыре утки закружились на месте, а пара чёрных лебедей проплыла на встречу друг другу, расплылась и снова повторила свой танец, мне в голову закралась мысль, что это всё не спроста. Поведение птиц было необычным: они четко следовали взмахам моих рук. Огляделась — никого. Выдохнув с облегчением, попробовала повторить эксперимент. И действительно, пернатые подчинялись: кружились, плавали восьмёрка и спиралями, ныряли и взлетали. А этим чудным балетом руководила я.

Тут вдалеке на дорожке показались люди. Я сразу перестала размахивать руками, и птицы хаотично расплылись по водоёму. Полная восторга, смешанного со страхом и чувством нереальности происходящего, я быстрым шагом пошла к дому.

В квартире

Когда я вернулась домой, первым делом подошла к аквариуму с рыбками. Это хобби тоже было родом из детства. Большой трёхсотлитровый аквариум стоял на монументальной тумбе цвета венги и занимал четверть зала. Внутри он светился зеленью, напоминая южно-американские джунгли: эхинодорусы и криптокарины, анубиасы и буцифаландры, вместе с тёмными переплетёнными корягами создавали ландшафтный дизайн маленького подводного мира. А его обитатели: бледно-голубые гурами, яркие полосатые барбусы и чёрно-серебристые скалярии, жёлтые сомики-анциструсы, синие неоны плавали яркими пятнами, иногда прячась в изумрудных зарослях.

Я включила музыку в плеере и взмахнула руками. Рыбы на мгновенье замерли, а потом поплыли, но теперь их движения приобрели несвойственный для них характер. Следуя плавному рисунку моих рук, неоны образовали хоровод, гурами и скалярии закружились, создавая спирали. Ещё взмах, и барбусы двинулись друг за другом, описывая восьмёрку, а два сомика поползли по стеклу, рисуя треугольник. Растения тоже покачивались из стороны в сторону: «Волшебство! А что мне с ним делать?»

Я оставила аквариум в покое и разогрела ужин. Положив на тарелку макароны и несколько ломтиков гуляша, я в шутку провела руками, изображая окружность. «О, Боже!» Макароны и кусочки мяса задвигались, из них выложились круги. Двинула пальцами, и круги разбежались, вместо них образовались три ровных кучки из макарон, украшенные сверху сочными ломтиками мяса. Я рассмеялась, взяла вилку, и всё перемешав, принялась за еду. Потом выпила чай, предварительно «поиграв» с печеньками, и вышла на балкон.

Дождь уже закончился, солнце клонилось к закату, а по разноцветному небу плыли редкие кучевые облака. Я сделала несколько волнообразных взмахов, и облака, будто под сильными порывами ветра, заклубились, создавая причудливые, но симметричные образы. Испугавшись, что это чудо заметит ещё кто-нибудь, я сделала правой рукой несколько резких движений, словно стирая рисунок, и небесная симметрия расплылась.

В тот вечер сон всё не шел. Сначала, я думала, откуда взялся мой странный талант. Потом размышляла, что мне с ним делать. У меня не было желания афишировать новые способности. Такая популярность была не к чему. На шоу можно было бы неплохо зарабатывать, но роль фокусника не прельщала меня. Кроме того, был страх, что если я раскроюсь, то мой дар станут изучать, превратив меня в «подопытного кролика». Так и не придумав, как с пользой применять мои новые возможности, я уснула.

На работе

Утром, не заезжая в офис, я поехала на встречу с новым клиентом. Виктор Иванович, невысокий худой мужчина средних лет, был техническим директором крупной производственной фирмы и потенциально мог делать у нас большие заказы. Мне нужно было лишь достойно провести презентацию и договорится о финансовых условиях. Кроме него в большой переговорной находились ещё трое мужчин: полный темноволосый заместитель и два молодых симпатичных технических специалиста.

Поздоровавшись и обменявшись любезностями (я старалась использовать своё природное обаяние даже на деловых встречах, это способствовало налаживанию контактов), я уверенно открыла ноутбук, включила проектор и загрузила презентацию. Вначале всё шло как по маслу. Я уверенно вела переговоры, отвечала на многочисленные вопросы технарей. Но тут, речь зашла о наших преимуществах, стараясь быть убедительной, я принялась активно жестикулировать. И… мужчины замерли, а потом поднялись со своих мест и стали кругами ходить по комнате. Я опешила… Мои руки прекратили движения, клиенты пришли в себя.

— Что это было? — спросил Виктор Иванович, часто моргая.

— Это было похоже на гипноз, — отозвался его тучный заместитель, вращая головой и растирая шею.

— Да, странные ощущения.

— Что это с нами?

В раз заговорили остальные. А потом растерянность мужчин сменилась злобой, их взгляды устремились на меня.

А я стояла, держа руки по швам и только глупо улыбалась.

— Вы что, используете гипноз? Или НЛП? В своих продажах? Убирайтесь вон!!! — Виктор Иванович грозным жестом указал на дверь.

Пролепетав извинения, я быстро засунула ноутбук в кейс и вылетела из кабинета. Щёки горели, сердце бешено колотилось, а белая блузка стала влажной от пота.

Я направилась в офис, со страхом ожидала объяснений с начальством. Что-то подсказывало мне, что клиент уже позвонил в фирму. Опасения сбылись, только я переступила порог, как секретарь пригласила меня к начальнику отдела продаж.

— Инна Николаевна, здравствуйте! — я старалась, чтоб мой голос звучал уверенно.

Начальница оторвала глаза от монитора и взглянула на меня из-под очков. Она носила дорогие очки в изящной оправе. Могла бы использовать линзы, но, видимо, считала, что в очках выглядит солиднее. Инна Николаевна была молода и амбициозна, за глаза, в отделе мы называли её «волчицей».

— Рябинина, мне звонил твой клиент, — она даже не поздоровалась, это был плохой знак. — Что у вас произошло на презентации?

— Сама не понимаю, что случилось, — я пересказала ей всё, что было, конечно, умолчав о моей новой способности. При этом старалась держать руки вдоль туловища, чтоб ненароком не продемонстрировать Инне Николаевне свой «гипноз». — Они просто стали кружить по кабинету. А потом накинулись на меня с обвинениями.

— То есть, ты никак не воздействовала на их разум?

— Сознательно, нет! — это был правдивый ответ. В силу своей профессии «волчица» хорошо чувствовала ложь, поэтому я старалась, на сколько это возможно, говорить правду.

— Ладно, Марина, иди работай. Если у тебя есть сегодня ещё личные встречи, перенеси их. Мне кажется, что тебе нужно прийти в себя. Жаль, но, думаю, этого клиента мы потеряли.

Я вышла из кабинета начальницы воодушевлённая: «Не уволили!». Но день принёс мне новые сложности. На рабочем месте я включила ноутбук и взялась за телефон, чтоб согласовать перенос двух встреч. Во время разговора с клиентом, я машинально начала водить пальцем по пластиковой поверхности стола и тут заметила, что разноцветные стикеры, ручки, карандаши, резинки начали двигаться. Я замолкла на полуслове, недоговорив, положила трубку и огляделась. Коллеги сидели, уставившись в свои мониторы, либо увлечённо беседовали по телефону. Вроде, никто не видел танца канцелярии на моём столе. Я заново набрала номер, извинилась перед собеседником, сославшись на неполадки связи, и продолжила разговор, не сводя глаз со своих рук.

Потом я снова направилась к «волчице».

— Инна Николаевна!

Опять этот взгляд из-под очков:

— Что ещё, Марина?

— Я перенесла встречи, как вы просили. Можно я возьму отгул, что-то неважно себя чувствую. Голова кружится.

— Ты не беременна? — бестактно спросила «волчица»

— Что Вы, нет, это от сегодняшних переживаний.

— Ну, хорошо, иди! Ты действительно сама на себя не похожа, какая-то неживая, замороженная.

Я вышла из здания. Сияло солнце, на деревьях щебетали птицы. «Пойду в парк», — решила я и повернула налево.

В кафе

В парке опять было мало народу, рабочий день был в самом разгаре, поэтому гуляли только мамочки с детьми, да на лавочках, в теньке, сидели старики. Я прошлась по зелёным аллеям и вышла к пруду. Здесь людей было больше: дети кормили птиц, катались на самокатах и велосипедах; их мамы собрались в стайки, обсуждая детские и бытовые темы. Я заметила свободную скамейку, села и подставила лицо июньскому солнышку. Вдруг зазвонил мобильник. Выудив его из «необъятных недр» моей маленькой сумочки, посмотрела на экран. Если бы звонок был рабочий, то я бы сделала вид, что не услышала телефон, но звонила подруга.

— Мариша, привет, можешь говорить? — раздался её звонкий голос.

— Да, Оля, у меня выходной.

— О, класс! А вечер свободен? Или есть планы?

— Нет, планов пока нет, ты хочешь увидеться?

— Да! Юра сделал мне вчера предложение. Я хочу отметить.

— Здорово! Я так рада за тебя, за вас! Когда свадьба?

— Я вечером всё расскажу, в кафе, ты, надеюсь, будешь?

— Конечно, куда пойдем?

— В одну уютную кофейню, я скину тебе адрес в сообщении, время сбора — семь.

— Хорошо, я буду.

— Отлично, тогда увидимся! А сейчас мне пора, обеденный перерыв заканчивается.

Попрощавшись с Ольгой, я убрала телефон, облокотилась на спинку и вновь придалась своим мыслям. До встречи у меня оставалось ещё много времени. Стоит ли говорить подругам? Как они воспримут мои способности? Ладно, решу на месте, по обстоятельствам.

Кофейня и вправду оказалась очень уютной. Приглушённый мягкий свет, свечи на каждом столе, молочный цвет интерьера и чудесный, манящий аромат кофе создавали нужную атмосферу для спокойной дружеской беседы. За круглым столиком в дальнем углу помещения я заметила двух своих близких подруг: светловолосая, женственная, мягкая Ольга и высокая худенькая, немного нескладная брюнетка — Елена. Они тоже заметили меня и замахали руками, чтоб привлечь внимание. Я хотела махнуть в ответ, но вспомнив сегодняшнее утро, передумала.

— Привет, девчонки! — бодро сказала я и поцеловала каждую в щеку.

Они раздвинулись, освобождая место для ещё одного стула.

— Ну, новоиспечённая невеста, рассказывай, как состоялось предложение и когда теперь планируется свадьба? — я села между подругами.

Ольга с энтузиазмом поведала о том, как её парень Юра, с которым они встречались уже около года, наконец, пригласил её вчера в ресторан. А потом, под аккомпанемент скрипки, встал при всех на колено и надел кольцо ей на палец.

Тут подошёл официант, и Оля прервала свой романтический рассказ, чтоб мы смогли выбрать кофе и десерты. Когда заказ был сделан, подруга продолжила делиться с нами своими впечатлениями о вчерашнем вечере.

Я была очень рада за Ольгу и Юрия, было приятно наблюдать за развитием их любовной истории, и в тоже время, немного завидно, ведь сама я сейчас была «свободна».

— А дату свадьбы вы назначили? — спросила Лена.

— Мы ещё не подали заявление, но думаю, месяца через три-четыре, чтоб успеть всё подготовить.

Принесли наш заказ, запах арабики мягко растёкся по нашему столику, тортики манили своим аппетитным видом, разговор стих, пришло время побаловать вкусовые рецепторы.

Потом мы обсудили подготовку к свадьбе: выбор подвенечного платья, парикмахера и визажиста. Постепенно разговор сместился с новоявленной невесты на нас, её подруг. Елена рассказала о своей новой выставке. Она была художницей, и в следующем месяце выставляла свои пейзажи в краеведческом музее. Потом интерес собеседниц переключился на мою работу. И тут я решила им всё рассказать.

Мне нужно было поделиться с кем-то переполняющими меня эмоциями восторга и страха, услышать мнение близких по поводу моей новой особенности, выслушать советы.

— Девочки, я должна вам что-то рассказать… — начала я таинственно, и подруги притихли, устремив на меня внимательные взгляды.

— Только обещайте, что это останется между нами. И ещё, что вы не сочтёте меня сумасшедшей…

— Заинтриговала… Мы все во внимании. И, конечно, всё только между нами, — ответила за двоих Лена, а Оля кивнула.

— Я, кажется, стала волшебницей… — начала я. А потом подробно рассказала и про сон, и про пруд, про эксперименты с аквариумом и облаками и, конечно, про случай на работе.

Девушки слушали меня, не перебивая, в глазах у них читалось удивление смешанное с недоверием. Когда я закончила, Ольга сказала:

— Вроде сегодня не 1 апреля?

А Елена добавила:

— Мариш, тебе писательницей надо быть, сказки такие сочиняешь, талант пропадает.

— Вы мне не верите? — возмутилась я.

— Ну, в то, что ты сейчас тут рассказала, сложно поверить, — ответила Оля.

— А если я покажу?

— Ну, покажи… — в голосе Елены читался скепсис.

Я осмотрелась, никто не смотрел в нашу сторону: официанты протирали чашки у барной стойки, немногочисленные посетители вели свои душевные беседы. Тогда я высыпала две чайные ложечки сахарного песка на своё блюдце, а потом стала водить пальцами в воздухе. Сахоринки разбежались в стороны, потом собрались в середине, и наконец, образовали сердце. Подруги с изумлением смотрели на блюдце.

— Как ты это делаешь? — наконец, спросила Елена.

— Не знаю.

— Давай, ещё что-нибудь, — с энтузиазмом предложила Оля.

Я взяла кружку, на дне осталась кофейная гуща, сделала указательным пальцем над ней пару кругов и на краях кофейной чашки появились два тёмных ровных круга.

— Ух, ты, здорово! Правда, волшебница, — воскликнула Ольга, а мы с Еленой одновременно зашипели на нее: — Тише-тише!

— Здорово, то здорово, только как мне теперь работать? Об этой проблеме я думала сегодня весь день.

— А зачем тебе оставаться в фирме? — спросила Оля, — Можно же шоу показывать, это принесёт больше денег, чем твои продажи. Я готова стать твоим первым заказчиком. Сделаешь нам на свадьбу танец белых голубей?

— Нет, Оля, я не хочу афишировать дар. И фокусы, шоу — это не моё. Поэтому ещё раз обещайте, что никому не расскажите!

— А если… — вдруг сказала Лена, и полезла к себе в сумку. Она достала два тюбика масленой краски. — Вот, купила сегодня, по дороге сюда, а то самые ходовые цвета быстро кончаются, — пояснила она. Потом она выдавила красную и синюю краски на бумажную салфетку. Попробуй, — обратилась она ко мне.

Я провела над салфеткой руками, выводя в воздухе узоры. Краски растеклись, повинуясь моим движениям, образуя интересную абстракцию.

— Красиииво, — протянула Оля.

— Вот, можешь рисовать и продавать картины. Это и заработок, и никто не увидит твой творческий процесс.

— А, что можно попробовать, — согласилась я.

В мастерской

Я взяла на работе неоплачиваемый отпуск. «Волчица» была недовольна, но я решила всё же попробовать себя в роли художника. Лена предложила воспользоваться её мастерской и на следующий день, я с трепетом осматривала свой «новый офис».

Я бывала здесь прежде, но как-то не обращала внимание на обстановку. Меня привлекали лишь полотна, которые висели и стояли вдоль стен: пейзажи, портреты, натюрморты. Сейчас я ходила по мастерской, оценивая уже другие вещи. Помещение было большим, полным воздуха и света, благодаря огромным окнам, через которые беспрепятственно проникало солнце. У входа стоял бежевый уютный диванчик и маленький столик с вазочкой конфет. На тумбочке электрический чайник и запасы печенья, Елена принимала здесь клиентов-покупателей и устраивала посиделки с учениками после мастер-классов. Больше кроме мольбертов и небольшой раковины, где мыли кисти, в помещении ничего не было.

Подруга разрешила мне самой выбрать место для работы, и я поставила свой мольберт у дальнего окна. Лена выделила мне из своих запасов тюбики с маслом, гуашь, акварель, акрил; холст и бумагу разной текстуры; кисти, чтоб доставать ими краску. Нужно было попробовать всё, и опытным путём, определить с какими материалами мне лучше работать.

Я включила музыку на телефоне, двадцатая симфония Моцарта разлилась по залу. Начала с акварели. Обильно смочив лист бумаги, в его центр я густо нанесла несколько цветов: жёлтый, зелёный, оранжевый, синий. Лена любезно подсказывала мне, какие краски лучше сочетать. Набрав полные лёгкие воздуха и затаив дыхание, я принялась «дирижировать». Акварель потекла по белой поверхности, оставляя цветные следы, они пересекались, местами смешивались, образуя новые цвета и оттенки. Когда жидкость впитывалась в лист, движение прекращалось, я добавляла ещё воды и красок и продолжала творить.

— Неплохо, можно закончить, — сказала Лена и я остановилась.

У меня получилось что-то похожее на луг, жёлто-зелёная абстракция с яркими синими и оранжевыми узорами.

— Давай, попробуем, что-то более густое? — предложила подруга.

Так я сотворила морскую тему маслом, с ним было проще работать, но больше всего мне понравился акрил. Он был достаточно жидким, поэтому легко бежал линиями, а если мне было надо, растекался фоном. При этом акриловые краски не впитывались так быстро в холст, как масло и не смешивались так сильно, как акварель. Гуашь, тоже подходила для моего способа работы, но мы с Еленой, решили всё же остановиться на акриле. Подруга написала большой список того, что мне предстояло закупить, и я отправилась в рекомендованный ею художественный магазин.

На следующий день пришла в мастерскую с большой сумкой. Разложив холсты и краски, надела фартук и принялась за работу. Сначала, мне казалось, что рисовать картины моим странным способом будет легко. Что сложного? Только води в воздухе руками. Но в реальности моё новое хобби отнимало много сил и времени. Я ещё не совсем понимала связи между движением рук и узорами на холсте, поэтому часто приходилось стирать, закрашивать, переделывать. Елена иногда отрывалась от своего лесного пейзажа, который она рисовала для выставки, подходила ко мне: советовала, правила, подсказывала. Без её чуткого руководства мне вряд ли удалось бы создать что-то стоящее. А скорее всего, через два-три дня, я бы просто бросила эту затею.

Прошло уже пару недель. Картины, на мой взгляд, становились всё лучше и лучше, но Лена со своим профессиональным подходом считала, что пока не стоит показывать публике моё творчество.

Спустя месяц ей, наконец, понравилось моё творение под названием «Закат» и она с одобрением молвила:

— Вот, теперь это похоже на картину профессионала. Давай выставим её на продажу?

Я была счастлива, у меня получилось! Тем более мои накопления таяли, краски и холсты были недешёвым расходным материалом. Мы разместили фотографии «Заката» на Авито и на личном сайте Елены, где она продавала свои художественные произведения. Цену поставили невысокую, чтоб оценить спрос, и уже на следующий день нашли покупателя.

А тем временем, почувствовав привкус успеха, я с воодушевлением взялась за работу и нарисовала моим волшебным методом ещё несколько неплохих картин. Одну, сине-жёлто-зелёную, названную мной — «Морское дно», Лена даже не разрешила выставлять на продажу, а предложила показать искусствоведу.

Картины продавались. Мои яркие позитивные абстракции хорошо шли под интерьер в стиле бохо. Иногда их брали под авангард или в интерьер детских комнат. Картины давали мне доход, достаточный для простой жизни, без излишеств. Спустя два месяца я официально уволилась из компьютерной фирмы. Теперь я могла свободно распоряжаться своим временем, а скрытая от глаз работа в мастерской, позволяла мне не переживать о том, что я невольно выдам свои волшебные способности.

Елена отобрала ещё несколько полотен. Она хотела предложить их своей знакомой — главному специалисту Художественного музея по экспозиционной и выставочной деятельности.

И вот прихватив пять наиболее удачных картин, мы с Леной пошли на встречу с Натальей Александровной.

— Здравствуй, Леночка, — поздоровалась с подругой немолодая полноватая дама с рыжими кудрями и ярким макияжем. — А это, наверное, Мария?

— Марина, Марина Рябинина, — поправила её Лена.

— Ох, да-да. Здравствуйте, Марина, Лена очень лестно отзывалась о ваших работах, — Наталья Александровна улыбнулась мне, оголив золотые зубы. — Ну, что вы стоите, показывайте.

Мы достали полотна.

— Ох, Лена, ты же знаешь, я не люблю абстрактную живопись, — рыжеволосая женщина сморщила нос.

— Но их можно повесить в зал современного искусства, — принялась защищать мои картины подруга. — Посмотрите, какая цветовая гамма, как легко легли краски, какие волшебные образы создала Марина.

— Да, не плохо, но зал СИ и так переполнен. Я считаю, что абстракция хорошо смотрится в интерьерах современных квартир, но не в музеях. Ладно оставьте парочку, может, повесим их при смене экспозиции. Вот эту «На дне морском» и ту в сиреневых тонах, как она называется?

— «Счастье», — но мой голос был совсем несчастливым, было ясно, что мои картины будут пылиться в хранилище.

— Спасибо, Наталья Александровна, — поблагодарила знакомую Елена, её голос тоже звучал невесело.

— Лена, а твои картины пользуются спросом, — Наталья Александровна, попыталась закончить беседу на позитивной ноте. — Уже есть заказчики на несколько полотен. Ты сможешь продать их после окончания выставки, я дала им твои контакты.

— Благодарю! А нам с Мариной пора. Если получится выставить её картины, пожалуйста, известите меня.

— Конечно-конечно. Удачи вам девочки в вашем творчестве.

Мы вышли из музея. Светило яркое солнце и после прохлады музейных залов, жара показалось невыносимой.

— Ну, что ж, великого художника из меня не выйдет.

— Эй, что ты погрустнела, подруга. Ну и что, что тебе сейчас отказали. Ты же знаешь, сколько я стучалась в закрытые двери прежде, чем мои картины попала на выставку? Если бы Наталья Александровна видела, каким способом ты их рисуешь, она бы тебе персональную выставку организовала.

Елена замолчала, задумавшись, а потом предложила.

— А что, может снять ролик? Тебя в кадре не будет, только полотно?

— Нет, Лена, не хочу. Всё равно кто-нибудь да прознает. Пусть чудеса останутся за кулисами. Буду рисовать картины для интерьеров. Людям нравятся, деньги приносят, а слава — это не для меня.

— Ну, как знаешь. Жаль, у меня нет твоих способностей.

— Ты и так прекрасно рисуешь.

— Да, но не я одна. А ты уникальная. Вот только показать это остальным не хочешь.

Конечно, Елена завидовала. Думаю, что если бы она могла творить движением рук, то с её опытом и чувством цвета, у неё выходили бы шедевры, а не такие каляки-маляки. Но судьба преподнесла этот волшебный дар мне. А я толком и не знала, что с ним делать.

На свадьбе

Пока мы с Еленой были заняты в мастерской, Ольга и Юрий во всю готовились к предстоящей свадьбе. Дата была назначена — 25 сентября, заявление в ЗАГС подано, начались приготовления.

Ольга, в поисках платья и аксессуаров, ездила по свадебным салонам и просматривала каталоги в интернет-магазинах. Юрий усердно работал, чтоб обеспечить финансовую составляющую торжества. Вместе они ходили по праздничным агентствам и банкетным залам. Иногда, Лена или я присоединялись к Олиным вылазкам, чтоб оценить очередное платье, диадему или фату. Наконец, основные приготовления были сделаны: зал для торжества выбран, фотограф, тамада, видео-оператор заказаны, костюм жениха, платье невесты и кольца куплены. Гости тоже определились с подарками и нарядами. Кроме денежных купюр, мы с Еленой подготовили в подарок картины: Лена нарисовала прекрасный натюрморт для кухни молодожёнов, а я — весёлую яркую абстракцию для будущей детской.

И вот торжественный день наступил. Невеста в белом кринолине напоминала воздушное облако, светящееся от счастья, как солнышко. Жених в костюме-тройке был немного напряжён и растерян, но после бокала шампанского расслабился и повеселел.

Всё шло по обычному, для традиционных свадеб, сценарию. Сначала был выкуп, тут мы, подружки невесты, изрядно поиздевались над женихом. Заставили его петь, плясать, сочинять стихи и, конечно, вытребовали за невесту кругленькую сумму. Потом поехали в ЗАГС, где официально оформили их брак, тихонько хихикая от излишне торжественных речей женщины-регистратора. Затем Ольгу и Юрия ждала прогулочная фотосессия, а мы ездили с ними по городу за кампанию; пили шампанское, ели бутерброды и снеки, участвовали в массовых кадрах.

Шампанское кружило мне голову, а огромные каблуки добавляли неустойчивости, чтоб удержать равновесие, приходилось делать непроизвольные взмахи руками. Если при этом, кто-то из гостей попадал в зону действия моего волшебства, он замирал, иногда, делал оборот вокруг своей оси. Потом удивлённо тёр лоб или виски, наверное, списывая своё странное поведение на действие алкоголя.

Наконец, фотосессия закончилась, и мы переместились в банкетный зал. Тут тоже всё шло стандартно: застолье, конкурсы, танцы, крики «горько», поцелуи, поздравления… Приближалось время свадебного торта.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 50
печатная A5
от 371