Бесплатный фрагмент - Вера. Надежда. Любовь

ВЕРА. НАДЕЖДА. ЛЮБОВЬ

Книга вторая

ИСПЫТАНИЕ ВЕРНОСТИ И ВОЛИ

Дом начинается не со стен, а с тех, кто в него возвращается

Вторая книга — о времени испытаний.

Когда прошлое уже нельзя изменить,

а будущее ещё не даёт ответов.

Здесь вера проверяется поступками,

надежда — терпением,

а любовь — способностью выдержать.

Не каждый выбор даётся легко.

Не каждое решение оказывается правильным.

Но именно в этом времени человек становится собой.

Глава 1

— Какие у нас на сегодня планы?.. — задал вопрос Михаил, она пожала плечами. — Какие ещё дела нам нужно сделать, с учётом…? Парикмахерская, магазины… Может быть сходим в кино, чтобы всем разнообразить день. Мой… четко составленный план готов, а ваш?..

— Мы согласны на всё… — ответили женщины, настроенные на позитивные выходные. Было воскресенье. Он же, казавшийся с утра совершенно непринужденным, вдруг ощутил, полагая: то, что целый день проторчит дома, и то, как порядки дня стремительно меняются. «Ан глядь» и теперь уже уселся за руль, захлопнув дверцу с тем же… лёгким, осознанным, сильным и глубоким чувством освобождения. В голове зазвучали имена коллег: В. Смирнов и С. Разгуляев. «Смотри на боцманов», думал он. С одним виски выпьем, с другим — красное вино, а с третьим, старшиной палубной команды, скорее всего, пиво и «ан глядь» к третьему акту… возможно, я уже еле-еле… буду стоять на ногах. Интересно… как быстро пролетит время» Ожидания… были очень высоки, ведь именно в этот отпуск произошло… что-то важное — встреча Надежды с третьим другом. Планировать отпуск легко… с семьёй — вот что всегда тактично повторял его начальник: «Никакие удовольствия не проходят так быстро, как заканчивается ключ и пик, и удовольствия от ежегодного отпуска» это были его слова… Михаил вздохнул, осознавая, что сегодня он может лечь спать поздно. Ибо… завтра никуда не нужно спешить, и не нужно вставать по будильнику в половине шестого утра, чтобы не опоздать на работу. Завтра будет возможность вздохнуть полной грудью… просто лёжа на диване… до полудня и плевать в потолок: «Вот оно, счастье». И, дочь ждала этого момента целый год, не спала ночами, мечтая о деревне. Отпуск… — всего лишь шесть простых букв… но в них скрыто столько восторга и радости для её невинной души. Он вспомнил, как теща говорила им: «Отдыхать нужно так, чтобы потом долго не хотелось, это же… пятое время года. И действительно… в эти дни каждый последующий миг… должен быть отдыхом после предыдущего. Вы с Надюшей могли бы без спешки наслаждаться каждым мгновением, обходя… домашнюю суету и находя радость в приятных мелочах — в разговорах, смехе… воспитаниях». Опускаясь в мысль о том, как важно уметь, так просто быть, он улыбнулся, предвкушая перемены, которые ждут впереди…

После отъезда внучки бесконечные однообразные дни казались неделями, время тянулось, как резинка… Дни и ночи сливали в один нескончаемый поток, и она всё чаще думала о том, сколько минуток, сколько же суток, провела у кроватки своей любимой Валечки. Ей же без неё счастья в жизни нет: «Ах Валя, Валя, Валечка». Внучки — это цветы жизни, это и есть ее вторая молодость… ее новая интересная страница жизни, полная нежности и радости. Скоро внученька опять приедет и она от радости готова была бы закружиться. Жизнь же её, словно мозаика, раздробилась на три уютных домика: мамин, папин и бабин. На выходных, как по расписанию, Валентина ждала звонка, проверяя телефон чуть ли не каждый час. Тоска скручивает сердце, и, бездумно выйдя в сад, она заметила, как сильно… он изменился с тех пор. Каждое растение напоминало ей о Валечке. Вспоминала те дни, как любили прогуливаться вдвоем… когда сад был полон самых красивых махровых роз и других ярких цветов. «Надюша, почему же, она не звонит?», вслух произнесла она, словно это могло помочь. Ей так хотелось слышать… любимый голос каждый день, почувствовать то чувство близости, которое приносило эти разговоры. А время-то… продолжало свой тихий и плавный бег, как неведомые глубины реки, не обращая внимания на её переживания. Но даже в самых тёмных, и важных моментах она старалась искать светлые стороны. Ночами, когда кошмары вторгались в чуткий её чуткий сон, она снова видела глаза, Валечки. «Как она сейчас?». Всё же эти мысли больше совсем не страшили… её, а скорее придавали сил. Испытания и ожидания… казалось, вроде бы не отняли у неё жизненные ресурсы, а наоборот — щедро добавили. Она точно ощущала прилив жизненной энергии, чувствовала себя удивительно живой и готовой к любым переменам, которые принесет стечение обстоятельств. В этом же и заключается смысл её подлинной жизни, чрезвычайно глубокого существования. И в сердце её поднимались волны радости. Обе они проходят через это. Слава Богу, что это было только лишь временное затруднение… перед безмерной любовью, налаживания отношений между мамой и дочерью. Глубоко задумавшись… она взглянула как то по-новому на фотографию Валечки. Её чудесное личико было спокойно… а глазки светились… «Как им повезло», произнесла она с горячим ощущением любви. «Мне тоже повезло… что они у меня есть. В полосе событий, из которых соткана жизнь… удача подмигивает мне с ослепительной яркостью, даря события, граничащие с чудом». Эту мысль она несла в сердце, как драгоценный камень.

Каждый день она просыпалась и засыпала с мыслями о дочери и внучке, ведь их любовь и была… её путеводной звездой, её вечной радостью… Верила ли она в удачу…? Без сомнения, верила… Вопреки всему… что окружало её… Вопреки скептическим взглядам соседей по деревне… которые предпочитали оставаться в тени недоумения. Верила, вопреки благожелательному сочувствию и жалости близких людей… терпеливо поддерживающих её… все эти годы. Да и как, и, кто же… смог решится бы отнять у неё последнюю искорку надежды, ведь счастье… неотделимо от мечты о будущем. Валентина Николаевна, погруженная в осознанные мысли о внучке, вновь и вновь в очередной раз вспоминала… их последние разговоры: «Мамочка милая, мамочка моя», будто б снова услышала взволнованный голос Валечки. «Ты знаешь… девочкам купили новый велосипед. Ты потом отведешь меня в магазин? Мамочка, ну почему ты молчишь? Сегодня же у меня день рождения?». Слова, «мамочка» ранили её как будто б острый нож… Как же больно было отвечать на такие заявления, когда самого ответа, казалось, и не было… Она же с любовью, лаской и теплотой обнимала свою внучку, как будто бы… стараясь собрать в свои объятия всё то тепло… что могла подарить. Каждый день заботилась о ней, безостановочно, без устали… сшила её куклам одежду, готовила ей блюда, а бессонные ночи, сидя… у её постели, проводила с большой любовью к своей внученьке, держа… её маленькую ручку в своих ладонях. В голосе… её бабушки звучала нежная уверенность, когда она обещала и даже клялась: «Конечно… Валюшенька, мы обязательно купим тебе самый лучший велосипед. Но сначала нам нужно заработать денежек, даю обещание…» Время было тяжелым. Постсоветские годы, полные лишений и трудностей, ставили перед Валентиной вызовы… связанные с бытом и заботами о семье. Надежда в её сердце не угасала — она только лишь слегка изменилась, как и причёска у дочери, которую она иногда освежала, но в глазах поселилась, и, всё так же светилась… искорка радости и душевного покоя. Скоро приближался очередной отпуск, и, Надежда заказала разговор с мамой и сестрой Верой, чтобы укрепить связи и поделиться планами. В каждой встрече, даже в простом разговоре… ощущалась… её сила и желание сделать жизнь своей семьи лучше.

— Мамочка и Вера, — начала она с лёгкой улыбкой. — Вы ведь знаете, я верю в нашу удачу. Мы все вместе справимся с огромными трудностями, правда…? — собравшиеся замерли в ожидании, а она, чувствуя поддержку и любовь, понимала, что их связь, — это всё то, что действительно имеет первостепенное значение. С каждым днём надежда становилась ярче… её сердце готово к новым свершениям. — Дорогая мамочка, пусть изумительная погода будет за окошком, в в душе цветёт всё и благоухает, сегодняшний день начнётся для вас с улыбки и хорошего настроения… — произнесла Надежда, чувствуя тепло в голосе. — Мы очень соскучились. Особенно Валюша — она так скучает, так сильно тянется к вам. Ведь у неё остались приятные воспоминания о времени, проведенном вместе… Разговоры для нас как воздух… это тот способ поддержать тонус и хорошее настроение Валечки, но и для нас, конечно… — она была наполнена надеждой…

— Я всё время думала только о вас, Надюшенька… навязчивые тревожные мысли о вас преследуют всё время, — ответила мать, ее голос наполнился заботой. — Как вы там, не голодны ли? Как у вас с деньгами?.. Где живёте? Как вы себя чувствуете?.. И как у тебя дела на работе? Да и я, так очень беспокоюсь за твою личную жизнь, моя милая доченька, — глазам матери стало горячо, и во рту у неё вдруг явилась неприятная сухость. Вдруг, в кабину с бешено колотящимся сердцем вбежала раскрасневшаяся, воодушевленная, Валюшенька, словно маленький солнечный лучик… которому просто не терпелось поделится радостью. Не хватало терпения ждать, с жаром изрекла…

— Мамочка, пойдёшь со мной в магазин? Папа, точно хочет мне кое-что купить… У него есть денежка, — закричала она, указывая на улицу. — А ты папа, понесешь свои деньги. Хорошо?! — вернувшись с переговорного пункта, Валентине Николаевне казалось… что когда внучка говорила с дочерью, её глазки блестели мягко… голос звучал ласково, и она была рада-радёшенька, что у её внучки, наконец-то… появился отец, а у дочери мужчина. Но вместе с радостью пришло и какое-то напряжение… Какими же задушевными были эти разговоры и сама любовь, казалось, какой-то, благоговейный трепет вызывал у неё, и сердце её сжалось от щемящей тоски. На её ж щеках все еще остались следы слёз, как будто упрямо напоминающие о пережитых горестях. Михаил, Надежда и Валечка знали, после разговора с ней, они отправятся в кафе перекусить, а потом… за велосипедом. И вот, сейчас — почти 4 часа ночи, а она до сих пор всё не могла заснуть… Мысли метались в голове, и, казалось, слава Богу, она смирилась с реальностью, но в тоже время в душевной глубине тревога всё ещё не давала покоя… Дни шли один за другим, и Валентина понимала… что единственное, что теперь остаётся — ждать от дочери письма. В этой тишине с ней находились сочувствующие ей верные союзники, Алексей и Вера… пытающиеся облегчить разделяя тяжесть её тоски по дочери и внучке. Время и место как будто словно растворилось… оставив лишь их троих… — Валентину, Веру и Надежду. Надежда не ждала от своей дочери любви, во всяком случае не сейчас — или по крайней мере не в этом моменте, но она полагала и где-то в глубине души чувствовала, что небезразлична ей, и что со временем всё же, возможно, она сможет полюбить ее. Внутри нее зажглась маленькая искорка надежды, когда она задержала дыхание, сделав небольшой вдох и после небольшой паузы, задумалась о том… как им провести время с дочерью. Мгновение замерло, пауза всколыхнула её мысли, быстро шло время, и она решительно подошла к окну, струящийся… свет на зорюшке первого же солнышка так ярко освещал телеграф… Надежда начала придумывать свой очень тонкий и хитрый план, как вести себя на прогулке с Валей. Она попыталась представить себе, как они будут гулять вместе — смеяться, шутить, обсуждать всё, что только можно. Этот план и согревал её душу… и, в её сердце начала расцветать надежда на новое тепло, не имеющее противопоказаний и подходит для того, что может принести увеселительная прогулка…

— Ох, Валечка… — с нежностью произнесла Надежда, обнимая свою дочь. — Во всём мире нет такой очаровательной дочурке… как ты. Пойдём прямо сейчас в кафе… Сперва съешь немного картошки фри, выпьешь вкусного какао. Давай садись… Затем мы отправимся в магазин за покупками, случайно прихватим… немного адреналина, чуточку неожиданностей и охапку прекрасного настроения… Именно такой набор принесем вместе с велосипедом домой, договорились?

— Да… — с радостью ответила Валюшка, словно не дожидаясь вопросов. Она с улыбкой погладила дочь по шелковистым волосам.

— Ах, ты, моя родная… — и, вздохнув сказала. — Вот и умница! — Надежда с улыбкой обняла дочь… и чтобы как-то развеселить её, немедленно отправились в торговый центр. Когда они добрались до него, за прилавком стояла приятная молодая девушка двадцати «20» с небольшим лет и рассеиваясь в своих думках, она просто глядела на улицу. В это же мгновение к магазину и подошла одна маленькая девочка, и, буквально прилипла к велосипедам… Она с нетерпением выбирала, и когда наконец-то увидела тот, который так искала, её ж глазки заблестели от восторга. Велосипед был таким красивым, что дочка не доверила его никому, она сама везла его, держась за яркий сверкающий руль. Но когда Валечка добралась до дверей магазина, велосипед застрял. Стоявший у входа отец, с привычной улыбкой…

— Хочешь, помогу, — предложил Михаил. Обращаясь к дочери, он добавил. — Синьорина… вам помочь отнести велосипед в дом…?

— Если хочешь… — ответила Валечка с благородной улыбкой…

— Какая чудесная девочка. Правда, папа…? Как тебя зовут?.. — всё ещё обнимая её, повернулась Надежда к своей дочери, Михаил взглянул на Надю и на Валечку, а дочурочка не успела отвести глаз.

— Меня? Валя, — сначала замялась и немного растерялась, но потом сверкнула белозубой улыбкой её дочурка, светясь от счастья.

— Так значит… тебя зовут Валя?.. — переспросила Надежда, но внутри едва удержалась от смешка… пораженная смышленностью…

— Да, мама… — с гордостью подтвердила она, затем смутилась и добавила. — Меня мама Валя и мама Вера называли Валенькой… — и снова улыбнулась. «Какая же у неё чудесная улыбка», подумала Надежда. «Она такая милая… Да ещё и это имя — Валюша, назвали её в честь бабушки… моей любимой мамы». Надежда откровенно и с нежностью любовалась дочерью, её ж сердце наполнилось теплом.

— Ну что, пойдём, Валюша? — не выдержал отец, и наконец-то добавил. — Покатаемся на велосипеде, — Надежда приостановила.

— Подожди минуту, Миша… — он тихонько засмеялся и сказал.

— Ты не исправима, Надюшка… Извини… — Валюша их вполне серьёзно воспринимает как маму, так и папу. — Мамочку… возьмём?

— Да… — с энтузиазмом согласилась она, её глазки засверкали от ожидания приключения… Эта небольшая прогулка с велосипедом обещала стать началом чего-то нового и радостного в их жизни.

— Вот и чудесно, договорились. Мы идем все вместе… когда мы вместе… всё нам по плечу. Мы полетим к мечте, к звёздам и к заре…

— Только после обеда… А сейчас тебе нужно немного поспать… наша прелестница. Хорошо? Ты у нас умница, — на улице Валенька радовалась своему подарку, весело и возбужденно играя с детками.

— Знаешь… у меня был день рождения, настоящий праздник — с гордостью сообщила она подружке. — Сейчас самая моя любимая игрушка — это новый велосипед. Его мне подарили родители, много всего прочего. Они говорят, что без падений не научишься кататься.

— А у меня день рождения через три месяца, — отчеканила та.

— А что тебе… подарят? — с любопытством щебетала Валечка, её глаза светились от радости. Голос той… звучал слегка печально.

— Я знаю, что ничего… не знаю… — коротко ответила девочка…

— У твоего папы есть деньги?.. — неуемно интересовалась она, пытаясь понять досконально… почему подружка выглядит… какой-то расстроенной. Девочка, огорченная, молча… почти побежала домой.

— Ты слышишь, Мишенька? Вот оно… как бывает-то в жизни, — беспокойно произнесла Надежда… глядя вслед убегающей девочке. — Не только в деревне, но и в городе, маленькие заработные платы и люди перебиваются как могут. Крошки, на которые еле-еле хватает покупать продукты. Зримо, Валечка, очень расстроилась, потому что не поняла, почему её подружка вдруг убежала, — переглянувшись и обратив внимание на дочку, она поспешила ее спросить. — А что бы ты ещё хотела больше всего? — спросила мать, глядя на Валюшку с ожиданием. Глаза их дочурочки радостно вспыхнули от этой темы, а они оба с нетерпением выжидательно смотрели на свою роскошную и даровитую девочку. Мать, подбодрила ее, сказав. — Знай дорогая, что мы всегда готовы сделать твой день, особенным. Ну-ну… говори. — она замялась и задумалась, а затем, улыбнувшись… произнесла.

— Больше всего я хотела бы две вещи, — тихо произнесла она, как будто бы боясь… что ее мечты могут испариться. — Я бы хотела красивую куклу с коляской, чтобы нянчить её… как и меня «холили» и «лелеяли», мама Валя и мама Вера… — мать внимательно смотрела в светящиеся от детской искренности глазки своей девочки, ей было приятно слушать и её мысли… Материнское сердце ее наполнилось теплом, и вдруг вспомнились все те моменты, когда дом наполнялся смехом, когда Валя уютно прижималась к ним. Надя же улыбнулась, готовая простить ей любые шалости «ей жаль за случившееся» даже если они были озорными. «Приятно приходить в дом… где друг другу улыбаются и слышен детский смех, к ним всегда приходит… и живёт счастье. Как я люблю свой дом», сделала умозаключение, добавив…

— Хорошо!! Мы обязательно купим тебе новый кукольный мир… не одну, а целую коллекцию кукол… И коляску, и платьица, и всё, что ты только пожелаешь. Я не могу тобой надышаться, наговориться и насытиться твоим смехом… — в этот момент к ним присоединился и Михаил, который с задумчивой улыбкой поддержал жену и добавил.

— А давай, отправимся прямо сейчас, купим тебе много-много… всяких красивостей, — его голос звучал тепло, как весенний ветерок и лёгкий, и весёлый с лучами солнышка играет — ещё тот озорник… Валюшенька, ослепительно улыбнувшись, просияла необычайно… и великая радость овладела ею и подчинила её себе, почувствовав не только удивление… но и настоящую беспредельную радость от этой неожиданной щедрости. В её же глазках заиграли искорки счастья и появилось тепло, а на губах просияла улыбка, и она, ловя их взгляд.

— Правда?! — радостно спросила. Собравшись в объятиях, она крепко прижалась к своим родителям и выразила им благодарность.

— Большое вам спасибо, папа и мама, только лишь… за то, что вы у меня есть. Я всё поняла, — и от всего сердца сказала. — Я вас люблю… но и маму Валю и маму Веру тоже… — в ответ на её слова.

— Знай это, что мы тебя все любим, очень-очень, — синхронно прозвучало. В этот момент Надежда осознала то… как важно для её дочери быть услышанной и понятой. Она приняла тот зов любящего сердца своей девочки, вдохнув в себя невидимую, но ощутимую… ту же крепкую связь между ними. Позже, поделившись с мамой, она же рассказала о том, как ей удалось восстановить доверие и радость в отношениях с дочерью. Она ощущала через свои органы чувств, как между ними создаётся невидимая, но крепкая энергетическая связь, обогащающая их жизни. И делясь этой радостью, Надежда поняла… что любовь — это бесконечный источник счастья, который способен вернуть даже самую утраченную надежду. Она, глядя на календарь.

— Вот и пролетели двенадцать месяцев, как неведомая птица… И снова отпуск, — ностальгически вздохнула и сказала. — Мы опять собираемся к бабушке в деревню на всё лето всей семьей, — вновь, едва заметная улыбка Валечки осветила её лицо, и она, как веселая пташечка… вскочила с постели, радостно щебеча о своём ожидании.

— Я мечтаю о том… как буду купаться в реке, бегать босиком по траве, кормить кур… И снова пить то самое… свежее и, конечно же… самое натуральное парное молоко. Не только жирные, но и вкусные для разных блюд, домашние бабушкины сливки, — пропищала дочь, глаза ее сверкали от восторга. — Спасибо большое вам за этот год, я так многому научилась и повзрослела благодаря вам, хочу сказать то, что этот год был нелёгким, но всё же, я встретила… много подруг. Всё это благодаря тебе моя мамочка. Этот финал, как мне казалось, никогда не наступит… я была погружена в круговорот жизни с вами… — Надежда улыбнулась… её сердце наполнилось теплом от нежных и добрых слов дочери… Во многом это лето оставалось для Валечки волнующим и праздничным, как заключительная… нота симфонии, и Надежда чувствовала, что все радости уходящего года сплетаются в сказочный момент. Ей немного-то и надо, но всё что надо, это дочь…

— Да… — тихо добавила она. — Это лето будет особенным… — Валечка продолжала витать в своих детских ностальгических мечтах о лете, проведённом в деревне у любимой бабушки и любимой тёти, обсуждая совместные мгновения с семьей. Она так проговаривала о радостных моментах, о коллективных веселых вечерах, о их любви, окутывающей её, как мягкий плед. Но всё это время и в радости, и в грусти Надежда знала, что рядом с дочерью была ее поддержка, ее же и стремление помочь каждому, делиться бесценными советами… — Как на самом деле у Любы складывается атмосфера с Петром? У неё, как мне кажется, не так всё просто. Все люди… как люди, а он… — спросила Надежда свою мать, немного сбавив тон. — У неё, как я знаю, муж — отвратительный патологический ревнивец, и это же так тяжело — жить с каждым днём под бременем его подозрений. Пётр, как и его мать, являются центром притяжения опасности… которой и подвергает себя Люба. Она любит его не за что-то, а вопреки всему, — наконец произнесла она, её голос звучал глухо. Глаза Валентины Николаевны потемнели от тревоги, когда она взвешивала ее слова…

— Что делать… если беспочвенная ревность изнуряет и не даёт покоя, как тень, которая не дает света, даже в радостные моменты… Ревность разрушительна, Люба старается понять, почему он такой… — продолжала она. — Она же обращает внимание на эти сигналы и, постоянно пытается разобраться с его чувствами… Но чем дальше… тем сложнее становится… — она замедлилась на мгновение, а Надя почувствовала, как важна поддержка в таких ситуациях. Она слушая мать, представляла её обеспокоенное лицо, полное заботы о ней. И когда мать замерла… осознав, что слова сами собой заканчиваются.

— Возможно, ей стоит поговорить с ним открыто… — с тревогой в голосе произнесла Надежда. — Показать, что ревность изнуряет, а не защищает. Но это непростая задача — быть уязвимой перед тем, кого она любит… — сейчас, в воздухе повисла тишина, наполненная пониманием и состраданием… обе женщины почувствовали глубину тех эмоций, которые связывают их с близкими, ведь помочь, если не можешь быть рядом — значит иногда… просто слушать и слышать…

— Они в браке уже три года и Люба откровенно призналась… не хочет разводиться — начала родная мать, с печалью отмечая всю ту тяжесть ситуации. — Вероятнее всего, его ревность уже не будет ее мучить так сильно… Но сама по себе ревность — это же длительное и болезненное чувство, с которым трудно справиться. Муж… должен быть опорой, жена — поддержкой. Я не сомневаюсь в её чувствах к нему, Наденька, вот, как-то так, но… — мать сделала паузу, словно… собираясь с мыслями, и продолжила. — Их отношения давно стали вялыми, обыденными. Мне невыносимо видеть, сам факт того, что… она замужем, но не счастлива. В её душе пронзающая ноющая боль и чувство неудовлетворенности, как рана, с которой она… научилась жить и мирится, — Надежда искренне сочувствовала маме и сестре, понимая, что изменить отношение — задача очень сложная… она не решается за один день, либо не решается порой… вообще. Жизнь, с одной стороны, бросает взгляд на то… как прошлый опыт вторгается в наши дела сегодняшние, а с другой — как наши дела сегодняшние меняют прошлые наши ж восприятия и оценки. Жизнь всё расставит по своим местам и по полкам разложит моменты», эти островки её ж раздумий не покидали её голову, пока разговор матери с внучкой, не вернулся вновь в её сознание. Между тем Валентина, пообщавшись с внучкой, даже находясь далеко друг от друга, уже ощущала то, что её внучка, Валенька, излучает волнение в ожидании летних каникул. Взаимосвязь между внучкой и бабушкой… была какой-то особенной, даже крепче той, которая существовала между матерью и дочерью. Бабушка хорошо знала, что недолго оставаться в тени. Вскоре… она снова займет свое привычное место… а не просто останется вдовой и его госпожой, являясь главой. Отныне она останется дополнение и помощь в жизни своих внуков. Она очень сильно сблизилась с ними, так как в сердце её была огромная любовь к каждому из них. Любе… казалось, что из бесчисленного множества её слов осталось одно — дочь. И подтверждая это, в это же время из другой комнаты донесся голос Тамары, как будто б мелодия из детства: «Раз-два-три, Мурзик. Раз-два-три, Пушок. Раз-два-три…» Заглянув в комнату, она увидела, как Тамара увлекалась, учила своих любимцев… котов — танцевать под счёт. Засмотревшись на эту забавную сцену, она почувствовала, как в её душе растопилась частица печали. Подходя ближе к дочери и улыбаясь беззвучно, она почувствовала, эмоциональную близость и на сердце опять горячо-горячо, как дочь дарила ей какое-то тепло.

— Ты совсем приспособила их к жизни. Спасительница ты моя, дорогая… — ласково проговорила она, нежно гладя дочку по голове. Несмотря на все трудности, в этом маленьком, но, уютном уголке её мира сохранялась простая радость, невинные развлечения, забавы, и, возможно, именно они помогали помнить о том, что даже в самых непростых обстоятельствах свет всё равно пробивается. — Ой… как здорово, что папа еще не вернулся с работы домой… в большинстве случаев… усталый и задерганный. Может, нам всё-таки же… удастся приготовить что-нибудь вкусненькое и особенное на десерт?.. Хотя у нас и есть что-то сладкое, но хочется создать нечто изысканное, что запомнится. Я сейчас приступаю к готовке, а ты, крошка моя… мне в этом поможешь, договорились? Постарайся играть бесшумно, чтобы маму не отвлекать, — с милой улыбкой, полной надежды, она… тихо попросила, затем стремглав отправилась на кухню. На натуральном ковре лежали разбросанные журналы, переливающиеся… цветными кадрами с расчерченными линиями известных балерин, словно они танцевали прямо на страницах. Мурзик, наш… пушистый компаньон, осторожно перебирая лапками, прошёлся… по скользким глянцевым листам. Остановившись, на одном из зеркально-гладком, плотном, и блестящем листе, он с неуемным, природным жгучим любопытством обнюхал одну из фотографий с моделями… в гламурном журнале, и, не устояв перед искушением… исходящего снизу… аккуратно лизнул ее. Тамара ж не смогла сдержать заливистый смех, проскочив мимо двери в кухню. Обернувшись к заботливой мамочке… проговорила…

— Мамуля, я представляю, что ты задумала приготовить что-то удивительное. Мы будем настоящими кондитерами. А наши котики… — нашими помощниками. Мамочка, гляди-ка, какой отменный вкус у моего Мурзика и Пушка. Он выбрал… голубую пачку, с блёстками, — Тамара, с гордостью подыскивая слова, задала следующий вопрос, полный надежды. — Мам, может быть, и, я когда-нибудь стану такой же знаменитой балериной?.. — Люба улыбнулась, подбирая слова и в порыве гордости, ее глаза наполнились слезами… и она ответила.

— Я не могу представить свою жизнь без тебя… Ты пришла, как лучик солнца, в мою темную жизнь. Я не против. Ладно, этот вопрос мы обсудим позже. А сегодня, я хочу сделать подарок тебе и твоему папе. Согласна?.. Что ты на меня так смотришь, Тамарочка…? Когда — нибудь ты поймешь, как отрадно делать добрые дела… Ой, лишь бы мой десерт не подкачал… — продолжала она. — Надо проверить и опробовать, как он там получился… аппетитным на вкус, — сердце Любы согревало и наполняло невероятное… чувство благодарности: мама всецело и всегда поддерживала ее во всём, скажем так, хотя и не была рядом. Вслух или молча, она неизменно верила в её мечты. Когда порыв радости утих, Люба понимала, что именно этого ждала от неё Тамара — искренней заботы и понимания. Ежедневно, ближе к девяти вечера Пётр возвращался с работы. Он выглядел усталым. И сразу направился в комнату, где было уютно и всё под рукой. Сев, он взял газету и начал читать… Вмиг в комнату вошла улыбающаяся Люба, выглядела облегченной и умиротворенной… совсем как лучик солнца, и тихо произнесла. — Я принесла молоко… Выпей, дорогой, — её голос был полон нежности. — Ты выглядишь таким уставшим? Что это… читаешь свежие новости за неделю или за день? — на эти слова Пётр поспешно спрятал газету. Поцеловав её, он пробубнил…

— Да, новости… А ты, судя по всему, довольна, чем-то? Чем же, если не секрет? — она смотрела на него и только моргала, как будто искала ответы в его глазах, и, колебаясь, не знала… стоит ли делить или открывать свои мысли. Но, вздохнув и собравшись с духом… как можно сильнее она прильнула к нему. Он обнял её… взяв за плечи и повернув к себе лицом. Та подняла глаза, погрузившись в его взгляд — они были… как зеркало души: мягкие, теплые и полные нежности. Их взгляды встретились, как искры, зажигая… понимание и близость между ними… Они всегда смотрели на неё пристально и изучающе…

— Не смотри на меня так, — прошептала она и опустила голову, предчувствуя, что в его взгляде… смешиваются вопросы и надежды.

— Любимая, я тебя смущаю? — спросил он, заметив изменение в её поведении. Пётр не стал больше пытать её своим взглядом… и, навязчиво искать ответы в её глазах, просто, взял её за подбородок, наклонился и поцеловал. Люба закрыла глаза и в ответ прошептала.

— Немного, думаю, что «чуть-чуть» — призналась она, чувствуя, что трудно скрыть свое состояние от любимого мужа. — Я так рада, что мы вместе. Очень-очень довольна, бесконечно благодарна тебе.

— И я рад, что мы вместе… — ответил он, даря ей свой нежный взгляд. — Ещё рад, а также сильно удивлён, и как поражён тому, что ты приготовила нам с Томочкой сюрприз на ужин. Но так знай же… я не умру с голоду, если мы потратим еще минут десять на романтику, а потом присоединимся к маме и нашей доче дочурке за столом… — Люба засмеялась, прекрасно зная, что её муж озорник, который… не упустит случая поразвлечься. Она обняла его, так, что голова Петра оказалась на высоте её груди, и, погладив его затылок, заговорила…

— Даже сама не представляю, на сколько… я люблю тебя… и на сколько рада… — сказала она, чувствуя… как быстро бьётся сердце.

— И я люблю тебя, милая, — ответил он, чувствуя, что с каждой секундой его жизнь становится более замечательной. Они побрели к столу… на котором уже стояли блюда с поздним ужином и нарядные угощения. И, тут Любочка в голос сказала, загадочно усмехнувшись.

— Так и быть… я готова раскрыть свой сюрприз для вас, родные мои. Я беременна, у нас будет ребенок. А Тамаре, брат или сестра… Ты… рад? Мой сюрприз, удался? И, кстати, я надеюсь на девочку, — Пётр обрадовался пожалуй не меньше Любы, и наконец-то расцвел.

— Боже, как же я рад, — воскликнул он, прижимая её к себе. Он поцеловал её волосы, и они замерли на миг, взаимно… ощущая друг друга, забыв обо всём на свете и чувствуя, что счастлив до безумия, выдохнул он. — Люба, ты просто чудесна, — она обвила рукой шею мужа, погладив его затылок, прижалась своей разгоревшейся щекой к его лицу, улыбнулась ему, наслаждаясь теплом обнимания. Зная… что теперь их семья станет еще счастливее и сильнее… Обернулась и увидела, что их дочка Тамара смотрит на них с ласковой улыбкой. Затем, довольный, самый предовольный Пётр, добавил. — Ну и что, приступим к запоздавшему ужину…? Или как… — всё ещё глядя и не отводя взгляд от неё, расчувствовавшийся, продолжал говорить… — Не то глава идеальной семьи умрет с голоду, твой запланированный сюрприз удался на славу… — ей казалось, что это был… счастливый вечер, который она запомнит на всю жизнь… Её семья была дивно и как никогда близка и счастлива, это и обволакивало сердце теплом, а домашние дела шли как бы по касательной. Люба любила близких ничуть не меньше прежнего… но страстно желала рождение второго ребёнка. Ей казалось, что всё вокруг неуловимо преобразилось и до чего хороши желтые хризантемы в хрустальной вазе… а стены дома были мягче и теплее. Её мечты стали реальностью, а… их семейное счастье — еще ярче и насыщеннее, и, на подоконнике сидит Пушок.

— Мамочка, будем с куклами играть после ужина?.. — спросила Томочка. Её потрясло слово «мама…”, сказанное ей с горячей силой.

— Конечно, моя маленькая принцесса, — с нежностью ответила Люба, обращаясь к дочке. Внезапно её внимание привлёк кот, и она, наклонившись, позвала его. — Пушок, иди сюда, Пушочек!.. — но он лишь слегка шевельнулся, словно в знак вежливости, и вновь замер на месте. Он терпеливо ждал свою хозяйку. Люба на мгновение, так, и замерла, осознав. — Господи, да что же это я делаю? Ведь Вера и мама до сих пор ничего не знают о том, что происходит, — вздохнув, она решила поспешить к Петру с просьбой отвезти её к маме. Даже, мысли о родительском доме не только взбадривают, но и наполняют её энергией, как свежий ветер… вселяют веру… возлагая надежду на лучшее. В родительском доме не бывает места пасмурным дням — только сплошная ясность, понимание и просветление. Вернуться… в своё детство возможно в любом возрасте, стоит лишь приехать и переступить порог родного дома. С едва заметным трепетом… Люба открыла дверь и, ощутив знакомый аромат… шагнула через порог ее родного дома. Люба необычно ласковым голосом поприветствовала.

— Здравствуй мама. Как же хорошо вернуться домой… — она ж была немного смущена, когда подошла к своей маме. Она понимала и осознавала… что до сих пор не рассказала ей о своем состоянии и что сейчас всё должно произойти очень быстро. Но в то же время её сердце радовалось возможности, поделиться семейными новостями с любимыми родственниками. Когда они зашли в дом, её ж охватило ощущение детства и теплоты. Родительский дом был каким-то тем… особенным местом, где можно было… ощутить настоящее семейное счастье. Люба крепко обняла маму, а, Пётр слегка подтолкнул её, но она решила не торопить события и дождаться семейного ужина. Как бы ненавязчиво донести до родных о своей беременности. Когда же они сели за стол по приглашению хозяйки, лишь тогда и заняли свои места. Она уверенно, оригинально и громко, решила поделиться, их радостными новостями. Она подняла бокал и с улыбкой сообщила…

— А мой бокал пусть выпьет за меня мой супруг… а, нас… будет через девять месяцев четверо. А вот кто-то скоро станет бабушкой и тётей, — мама Любы улыбнулась так искренне, как только, это было возможно. Это дало прозрачный, вполне понятный намёк, и мама её была счастлива и рада услышать столь замечательную новость, она была очень польщена и приятно удивлена… когда Люба предложила ей выбрать имя будущего внука или внучки. Валентина Николаевна, приветливо улыбнулась и протянула к дочери руку, затем, молвила…

— Доченька моя, я так счастлива за вас. Я свято верю в то… что вы будите замечательными родителями. Я всегда готова помочь вам во всём, во всём что вам понадобится… — она была по-настоящему благодарна за такое близкое и светлое семейное общение. Дочь же, почувствовала, как её сердце переполняется любовью и радостью… Теперь она точно знала, что их будущее будет наполнено светлыми, радостными моментами, драгоценными как сама жизнь. — Дочурка, всё в порядке. Петя… Ой, как же мы счастливы за тебя, Любонька. Я так счастлива, так рада. Моя доченька, — с расцветающей улыбкой сказала Валентина Николаевна, её голос так трепетал от эмоций. — Подумать только, у нас будет внук или внучка. Какое же это счастье. — она замялась на мгновение, глубоко вздохнув, затем добавила — Точь-в-точь как ты, — произнесла она, смотря на Любу с нежностью. — Как Тамарочка подросла и стала похожа на свою маму… Не долго взглянуть — и можно не ошибиться: это точно твоя девочка, — она… аккуратно провела рукой по волосам своей внучки, запечатлевая это сокровенное мгновение в памяти. Затем, повернувшись к зятю… она с серьёзным выражением взглянула ему в глаза. — Петя, ты должен пообещать мне, что будешь оберегать их, — произнесла Валентина, её голос был полон мольбы. Он, не впервые… встретившись с таким серьёзным заданием, поднял удивленные глаза на тёщу, и, его лицо осветилось решимостью, его голос звучал… твердо и торжественно.

— Никогда… клянусь вам, мама!!! Я предпочту скорее утопиться или повеситься, чем причинить им хоть малейшую боль, я не обижу. — на глазах ее блеснули слезы, и, с всхлипываниями… произнесла.

— Клятва… это очень серьезное обещание. Если ты её даёшь… то значит, должен исполнять. Рискуешь самым дорогим, что есть на свете… — старшая дочь Вера, внимательно наблюдая, за всем этим трогательным обменом, осознала, сейчас самое время вмешаться… Что-то внутри её велело действовать. Тогда, неожиданно для самой себя, она кивнула головой Любе… будто создавая невидимую связь между двумя поколениями, укрепляя и надежды и мечты о будущем.

— Послушайте, что я скажу, — с уверенным взглядом метнула… Вера, поднимаясь с места. В этом небольшом, но значительном… её движении чувствовалось, как обретает силу… родительская любовь, соединяя души и сердца в едином порыве, их любящей и настоящей семьи. — Пойду заваривать идеальный чай, как профессионал, — и как-то хитро, но приветливо улыбнулась сестра, глаза ее заблестели как звёзды. — Только специально для вас… с «правильной заваркой» как и положено. Со счастьем, удачей, хорошим настроением, но, без приключений… Наш чай — это настоящая находка, завоевал и нашу любовь, безусловно: индийский, разумеется. Он не просто так дарит тепло, он словно поднимает нас из глубины печали… прогоняя наши тени. Этот напиток способен изменить атмосферу… стремительно, в любой ситуации, главное… подобрать к нему удачные ингредиенты. Вера начала сборы, готовясь заваривать себе чай… и, на мгновение взглянув на сестру, с улыбкой… дополнила. — Я добавлю в свой чай кусочек корня имбиря. Он не только укрепит здоровье, но, и подарит мне приятное тепло на душе. А ты, Люба, поможешь мне… принести свежую выпечку и еду для всех детишек? — пока она кипятила воду, мысли вновь скользнули в темные уголки ее разума… Вера поймала себя на том, что сердце её предчувствует беду. Почему-то, несмотря на все внешние радости… спокойствие её не покидало… Из глубины ее души поднималась буря… и у неё возникало желание произнести вслух те слова, которые донимали её: «Я бы презирала его!..». Отец, его поступки не заслуживают снисхождения… Вера вновь поклялась себе молчать, пока это возможно. Любонька, с… её умом, природной красавицей и живым характером… всегда была далека от подобного рода забот. Ещё, к счастью, она сохраняла в себе доброту… Вера же напротив, с самого раннего детства несла… на своих хрупких плечах груз ответственности за младших сестер. Улыбаясь ей с нежностью, Вера сосредоточенно всматривалась в ярко-зелёные глаза сестры… пытаясь найти в них отдохновение от своих мрачных мыслей. В этот момент Люба… почувствовала электрическое напряжение в воздухе, взяла нейтральный тон… стараясь отвлечь Веру от её переживаний.

— Сестричка моя Верочка, родная, дорогая. Самая любимая, — начала она, мягко и настойчиво. — Давай лучше сосредоточимся на том, что нашего времени с тобой, останется ещё… очень много. Нам желательно создать атмосферу, полную радости и уюта. Мы сможем вместе сделать так, чтобы каждый… почувствовал себя счастливым, — слова Любы, как будто светлячки в тёмном лесу, осветили уголки души Веры, давая ей «благую… надежду» что впереди их ждёт что-то гораздо большее, чем мрак прошлого. — Именно аромат домашней выпечки, будь то… рассыпчатые пирожки или мягкие булочки, пицца по маминому рецепту, печенье с хрустящей корочкой или множество пышных восхитительных пирогов: самых разнообразных, любимых и популярных, красивых и необычных — всё это и создаёт привычную атмосферу настоящего уюта в нашем любимом и светлом доме, — с теплотой вспоминала Люба, вдыхая этот сладкий запах, который как будто пронизывает всю душу. — И каждое лакомство, которое мама, беспрерывно готовит на нашей кухне, окутывает нас своей теплотой и заботой, не оставляя никого точно равнодушным. По мере того как мама замешивала тесто, я чувствовала, как она вкладывает в него… все свои: душевные переживания, родительскую любовь, её добрые пожелания и самые светлые мысли. До чего же это… всё так просто, но и в то же время так сочно и вкусно. Пожалуй… только так и нужно готовить рыбу в духовке, именно так, она нашла своё место в наших домашних традициях. Битых три года ищу ключи от его ревности, но кто в меня опять пустил струю любви… дав возможность проникнуть в моё сердце. И счастье сшито белой ниткой, даже не раскроена, но как же трудно мне его носить… Будем дальше жить… И придем туда где наша… с ним судьба. Всё не так уж и плохо, просто теперь… нас станет… четверо, — собравшись за столом после ужина, Вера зорко следила за поведением Любы и её мужа. Ужин прошёл, как обычно, сдержанно и очень чинно. Она не верила, что Пётр мог пожелать ей зла, но, конечно же… не могла не замечать некоторые его проделки. Старшая сестра старалась установить мир между ними, осознавая, что это важнее всего. Девять месяцев промчались незаметно, и, вот у Любы с Петром родилась… маленькая Нина. Казалось: впереди их ждала большая жизнь. Петр часто возвращался к себе домой после тяжёлого трудового дня поздновато, но, на его лице вечно светилось хорошее настроение. На следующий день всё повторялось. Трактор уверенно ехал по вечерней Носовке… фонари поочерёдно… один за другим зажигались, освещая пустую улицу, а «молчуны» степи ничего ему не могли подсказать… И почему-то он даже вспомнил рождение Тамары, тогда их отношения едва-едва не развалились, но именно… этот ангелочек, эта ж их маленькая неземная радость изменила всё. Первая улыбка дочери стала для Петра единственным утешением и надеждой на восстановление их любви и семьи. С тех самых пор… с того самого момента, что говорит пословица: «Не было бы счастья… если бы не помогло несчастье», как он узнал о её рождении, чувства переполняли его. В этот момент он задумался о её сути и понял, как же драгоценна каждая мелочь в жизни, как значимо беречь и ценить только ту любовь, которая проходит через множество испытаний, ту, которая остается самой: неизменной, вечной, которая поддерживает и возвышает его. Тамара стала его ангелом — хранителем, и он был готов бороться за мир и счастье в своей семье.

Шесть лет спустя… и что же стало с двойняшками… в их первый значимый юбилей. Годовщина их рождения ознаменовала… важный день — прошло шесть лет с того самого момента, как они появились на свет. Уж вместе с ними… прожито не мало и они же прошли через многое. Чего же между ними только не бывало. Но их гармоничная и дружная семья стала… такой же прочной, как чугунное литье. Шесть лет пролетели незаметно… и за это время их родительство окрепло, как будто б камень. В этот особенный день они дали друг другу обет отметить очередную годовщину… чугунную дату. Это первый металл в череде годовщин: до шести лет они были связаны… как, с бумагой «Бумажная» и тканью «Ситцевая, Льняная», а также кожей, деревом и цинком… как выражение своей любви и преданности. Их дом всегда был важным местом, приветлив и светел. В нём нет ни одиночества, ни ссор… бесконечно царила любовь, атмосфера тепла и уюта. Вот, по этой причине, главной особенностью этой семьи была их крепкая связь друг с другом и истинные… семейные ценности и годовщина… двойняшек заставила их вспомнить об этом… Шесть лет назад мама впервые прижала их к груди и выбрала одну дорогу… и уже скоро им предстоит пойти в школу. Время пролетело так быстро, что они едва успели оглянуться… Эти активные малышки открывали перед собой мир, наполняя жизнь родителей смыслом. Разве есть кто-то дороже, ценнее и важнее для них, чем родители? Более живая и задиристая, юркая, как юла, была Таня. Она мечтала о будущем — о дне… когда выйдет замуж, и у неё будет свой большой дом. В ее же сознании не было места стремлению помогать родителям… жизнь… в её детские годы, по ее мнению, заключалась в том, чтобы неустанно… работать для будущего. Но уже имея семью, Татьяна задумывалась над тем… что это был не совсем верный подход. Наташа была мельче сестры, спокойной, очень сосредоточенной и умной. Она ж всегда старалась помогать бабушке и маме в домашних делах, и также быть полезной во всех отношениях. Их разница в подходах порождала постоянные ссоры и обиды: Таня убегала с подружкой гулять… оставляя Наташу одну с повседневными домашними обязанностями по хозяйству… по дому и в огороде. Конфликты между сестрами-близняшками быстро возникали из-за того, что Таня не хотела помогать, тогда как Наташа с готовностью принималась за выполнение обязанностей по дому, и, по своим годам. Их непродолжительные… но частые и острые ссоры из-за различий во мнениях, интересах и ценностях, между сестрами становились каждодневной нормой. В таких случаях мудрая бабуля, обладая богатым житейским опытом, постоянно старалась помирить сестер… Валентина Николаевна использовала простейший способ с мизинчиком: «мирись, мирись и больше не дерись…» Сёстры быстро мирились и быстро забывали о ссорах, но проблема оставалась… И бабушка присматривалась к их недоразумениям и поняла… что дети никак не могут определиться, кто из них будет лидером. Таня искала внимание и любовь родителей, любые мелочи могли вызвать шквал эмоций и крика. Наташе же родительской любви и внимания вполне хватало. Она же чувствовала себя окруженной любовью… заботой и теплом, которые сполна дарила и сама, что давало ей же ощущение стабильности и безопасности. Она умела ценить и делиться теплом, что делало её отношения с близкими еще крепче. В этот же момент бабушка и наклонилась к Наташе, ласково улыбнулась ей… и крепко держа её руку, тихо и задумчиво, не отнимая… прошептала на ушко.

— Ты знаешь, моя дорогая внучка, иногда важно не только быть лидером, но уметь вести за собой, вдохновлять своим примером, и, ещё делиться любовью и вниманием с сестрой. Вместе ж, вы будете сильнее, и, только вместе вы сможете преодолеть любые преграды. Любовь в семье… это главное, помни об этом. С Таней же… немного сложнее: она ждёт любви и внимания исключительно к себе… Её же потребность в заботе и признании порой затмевает всё остальное, и ей сложно воспринимать чувства и нужды окружающих, — так нежно и ласково бабушка делилась своим опытом с Наташенькой… Она ей рассказывала истории о том, как важно не только уметь любить… но и, поддерживать друг друга, как находить радость в мелочах, ценить моменты проведенные с близкими. Её любовь и забота, её мудрость и опыт, ее поддержка и защита создавали фундамент… вдохновляли Наташу, помогая ей понять… что настоящая любовь — это не только ожидания, но и готовность отдавать. — Милая внученька… уже пора вставать, утро настало. Солнышко встало, оно нежно освещает наш дом. Скорее просыпайся и смелее ныряй в новый день, вдохни своё счастье. Пусть солнышко землю согреет, а я же обниму посильнее… поцелую любя и согрею… всех от всей души. Ох… как пуста и скучна была моя жизнь без вашего присутствия. Всякий скажет, что Танечка — она совершенно не такая безропотная, как ты. Она ж, может «нет» запросто сказать, не боится этого, часто обижается на папу и маму… Часто проявляет упрямство порой удивляет. Она мечтает о взрослой жизни, любит наряжаться и хочет делать всё по своему. Несомненно поэтому и возникают споры — не только с тобой, но и со взрослыми. Ты же — такая послушная дочка и внучка. Когда мне или маме нужна помощь, ты всегда готова прийти на выручку. Ты, ежедневно даришь внимание и заботу всем и сразу, а не только родителям, и мне тоже. Беспокоясь о хозяйстве, ты старательно убираешься в доме, моешь гору посуды — генералишь… делаешь абсолютно всё до блеска. Ни одной соринки, ни пылинки не найдётся, дом всегда в порядке. Ты ж вместе с мамой стираешь бельё и делаешь… ещё много других дел. Таня же… предпочитает избегать не только работы по дому, и любой другой. Потому что она считает… что не хочется и не обязана ничего делать. Ну что же такое с ней происходит… это просто подростковая буря, которая в конце концов утихнет… или же эта мука на всю нашу жизнь? Вы обе близняшки, и, мы любим вас одинаково, несмотря на ваши различия. Но, увы, Таня всё время огорчается, когда видит, как тебя хвалят. Её сердит, что похвалу получаешь именно ты… а вот её не за что хвалить. Мама уже плачет от безысходности… усталости и переживаний, когда папа ее наказывает. Не смотря на всё это, мама и я всегда ее защищаем. Мама беспокойно всё же надеется, терпит, и покрывает все её обиды. Хотя любовь к ней безмерна, мама также старается её поддерживать, каждый раз говорить папе одно и тоже.

— Лёшенька, ты не видишь, как ей тяжело? Она хочет, чтобы её понимали и любили, но, вполне возможно… страх и неуверенность и даже сопротивление, перед неизвестностью, отталкивают ее от этой мечты. Ей кажется, что после замужества ее ждет бесконечный труд и всю оставшуюся жизнь: драить, убирать, вкалывать и заботиться… Всё это, как груз… давит на её хрупкие детские плечи. Она мучается с ощущением собственной уникальности и не может отказаться и не избавиться от этого чувства. Открыть душу другим для нее сложно… потому что ей не ясно, что помощь и поддержка — это ценные дары и они могут облегчить ее ношу. С самых ранних лет она, сама… того не замечая, не привыкла преодолевать трудности самостоятельно… и это сформировало в ней, те черты, которые могут стать в будущем препятствием. Скорее всего, она будет вести себя и с собственными детьми… точно так же, как с родителями: с недовольством и обидой, постоянно ощущая себя жертвой обстоятельств. Будучи ж взрослой, она рискует остаться той же обиженной малышкой, которая в любой конфликт, будет обвинять своих родителей во всех смертных грехах. Мы всегда обеспечивали их, и, казалось бы, давали всё от себя. Мы в их жизни присутствовали физически, но порой забывали о том, что существует ещё эмоциональный и духовный аспект. Мы стремились воспитать из них хороших людей, с самыми благими намерениями… хоть и понимали благо по-своему. Любящие ж родители всегда ищут компромисс, чтобы не ставить дочерей в конфронтацию, но споры и непонимание лишь усугубляют их разногласия, — Вера же пыталась всячески донести до мужа… что он как отец должен быть ласковее и снисходительнее, особенно в те моменты… когда их дочь нуждается в поддержке и понимании. Она знала, что принцип и строгие методы воспитания могут оставить глубокий след на психике ребёнка, но… и возлагала надежду на то… что муж поймет важность эмоциональной близости и доверия. Каждый их разговор о воспитании заканчивался спорами, и Вера ощущала, что их взгляды на роль родителя, сильно различаются. Всё время она мечтала лишь об одном, чтоб их семья была местом любви и заботы, где дети могли бы расти счастливыми и уверенными в себе… — Я пытаюсь сгладить слишком острые углы в отношениях с Таней, но, ты её отец, в своей же строгости упрям во всём, как и она, не хочешь слышать. Я замечаю, что Таня похожа на тебя: оба трудолюбивые, энергичные, всегда устремленные к делу… что-то строгаешь, рубишь, ломаешь или налаживаешь, но иногда же слишком жёсткие и непоколебимые… между вами такая пропасть — он уверен, что от их старательности будет толк, ведь именно работа учит ответственности. — Да, ты прав. Нам, действительно пришлось нелегко… не только в военное время, когда приходилось выживать… и сейчас, когда мы поднимаем всё хозяйство с колен. Это были для нас не простые испытания, которые требовали от нас огромных сил, усилий и стойкости. Нам и нашей маме… приходилось преодолевать множество трудностей, чтобы обеспечить себя и свою семью. Верно и на нас, это отложило отпечаток на отношения и воспитание детей. Но несмотря на все невзгоды, ты продолжаешь бороться… стремясь создать лучшее будущее для своих близких и детей. Это и достойно уважения… — в это время бабушка Валя с удивлением обнаружила, наблюдая за дочерью и зятем, понимает, что её с внучкой Наташей разговор на веранде увлек обеих на целых два часа. Разговор вёлся между двумя, и, эти двое совсем забыли об окружающем мире. Она, удивлённая, и вдруг, неожиданно для самой себя, произносит вслух.

— Танина детская обида на родителей укореняется каждый раз, кажется, только растёт. Каждый намек на это… как будто б на острие ножа. Когда есть обида, всегда прячется злость, а это губительно, — ей волнительно осознавать, как достучаться, трудно донести до неё, что помощь по дому — не наказание, а поддержка. На языке внучки, любые, даже самые правильные требования воспринимаются Таней как недостаток любви и поддержки со стороны родителей. Детская ж психология устроена так, что любое строгое слово или ограничение, может казаться ей проявлением плохого отношения. В её возрасте… внученька особенно чувствительна к эмоциональному фону в семье и может неправильно интерпретировать намерения взрослых. Дочка и бабушка понимает, что важно не только ставить требования… но и объяснять их, поддерживать и показывать, что родители заботятся о ее благополучии. Валентина Николаевна же старается найти баланс между дисциплиной и лаской, чтобы она чувствовала себя любимой и защищенной, а не отвергнутой. Нет, она, никогда не задумывалась над тем… что родители старались делать всё возможное для них же и делать это так, как они действительно считали правильным. Они ж надрывались под зноем, пыжились и старались под холодом. Жили в землянках, боролися с голодом, мерзли и мокли, болели… С вечно согнутой спиной, только из любви и заботы, этого она не понимала… Школьные предметы давались старшей дочери Вере с трудом, из-за ежедневных головных болей и обязанностей, по уходу за младшими сестрами. — Верочка ж с трёх лет взяла на себя нести тяжкий крест, и, как верная спутница, шагала со мной в унисон, и поддерживая… и вдохновляя. Я обнимала дорогую мне малышку и наши души, как-то по особенному переплетались, мы стали единым целым на каком-то высоком, духовном уровне, где слова были излишни. Сейчас внучка — и после минутного колебания прибавила, обращаясь к Наташе. — Я осознаю её достижения, оглядываясь назад. Могу с уверенностью сказать, что мы живём лучше, чем раньше… Моя душа, в отличие от разума, не анализирует и не сомневается… она просто… чувствует и знает, поэтому никогда не ошибается. Сегодня же, жизни наши стали комфортными… Мамочка исходя из многолетнего опыта, конечно же знает, как вести свое дело, чувствуя душой дорогу… по которой идёт. Таня — это не просто имя, это состояние души, своего рода диагноз, отражение ее характера. Она воспринимает окружающий мир очень остро… по-своему и характер остер, как лезвие ножа, а в её самом… подходе жизни всё воспринимает резко, через призму своих эмоций, часто руководствуясь внутренними импульсами: «Так вот, я для себя так решила и точка». Ее чувства всегда были яркими, как живопись… написанная по живому, по сердцу и нервам, обнажённая, как будто б раны души, она и воспринимает любую критику как удар, — Наташа, наблюдая за этим содержательным разговором, была впечатлённой до глубины души. Этот их неспешный разговор по душам оставил её в глубоком размышлении, и, потрясённой услышанным пониманием непростых и очень трагичных судеб женщин в их семье… До чего же мудрой была бабушка… все эти разговоры всегда находили отклик в ее душе. Наташа помнила, как бабушка, полная… любви и заботы, с нежностью говорила о внуках, жалела их до самозабвения. Бабушка не просто делилась опытом… она учила её трудиться… подчеркивая важность усилий в жизни. — Труд кормит… а лень портит… Не спеши языком, торопись делом, — часто повторяла Валентина Николаевна и это, будто был главный закон жизни. Наташа обожала задавать ей всякие вопросы, ведь бабушка обладала редким даром… неизменно находила интересные и глубокие ответы… Ее рассудительность и её доброта были как путеводные звёзды в их мире неопределенности…

— Бабусенька — красотуська, как ты всегда знаешь, что сказать? — однажды спросила Наталья, искренне восхищаясь её мудростью.

— Понимать людей… это настоящее искусство, — ответила она с лёгкой улыбкой. — Главное… слушать и слышать своё сердце, оно никогда не обманет, знаю… это всегда так, — и в эти моменты, когда они обменивались словами, между ними выросла, невидимая связь, которая делала их отношения поистине уникальными, основанными на взаимопонимании и любви. Изо дня в день, вставши с петухами… когда первые лучики солнца нежно касались земли, с малых лет она была верной помощницей бабушки и мамы… считала своим долгом, принимать участие во всех домашних делах. Не боялась трудностей и с радостью помогала в саду… полола травку, поливала огурчики из своего маленького детского ведёрочка. Неизменно, когда ж бабушка показывала ей, как правильно ухаживать за огурчиками, Наташа, так внимательно слушала, собираясь с мыслями… старалась запомнить каждое слово. Сразу трепетно наполняя ведёрко водой, стараясь не пролить ни капли… ведь для неё это было очень важно… заботиться о растениях, которые… так щедро одаривали их свежими огурцами в летние дни. — Вот так, дорогая, аккуратно удаляй лишние травинки, чтобы нашим огручикам было легче расти. Смотри… как они тянутся к ласковому солнышку, — говорила бабушка, наклоняясь к грядкам, указывая на зеленые побеги. — И им нужно наше тепло и забота, — она с сосредоточенным лицом следила за её движениями, стараясь повторить каждое действие. Это было её маленькое приключение, и она с восхищением глядя на огурцы, чувствовала гордость и то… как в её сердце разрасталась любовь к природе и к тому, что она могла сделать что-то… как самостоятельно, так же и вместе. Поливая свои огурчики из своего маленького детского ведерка… она представляла себя настоящей садоводкой. Вода струилась по зелёным листьям, и Наташа с радостью наблюдала, как они оживают под её заботливым прикосновением. Улыбаясь бабушке, она мечтая вслух, проронила…

— Скоро мы будем собирать урожай. Я помогу сделать… самый вкусный салат… — бабушка, улыбаясь смотрела на любимую внучку с гордостью. В такие моменты… Валентина Николаевна осознавала, что передаёт не только знания, но и любовь ко всей земле, к труду и к жизни, которая переплетена с заботой о своих близких. Закончив с поливкой, она не спешила уходить. И хотя была еще маленькой… её сердечко уже было наполнено… умением ценить каждое мгновение, проведённое в саду или огороде, вместе с бабушкой и мамой… Тихо ступая по мягкой траве, она наслаждалась пылким воображением, и утренней тишиной. Утренний воздух был свежим… каждое движение было наполнено радостью и вдохновением, под задорное и веселое щебетание маленьких птичек… легкий ветерок шелестел листочками деревьев, создавая мелодию, которая напоминала о том… что, утро. — это время новых начинаний. Войдя в дом… Наташа остановилась на пороге… вдыхая пряный аромат свежей выпечки, доносящийся из кухни. Бабушка всегда знала, как порадовать малышек вкусностями.

— С моей бабушкой… бабусенькой все сразу станет вкусненько. Бабулечка, ты снова испекла что-то вкусное и пышное?.. С малиною и вишнею?.. — с нетерпением спросила внучка, заглядывая в кухню.

— Да, моя дорогая… это ваш любимый пирог с сочной вишней и малиной. Давай… зови всех, скоро будем завтракать, — улыбнулась она, оборачиваясь с противнем в руках… И в эту секундочку Наташа лучше поняла себя, что каждое утро, проведённое с бабушкой, это… маленькое чудо, полное тепла, заботы и любви… и прислушиваясь к звукам, доносящимся из гостиной, она с нетерпением ждала, когда… выйдет мамочка. Вскоре раздались быстрые шаги сестры, и в тот же миг Таня, будто почувствовав что-то важное, юркнула в гостиную… а Наташа, не раздумывая, последовала за ней. В гостиной же, мама и папа, погруженные в мир телевизионных событий, не заметили… как вдруг их дочери, полные любопытства, окружили и засыпали обе, их вопросами. Отец всегда старался избегать разговоров за столом, он же… предпочитал сосредотачиваться на еде… наслаждаясь каждым кусочком, а не вступать в оживленные беседы… В такие моменты он чувствовал себя в своей стихии… комфортно и уютно — за столом… окруженный любимыми блюдами и дорогими сердцу людьми, но без лишних слов. Сегодня же Наташа, с энтузиазмом пригласила всю их семью за стол, он как всегда просто садился и ел молча. Вскоре… за столом царила тёплая атмосфера… полная смеха и воспоминаний…

— Как же хорошо, что, как всегда, мы все вместе, — произнесла Наташа, с радостью обводя взглядом родных за столом. Папа её же

— Даже после длинного и напряженного рабочего дня ничего не может сравниться с тем, как приятно… собраться семьёй, — обычно молчаливый, вдруг заключил. — Я всегда ждал и жду таких вечеров. Это то, что действительно имеет значение… — разговоры за столом оживились. — Надеюсь, это станет нашей постоянной традицией, — сказал он, и его голос звучал: с добротой, теплотой и уверенностью.

— Обязательно… — в один голос поддержала его вся дружная и гармоничная семья, это те, о ком он заботится. Наблюдая ж за этим, он понял, что те моменты, когда семья собирается вместе… создают настоящую гармонию, и это было самое главное в их жизни… Все за столом согласились с ним, чувствуя, что такие моменты… делают их ближе друг к другу, и ту же самую связь… которую невозможно было передать словами. Эта простая истина… быть вместе, наполняла их сердца счастьем, и каждый понимал, что в жизни нет ничего важнее.

— Мама, мы родились здесь, в Красноталовке?.. — с искренним интересом спросили девочки, их глаза светились ожиданием от неё.

— Конечно, доченьки. В этом доме, — не раздумывая, ответила, мама, её голос звучал тепло и уверенно, и стало необычно весело…

— А где же ты, мамочка, родилась?.. — спросила Таня, её голос был полон неуемного любопытства, а в глазах читалось страстное… желание узнать больше о своей маме… Польщённая их интересом… мама, ласково улыбнувшись, испытывая удовольствие, продолжила.

— Я тоже здесь, но на этом месте когда-то была землянка… Мы с папой вложили слишком много сил, чтобы… перестроить этот дом, который стал нашим уютным гнездышком, — близняшки, тронутые… её словами, так горячо любившие, обняли её, чувствуя ж, как крепка их связь, как важны корни, которые связывают их с этим местом… — Мы же всегда рядом, — прошептала мама, прижимая девочек к себе и в глазах ее заблестели слезы радости и нежности. Добавил папа…

— Да, вопреки всему, несмотря ни на что… — обхватив их обеих крепкими руками. — Мы всегда будем… поддерживать друг друга, — Валентина Николаевна, сидя немного в стороне, наблюдала за этой сценой и не могла сдержать улыбки. Она вспомнила, как много лет назад сама испытывала подобные чувства, когда же её многодетная семья собиралась вместе. Теперь же и бабушка была горда тем, что её внучки знают, что такое настоящая любовь и покровительство.

— Давайте пообещаем друг другу, что всегда будем вместе… — предложила она, отстраняясь на мгновение, чтобы взглянуть в глаза своим родным. Все кивнули, и в их сердцах зародилась новая традиция, что они всегда могут рассчитывать друг на друга.

— Да, мы… команда, — сказал зять, поднимая тост за семью. — За то, что мы вместе, и за то, что всегда будем поддерживать друг друга, — с этими словами все подняли бокалы, и в воздухе витала атмосфера любви и единства. Они знали, что, несмотря на любые трудности, вместе им по плечу всё. С восторгом, обнимая мамочку…

— Какая удача, что мы все встретились, — произнесла Наташа. — Мама, ты нас родила, а перед нами… родился папа, — удивлённо спросила она. — Вот только жалко, что ты не родила нам братишку. С ним было бы веселее, — близняшки смотрели ей в глаза, и горечь в их голосах была слышна, будто, маленькие сердца искали больше тепла и радости. Вера ж, стараясь успокоить своих дочерей, глубоко вздохнула. Она понимала, что нужно быть не только мудрой… ещё и терпеливой, чтобы донести до них свои мысли. Ещё одно мгновение и вот засияют ее глаза, расцветёт её улыбка… И те, которых каждый из матерей любит… они были тут… рядом, и так близко-близко. И всё же румянец, вызванный адреналином, раскрасил её щеки, придавая ей вид нежно розового цвета на фоне повседневности. Мама ж, с её сочным и аппетитным лицом, добродушно улыбалось, а, её зелёные глаза, сверкающие словно изумруды, смотрели на лица близняшек с теплотой и пониманием. Иногда такие моменты, как этот, напоминал ей, что настоящая жизнь состоит из мгновений. Она ценила каждую секунду вместе, собравшись и сосредоточившись, мама, добавила…

— Понимаете ли, мои… звёздочки, — она сделала долгую паузу, подбирая нужные слова. — Нет, папулю, я не рожала… — и, ласково улыбнувшись, она продолжила. — Но скоро… у вас будет братик или сестренка… — ее голос звучал обнадеживающе, хотя… они никак не могли сразу понять замысел мамы и по-прежнему блуждали в своих мыслях. В комнате повисло молчание, наполненное удивлением. Их глаза широко раскрылись, на лицах заиграли неподдельные эмоции — от смешанного чувства радости до… легкого шутливого смятения.

— Что?.. Ты это серьёзно… Я мечтаю играть со своим младшим братиком… Ура-ура-ура… — воскликнула Наташа, всё ещё… не веря своим ушам, пытаясь разобраться, она продолжила. — Так выходит, наш папа подкидыш? Нам его так ловко подбросили, чтобы мы были вместе…? — мама, немного удивленная вопросом, тихо вздохнула и постаралась подобрать слова. Она знала, что этот разговор важен… и нужно объяснить всё деликатно, стараясь передать ей своё тепло.

— Нет, это не так, папа не подкидыш. Наш папа хороший, у него просто была сложная судьба. Подкидыш… это ребёнок… которого не смогли или не захотели вырастить родители. Иногда обстоятельства складываются так, что родные… не могут быть с теми, кого любят, — обняв дочь, добавила мама. — В жизни происходят вещи, которые… трудно объяснить. Просто мама папы ушла из жизни очень рано… — обстоятельно разъяснила она с нежностью… стараясь смягчить этот непростой момент для дочери. — Я знаю, что тебе… это может быть сложно понять, но главное, что я и папа… всегда рядом. Если у тебя есть вопросы или ощущения, которыми ты хочешь поделиться, мы ж здесь, чтобы слушать, — мягко закончила она, надеясь, что девочки почувствуют безопасность и поддержку. С неподдельным интересом Наташа спросила, всё-таки ж пытаясь осознать новую информацию.

— Мамочка, а тебе с нами было нелегко? — с этими вопросами девочки искренне стремились понять, что скрывается за мамиными улыбками и заботами. Она, ощущая… как важно поговорить об этом, растроганная этим… крепко обняла обоих и ответила им с теплотой.

— Не всегда было легко, иногда было тяжело, но вместе с вами всегда царила радость. Вы… такие умные и любознательные, — она решила просто переключить их внимание на то, что, они… сами же и задают вопросы, показывая, что их развитие, в соответствии с их же природными задатками идет в правильном направлении. — А что ж, вам, больше всего нравится делать дома вдвоём? — спросила мать, стараясь увидеть мир глазами своих дочерей… их глаза засветились от их возможностей и новых тем для обсуждения. В такие мгновения не только мать, но, и сами близняшки понимали, как важно делиться чувствами и мыслями, потому что, именно это делало их семью ещё более крепкой и счастливой. — А как вы сами на всё это смотрите?.. — спросила она, об поощрении их желания размышлять и задавать вопросы. Девочки, погрузившись в мысли, заметили… как же сложно бывает находить ответы на сложные вопросы. — Да, непросто… — с искренним удивлением ответила она, чтобы это пошло им на пользу, всеми силами, стараясь поддерживать жгучее детское любопытство и природное желание познавать что-то новое, и неизведанное… с их краткой беседой… Мать вежливо улыбнулась и продолжила с мягкой улыбкой. — Знаете, жизнь с папой это не всегда было лишь счастье. Бывали хуже времена, когда всё казалось настолько тяжёлым. Вы ж в детстве часто и много болели, и я проводила дни и ночи… валяясь с вами в больницах. Помню один раз, когда я лежала в палате сразу с обеими вами, и это было особенно сложно. Вот тогда-то тётя Люба и приходила на помощь, и, её поддержка была для меня бесценной, — она немного замялась, будто погружаясь в воспоминания. — Тётя Люба была третьим ребёнком, и, всегда была сколько я и помню её, одинаковая, худющая, с гордой осанкой и всегда с косой на голове… для нас опорой. А вот тётя Надя вторым… — с ноткой воспоминаний произнесла Вера. — Она была такой… властной, шумной и активной женщиной с выразительными не по-женски волевыми чертами лица, всегда в центре внимания. Я помню, как, она могла влезать в любые конфликты… как будто бы она была нашим сельским героем правды в самых громких, сельских скандалах и происшествиях. И, несмотря на её шумный характер, она никогда не была охотницей помочь… — Вера вздохнула, а потом посмотрела на дочерей с лёгкой улыбкой… — С тётей Любой можно было поговорить… без напряжения, а вот, с тетей Надей нет. Вот так… А сейчас, обнимая вас, я чувствую себя… будто меж двух огней… — произнесла она, с любовью рассматривая дочерей. Наташа, слушая маму, ощутила, как гордость наполняет её грудь: «Вот… как мудро и также складно говорит мама» Её серьёзное выражение лица и внимательные глаза вдохновляли… И немного же помолчав, Наташа вдруг осознала что-то важное для себя… Ясность пришла, как солнечный луч сквозь облака, неожиданно, но вовремя.

— Я в дальнейшем… хочу больше времени проводить с самыми близкими людьми, со всеми… — уверенно произнесла дочь, глядя в глаза родным и близким. — Вы… самые важные люди в моей жизни, — эти слова, полные нежности и теплоты… словно сделали их связь ещё… крепче, как прочное переплетение нитей в незабвенном узоре семейных отношений. — Я б хотела знать абсолютно всё… обо всём и сразу… Но в настоящее время об этом лишь остаётся мечтать… — с искренним восторгом произнесла Наташа. Она погрузилась в свои воспоминания о том, как бабушка всегда была с ними рядом… играя и развлекая… в то время как мама занята была стиркой или заботой о домашних делах… своим пухом, а папа проводил дни на работе, и ухаживал за пчелами. — Ты всегда с мелочами, а папа… с пчёлами. Да, мама?.. — Наташа же с неподдельным интересом наблюдала за родителями, ощущая себя частью этого мира, какой… их объединял. Мама улыбнулась, но вдруг подняла руку, остановив её жестом. Она мгновенно замерла… чувствуя, как важен каждый миг их разговора… Не было никаких сомнений относительно Наташи: она внимательно слушала, не сводя пытливых глаз с мамы… Её вопросы… возникали, как цветы на весеннем лугу, полны жажды знаний. Когда мама хитро уловила её внимание, она улыбнулась и, слегка… потрепав дочку по волосам… вдохнула в разговор легкую атмосферу тепла и близости.

— Знаешь, Наташа, — тихо начала мама. — Мы все заняты чем — то своим, но в этом и есть жизнь. Она напоминает уникальную, ту светлую картину, где каждый штрих важен. Чтоб создать настоящий шедевр, нужно время и терпение. Я всегда радовалась, всем нашим моментам, которые мы провели вместе, даже… если этого не всегда было видно, — мама, так внимательно следила за реакцией дочери, замечая, насколько сильно слова затрагивают её. Наташа, на какое — то мгновение впавшая в раздумья… словно почувствовала целую вселенную этих простых слов. — Так что, возможно, именно ж в этих занятиях, — продолжала мама. — Кроется настоящая связь… Вовсе необязательно быть всегда рядом, иногда достаточно помнить, что… мы едины, даже когда очень заняты… — Наташа смотрела на мать с восхищением, и в её глазах сверкало понимание, что этот семейный альянс, хотя и создавался в суете, всегда был основан… на любви и заботе. — Да… доченька, — нежно произнесла мама. — Эти теплые носки связаны вручную из натурального козьего пуха. Они не просто согревают в лютые морозы… Они сохраняют и передают тепло рук… которые содержат в себе любовь мою и бабушкину, — и протянула… Наташе пару носочков с мягким пушистым ворсом. — Эти пуховые… носочки, перчатки, варежки, следочки… всё это создано, чтобы ваши ручки и ножки всегда оставались в тепле. Главное же… натуральный состав, понимаешь?.. Ведь пористое волокно пушинки обеспечивает не только теплообмен, но и мягкий микромассаж, что… конечно же и улучшает кровообращение ваших ножек. Овечья шерсть тоже таит в себе тепло и прочность, — Наташа то, слушала с восторгом, внимая каждой детали, как будто это была волшебная история о хранителях семейного тепла. Вдруг мама чиркнула языком… будто бы вспомнив что — то. — Послушай, куда же делась Таня… — спросила она, глядя в окно. — Должно быть, у реки гуляет с подружкой… — матери вдруг стало очевидно, что в этом откровенном… доверительном разговоре они и не заметили, как Таня скользнула за дверь, захватив… с собой свежесть улицы. Наташа ощущала… как эта атмосфера искренности создавала невероятную особую связь с семьей. И, чувствовала себя любимой и ценной, страшно-близкой к своим родителям, бабушке и сестре. Глубоко ощущала и свою любовь к ним же: ко всем, эта нить объединяла их в единое целое, она не мешала ей жить, как прочное переплетение с пуговкой жизни. Сосредоточенно подумав, ответила.

— Не знаю… Возможно, ушла гулять на улицу… куда — нибудь к подругам… — задумчиво отозвалась и поднимая голову с гордостью, добавила. — Знаешь, мам, мне кажется, что в такие мгновения… мы все вместе ощущаем, что для нас значит быть семьей. Без всякого… умысла знайте, я вас очень-очень люблю. Это, как маленький огонек внутри меня, который, ни при каких обстоятельствах не гаснет, — ее слова повисли в воздухе, как приглашение погрузиться в атмосферу взаимопонимания и тепла. Мама совершенно искренне улыбнулась, радуя хрупкое сердце, укутанное в заботу и доверие, ведь всё, что… происходит внутри, гармоничной семьи, уже было частью их общего волшебства. Сочувственно, обнимая и жалея маму, произнесла она. — Мой папа, чудный… невероятный человек. Я с огромной любовью отношусь как к нему, так и к тебе с бабушкой. Эта любовь… не знает границ и остаётся с нами навсегда. Милая мама, а расскажи-ка мне, пожалуйста, что происходило в вашей жизни до нашего появления? — мама подошла поближе, крепко обняла, так нежно-нежно и тепло, как и всегда, а в глазах ее заиграли… слёзы радости и с одобрением ещё крепче, обняла Наташу в ответ. Дочь почувствовала, как внутри нее разливается тепло, которое ничто не может заменить. А в это ж, время где-то за окном раздавался смех Тани и её подруг, наполняя… воздух радостью и беззаботностью… быть, она опять на улице… всё ещё дразнит соседских собак. Наташа, прижала к себе носочки… как будто они были самым ценным сокровищем. — Мама, а это правда, что они могут защищать от холода даже в самые сильные морозы?..

— Конечно, доченька… — ответила мама, улыбаясь. — Эти и не только носочки, как и вся эта одежда, пропитаны заботой и теплом… которое я с бабушкой вложили в каждую петлю. Они не только греют тело, но и поддерживают душевное ваше тепло, что особенно важно в холодные зимние вечера, — лучи солнца пробилась сквозь лёгкие облака, и Наташа мечтала о том, как она будет носить эти носочки… играя на улице, и каждый шаг будет напоминать ей… о их же любви, окружающей её с детства. Семейное окружение, как основа для неё.

— Знаешь, — продолжала мама. — Когда же я была маленькой, бабушка тоже вязала мне такие носочки. Каждая пара была, как моё маленькое чудо, которое согревало не только ноги, но и сердце. Ах, ты, мой цветочек заботливый, самый любимый и самый родной, моя прелесть. Ты — небесный ангелочек, такое волшебство и красота. Я прошу у тебя прощения, дорогая. Давай, продолжим эту интересную беседу и этот разговор, чуть позже… как-нибудь в другой раз. Мне ж, нужно столько времени, чтобы рассказать всё и обо всём… что у нас накопилось. Но сейчас, у меня много забот, моя Наташенька, — она с нетерпением ждала, когда ж сможет рассказать Тане о волшебных носках, которые хранят в себе тепло семейной традиции. — Семья, это… не просто слово, это ощущение, — сказала она, глядя на свою дочь. — Это те моменты, когда мы смеёмся, когда же поддерживаем друг друга, даже когда бывает трудно. Мне кажется… что именно эти разговоры, как наш сейчас, делают нас ближе друг к другу… — дочка кивнула, ее глаза наполнились нежностью. — Эти моменты, когда ж, мы открываемся друг другу, духовно… очень важны. Они укрепляют нашу связь, делают нас сильнее… — она почувствовала, как сердце наполнилось теплом. Мама знала, что несмотря… на все сложности, которые могут встретиться на их пути, любовь и поддержка в семье всегда будут теми основами, на которых можно строить… им жизнь.

— Я всегда буду рядом, мам… — уверенно произнесла Наташа.

— Папа, и я, и бабушка, и Таня, мы всегда, все будем вместе, — добавила мама, и в её голосе звучала уверенность. — Мы не просто семья, мы команда, которая всегда достигает своих целей. И в этом есть своя сила… — разговор продолжался наполняя комнату светом и теплом, как солнечные лучи, пробивающиеся сквозь облака. Дочка знала, что эти минутки, останутся с ней навсегда, как самые дорогие воспоминания, которые будут согревать ее в трудные времена… Как же быстро пролетели эти девять месяцев… Наконец-то, и настал тот день — 1 июня 1964 года. Вот, в их доме появился новый, еще один, неведомый маленький человечек, сыночек, которого так долго-долго ждал и так сильно желал Алексей. Вечер опустился на улицы, и, вся семья приготовилась с нетерпением встретить долгожданных гостей и сто человек… пришли разделить безграничную и невообразимую с ними радость — рождение Николая… Алексей решил отпраздновать это событие с размахом, пригласил всех родных и близких, с разных дальних городов и сёл. Он мастерски преобразил двор в истинное… царство радости, создав большую террасу… где будет только весело и тепло. Он развесил яркие фонари, искусно украсил их деревянный навес, и, всё это наполнило вечер волшебным светом. Праздничный стол, украсил дом световыми фигурами с потрясающим эффектом… цветами и шарами. В воздухе витал аромат вкусных блюд… которые готовили Валентина Николаевна и Вера… Все были в нетерпеливом ожидании, разговоры и смех раздавались повсюду. Чувствовалась и энергия счастья, которую… вся их семья хотела разделить с каждым присутствующим. Это был не просто праздник — это их история, это было объединение, миг… когда все сердца бились в унисон, отмечая новую жизнь, пришедшую в их дом. Когда гости начали приходить, и, в их дом вошли не только родные… но и соседи, друзья и знакомые, которые пришли поздравить Алексея с таким важным событием. И… каждый, приносил с собой что-то вкусное: пироги, варенья, соленья. В воздухе царила атмосфера радости и веселья… Алексей… сияя от счастья, с гордостью показывал всем своего новорождённого сына… Он был таким маленьким и хрупким… но в глазах Алексея светилась безмерная любовь. Каждый же держал его на руках, шептал тёплые слова и желал здоровья и счастья малышу. Наташа же, наблюдая за всем этим, почувствовала, как в ней разгорается гордость, за своего папу и свою семью. Она обнаружила… что этот сказочный день стал началом новой истории… истории их маленького семейного счастья. Время шло так быстро, и, вечер постепенно переходил в ночь. Гости веселились, пели и танцевали… а, в воздухе витала магия радости и любви. Это был тот редкостный день… который они все запомнят на долгое время, самый лучший день, когда в их жизни появился новый человек… маленький Николай, который стал центром их вселенной. Под очень яркими… большими фонарями, свисающими с «огромного деревянного навеса», собрались друзья и родные… веселое пение и прерывистые горловые звуки смеха и хохота, раздавались до самого утра. Столы ломились от угощений… среди которых были домашние мясные деликатесы, которые запекались в печи… а, в воздухе витал сладковатый аромат самодельного домашнего вина. Пиво… налитое из больших бочек, да ни одной… весело пенилось, добавляя особую ноту веселью… Ночь была полна радужных эмоций… и разговоры не утихали, как будто б… сливались в единый мелодичный поток. Люди обменивались сенсационными новостями, из различных источников, делились своими уникальными впечатлениями о жизни, обнимались и шутили, смеялись и не могли скрыть своей радости от желанной, и долгожданной встречи. Это точно было поистине приятное зрелище, полное теплоты, дружбы и любви, оставившее яркие воспоминания в сердцах присутствующих. Тёща, с сияющими глазами, с гордостью смотрела и восхищалась своим зятем. Она же… всегда относилась к нему с особым уважением и любовью. В её ж словах, чувствовалось восхищение: «Ты — настоящий хозяин, и я вижу… как ты заботишься о моей дочери. Ты сделал её счастливой, и за это я благодарна тебе безмерно…”. Каждый раз, когда она говорила о нём, её голос всегда наполнялся теплом, а лицо озарялось счастливой улыбкой. «Ты стал частью нашей семьи… и я горжусь тем, что у меня есть… такой зять, как ты…”, добавляла тёща, обнимая его. Его смех и его искренность, привлекали ее внимание, и тёща чувствовала… что их связь крепка, как никогда. Этот их вечер стал не просто праздником, а символом… единства, радости и любви, которая объединяет сердца людей. «Как же, он трудолюбив, заботлив, ответственен, прекрасный муж, отец и зять. Я просто не вижу у него никаких недостатков. Для меня он всё время светится изнутри», не уставала восхищаться тёща… улыбаясь сквозь слезы радости. «Этот мой сынок, Лёшенька, для меня именно то светлое золото, которое никогда не тускнеет», она же протягивала руки к Алексею, и с лёгкостью гладила его по спине… словно искала в нём силы и уверенность. Каждый, ее жест был полон материнской любви, нежности и гордости. «Ты у нас, действительно, золото. Ты ж, умеешь ценить то, что имеешь…» приговаривала она тихим, тёплым, приветливым и интеллигентным голосом, который, всегда и звучал с добротой и пониманием… Валентина Николаевна… была женщиной, которая знала, чего хочет, удовлетворена своей жизнью, уверена… в будущем. С глубоким, непоколебимым спокойствием, свойственным только лишь сильным, осознающим свою силу и правоту близких… и с каждым годом её уверенность в жизни только крепла. Алексей же, выслушивая похвалы, лишь только улыбался, его ж глаза светились счастьем. Однако же, как бы жизнь не была прекрасна, каждый день начинался с утренней суеты. Алексей же уходил на работу, а Вера и Валентина Николаевна вместе же готовили обед, штопали, чинили и стирали, вдвоём создавая уютный дом, в который всегда ж хотелось вернуться. Они никогда не выбрасывали деньги на ветер, понимая… ценность труда и заботы о семье. Алексей, всегда был опрятно одет, всё в их доме сверкало, как звезды на вечернем небе, в семье ж все были довольны. «Верно» кивнула тёща, её гордость за зятя… словно за сына… была безграничной. «Главное — радость и счастье, которое мы создаём вместе», и вот, когда она оглядывалась… на свою жизнь, её сердце наполнялось теплом от осознания того, что настоящее же счастье и смысл жизни пришёл с рождением внучек и внука. Каждое утро она ждала, когда ж, они прибегут, без усталости, обнимая своих дорогих и любимых детей. Наташенька, со своей сияющей улыбкой, и добрым взглядом, казалась неуправляемым вихрем, не находя же себе места, летела то к одному, то к другому, обнимая и целуя всех.

— Бабушка, — восклицала она, обнимая её. — Я так люблю вас всех. Вы мои самые лучшие, — смех наполнял их дом, а Валентина, улыбаясь, усаживая её же к себе на колени, ласково осведомилась.

— Зайчонок, что же ты… такая непоседливая? — крепко прижав Наташеньку к себе, чувствуя, как, её чистая и неподдельная любовь наполняет комнату. Внучка, сверкая от счастья… шутливо запустила в бабушкины волосы свои маленькие ручонки и смеясь, произнесла.

— Я просто хочу, чтобы все были счастливы. Как и ты, бабушка, — этот обмен эмоциями… смех, нежность и любовь… создавал в их доме особую атмосферу, и Валентина, глядя на внучку, осознавала, что каждое мгновение с этой девочкой, как редкое золото, приносит истинный смысл жизни и глубокую радость. Почти шёпотом сказала.

— Мы и есть счастье… — с нежностью, целуя внучку в щёчку. — Твоя любовь и звонкий смех… это именно то… ради чего стоит жить, — бабушка и родители с восхищением наблюдали за тем… как Ната прекрасно справляется с домашними делами и заботами. Их сердца наполнялись гордостью и радостью… когда они видели ее растущую самостоятельность и ответственность. Однако ж, в это время они не могли не заметить, что Таня, их другая дочь, проявляет себя совсем иначе. Они были озадачены её безучастностью, хладнокровием, что вызывало у них беспокойство. «Почему же она не хочет помогать?..», тихо обсуждали родители, переглядываюсь с бабушкой. «Мы ж, учим их заботиться друг о друге…”, бабушка вздохнула… её мудрые глаза выражали печаль. Таня не осознавала ценности совместной работы и поддержки, и ее эгоизм становился всё более заметным. В тот миг как Наташа с радостью принимала участие во всех домашних делах и старалась помогать родителям с бабушкой, создавать уют в доме, Таня предпочитала оставаться в своём мире. Она была погружена в свои увлечения и не замечала, как много значит… работа в команде, как важно делиться не только заботами, но и радостями с близкими. Для неё же, домашние дела казались скучными и неинтересными, и она не понимала, почему Наташа так увлечена ими… Как родители… также и бабушка, с тревогой следили за этой разницей в характерах. Они надеялись, что со временем… Таня поймёт, как приятно бывает работать вместе и как это укрепляет семейные узы. «Может быть, ей нужно больше времени или свободы?», размышляла бабушка, глядя на свою внучку с нежностью. «Не плохо б попробовать найти способ, чтоб она сама увидела, как важно и нужно поддерживать друг друга. Наташа же, видя, что её сестра… не стремится участвовать в общих делах, решила не оставлять её в стороне. Она же, стала предлагать Тане совместные занятия, надеясь, что, это поможет ей открыть для себя радость совместной работы. И вот однажды… она предложила.

— Давай вместе наведём чистоту в доме. Мы друг другу скучать не дадим. Вдвоём нам будет веселее, — но Таня лишь отмахнулась, погруженная в свои занятия. Она не понимала, не было цели, да… и никогда не хотела этого понимать, что и в этих же, простых радостях кроется нечто большее… возможность сблизиться с сестрой и знать, как здорово быть частью семьи. Так они продолжали жить рядом, но с разными подходами к жизни, и надежда на то, что Таня однажды… поймет: что ценность поддержки друг друга должна быть взаимной и равноценной, не только в совместной работе, но и в отношениях… с близкими людьми. Да, всё это… ещё… теплилось в сердцах близких.

— Ну, что тут скажешь, милочка… ты переделала всё то… о чём я тебя и просила. Умница, — искренние слова благодарности просто летят изо рта бабушки, глядя на внучку, а Наташенька ж уставшая от бесконечных домашних хлопот и не прячась от трудностей, уделяя… внимание тем делам, которые вдохновляют и радуют, совладала… с заботами, помогая бабушке, маме и папе. И, всё-таки… не смотря на физическую усталость, в её сердце бурлило радостное настроение. Спешила радовать… неторопливо и с огоньком, стала рассказывать.

— Бабушка Валя, я выполнила все твои поручения. Помнишь, я обещала всегда слушаться вас и любить безмерно? Я, сдерживаю… своё слово. Теперь, пожалуйста, могу я увидеть лисичку и волка? — слова ее звучали не с целью получить похвалу, не как просьба, а как выражение искренних чувств, переполненных нежностью и глубокой привязанностью. Бабулина улыбка стала еще ласковее и теплее… в глазах её сияло уютное добро… когда та начала искать в старенькой книжке с картинками. Всегда бабулечка с любовью заботилась о них перелистывая страницы, она с внучатами диалог вела, внимательно подбирая слова, полные чистой и бесконечной любви… преданности волшебства и воспоминаний. Но внезапным образом, после того как на её лице загорелось понимание, она замерла, позабыв о времени.

— Знаешь моя дорогая… — произнесла и втихомолку добавила. — В этих картинках не просто истории. Здесь запечатлены моменты нашей жизни… эмоциональность которых настолько высока, что: так сложно сдерживать слезы, смех, восторг, радость, чувство гордости. И лисичка, и волк… это не просто зверушки… это символы… которые напоминают нам о том… что мы всегда можем быть собой, несмотря на окружающий мир, — Наташа ж полная любопытства, смотрела на бабулечку, готовая впитывать каждое ее слово в своё сердце. — Так что же это ты задумала, вон тебе чего?.. Ну что ж, хорошо… давайте вместе посмотрим. Ах, Таня, Таня, Танечка. Позови Танечку скорее к нам… — приветливо произнесла бабуля, бережно держась за своего маленького внука Коленьку, который, приткнувшись к ней, улыбался с ясными, светлыми глазками. Она замерла на мгновение, ритмично погружаясь в величественные легенды, живущие как в сказках, так и в её памяти, как будто б звёзды, загорающиеся на ночном небе. Дом изо дня в день, беспрестанно наполнялся весёлым смехом детворы. А каждый раз, подготовившись к грядущему сну, они отправлялись с ней в удивительное путешествие по волшебному миру сказок. — Как волк рыбку ловил… Знаете ли вы, что это очень-очень интересно, — начала она, и в этот миг вся комната наполнилась не только магией, но и ожиданием. Внуки… поглощая заранее очищенные от скорлупы семечки, усаживались рядышком… с затаенным дыханием готовые к нечто большему, грандиозному и величественному, к незабываемым приключениям, что нарисовало их непроизвольное… воображение…

— У волка хвостик примерз к проруби!.. — с восторгом крикнула Наташа, её глазки сверкали, и она быстро обернулась к Тане, какая, сидела на своей тахте и время от времени подбадривала её. Бабуля не только пересказывала народные сказки, но и с всепоглощающей, несказанной, бурной радостью, захватывающей их с головы до ног… когда её лишь счастливый блеск в глазах выдавал… создавала свои собственные истории забавные, яркие и полные сюрпризов, которых еще никто не слышал и не читал. Каждая её сказка… была как будто бы волшебная нить… связывающая реальность с миром… не только фантазий, но и чудес. Бабушка Валя придумывая все эти сказки, как будто б приоткрывала волшебную дверь не просто так… она желала и импульсивно… очень сильно хотела, чтобы ее внуки погрузились в мир чудес и магии, чтобы они смогли открыть ту волшебную дверь в мир, где всё можно и возможно, где звери… умеют говорить, а мечты становятся явью. Каждое её слово, каждое выражение добавляло в эту необычную атмосферу еще больше тайны, интриги, волшебства, и в сердцах детишек загорался удивительный огонёчек… настоящая магия и любовь их бабулечки. Поглаживая внучек по головкам… она.

— Вы мои умницы, — с нежностью произнесла. — Вспомнили, о чём мы вместе читали? — её лицо стало серьёзным, но вскоре ж на нем, глядя на них, заиграла улыбка. — Примерз… Да, так… примерз, что его нельзя было и оторвать. Так ему и надо, серому бедняге. Ну, а потом ему такую трепку задали, что, его жесткая и грубая шёрстка разлетелась во все стороны, как… пушистые облака, — сказки стали для неё заветной волшебной палочкой, в руках и в устах заботливой бабушки. Она была настоящей таблеткой в сказкотерапии, дарящей своим малышам надежду и радость. Их глаза светились от восторга.

— Как пух… из подушки, когда мама бьёт! — вдруг, так радостно и громко закричали они, и бросились обнимать, и целовать бабушку.

— Да, как пух из подушки. Только… подушке не больно, когда ее взбивают, а у волка все кости болели, — с лёгкой грустью добавила она, ощущая, как сказка дарит ей не только радость, но, и важность, а кому-то очень нужной. Сказка давала то, что недостижимо в жизни — абсолютную свободу без каких-либо последствий. В этом детском волшебном мире она была не просто рассказчицей, а настоящей же героиней, пусть, даже и не всегда на первом плане, и не главной, но обязательно всегда… самой-самой и важной… Спросила с надеждой Таня, волнение её было так велико, что ее голос… начинал дрожать.

— Ты и маме с папой не дашь возможность нас бить, по сути…?

— Я не позволю… — тихо ответила бабушка, её глаза светились решимостью… — Никогда и никому не позволю… — она уговаривала девочек спать, но те капризничали, им очень хотелось, ещё немного поиграть с ней. И, наклонившись ближе, она тихонько нашептывала слова те, которыми наполнена ее душа, полные любви и тепла, в их маленькие ушки, словно заклинания, которые могли унести их в мир снов, где всё возможно можно… где они всегда будут в безопасности и счастливы. Любопытные глазки Наташи искали ответы в шалости.

— Мы разбудим братика и тогда мама с папой нас всех накажут, и нам всем трепки дадут… как волку… — задумчиво произнесла она. Окружающая природа всегда вызывала в ней восхищение. Ей очень нравилось это увлечение. С пятилетнего возраста она уже помогала пасти стадо коров и усердно трудилась по дому. Когда же… бабушка укладывала внучек и внучка спать… в её мыслях всё больше витало размышление о жизни: «Цветок, когда отцветает, отдаёт семя». Внуки были продолжением её жизни, их смех и шалости, как светлая нить, связывали поколения. Их бабулечка знала, что она… хранительница традиций, сборище не только знаний, но и умений… а ради своих же дорогих внуков и правнуков, бабуля была готова практически на всё. Природа открывалась Наташе не через книги… а через собственные ощущения, уверенность, бесконечные и ласковые истории бабушки.

— У нас один рот и два уха, значит, слушать и слышать намного важнее, мы же, должны больше слушать, чем говорить, — делилась своей мудростью бабушка, её голос звучал мягко, но с рощённостью в словах. — Но пара глаз расположена выше ушей… так что мы ещё должны и видеть, а не верить… слухам и всему, что слышим, — она продолжала, будто б каждое её слово было заветом… — И над всем этим есть мозг, который и дан… нам для размышления… прежде чем мы позволим услышанному вырваться наружу. Поэтому мы обязаны сначала думать, прежде чем увидев отрывок или же услышав слухи, выливать всё через рот. Вода под камнем не течет, а в печи огонь не зажжется, если её не наполнить дровами, — она так зорко смотрела на внучек, как будто бы заклинала их на будущее. — Если ж, хочешь сладко спать, не уповай только на Божью милость. Надо подстелить соломки. И не смейте брать чужое, своё же… храните и берегите, уж как сумеете. Слёзы лучше вытирать, не ревите и не давайте ж, себе слабины. От жалости к себе всегда-всегда слабеешь, глаза у страха действительно велики, но помните: всё получится, если ж вы будите стараться, — дополнила слова своим примером, желанием и целью, они были полны силы и веры. — Наташа, Танечка, когда… закончите школу, мы отправим вас в сельскохозяйственный институт… Учиться у настоящих… ученых, которые могут быть экспериментаторами или теоретиками… возможно и из вас вырастут выдающиеся бухгалтеры или экономисты… — ее голос наполнился теплом и надеждой. — Вы готовы идти за своей мечтой или отступите в отчаянии? — спросила она, видя, как в глазах близняшек заблестели слезы. В ту ночь… под мягким светом звёзд за окном и с чувствами… настоящей поддержки от бабушки, близняшки ощутили, что их мечты действительно могут сбываться, если они будут верить в себя и стремиться к своей цели. В селе Свет появился колхоз с громким названием «Россия!», и… вот именно там находилась начальная школа. Ежедневно… каждое утро дети из соседнего села Красноталовка преодолевали три километра пешком, чтобы добраться до учебы. Они долго прогуливались вдоль берегов речки… наслаждаясь свежестью пробуждающейся природы. Быстрая, мутная вода, всё ещё бурлящая… от весеннего половодья, несущественно уносила вниз брёвна и обломки дров. Периодически череда заторов возникала на поверхности, словно речные волнения искали возможности вырваться на свободу. Стоило лишь одному из больших брёвен повернуться поперёк мощного и сильного течения и зацепиться за берег, как за ним следовали… целые стада древесных плотиков, образуя нечто целое. Требовалось только лишь несколько мощных ударов воды, чтобы расправить… это нагромождение, и как только новое течение разрушило плот, каждое… следующее бревно, одно, за другим, заполнившиеся жизненной энергией, стремительно уносилось вниз по течению, как будто б, хотело догнать и опередить своих сородичей исчезающих за изгибом реки. Чуть свет, с петухами и бабушка встала, чтобы пасти коров на густом и широком лугу… где зелень чудесно контрастировала с ярким небом. Её внучка, Наташа, прижавшись к ней, тоже начала своё утреннее занятие. Бабушка же, медленно окинула взглядом свою внучку, её же сердце наполнялось нежностью, но… в это же самое время охватывало что-то большее… непреодолимая жалость, будто невидимая цепь сковывала её душу. Она неподвижно стояла, глядя на внучку, и, наконец-то, с лёгкостью произнесла всего три слова… но они отразились в воздухе как чары.

— Я тебя люблю, — эти простые слова, полные тепла и заботы, звучали как обещание, как жизненное правило, какое передавалось из поколения в поколение. В этих словах таилось и чувство защиты, и, безусловная поддержка, напоминание о том, что, несмотря на все трудности и испытания, любовь и понимание всегда будут оберегать их в этом большом, изменчивом мире. — Доброе утро, Наташенька, проснись, уже начинает светать, — с нежностью произнесла бабуля, её голос будто б обволакивал уютом. Внучка, быстро сбросив с себя остатки сна, вскочила с кровати и, как пушистое облачко… тихо-тихо подошла к бабушке вплотную, обняв её с силой, будто искала в её ж тепле защиту от утренней прохлады. С минуточку бабушка молчала, позволяя этому мгновению растянуться, а затем, провела рукой… по длинным, русым волосам внучки, мягким и нежным голосом изрекла и сообщила. — Натулечка, моя ж милая внученька… одевайся… нам пора. Скоро коров… начнут выгонять на пастбище, — и на её личике отразилось искреннее сожаление, будто она понимала… что каждый день… это череда обязанностей, но… в то же время и радостей. Она знала, что спозаранку… они с бабушкой отправляются на сбор своих тучных, упитанных коров и ведут их, на зеленые просторы пастбища ещё до появления первых лучей солнца… Четыре часа утра… это то время, когда ещё свежий воздух наполняет лёгкие… предрассветная тишина окутывает землю… Обеденной дойкой они завершали эту их утреннюю рутину, и буренки… благополучно отдыхали до трех часов, когда начиналась вторая пастьба… Так продолжалось всё минувшее календарное лето и осень, пока же… не накроет снегом безбрежные степи под неласковым ноябрьским небом. Коровы мирно паслись на лугу… а Валентина Николаевна с любовью наблюдала за Наташей… Внучка лежала на мягкой траве, глядя в безмятежное небо… мечтая о чём-то своём, но тем не менее, не упуская из виду огромное стадо домашних коров. Во второй половине дня, к дочери присоединилась мама, и вместе с ней они делили эту простую, но такую важную… их крестьянскую жизнь. Под вечер, когда заходящее солнце… как будто художник, рассыпало свои багряные лучи и по дорогам и по полям… Негромко пёстрая шеренга коров возвращалась с пастбища, лениво и неторопливо, как бы не желая покидать волшебный мир луга. Дочь помнила материнские глаза, полные нежности и беспокойства, когда стадо в самый неожиданный момент… одновременно направилось к кукурузному полю, ослепляя своим любопытством, — ее же, детское сердечко забилось… как только беспечные коровы начали петлять в сторону, и она, перепуганная, бросилась вслед за ними, окликая их.

— Эй, стойте же!!! Куда же… вы несетесь, куда же так спешите… бедненькие бурёночки мои?.. Как вам могло такое в голову прийти?.. Чернушка, Дымка, Пеструшка… стойте. Мамочка, ну куда же они все бегут?! — ее голос, полный тревоги, раздавался в воздухе, и, вместе с ним летели её мечты о спокойном вечере, погружаясь в ритм этого естественного бытия, где каждое мгновение было важно… Стадо так быстро удалялось в потоке света, а она, полная решимости, бежала со всех ног… за ним, сохраняя в себе ту же живую связь с природой, которая вела ее за собою. Мама в отчаянии пыталась ей хоть как-то помочь, разборчиво… крича и быстро махая руками, чтобы привлечь внимание коров и остановить встревоженного стада, стремительное движение в кукурузу. Отчаяние звучало в ее словах… вскинув голос.

— Наташенька, заворачивай скорее!.. Быстрее, коровы-то с ума сходят, просто свихнулись!! Быстрее… что же творится?! Милая моя, держи их… — слёзы, одна за другой как маленькие капли дождя… из детских глаз, падали на землю, оставляя мокрые следы, и каждая из них словно отзывалась на ее тревогу. Спустя несколько мгновений… голос Веры стал слышен издалека, наполненный не только паникой, но и беспокойством. Коровы ж, будто б угрюмые призраки, мелькали одна за другой, и их становилось всё больше и больше… словно они решили укрыться от неизведанного. Прошло еще тридцать минут… а дочь, запыхавшись и сгорая от волнения, всё ещё… металась между коровами… выгоняя их одну за другой с кукурузного поля обратно на грунтовую дорогу. Её сердце колотилась, как бешеный барабан, и на фоне хаоса и убегающего от них стада коров, на привлекательный и особенно желанный для них источник пищи. Кроме того… яркий цвет и запах, инстинктивно… и вызвали желание поесть. Внутренний мир матери отражал её чувство сострадания и желание помочь дочери… Наташа успевала ловить взгляды своей мамы… которая стремилась к спокойствию взамен буре эмоций. С каждым мгновением, когда же дочка справлялась с задачей, ее сердце постепенно успокаивалось, будто успокаивалась буря в её душе. Вера… уже начала осознавать, что дочка управилась с тем, что казалось невыполнимым. С мокрым лбом, она выгоняла всех коров с кукурузного поля, и мать уставшая, еле-еле передвигаясь, бесшумно… шла в слезах. Наташа, наконец… обрела контроль и остановилась, натянув на лицо улыбочку, полную не только усталости, но и облегчения. Мама, с каким-то потерянным взглядом, посматривала на Наташу, одновременно, благодарная и изнеможенная. Её силы покинули её же… а страх и паника оставили только лишь ощущение полного истощения. Мама гнала скот домой, неровно дыша, и заглядывала в глаза дочери… чтобы прочитать все её мысли, приговаривая с нежностью. — Ты можешь ещё больше, и, гораздо, чем тебе кажется. Уж в том, что ты… со всем справишься, я даже не сомневалась, дорогая. Кто, как не ты… в жизни волшебница главная. Ты рядом со мною всегда, добрая фея моя… Мы вместе… и это главное… — лицо Веры горело… на её глаза напрашивались всё ещё слезы, голос дрожал, но в нём уже не было страха, только вера в то, что вместе они справятся с любой бурей. И, та тишина, которая пришла после суматохи, стала, как глоток свежего воздуха. Стадо не спеша направлялось к дому, а дочка… с матерью были рядом друг с другом, понимая, что трудности, это всего лишь часть их жизни и, их путь к счастью… который будет всегда напоминать о том… как важно поддерживать друг друга в любом испытании. — Слов, элементарно не хватает, молодец. У меня дух захватывало от волнения. Ты ж моя умница, серьезно взвесив все: «за» и «против», перед этой ситуацией, великолепно, просто блестяще, ты справилась с ней, — с гордостью произнесла мама, её голос дрожал от несжатых чувств… — Что бы я без тебя делала? Я видела и чувствовала, что тебе было очень туго, но также знала, что справишься. Я невероятно ценю… всё то, что ты делаешь для нашей семьи. Если бы начать перечислить все те твои хорошие качества, удивляющие меня, то одного дня не хватит. Ты ж, не просто помощница, ты… моя надежда и отрада… Это было что-то невероятное, неведомое мне… только лишь на несколько минуточек при открывшееся чувство удивления… Я смотрела на тебя… с таким восторгом, как ты умело выгоняла коров и не сдалась… не потеряла хватку, несмотря на все жуткие трудности. Ты держала себя в руках, не падая духом, не позволяла отчаянию овладеть тобой. Я видела… как ты устала, но при этом, также старалась изо всех сил, как могла, сделать всё возможное, не жалея себя для достижения цели. Твой… подход к жизни никогда не даст тебе пасть духом… Он же станет той основой… всего важного в твоей жизни, в твоём существовании, — в это время стадо медленно возвращалось к калитке. Чтобы избежать лишних проблем, они решили проинформировать сельчанам о том… что коровы забрели на колхозное поле и объелись кукурузой. И ночь наступила, но ни мать, ни дочь не могли уснуть до утра, тревожась о том, как много кукурузы съели коровы… при обильном поедании, это могло привести к массовому отравлению. Каждая минутка, казалась им вечностью в этой долгой и бесконечной ночи. Они надеялись, что ни одна из коров не пострадает от этого «пиршества». На следующее утро в их жизни наступило разделение на «до» и «после» того… как их стадо вновь собрано в аккуратную кучку и было направлено на тоже пастбище. Иметь корову у себя в хозяйстве, это огромная роскошь и в то же время и ответственность. Спустя всего годы, в послевоенной деревне в их хозяйстве было множество животных… корова, свинья, козы и овцы, а также целая толпа домашней птицы: гуси, куры, утки, индейки, земли под картофель и грядки под овощи. Корова же, была кормилицей семьи, хозяйство без коровы считалось бедным. Не дай Бог, если с коровой что-то случится… это будет настоящая потеря их семьи. Голодные коровы сельчан спешили к густой зелёной и сочной траве. Их жадные взгляды говорили о намерении… они были готовы на всё ради вкусной пищи… «Так и есть», подумали они, наблюдая за стадом, оно было отражением их заботы и терпения. В общем-то: их стадо и есть стадо, их удел таков. «Мы зорко бережём и заботимся о нашем стаде, ни о чём на свете не жалеем… Дружно следим за ним, ответственно днями пасём, а ночами не перестаем беспокоиться… и это великое счастье, быть рядом с этими животными. Животные, что с них взять». Коровы сельчан с громким ревом и мычанием ринулись в сторону пастбища. «С какой же радостью… они бегут на луг? Их же движения полны энергии, как будто они чувствуют приближающиеся счастье… свежую траву, простор и раздолье колхозных полей. Они с удовольствием направляются навстречу солнечному дню и зелёным просторам. Как же они счастливы!», смотря на этих своих любимцев, разгуливающих по лугу. Каждый раз, глядя на них, понимала, как же: важно наслаждаться простыми моментами жизни. Всё это без конца крутилось в мыслях Наташи. С радостной улыбкой вслух произнеся.

— Вот они, наши любимцы, вы будите снова с нами… Мы будем следить за вами, заботиться с каждым днём, как настоящие ваши ж защитники, — продолжала она, и, в её глазах светилась решимость. Её слова звучали как искреннее обещание, наполненное любовью и ответственностью. Она знала, что именно от этой заботы зависит их счастье, и была готова сделать всё возможное… чтобы обеспечить и уют и радость. Каждый миг, проведённый с ними, был особенным, и, Наташа, уверенно шагала навигацией по этому удивительному пути, полной надежды и тепла… В ближайшие дни они совместно с мамой собирались снова и снова проводить время на пастбище, заботясь о каждом шаге своих пушистых подопечных. — Слава Богу, главное ж, что всё обошлось как нельзя лучше, но и благополучно… — в голосе её зазвучало не только благословение, но и переполненное ж, чувство удовольствия и радости. Это было то чувство, которое она всегда по обыкновению стремилась передать, а сегодня, как никогда, захотела разделить его с мамой. Она смотрела в её глаза и видела в них её ж отражение душевной красоты, равной сиянию этих сияющих нежных глаз, этих безмолвных океанов, в которых мерцала жизнь… в них мы сами, в настоящем, прошедшем и будущем. Это же то многогранное и то глубокое чувство… которое проявилось в данном аспекте жизни её дочери, это была гордость и надежда её матери, за Наташеньку…

— Доча… Да, о Боже мой, да… Мы такой ужас и страх пережили вчера. Спасибо Богу, что уберег наше стадо от беды, — произнесла мама, её голос дрожал, наполняясь новой искренностью. — Моя же, ты желанная. Слава Богу, всё позади, и все коровы живы… На таких, как ты, держится мир, — проговорила и с лёгкой улыбкой обняла ее, вспомнив, как много значила для нее каждая минута, проведённая в заботах о них. На горизонте вновь расцветал мир… мир, в котором и их надежды и мечты сбывались вместе… — Как… жешь я благодарна тебе… — мелькало в мыслях матери. «Даже этих буренок ей жалко… За доброту, открытость, заботу и любовь её девочки, с таким чутким, отзывчивым сердцем. Она воспитывала в дочери лучшие качества… и за это ее благодарность была безмерной. Дочь вселяла оптимизм, уверенность и новые надежды в сердце матери, что, им старость не страшна, когда рядом такая замечательная дочь. Она была активна, сообразительна и целеустремленна, наполняя дом теплом и светом. И даже мысли о том, что они с папой однажды могут не быть рядом, не пугали ее… она знала, что Наташа… не пропадет и всегда найдёт выход. Её мудрость… сохраняет родителям немало нервных клеток. Сотни дел ждали своего часа… сейчас же под заботливым ведением Верочки находилось сто шестьдесят телят. Их нужно было напоить, накормить, побаловать объятиями, но время не терпело. Наташа же наблюдала с улыбкой, как телята с нежностью лизали руки её мамы влажными, шершавыми языками, искренне стремясь к её вниманию и любви. Телятница растила маленьких питомцев, теплотой души их грея. И вот однажды, предложила Вере возможность подработать по гражданско-правовому контракту, доверив ей своих подопечных… её только-только ставших на ноги… маленьких телят, пока она уходит в отпуск. Блестящее ж воспитание, которое Наташа получала от своих родителей и бабушки, с восторгом и подготовило её… к выполнению различных забот по дому и в хозяйстве, к деревенскому житью. Этот крошечный… бесценный опыт стал для нее надежным фундаментом внутренней силы и умения заботиться о других. Жизнь, в этой тихой деревенской атмосфере наполняла её день-ото-дня, с каждым днём в определённой последовательности, учась наслаждаться простыми радостями и мудростью природы… С особым трепетом и нежностью она относилась к махоньким теляткам… воспринимая ухаживание за ними как своё истинное призвание. Каждый момент… проведённый с этими пушистыми созданиями, пробуждал в её чистой детской душе ощущение глубокого удовлетворения. Наташа ж ощущала, зная, что забота о животном… это не только труд, но также и источник создать что-то по-настоящему значимое, и с каждым днём её привязанность к этому процессу только росла. Каждый день, обуяна радостью, ни о чём не жалея, и на этой волне она спешила на ферму, чтобы помочь маме в их кормлении… Как только она брала в руки полиэтиленовую бутылочку для выпойки молоком, в ней просыпалась энергия… Дочь превращалась… в самую настоящую конкурентку для мамы. Словно маленький вихрь, она металась от одного телёнка к другому, бегала, торопясь и стараясь… успеть накормить каждого из них с любовью и заботой. Её нежные ручки ловко справлялись с этой задачей… будто это было священное дело. Каждый телёнок, каждая ж их тёпленькая головка, подставляемая ей под слабую ручку, вызывали в ее сердце радостное волнение. Наташа чувствовала, что каждое её движение, каждая капля внимания и заботы несут в себе частичку её же души. Этот ритм жизни стал для нее магическим ритуалом… в котором она находила удовлетворение и гармонию. Она же с трепетом наливала свежую водичку в миски, наблюдая, как телята с жадностью пьют её, и в этот миг ее сердечко наполнялось теплом. Каждый напряженный день становился для неё… не просто трудом, а настоящим и чистым удовольствием… а любовь к животным делала это занятие поистине волшебным. Наташа же знала, что каждое её движение, это вклад в их благополучие, и её искреннее желание помочь маме становилось сильнее с каждым днём. Они с мамой с радостью воспринимали эту задачу и справлялись с ней на ура… работа проходила в постоянной суете и смехе. Однажды, на уютной кухне, они пили чай с сушками и вишневым вареньем. И, вдруг Вера, как будто бы освободившись от мрачных её мыслей, произнесла желание, как можно чётче, которое упорно крутилось у неё в голове. — Мамочка, давай, найдём способ организовать маленький праздник для наших же детишек. Им, нужно радоваться, а мы можем создать для них, это счастье, — и слова ее зазвучали как лёгкая мелодия, предвещая… их семейное будущее, в котором любовь и забота переплетались с детской мечтой, создавая светлые мгновения для всех. — Телятница… это же действительно… очень тяжелая и ответственная работа, и не каждому по плечу стать настоящей телятницей, — произнесла Вера, задумчиво глядя в окно на зелень за домом. — Чудесно, как быстро… пролетел этот день, — затем внезапно поняла, что на самом деле это был не просто день… а целый месяц. Они не заметили, как пролетел месяц… будто б один миг. Кажется, только вчера они были полны ожиданий, а сегодня уже привыкли к тому ритму жизни… который установился так незаметно. Солнечные дни сменялись дождливыми, но, каждое утро приносило им, новые радости и маленькие открытия. Каждое мгновение вместе напоминало, как же по-настоящему важны эти простые вещи… смех, забота и подтверждение того, что семья всегда рядом. Эта малышка и её мама сейчас не просто ухаживали за телятками, они же и стали немыми свидетелями того, как мелкие животные росли… принимали мир вокруг себя и с каждым днём дарили им… всё больше и больше радости. Каждое погожее утро… они рождались вновь и вновь, когда выходили на ферму, кажется, приносило: новый урок, новый момент нежности и заботы. Месяц пролетел так стремительно, что они даже не успели оглянуться назад… но каждое мгновение осталось в их же сердцах, создавая… это радужное полотно весёлых воспоминаний… Её губы слегка растянулись в иронической усмешке. — Так бывает… как же я буду по ним скучать… безумно. Я оказалась полностью в их власти… Труд телятницы в чём-то сродни труду и заботы нянюшки в детских учреждениях… Каждое мгновение, проведённое с телятами, насыщенно заботой, беспредельной преданностью и пониманием. Я не пойду к ним теперь, — произнесла Вера вдруг, с усилием и грусть вновь заполнила её слова, когда хозяйка вернулась на работу после отпуска. Но, несмотря на грусть, в её ж сердце оставалась надежда, что каждый новый день принесет новые возможности для радости и заботы о тех, кто так нуждается в ее тепле. С глубоким вздохом, она завершила свою тираду, чувствуя… удовлетворение от проделанной работы, даже если и с ноткой печали. На другом конце стола сидела Наташа, глаза которой смотрели на маму ж с удивлением. Странные перемены, произошедшие с ее же матерью с первого же дня работы с телятами, были поразительными. «Мама, ты стала другой», думала Наташа, а уже затем, взглянув на неё, опять всё с той же невольной улыбкой, чуть слышно, не удержавшись, Вера прошептала. — Ну, не плачь… Ну, расскажи мне всё-всё. Тебе снова, очень хочется пойти к ним? — с этими словами на её лице появилась легкая тень тревоги. Мать знала, как дочка увлеклась этими животными, ей так хотелось, чтобы они оставались рядом. Дочь сделала глубокий вдох, стараясь сдержать слёзы, и, использовав самый чрезвычайно нежный, мягкий и ласковый тон… и тихо-тихо, нежно-нежно шёпотом ответила маме.

— Я однажды увидела их, и с той поры навсегда… очень сильно привязалась и полюбила теля… точек, так что же мне теперь делать, мамочка?! Я так полюбила их слишком сильно… Да, мне очень их не хватает… понимаешь? Они ведь такие беспомощные, милые и такие хорошие, и такие же добрые… ведь правда же… мам? Когда же… ты находишься с ними, ощущаешь, что они доверяют тебе… Каждый из них особенный, а я же только научилась лучше их понимать и знать, как реагировать на те или иные… специфические ответные реакции. Это… это такая невероятная связь мам, — детский голос ее дрожал, он был полон горечи и глубокого сожаления, и в этот момент на её ж лице возникла искренняя привязанность и неподдельная, сердечная теплота, исчезая… как маленький лучик света. — Из-за этого не хочу думать о том, что мне надо отдохнуть от них… это же как расстаться с частичкой себя… — с тоской произнесла она, стараясь сдерживать накатившиеся слёзы. Её голос дрожал, будто б попытка запечатлеть в памяти самые счастливые моменты счастья… — Я буду помнить о них и очень сильно по ним скучать… Мам… мамочка, мамуль почему ты плачешь? Давай прямо сейчас попробуем себя убеждать, что так надо. Прошу тебя, не плачь, знаю, что в нашей душе всё равно льют дожди, и как сильно ты по ним тоже скучаешь… Ты любила их ровно так же, как и я… — шепоточком произнесла Наташа… пытаясь найти утешение в словах. — Это… это очень-очень много, это так приятно, такое вот странное и прекрасное чувство. Любовь до луны… а потом обратно!… — с этой фразой она развела руками… как будто бы сама пережила этот бесконечный путь. — Ну, а я тебя вот так… Да-да-да, именно так!!! Вот почему плачем, и ты, и я… Плохая была идея… мы обе пожалели, что согласились работать. Остается нам, привыкнуть, подчиниться и пережить. Мам, но и я тоже их полюбила, вот так… — проговорила она, накрыв руками свое лицо… как будто бы пыталась спрятаться от скуки. Они и смеялись… и плакали… в этот миг в доме воцарилась тишина-тишина, словно окружающий мир замер… давая им время на чувства. Поднимая руки в стороны… ответила мамочка.

— А ну-ка, поди сюда, ты ведь всё ещё совсем… ребёночек мой, доченька… — она мягко обняла свою девочку, и, в её голосе звучала нежность. — Вот я сейчас сижу, смотрю на вас, и думаю?.. Какие вы, разные с Таней. Я вас люблю каждую по-своему, но, всех одинаково сильно. Прямо так же настолько сильно, как и люблю, волнуюсь, что сердце замирает даже от мысли одинаково сильно за всех вас троих и вы самые лучшие. Вы мой мир, моё счастье и радость… и вы меня окрыляете. Люблю однозначно обоих, но каждую: «своей» любовью… Я мать троих детей своих же Колю и не Колю, я совершенно не могу предпочесть кого-то одного. Люблю вас одинаково, и, лишь любовь к каждой из вас… особенная, — её мудрый внутренний голос стал, как будто теплее, когда она произнесла это имя. Вера… подошла ближе, крепко-накрепко обняла Наташеньку, и в эту минуту произнесла для неё самые милые, забавные, трогательные и неповторимые слова… наполненные благодарностью. — Спасибо тебе, Наташенька, за всё и за то, что ты у меня есть. Ты любишь и понимаешь меня, как никто другой. Ну как вас, доченька, всех… можно не любить… — эти слова произносились с такой её искренней глубиной, что они стали частью души Наташи, оставаясь с ней навсегда… даже в самые пасмурные, темные и сложные дни. Не сдержавшись… Наташа вдруг подбежала к маме, крепко обняла её и стала задавать самые разные вопросы…

— Мам, а как ты думаешь, они чувствуют эту привязанность? А, если мы будем их навещать, они будут рады нам? Почему у нас так много-много любви, а иногда так мало непрошенных слёз?.. Я скоро стану взрослой и, вероятно, всё это забуду… — и, каждый ее вопрос, вырывающийся из глубины её сердца, наполнял атмосферу их дома теплом и близостью… как будто в эти мгновения они были не просто матерью и дочерью, а соратниками, разделяющими особую… одну и ту же любовь. Очаровательные, такие: ласковые, милые, плюшевые телята, соединили их в едином чувстве, наполняя… жизнь смыслом. — Мама, почему мы с сестрой такие разные? Ведь мы близнецы? — с простым, поражающим неожиданностью, но, глубоким удивлением произнесла Наташа. Дочка искала в глазах матери ответы… ощущая одновременно спокойствие… её глубокое уважение и благодарность к той за эту жизнь, которую она подарила. Она, нежно глядя на свою дочку, почувствовала, как слезы медленно катятся по её щекам. Они сидели вместе, окружённые тишиной, и их сердца бились в унисон… несмотря на печаль. Вечер наполнился особым теплом, и, несмотря на их слезы, в воздухе витало ощущение легкости. Они обнялись, и, Наташа поняла: мать всегда будет рядом, никто и ничто… не сможет разрушить эту неразрывную их взаимную связь… «Пусть наши слёзы наполнят сердце твоё, мамочка и согреют твою душу…”, думала она, ощущая как отчаяние отступает на задний план, оставляя, только их любовь. Каждое слово, что они говорили, было как будто священная мелодия, отзывающаяся в их открытых, чистых и добрых душах. Им, было важно чувствовать, что любовь между ними не знает границ. С хриплым голоском, крепче обняв свою маму, она мило улыбнулась и прощебетала. — Не плачь, мамочка… Я люблю тебя всем сердцем и душой, настолько сильно, что, ты можешь согреться от этой любви в любое мгновение. Я всегда-всегда буду с тобой, готова и помогать, и поддерживать во всём. Ты мне веришь или нет? — её слова звучали так искренне и полно, что, в этот момент… обе ощутили, как тяжёлое бремя начинает отступать, давая место счастью… — С тобой всегда интересно, всегда весело, — продолжала она, её голос уверенный и тёплый. — Улыбайся… чаще, веселей, радуйся, дорогая мамочка, — после небольшой паузы они вздохнули с облегчением, чувствуя, что груз, который они несли в сердцах и душах, наконец уходит. Радость испытанного понимания залила их, как рассеянный, солнечный свет, рассекающий тьму, делая их же среду видимой. А затем… в воздухе, который казался насыщенным любовью, раздались долгожданные… три слова, произнесённые мамой с такой проникновенной теплотой.

— Я тебя люблю… — её эти слова стали финалом их разговора, запечатленным в памяти, как самая трогательная мелодия, которую, они будут хранить навсегда в своих сердцах. Это же была не просто фраза… это была глубинная суть всего, что их связывало, уважение и хрупкость, которые согревали их души в самые трудные времена. — Верю, ты… моя верная помощница. Все мы любим тех, кто умеет слушаться во всём, проявлять заботу и не отлынивать от работы, но моя симпатия особенно относиться к Тане… Я люблю обоих. Просто её как-то жальче, ведь она отличается своей непослушностью. Папа часто наказывает её за это, и мне больно видеть, как она страдает… Начальная же школа станет для вас важным этапом, она научит вас думать и понимать, творить, а не повторять, найти своё призвание и судьбу, быть вежливыми, внимательными, заботливыми, и, добрыми друг к другу. Я часто вспоминаю звуки сентября… тот первый звонок, который пригласил меня в мир знаний, и прекрасную обложку такого ж «Букваря» с волшебными страницами. Завтра вы впервые пойдёте и переступите порог школы, всё в вашей жизни изменится… Тревога охватывает бабушку, папу, и меня. Я соберу ваши же книжки и ручки, аккуратно положу их в ваши яркие портфели, — этот священный миг станет для мамы символом гордости, единства, еще и сплоченности между детьми. Есть события, которые не подвластны времени… они навсегда останутся в сердце родителей и их детей. Наташа, сразу ж, притихнув из-за пустяка, задумчиво улыбнулась, обратилась к маме.

— Мам, а ты помнишь свой первый день в школе? Как ты мама, чувствовала себя?.. — она, вспоминая свои чувства, улыбнулась, её глаза заблестели от воспоминаний… тех тяжёлых послевоенных лет.

— Да, дорогая… это было прекрасно и немного страшно… Но со временем я поняла, как важно учиться и дружить. Каждый же день… приносит что-то новое и удивительное, — Наташа искренне кивнула, осознавая… что впереди их ждет много увлекательных приключений и ценного опыта. Охваченная тревогой, с дрожью в голосе открыто…

— Я очень хочу учиться, но боюсь, что у меня не получится… — призналась Наташа. Она медленно и ещё так неуверенно, пыталась разобраться в своих же чувствах, осознавая, как важен для неё этот шаг. В ожидании ответа, она притихла, погружаясь в свои же мысли.

— Доченька, давай разберёмся, чего же ты на самом деле… так боишься? Твое горе не так уж трудно утолить… — наконец, услышав заботливый голос мамы, Наташа же почувствовала надежду… Мать, нежно глядя на дочь, продолжила. — Знай… что школа это то место, где тебе не только будут давать знания и общаться с тобой, только… из чувства долга, но и выполнять его, но и не предадут собственные желания, ценности и мечты, как свои, так и своих… детей, и считают, это не только важным, но и правильным… — дочь вдруг задумалась, глядя на маму, и вопрос снова возник у неё в голове: «Что же такое… долг?» — Но ведь долг… это не только обязанности… — пояснила же мама, нежно взглянув в глаза дочери… — Это прежде всего любая и разная ответственность, которую мы чувствуем перед собой и друг… перед другом. Оно и родилось во мне с вашим появлением на свет… Вы… моя радость и надежда… — дочка почувствовала… как мамино тепло и уверенность окутывают её. Она же поняла, что страхи могут быть побеждены, и с сопровождающейся решимостью… отозвалась.

— Я постараюсь мама. Я хочу учиться и не сдаваться… — мама улыбнувшись, ласково обняла дочку и вдруг… расплылась в улыбке.

— Вот и правильно, Наташенька. Мы вместе пройдём этот путь, и вместе будем справляться с трудностями. По существу-то, могу же объяснить следующее… — начала мать, ее голос дрожал от эмоций. — Знаешь, у меня, как и у многих других, не было же… возможности учиться. Я закончила всего три класса. И все эти воспоминания, они живут во мне по сей день, яркие… до малейших деталей и особенно болезненные. Я помню каждый… тот момент, каждое холодное утро, когда мне не хватало знаний и возможностей… Ты даже не знаешь и не представляешь, что чувствовала тогда… Я часто закрывала глаза и мечтала. Мечтала о том, что если бы мне дали шанс всё изменить и у меня была бы возможность всё исправить… я бы переписала: то время и своё детство, как на чистовик, — она сделала паузу, будто б обдумывая каждое слово. — Но зачем… собственно ж переписывать прошлое? Никакое время не сможет залечить все те раны… которые оставила война, особенно детские раны. Эти же годы, они навсегда останутся со мной. Я помню, как горько мне было, и это чувство… не покидает мою душу. Я считаю, что мой папа… это тот человек, какой сыграл важную, значимую роль не только в жизни трёх дочерей… но и в нашей истории, потому что он отдал свою жизнь за нас… Память о нём сильнее любого времени. Я его очень-очень сильно любила, и он будет жить вечно, и, он никогда не умрёт в наших сердцах, — она глубоко вздохнула, и её глаза наполнились жгучими слезами, но она продолжала. — В то трудное время ваша бабушка была стойкой… Я стала ее помощницей и опорой. Я помогала ей, старалась быть той, самой заботливой дочерью, хотя в свои-то годы я уже многое знала. Помню, когда мама возвращалась домой, её глаза наполнялись, той же особой гордостью за меня, это было для меня важнее всего… Ты сейчас делаешь то же самое, как я когда-то. Поэтому я хвалю тебя и восхищаюсь твоими усилиями… — мать замолчала, сердце и взгляд ее наполнился гордостью, когда она обратилась к Наташе… — У нас есть папа, и, он служит вам примером каждый день. Он всегда… для этого же прикладывает огромные усилия, чтобы сделать вашу жизнь лучше, — она на минутку остановилась, посмотрев на дочь, которая с пониманием и решимостью в глазах внимала каждому слову, и это чувство не давало ей покоя. У матери внезапная мысль пронеслась, которую она озвучила. — Ваш папа всегда говорит… если же хочешь что-то получить, сначала нужно отдать. Он «надеется» и «верит» в то, что вы гораздо… мудрее нас, и знаете, что вам нужно, — первое, что бросилось матери в глаза, это решительное выражение Наташиных глаз, как будто бы ожидая целого потока важных материнских слов. В этот момент она взглянув на маму почувствовала и осознала… что за каждым мудрым словом стоят и глубокие чувства и переживания, которые создают крепкую связь между ними, и решительно заявила.

— Конечно! Мы очень постараемся не подвести вас и оправдать ваши надежды. Учиться будем так, чтобы вы нами гордились… — её голос звучал звонко, уверенно и вдохновенно. На линейке в школе… они были точь-в-точь похожие как две капли воды: одинаково одеты, одинаково причесаны, с одинаковыми портфелями, и всё остальное одинаковое. Бабуля с гордостью любовалась своими внучатами, как — никак… на свете не было никого, кроме них, и, это наполняло её же сердце теплом. Она была очень доброй к ним, и они же отвечали ей тем же. Вера с Алексеем много работали, чтобы обеспечить семью, но, несмотря на это… внучата никогда не оставались без серьёзного внимания. За ужином они ж всегда находили время для разговоров, обнимали детей, стараясь же… создать атмосферу любви и заботы. На обратном пути из школы девочки весело бежали, задорно хохоча и переговариваясь. Бабулечка, сидя на скамейке, быстро вскочила и нетерпеливо «пританцовывала», ожидая их приближения. Внучки так тяжело вздохнули, радуясь, что наконец-то могут вернуться домой… на улице ждала бабушка. Её гордостью была их школьная форма и фартучки, а первое ж сентября, всегда приносило с собой огромные букеты цветов, которые они с удовольствием несли… После линейки и окончания первого сентября, они с нетерпением ждали уже завтра и последующего дня, чтобы снова пойти в школу, сесть за парты и открыть новые красочные учебники, с содержанием их и с букварём, которые вкусно пахли свежестью и знаниями. И их ждало ещё много всего интересного и увлекательного. С первой линейки и особенного торжественного дня, начинается школьная жизнь первоклашек. Но а после её завершения… внучки засыпали свою бабулечку вопросами.

— Бабушка, вам понравилась линейка?.. — бабуля смотрела на них своими лучистыми, добрыми улыбающимися глазами, полными, как любви, так же и гордости, и, думала о той крепкой связи, которая установилась между ними. Бабушка широко раскрывает объятия, ее руки обвивают своих внучек, прижимая их к себе… Такие её объятия помогают им почувствовать себя в безопасности и понять, что они ж ни одни, что их любят и то, что она всегда… будет с ними рядышком.

— Да, мои дорогие, это был самый прекрасный день. Я горжусь вами и верю, что вы достигните больших высот, — с милой улыбкой ответила она. — Конечно!! Торжественная линейка была не просто… очень интересной, настоящим событием и очень важным моментом, полным волнения и ожидания. Ваш первый день в школе навсегда… останется в моей памяти. Вы стояли с цветами, так сосредоточенно, настороженно слушали вдохновляющую речь директора, а уж потом получили в подарок пеналы. Ах… как же вы были красивы, особенно когда танцевали. Одинаковая форма, белые фартуки — это же было зрелище, от которого невозможно было оторвать глаз. Я ж смотрела на вас и думала, что будто сама плету свою жизнь… создавая что-то прекрасное и гармоничное. Но, увы, свою судьбу я так и не смогла ж связать. Хоть старалась как могла, сколько ж усилий прикладывала, но устала от этого вязания. Вот бы взять и распустить всё, смотать в клубочки… и по-новому переплести все свои годочки. Где бы мне же пройти мимо своих ошибок? Где остановиться, чтобы обойти все эти несчастья и поделиться счастьем. Но, увы, Богом не дано мне такой свободы… ни смотать, ни размотать прожитые годы. Жаль, что эти ж «вещие» сны, которые повторяются в реальности, мне уже не снятся, — погрузившись полностью в разговоры, разговор у них лился очень интересный, они даже не заметили, как быстро пролетело время… и вот они уже добрались к дому. Они же все были вне себя от счастья, не спеша топая три километра. Мама ждала их, и, увидев их в окне, улыбнулась. Втроем они же о чём-то негромко переговаривались, но ветер уносил их слова в сторону, и она не могла ничего расслышать. Слёзы радости наполнили ее глаза, когда ж мать взглянула на своих первоклассниц. Первый школьный день… это огромное событие для всей семьи. В их доме всегда царила атмосфера единства… один за всех и все за одного. Дни пролетели так быстро, что они… даже и не заметили, как закончилась первая учебная четверть. С трепетом… и волнением они спешили домой к родителям и бабушке… переступая порог с надеждой и ожиданием. Им очень нравилось, как проходили уроки. Вместе с внучками бабушка училась читать… изучала разные предметы, и вдруг, с улыбкой на лице, произнесла… — Знаете ли вы мои дорогие, что каждый урок… это ж как новая глава в книге нашей жизни. Давайте вместе напишем её так, чтобы она была полна лишь радости и знаний. Ну что ж, дорогие внучки… давайте доставайте-ка дневники, порадуйте бабулечку… — с детским восторгом произнесла Валентина Николаевна. Несмотря на свои скромные знания, всего ж первый класс школы… она всегда стремилась узнать… что-то новое. Чтение давалось ей нелегко: она медленно, по слогам и только ж по печатному произносила слова, внимательно следя за буквами… но к тому же с годами и с возрастом… стала немного… подслеповатой, и, зрение стало подводить. Сейчас, взяв в руки дневник, она зачитала, неторопливым и глухим голосом «А… риф… ме… ти… ка „5“; рус… с… — к…а…я ли… те… ра… ту… ра „5“; рус… с…к…и…й я…з…ык „5“ и…» — для внучек ведение дневника стало настоящей радостью, для бабушки… ещё же одной возможностью прикоснуться к их школьным успехам… Она, погрузившись в содержание дневника, не замечала никого да и ничего вокруг: мир забылся, и только оценки были важны. Они у неё не вызвали вопросов. А внучки, всё… её спрашивают и спрашивают.

— Бабуууу… леч… ка, а тебе не было страшно учиться… когда ты была такой милой малышкой, совсем маленькой, неповторимой, как мы? — раздался изысканный детский голос одной из девочек. — Да, бабуля, а тебе понравился наш класс и парты? Они ведь все… такие же красивые и уютные, как и мы, — продолжала другая подружка её внучек, оживленно показывая пальцем на красоту, окружающую их… — Нам… так всё очень понравилось и наша школа. Она красивая, — добавили внучки с сияющей улыбкой… — Наша первая учительница посадила нас за первую парту! Обещаем уважать свою учительницу и быть примерными учениками, — в этот момент дверь открылась, и в комнату вошла мамочка внося с собой свежесть и домашний уют… — Вот и наша мамочка пришла, нам гостинцы принесла — радостно закричали очень красивые сёстры… близняшки, убегая навстречу ей, оставив свою бабушку с её мыслями о школьных деньках, которые… казались такими далекими, но такими близкими в воспоминаниях. И, Валентина Николаевна улыбнулась, наблюдая… как её обе внучки с блеском в глазах мчатся к дочери, и, её сердце наполнилось теплом и гордостью за их достижения. Внучки… обгоняя бабушку, выбежали встречать маму с неподдельным восторгом. Бабушка, увидев… свою любимую дочку, не могла сдержать радости, её сердце наполнилось теплом, будто она сама стала ребёнком… самое счастливое время…

В их семье всегда царил лад и порядок, но дело было не только в этом. Бабушка понимала… что родители не могут проводить много времени дома, так как целый день работают. Поэтому она старалась поддерживать атмосферу уюта и заботы, уделяя особое внимание… не только внукам, но и их родителям. Для неё было важно… чтобы в доме всё время находилось какое-то занятие… под крики внучат, это позволяло ей чувствовать себя живой и нужной. Весь день она была чем-то занята, как муравей, копошилась, играя с внуком и внучками, помогала им с уроками. День за днем незаметно проходил в заботах и радостных моментах. Она не помнит, когда в последний раз могла по-настоящему отдохнуть. В ее же жизни постоянно были житейские хлопоты, дела, заботы о близких… только лишь радостные моменты приносили полный покой и расслабление. Она ж ловила себя на той мысли, что время летит слишком быстро, и ей не хватает мгновений для себя, чтобы просто остановится и перевести дух… Иногда ей же хотелось остановить этот бесконечный круговорот, для того ж, чтобы просто насладиться спокойствием. Когда дочь вошла в дом… внучки первыми встретили ее и, как всегда, получили по яблочку… большие и красные, словно светились от счастья. Бабушка же, глядя на всех, почувствовала, как наполнилась радостью. С улыбкой она дочитала до конца дневники. Смотрела, как внучки угощают её яблоками, и её сердце наполнилось гордостью. Глаза сияли от настоящего счастья.

— Вы все такие умнички, — обратилась она к внучкам. — Я так горжусь вами. Каждая из вас… настоящая звёздочка, — она никогда и не думала о том, когда в последний раз отдыхала. В этот миг… все заботы отошли на второй план, и бабуля почувствовала, что именно сейчас, с любящими внуками и дочерью рядом, она и находит… свое настоящее счастье. — Знаете, мои любимые, — начала бабушка, её голос напоминал мелодию, звучащую в тишине. — Мне очень, очень нравитесь вы. Всё, что имеет… вкус любви, необъяснимо прекрасно. Посмотрите, вот например… как этот надкушенный волшебный плод красное яблоко, которым угощала вас мама. Истинная красота… это свет, который исходит из вашей души… это любовь. Даже если бы ж, я была слепа и мир закрыл мне глаза… всё равно могла бы ощутить вашу красоту, потому что она так же живёт в ваших сердцах и она ж, воспринимается только через чувства, — она, так глубоко вздохнула и продолжила. — Широта вашей души безгранична и столь огромна. Невзирая ни на что, вы способствуете счастью, радуете в наши дни, наполненные суетой… и позволяете нам пережить моменты радости и благородства… Спасибо вам за то… что усердно учитесь и радуете нас результатами первой четверти. За доброту, за ум, за смелость, с которой вы осваиваете новые знания, за стремление и кропотливый труд… — бабушка понизила голос, и в нём послышался совет. — Так что создавайте красоту вокруг себя… умейте её замечать и ценить в себе, в окружающих и в мире. И тогда, уж поверьте, красота сама не раз вам откроет свои ж двери, — она улыбнулась, взглянув на своих внучек, и её глаза блестели, когда продолжала. — Помните, что, все юные, сильные души, кому не страшны и кого не повергнут в уныние насмешки и дикие выходки других, всегда могут вступить в борьбу, и одержать победу. Поэтому не позволяйте никому и никогда, обижать вас. Договорились? — внучки с энтузиазмом кивнули, и бабушка же, смеясь, рассказала о своем детстве. — Знаете же, когда… мне было семь лет, мой отец… начал обучать меня грамоте. Это же было так… Однажды, в тёплый вечер, он достал из полки… тоненькую книжечку и, хлопнув ею по ладони, весело ж воскликнул: «Насколько же, легче нынче учиться грамоте… по звуковому способу. Слышь, как просто… „а“, так и произносится „а“, а не „аз“, „в“… так и есть „в“, а не „вели…“ Представляете, сколько же детских сил можно сохранить, благодаря таким простым вещам и насколько быстрее идёт усвоение грамоты. Учение становится лёгким, увлекательным и интересным», — внучки весело засмеялись, а бабушка ловко путая, обыгрывала их ответы… заставляя их возражать и убеждать друг дружку… и через всё это же усугубляла веселость, наполняя дом смехом и радостью. Она ж, для них была словно… тропа в дремучем лесу, указывая путь к тайнам и наслаждениям. — Я уж так решила для себя, что готова заботиться и отвечать за всё и за всех вас. Это моя роль и очень хочется… быть нужной и любимой, только так я ощущаю, свое же главное счастье в жизни с самого детства… Я привыкла нести ответственность за свои поступки и действия. Родные и близкие, всегда напоминали, какое ж значение и ценность имеет семья в жизни для меня. Семью строила на том, чтобы все члены разделяли взгляды друг друга, ценили друг друга, поддерживали и имели схожие убеждения. Это была моя… не просто задача, а, истинная миссия… все были единомышленниками, ценившими и дорожащими друг другом. Создавая вокруг всей семьи позитивную атмосферу комфорта, тем самым способствовала росту и развитию каждого, потому что семья… это не только то место… где живут, но и пространство, где все безоговорочно дарят, безусловное, необходимое доверие. Семья и отношения в семье для меня, всегда имели важное и колоссальное значение. Каждый член моей семьи… был и есть для меня подарком судьбы от Бога, и я считаю, что в той симбиозе каждый из нас… дарит друг другу что-то важное. В нашем доме чётко были сформированы традиции, ценности и устои… какие связывали нас и создавали не только уникальную атмосферу любви и взаимопонимания, но и никогда не вызывали… конфликтов и обид. — Тане и Наташе всегда хотелось быть нужными и любимыми. И… с самой юности они ощущали, что это… единственный путь к счастью. Наташа ж впитывала ощущение ответственности за свои поступки, и это стало неотъемлемой частью её жизни. Тане же хотелось больше отдыхать и жить в своё удовольствие. Она мечтала о том… чтобы ей просто гулять с подругой, наслаждаясь свежим воздухом и красотой природы. В глубине души Таня ж считала, что забота о собственном благополучии важнее всего. Она не собиралась что-то менять… зато жаждала заниматься тем, что приносит: и радость и умиротворение. Таня и Наташа учились на отлично, ежедневно, что ни день принося домой новые знания и открытия. Алексей, их отец, проявлял заботу о дочерях, проверяя их уроки и помнил свои собственные школьные дни. Он порой помогал им, иногда, вспоминая о собственном опыте, и это создавало особую связь между ними… в дочерях узнавая себя. Он не представлял, можно ли ждать чего-то большего, но, в глубине души всё же чувствовал, что ждёт. Он стремился вырваться из этой повседневной рутины, не в состоянии дальше терпеть это ж «адское место», где разлад и недовольство порой становились постоянными спутниками. Для него, как и для Наташи, семья же… была островом спокойствия, но Таня понимала, что жизнь вне этих стен ждёт, и она не прочь была шагнуть в открытые объятия мира, который сулил ей столько возможностей. «Но если дети стремятся учиться на отлично, и это действительно приносит им радость… разве не стоит помогать и поддерживать их…? Важно лишь то, как они сманеврируют своими знаниями и полученным опытом в будущем…”, размышлял Алексей, вдохновляясь идеей… о роли образования в жизни. Он понимал, что можно бесконечно обсуждать, насколько важно помогать, предлагая советы о том, что если не хочешь учиться… иди работай… Но ведь и взрослые живут по схожим правилам: что-то они делают отлично и с удовольствием… а что-то просто потому что так нужно. В этом плане им, возможно, повезло всё же чуть больше… их же не оценивают, по пятибалльной системе. Труд взрослого человека лишь измеряется и оценивается другими параметрами, диаметрально противоположны по значению», продолжал размышлять он, прерывая свои мысли. «С точки зрения объективности, без лишних эмоций: профессионализм, дисциплина, точность, формулировка своевременности выполнения задач, инициативность… и кое-что ещё. Результаты труда позволяют решать важные кадровые вопросы… оценивая той и иной потенциал для ключевого продвижения, снижая и уменьшая риски, связанные с некомпетентностью», Алексей Петрович, управляющий столярным и плотницким цехом, старался держать всё в порядке. Он знал… когда стараешься делать слишком много вещей одновременно, времени… никогда ни на что не хватает… Вера же не могла больше сдерживать свою боль… сильная головная боль мучила ее, и связь с девочками, теперь же ей казалась выше и важнее любых школьных уроков. Они вместе начали этот путь, мечтая об успешном будущем. Время шло, бежало незаметно, а однажды, переступив порог дома… Алексей же с сомнением покачал головой, оглядывая дочерей. Его взгляд как-то странно колебался между нежностью и тревогой, и он тихо произнёс что-то отрешенное, будто слова были не в согласии с его мыслями…

— Ладно, пусть будет по-вашему… — выбросил он на лету, но, и остановился на этом, замечая… как жена с недоумением смотрит на него. Для неё он как будто стал чужим. Мысли о том, каким он был и каким они привыкли видеть его, навевали ей и тёще лёгкую печаль.

— Но причём же тут… дети? — её голос был полон удивления и строгости. Алексей как-то странно посмотрел на неё, потом перевел взгляд на дочерей, словно искал поддержки, но так и не сдвинулся с места. Через минутку он встал… и в этот миг в нем развилось что-то первоочередно важное, но неопределённое… он крикнул, произнеся слова, полные внутренней борьбы и недоумения… чтобы наконец-то найти устойчивую точку опоры в себе… и в своих же размышлениях.

— Хватит… — вырвалось наружу у него, когда же ударная волна гнева окутала всех, заставляя затаить дыхание. — Вера, тебе лучше помолчать. Они должны мне кое в чём признаться… Как вы… могли? Почему вы меня… — продолжал он, потихоньку вытаскивая… из-под пиджака ремень, его взгляд не отрывался от дочек, полным подобно панической… растерянности, ужаса, смятения и остающейся любви, цветущей в сердце. Близняшки, не понимая причин этого поведения и его очевидных чувств, вдруг рассмеялись. Их смех напоминал что- то особенное, едва ли понятное маме и бабушке. В их доме царила, как тёплая атмосфера, также было и очень тепло… однако по телам пробегали мурашки, будто бы от внезапного холода… усиливающего тревогу. Валентина Николаевна и Вера ничего не могли понять… что же с ним происходит. Слушали лишь только его крики: «Я вас сейчас накажу!». Слова, произнесённые с отчаянием, всего лишь усиливали растерянность. Вначале жена пыталась понять и разгадать, причину его истерики, изо всех сил пытаясь успокоить его… как будто светом разума могла развеять тень гнева… Запасаясь хваленой выдержкой и завидным терпением, она старалась оставаться рассудительной… но, увидев его ж широкую, интригующую улыбку, лишенную радости.

— Немедленно остановись, — она с неожиданной решимостью призвала. — Послушай, не дури!! Объясни наконец, что произошло? — в её голове сумбурные мысли совсем спутались, так трудно было сосредоточиться в водовороте эмоций. Тем временем… он достигал поставленной цели и не сдавался на пути к ней, прозябая в каком-то странном состоянии духа… На него накатывала сомнительная волна развязки, которая холодила сердце, чувство же естественное. Сжав губы, мгновенно нахмурив густые брови… он подозрительно оглядел дочек и, будто принимая важное решение, со скоростью вымолвил…

— Да!! Может быть… может быть… Слишком долго все потакали капризам наших детей и вот, результат, к чему это привело!? Почему вы не сказали мне правду? Как вы могли скрыть это от меня?.. — он накинулся на них с вопросами, его голос дрожал то ли от обиды… то ли «ещё будет, ой-ей-ей…» и в этой накаленной атмосфере в воздухе повисло недоумение, тревога и капля надежды. Как будто на плечах матери лежала тяжесть мира. Вера иснстинктивно подстраховывала дочерей, поддерживая их, и, в беспросветном отчаянии, закричала…

— Похоже, ты имеешь в виду какую-то… конкретную ситуацию и тайну, связанную с результатом? В твоих вопросах ощущается некая интрига. Может уточнишь, о чём именно идёт речь… — её голос был полон не только громкости, но и глубокого волнения, как будто б она пыталась не ради того, чтобы просто кричать, а ради ж того, чтобы… достучаться до самого сердца своего мужа. Собравшись с мыслями, он не выдержал и насупился… а потом так неожиданно расплылся в улыбке, будто разлитыми чернилами затопило его ж тёмные мысли.

— Результат?.. — проговорил он, шутливо пожимая плечами, но в его глазах мелькнуло приятное возбуждение. — Результат… это то, что мы все находимся здесь, и обсуждаем это. Возможно… именно в этом и заключается наш многогранный… и деловой урок. И… вы, и я, должны понять, что мы сами создали этот хаос… — он остановился, наблюдая за озабоченными лицами: своей тёщи, супруги и дочерей.

— Так подожди… Ты хочешь сказать, что мы и есть «та» причина всего этого, — Вера, не в состоянии сдержать свою эмоциональную реакцию, еле не закричала. Она искала в его словах подтверждение или догадку, что всё это было не напрасно, что они могут все вместе найти выход из этого же непростого положения. Скоро её голос стал тише, но в его улыбке она увидела нечто большее… легкий намек на иронию судьбы. С превеликим удовольствием, он принял ее вызов…

— Возможно… мы были слишком мягкими… — продолжал он. — Но не только в капризах дело. В нашей честности, и в том числе, как мы умели объяснять просто и доступно, как нужно любить и ставить личные границы, — замерев на мгновение, он взглянул на дочерей. Их глаза, полные взаимопонимания и страха, раскрывали перед ним целый мир, который он долго пренебрегал. — Если мы не пройдем… через этот испытательный огонь вместе, то, возможно, эти ж ценные «результаты» будут лишь началом нашего конца… — отчеканил он, в его голосе зазвучал меланхоличный тон, призывающий к действию и надежде. — Смотрю на школьную доску почета, разглядывая список отличников, — произнёс Алексей. — Отличники… Я прочел всех, кто в этом списке, и заметил там… Литвишко Таню и Литвишко Наташу… — пауза… он замер, а внутренний гнев, который ранее искажало его лицо, сразу же исчез, как просвечивающийся утренний туман. Перед детьми стояло само воплощение добра и гордости, приветливости и благодарности. Улыбка на губах заменила тень злости, как прямой… солнечный луч, пробивающийся сквозь разрывы низкого облака… от дурного настроения и следа не осталось. Не желая ж считаться ни с чем, он тут же со свойственной ему непосредственностью закричал, излучая энтузиазм. — Вы молодцы! Молодцы! Молодцы!!! У меня же в руках… — подойдя к ним, он неожиданно обнял обоих и так нежно, поцеловал слегка в щёчки, в его ж глазах светилась гордость. — Я в дом, как в крепость, не пущу врага. Семья, это моя святая земля, её люблю я, как природу. Моя семья мне дорога… Я готов защищать ее в огне и воде. Без вас прожить никак нельзя, просто невозможно… Я никогда не сомневался в ваших способностях. Спасибо — он достал из кармана почетные грамоты, одна из которых была предназначена для Танюши. — Вот держи… — сказал он, протягивая её с трепетом.

— Спасибо тебе большое… — от приятной неожиданности едва слышно проговорила Танюшка слегка вздрогнула, в ней шевелилась боязнь… что за успехи в учебе последует многозначительный упрёк.

— Если… вам это нравится, значит, — но её отец с ободряющей улыбкой глянул на неё и продолжил. — Вы всё делаете правильно… Так держать… Самое важное помнить, что лень… ваш злейший враг, а упорный труд… ваш лучший друг. Учитесь… с полной самоотдачей. Если это то, чего вы хотите, и это внутри вас… то продолжайте в том же духе и пытайтесь делать это всю оставшуюся жизнь. Ваша мечта и станет вашей целью в жизни. Первое, основное и самое важное по большому счёту, конечно же для достижения значимых целей, вам и следует… существенно сконцентрироваться на учёбе, это же займёт большую часть вашего времени, — а затем, обратившись к Наташе, он с гордостью произнёс. — Это тебе! Держи! — Наташа ж чувствуя поддержку и уверенность отца… не сдержавшись: вскочила и, обняв его крепко… накрепко… с восторгом поцеловала в щёчку. Её же глаза светились счастьем, когда она разглядывала подаренную грамоту с триумфом. Алексей, наслаждаясь моментом, взглянул на дочерей с любовью. «Странный… какой-то наш папа», подумали девочки, глядя на него с умилением. Он вдруг обнял их надёжно и крепко, как будто бы желая укрыть от всех невзгод, волнений и забот. — Спасибочки… спасибо!!! За вашу же отличную учебу, за доброту души и ум… за эту смелость в усвоении навыков и знаний, за то… что дороже всего для последующего образования, за безупречное поведение, — произнёс он ещё раз… бережно, ласково и нежно потянув за собой руку жены, на одну секундочку ей показалось, что… И он, тут же, проворковал… как голубь. — Ты чудесно выглядишь, Вера. Ужин уже готов? Что-то, уж ооочень я сегодня жутко проголодался, и, желудок зовёт на ужин, день выдался утомительный, — счастье за своих детей располагало к тёплым словам, и, она, улыбнувшись, слегка потрепала его за нос, утвердительно покачав головой, как бы возвращая его в реальность.

— Ты и правда, как всегда, голодный. Голод не тётка, просто так не уйдёт… — с улыбкой заметила жена, в их наслаждении моментом весело щекотал нервишки друг друга, и в этот самый миг все заботы остались далеко позади. А жена с улыбкой живо писала ему. — Да… уж чего-чего, а этот день запомнится мне на всю жизнь… Это было и неожиданно и волнующе… Детки поразили нас своими знаниями. Но сначала я бы хотела… Ты готов? Тебя ждали, — продолжала писать Вера, с улыбкой глядя на своего супруга… Такой особенной была их разговорная речь, вынужденная… Он был всё ещё полон настоящей бескорыстной семейной любви, точно… колос с зерном. Он смеялся от души, когда жена шутила… и, с лёгкостью шептал милой на ушко.

— Оторвешь, ведь! Как я без носа буду жить?.. — она твердила.

— Поздравляю! Какие ж мы счастливые, что имеем таких детей. По правде говоря… ты ведь это заслужил во сто раз больше, чем я… — Алексей, счастливый и радушный, расцеловал жену и детей. Он… был рад видеть всех в этот светлый день. Итак, завершив разговор с улыбкой на позитивный лад, он оставил после себя приятные слова.

— Вот какой у нас чудесный дом… Чудесные дети. Со знаниями у них всё задалось… но ещё не вечер, ещё не вечер. В нашей семье будет веселый семейный праздник. Нельзя ждать от детей того, что им не свойственно. Да, конечно… это же очень большое счастье, это наша гордость. Я невероятно горжусь ими. Может быть… в будущем они станут учёными… кто знает, кто знает… — Алексей на мгновение задумался, прикусив край нижней губы, затем резко продолжил. — А значит, вы должны сосредоточиться… только на учебе. Занимайтесь всерьёз, а не в шутку… — он добавил с оптимизмом. — Держитесь… детки, в такой форме. Мне хочется, чтобы вы стали бухгалтером или экономистом. Кто какую из вас специальность выберет, неважно… Я горжусь тем… — он также подчеркнул. — Что вы у нас идёте в числе первых. Век живи — век учись. И всё же: знания и опыт безграничны и неисчерпаемы… — его голос стал тише, как будто он задумался о чём… то важном и сокровенном, и, о том, что настоящие знания идут из глубины души и сердца. — Открытия ж, подстерегают всех нас на каждом шагу. Мы не знаем, какие знания понадобятся нам завтра, и, именно это делает жизнь такой… увлекательной и непредсказуемой. Каждый новый день может принести нам… неожиданные повороты и возможности, которые изменят наше восприятие мира и самих себя. Важно уметь… быть открытыми к новым идеям и готовыми учиться… ведь именно так, мы можем преодолеть трудности и достичь успеха.

Всё шло своим чередом, не торопясь, главное… верить в то, что так, как и должно было идти в это… самое прекрасное и любимое их время года. Была весна: тёплый, солнечный день… как будто б сама природа с её ж приходом радовалась: возрождению, пробуждению и начинанию новой жизни. Это время не только надежд, но и перемен, которыми живёт традиционная семьи, она всем дарит луч света, без которого каждому члену семьи: бабушке, отцу и матери, их дочерям и сыну… невозможно увидеть все насыщенные и яркие краски мира. Вера, полная энергии, начала… разводить мел, и это занятие, хоть и трудоемкое, но приносило ей светлые мысли о том, как освежится ж их дом. Дети вместе с бабушкой выносили на улицу все постельные принадлежности и всё, что нуждалось в проветривании и солнечных лучах: перины, подушки, одеяла, верхнюю одежду… Это был ритуал, который помогал освежить и очистить от накопившейся за зиму, не… только пыли, но и затхлости. Проветривание было их важной частью сезонной уборки… которая освежала их дом и готовила его к тёплым летним месяцам. На улице раздавались звуки: лёгкий шорох листвы и великолепное щебетание птиц… от мелодичных трелей до громких криков, смех и непоседливый топот маленьких ножек… «топ-топ-топ». Вскоре к ним подбежал полуторагодовалый… младший братик Коля, его невесомые и быстрые шажки прерывались только от того, что он вдруг остановился на аккуратно… сложенных перинах с подушками. Счастливо, легко и не теряя времени напрасно, он запрыгнул на них и начал барахтаться, захлопав в ладоши, как будто б в безмятежном танце, наслаждаясь мгновением и ощущая, как ветерочек… играет с его детскими волосиками… а его заразительный смех разносился по округе. Наташа ж, невольно поддавшись импульсу детской радости, почувствовала… как её сердце наполнилось нежностью, радостью и гармонией. Она подошла к Коле, и, словно в игре с легким весенним ветерком, как птичье пёрышко, подхватила его. В один миг, как будто сама волшебная рука перенесла его, и он моментально оказался на мягких перинах, среди подушек… как будто парил в пушистых белых облаках. Младший братик занимал все её мысли, и, в это мгновение она, наполнилась счастьем и близостью их же дружбы, с искренним, и нежным чувством радости в голосе страстно окликнула Валентину.

— Бабулечка!!! Посмотри, как хорошо мы играем вместе, — так они забывались в простых радостях, а солнце, ласково обнимая всё вокруг, смотрело на их веселое воображение. — Бабуль, посмотри… посмотри ж, как он резвится… — восторженно воскликнула Наташа, радостно подбрасывая братика в воздух, еще раз и ещё, ещё, ещё… — Ему это занятие действительно нравится, оно приносит радость… Смотри, как же он звонко и заразительно хохочет вместе со мной, — с полным интересом к происходящему… она не могла сдержать свой смех и своего восхищения, наблюдая за Коленькой, который будто б маленькое солнечное пятнышко, смешно барахтался в натуральных облаках из пуховых подушек. Бабушка, улыбнувшись, в одну минуту отвлеклась от своих повседневных забот. Ласково ответила Наташе.

— Да, вижу, как он заразительно хохочет вместе с тобой. Его же радостный смех и беззаботное веселье, кажется, передаются и мне. Такие моменты простого, но, искреннего счастья поистине заряжают энергией и хорошим настроением. Мне очень приятно наблюдать за тем, как он с удовольствием резвится и наслаждается же моментом. Ваше совместное веселье выглядит действительно заразительным, — её же мысли крутились вокруг воспоминаний о том, как когда-то… много лет тому назад, она же сама была такой же озорной девочкой, играющей со своими сёстрами и братиком. Она ж старается никогда не ворчать лишний раз без надобности. В их семье никогда не было ни одиночества, ни скуки, когда смех детей наполнял дом… Но вдруг в какую-то минуточку смех Коленьки прервался… он резко заплакал, и сердце Наташи стукнуло с ужасом, пропуская удар за ударом… Её мир наполнился страхом: «Что же произошло…» подумала она, когда впервые почувствовала паническую тревогу, закричав во весь голос.

— Бабулечка, помоги… Что делать, — громко затараторила она, голос ее дрожал от волнения. — Я не знала, что подбрасывать… так нельзя, но я должна была догадаться… я… слишком увлеклась. Это всё моя вина… Это же… из-за меня… — её слова пронзили бабушку, стоявшую неподалёку. Взяв малыша на руки… как сильно он рыдает. Валентина Николаевна, опытная и мудрая, старалась его успокоить, предлагая погремушку, но малыш лишь сжимал её в одной ручке… в то время как другая оставалась пустой. Она поняла: значит боль… в его маленьком сердечке достаточно сильна. Она ж и вспомнила, как важно в таких случаях обеспечить детям чувство безопасности, а не избегать проблем. Прижимая его к себе, она очень тихо произнесла.

— Коленька, мой цветочек золотой, — неотрывно глядя на него. — Лучик солнышка родной. Всё будет хорошо, я всегда с тобой… мы переживем это вместе. Божьи планы всегда лучше наших, — крепко обнимая, она дарила частичку своего тепла и веры в лучшее, все её действия были полны нежности и заботы. Она знала… что требуется предотвратить причину его беспокойства, и, воспользовавшись её ж бесценным внутренне накопленным опытом, Валентина Николаевна уверенно старалась успокоить своего внучка. С каждым мгновением она испытывала, как слёзки Коленьки начинают успокаиваться, а… в его глазках льется радость, ведь рядом была его любимая бабушка. — Беги, моя дорогая, беги-беги… — мягко сказала бабушка, ласково поглаживая внучика по головке. Её же голос был полон тревоги, но в нём чувствовалась и крепкая уверенность. — Наташенька, позови ж скорей папу и маму… — в этот же момент родители, стоя на пороге, наблюдали за картиной, разыгравшейся перед ними, замирая… В их глазах застыл страх, и, бабушка ж, продолжая поглаживать малыша, не раздумывая… предложила дочери. — Вот адрес одной известной целительницы. Она точно поможет моему любимому внучку, — дочь с недоумением подняла взгляд на свою мать, держащую… сынульку.

— Целительницы!? — спросила ещё раз она, явно озадаченная. В это же время к ним подъезжал Алексей, и заметил их напряжение, потому что тёща всё ещё продолжала повторно… объяснять дочери.

— Да, да, да, именно так. Она же лечит народными средствами и заговорами, снимает порчу и избавляет от венца безбрачия. Ну, и, кстати, всё такое… прочее, ещё и возвращает мужей… с полной и со стопроцентной гарантией, — подробно и понятно объяснила. Вера ж нахмурилась, но она быстро добавила. — Но нам же… это не нужно, пожалуйста, езжайте скорее, она обязательно поможет вам, если вы попросите, вновь стать сыночку здоровым, — молниеносно жестами объяснила тут же зятю, заряжая его уверенностью. — Лёша, ты кто, мотоциклист. Быстро заводи мотор и не теряйте… дорогое время, — Лёша… понимая всю серьёзность ситуации, быстро завёл мотоцикл. Жена с сынулькой удобно устроились в люльке, а мать, зачарованно глядя им вслед, провожала их взглядом, и молвила заветные слова. «С Богом!!!». На ходу зять, пытаясь сгладить и разрядить обстановку, не накаляя её, но отпуская… тронувшись с места… весело произнес.

— Ну всё, поехали, не переживайте, у нас есть шанс… мы скоро вернёмся от целительницы. Уже совсем-совсем, ещё часок… и у вас будет совсем здоровенький, весёленький богатырь, как будто бы ж и не было ничего… — тёща же, глядя на них с холодным разумом… не могла скрыть искру надежды. И тогда… она стала крестить мотоцикл три раза, отправляя их в дорогу, и задумавшись, громко произнесла.

— Ну, если это им действительно поможет… — с этими словами она держала в сердце маленькую искорку надежды, полагаясь на ее душевные силы и магию целительницы, способные исцелить всё. — Езжайте с Богом, дети, в добрый час, — произнесла бабушка Валя с надеждой. «Пусть здоровье будет с вами всегда, ведь я, чтобы… вам помочь, а не навредить, на здоровье своего же внука благословляю» Наташа стояла так скромно… и смотрела на них с огромным испугом и с большим нетерпением, думала, не сдержавшись, задала вопрос.

— Бабушка, к чему это всё? Куда ты их проводила? — она была единственной, кто, несмотря на тревогу, выражала спокойствие… да «Божью благодать…”. Усадив себя на уличную лавочку с деревянной спинкой за двором, и тихонько прислушивалась к своим внутренним ощущениям, она ж старалась успокоить своих перепуганных внучек.

— Да не волнуйся, милая внученька, не волнуйтесь мои детки… Я же волшебница!! — произнесла она мягко, ободряющим тоном. — Как же вы много значите для меня. Как луч надежды в небе голубом, как букет прекраснейших цветов. Даже если так сложилось… значит, так и должно быть… Целительница… сейчас оставит все свои дела и посвятит себя Коленьке. У неё же просто по определению, не может быть ничего важнее… — она говорила приятным голосом, каждое её слово было наполнено уверенностью и любовью. — Она ещё полна сил, здоровая, и подходит ко всем с открытым сердцем. Она хорошо лечит, всем помогает и делает то, что должна, только благие дела, и искренне любит своих внуков, а они… сильно любят её, — эти слова успокаивали, но тут же, рядом сидевшая с ней восьмилетняя внучка внезапно прервала её. Поглаживая серебристые её белые волосы и морщинистую щёку, внучка тихо вздохнув, улыбнулась и отозвалась.

— Бабуля… А она правда сможет его спасти? — в этом простом вопросе звучала беспокойная и трепетная любовь её же маленького сердца. — Почему же так долго нет их? А эта бабушка живёт… очень далеко или близко…? Да или нет… — с грустью и взволнованностью спросила Наташа… Тревога за жизнь любимого братика не покидала ее и Таню, и с каждой минутой сверлила им мозг, и копилась в душе, и становилась всё острее и всё взнузданней до времени их приезда. Бабушка внимательно смотрела на них, и на их… изучающие лица, и сердцем чувствовала… как беспокойство переполняет их маленькие сердца. Бабуля понимала, как сильно волнуются внучки за Коленьку, ведь они видели, как он плакал и сильно испугался. Обняв Наташу и Таню, она взяла их за ручки и попыталась успокоить, тихо спросила.

— Ну, вы же не хотели, что бы с Колей что-то случилось? Ну вот и всё, паденье неизбежно, назад не повернуть часы, — говорила так открыто, спокойно и ёмко. — Для вас… самый простой способ, — её слова, хоть и пыталась успокоить, накалялись в их душах, чувства и мысли её внучек путались, смешиваясь с тревогой и упоминанием о случившемся… На глазках снова закапали крупные слезы раскаяния укрывшись в объятиях бабушки, на подоле её юбки. Ища поддержки и утешения в ее объятиях, они зарыдали… выплескивая свои страхи и переживания. Прижимаясь к её плечу вдвоём… тихо затараторили.

— Бабулечка, пожалуйста, всё будет хорошо…? — она, чувствуя любовь и страх своих внучек… и чтобы не привлекать их внимания к себе, не поднимая глаз, крепко обняла, стараясь передать… тепло и уверенность. Неожиданно, как-то совсем глухо, продолжили вдвоём, почему-то наперебой. — Мы больше никогда не будем делать этого. Нам очень сильно захотелось с ним поиграть, но не подумали, какой ценой может достаться желаемое. И в итоге, эта игра уже не радует. Начиная с этого момента, будем очень осторожны. Господи… какими виноватыми, мы чувствуем себя перед своим маленьким братиком… — оправдывались внучки, ластясь к своей бабушке. Они понимали… что виноваты и боялись, что их накажут за братика. Но всё равно не побоялись открыто сказать правду. Они поступили честно и бабушка и родители это поняли, ведь повинную голову меч не сечёт. И боясь, что в них разочаруются они искали защиты, но, бабушка их уверила.

— Да, мои дорогие, всё будет хорошо. Я с вами, надежда есть и мы вместе преодолеем это. Парадоксально, но… когда вы думаете о чём-то слишком много или слишком долго и чем больше стремитесь подавить свои навязчивые мысли, тем больше они преследуют вас, всплывая на поверхность с неумолимой настойчивостью. Неплохо и идеальный вариант заключается в том… что вы можете сделать для себя — это принять как неоспоримый факт. Всё будет хорошо, стоит только подождать и перестать бесполезно расходовать драгоценные силы. Вы забываете, дорогие мои, что от меня же ничего не зависит, каким будет ваше наказание, но знайте, что вы не одиноки. Всё-таки никто не знает, будет ли что-то через час и будет ли оно вообще… — выглянувшая на шум мотоцикла, бабушка бросила взгляд на внучек. Они внимательно и испуганно посмотрели на бабушку, и умоляли ее о защите. Паниковали, взывали, горько умоляли и обе прощебетали.

— Просим вас, бабулечка, дорогая наша. Мы изрядно виноваты и каемся… перед братиком, что не уберегли его. О чём мы жалеем… больше всего, — при всей её сдержанной молчаливости, Валентина Николаевна казалась теперь порядочно взволнованной… видимо не могла удержаться от мыслей, которые неожиданно пришли ей: «Вот, они и едут, пусть бы уже всё кончилось», думала она и направилась к ним быстрым шагом, внучки тоже ускорили шаг вслед за ней, вдруг они подбежали, но им было очень страшно. А бабушка же… пытливо поглядела на дочку, зятя и внучка, и выдохнув, поглядывая на Колю.

— Вера, что с ним?.. — несколько встревоженно уточнила она и пытливо поглядела на зятя и дочку… Она понимала, что уж очень на маму похожа, трудно же пришлось… всё так, неожиданно случилось, пришлось и это пережить. Всё это было бы смешно… если бы не так было грустно. Вера посмотрела на свою мать и сокрушенно сказала.

— Мамочка, самый близкий человек, ты у нас большая умничка. Спасибо тебе, дорогая. Тепло и нежность, и любовь ты даришь нам. Ты, наверное, без нас очень соскучилась пока мы отсутствовали? — она посмотрела на неё… улыбнулась, вздохнула и огонь в её сердце зажгла, затем продолжила. — Произошел вывих в локтевом суставе. После того, как, целительница вправила вывих… по своей методике, Коленька свободно потянулся за игрушкой этой же ручкой и заснул… — проговорив это, очарованная дочка как бы вновь ощутила на себе наитие вещательного Духа и впала в тихую сосредоточенность, в ту, которой, никто из семьи не позволил себе прервать ни одним новым вопросом. Да и о чём было её ещё больше расспрашивать? Она же, успокоилась и понесла спящего маленького сыночка на руках в дом. Валентина Николаевна немного успокоившись, что её предложение, твёрдая вера в то, на что она надеялась, уверенность в реальности, что справится с этим заданием, …поддержала их в самой непростой ситуации. Всё обещанное ею… сбылось. Они приехали… но и в тоже время, ещё раз для полного убеждения, повернув голову, и глядя… в их сторону, попыталась вновь. Узнать же… исключительно об одном.

— Она точно сделала это очень хорошо или даже лучше? Ведь, не зря её называют… спасительницей… — лишний раз уточнила она.

— Ой, мамочка, именно так. Точно, точно, точно. Она ж сделала это… не просто правильно и хорошо, а отлично, ты понимаешь? Она сделала всё в наилучшем виде… Её… забота была в каждой детали. Она дала сыночку игрушечку сначала в эту же ручку, а затем… уже и в обе. Мы оба с удивлением посмотрели сначала на неё, а затем, на сынульку. Он уже забыл про свою боль и свободно владел ручкой, и, слёзки больше не тревожили его нежное личико. Впоследствии того, как лечение завершилось, она с улыбкой произнесла: «Коленька, это вечный двигатель, а ещё прыгатель, скакатель, крепко обниматель и нежно целователь. Он любит крепко обнимать не только: папу, маму и сестричек, но и бабушку… его особую любимую. Как и прежде, как же хорошо, всё так светло и радостно… Ведь в детстве же есть одна важная вещь… гордимся мы ими, вашими детками. Чтобы они стали достойными, хорошими и добрыми людьми… И тогда в вашей жизни снова будет звучать смех, радость и веселье» — она призналась им.

— Вы так глубоко понимаете мир детства. Заметила я, оценив с восхищением каждое сказанное слово адресуемые нашим детям, не выдержав стыдливо низких глаз. Ваша способность, видеть их души и чувствовать их сердца невероятна. Спасибо вам за это. В ответ же она бросила беглый взгляд на нас, и мы ж с искренностью в голосах от всего сердца выразили свою признательность за ее неоценимую и своевременную помощь. Уехали домой, полные счастья. …Флейта души играла мелодию только счастья, радость стала неотъемлемой частью нашего пути. Здорово… что она так чутко в этом разбирается и понимает детей, у неё есть уникальный дар. И, благодаря этому, в нашем доме вновь зазвучала гармония. Спасибо тебе… Господи, за всё то, что у меня есть и трижды спасибо тебе за то, чего у меня нет, — тихо вторила Вера, и, её ж слова звучали как молитва. Валентина Николаевна, со всей душевной искренностью, не скупясь, добавила.

— Мы всегда будем благодарны, как и благодарны небесам… за каждый прожитый момент, даже если он бывает… тяжёлым. Потому что только лишь через испытания мы понимаем, что поистине ценно в жизни. В такие непростые мгновения жизни… начинаешь особенно остро ценить, простое человеческое внимание и искреннее желание прийти на помощь, — размышляла она, глядя на внука с нежностью. — Это ж, очень важно для меня, её добрая искра, которая согревает сердце и поднимает дух. Я никогда не забуду, этот… её добрый жест по отношению ко мне и своему внучку. Пусть Господь благословит, и щедро вознаградит её и нашу семью, как благословляет и нас своей милостью, — она замолчала на мгновение, чувствуя ж, как в сердце растёт благодарность. В ней зародилась новая мудрость. — Милая, знаешь, когда мы благодарим Бога даже за отсутствующие благ, то к нам приходит особая мудрость, свет становится мил, а хлеб сладок. Я каждый день поднимаю свои руки к небу, произнося эту ж простую молитву: за то, что подарил мне ещё один день… прекрасной жизни на Земле. За то солнце… что светит над головами нашими. За мир… что существует без войны и конфликтов… За хлеб и воду, и за дОлги наши… Спасибо, Господи, — прошептала она. — Аминь! — бабушка нежно погладила внучек по головке… и ее теплая улыбка придавала им сил. Они тихонько направились к дому, но их опередил Алексей. Понимая тревогу детей, он начал говорить с ними, стараясь создать атмосферу радости, любви и уважения, чтобы успокоить их сердца.