печатная A5
803
16+
Уникальный мир семьи Бронте

Бесплатный фрагмент - Уникальный мир семьи Бронте

Часть III. Книга 1. Творчество семьи Бронте

Объем:
624 стр.
Текстовый блок:
бумага офсетная 80 г/м2, печать черно-белая
Возрастное ограничение:
16+
Формат:
145×205 мм
Обложка:
мягкая
Крепление:
клей
ISBN:
978-5-4483-4648-4

Творчество Бронте

Раннее творчество Бронте (Ювенилия)

До настоящего времени раннему творчеству сестер Бронте уделялось мало внимания — ранние новеллы, сочиненные сестрами Бронте и их братом, и записанные в самодельные миниатюрные книжки, в течение полутора столетий оставались в тени забвения. Их долгое время не печатали ни в Англии, ни в России, о них практически не упоминали в исследовательских работах о творчестве Бронте. Среди многочисленного потока исследований нет ни одного, посвященного подробному анализу ранних произведений сестер Бронте.


А между тем раннее творчество сестер Бронте является важным и неотъемлемым звеном в формировании их художественного стиля и творческих принципов. Это целый мир ярких и красочных образов, создаваемых буйным и неудержимым воображением юных Бронте. Мир, в который они погружались с огромнейшим наслаждением. «Мало кто поверит, что воображаемая радость может доставить столько счастья», — записала Шарлотта в своем дневнике.


Сестры Бронте начали писать рано. Первая дошедшая до нас рукопись Шарлотты Бронте «Была когда-то маленькая девочка» (англ. «There was once a little girl») датируется приблизительно 1826 годом. Эта рукопись представляет собой маленькую книгу, сделанную Шарлоттой Бронте для ее сестры Энн.

Рукопись первого дошедшего до нас произведения Шарлотты Бронте «Была когда-то маленькая девочка» /«There was once a little girl»

В 1827 — 1829 годах дети Бронте придумали несколько больших и малых пьес, которые послужили основой для их дальнейшего творчества.


В автобиографической заметке «История года» (англ. «The History of the Year») от 12 марта 1829 года Шарлотта описала возникновение пьесы «Молодые люди» (англ. «Young Men»), появившейся после того, как летом 1826 года отец сестер преподобный Патрик Бронте привез из Лидса (куда он отправился по своим приходским делам) ящик с набором деревянных солдатиков в подарок своему девятилетнему сыну Патрику Брэнуэллу (для дочерей отец также купил подарки — кегли — десятилетней Шарлотте, игрушечную деревню — восьмилетней Эмили, паяца — шестилетней Энн):


«В Лидсе папа купил Брэнуэллу деревянных солдатиков. Когда папа вернулся домой, была ночь, и мы уже спали. И вот утром Брэнуэлл пришел к нам с ящиком солдатиков. Мы с Эмили спрыгнули с кровати, я схватила одного и воскликнула: „Это герцог Веллингтон! Он будет герцог!“ Когда я сказала это, Эмили также взяла солдатика и сказала, пусть он будет ее; и Энн, когда спустилась, тоже сказала, что один пусть будет ее».


Из описываемой здесь пьесы «Молодые люди» в ближайшие годы разовьётся «африканская» сага.


«Африканская» сага Шарлотты и Брэнуэлла Бронте (включающая «ангриканский» цикл повестей и романов):

Композиция «африканской» саги в историческом аспекте

«Африканской» сагу Бронте можно назвать потому, что действие разворачивается в никогда не существовавших английских колониях в Африке, которая в юношеских сочинениях Бронте носит условный характер. Как пишет Валерия Флорова в своей статье, посвященной ангрианскому циклу Шарлотты Бронте: «В этой Африке особый климат и ландшафт, мало отличающиеся от английских; в этой Африке почти не стоит опасаться экзотических хищников, гуляя по местным вересковым пустошам; в этой Африке трудно заметить негритянское население, которое за ненадобностью вытеснено на периферию действия (за исключением, пожалуй, лишь принца Квоши Квамины)».


Действующими лицами «африканской» саги стали солдатики, получившие имена и роли в нескончаемой фантастической истории. Судьба остальных игрушек неизвестна (за исключением кеглей, изображавших туземцев, с которыми сражались герои).


«Африканская» сага писалась Шарлоттой Бронте в соавторстве с ее братом Патриком Брэнуэллом, который прорабатывал военную и частично политическую линии, а кроме того, отвечал за развитие некоторых характеров, в то время, как его сестра предпочитала светскую хронику и описание чувств. В период преподавания Шарлотты Бронте в роухедской школе (Шарлотта приступила к своим обязанностям с конца июля 1835 года и пробыла в школе до декабря 1838 года с небольшими отлучками в Хауорт на рождественские каникулы) Брэнуэлл периодически посылал ей письма-отчеты о проделанной в ее отсутствие работе над сагой, так что, возвращаясь домой, Шарлотта уже имела под рукой весь «фактический» фабульный материал: гражданские, политические, военные события в гущу которых она теперь вплетала свою линию: частную и общественную жизнь многочисленных персонажей саги.


Что касается младших сестер Шарлотты и Брэнуэлла, то они создали свою сагу, гондалскую, которая дала Эмили Бронте материал для ее романа «Грозовой перевал».


«Африканская» сага делится на три периода, условно обозначаемые как «гласстаунский», «вердополитанский» и «ангрианский». Ниже будет подробнее рассказано о каждом из них.


Первый период условно можно назвать «гласстаунским». К этому этапу можно причислить произведения, созданные в рамках «африканской саги» до 1830 года. В этот период двенадцать деревянных солдатиков — двенадцать искателей приключений (называемые также просто «Двенадцать») — основали в Африке, в устье Нигера, английские колонии и создали столицу, названную Стеклянным городоком (англ. Glasstown). Следует заметить, что первоначально созданный двенадцатью искателями приключений город имел название Туэлвстаун (англ. Twelvestown; дословно — «городок двенадцати»), и лишь немногим позднее он был переименован в Стеклянный городок (англ. Glasstown) или Великий Стеклянный городок (англ. Great Glasstown).


В повести «Двенадцать искателей приключений» (англ. «The twelve adventurers»), написанной в апреле 1829 года, тринадцатилетний автор описывает отплытие 74-орудийного корабля «Непобедимый», его крушение на западном побережье Африки, основание английской колонии и помощь могущественных джиннов в создании великолепного «Стеклянного городка»:


«Однажды вечером, когда все мы собрались в Палате Правосудия, Артур Уэллсли, в то время простой трубач, внезапно воскликнул, когда мы обсуждали нашу удачу:

— (…) Не лучше ли было бы немедленно послать в Англию, рассказать о новом мире, который мы открыли и о его богатствах; и не думаете ли вы, что нам пошлют армию?

Тут же поднялся Фрэнсис Стюарт и сказал:

— Молодой человек, думайте прежде чем сказать! Как нам послать в Англию? Кто тут достаточно вынослив, чтобы снова пересечь Атлантику? Разве вы не помните шторм, который вынес нас на берега Тринидада?

Артур Уэллсли ответил:

— (…) Я не столь безрассуден, чтобы предполагать, будто мы сами сумеем пересечь океан в том повреждённом и протекающем судне, каким мы располагаем, или что мы вовремя сумеем построить другое (…). Но в какой короткий срок мы построили город, где теперь находимся! Сколько потребовалось времени, чтобы воздвигнуть эту величественную Палату, в которой мы сейчас пребываем? Разве эти мраморные колонны и этот величественный купол построен не сверхчеловеческой силой? Если вы взглянете на город из этого готического окна и увидите утренние лучи, золотящие зубцы мощных башен и колонны великолепных дворцов, воздвигнутых в несколько месяцев, сможете ли вы усомниться в том, что при их создании применялась магия?

Здесь он остановился. Все мы были убеждены, что джинны помогли нам построить наш город. Он продолжал:

— Ну а если джинны построили наш город, разве они не помогут нам призвать наших соотечественников, чтобы защитить то, что они построили, от вражеских нападений?

Он снова прервался, поскольку крыша затряслась, а палата наполнилась дымом. Пол разверзся, и мы услышали голос, сказавший:

— Когда солнце покажется на востоке над лесами, все вы должны быть на границе гиблой пустыни, ибо если вы не придёте, я раздроблю вас на атомы».


Упоминание джиннов было обусловлено тем, что дети Бронте зачитывались сказками «Тысячи и одной ночи» и «Сказками джиннов» Джеймса Ридли. Среди джиннов, упоминаемых в юношеских произведениях Бронте, встречаются, к примеру, Дахнаш и Маймуна, имена которых взяты из «Повести о царе Шахрамате, сыне его Камар-аз-Замане и царевне Будур» из «Тысячи и одной ночи». В образах же четырех главных могущественных джиннов (или Верховных Духов) юные Бронте воплощали сами себя [Шарлотту звали «джинн Таллии» (Tallii), Брэнуэлла — «джинн Брэннии» (Brannii), Эмили — «джинн Эммии» (Emmii) и Энн — «джинн Эннии» (Annii)].


Лидером «Двенадцати» со временем стал Артур Уэллсли, герцог Веллингтон. Именно его Шарлотта сначала сделала центральным персонажем своей «африканской» саги.


Герцог Веллингтон как герой юношеских произведений Бронте является одновременно и историческим, и вымышленным лицом. В историческом аспекте это знаменитый английский полководец ирландского происхождения, победивший Наполеона при Ватерлоо. Мистер Бронте, будучи ирландцем, весьма гордился своим земляком и тем самым сделал его героем своей дочери Шарлотты, которая перенесла его в сагу, превратив в воображаемый литературный персонаж (реальный герцог Веллингтон никогда не бывал в Африке, и, разумеется, не попадал в те пикантные ситуации, в которых оказывался герой юной Шарлотты). По титульному имени герцога в юношеских произведениях Бронте позднее было названо переданное ему в управление королевство Веллингтонленд.

«Артур Адриан, маркиз Дуэро» /
«Arthur Adrian Marquis of Duoro». (Рисунок Шарлотты Бронте,15 октября 1833)

Сагический герцог Веллингтон довольно быстро отошел в тень, а на первый план выдвинулись его сыновья: старший, Артур Август Адриан Уэллсли, маркиз Дуэро (впоследствии он становится главным героем цикла, получает титул герцога Заморны и объявляется королём Ангрии); и младший, лорд Чарльз Альберт Флориан Уэллсли (впоследствии Чарльз Тауншенд или Таунсенд), который превращается в основного повествователя, от лица которого Шарлотта Бронте пишет большую часть своих вердополитанских и ангрианских историй.


Второй период условно именуют «вердополитанским». К этому этапу относятся произведения, созданные в рамках «африканской саги» с 1830 по 1834 год. В 1830 году Шарлотта переименовывает «Стеклянный городок» (англ. «Glasstown») или «Великий Стеклянный городок» (англ. «Great Glasstown») в «Верреополис» (греч. «Verreopolis») или «Вердополис» (греч. «Verdopolis»). В Вердополисе кипела жизнь, полная политических, литературных и любовных интриг. Здесь издавались журналы и выходили книги — написанные микроскопическим почерком и сшитые в крошечные тетрадки («чтобы солдатики и могли их читать»).


С этого момента английские колонии в Африке объединяются в единую Вердополитанскую Конфедерацию (или Вердополитанский Союз). Вердополитанская Конфедерация — это союз четырех монархических государств-колоний. Сюда входят следующие государства-колонии (королевства), получившие названия в честь своих королей-основателей: Веллингтонленд [(Wellington’s Land), впоследствии Сенегамбия] — расположенный на самом западе Конфедерации, управляемый героем Шарлотты герцогом Веллингтогом и репрезентирующий в бронтевском мире Ирландию; Пэррисленд [(Parry’s Land), названный в честь его основателя, короля Эдварда Пэрри — так звали солдатика Эмили)]; Россленд [(Ross’s Land), названный по имени капитана Джона Росса — основателя и правителя этой земли, изначально — солдатика Энн)] и Сничисленд [(Sneaky’s Land), названный в честь его основателя, короля Александра Сничи], который в мире Бронте репрезентирует Шотландию. Все эти государства — независимые королевства, однако их союз является республикой, управляемой союзным парламентом. Вердополис как самый старый город, заложенный еще первыми колонистами, так называемыми Двенадцатью, — [бывший «Стеклянный городок» (англ. «Glasstown») или «Великий Стеклянный городок» (англ. «Great Glasstown»)] провозглашается столицей Конфедерации.

«Карта Гласстаунского Союза» /«Map of Glasstown Federation». [Зарисовка цветными карандашами, выполненная
Патриком Брэнуэллом Бронте. Работа над зарисовкой продолжалась
с 15 декабря 1830 года по 7 мая 1831 года. Данная карта показывает разделение
придуманного юными Бронте «Стеклянного городка»
(«Glass Town»), расположенного по их замыслу
на восточном побережье Африки,
на четыре королевства, вошедшие позднее в состав
«Вердополитанской Конфедерации» или
«Вердополитанского Союза»: Веллингтонленд (Wellington’s Land),
Пэррисленд (Parry’s Land), Россленд (Ross’s Land),
Сничисленд (Sneaky’s Land). Карта также отображает
столицу Конфедерации — Великий Стеклянный городок (Great Glass Town)]

Вот как пишет о Вердополисе и его достопримечательностях сама Шарлотта Бронте в своем раннем романе «Найдёныш: Повесть из наших времен, написанная Капитаном Древом» (англ. «The Foundling: A Tale of our own Times. By Captain Tree»), написанном ею в 1833 году совместно с ее братом Патриком Брэнуэллом Бронте:


«Ни одна не сулила больше желанных поводов к действию, чем далекая от англичанина почти утопическая колония, основанная в Африке. Подобно новому Альбиону, вставала она под более синими небесами в более солнечном климате, населенная — по крайней мере так утверждали — человеческой расой, в корне отличной от всех других на земном шаре».


«Витрополь [Вердополис — Е. М.] лежал в устье широкой долины, обрамленной длинными низкими холмами, в окружении рощ и садов, виноградников, полей, лугов и так далее, и так далее. На заднем плане вставали горы, их синь почти сливалась с безбурным горизонтом. Вся местность представала сквозь мягкую туманную дымку, которая ничуть не портила, а лишь усиливала очарование этого земного рая».


«Тогда, повернувшись, он [главный герой романа Эдвард Сидни — Е. М.] зашагал упругой походкой юной надежды и вскоре, миновав охраняемые ворота, оказался на одной из главных улиц Витрополя. Она была в четверть мили шириной и представлялась бесконечной. Правую ее сторону полностью занимали роскошные лавки, без единого перерыва на жилой дом, вдоль левой тянулся целый квартал зданий, которые, судя по приятной общности архитектуры, составляли одно целое». Шарокая лестница вела к главному входу, в тени портика укрывались от полуденного солнца кучки хорошо одетых людей. Видны были и слуги — они переходили от одной группы к другой, разнося на серебряных подносах напитки и угощения. Колоссальное здание завершал исполинский купол, увенчанный соответствующих размеров мраморным львом. В огромной лапе зверь держал гигантский алый штандарт, чьи мощные складки тяжело колыхались от легкого бриза; когда же временами ветер стихал, то знамя неподвижно повисало в застывшем воздухе, и тогда на нем можно было прочесть надпись пылающими золотыми буквами «Отель Храбруна»».


А вот как в том же произведении Шарлотта Бронте пишет о людях, населявших Вердополис:


«Люд на улицах был самый разнообразный. По большей части его составляли высокие, разбойничьего вида мужчины, чья мускулистая стать и обветренные лица свидетельствовали о постоянном упражнении на открытом воздухе. Молодцеватые господа в армейских мундирах прохаживались между ними бравой походкой, свойственной людям военного звания. Иногда проносился во весь опор блистательный кавалерийский офицер. Имелось также сносное число фланирующих денди и франтов. Однако больше всего в этой пестрой толпе вниманием Сидни завладели крошечные образчики человеческого племени ростом в среднем около четырех футов; мужские представители оного носили черные треуголки, синие сюртуки, красные жилеты, украшенные большими белыми пуговицами, черные панталоны и белые чулки, а на ногах у каждого был один большой круглый деревянный башмак, что, впрочем, не мешало им передвигаться с поразительным проворством. Женский наряд состоял из синего платья, красной кофты, белого фартука и маленького белого чепца без оборки или иных украшений, с одною только узкою красною лентой. Башмаки у женщин были такие же, как у мужчин. Эти поразительные создания сидели в низеньких палатках, доверху набитых шерстяными носками и рукавицами, домотканными полотенцами и салфетками, яйцами, маслом, рыбой и тому подобным товаром. Каждого проходящего они окликали: «Ды мун, мальчук, сайк и кылюк», — а время от времени кто-нибудь из мужчин, оставшись без дела, принимался для забавы распевать следующие изысканные куплеты:

Эмалья у нас здырувенный телох,

Так упилась, что свылилась с нох;

Кыталась, вупила

Нойгами стучила,

Из кырмана достала клинох.


Ойна бы себя прыпарола нысквозь,

Но скруйтить и свяйзать мне ее удылось,

Тут она верещала

Фырчала, хрычала,

Но меня это не войлновало.


Тут ойна натянула пынцовый мантель,

Пытащилась и залегла в пыстель,

И дрыхла, пойкуда

Прибрали пойвсюду

И в бышке не рызвеялся хмель».

И, наконец, третим периодом является «ангрианский» этап — время образования новой колонии-государства, Ангрии. Ангрия (репрезентирующая в саге родное графство Бронте Йоркшир) становится пятым королевством, которое было присоединено к четырем основным королевствам Вердополитанской Конфедерации в 1834 году в ходе Завоевательной войны.


Ангрия — самое восточное королевство Конфедерации; она состоит из семи провинций. Ее столицей является город Адрианополис, названный в честь короля. История образования Ангрии, внешняя интервенция и гражданская война, реставрация монархии и постепенное восстановление государства — вот та фабульная основа, на которой строится сюжет ангрианских повестей и романов.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.