электронная
108
печатная A5
609
18+
Тёмных дел мастера

Бесплатный фрагмент - Тёмных дел мастера

Книга вторая

Объем:
382 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-0050-4487-7
электронная
от 108
печатная A5
от 609

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

ТЁМНЫХ ДЕЛ МАСТЕРА
(КНИГА ВТОРАЯ)

Алексей Берсерк — 2017 г.

От автора: в качестве небольшой преамбулы хотелось бы дать одно пояснение читателю. Дело в том, что в тексте намеренно использовалось вариативное употребление местоимения «вы» и «Вы» в зависимости от уровня уважения говорящего. При негативном, наигранном, формальном и тому подобных типах отношения между собеседниками это местоимение употреблялось с маленькой буквы. И, соответственно, при действительном уважении, а также страхе, подчинении и прочем — местоимение употреблялось с большой буквы. Так я пытался расширить понимание читателя в тех моментах, где говорящий на самом деле не уважает своего собеседника или, наоборот, относится к нему со всем почтением. А ещё таким образом я хотел передать тот уровень лицемерия, который продолжает увеличиваться в обществе магусов с ростом современных социокультурных отношений.

Краткий пересказ сюжета первой книги

Место действия — неспокойный мир активно развивающегося королевства Сентус, находящегося на стыке нескольких вековых культур развития человечества. Время действия — аналог сразу нескольких веков, сравнимых со смешанной историей позднего средневековья Европы, а так же эпохой Возрождения, Индустриальной революции — вплоть до частичных отсылок к девятнадцатому, двадцатому веку. Магия, присутствующая в этом мире с незапамятных времён, и широко развитая за пределами Сентуса в других странах, постепенно проникает и в само королевство. Бывшая достоянием только высших кругов знати, закрытая от народа, магическая наука впервые за сотни лет претерпевает большие изменения и становится общедоступной, хотя и за немалые деньги. Впрочем, эти реформы внедряются в общество с разной скоростью, и большинство людей только начинает постигать простейшие основы её использования. Однако, не смотря ни на что, сам дух нового порядка, хитроумно преподносимый государством как неизменное благо, всё же продолжает упорно и неотвратимо изменять жизнь практически всех прослоек его граждан.

География мира такова, что города королевства, раскинутые на его большой площади, всё ещё не тесно связаны друг с другом, из-за чего создаётся феномен «города-государства», с активно налаженными ресурсами магии и торговли внутри, но всё ещё устаревшей системой путешествий между большими населёнными пунктами снаружи. Благодаря этому в королевстве пока активно процветают сёла, деревни, хутора, аграрный промысел и зависящая от торговли портовая жизнь на главной реке Сентуса — Кальсте, а так же во Внутреннем море. Хотя изменения, пришедшие в страну с новыми реформами короля, уже активно дышат им в спину.

Главные герои книги — юноша по имени Альфред, обучавшийся в одной из новых школ магии, (впоследствии разрушенной) и похищенный из неё странной группой людей, использующих совершенно другие магические приёмы, сотрясающие саму реальность этого мира; и — стареющий наёмник-следопыт по имени Гортер, который, в силу определённых обстоятельств, был намеренно втянут королевским правительством в расследование этого дела. Оба они имеют негативное отношение к магии, но каждый по своим собственным причинам. И пока Альфред, так или иначе, переживает личностный кризис, спровоцированный похитившими его людьми, на деле оказавшимися особой группой колдунов, занимающимися настоящей магией, в альтернативу существующей; Гортер — становится единственным, кто смог отыскать их след, попутно ополчив против себя все королевские службы из-за своих особых инструментов — лука, диска и амулета. Хранимые в его семье веками, эти инструменты, созданные для борьбы с любой магией, позволили следопыту в какой-то момент раскрыть тайный замысел правительства по тотальному магическому контролю над всеми остальными наёмниками, привлечёнными к этому делу. А также понять, что политики решили просто убить одним выстрелом двух зайцев, стравив неугодные короне пережитки прошлого с группой самых опасных и неуловимых бандитов в истории.

Однако в дальнейшем Гортер находит в этом деле ещё и повод для личной мести, обнаружив в здании школы, что столкнулся со следами тех самых людей, которые когда-то спалили его родную деревню дотла и уничтожили всю его семью. По этой причине, сбежав из под опеки стражи он, преследуемый королевскими властями, но всегда остающийся на шаг впереди них не только благодаря своим инструментам, но и ещё благодаря своим охотничьим умениям — решает первым нагнать и покарать преступников. В то время, как Альфред истязаемый загадочным колдуном, относящимся к их числу, продолжает открывать для себя секреты настоящей магии, утрачивая свои былые иллюзии по поводу современного уклада жизни в стране, не говоря уже о фальшивой природе всего того, что современное правительство преподносит как «магию».

Карта Сентуса (центральные области)
Карта материка Первых Империй

Глава 1 (15)

Везде полным-полно людей, самозабвенно и наивно полагающих, что им понятно, как устроен этот мир с его причинно-следственными связями. Наука изо всех сил помогает им удерживать эту спасительную для душевного спокойствия иллюзию.

И. Губерман — «Книга странствий»

СВОБОДА!!! Она окружала Альфреда. Сидела в самом его нутре и вырывалась наружу, стоило ему только о чём-то подумать или что-то сделать. Могущество, несдержанность, радость и сила отныне правили бал в его душе, и парню казалось, что если он очень постарается, то сможет свершить всё, что пожелает! Однако быстрые и суровые действия Джаргула очень скоро отрезвили его, обрушив на ещё неокрепшие плечи молодого студента колючую боль от принадлежавшего чёрному колдуну подавляющего заклятия и подчинив его «на раз» своей, куда большей мощью. И всё же Альфред сопротивлялся ему. Изо всех своих новых сил он пытался порвать эту ужасную связь с болью, вырываясь из её оков с захлёбывающейся ненавистью, но проклятый чёрный колдун слишком хорошо знал своё дело, и вскоре Альфред находился уже в полном беспамятстве.

Очнулся он лишь тогда, когда услышал позади себя чьи-то грубые шаги и скрипучую половицу, отдающуюся им в такт словно по команде. Вскочив с места, он увидел, что сидит на старом заплёванном диване с разодранной в нескольких местах обивкой, а вокруг него уже нет никаких людей.

— Где я?.. — прошептал он и неуверенно схватился за голову, адресуя этот вопрос, скорее, самому себе.

— У меня на хате, выродок! — рыкнул ему знакомый голос, как всегда враждебный и злой. — Стоило же мне хлопот дотащить тебя сюда от самой площади!

Альфред ещё раз огляделся. Со всех четырёх сторон на него смотрели голые деревянные стены, покрытые пылью и завешанные покосившимися полками, на которых лежали какие-то свёртки бумаг, а между ними покоились старые карты и такая же старинная одежда. Посреди комнаты стоял стол, а позади того дивана, на котором он сидел, располагалось широкое окно.

— Ты живёшь тут что ли? — спросил первое, что пришло ему на ум, вялый возглас парня, который, похоже, ещё не до конца очнулся от своего болевого припадка, от чего тут же снова и повалился на спину. — Как я здесь очутился?

Посмотрев на него надменным взглядом, Джаргул немного сжал губы и заявил:

— Мда, похоже, сильно тебя шибануло. Ну, ты сам виноват! Захотел, мог бы уже давно скинуть с себя этот «плевок». Слушай, а ты случайно не мазохист?

В ответ на это на лице юноше мгновенно появилась злоба, и он подался вперёд.

— О, неплохо! Значит ещё живой! — злорадно заулыбался Джаргул.

— Что со мной произошло? Откуда это взялось? Это ты сделал?! — гневно запротестовал Альфред и встал с дивана на ноги, вспомнив про свой неудавшийся план убить чёрного колдуна.

— Ну-ну! Не зарывайся! — выпрямился в ответ Джаргул, из-за чего на парня прямо-таки пахнуло его силой, точно в воздухе только что просвистела гроза.

— Лучше сядь и сам подумай. Вспомни — чего ты сам на той площади только что учинил! — задорно произнёс чёрный колдун, сделав радостный акцент на последнем слове.

— Это не я, это… — принялся сразу спорить с ним Альфред, но оборвал себя на полуслове и растерянно сел на место.

Что-то не ладилось в его голове. Откуда-то он знал правду относительно того, что он делал и чувствовал в тот момент, и эта неуместная правда шла вразрез со всеми его представлениями о подобающем поведении, соблюдаемом в обществе, которые порядочный человек ни за что бы не смог нарушить. И не только это: в глубине сознания Альфред ощущал нечто странное, словно бы там поселился невидимый зверь, который не хотел больше мириться с его оплошностями, позволяя парню видеть себя в другом, более статном свете, именем которому было «собственное достоинство».

— Сними эту чёртову магию! — пригрозил своему похитителю Альфред. — Сейчас же!

— Сам сними, безмозглая твоя башка! — тем же тоном ответил ему Джаргул.

Тогда Альфред снова встал на ноги и сосредоточился на своих ощущениях. Ритмичным, но как всегда немного небрежным движением он машинально потянулся за лацкан своей мантии, чтобы достать палочку, но, вспомнив, как не так давно из его рук вырвался синий поток непонятной магии, вдруг остановил свою руку.

— Ну, и чего же ты ждешь? — ехидно подзадорил его чёрный колдун.

— Ты… Ты думаешь, я не смогу?! — злобно ответил ему Альфред вопросом на вопрос и резко выхватил свою палочку, направив её себе в шею.

— «Сиа локк», — произнёс он неустойчивым голосом простейшее заклинание «прерывания», но вслед за его голосом волшебная палочка парня вдруг завибрировала и с гулким хлопком взорвалась у него прямо в ладони, шикнув магической энергией и мгновенно обдав голую шею Альфреда электрическим ударом.

— А-а-р-р! — вскрикнул парень рычащим голосом и резко опустился от боли на колени.

— Ха-ха-ха-ха-ха! Бу-а-га-ха-ха! — во весь голос сразу же расхохотался тогда на это Джаргул, но тут же произнёс. — Попробуй ещё раз.

— Но у меня сломалась палочка… — растерянно и злобно отозвался ему с пола Альфред, зажимая повреждённую шею рукой.

— Ой, у меня взёрвалась пялочка, я тякой беспомёщный маленький магусик без своей маленькой пялочки, — нарочно передразнил его чёрный колдун издевательским голосом, после чего рявкнул так, что на всю комнату раздалось невесть откуда взявшееся эхо. — Давай! Сделай это или подохни от боли!

— Заткнись… Заткнись, ты, гад! — с нарастающей интонацией взвился в воздухе голос парня, стремясь поравняться с голосом самого Джаргула. — Это ты-ы! Это всё ты-ты-р-р! *А-А-А-Х-М-Р-Р!*

Задышав через рот шипящими высвистами, Альфред вдруг почувствовал, что в его груди забрезжило тепло, которое вскоре начало будто раздирать его тело изнутри и вырываться наружу. Этот жар был сладостным и горьким одновременно, но самое главное — он позволял парню снова взять под контроль свои мысли, ощутив себя хозяином положения, и лишь какая-то мелкая оплошность на его шее не давала Альфреду в тот момент покоя. «Он решил, что я ему не ровня, что никто ему не ровня! Магия-шмагия — думаешь, я не смогу? Думаешь, я не смогу победить тебя? А ВОТ ХРЕН ТЕБЕ!» — подкидывал Альфред в свою новую жаровню всё больше и больше яростных мыслей, пока, в конце концов, не взорвался на месте от вырвавшейся из его тела странной светящейся энергии, испепелившей это предательское пятно с корнем.

Повалившись на грязный пол, парень бесчувственно обмяк всем телом, но прежде чем Джаргул успел подойти к нему, снова подал признаки сознания. С трудом облокотившись на правую руку, он поднял глаза на чёрного колдуна и произнёс:

— Тебе никогда не покорить меня!.. Слышишь?! Я никогда не сдамся, сволочь!

В ответ на эти жалкие старания его похититель лишь ободряюще рассмеялся и снова сел на свой стул, положив ногу на ногу:

— Ишь, какой стойкий выискался! А ведь ещё пару тройку дней назад такой покорный был. Но не меня тебе надо проклинать, малец! Не я тебя сделал таким.

— Ты! Ты! — кряхтел на него с пола Альфред, медленно поднимаясь на колени и опираясь на спинку дивана.

— Твои глаза всё ещё застилает истинный гнев — это хорошо! — неожиданно спокойным и нравоучительным голосом продолжил говорить с ним чёрный колдун, признавая один из общепризнанных религиозных грехов как нечто хорошее. — Но это только пока. Пройдёт ещё немного времени, и ты научишься отделять правду от лжи, хорошее от плохого, и тогда сразу поймёшь — кто твой настоящий враг.

— И кто же-е?.. — саркастически протянул ему в ответ Альфред, пытаясь отдышаться. — До твоего нападения на нашу школу у меня вообще не было врагов!

— Вот как?! — угрожающе коротким звуком отсёк Джаргул и вскочил со стула на ноги, заставив парня на секунду испугаться. — Ну тогда скажи мне, какого чёрта ты торчал в той школе? Или, может быть, поступить туда — было твоим собственным желанием, заветной мечтой всей твоей жизни? Только предупреждаю: не ошибись со своим ответом и не лги. Хотя бы самому себе.

— Я… Я не обязан перед тобой отчитываться, изверг! — возопил Альфред, немного помешкав.

— Ну тогда ответь хоть сам для себя, — указал на него пальцем чёрный колдун, — чего ты на самом деле хотел от жизни, когда учился там. А потом реши, кто кроме тебя повлиял на твои решения, и чему ты, в конце концов, на самом деле покорился: своим истинным желаниям или желаниям других людей.

— Это тебя не касается, — злобно и понуро ответил ему парень, уставившись себе в ноги.

— Ты прав! — тут же парировал Джаргул. — Это касается только тебя! Но не похоже, чтобы ты сам волновался о своём благополучии или выбранном пути. Плывёшь как щепка по течению, а потом только и можешь что вопрошать: ктё же винёват в мо-оих бе-едах? Ох, хо-хох!

Альфред ещё раз злобно и обиженно посмотрел на своего похитителя. Однако он всё же не мог не признать, что в его сумбурных восклицаниях было здравое зерно. Когда-то такие мысли и в самом деле очень сильно донимали юношу, но со временем они не воплотились ни во что конкретное, так и оставшись лишь невысказанным очертанием его скрытого недовольства.

— Послушай, щенок, — грубо продолжал между тем Джаргул. — Таких, как ты, там, на улице, целая куча. А ещё больше их по всей стране и по всему миру. Их удел — быть пушечным мясом на подачках у правительства, а для того, чтобы не быть такими, как они — надо стараться. Каждую секунду. Точно так же, как каждую секунду живой твари надо стараться выживать, дышать, крутиться, трепыхаться, чтобы не быть съеденной! И хотя человек может гораздо больше, чем простая тварь из леса, но существует целая куча других факторов, которые хотят подчинить его себе, заставив чувствовать себя лишь винтиком в системе. И тогда такой человек направляет свою, данную ему свыше энергию не в то русло, понимаешь? Он служит другим, вместо того чтобы служить себе!

— Говоришь как какой-то юродивый проповедник на площади… — пробубнил в его сторону Альфред, но тут же получил хороший пинок от своего похитителя.

— Думай что хочешь! Но так ты хотя бы будешь иметь своё мнение! — злорадно улыбнулся ему чёрный колдун и шуточно поклонился.

— Пойду снова загляну на тот рынок. Впереди ждёт долгая дорога, а жратвы мало! Пойдёшь со мной? Уверен, там не все ещё успели рассмотреть твои фокусы!

В ответ на его откровенное ехидство Альфред только снова потёр свою больную шею и угрюмо промолчал.

— Ну, как хочешь, — отстранённо бросил ему Джаргул и, скрипнув дверью, на мгновение озарил прихожую дневным светом с улицы, после чего сразу же вышел, оставив парня наедине с внезапно повисшей тишиной его мрачного убежища.

«Даже не испугался снова из дома выйти, — тихонько подумал про себя Альфред и осторожно привстал с колен. — Совсем что ли не боится, что его стража может арестовать? Или им всем в этом городе всё равно?! Или ему самому тоже всё равно… Неужели он думает, что сможет справиться со всеми?» Прокравшись к двери, Альфред аккуратно спустился с трескучего пола на каменную плитку, которой была выложена прихожая, и прислонился к косяку, разглядывая ту часть улицы, что была видна ему в щёлку. «Нету вроде… Ушёл», — облегчённо подумал паренёк и расслабленно опёрся спиной на одну из стен в прихожей.

Повернув голову обратно в сторону комнаты, Альфред медленно поводил глазами по её захламленным углам, но не нашёл ничего ценного для себя. Тогда он решил порыться в комодах и ящиках Джаргула. Шмыгнув назад, он принялся открывать и закрывать их по очереди, в надежде найти нож, которым в случае чего мог бы защититься от своего похитителя или убить его. Однако, как оказалось, чёрный колдун и не думал хранить в своём доме такие простые вещи, как столовые приборы. Зато в распоряжении Альфреда оказались десятки бутылок, полусгнивших пергаментов и даже несколько пугающих коробок со странными символами на их поверхности. «Что это всё за барахло? — недоумевал про себя парень, пытаясь вскрыть очередной заклинивший шкафчик перед собой. — Неужели кому-то ещё нужен такой хлам? Он, что — скупает его по антикварным магазинам что ли?» Неожиданно плотно закрытая дверца шкафчика поддалась ему, и к ногам Альфреда вывалилась целая куча дурно пахнущей грязи и пыли, среди которой лежали какие-то экзотические фигурки и талисманы. «А, чёрт! — завалился с колен парень и впечатался рукой в этот мусор. — Фуф! Что за дрянь он здесь хранит?» Обтерев ладони о штаны, Альфред поднялся на ноги и взял со стола какую-то задубевшую от времени тряпку, чтобы замести ею всё на место. И лишь спустя несколько секунд он с ужасом понял, что это была никакая не тряпка, а самая настоящая человеческая кожа, испещрённая кровавыми надписями и рисунками. «Да что, твою мать, здесь творится?!» — испуганно проорал тогда Альфред во всё горло и запустил свою кошмарную находку в угол комнаты.

Решив больше никогда ничего здесь не трогать, парень устало отошёл обратно к дивану и посмотрел в окно. Сейчас Альфред вполне мог сорваться с места и убежать, спрятавшись от Джаргула в каком-нибудь подвале этого города, где бы никто и никогда его не нашёл, но после того, что случилось с ним на ярмарочной площади, он просто не мог оставить своего похитителя, не получив от него хоть каких-то ответов. Нельзя было сказать, что страх Альфреда больше не имел над ним власти, но однажды прикоснувшись к необъяснимому, он всё больше и больше отдалялся сейчас от него, и теперь его страх был не более чем эмоцией, которая не могла больше сдерживать парня на месте, ежесекундно вступая в бой с другими его эмоциями, такими как любопытство и прозорливость.

Размышляя об этом, юноша почти не замечал, как летит время, но вдруг на краю его зрения что-то блеснуло, и Альфред оторвался от своих мыслей, обратив внимание в сторону стола. «Нож! — обрадовался он долгожданной находке и тут же схватил его. — Наверное, лежал под той омерзительной кожей… Брр!»

— А-а, грёбаная погода опять начинает портиться… Хо, ты тут ещё! — громко рыкнул Альфреду с порога внезапно ввалившийся в дом Джаргул, после того как повозился немного в прихожей.

— Что… это… за… магия? — разделяя слова, гневно проговорил сквозь зубы парень и направился к чёрному колдуну, пытаясь скрыть свои настоящие мотивы узнать необходимые ему ответы за выставленным вперёд лезвием ножа.

— И что? Ты хочешь просто взять и прирезать меня этой тупой железякой? Ха! — со всей силы дыхнул ему в лицо чёрный колдун вместе с последними словами и окатил Альфреда с ног до головы своим только что обретённым перегаром. Запах оказался настолько сильный, что парень даже отпрянул, закрыв рукавом нос.

— Ты омерзителен! — прошипел на него Альфред.

— …И неповторим, спасибо! — иронично поблагодарил его Джаргул и, поставив свой заметно потяжелевший мешок на пол, спокойно прошёл мимо парня, чтобы плюхнуться на диван.

— Вы, жалкие ублюдки, колдующие направо и налево, — самые паршивые люди на свете. Но раз уж у тебя получилось чего-то там шваркнуть на площади, а потом содрать с шеи мою метку (Альфреда передёрнуло от внезапной догадки, когда чёрный колдун произнёс эти слова), то так и быть — расскажу тебе кой-чё.

Причмокнув, Джаргул со всей серьёзностью продолжил, закинув ногу на ногу:

— Как ты думаешь, щенок, откуда пошла магия среди людей?

— Магию даровали людям боги. Это свойство человека — искать и находить возможности использовать природу для своих нужд, — кратко изложил ему Альфред.

— Та-ак, — протянул лысый колдун, — что в книжках написано, ты вроде знаешь хорошо. А с чего всё начиналось, знаешь?

Пытаясь уловить подвох в его вопросе, Альфред не нашёл ничего лучше, чем ответить ему прямо:

— Я знаю то, что это правильно! Так написано во всех источниках «Первой Эры Магии». Заклинания и их формулы родились сами собой, через исследования, и лишь потом стали уделом многих. Первые мудрецы магии дарили людям свои величайшие заклинания, позволявшие направлять её и извлекать. А обучать других стали намного позже, в эпоху завоеваний. И лишь с реформами третьей эпохи магия…

Альфред на секунду прервался и заметил, как внимательно слушает его Джаргул, после чего с выдохом добавил:

— …Стала доступна каждому!

— Браво! — зарокотал чёрный колдун. — Ответ так себе, не на высший бал, но ошибок ты вроде никаких в своём изложении событий не сделал! Теперь ты можешь успокоиться и идти дальше работать на свою никчёмную работёнку.

— Я не понимаю, что здесь такого?! — не на шутку рассвирепел Альфред. — Это же правда!

— Правда для кого? — презрительно дёрнул головой Джаргул. — Для тех, кто пишет? Или для тех, кто сочиняет? Ведь ещё пятьдесят лет назад эти события трактовали немного иначе, и магия считалась порождением социальных переворотов, а ещё сто лет назад — люди вообще об истории не думали, сражаясь с тогдашними врагами этой страны и расширяя её границы не мечом, так пером.

Альфред отпрянул в сторону.

— Твоя проблема в том, — продолжал говорить его похититель, — что ты не можешь рассматривать события в контексте времени, обращаясь и в прошлое, и в будущее. Век человеческий — слишком короток, а слово его — не надёжно, и именно поэтому ты должен сам искать свою, как ты говоришь, «правду», потому что от этого зависит многое, если тебе действительно есть дело до тех или иных событий.

— Как ты можешь отрицать такие очевидные вещи, как история магии?! — возмущённо заявил Алфьред и всплеснул руками.

— А как ты можешь так легко верить в то, что предлагает тебе кто-то другой? — вкрадчиво ответил ему вопросом на вопрос Джаргул. — Или тебе мозги нужны только для украшения? Так послушай меня: думать и анализировать — есть основная особенность человека. И хотя стадное чувство в нём тоже развито сверх меры, но именно думающие всегда добивались высот в жизни.

— …Не станешь же ты утверждать, что настоящей правды нет? — подвёл после недолгой паузы итог его словам Альфред.

— Есть, конечно, — сходу ответил ему чёрный колдун, — но вот только нет одной универсальной правды для всего, что существует вокруг тебя.

— Это невозможно! Магические науки и государственные законы Сентуса учат, что правда в любой науке может быть только одна! А остальное — ложь!

— И ты в это веришь? — задал спокойный вопрос Джаргул, изобразив на своём лице холодное беспристрастие, словно ожидая, что же ответит ему молодой паренёк напротив.

— Ну, я… — начал, было, Альфред, но тут же прервал сам себя и замялся.

— Э-э, нет, щенок, так не годится! — раздражённо заявил ему чёрный колдун и быстро подался вперёд, чтобы обратить на себя внимание парня. — Как говорилось когда-то, «боги войны ненавидят колеблющихся»! Так что говори живо: веришь или нет? И не вздумай сменить тему!

— Верю, наверное… — всё так же нерешительно выдавил из себя Альфред, насторожившись от неожиданных действий Джаргула.

— А если у какого-нибудь конкретного предмета или иной «формы состояния» в будущем откроется другое свойство? Или внезапно всплывёт неизвестный факт, существовавший до сих пор, но о котором люди не знали и даже не догадывались? Тогда тоже скажешь, что правда может быть только одна?

— Ну, нет, — по-детски изменчиво открестился от своих недавних доводов Альфред, — тогда правда дополнится.

— А если через сто лет этот дополнительный факт окажется ложью? — ещё более хитрым голосом принялся терзать его своими вопросами чёрный колдун.

Паренёк вконец запутался в своих мыслях. Но неумолимый голос Джаргула продолжал летать над его ушами:

— И все эти сто лет люди будут уверены, что знают правду. Одну единственную и неповторимую. А всё, что будет отличаться от этой доктрины — они будут порицать и сжигать в огне. Пока какой-нибудь вшивый учёный или политик не скажет, «а, да эти различия не так существенны, в конце концов, давайте просто забьем на них!»

— Тогда, по твоим словам, можно подумать, что возможности понять правду и вовсе не существует! — понуро заключил Альфред и посмотрел на Джаргула исподлобья.

— Как же, существует! И ещё как! — твёрдо ответил ему чёрный колдун и улыбнулся во весь рот, обнажив свои хищные зубы. — Просто любая истина многогранна.

Понять что-то для человека — это значит понять свою собственную грань от одной общей правды для всего мира, состоящей из множества таких граней. А в этот момент кто-то другой увидит и поймёт другую грань от той же самой правды, которая будет скрыта для первого. А третий может понять обе эти грани, но пропустит в своих наблюдениях третью грань, понимаешь? А какое-нибудь животное — так вообще всю жизнь будет воспринимать четвёртую грань этой правды, которой никогда не понять людям. Поэтому истина вещей настолько же непостижима, насколько и многогранна. Ты всю жизнь можешь искать и осмысливать разные грани одной вещи, но никогда не сможешь понять их все. Такое подвластно только создателям этой вещи — богам. Это одно из их поганых правил. Причём истинным богам, прошу заметить.

— А если я тоже создам что-нибудь? — осторожно поинтересовался Альфред.

— А ты уверен, что действительно сможешь создать что-нибудь сам в этой жизни? — надменно и многозначительно переспросил у него чёрный колдун. — Или ты будешь создавать это из того, что уже имеется у тебя под рукой? Ведь даже женщина не может зачать и выносить ребёнка из ничего! Чего уж говорить о твоих куличиках из песка… Боги, крысёныш, они, паскуды, знали своё дело, когда создавали этот мир!.. Однако никто и никогда не сможет помешать тебе продолжать познавать столько граней от общей истины, сколько вообще сможет вместиться в твою черепушку. И свергнуть столько чужих законов, сколько сможешь…

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 108
печатная A5
от 609