Бесплатный фрагмент - Timeless

Внимание!

Данная книга не содержит никаких оскорблений кого-либо или чего-либо. Также не содержит никакого экстремизма или призывов к чему-либо. Не несёт в себе ничего противозаконного.

Книга лишь отображает происходящее в жизни.

Для кого существуют счастье и несчастье, если все аспекты «индивидуального восприятия» были переданы бесконечной вереницей обстоятельств?

Генетические особенности поведения, внешние обстоятельства разве имеют отношение к кому-то, если они имеют место без какого-либо выбора?

Когда вся информация смешивалась, передавалась, влияла, является ли она чьей-то, если в этом участвует весь мир?

Разве информация не является всего лишь информацией, когда «я» существует до возникновения мысли и остаётся существовать после исчезновения таковой?

Пока «вы пытаетесь что-то сделать», ваше истинное «я» всегда пребывает в покое и удовлетворении.

Посвящается моей маме и всей нашей семье

Часть I «Я есмь»

1

Ну что, какая тебе разница, если тебе это не надо? Ну, происходит что-то интересное, конечно, но ты ведь только любишь болтать об этом — никакого смысла. Сам делай… Ах да, не твоя тропинка. Времени-то уже никакого у тебя нет, а тебе это особо и не надо было никогда. Ничего не получится, не в этот раз… Не твоё это, не твоё, не про тебя.

«Семён! А ну, вставай быстро, будильник уж давно прозвонил, я тебя добудиться никак не могу. Время-то уже без пятнадцати восемь, в школу опоздаешь!» — звучал голос в голове Семёна.

«Что такое, что происходит?» — подумал спросонья Сёма.

Он сел на кровати и посмотрел по сторонам.

«О, это что такое? Картинка прямо как настоящая. И кровать всё та же, на которой я…» — на полуслове Семён замер.

Он понял, что находится в квартире, в которой жил когда-то с мамой и сестрой, когда ещё был ребёнком и учился в школе.

«Ну ты что, застыл? В школу опоздаешь!» — смотря на брата в упор, умоляюще повторяла Мария.

«О, и эта тоже как настоящая. Почему-то неудивительно всё это… Наверное, опять во сне. Как-то очень всё это похоже на сон, только вот уж больно реальный», — сам себе под нос бормотал Сёма.

Семён встал с кровати и пошёл в ванную комнату. Там он посмотрел на себя в зеркало и побледнел. В зеркале почти пятидесятилетний мужик увидел мальчика лет десяти-одиннадцати, которым он и был когда-то.

«Это как?» — не открывая рта, произнёс Семён. Он продолжил:

«Я, конечно, мечтал когда-то вернуться вот так в детство и переиграть всё по-новой. Пожить хоть, дерьма не творить. Стремился, вон, медитировал…»

Тут он припомнил, что накануне этого, так называемого «реального сна», он без перерыва несколько часов медитировал, находясь в своей квартире с мамой в 2020 году. Это, конечно, уже совсем не та квартира, в которой он очнулся сейчас — и, судя по его новому-старому возрасту, в совершенно другом времени!

Он потёр глаза и руки. Внимательно посмотрел на предметы: во сне-то они изменяются. Во сне они не такие уж конкретные, там всё постоянно меняется.

«Что-то как-то не похоже на сон. И что? Такое возможно? Ну, хотел переиграть свою жизнь, ну мечтал сделать её чище, прожить как надо. Вот вам, пожалуйста… Ну ладно, посмотрим, что там ещё будет», — проговорив всё это вслух, Семён быстро умылся, оделся и побежал в школу.

2

Как только Сёмка выбежал на улицу, он тут же увидел заходящего за угол дома своего соседа и друга-одноклассника Вениамина Пяточкина. Ребята ласково называли его Веней, а иногда и Веником.

«Во, и этот такой же молодой и кудрявый», — подумал Сёмка и произнёс своё великолепное приветствие другу:

— Здоров, дружище и пастырь коров!

— Здоров-здоров, — ответил Веня.

— На дворе-то осень. А число сегодня какое? — спросил у Вени Семён.

— Тринадцатое, — ответил Вениамин.

— Тринадцатое чего? Год тоже не забудь добавить, — продолжал Сёма.

— Ты что, накурился, что ли, с утра? Что-то тебя штормит немного, — сказал Веня.

Веня продолжил:

— Да октябрь на дворе, восемьдесят третьего…

«О, так мне через два дня одиннадцать стукнет, что ли?» — подумал вслух Семён.

— Ну, наверное, не тридцать восемь, — посмеявшись, сказал Веня.

— Стало быть, мы учимся в четвёртом классе, в четвёртом «Д», — продолжал Сёма.

— Ой-ой-ой-ой-ой-ой-ой… А ты уже решил, что хорош тебе учиться, заканчивать пора? — баловался Веня.

— Нет, конечно, мне-то не пора, но вот ты… — ответил Семён.

Далее, будучи уже в своём классе, ребята продолжили беседу.

— А что я, что это я? — канючил Сёме Веня.

— На второй год в пятом классе будешь два раза оставаться, так и пойдёшь потом в каблуху, нифига не доучившись в школе, — ответил Семён.

— Откуда ты это взял? Если я плохо понимаю уроки, так надо мной потешаться теперь можно, можно про меня теперь всякое придумывать? — обиделся Веня.

— Да не, не, не дрейфь. Ты потом в каблухе всё наверстаешь, — ответил Вене Семён.

Семён продолжил:

— А что это, пионеров у нас нет?

— Откуда им быть-то, учебный год только начался, первых отличников примут, — ответил Вениамин.

«Ах, ну да, меня же на втором круге примут. Я же ещё обиделся тогда на этих приёмщиков. Но потом так гордился своим галстуком и значком, так гордился… Я — пионер!» — с восхищением подумал Сёма.

3

Голь на выдумки хитра.

Начался урок. Семён подумал:

«Как же я буду учиться, если нифига ничего не помню… Сколько раз мне снилось, что я хожу в школу, а не учусь там. Ничего не делаю. И такое чувство вины, недоделанности. Нехорошее чувство. А ещё снится, что будто бы давно не ходил в школу, много лет уже, но потом вдруг припёрся — и что и как… На меня там, наверное, смотрят как на дурака какого-то… Муть сплошная. Вот тебе сон в руку.

Хорошо, хоть русский и литература в начале дня идёт, тут-то я как-то проканаю потихоньку. Но вообще, я же всего в четвёртом классе, поднатореть надо: вспомнить и учиться дальше. Не знай, сколько ещё все эти чудеса продлятся»

Сидел Семён на уроке и смотрел по сторонам. Тут он видел свою безответную любовь с первого класса — Машу — и подружку Лену, с которой он чуть позже будет бурно общаться на тему пионерлагеря «Морской», в котором впервые побывает после данного учебного года. Ну и, конечно же, Наташку, с которой он сидел, сидит за одной, последней партой в среднем ряду.

Как-то у Сёмы неплохо прошло на своём первом-непервом уроке до конца учебного дня. Даже Венику давал списать по-старинке.

Сёма, было, собрался с Веней домой, но Веня напомнил ему, что он же в продлёнке, а вечером за ним придёт мама.

— Иди, уроки решай, — посмеялся Веня.

— Я-то решу, а ты завтра опять будешь канючить, чтобы тебе дать списать, — ответил ему Сёма.

Вообще, в школе учителя приучились выуживать списанное. Они это обнаруживали по полной схожести материала в тетрадях предполагаемых списывающих и тех, кто давал списывать. Когда же злодеи были найдены, то двойка ставилась автоматически обоим. Ну, гениальные существа! Таким образом, Сёма из-за Вениамина пару раз попадал на пару. А у сморчков-то смекалка тоже весело торчит! Наши друзья приучились к тому, чтобы Веня списывал не очень точно. Он переставлял местами данные, где их можно было переставить. Слова писал приблизительно похожие, но не именно те, которые были написаны у Семёна. Путал следы — одним словом.

А-а-а-а-а, тут ещё и заветный абонемент на ранние детские фильмы в кинотеатр «Самара» наконец-то выдали Сёме. Как он когда-то очень любил подобные мероприятия!

«Ленка тоже в продлёнке, поболтать можно. Но вначале нужно постараться старыми мозгами домашнюю работу сделать», — подумал Семён.

Как ни странно, но всё было сделано довольно чисто и быстро.

Да… Не зря уже давно Семён считал, что всё-таки напрасно он себе так долго не доверял. Он всегда был большем, чем о себе думал.

Вскоре за Сёмой пришла тогда ещё молодая, красивая мама, и они пошли домой.

4

Раз вечером зашёл Сёма к Вене в гости. Его мама готовила требуху.

— А вы знаете, почему у Вени частое несварение желудка происходит? — спросил у Вениной мамы Семён.

— Нет. Он полстакана разбавленной марганцовки выпьет, и ему лучше становится, — ответила Венина мама.

— Возможно, эта еда ему совсем не подходит, — сказал Сёмка, указывая на требуху.

Сёма продолжил:

— Ему нужно нормальное, сбалансированное питание с витаминами и аминокислотами. Возможно, от этого также зависит его успеваемость в школе. Мозгу нужны витамины группы B, а также витамины E и C. Нужно его рыбой кормить, преимущественно красной и жирной. Вы слышали про необходимость в рыбьем жире? Слышали, что его рекомендуют регулярно давать детям для хорошего здоровья и успеваемости в школе? — заканчивая свои рекомендации, спросил у Вениной мамы Семён.

— Откуда ты всего этого набрался? — мама Вени, не ответив на вопрос, спросила Семёна.

— «Науку и жизнь» читаю. Там так много интересного пишут. Помимо всего прочего, о всяких передовых научных разработках тоже, — ответил Семён.

Семён зашёл в комнату Вени. Веня сильно «потел» над математикой. Сёма взялся ему помогать, предварительно пригрозив тем, что, если Веня не возьмётся серьёзно за ум, он перестанет помогать ему со школой и больше станет помогать Максиму Медведкову, который также учился в их классе и жил в том же подъезде, что и наши друзья.

Решив простые задачки, Сёма начал свой рассказ:

— Дорогой друг! Разве это математика… Вот здесь математика, — Сёма указал пальцем в грудь.

— Здесь настоящие уравнения, самая высшая математика, — торжественно произнёс Семён.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Веня.

— Сознанием жить надо. Всё ведь есть Сознание, кроме него нет ничего. Внутри так называемого «тебя» и «меня» (Сёма сымпровизировал пальцами кавычки), существует Вселенная. Вся жизнь существует внутри. Все эти люди и школы, мамы и папы, уроки, коньки и природа, хорошее и плохое. Даже этот разговор присутствует лишь в виде обычных мыслей в уме. Всё — это просто энергия. Просто информация. Она может быть изложена в виде математических уравнений, — ответил Сёма.

— Даже летящие голуби? — трепетно спросил Веня.

— Конечно, — спокойно ответил Сёма.

— А рождение ребёнка? — опять спросил Веня.

— Да-да, и смерть тоже, — ответил Семён.

— А любовь? — задумчиво спросил Веня.

— Да, любовь тоже, — улыбнувшись, ответил Сёма.

Так они сидели вдвоём и рассуждали о Сознании.

5

Семён решил, что не будет он больше помогать Максиму с уроками — лучше он будет поддерживать Веню как самого близкого своего друга.

Этот Максим, в той версии событий, очень зазнавшийся был, хотя Семён постоянно заходил к нему и подтягивал его, особенно по математике. А этот «друг» впоследствии наплевал на Сёму. Хотя Семён и писал ему в «Одноклассниках», а этот товарищ даже и усом не повёл, совсем никак Семёну не ответил. Вроде как успешным стал. Возможно, эта его успешность как раз и зависела от постоянных походов к нему и помощи Сёмы. То ли из-за стереотипного отношения к Семёну, то ли просто из-за зазнайства Максим перестал воспринимать Сёмку вообще. Так Семён и Максим перестали дружить.

Семён посчитал, что раз уж такая перезагрузка пошла, так уж всё надо делать правильно и со всеми, а не только для себя жизнь вылаживать. Вот и стал он теперь помогать Вене, так как ему эта помощь была просто необходима, но перестал дружить с Максимом, раз уж он способен на успешность, стало быть, ему помощь и не требуется.

Маша, сестра Семёна, к тому времени Сёме в уроках совсем не помогала. Так как Сёмка и сам стал «с усам» (стал способным учиться самостоятельно), да к тому же Мария вышла замуж и носила в своём животе ляльку, которую впоследствии Семён качал и иногда сидел с ней, он сам стал способным кому-то помогать. Иногда Семён ходил на молочную кухню за питанием для ляльки. Иногда они ходили туда вместе с Веней, а иногда — с младшим братом Максима, Егором. У Максима и Егора к этому времени родилась сестрёнка, и Егору также приходилось ходить на молочную кухню за питанием для неё.

Егор радикально отличался от Максима. Он никогда не зазнавался и никогда ни на кого не обижался. Доброй душищи человечек! Так Семён и порешил, что будет общаться только с теми, кому действительно его общество нужно и с кем стоит общаться вообще.

6

В один прекрасный солнечный день Сёма с Егором шли на молочную кухню.

— А ты сам-то хорош! — начал беседу Семён.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Егор.

— В будущем ты неплохо устроишься. Вероятно, благодаря своим человеческим качествам, да и учишься хорошо, — ответил Семён.

— И кем же я, по-твоему, стану? — посмеиваясь, спросил Егор.

— Да вроде как директором одной успешной компании, — ответил ему Сёма.

— Откуда ты это взял? Фантазируешь, парниша, — опять посмеялся Егор.

— Никаких фантазий, дружище. Просто исхожу из высокой вероятности происходящего, которая и даст свои плоды.

Так получается, что некоторые люди, которые заслуживают в жизни меньше, чем другие, но больше других незаслуженно имеют, а те другие, в свою очередь, ничего не имеют, но должны были бы иметь, — дальше говорил Семён.

— Сильно сказано! — снова поёрничал Егор.

Семён продолжал:

— Но тебя это никак не коснётся — твоя справедливость в норме. Вероятно, в жизни возможны такие обратные казусы, когда уж больно много неправильного происходит. Тогда Вселенная и преподносит для всех всякие исправления. Такая Эволюция!

— И что? Вселенная всех построит, что ли? Или с ног на голову нехороших перевернёт? — продолжал ёрничать Егор.

— Нет, дружище. Возможно, для этого потребуется лишь один человек. Вернее, где-то ты прав. Не сам этот человек, конечно, но… — ответил Сёма.

— И как это один-единственный человечек способен восстановить справедливость на всей планете? — уже серьёзнее стал вопрошать Егор.

— Да просто. Вот вернётся в прошлое из будущего один-единственный феномен, который, в свою очередь, является порождением всё тех же событий в той же связке, и переиграет всё по-новой. Внесёт «свои» изменения, и всё пойдёт уже по другой дорожке развития.

Всё ведь исходит из законов физики. Во всей Вселенной, включая и нашу планету, соответственно, и всё человеческое общество, в безличном виде присутствует закон причин и следствий. Все объекты во Вселенной и есть звенья причинно-следственной цепи. Вот ты, например, какое звено? — остановившись и повернувшись к Егору, спросил Егора Семён.

— Какое-такое… — пробормотал Егор.

— А такое-какое. Бестолковое! Всё дурака валять любезен, — ответил Сёмка.

Семён продолжил:

— Все процессы во всей Вселенной, включая все объекты, исходя из причинно-следственного закона, не появляются самостоятельно и самостоятельно не существуют. Таким же примерно образом вся причинно-следственная цепь влияет на каждое её звено. Каждое звено цепи является продуктом работы всей цепи.

7