электронная
90
печатная A5
281
18+
Территория РАС

Бесплатный фрагмент - Территория РАС

Защищённые от суетности

Объем:
60 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4483-4067-3
электронная
от 90
печатная A5
от 281

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Введение

Посвящается Илюше Урманову и другим маленьким бойцам, которые учат нас стойкости и креативности

Не только к страдающим аутизмом обращен опыт переосмысления наших педагогических констант.

Текущий этап общественного развития необычайно обострил противоречия между энтропийной ориентированностью самопозиционирования индивидов и социальных институций — и более сложными позициями жизнедеятельности (12).

Курс на «ванитас ванитатум» — суету сует — ныне поддерживает целую культуру лености и нелюбопытства, она всё агрессивнее в оправдании и в нападках на нелинейные, сложносочинённые контенты и явления (10).

Первичную проблематику существования детей с ограниченными возможностями здоровья усугубляет их дополнительная социальная дезинтеграция, связанная с особенностями неонатального сопровождения, занятости взрослых, темпоральной и мотивационной, социальная разобщённость поколений, — а также процессы урбанизации, духовной инфантилизации окружения и общественного мнения, объективизация детей с особыми потребностями.

Развивается и системная вторичная объективизация детей, страдающих РАС в силу акцентированности общественного договора толерантности (принятия) и интегрирующей субъектности, то есть развивающейся личностной самостоятельности, преимущественно в отношении к людям с видимыми проблемами в ущерб менее транспарантным трудностям, с содержанием которых меньше знакомит нас социальная культура, осмысление которых легче происходит умозрительно, нежели в непосредственном контакте, подстройке, оперативной, эмоциональной реакции. Тем легче исключить из развивающейся кооперации таких детей, что они настоятельно демонстрируют видимое стремление к изоляции, неготовность включаться в продуктивную, социально приемлемую деятельность, их бытовая и социальная беспомощность как будто диктует окружению предпочтительную для них нишу опекаемой жизнедеятельности и заведомо разрешает отказывать им в бытовой и социальной самостоятельности, активности, свободе волеизъявления неспецифическими для нас средствами.

Постоянно находящиеся рядом люди непрерывно испытывают воздействие существующей дезинтеграции на позиционирование дальнейшей работы с ребёнком. Формируется нередко стереотип «мануального» — навязываемого ему — «общения», когда взрослый привычно отказывает ребёнку в обосновании для него, мотивировании необходимых мероприятий из-за ощущения отсутствия у ребёнка потребности в осмыслении происходящего. Ребёнка подхватывают и несут, проделывают с ним привычные и необычные действия, подкрепляя свои установки на непреодолимость коммуникативных нарушений ребёнка и формируя у него нежелательные стандарты поведенческих реакций, а зачастую и искажённое мировоззрение. Бесполезно осуждать себя при этом, следует просто помнить, что предшествующим опытом и культурой, мы, как правило, «заточены» на относительно паритетные параметры коммуникативной активности, и наши привычки, представления, традиции всегда сохраняют своё влияние на наше поведение. Будем учитывать и напоминать об этом себе и остальным окружающим ребёнка людям.

Есть и другие тренды общественной традиции, общественного сознания, задающие стереотипы излишне опекающего, настоятельно навязывающего поведения взрослых, нередко с вовлечением других членов семьи в социально-ролевой патернализм.

Между тем как ведущей задачей адресного сопровождения детей с РАС, адекватно современным научным и социально-правовым представлениям, — это создание актуально резонирующей, интегрирующейся среды, в которой ребёнку комфортно и продуктивно можно будет выбирать, формировать, развивать приемлемые для него формы взаимодействия с внешним миром.

Профессор Стивен Шор в своих лекциях неоднократно подчёркивал правильность подхода к его развитию родителей, не пытавшихся привлекать ребёнка к стандартам своей жизнедеятельности, — а продвигавшихся вслед за сыном, помогая преодолеть отчуждение, коммуникативную дискомпетентность и социальный негативизм.

Глава 1
Интеграция созависимости

Мы неслучайно сразу же обращаемся к именно данному аспекту организации адресного сопровождения детей с расстройствами аутистического спектра, да и многих иных форм нарушения в развитии.

Эта проблема встаёт пред семьёй и ребёнком одной из первых — и преодолевать обнаружившие себя трудности необходимо максимально оперативно. Существуют объективные трудности, препятствия, но однозначной непреодолимости не наблюдается. Не всё удаётся, быть может, правильно купировать и в субъективной реализации, но вместо самоедства желательно продвигаться в направлении принятия ребёнка и самих себя, с доверием к жизни и вниманием к мелочам.

Иным детям достаётся информационный удар вины или незаслуженной кары, утраты, дефицитарности, ущербности, бесперспективности от родителей, ещё не успевших дождаться рождения ребёнка, в результате пренатальной диагностики.

У каждой семьи своя траектория борьбы, преодоления, переживаний и понимания ситуации. Но вместе с усталостью и отчаянием, сложным административным опытом её обескровливают негативные переживания и ожидания, искажающие их самооценку, самопозиционирование и социальные ожидания.

Формируется культура созависимости окружения ребёнка с ограниченными возможностями здоровья. Чувство вины, дополнительная микросоциальная инвалидизация детей, принятие пониженного социально-имущественного статуса семьи, закрепление вторичных выгод, незавершённые гештальт-мотивы поддерживают болезненные средовые институции и стандарты внутренней и внешней коммуникации.

Взрослые, культивирующие в сознании чувство вины, оправданное или надуманное, закрывают позитивные ресурсы семейного взаиморазвития, тем более действенно, что зачастую находятся в ситуации привычного утомления, нервного истощения, социальной депривации и чувство вины в этом случае поддерживается культурной традицией в формате общественных обязательств.

В таком контексте и ребёнку несложно перенять семейное самоедство и комплексы, тем более что он и осознаёт, и непосредственно ощущает, насколько связано с его особенностями качество жизнедеятельности и переживаний семьи.

В то же время ситуация обратима, если её целенаправленно рассредоточить и развернуть вспять. Даже внутренний монолог родителя с самим собой, ориентированный на позитивное принятие существующего положения, переосмысление и ремотивацию отношений в семье, что называется, «с открытыми глазами», — значительно разрешает если не внутренний конфликт, то текущее психоэмоциональное напряжение.

Имеет смысл и мысленное возвращение в предположительно причинную ситуацию с усилиями переиграть, переосмыслить свою вероятную вину или объективные детерминирующие обстоятельства. Различные авторы дают для этого свои определения и обоснования, но суть одна — человек даже самой попыткой разобраться в проблеме существенно обесценивает психотравмирующий фактор и демотивирующие механизмы социального диалога.

В то же время необходимо понимать, что определенные культурные перверсии будут время от времени возобновляться в силу синусоидальности социальных процессов и особенностей организации сложносочинённой общности, каковой является семейное или корпоративное окружение, и потому следует контролировать общественное мнение на предмет своевременной санации от подобных мотивов.

Особенно это относится к профессиональной деятельности специалистов, занятых в сопровождении детей с ограниченными возможностями здоровья, их семей, а также в смежных областях деятельности. Ведь если на рабочем месте специалисты редко позволяют себе недопустимые высказывания, то в интервью и в социальных сетях родители часто отмечают сомнительные сентенции, нарушающие их психоэмоциональное благополучие и отвращающие их от определенных специалистов и даже служб.

Да и прогнозирование развития детей как имеющих статус ограниченных возможностей здоровья, так и представляющих картину нормативного характера, ныне диагностически проблематично в связи с усложнением и нозологии, и организационных особенностей сопровождения детей, правового регулирования, экономической ситуации и демографической картины.

Следует знать, что в случаях долгоиграющих комплексов взаимной вины, ущербности, чувства бессилия и безнадёжности помогают обесценить негативные переживания и ожидания посредством совместных юмористических или проективных экскурсов, одномоментно переносящих участников на территорию доверия, благоприятствования, детскости.

Присутствие домашних животных неизменно благотворно воздействует на людей, делящих скорбные обстоятельства и переживания.

Глава 2
Цифровые варианты самоучителя для детей с РАС

Мы ставим на вторую позицию эту главу и потому, что её легче организовать сразу, хотя и, лишь периодически демонстрируя и комментируя ребёнку, — так как у ребёнка желательно не поддерживать псевдоохранительное стремление заместить более нагрузочный для него вариант коммуникации его технической ипостасью. Однако и совсем откладывать появление в жизни ребёнка этой важной стороны человеческого общения тоже нельзя, тем более что не исключено, что овладение речью всё же будет осуществлено, например вынужденно, посредством технических устройств. Или в силу того, что человек имеет право на такой выбор. Если же не обеспечить опосредованное, дозированное ознакомление детей, имеющих трудности в общении, с нашим цифровым инобытием, позднее родителям зачастую проще отложить гаджет-инициацию, тем более что сопротивляются и культурная традиция, и вполне оправданные опасения, и рутина, и истощаемость волевой регуляции семейного эмоционального капитала, являющегося, как мы знаем из школьных учебников, движущей силой поступков.

Складывается ощущение, что массированное появление в жизни человечества технических средств общения и обучения неслучайно синхронизируется с изменённым коммуникативным и дидактическим статусом детской популяции. Да и опыт личного становления многих взрослых при проблемно ориентированном анализе обнаруживает неоднозначную картину, настраивающую оптимистично в отношении преемственно перспективных ресурсов микросоциального окружения и аналитического осмысления.

Мы становимся готовыми принять проблему — и потому мы её обнаруживаем, вокруг себя и в своей генеалогии, и в истории, личной и культурно сообразной.

Так или иначе, но сегодня и технологическая среда обнаруживает готовность соответствовать изменившемуся запросу на поддержку дефицитарных коммуникативных и оперативно-познавательных ресурсов всё более значительной части социума.

Гаджет-цивилизация открывает пространство доступности и принятия субъектов разной степени социальной изоляции и самоизоляции.

Исключение непосредственной коммуникативной нагрузки в дидактическом пространстве ребёнка с аутистическим компонентом развития освобождает его для оперативных проб и произвольной регуляции деятельности.

Да и организация самого образовательного акта требует здесь и объективно оправданных, и индивидуально избирательных элементов, а также структурирующих мотивов.

Например, даже любая группа, любой класс при выполнении заинтересовавшей детей работы, например — изобразительного плана, проектной деятельности — стремится изменить темпоральный момент занятости, особенно — увеличить время на осмысление промежуточного и конечного результата, а также индивидуально прожить релаксацию достижения.

В группах и классах мы предоставляли детям возможность самим регулировать организацию и содержание творческой деятельности, открывая целую линейку самоорганизующихся процессов. Применительно же к детям с нарушение м общения подобный опыт особенно ценен и должен стать одним из ведущих принципов сотрудничества взрослых и детей.

Аккаунты в социальных сетях позволяют детям избирательно организовывать количество и время актуализации коммуникативных актов, получая необходимую информацию и социально привлекательные переживания в удобной для них форме, не усиливающей негативных настроений и ожиданий (11).

Видеокурсы для самообучения способствуют интерактивным действия м ребёнка в комфорт ном для него режиме, исключающем проявления дидактического негативизма. Здесь не показаны жесткие возрастные рамки или доступ к материалам «от достигнутого уровня». Педагоги, освоившие на практике картину разноуровневого освоения детьми учебного, познавательного или фантазийного материала, обычно более готовы предоставлять детям с аутистическими формами коммуникации одновременно и контенты, ориентированные на меньший возраст (для обеспечения менее развитых в настоящий момент социально-деятельностных компетенций), и соответствующие его паспортному возрасту (хотя, быть может, он и не демонстрирует ни интереса к таковому, ни видимых способностей), и перспективно значимые, отвечающие его возможному уровню компетентности, а также его праву на избирательное регулирование социально-образовательного диалога, ориентировки в образовательном пространстве и возможное интригующее воздействие каких-либо тем, алгоритмов, выразительных средств.

Появление дистанционного обучения с применением информационных технологий позволяет ребёнку войти в образовательную среду с дополнительным дистанцированием, в качестве зрителя, третьей стороны с возможностью произвольной актуализации учебных действий по образцу, замыслу, а также действию от противного.

Содержание дистанционных занятий может быть форматировано компактно, деликатно по отношению к участникам, передавать обучающую и эмоционально значимую информацию.

Грешно было бы упускать возможность опосредованного обучения детей с РАС через допуск их к наблюдению не только самих занятий, проводимых с другими детьми, что нередко бывает весьма результативно и комфортно для всех сторон. Видеозаписи реальных коррекционных занятий могут стать ещё более эффективным подобным ресурсом и одновременно ещё более приемлемым для детей с дискоммуникацией вследствие повышенной дистанцированности их от активно общающихся детей и взрослых, а также возможности самостоятельно регламентировать время свободного изучения опыта других людей и нагрузку. Не исключаем, что в таком режиме могут обнаружиться и неожиданные предпочтения детей относительно организации социально-образовательного процесса — например, ребёнок может пожелать более длительно наблюдать такое занятие или более дробно. Или возвращаться к записи дополнительно.

Предлагаем подчёркивать в работе с детьми ограниченность во времени социально-образовательной нагрузки, модулировать учебные действия с указанием темпоральных границ и ориентиров (11).

Заметив тут же, что по правовым и охранительным мотивам безопасности детей, участвующих в коррекционных занятиях с одновременной видеозаписью, естественно, с разрешения родителей, — необходимо организовывать и корригировать условия видеофиксации так, чтобы в результате изображения детей невозможно было бы использовать в недобросовестных целях и потенциально опасных мероприятиях.

В то же время не исключаем, в случае успешной дистанцированной интеграции наблюдающего ребёнка с РАС, — в социально-образовательное пространство или попытки личного контакта, — в дальнейшем возможно было бы организовать локальные эпизоды обмена личными сообщениями с перспективой регулярного сообщения.

Для детей с выраженным нарушением речи необходимо предоставить возможность самостоятельного пользования цифровыми образовательными и культурно-образовательными средствами, музейными путеводителями и экспозициями. Например, подборка сокровищ музея Прадо, как это часто теперь бывает, помимо текстового, голосового сопровождения, обеспечена ещё и сурдопереводом. Его особенность — усиленная передачи артикуляторных движений, что позволяет ребёнку самостоятельно располагать данными ресурсами и для самообучения, и для анализа вербальной моторики.


Глава 2

Средовое соответствие


Окружение должно с интересом и удовольствием выразительно и многообразно существовать, задавая тональность и позитивизм, постепенно привлекая и по возможности вовлекая ребёнка в стиль и круг активного благополучия.

Найти в себе эмоционального ребёнка для взрослого имеет смысл и ради собственного оздоровления, телесного и психоэмоционального, что, впрочем, тут же радиирует, распространяется на остальных членов семьи, видимо или скрыто. Обогащение ролей в микросоциальном диалоге также и познавательно, и оптимизирует средовое пространство.

Обогащение собственного стиля и пластического языка открывает ребёнку простор для выбора индивидуально приемлемых форм взаимодействия и вместе с тем обезоруживает уже сформировавшиеся привычки самоизоляции. Наблюдайте, осмысливая, возможные проявления целенаправленного сдерживания ребёнком негативных импульсов при попытке увеличить время действия привлекательных для него занятий.

Взращивайте в себе чуткость, готовность удивляться и восхищаться самыми небольшими достижениями ребёнка, аккуратно дозируя выраженность реакций границами его индивидуального разрешения.

Угощайте потрясающими знакомствами, шедеврами искусства именно в преломлении личного выбора, любования, самооткрытия в диалоге с неожиданным, необычным, удивительным.

Преподавайте восторг познания, самооткрытия ребёнку, не зачёркивая взаимопонимания избыточными для него выразительными средствами.

Ребёнок вправе не понять, не принять наши дары. Но мы не вправе отказать ему в возможной доступности самых неожиданных контентов.

Не оставляйте за порогом дома своих производственных проблем и переживаний, находите для них органичный контекст в информационно-эмоциональном пространстве семьи и социально приемлемый ресурс интерпретации, проекции, переноса.

Постоянно отвлекайтесь от стандартов ограниченности ресурсов и потребностей ребёнка — расширяя границы вероятных возможностей его развития с учётом предполагаемых доступных уже уровней — и перспективных, будущих достижений.

Рабочим алгоритмом организации социально-образовательного праксиса здесь должна стать многоуровневая структура: пониженный для поддержки возможных инициаций инфантильного вида, минимальный оперативно доступный, среднеупотребительный для данного возраста и данной семьи, дидактически стандартизированный, для возможного вхождения в образовательную среду, соотносимый с реальными способностями на основании имеющихся признаков, уровень предполагаемых возможностей ребёнка, а также высоко перспективный, соответствующий повышенному уровню жизнедеятельности окружения и будущей социализации в открытом мире.

Любой ребёнок вправе представлять всю линейку степеней возможностей, особенно тот, кому предстоит создать стратегию самоактуализации, в социуме — и в некоторой обособленности от него.

Представление, что именно в социально-образовательном диалоге строится стратегия освоения интеллектуального, культурного, языкового, интерсубьектного богатства человеческого сознания, ныне претерпевает существенные изменения. Мы ещё с трудом отвыкаем от терминологической благоглупости — «усвоения» учебного материала, заменяя его более интеллигентным «освоением», а жизнь обесценивает понятие «обучаемость», что всё менее приложимо даже к детям с достаточно сохранной коммуникативной компетентностью и связано, возможно, с изменением структуры и статуса информационной среды. Уже и сама концепция образовательной деятельности эволюционирует неоднозначно и неравномерно (2).

Включенность ребёнка в нашу жизнь начинается в нашей голове. Как и дистанцирование от него, вторичная инвалидизация, моделирование инфантильных, некоторых дефицитарных черт его поведения, формирование ограничений его перспективного развития.

Как правило, взрослым трудно представить, что видимая безучастность ребёнка не означает настоящей индифферентности к нашей жизнедеятельности, хотя и может быть таковой либо соответствовать ей в некоторой степени, а также сопутствоваться скрытым негативизмом.

Готовность принять неоднозначность реальной картины возможностей ребёнка с РАС в теории не обеспечивает её практического осуществления.

Об этом важно напоминать себе и другим членам семьи во избежание самоуспокоения, так как именно здесь рутинные процессы особенно действенны.

Признание права личности, возможно, изменённой, на избирательное отношение к нашей жизнедеятельности и направленной на неё инициативе окружающих также подлежит постоянному подкреплению и воплощению.

Моделирование скрытых и перспективных способностей ребёнка, с опорой на поведенческие и субповеденческие сигналы и в режиме доверительного прогнозирования должно стать ежедневным упражнением семейной практики. Второе оперативно более рационально именовать позитивирующим, но в отношении ребёнка, в поведенческой культуре которого мы предлагаем, максимально авансированно, тенденции к сокращению, сокрытию и отрицанию ресурсов коммуникативной компетентности, а также изменённо избирательной активации таковых — уместнее, полагаем, рассматривать моделируемые структуры с доверительным к возможностям и приоритетам ребёнка посылом.

Представить особенности дискомпенсации коммуникативных ресурсов ребёнка с РАС, а также неполноту собственной готовности принять и рационально интерпретировать картину его поведенческих сигналов, помогает опыт реального или умозрительного переживания, например, двойственности личной ситуации: допустим, вы не высыпались несколько дней и не в силах кого-либо слушать — а тут близкий вам человек нуждается в вашем внимании и эмоциональной поддержке — насколько адекватно будете вы участвовать в этом диалоге? Психоэмоциональное истощение, истерическое состояние, похмелье в различных вариантах сопоставимы с тем, что испытывают дети, вынужденные покидать обжитую нишу ради зыбкой непредсказуемой для них зоны социального контакта.

Изоляция или дискомпенсация в некоторой степени передаётся настроением персонажа мультфильма «Ёжик в тумане» — может, и незлые, и неопасные сущности вокруг — но кто их знает?

Престарелые, пожившие отдельно люди также могут представлять собой условную модель воплощения коммуникативной дискомпенсации — с ними проблематично договориться, они по-своему интерпретируют самые неожиданные фразы и предложения родственников, их капризы и мотивы поведения не всегда внятны близким (9).

Даже лучшие друзья, прожив вдалеке друг от друга некоторое время, не сразу достигают былой непринуждённости и общего языка, испытывают беспокойство, рассогласованность непосредственных реакций и доверительность интонаций.

Иногда и сами окружающие подсказывают ребёнку социально непривлекательные мотивы поведения, но вряд ли целесообразно проводить здесь прямую причинно-следственную связь между таким своеобразным наследованием (9) и виной близких, хотя учитывать такую возможность следует. Интерпроекции, скорее всего, лишь являются избирательно принятыми поведенческими мотивами, компенсаторно или псевдокомпенсаторно, актуализируемыми ребёнком.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 90
печатная A5
от 281