Бесплатный фрагмент - Тень над виноградником

Пролог

Ночь. Особняк Ромеро.

В кабинете пахло дорогим табаком и старым деревом. Диего Ромеро сидел за своим массивным дубовым столом, лениво потягивая вино из бокала. На его лице играла самодовольная улыбка человека, который привык, что весь мир вращается вокруг него.

— Ты опоздал, — сказал он, даже не взглянув на вошедшего.

Тот, кто стоял в дверях, ничего не ответил. Только сделал шаг вперёд. Тень от его фигуры легла на пол, перечёркивая свет от настольной лампы.

— Я предлагал тебе по-хорошему, — продолжил Диего, отставляя бокал. — Ты мог получить всё, что захочешь. Но ты выбрал другой путь.

— Это ты выбрал, — тихо произнёс вошедший.

Диего наконец поднял глаза. И в этот момент его самодовольство испарилось. В глазах вошедшего не было ни страха, ни жадности. Только холодная, абсолютная решимость.

— Ты не посмеешь, — прошептал Диего, отодвигаясь на стуле. — У меня связи. У меня власть. Ты сгниёшь в тюрьме.

— Связи не спасут тебя от этого, — вошедший достал из кармана нож. Лезвие блеснуло в свете лампы.

Диего попытался встать, но было поздно. Удар был быстрым и точным. Диего вскрикнул, схватился за грудь, но кровь уже заливала его дорогую рубашку.

— Зачем… — прохрипел он, падая на пол.

Вошедший наклонился над ним. В его глазах не было ни капли сожаления.

— Ты знаешь зачем, — сказал он. — Ты всегда знал.

Он выпрямился, вытер нож о носовой платок и положил его рядом с телом. Затем вышел из кабинета. Тихо, будто его здесь никогда и не было.

Через час в особняк войдёт женщина. Она найдёт тело. Она вызовет полицию. И начнётся расследование, которое перевернёт всё.

Но правда о той ночи будет известна только двоим: убийце и его жертве.

Глава 1

00:01

Моя голова лежала на подушке, когда вдруг раздался звонок телефона. Подняв трубку, я увидела, что время — полночь.

— Зачем мне в такое время звонит Сантьяго? — сурово зевнула я.

— София… срочно.

— Что случилось?

— У нас новый труп. Жду в офисе немедленно. — Сантьяго сбросил звонок.

00:45

Приехав в офис, меня обескураженно встретил Сантьяго.

— Ты уже знаешь, что произошло?

— Нет. Что за труп, который не мог подождать до утра? — сухо отозвалась я.

— В общем, смотри сама…

Сантьяго протянул мне папку. Я быстро пролистала фотографии.

— Сантьяго, кто это?

— Диего Ромеро, глава винодельческого бизнеса.

— И что с ним случилось?

— Его убили. Ножом. Видимо, кто-то очень хотел сделать это по-тихому. Тело нашла его жена. Он был уже мертв.

— Ладно, Сантьяго, выдвигаемся, — уверенно сказала я.

01:57

Мы выехали из тесного рабочего квартала, оставив позади темные кирпичные дома с наглухо закрытыми жалюзи. Чем ближе мы подъезжали к поместью Ромеро, тем шире становились авеню. Ночной воздух здесь пах не бензином, а нагретым камнем и жасмином. Город замирал по-другому: не от усталости, а от важности. Вдоль дороги тянулись дорогие бутики с погашенными витринами и вековые кипарисы, скрывающие белоснежные виллы богачей за высокими коваными оградами.

2:34

Машина остановилась у высоких кованых ворот. За ними уже мигали красно-синие огни патрульной машины, разгоняя ночную темноту. Сантьяго заглушил двигатель, но не спешил выходить, нервно сжимая руль. Я же, наоборот, резко распахнула дверцу.

— Надеюсь, они ничего не затоптали, — пробормотала я, шагая к воротам

Навстречу вышел молодой полицейский. Увидев меня, он выпрямился.

— Детектив София Гарсия. Местные уже внутри. Жена хозяина на кухне, пьет воду. Тело в кабинете.

Я коротко кивнула и, не оборачиваясь, бросила через плечо:

— Сантьяго, за мной. И приготовь перчатки.

Внутри особняк выглядел так, будто здесь жили декораторы из глянцевого журнала. Дорогой паркет, абстрактная живопись на стенах, идеальная чистота. Вот только этот идеальный мир сейчас разрезал запах крови и резкий свет полицейских ламп.

Я прошла в кабинет. Диего Ромеро лежал возле массивного дубового стола. Рубашка на груди пропиталась темным, а рядом валялся нож с костяной рукояткой. Классика.

— Сантьяго, начинай опрос прислуги, — бросила я, присаживаясь на корточки рядом с телом. — И вызови криминалистов, пусть снимут отпечатки со стола.

— В этом нет нужды, — раздался холодный голос от двери.

Я обернулась. На пороге стоял парень. На вид — мой ровесник, может, на пару лет старше. Взъерошенные темные волосы, расстегнутая белая рубашка, в которой он, видимо, спал, и глаза… темные, злые и абсолютно сухие. Ни слез, ни паники. Только глухая ярость.

— Матео Ромеро, — представился он, прислонившись плечом к дверному косяку. — Сын убитого. И, полагаю, главный подозреваемый?

Я медленно выпрямилась, стягивая латексные перчатки.

— Детектив София Гарсия, — представилась я, выдерживая его взгляд. — А вы, мистер Ромеро, пока что просто сын убитого, который должен ответить на пару вопросов. Где вы были в полночь?

Он усмехнулся, но в глазах не было ни капли веселья.

— Наверху, в своей комнате. Спал. А что, это отменяет тот факт, что моего отца убили?

— Это отменяет вашу неприкосновенность, — парировала я. — Сантьяго, опроси молодого человека. А я пока поговорю с его матерью.

Я прошла в гостиную. Жена Диего — Изабель Ромеро — сидела в глубоком кожаном кресле у камина. На ней был шелковый халат цвета слоновой кости, а в руке она держала бокал с темно-красным вином. Учитывая, что в кабинете лежал ее муж с ножом в груди, это выглядело по меньшей мере странно.

— Сеньора Ромеро? — я присела на пуф напротив. — Я главный детектив София Гарсия. Мне нужно задать вам несколько вопросов.

Она медленно перевела на меня взгляд. Ее лицо было безупречно, ни одна слезинка не портила макияж

— Спрашивайте, детектив, — ее голос звучал ровно, без единой дрожащей нотки. — Только побыстрее. Я хочу поехать в отель и принять снотворное.

— Вы не будете ночевать дома?

— В доме, где убили моего мужа? — она сделала глоток вина. — Нет. Это выше моих сил.

— Расскажите, где вы были сегодня вечером?

— На благотворительном ужине в Мадриде. Вернулась около полуночи. Открыла дверь своим ключом, прошла в кабинет и… — она сделала паузу, глядя на огонь в камине, — нашла его там.

— Дверь была заперта?

— Нет. Приоткрыта. И в кабинете горел свет.

Я сделала пометку. Если убийца вошел через дверь, то либо у него были ключи, либо Диего сам его впустил. А если Диего сам открыл дверь ночью, значит, он знал убийцу.

— У вашего мужа были враги? — спросила я.

Изабель усмехнулась, отставив бокал.

— У него был бизнес по производству вина, детектив. А в этом бизнесе врагов больше, чем виноградных косточек в бочке. Но конкретно сегодня… — она замялась, — сегодня у него был очень неприятный разговор.

— С кем?

— С нашим сыном. Матео требовал свою долю наследства раньше времени. Диего отказал. Они кричали друг на друга весь вечер, — Изабель посмотрела мне прямо в глаза. — Я не хочу обвинять собственного сына. Но раз вы спросили… Матео был единственным, кто знал, что я вернусь так поздно.

В этот момент дверь в гостиную скрипнула. Я обернулась. На пороге стоял Матео. Его лицо было бледным, а кулаки сжаты.

— Удобно, мам, — тихо произнес он. — Просто идеально. Свалить всё на меня?

Я поднялась с пуфа, жестом показывая Сантьяго, чтобы он остался с Изабель.

— Матео, пройдемте со мной, — сказала я тоном, не терпящим возражений, и вышла в коридор.

Парень нехотя поплелся за мной. Мы остановились у окна с видом на ночной сад. Матео скрестил руки на груди и уставился на меня с вызовом.

— Вы правда верите ей? — спросил он. — Она же играет с вами. Мать никогда не любила отца. Их брак был сделкой. Она пьет это дурацкое вино и ждет, когда всё закончится.

— У вас был конфликт с отцом из-за денег, — ровно сказала я, игнорируя его эмоции. — Свидетели слышали крики. Где вы были ровно в полночь?

Матео выдохнул, провел рукой по волосам.

— У себя в комнате. Я собирал вещи, хотел уехать в Барселону сегодня же ночью. Отец сказал, что не даст мне ни копейки, пока я не начну работать в его «чертовой бодеге» с самого низу.

— И вы убили его из-за этого? — я смотрела ему прямо в глаза.

Матео резко повернулся ко мне. Наши лица оказались слишком близко.

— Я не убивал отца, детектив, — тихо, но твердо сказал он. — И если вы хотите найти убийцу, перестаньте слушать мою мать и посмотрите на его партнеров. У отца были дела с людьми, которые не прощают долгов.

— Какими людьми?

Он замялся. В его глазах промелькнул страх.

— Я не знаю имен. Но я слышал, как он ругался по телефону за час до смерти. Он сказал: «Если вы не вернете мне деньги к утру, я сам приеду на вашу бодегу».

Матео шагнул назад, разрывая дистанцию.

— Найдите его телефон, детектив. И вы всё поймете. А от меня отстаньте.

Я вернулась в кабинет. Тело Диего уже осматривали криминалисты, но я прошла мимо них прямо к его столу. На столе — бумаги, пепельница с окурком дорогой сигары… и пустое место рядом с зарядкой.

— Сантьяго! — позвала я. — Ты видел здесь телефон?

Помощник подбежал, нервно поправляя галстук.

— Нет, детектив. Здесь ничего не трогали.

Я нахмурилась. Убийца забрал телефон. Значит, там было что-то очень важное.

— Обыщите кабинет. Каждый сантиметр. Если телефона нет, значит, убийца унес его с собой. А еще проверь записи с камер наблюдения на входе.

В этот момент ко мне подошел один из полицейских:

— Детектив, мы нашли это в саду, под окнами кабинета.

Он протянул мне прозрачный пакет. Внутри лежал разбитый смартфон. Экран треснул, но корпус был дорогим, явно из последней коллекции.

— Похоже, убийца выбросил его в окно, — сказал полицейский.

Я взяла пакет. Зачем выбрасывать телефон, если можно просто уйти с ним? Если только убийца не хотел, чтобы мы его нашли… или хотел, чтобы мы нашли что-то конкретное внутри.

Я надела латексные перчатки и осторожно достала телефон из пакета. Экран был покрыт паутиной трещин, но, к моему удивлению, устройство все еще работало. Я нажала кнопку блокировки.

Экран загорелся. На фоне фотографии виноградников висело уведомление о новом сообщении. Оно пришло в 23:55 — за пять минут до того, как Изабель вернулась домой.

Отправитель значился как «Б.Р.».

Текст был коротким: «Ты не оставил мне выбора, Диего. Приятного сна».

— Вот это да, — тихо присвистнул Сантьяго, заглядывая мне через плечо. — Значит, его предупредили? Или это убийца так издевается?

— Скорее второе, — я прищурилась, разглядывая трещины на экране. — Если убийца хотел просто избавиться от улики, он мог бы смыть телефон в унитаз или забрать с собой. Но он выбрасывает его в сад, где мы точно будем искать. Он хотел, чтобы мы прочитали это сообщение.

— Подстава? — Сантьяго нервно сглотнул.

— Похоже на то. Он подставляет «Б.Р.». Или наоборот — «Б.Р.» и есть убийца, который слишком самоуверен.

Я попыталась разблокировать экран, но появилась табличка с требованием ввести пароль. Четыре цифры.

— Отдай это техникам, — я сунула телефон обратно в пакет и протянула его Сантьяго. — Пусть взломают как можно быстрее. Мне нужны все контакты и переписки. А пока…

Я посмотрела на часы. Почти три часа ночи.

— Пока мы едем в бодегу. Если Диего угрожал приехать туда утром, значит, ночью там точно что-то происходит.

Мы вышли из особняка. Ночной воздух, пахнущий морем и жасмином, немного отрезвил меня. Садясь в машину, я бросила последний взгляд на окна кабинета.

Кто-то в этом доме знает гораздо больше, чем говорит. И я собиралась это выяснить.

Глава 2

03:30

Мы подъехали к винодельне Ромеро. Ночной туман окутал старые каменные стены, и здание больше походило на мрачный замок, чем на место, где рождается элитное вино. Ворота были распахнуты настежь.

— Странно, — пробормотал Сантьяго, глуша двигатель. — В такое время они должны быть заперты на замок.

Я вышла из машины. В нос ударил резкий, терпкий запах перебродившего винограда. Где-то в глубине темного двора мигнул луч фонарика…

Я инстинктивно потянулась к кобуре, висящей на поясе.

— Сантьяго, — прошептала я, не оборачиваясь. — Вызови подмогу. И оставайся в машине.

— Но, детектив…

— Это приказ.

Я медленно двинулась к воротам, стараясь ступать бесшумно. Туман скрадывал звуки, но я отчетливо слышала, как где-то в глубине двора скрипнула дверь. Луч фонарика метнулся в сторону, а затем погас.

Внутри винодельни было темно. Массивные дубовые бочки высились вдоль стен, как молчаливые стражи. В воздухе стоял густой, тяжелый запах вина и сырости. Я достала свой фонарик и направила его вперед.

Внезапно за спиной раздался хруст гравия. Я резко обернулась, направив свет в темноту.

— Полиция! Не двигаться! — рявкнула я.

Луч выхватил из темноты чью-то фигуру. Это был мужчина в рабочем комбинезоне, с перепачканными в чем-то темном руками. Он зажмурился от яркого света и поднял руки.

— Тихо, сеньора! Тихо! — затараторил он на испанском. — Я здесь работаю! Я сторож, Хуан!

Я медленно опустила фонарик, но руку с пистолета не убрала.

— Почему вы здесь в три часа ночи, Хуан? И почему ворота открыты?

Сторож нервно сглотнул. Его глаза бегали.

— Сеньор Ромеро… он позвонил мне вечером. Сказал, что приедет ночью, чтобы проверить какие-то бумаги. Сказал, что сам закроет ворота. Я ушел спать, а когда услышал шум… вышел посмотреть. Думал, это он.

— Во сколько он позвонил?

— Около десяти.

Я нахмурилась. Диего звонил сторожу в десять, а сообщение «Б.Р.» пришло без пятнадцати полночь. Что же он делал здесь все это время? И почему ушел, не закрыв ворота?

— Покажите мне его кабинет, — приказала я. — И не делайте резких движений.

Хуан закивал и засеменил к главному зданию. Мы вошли внутрь. В помещении пахло еще сильнее — кисловатым запахом брожения и дорогим деревом. Хуан провел меня мимо чанов к небольшой комнате в конце коридора.

Дверь была приоткрыта. Я осторожно заглянула внутрь.

Кабинет был перевернут вверх дном. Ящики стола выдвинуты, бумаги разбросаны по полу, а на большом деревянном шкафу явно взломали замок.

— Кто-то был здесь до нас, — пробормотала я, заходя внутрь.

Я присела на корточки, разглядывая разбросанные документы. Счета, накладные… и вдруг мой взгляд зацепился за одну бумагу. Это был договор купли-продажи виноградников. Внизу стояла подпись Диего Ромеро и печать. А рядом — подпись покупателя.

«Б.Р.»

— Что за черт… — выдохнула я, поднимая документ.

В этот момент где-то в глубине винодельни раздался глухой удар, а затем — тихий, но отчетливый звук шагов. Кто-то пытался уйти.

Я выхватила пистолет и бесшумно скользнула к двери. Хуан испуганно прижался к стене, бормоча молитву. Шаги приближались. Я встала в тень за массивным винным шкафом и затаила дыхание.

Тень метнулась в проеме.

— Стоять! Полиция! — рявкнула я, направляя дуло прямо на незнакомца.

— Черт возьми, София, уберите пушку! Это я!

Из темноты коридора вышел Матео. На нем была черная водолазка и джинсы, волосы растрепаны, а на лбу блестели капли пота. Он тяжело дышал, будто бежал.

Я медленно опустила пистолет, но убирать его не спешила.

— Что вы здесь делаете? — холодно спросила я. — Я думала, вы собираете вещи в Барселону.

— Передумал, — огрызнулся он, отряхивая рукав. — Я поехал за вами. Увидел, как вы свернули к бодеге, и решил проверить. И, судя по перевернутому кабинету, я приехал вовремя. Что вы здесь нашли?

— А почему вы решили, что здесь что-то есть? — я прищурилась, всматриваясь в его лицо. — Может быть, вы знали, что здесь кто-то будет?

Матео закатил глаза.

— Хватит меня подозревать. Я здесь потому, что этот кабинет — единственное место, где отец хранил свои настоящие бумаги. И если кто-то рылся здесь до нас, значит, он искал что-то конкретное.

Я сделала шаг в сторону, пропуская его в комнату. Матео прошел мимо меня, задев плечом, и остановился, глядя на разбросанные документы.

— Хуан, — позвала я сторожа. — Идите на улицу и дождитесь там Сантьяго. Скажите, что я в порядке. И пусть отменяет отряд.

Сторож с облегчением выскочил из кабинета. Мы остались вдвоем.

Я подошла к столу и подняла с пола тот самый договор купли-продажи.

— Узнаете? — я протянула бумагу Матео.

Он взял документ, и его лицо мгновенно изменилось. Вызов и дерзость исчезли, уступив место удивлению.

— Б. Р. … — прошептал он, проводя пальцем по подписи. — Я знал.

— Значит, вы знаете, кто это? — я шагнула ближе.

Матео поднял на меня глаза. В них читалась злость, но теперь она была направлена не на меня.

— Бельтран Рамон, — медленно произнес он. — Владелец конкурирующей винодельни. Он давно хотел поглотить наш бизнес. Отец говорил, что Рамон — грязный делец, но чтобы он решился на такое…

— Возможно, это он выбросил телефон отца в сад. Или он рылся здесь сейчас. Мы слышали шаги.

Матео резко обернулся к открытому окну в конце кабинета. Оно было приоткрыто, и ночной ветер шевелил занавеску.

— Если это был Рамон, — тихо сказал Матео, сжимая бумагу в кулаке, — он только что сбежал через черный ход.

Он посмотрел на меня, и между нами повисло напряжение. — Ну что, детектив? — спросил он, и в его голосе снова появилась та самая дерзкая усмешка. — Вы поедете со мной искать Рамона, или продолжите копаться в бумажках?

Я выхватила договор из его рук и сунула во внутренний карман куртки.

— Я еду за ним, — отрезала я. — Но вы останетесь здесь. Вы — гражданский, Матео. И, возможно, главный подозреваемый. Я не собираюсь брать вас на задержание.

— Черта с два, — Матео шагнул ко мне, возвышаясь на полголовы. — Это мой отец лежит в морге, и это мой бизнес пытаются украсть. Я знаю, где живет Бельтран. Без меня вы будете колесить по городу до утра.

Мы вышли на улицу. У ворот уже стояла машина Сантьяго с включенными фарами. Увидев меня в сопровождении Матео, помощник выскочил на улицу, на ходу доставая блокнот.

— Детектив! Что произошло? Сторож сказал, тут был взлом…

— Сантьяго, у нас есть имя. Рамон Бельтран. Мы едем к нему, — я бросила взгляд на Матео. — Но если вы попытаетесь помешать задержанию, я надену на вас наручники.

— Договорились, — усмехнулся он, направляясь к машине.

— Детектив, вы уверены? — тихо спросил Сантьяго, глядя на Матео. — Он же подозреваемый.

— Сантьяго, за руль, — скомандовала я. — Мы едем к Бельтрану.

— А как же моя машина? — возмутился Матео, кивая на свой темный седан, припаркованный у ворот.

— Оставите здесь. Поедете с нами, — отрезала я, открывая заднюю дверцу. — Я не собираюсь выпускать вас из виду, Матео. Садитесь.

Матео скрипнул зубами, но спорить не стал. Он забрался на заднее сиденье, а я села впереди рядом с Сантьяго.

— Куда ехать? — спросил помощник, заводя двигатель.

— Прямо по трассе, потом на третьем повороте направо. Указатели на виноградники «Вальдеспино», — глухо отозвался Матео с заднего сиденья.

Через двадцать минут мы свернули на узкую дорогу, ведущую к поместью Рамона. Ворота были коваными, высотой метра в три. За ними виднелся огромный дом с колоннами и освещенный двор.

— Останови здесь, — велела я Сантьяго, когда до ворот оставалось метров пятьдесят.

Я обернулась к Матео

— Вот твой выход. Если хочешь узнать правду о смерти отца, сейчас самое время сыграть свою роль.

Матео вышел из машины. Он подошел к воротам, и из будки охраны тут же вышел крепкий мужчина с собакой. Я видела, как Матео что-то говорит ему, жестикулируя. Охранник нахмурился, посмотрел на нашу машину, затем достал рацию.

Через минуту ворота медленно поползли в стороны.

— Поехали, — сказала я Сантьяго.

Мы въехали на территорию. Охранник с собакой преградил нам путь, но Матео махнул рукой: «Это со мной, юристы». Нас пропустили к дому.

Мы вошли в холл. Здесь было слишком светло и слишком тихо. Пахло дорогим парфюмом и воском. Из глубины коридора вышел мужчина. Высокий, седой, с идеальной осанкой, в темно-бордовом халате. Он улыбался, но глаза его оставались холодными, как стекло.

— Матео! — воскликнул он, раскидывая руки. — Какая неожиданная честь. Я слышал о твоем отце… Мои соболезнования.