Бесплатный фрагмент - Тебе мой дар!

Тебе!

По состоянию души:

Дыши, влюбляйся и пиши…

Тебе мой дар

Тебе, чьё дыхание — в каждой строке,

Чей Свет и Любовь я в Душе берегу, —

За то, что я сутью Твоею дышу,

Тебе, о Творец, я свой дар приношу.

Источник счастья!

Из тёмных недр моей души,

Бьёт светлый ключ —

Источник счастья!

Он напоит остаток дней

Своей живительною влагой

И для признания в любви,

Мои уста он оросит отвагой.

Той изумительной порою…

Той изумительной порою,

когда на небе гроздья звёзд,

я от тебя мой друг не скрою,

что восхитительной игрою

твоих сияющих очей

и звёзд серебряных лучей,

я очарован и пленён,

и как дитя в тебя влюблён!

В объятьях утренней прохлады

…В объятьях утренней прохлады

черёмухи душистый цвет

тобою был любим и мною,

он взор туманил белизною,

как сонно-томный, лунный свет…

Благоуханьем нас с ума сводил,

и сердце радовал, и мысли возбуждал,

и лиру к песне пробуждал,

и соловьиным звонким трелям

он трепет нежный придавал…

По состоянию Души

дыши, влюбляйся и пиши!

Зуд одолел

Я б как Уайльд бриджи надел —

уж так писательский зуд одолел…

На той опушке…

Нынче, лёжа на опушке,

думая о том, о сём

я созерцал берёз верхушки

и представлял: — давным —

давно здесь писал иль писал Пушкин…

Вот и я, на той опушке,

стих написал, где писал Пушкин!..

Тревожит душу тишиной…

Тревожит душу тишиной…

как верная Морфея дочь.

Чудна, прекрасна эта ночь,

что всех земных ночей короче.

Едва сомкнуть успеешь очи,

как утро солнцем греет щёку

и пеньем птиц ласкает слух,

и запахом цветов уснуть мешает.

След ночи журавли крылом смели.

Бурёнка на лугу мычит

и Тузик под окном рычит — собака!

Какой тут сон!?.

Петушья драка и мёртвого заставит встать,

уж пятый час — пора вставать.

Словами чувства не опишешь…

Словами чувства не опишешь…

Ну, разве, что в стихах.

Увидишь солнце на восходе,

Душа воскликнет — АХ!»

Бывало вечером в гостиной,

Листая альманах,

Увидишь женщину на фото,

Душа воскликнет — АХ!»..

Когда б в любви мы объяснялись

Не только на словах,

Любимой женщины, возможно,

Душа воскликнет — АХ!»

Я напомню тебе о себе

Полевыми цветами — летом,

а зимой первым, нежным, снегом.

А весной ароматной сиренью,

соловьиною, звонкою трелью.

И осенней небесной капелью,

я напомню тебе о себе…

Утро — ласковым лучиком солнца,

ноченька — лунным сияньем в окне,

даже днём, среди дел и забот,

каждый в жизни твоей поворот —

всё напомнит тебе обо мне…

Златая осень — вечерам сродни!

Златая осень — вечерам сродни!

Весёлой грустью полны дни…

И нежной радостью — с любимой вечера!

Озорной огонёк

Когда в первый осенний денёк

закружит словно в вальсе листва,

твоих глаз озорной огонёк всю

Вселенную сводит с ума!

Зимней ночкой

Ночкой зимней — ночкой длинной

заварю я чай с калиной, сяду

с книгой у камина, зачитаюсь до утра…

Чай испив до половины,

я с игривою Мальвиной

ночкой длинной у камина

не усну, et cetera…

***

По вечерам порой скучаю,

если не выпью чарку чаю.

Декабрь

Как пломбир побелела родная земля,

Звонким льдом затянулась на лужах водица.

Заалела заря на груди снегиря,

И щебечет в полтона мне декабрь-синица…

Новый год

Мне Новый Год с утра принёс

возможность обновления!

Теперь глядеть на Мир иной

мне сложно без смятения…

И я — под новою луной,

отвергнув плоти знание, —

И новым Сердцем и Душой

влюбляюсь в Мироздание!

Сказка про Ночь

Разбросав по небу звёзды

вдруг притихла фея-Ночь,

от комет стерев борозды

собралась уехать прочь…

«Брошу всё, как я устала!

Волшебство мне скучно стало,

утром еду на покой —

пусть «колдует» кто другой»…

В лунном свете фея-Ночь

спит под звёздным покрывалом.

В эту ночь, ей снится дочь,

что живёт в созвездьи Малом.

Говорит, во сне, ей дочь:

— мама, как тебе не стыдно,

видит Бог, как нам обидно

видеть слабости твои…

Постарайся фея-Мать,

дочерей, не обижать.

Знаешь ведь — любая дочь,

может с радостью помочь.

Знаем мы, как сотни лет

над Землёй трудилась ты,

чтобы людям снились сны,

чистые, как их мечты!

Нежной трелью соловья

ты влюблённых ублажала,

и величием небес

воображенье поражала.

Души восхищала ты

чудесами вечными

и домой их провожала

ты Путями Млечными.

Суть Вселенной обнажала,

звездочётов вдохновляла

и поэтов, и котов…

всех, кто к счастью был готов.

«Довольно дочь, я осознала!» —

фея-Ночь во сне сказала…

В тот же миг она проснулась,

сладко-сладко потянулась,

всей Вселенной улыбнулась

и вновь делами занялась…

Люблю я ранним утром

Люблю я ранним утром,

Гулять с тобой — босой.

Глядеть в глаза, как в небо,

Умытое грозой.

Смотреть, что ножки стройные

Отбелены росой…

Приятно ранним утром

Гулять с тобой — босой!

Мой путь

Живым лучом воспоминаний,

всё чаще я, вскрывая суть

и дерзкой юности признаний,

и древних русичей сказаний,

всё ж к бесконечности познаний

тернистый выбираю путь.

Я каюсь пред Тобой

Мой Бог за всё простил меня!

Немало в жизни я нашкодил —

Где я, безумный, колобродил,

Там грех частенько верховодил —

Порой преследовал меня

И ум мой слабый греховодил.

Отныне путь мой только светел;

Мой грех — издохшая змея —

И привкус праздного гнилья

В бурлящей чаше бытия

Уж не преследуют меня…

Я пред Тобой на этом свете!

Надежда

Надежда в Сердце поселилась

уютно стало в Сердце ей,

она так в детстве веселилась

когда гоняла голубей.

И Сердце ощутило благодать

и боль из Сердца навсегда ушла…

А Сердце много может дать

когда в нём места нет для зла…

но есть Надежда!

Когда с улыбкой смотрим мы на Мир

Когда с улыбкой смотрим мы на Мир,

Душа как птица крылья расправляет

и Светлый Дух на Путь нас направляет,

и Жизнь не раз нам приготовит пир,

если с улыбкой смотрим мы на Мир.

Если с улыбкой смотрим мы на Мир,

нам Мир улыбкой нежной отвечает

и день грядущий счастьем увенчает,

и сказочку про горе развенчает,

и мудростью житейской наградит.

И бред шестой величины

Из глубины межзвёздных далей,

где миллиарды новых звёзд

меня вы друг мой знать не ждали

и встретить здесь не ожидали…

А между тем, из звездной дали

я вам межзвёздных грёз привёз:

в космической пыли былин,

звезду второй величины.

Вот- межпланетной пыли блин,

здесь — необычных красок сны,

что сказочной мечтой полны.

И бред шестой величины…

Как-то ночью, сон покинул…

Как — то тёмной, южной ночью,

мне уснуть было невмочь.

Понял я, что этой ночью

сон меня покинул прочь…

Но сияньем самоцветов

восхитила меня ночь

и глазея на созвездья,

людям я хотел помочь…

Ко мне вчера ночью, Лаура пришла

Ко мне вчера ночью Лаура пришла!

Пришла не одна, а с Петраркой.

Лауру всю ночь я вином угощал,

Петрарку же потчевал «травкой».

А после Петрарка читал нам стихи,

Лаура со мной пела песни,

И мы веселились, пока петухи

Не стали горланить как бестии!

Потом мои гости собрались идти,

Лаура, обняв своего кавалера,

Сказала с улыбкой: «Ты к нам заходи,

Хороший ты малый, Валера».

Пусть не Лаура ты

Я истопник с одним «поленом» —

пытаюсь печь твою разжечь…

да так разжечь, чтоб не прожечь

Судьбы твоей невидимые нити.

Пусть не Лаура ты, не Нефертити…

и жизнь в семье тебе не по нутру,

но, я, проснувшись по — утру,

боюсь нащупать пустоту

иль холодок остывшей «печи».

Как живу, спрашиваешь…

Коль пишу ещё стихи я,

Знать жива ещё стихия!

Стихия Жизни и любви-с…

что вызывает нас «на бис!».

Про Жизнь

Давно перо не брал я в руки…

И мысль моя «слегла» от скуки.

«Всё, — думаю, пришел конец!

Как творчеству сему венец…»

Но в тот же миг я силу Мирозданья

Вдруг осознал — «Она ж в молчаньи!»

И понял, для чего язык:

«Чтоб оценить тот самый миг! —

язык, да находись в покое!»

В Природе — Жизнь (движенье и покой)!

А в нас лишь беспокойство и застой.

Остановись же, человек, постой!

Послушай, что «щебечет» Жизнь.

Как шепчет нам свои желанья, —

Те, что с Законом Мирозданья

Всегда едины и согласны!

Мы ж глухи к ним, и Ей негласно

Свои желанья навязать хотим… —

Те, что всему противоречат…

И часто суть Её калечат.

А терпеливая Природа Нам шлёт свои —

они нас лечат.

Но мы, по глупости своей,

Не внемлем и не благодарны Ей.

Идём на смерть, не научившись жить!

Нет, чтобы Жизнь благодарить,

На Жизнь — «рычим», а то и «лаем».

И умираем, умираем…

Остановись же, человек!

Твой жребий дан тебе Природой,

Она и обеспечит жизни бег…

С Природой проживи свой век!

«Займи своё место в Природе —

оно никем не занято!»

П.К.Иванов

Не упусти из виду Жизнь…

Не упусти из виду Жизнь…

Она бесценна и прекрасна.

И нам даётся не напрасно,

Не дорожить ею опасно!

Не упусти из виду Жизнь.

Чтоб её суть познать —

И века будет мало.

Но в жизни часто так бывало,

Когда прожив свою,

Про Чудо вспоминаем на одре…

Поскольку жизнь твоя отрезок,

Ты мягче будь, не будь с ней резок.

Ведь твоя жизнь, короткие мгновенья!

А к ним у нас какое отношенье?

Не упусти из виду Жизнь!

Настоящее — чревато будущим!..

Не хотел бы я жить прошлым, —
Это будто пилить опилки,

Иль сидеть на уроке скучном

У тупой, равнодушной училки.

То ли дело — пожить завтрашним,

Побывать, без границ и рамок,

Без опеки «отцов и мамок»,

В несомненно светлом грядущем.

Но я снова живу сегодняшним,

Окунаясь в унылые будни.

И я рад, что живу настоящим,

Настоящее — чревато будущим!..

Бред какой-то

Отпив глоток от Вечности,

я жизнь земную проживаю…

вдали от бесконечности я ем,

шучу иль попиваю…

Иль во Вселенной как в бреду

Путями Млечными бреду

иль жизни время прожигаю,..

но иногда стихи пишу…

иль линзой что-то выжигаю…

Короче, очень я хочу!

Чего хочу?

пока не знаю…

Люблю как в юности…

Друзья, прошу вас об одном —

Понять меня, но не превратно.

Люблю как в юности — гулять,

До горизонта и обратно…

Средь бела дня

Я вижу, что очаг не тлеет…

И чувствую, что стынет кровь,

Что сердце от любви не млеет,

Давно молчит, забьётся ль вновь?

И свет померк, вокруг темно.

И слышу стук в моё окно…

Так жутко стало мне,

что я проснулся!

Я вижу солнце, зимний день

В моё окно стучит синица,

Уж просит есть лесная птица.

И чувствую, что жизнь прекрасна!

Что сердце бьётся, греет кровь.

И думаю, что сплю напрасно Средь бела дня, там ждёт любовь!

Для вас, женщины!

«История любви, записана в стихах: в ней кое — что про «ОХ!», но большее — про «АХ!»

Я встретил Вас!

Мне жизнь до Вас — была не жизнь, а бремя

А встретил Вас — остановилось время…

И дни грядущие вновь смысл обретают.

А мысли серые, как снег весенний тают!

Из глубины Души

Посвящаю Т. В. Б.

Из глубины твоей души,

Любви божественные звуки,

Рождают счастие и муки.

Внимает сердце им — «Любви Дворец».

И вторит им Души твоей Творец — Создатель!

Всей душой не устану тебя восхвалять!

Всей душой не устану тебя восхвалять!

О, прелестная, нежная, гордая жрица!

Я мечтаю с тобою всю ночь прогулять,

и венок с головы твоей бережно снять,

чтоб с тобой до утра, под луной порезвиться.

Люблю смотреть в твои глаза

Люблю смотреть в твои глаза, —

В них искры солнца, в них голубизна…

И неба чистого, и чистого топаза.

В них прелесть осени, восторг весны,

В них звёзды, самоцветы и цветы.

Моя любовь, мои надежды.

В них тайны жизни, в них — мои мечты.

Они чисты и неги полны.

Ещё, люблю смотреть на «волны»,

Когда они от страсти полны…

Боюсь смотреть в твои глаза,

Когда в них страх иль отраженье боли,

Когда они в тисках неволи —

Тускнеют, меркнут поневоле.

Когда отчаянья полны И не горят огнём надежды.

Когда глаза тоской полны —

Вдруг стих «прибой», — и нет «волны».

Хочу смотреть в твои глаза,

Когда они как две поляны —

Усыпаных листвой осенней,

Ласкают взор мой и манят… Манит —

в глазах любви сиянье,

И сладостный прилив волны…

Зачем смотреть в твои глаза,

Когда в них молнии, гроза,

Когда в них «луч Горгоны?»..

И нет уж сил, смотреть в глаза,

Когда черны и гнева полны…

В глаза смотреть уже мне больно,

Мне тяжело, с меня довольно!

Потупив взор, смотрю… невольно,

Как грудь твою вздымают волны —

Любви полны и страсти полны!

Люблю смотреть в твои глаза!

Я в женщине ценю сердечность

Больше всего, я в женщине ценю сердечность.

Сиянье глаз потом,

хотя оно как неизбежность —

Уносит нас из бытия

и увлекает в неизвестность,

Где мы парим, забыв себя,

Сей миг принять пытаемся как вечность.

И всё же выше звёзд —

ценю я в женщине сердечность!

Бальзам для души

Зимою, летом, осенью, весной,

люблю, когда ты делишься со мной,

душевной радостью своей,

бальзам то сладкий, для души моей…

Тогда, готов я к небесам взлететь,

там жаворонком, песни тебе петь,

крылами нежно обнимать любя

и громкой песней восхвалять тебя!

Любовь, в том месте родилась

Однажды нежность,

Переполнив мою душу-

На землю пролилась!

Любовь, в том месте родилась…

И дивной красоты цветы!

Когда с Источника Росы

Когда с «Источника Росы», *

Сорву «Цветок благоуханный».

Вершина «Розового Гриба»,

Казавшаяся бездыханной…

Исторгнет «Сладостный Нектар!».

И от волненья двух сердец,

Наполнит нежности волна,

«Нектаром Сладостным» сполна,

Бездонный «Бархатный Ларец!»

И близость и любовь!

«Они хотят любить друг

друга, но не знают как.»

Шандор Ференци.

Они хотят любить друг друга,

Но, право же, не знают как.

Для них их связь, как вечный страх полёта…

С которым, им не справиться никак.

Она, то уплывает словно рыбка,

То, став на локти, пятится как рак…

А он, не понимая, как всё зыбко,

Ведёт себя, как ласковый дурак…

Пред близостью — она пылала,

Потом, вдруг начинала остывать.

Всё потому, что «женское начало»,

Без ласки — начинает угасать!..

Проблему жажды «жаркого улёта»,

Пытаемся, решить, мы без любви?! —

Добавьте к радости телесного «улёта» —

Душевной радости! Энергии Любви!

Как было радостно…

Как было радостно Адаму с юной Евой,

так ночь в саду провёл я с этой девой.

Но жаль, случилась там досадная промашка —

врасплох застала нас невинная ромашка…

—

Любовным нектаром тебя напою!

Любовным нектаром тебя напою,

Долину страстей и желаний поглажу.

И страсти твои, и желанья уважу,

И песню любви я всем телом спою!

Утро на Кипре

Я видел соблазн той ночи…

Вдохнув аромат мандарина —

Когда заглянул в ее очи

И нежно шепнул ей: — «Арина!»

В ночи, не дождавшись солнца

Я снова шепнул ей: — «Арина,

— Я выпью тебя до донца!

Как шмель пьёт нектар мандарина».

Я снял с ее тела одежды,

И спрятал в листве мандарина.

Под звёздной прохладой ночи

Я жарко шептал ей: — «Арина!»

Она обняла мои плечи,

Прильнула к груди головкой.

Я чувствовал дрожь в ее теле

И видел, как ей неловко…

Я гладил шелк ее бедер.

И целовал ее груди —

Упругие два мандарина.

И сладко шептал ей: — «Арина!»

Испуганно бились бедра* —

«Атлас лепестков мандарина».

А я, целовал ее плечи,

Безумно шепча ей: — «Арина!»

Я слизывал соль слезинок,

Целуя закрытые очи —

Как нежный цветок мандарина.

С любовью шептал ей: — «Арина!»

Наполнился счастьем в то утро,

Под кроной роскошной оливы.

Когда целовал ее руки,