электронная
Бесплатно
печатная A5
411
12+
Тайна Белого Камня

Бесплатный фрагмент - Тайна Белого Камня

Объем:
312 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4490-0480-2
электронная
Бесплатно
печатная A5
от 411
Купить по «цене читателя»

Скачать бесплатно:

Тайное прошлое

Косые ветки садовых лиственниц укутал призрачный туман. Молодая женщина в платье с голубой оборкой брела по вымощенной серым булыжником дорожке. Она шла мимо живых изгородей, мимо притаившихся в темноте кустов сирени, мимо цветущих клумб. Серебристые плащи гвардейцев мелькали то рядом, то где-то вдалеке, и звук их тяжелых шагов доносился каждые три минуты. Женщина испуганно оглядывалась, прислушиваясь к голосам, к легкому шороху сухих листьев, и, только когда становилось совсем тихо, продолжала свой путь. Резкий взмах руки на поляне у Белого Камня — и яркое свечение сначала поглотило ее, а чуть позже вытолкнуло на живописный берег реки.

Женщина торопилась. Она перебежала навесной мост и остановилась у одноэтажного домика, утопающего в зелени сада. Гирлянда из синих и розовых бутонов на тонких стебельках ползла по железной ограде. Лепестки цеплялись за прутья, переплетаясь с ноготками дуба и ясеня. Их темные стволы притаились у западной стены. Соломенная крыша слегка «просела», а во всех трех окнах не наблюдалось ни света, ни огонька, и ступеньки ужасно заскрипели, стоило подняться по ним и замереть у запертой двери.

Женщина пару раз хлопнула в ладоши и мигом оказалась в темном помещении. Взглядом зажгла толстую свечу на подоконнике. Дрова в очаге также вспыхнули от одной ее мысли. И все предметы в этой небольшой комнате как будто ожили. По бревенчатым стенам поползли яркими красками кружки, пятна, лучи, огоньки… Коснулись навесных полок, осветили огарок, затухший фитилек, склянку с мутноватой жидкостью, чугунный котелок в самом углу и торчащую из него ложку. Деревянная ручка метлы притаилась за боковой дверью, а огромный паук с глазами-усиками медленно перебирал лапками по выбеленной стене чана с холодной водой.

Половицы скрипнули. Женщина села на скамейку. На полу плясали лунные тени, свечное пламя дрожало. Было очень тихо и так спокойно. Женщина выжидала. Время. Потом крик… Она распахнула настежь створку окна, но все исчезло, пропало. Только дорога на противоположном берегу вилась лентой и упиралась в невысокие холмы, покрытые жухлой травой и колючим кустарником. И ясное небо казалось озябшим, окоченевшим, а густой свет заливал едва видимые крыши построек из серого камня.

Женщина вздохнула и взяла книгу с полки. Выпавшую из самой середины колоду карт она не заметила и начала читать… Внимательно. Водить ногтем по строчкам, поднимать глаза, в нужный момент закрывать их. И в темном сумраке замерцали символы, но распознать их никак не удавалось. Тусклая пелена не позволяла.

Вдруг желтые страницы зашелестели. Книга закрылась сама собой. И единственный живой огонек на подоконнике едва не погас. Из черного воздуха материализовался старик. Конусообразная шляпа прикрывала поседевшие виски. А глаза… Его глаза, походившие на две угольные точки, яростно блеснули.

— Ты! — зашипела женщина.

Седой хлопнул в ладоши. Книга отъехала в сторону.

— Я предупреждал, Тильда…

— Как же! Помню каждое твое слово, когда ты проклинал меня. Я использовала чужую силу, чтобы приворожить его, но ты все равно наказал. Но, как только моя подопечная Эльза прочтет послание, я верну все, что утратила!

— Замолчи! Немедленно. Опомнись. Прошу! Мать твоя хотела только лишь наделить души жалких существ красотой, любовью, миром и согласием. Но они беспощадно «убили» в ней то, что она хотела им подарить, силы иссушили ее…

— К чему ты опять поднимаешь эту тему? — Тильда приподняла густые брови. У нее было миловидное круглое лицо, золотистые волосы она почти всегда зачесывала назад, на левый пробор, а сегодня голубая лента, в тон оборке ее платья, была вплетена в толстую косу.

Седой снял плащ, шляпа слетела с его головы. Тильда притихла на своем стуле и без конца поглядывала на упавшую книгу. Но так, чтобы старик не заметил её открытого интереса. Он был худощав, всегда ходил в одном и том же дорожном костюме и не отличался внешне от обедневшего дворянина. Седой много лет жил с этим образом, с этой легендой. Правду не знали даже его камердинер и Элла Мопсли, кухарка. Он мог бы заполучить состояние, мог бы потребовать у правителя титул посолиднее и многое другое, но предпочитал жить на то, что давала земная жизнь — на скромный учительский заработок.

— Знаешь, я довольно часто бываю в спальне у Эльзы и любуюсь тем, как она спит, — сказал старик, и огонек свечи заколыхался на подоконнике. Такой маленький, но обжигающий. Мерцающий, с рваными краями. Если бы только была возможность поднести руку… Согреться… Седой моргнул.

— Не все так просто, — заметила Тильда.

— Да, не все. Если Эльза не впитает силу Белого Камня, мы навсегда потеряем ее, такова цена сделки. Припоминаешь?

Лицо Тильды побледнело. Седой склонился над ней. Волосы его серебрились в лунном свете. Он смеялся и издавал ужасные нечеловеческие звуки. Тильда стукнула кулаком по столу, старик выпрямился. Плащ и перчатки прыгнули ему в руку.

— Я должен был предупредить тебя, и на этом моя миссия выполнена! — Конусообразная шляпа взлетела на седую голову.

— Спасибо за заботу! — поблагодарила его Тильда и с помощью заклинания пробралась в сон к Эльзе.

— Благодарить будешь потом! — Седой шагнул в открывшийся по его желанию портал и исчез. А спящая в своей комнате Эльза, не подозревая ни о чем, разрушила защиту старика. Тильда ликовала. Тусклая пелена спала. Она в два раза быстрее стала читать древние наречия и перестала слышать крики Седого, застрявшего в портале. Он уже не мог выбраться оттуда, как не мог и помешать ей.

Эльза вдруг поняла, что не спит. Невиданная сила несла её к залитой солнечным светом поляне. Ей казалось, что тело не подчиняется ее воле, она с трудом шевелила руками и ногами. А потом ощутила твердость земли. Белый Камень, вросший в сырой, наполненный влагой песок. Кто-то силой приложил ее ладонь к отпечатку на Камне. Перед глазами замаячили огненные символы, и губы девочки стали нашептывать их. Где-то в небе скользила фигура человека в белом плаще и падала с седой головы конусообразная шляпа, взлетала и снова падала… На минуту Эльза почти ухватила похожий на щупальце палец, но женщина успела обрубить связь. Она радостно вещала кому-то, что была права, ее подопечная оказалась способной и смогла сделать то, что не удавалось многим — у нее получилось впитать в себя силу Белого Камня. Хотя бы малую часть!

Странное путешествие окончилось в один миг. Эльза очнулась в своей постели. Все тело покрывал липкий пот, пижама насквозь промокла. Круглое лицо исказил ужас, васильковые глаза слезились и покраснели. На крик прибежала служанка Ильза и подала стакан воды. Эльза с жадностью пила. Затем пожаловалась, что ей приснился кошмар, потребовала зажечь свечи. Ильза заметалась по спальне, но решила, что лучше всего все же сбегать за леди Эдмон.

Женщина в избушке открыла глаза. Свеча на подоконнике погасла, книга закрылась. Тильда покинула сад и неторопливо перешла сначала навесной мост, потом прогулялась по песчаному берегу и зашла в укутанный серебристой дымкой лес. Открывать портал она не спешила… Присела на колени и вспомнила, как в тот важный для нее день она играла на флейте с одной лишь целью… И если бы не вмешательство Седого в ночь, когда лил дождь…

— И чего ты добилась? Говори!.. — он материализовался из воздуха прямо перед ней.

Тильда молчала. Каблук правого башмака застрял в трещине корня дуба. Она с трудом освободила ногу и пошла дальше. Старик летел по воздуху рядом с ней.

— Любое отклонение люди посчитают служением черному делу! — причитал он.

— Мы и есть черная сила, отец, — съязвила Тильда. — Теперь же я со всеми расквитаюсь! И ты не остановишь меня!

— Правила, — Седой нахмурил брови. Шляпа съехала набок, но он мысленно тут же поправил ее.

Тильда не видела его ухмылки. Она поднялась на крутой берег. Красное зарево всходило на нежно-голубом небе. Старик тряс ее за локоть, требовал глядеть ему в глаза. Тильда улыбалась, пачкала каблуки в мокром песке, смотрела, как цвета чертятся радугой, и радовалась силе, которую отныне снова могла ощущать кончиками пальцев. Это была всего лишь часть силы, но такая важная! Даже с такими способностями можно все! Но что будет, если Эльза впитает остальное?

Седой окликнул Тильду… Она очнулась… Впервые в налитых кровью глазах отца она увидела так много ярости и сочувствия одновременно.

— Тильда! — печально выкрикнул он.

— Пусти! — Тильда поднялась с песка. Песок прилип к оборке, юбке платья… Песок… Песок… Всюду он… Засасывал, не давал дышать, думать, решать, идти, брать. Что-то не так. Изменилось. Тильда не понимала. Вроде те же чувства, а вроде и не те. Способная Эльза забудет о Белом Камне уже утром. До следующего раза. Жаль, Седой не забудет. Отныне он не сможет помешать ей осуществить задуманное… Но… Тильда напряглась:

— Не ищи меня, папа! — резко сказала она, открыла портал, и свечение поглотило ее.

Пробуждение

Едва забрезжил рассвет. Черные тени еще танцевали на выбеленных стенах. В жестянке погасла горевшая всю долгую и душную ночь свечка. И в саду утренняя пташка затянула навязчивую мелодию — единственную, какую знала. Эльза приподнялась на локте и стала повторять за птицей тихо, вполголоса, чтобы не разбудить спящую за перегородкой Ильзу.

В приемной дремали няни. Та, которая в белом чепце, громко похрапывала, у ее полноватой в груди соседки свалилась с колен раскрытая на середине книжка, а третья, сутулая и в башмаках с острыми пряжками, бормотала во сне мужское имя. Эльза потянулась на носочках и осторожно отодвинула щеколду. Скрипнули петли. Нянька в чепце выпрямилась. Эльза пригнулась и юркнула за комод, тяжело дыша. Няня повертела головой, никого не приметила и через минуту захрапела снова, а Эльза поспешила выскользнуть в коридор.

Арочная галерея утопала в бесконечности. Широкая лестница с каменными ступенями и коваными перилами была пуста. Тусклый свет падал из мозаичных окон на колонны-нервюры в десятках ниш. Эльза досчитала про себя до пяти, а потом быстро перебежала по украшенному скульптурами балкону на противоположную сторону, туда, где располагались комнаты папы. Перебежала и налетела на дежурившего возле массивных дверей Гастона. Старший слуга вытянул вперед руки, но ухватил лишь воздух. Эльза оказалась проворнее и сумела спрятаться в темноте отцовской спальни. Она подняла голову. С деревянных перекрытий свисала огромная люстра, сейчас казавшаяся неживой. Не горела ни одна свеча, и в камине у дальней стены слабо трещали поленья, совсем не давая тепла. Эльза выбралась из укрытия и осторожными шажками приблизилась к резной спинке отцовской кровати.

Папа спал, закутавшись в одеяло. Белый колпак съехал на изъеденный мелкими морщинками лоб. Эльза дернула мохнатую кисточку, и отец тут же открыл глаза.

— Эльза? — с испугом спросил он.

— Мне нужно признаться… — только и смогла пробормотать девочка.

— Не могла подождать до завтрака? — он вздохнул и потер слипшиеся веки. Эльза молчала. — Я жду, Эльза.

— Одна тетя водила меня на песчаную поляну. В тот день, когда леди Эдмон и Ильза потеряли меня. Помнишь?

— И?

— Она существует, папа. И снова зовет…

— Куда?

— К озеру. В полдень. Полоскать белье.

Правитель Тиль (а это был он) вздохнул.

— Иди-ка сюда, — сказал он и протянул руки к своей дочери.

Эльза забралась в постель, отец покрепче обнял ее. Он по-настоящему привязался к этому чудному ребенку с золотыми кудряшками. Ни к жене, ни к матери, а к ней, маленькой Эльзе, которая и плакала, и капризничала, и дергала кучерявую челку, и прыгала вокруг него, и первой встречала из дальних поездок.

— Опиши папе внешность странной тети. Подробно. Папа пошлет к озеру господина Дюре, и все будет у нас хорошо.

Эльза хмыкнула:

— Не помню…

Правитель Тиль нахмурился, отстранился от дочки и вызвал слугу. Гастон явился через секунду, отыскал в шкафу пестрый халат и набросил ночную рубаху на господина. Эльза засмеялась.

— Босиком! — воскликнул правитель Тиль. — Эльза, я же просил!.. Или… постой. Ты выдумала ее, признавайся, просто захотела сорвать мою поездку в горы!

— Неправда, неправда! — запричитала Эльза и выбежала в приемную. Мигом пересекла арочную галерею и влетела в свою комнату. Сердце стучало, в нишах с нервюрами было уже не так промозгло и сыро. Скорее, жарко. Да так, что пот пропитал насквозь белую пижаму и кудрявые волосы за ухом.

— Ну же! — кричал спешивший за дочкой правитель Тиль. Все три няньки одновременно проснулись от властного голоса и выпрямили спины. Но Эльза успела спрятаться от наказания в своей кровати.

— Я не придумала, — послышался глухой шепот. — Не придумала. Тетенька приходит в платье с голубой оборкой и венке из полевых цветов. У нее золотые вьющиеся волосы, прямо как у меня, и нежные руки. Ей нравится гладить меня по щеке. А еще она всегда показывает большую книгу и Белый Камень, а у озера… там она обещала научить полоскать белье…

Правитель Тиль отыскал под одеялом свою дочку и велел лечь нормально, как полагается — голову на подушку, ноги к спинке. Эльза подчинилась, он укрыл ее и сел рядом. Гастон немедля подал господину специальную скамейку.

В спальне стало тихо. Комнату постепенно наполняло тепло. Ильза успела растопить камин и затворить наглухо окно. Эльза обрадовалась тишине. Больше не чирикала навязчиво птица, не шумел ветер, и дождевые капли не стучали. И папа обещал наказать пугавшую несколько ночей подряд женщину.

— Засыпай, Эльза. Рано еще. А папа рядышком посидит…

Эльза перевернулась на левый бок. Одна из подушек съехала. Правитель Тиль прищурился и вдруг заметил у резного изголовья странное перо. Он поднял его. Перо было белое, необычной формы, большое и украшенное драгоценными камнями. Холодок пробежал по спине. Правитель Тиль взял серебряный колокольчик, и на звон прибежали няньки и слуга.

— Роту гвардейцев к озеру у восточных ворот. Женщину в платье с голубой оборкой схватить и как следует допросить.

— Поездка?

— Пошлите наместника.

Гастон откланялся. Няньки выстроились у стены.

— Кто из вас дежурит? — спросил правитель Тиль.

— Леди Флэр, Ваша светлость, — няня в чепце подтолкнула сутулую с книгой, и та испуганно выпрямилась.

— Приемную Ее милости не покидать!

— Как прикажете, Ваша светлость.

— А ты, дорогуша, только попробуй ослушаться! — хмуро заметил правитель Тиль.

— Хорошо, папочка, — протянула Эльза и показала, пока отец не видит, нянькам язык. Правитель Тиль ушел. Следом покинули спальню и служанки, причитая и охая. Эльза дождалась, пока стихнут шаги, вылезла из-под одеяла и запрыгала на кровати, хотя по протоколу требовалось спать. Потом стало скучно. Она опустилась на колени, вынула острый прутик, припрятанный под ковриком, и распорола им самую большую подушку. Белый пух закружился в воздухе, а потом опустился воздушной горкой на каменные плиты. Эльза глянула в темный угол… Прутик выпал из руки, как и то, что осталось от подушки.

— Она здесь! — крикнула Эльза. Но все как будто вымерли. Няньки, видимо, опять заснули, папу в его комнатах одевал к первому завтраку Гастон. Эльза забилась под одеяло, но одним глазком все же поглядывала на страшную тетю. Она опиралась рукой на изогнутую спинку кресла, а густые волосы переливались золотом в предрассветных лучах. Женщина махнула рукой… Створка окна отворилась… Снова запела ранняя пташка… Эльза крикнула громче…

На зов из смежной комнаты прибежала Ильза. Как всегда в приталенном платье и деревянных башмаках, которые сваливались с маленьких ног и стучали.

— Что такое? — спросила Ильза.

Тонкий палец Эльзы показывал на голубой силуэт в предрассветной тени. Ильза прищурилась. Закрыла окно. Вновь воцарилась тишина.

— Не вижу никого, — служанка пожала плечами. — Давайте я вам помогу.

Ильза помогла Эльзе снова улечься в постель. Но странная гостья не исчезала. Она вплела в золотистые волосы голубую ленту и вдруг пропала. Не пришла она и в полдень к озеру. Господин Дюре доложил об этом правителю Тилю, и тот приказал бросить в темницу старшего в отряде. Парня избили, а потом привязали к столбу у главных ворот. Эльза глядела на мальчишку с окровавленным лицом из окна спальни до тех пор, пока Ильза не задернула штору и не увела девочку смотреть на лебедей в книжке. Конечно, рисованных.

Посвящение

Эльза вошла в танцевальный зал. В тесном помещении с низким потолком были закрыты все окна. Горело множество свечей. Воск стекал по покрытым желтым налетом стенам. И всюду жар, пение, танцы, опрокинутые кубки и терпкий запах от напитков.

— Эльза! — правитель Тиль захлопал в ладоши, и разряженные в меха и бархат гости вмиг умолкли. Скрипачи на балконе перестали играть. Эльза вспомнила уроки леди Эдмон, улыбнулась и пошла к возвышению. Она готовилась к этому вечеру — Ильза ее причесала, портные сшили новое платье, которое складками струилось от талии до щиколоток, обувщики изготовили мягкие туфельки, и теперь удобные каблуки идеально скользили по каменным плитам. Сердце Эльзы стучало, она шла, и каждый гость ей кланялся.

На ступеньках ждал папа. Мама стояла немного позади и прикрывала шифоновой накидкой отекшее после бессонной ночи лицо. Глаза казались черными точками. И темные волосы густыми локонами падали на полноватые плечи.

Гастон подал правителю красную подушку. Свернутый в трубу желтый листок бумаги мелькнул в свечном воздухе. Эльза приняла из рук отца сверток и, не разворачивая, передала главному советнику. Милтон Джон спрятал документ в углубление в стене и запер дверцу на ключ. Правитель Тиль зааплодировал и помог Эльзе спуститься с возвышения. Гости с интересом смотрели на девушку, любовались, как она легко и непринужденно двигается, как делает четкие па.

— Ее светлость скучает?

Странный господин в бордовом плаще наклонился к жене правителя. Ниоба убрала с лица накидку, мельком глянула на мужчину, положила на каменную ступень пышный веер и позволила поцеловать руку в черной перчатке.

— Говорите тише, господин Жеан, прошу.

— Дочь ваша выросла красавицей. Жаль, сынка нет…

— Муж сделал выбор…

— Только не думаю, что сей факт одобрен окончательно.

— Издеваетесь? — Ниоба усмехнулась. Господин Жеан выпрямился. Он всегда одевался только в бордовое. Даже плащ, расшитый по случаю праздника серебряной нитью, был бордовым. И башмаки… Носы покрыты пылью, к каблукам прилипла грязь. Но они были бордовыми. И цвет этот сводил Ниобу с ума. Привлекал. Пока все танцевали, смеялись, проливали из кубков вино, она была готова бесконечно беседовать с этим человеком. Даже губы у него… Нет, как у всех, красные. Ниоба прищурилась, чтобы убедиться в своей правоте. И говорил этот человек столь приятно и убедительно, что хотелось всегда улыбаться и склонять набок голову, внимая его речам.

Тут господин Жеан вздохнул, а Ниоба увидела, что на его бордовой ладони сверкает золотое кольцо в форме трехзубчатой короны.

— Ваша светлость, в моих силах помочь вам. Не желаете уединиться? Свидетели в лице вашего мужа совершенно ни к чему.

Вдруг он заметил идущего к возвышению правителя и поспешил удалиться.

— Пойди поздравь дочь, — голос мужа оглушил Ниобу. Она вновь прикрыла лицо накидкой. — И взгляд порадостнее, а то складывается впечатление, что все на празднике, а Ее светлость явилась на похороны.

— Иду, — пробормотала Ниоба.

Появление Ее светлости среди гостей не осталось незамеченным. Дамы похвалили качество ткани, из которой была сшита накидка, кавалеры — огранку перстня. Ниоба с улыбкой отвечала на комплименты и пробиралась в самый центр. Именно там кружилась в веселом танце ее пятнадцатилетняя дочь.

— Будем рады видеть Вас на речной прогулке!

— На будущей неделе выезд в замок господина Кудро!

— У вас чудная собачонка!

— Эльза! — окрикнула дочку Ниоба.

Эльза покорно двинулась на повелительный жест.

— Отец велел поздравить. Что ж… Мое почтение… — Ниоба склонила голову.

— Ваша светлость… мама… — воскликнула Эльза, протянула руку…

— Позже… — отрезала Ниоба и пошла прочь из толпы. Эльза подобрала юбки, хотела броситься вдогонку, но гости цветной волной накрыли ее. Танцующие сцепились локтями. Эльза думала, как преодолеть препятствие, а Ниоба все дальше удалялась в глубину зала. У дверей в галерею она оглянулась. Усыпанная с ног до головы драгоценностями Эльза, как нарядная игрушка, сверкала под кованой люстрой. Улыбки и слова восхищения срывались с губ молодых людей, каждый мечтал о том, чтобы быть замеченным. Правитель Тиль хохотал и расхваливал все достоинства дочери. Эльзе было душно, она покачивалась, теряла осанку, но колкий взгляд леди Эдмон — и плечи выпрямлялись сами собой.

Потом дуновение… Едва заметное, легкое, и морозный воздух полоснул лицо. Леденящий звук, пробирающий до самого сердца. Низкая дверь за возвышением скрипнула и слегка приоткрылась. В тесной комнате тускло горел свет. Там был кто-то… Эльза ясно ощутила чье-то присутствие… Косой взгляд… Юбка серого платья мелькнула в темноте, загромыхали деревянные башмаки. Гости пытались кричать. Лица молодых людей вытянулись. Все смотрели на щель и на вновь скрипнувшую дверь, которую в спешке и панике кто-то закрыл. Правитель Тиль жестом послал туда гвардейцев.

— Идем, Эльза, — велел он.

— Но папа!

Что-то упало, загремело, разлетелось на осколки…

— Я сказал, идем.

Ниоба с неодобрением смотрела на перетекавшую в соседнюю комнату разноцветную вереницу гостей. Она покачала головой и выбежала сначала в коридор с сырым воздухом, а потом и в ночной сад. На улице светила полная луна. Ярко горели окна в обеденной зале. Тени скользили внутри, тени поднимали кубки и восхваляли своего правителя и его наследницу. Свита признала Эльзу. Господин Жеан ошибся. Близился час встречи. Он обещал ждать в беседке. Ниоба быстро отыскала нужное место, отворила низкую дверцу, вошла, села на мраморную скамейку и уставилась в темноту. В кустах свистела ночная птица. Ниоба прислушалась. Пение очаровывало.

Сад Тильды

На ее отсутствие никто внимания не обратил. На крыльце Эльза укуталась в накидку и стремительно побежала к озеру. Тильда просила быть осторожнее, тем более Эльза перестала бояться ее. Эта женщина расположила к себе, она оказалась не такой уж и злой и стала нравиться Эльзе. Можно даже сказать, что девочка уже любила ее, не так сильно, конечно, как папу или маму, но привязалась к ней, это точно.

Ночной сад выглядел совсем по-другому — не пели птицы, не журчал фонтан. Слуги зажгли факелы, но тепла Эльза не чувствовала. Совсем рядом блеснул серебром плащ гвардейца. Эльза спустила капюшон до самых глаз, и он не узнал ее. Чем ближе она подходила к воде, тем становилось свежее.

Тильда поджидала ее на Белом Камне. В любую погоду она приходила на эту поляну в платье с голубой оборкой. Шелковая лента в тон и на этот раз была вплетена в золотую косу.

— Поздравляю! — воскликнула Тильда.

Эльза улыбнулась, расположилась подле ног наставницы и положила голову ей на колени. Тильда сняла с Эльзы капюшон и ахнула. Драгоценные камни в диадеме ярко переливались под луной. Все они были вынуты из пера, которое она однажды ночью принесла этой особенной девочке в подарок.

— Отец велел изготовить?

— Тильда! В замке праздник в мою честь, — Эльза посмотрела на женщину. — Пойдем туда. Я совсем замерзла.

— Ты любишь его?

— Вам нужно обязательно познакомиться! Почему ты запрещаешь рассказывать папе о тебе? Мне становится все сложнее его обманывать, иногда мне кажется, он знает, что я вру!

— Время еще не пришло, Эльза. А теперь поднимайся и обещай, что будешь молчать и не станешь бояться.

Тильда встала первой. Дунул ветерок. Эльза не спешила отвечать. Она смотрела, как темнеет вода в озере. Зеленые кусты на каменистом берегу почернели и пригнули головки. Тильда махнула рукой. Платье Эльзы превратилось в белую тунику, а диадема стала венком из полевых цветов. Эльза топнула ногой, обутой теперь не в мягкую туфлю на каблуке, а в деревянный башмак, такой же, как у Ильзы.

— Я хочу к папе! Тильда!

— Идем, Эльза, — приказала Тильда и схватила подопечную за локоть.

Эльза пыталась вырваться, но Тильда силой затащила в яркое свечение. Эльза ощутила лёгкость. Небывалую. Она снова летела, как в ту ночь, когда ее заставили читать огненные символы.

— Пришло время разбудить в тебе остальную силу, дорогая.

Но Эльза не услышала Тильду. Она восхищалась голубыми крышами, блестевшими на ярком солнце. В этом новом для ее сознания мире день был в самом разгаре. Вдалеке высился холм, а рядом текла река с белой водой! Эльза удивилась. Да, вода была белой, и ей вдруг показалось, что она ощутила вкус молока, хотя не пила совсем.

— Тильда! — крикнула дочка правителя. Но Тильда жестом попросила не отвлекаться.

— Время на исходе.

На цветущей поляне она велела приземлиться, и Эльза ощутила под ногами землю. Теплую. Там росла сочная трава, лежал песок и мерцали на солнце цветные камешки. В ряд высились одноэтажные домики с голубыми крышами. И каждую постройку окружал собственный сад. С отяжелевших от непосильной ноши веток падали спелые фрукты и орехи в почерневших скорлупках. Мальчик в белом костюме потянул руку, чтобы сорвать еще зеленое яблоко, но его мама в таком же платье, как у Тильды, но без голубой оборки, поманила его к себе и усадила сына на скамейку.

— Идем, — велела Тильда.

Эльза покорно шла за наставницей. Она удивлялась всему — чистому небу, знойному дню, чудным птицам в малиновом кустарнике. Птицы эти, с пышными хвостами и острыми клювами, тянули слезливую песню. И от хмельных звуков стало клонить в сон. Ноги у Эльзы подкосились, она повалилась на жухлую траву. Пение освободило от забот, тревог и переживаний…

— Эльза!

Требовательный голос Тильды заставил очнуться. Эльза открыла глаза и выпрямилась. На поляне уже были не только мать с мальчиком… Мужчины, женщины, дети. И все в белых одеждах. Казалось, их глаза излучают свет. Особенно у детей. Взгляды гостей в танцевальном зале были другими — тяжелыми и сумрачными. И вино у каждого выливалось из кубка на каменные плиты кровавой рекой.

Эльза узнала Белый Камень, а рядом стоял седой человек в конусообразной шляпе.

— Браво, дочь! — поздравил он Тильду.

Тильда не ответила. Она подвела Эльзу к Камню, схватила её за руку и приложила ладонь к отпечатку. Странная боль вновь пронзила Эльзу. Она вспомнила, как то же самое проделывали с ней во сне. Только сейчас не было огненных символов, и сила не обжигала изнутри.

— Говори что-нибудь! — шепнула Тильда на ухо.

Седой в шляпе аплодировал:

— Браво!

Эльза сказала:

— Здравствуйте.

Люди у ограды не реагировали. Они смотрели, как Тильда сдавливает запястье девочки.

— Прекрати! — вещал Седой.

Но Тильда не слушала старика. Она прочла странный текст, и поляну вдруг залил столь яркий свет, что затмил своей красотой солнечный и люди в белых одеждах прикрыли глаза. Эльза ощутила тепло, исходящее от Камня. По телу растекалась сила, энергия, мощь. Свечение резко пропало, и Эльза, обессиленная и усталая, повалилась Тильде на руки. В толпе загундосили, загоготали. Седой призывал не верить его дочери.

— Если бы я только мог!

Но Эльза отчетливо слышала голоса:

— Камень открылся…

Потом она потеряла сознание. Очнулась девочка уже в кровати, затянутой кружевным пологом. Тильда сидела на кособоком стуле с низкой спинкой и смачивала белые лоскутки ткани в жестяной чаше с позолоченными ручками. Маленькое окно в белой стене впускало в эту комнату дневной свет.

— Где я? Мне нужно к отцу, — она оттолкнула наставницу.

— Остановись, девочка! Ты не представляешь, на что способна в нашем саду! — забеспокоилась женщина. — Правда, сейчас ты не смогла… Я отвлекла их всех! Но они поверили. Лежи. Что-то пошло не так… Понять бы что… Видимо, только во сне… Да. Точно.

— Папа… он волнуется… Отпустите меня!

— Нет, — Тильда покачала головой. — Белым Камнем тебе дарована необыкновенная сила. Ты можешь летать и проходить сквозь пространства, ты можешь заглянуть в будущее или прошлое, ты можешь подчинять своей воле любые предметы, в том числе и человека. Ты можешь исцелять обездоленных и внушать им веру… Только давай попробуем еще разок? Только теперь уже во сне?

— Кто вы? — спросила Эльза. Тильда поправила подушку у нее за спиной и кликнула кого-то. Девушка в светлой тунике вышла из темного угла, забрала чашу с водой и вдруг шепнула Тильде на ухо пару слов. У подошедшей были рыжие волосы, которые выбивались из-под остроконечной шапки желтого цвета.

— Пусть войдет, — приказала Тильда.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
Бесплатно
печатная A5
от 411
Купить по «цене читателя»

Скачать бесплатно: