Бесплатный фрагмент - Свет

КНИГА I: МИСТЕРИИ

Гостья

Отведу от дверей я твоих беду,

Исцеление светлое призову.

Слово моё принадлежит не мне,

Я сама за ним, как и ты, иду.

Лишь случайна Гостья

Среди тёмных дней,

Среди встреч и разлук,

Где есть жизнь и смерть.

Окрылённая музыкой на ходу,

На лету можно старое всё стереть.

То, что было прожито — того нет.

Капля каплей наполнилась

И умерла,

А слова запомнили

Солнца свет.

А слова —

Это больше, чем просто

Слова.

Словно в теле новые

Плоть и кровь.

Это истина, нужная

Всем живым.

Это Дом,

Куда возвращаются вновь,

 Все, в любви похожие,

 Сердцем своим,

  Незапятнанным горечью и тоской.

 Когда песня крылата —

 Хочется петь.

 Я спою что-то новое

И приду,

И оставлю слово моё с тобой.

Пониманием, присутствием

Обниму.

Ветерком весенним, словно обняв,

Приложу ладони к горячему лбу,

И, прохладой слов своих тихо объяв,

Боль и тяжесть легко, как во сне, сниму.

Небо в кармане

Это небо моё в кармане,

Мне его подарила вечность.

Тополя мне наколдовали,

Пух пустившие в быстротечность.

Эта комната,

Что не вспомню,

Где последний раз я болела,

Это небо моё в кармане,

Это царство, где нет предела.

Это море моё

За стенкой,

В грудь ритмично и сильно бьется,

Это море моё так манит,

И танцует внутри, и смеётся.

Это сила моя большая:

Я земля,

Я всего основа.

Пусть родится вода живая,

Пусть, подобным ей станет Слово.

И я пятой войду стихией,

В мир, где будет всё необычно.

Это небо моё в кармане,

Словно воздух войдёт в привычку.

Океан

Я никогда не пил раньше из океана,

А сегодня волна вдруг ударила в грудь.

Жизнь до этого была странной,

Как я понял — больше не жизнь, а путь.

Хоть я носил в себе его,

Плавал в море,

В счастье и в горе,

Но вскоре опять тосковал.

Я никогда не пил раньше из океана,

Только лишь изнутри себя его знал.

Это, наверное, несправедливо,

Что жажды,

Этой как я не сможет сейчас утолить,

В мире бескрайнем этом,

Живущий каждый.

Мне бы хотелось всем его подарить!

Точно и верно,

Не расплескав ни капли,

Словно живую воду набрать в сосуд,

И напоить тех, кто был, как и я, мучим жаждой,

Чтоб они знали,

Что их тоже любят и ждут.

Шаман

Листья жёлтые

Утратили майский сок,

Но память ещё хранит

Запах весны.

Засыпает природа

Дулом себе в висок,

Душу снегом укрыв

До весны!

Тело

Снегом зарыв,

В холода,

Чтоб родить его вновь для весны молодым.

Шепчут деревья:

«Мы с тобой навсегда»,

От метели спасая

Нас клёном

Седым.

И кажется:

Умер

Кто-то,

И кто-то воскрес,

Когда зимний лес

Виднеется

Там вдали:

Тропа,

Простирающаяся до небес,

Одетая лишь в огни!

И где-то

В лесу

Леший или шаман

Раскурит трубку, на восток  поклонясь,

Чтобы мы воскресли из земли,

Ведь всего лишь иллюзия — боль и грязь!

И рождаясь в радости, день за днём,

Воспевали каждый Земли росток,

Стали глиной,

Возвысившейся огнём,

Стали светом,

Над снегом тем серебрясь.

А ещё, на поляне среди майских трав,

Там, где феи и эльфы

Затеяли хоровод,

Мы счастливые встретили, обновясь,

Настоящий и Солнечный Новый год.

И в волшебную полночь пришла Весна,

И деревья наполнил вновь майский сок.

Когда любит душа, ей ведь не до сна,

Оттого и полёт её так высок!

Молочная луна

Вы приходите к духам за молочной луной,

Исцеляющей душу,

Отражающей свет.

Вы приходите к духам, вы идёте за мной

В этот мир, где нас с вами как будто бы нет.

Вы касаетесь стебля,

Собираете соль,

Поклоняясь Земле,

Очищая её.

Вы приходите к духам,

Вы приносите боль —

Они в дыме весеннем

Растворяют её.

Вы кружитесь со всеми

В пляске белого сна

Под молочной луной,

Под апрельским дождем.

Вы приходите к духам,

Вы идёте за мной,

Не узнав, почему же я тёмный такой.

Оттого моей коже лучи не страшны,

И ни копья, ни стрелы

Не ранят её.

Вы приходите к духам,

Вы идёте за мной

В царство белой луны,

Что зовёт за собой.

Темнота лишь снаружи,

А свет весь внутри.

Я не видел, но чувствовал

Вечно его.

Вы приходите к духам за молочной луной,

Исцеляя от ран

Снова сердце своё.

Дождь постарел

Город лил свет,

Проливал

Скудно и скучно

С низкого неба

Сквозь свинцовые тучи.

Город лил дождь с тяжёлого неба,

Мешая со снегом,

А в перерывах смеялась жизнь.

И хотелось любить её до рассвета,

А потом закричать: «Вернись!»

Мне хотелось раздеться под этим дождем,

Ведь я здесь когда-то уже жила.

Каждую рану заштопал он,

Каждый ожог залатал.

Ничего не случилось более,

И я слушала крики ворон.

Температура была за сорок —

Дождь постарел, сняв решёки с окон.

Солнце светило выжженным пятном

На скатерти бледно-голубого неба.

Так душа сбрасывает сон:

Горячо и нелепо.

Слоны

Бесконечны только любовь и боль,

Смерть кончается каждый час,

Начинается где-то в нас,

Там, где дни любви сочтены.

Там, где белая пена волны,

Подхватив вдруг, уносит баркас,

Где идут по воде слоны,

И кончается время.

Бесконечны только любовь и боль,

Между ними ветер поёт мотив,

И орёл, свои крылья вновь отрастив,

Покоряет небо, порвав с судьбой.

Мы встречаемся снова с тобой, с тобой,

Поменяв наши души, тела и сны,

Чтоб расстаться, когда Амур молодой

Вонзит стрелы в сердца нашей общей весны.

Бесконечны только любовь и боль,

И оружие ветра — благая весть,

Дарит танго забвения нам с тобой,

Это смерти короткая, злая месть.

Бесконечны только любовь и боль.

Белый парус и синий, жестокий плен,

Я останусь Гердой в пучине вен,

Где по северо-западному горячо.

Ты увидишь в зеркале, как тотем,

Охлаждая раненое плечо,

Как ребром к тебе я врасти хочу.

Дикий бубен её сердца

Она бы хотела,

Чтобы он говорил

На чужом и неведомом ей языке.

А ещё,

Оставлять следы,

Босиком идя

На песке.

Слушать сердцем его

Сердце,

И совсем не слышать слова,

Чтобы он никогда ей не смог солгать,

Чтобы любовь лишь была права.

Чтобы однажды, встретившись,

Не расставались.

Или расстались сразу,

Совсем, навсегда!

Только в сердце

Его оставались

Следы на песке её

В никуда.

В пустоте нескончаемых тех следов

Пустота превращается

Вся в Любовь…

И поёт, и плачет, и вновь поёт

Дикий бубен её сердца.

Пенелопа

Вся красота без любви — мертва,

И все знания — бесполезны.

Не проходит ночь,

Не растёт трава,

И лишь сильнее глядит в меня бездна

Глазом холодным и полным огня,

День ото дня

Испепеляя.

Всё — хорошо,

Но без любви

Ни мне,

Ни ей

Не надо и Рая.

Всё перепробовать,

Всё пережить,

Множество жизней

По миру скитаться…

Мы ведь сумели,

Мы всё смогли, —

Только вот как до любви достучаться?

«Страшно дарить,

Не примут

И бросят…» —

Так говорят одна,

И другая.

Меня о любви многие просят,

Но я ни с кем её не желаю.

Вот бы увидеть

Того, кто един

Вечно со мной,

Хоть распавшись на части…

Я по ночам тку полотно,

Из бездны своё возвращая счастье.

Шаманское

Мы смотрим на небо,

Лежим на спине, утопая в снегах.

А из печи пахнет хлебом,

И кто-то волшебный живёт в рукавах.

Мы пишем картины

На белоснежном и мятом снегу.

До боли бывает невыносимо,

Что я без тебя могу!

Мой сказочный Север,

Печаль моя и любовь.

А в чае том — лето и клевер,

И самая сладкая кровь.

Бесконечность зимы

Там, в бесконечности русской зимы,

Таится тепло, от глаз скрытое.

В храме на службе стоим не мы,

Не мы склоняемся над молитвами.

Но стены те помнят и нас, и нас,

Как были рядом

Те души близкие.

О чём ты думаешь в этот час,

Свою главу заключив в тиски?

Может, смеёшься над глупой мной,

Над моим страхом

И прошлым неверием.

Может, заслушавшись тишиной,

Повышаешь к жизни доверие.

Где ты сейчас?

Ведь ничто пройти

Никогда не может навечно.

Для тебя все дороги — пути,

Просто доверься, идя беспечно.

Там, в бесконечности русской зимы,

Я остаюсь в изгнании, в ссылке,

Чтоб сотворять для тебя миры

И иногда отправлять посылки.

Хотя бы для пары похожих глаз,

Двух неприметных и странных прохожих.

Я прошу: улыбнись сейчас,

И я верю — ты точно сможешь.

В тёмном храме,

Среди свечей,

У иконы горит лампадка.

В светлом царстве

Моих теней

Так же холодно всё и гладко.

Там в бесконечности русской зимы

Таится тепло, от глаз скрытое.

В храме на службе стоим не мы,

Не мы склоняемся над молитвами.

Но стены белые помнят нас

И хранят чудеса и знамения.

Открывается небо сейчас,

Нам даря свои откровения.

Где-то вдали родная земля,

Незнакомая и заколдованная,

Как принцесса,

Тайной маня,

В тёплых объятиях

Спит зачарованная.

Но, проснувшись,

Всё преобразит,

Будут чащи петь до рассвета.

Мы пойдём,

Чудо изобразив,

Проживать вместе своё лето.

Послание духов

Хороший охотник всегда поднимается

На самую высокую дюну,

Чтобы видеть —

Насколько хватает глаз.

Тебе нужно испить

Воды жизни.

Ты воскреснешь из мёртвых

Со слезами весны пустыни,

Именуемой — жизнь.

Восстань,

Преобразись!

Все жрецы и волхвы ждут

Твоего прихода.

Все великие мёртвые

Смотрят на тебя.

Тьма и свет

Есть у меня чёрное:

Тяжёлая тьма, ее не поднимешь, нет,

Тьму не понять, она разрушает след:

Она всё поглотит, все лица и все дома.

Есть у меня чёрное — да, это же я сама!

Есть у меня белое: далекий безбрежный свет,

Ангела крылья хранят меня много лет.

Есть во мне белое — это родной наш Бог,

Вдоль земли ходит,

Свой обходя чертог.

Есть во мне белое,

Рядом с огромной тьмой,

Луч его тонкий развеет смерть и покой!

Белого мало во мне, но оно всё же сильней:

Это Сварог внутри нас приручает зверей!

Зверь необычен мой,

Тонок, как небо слух.

Зверь мой бесстрашный

Оберегает дух.

Есть во мне чёрное,

Или же вовсе нет?

Это Земля моя в недрах

Рождает Свет.

Нет во мне чёрного,

Белого нет во мне.

Это Любовь моя

Светится в каждом огне.

Это Любовь моя

По всей Земле кружит

Всеми оттенками,

Значит, мы будем жить!

Многоликий шут

Я — альфа и омега,

Начало и конец.

Я нищий и богач,

Творение и Творец.

Меня хотят все видеть,

Только нигде не ждут.

Нельзя меня обидеть,

Ведь я свободный шут.

Нет ни к чему привязки

На небе, на Земле.

Видны мне все развязки

В неведомой стране.

Нет ни к чему стремления,

Лишь к жизни и к игре.

Восторг и удивление

Всегда живут во мне.

Всю землю обошёл я,

Все игры обыграл,

Но так и не нашёл я,

Того, кого всегискал.

Пусть, как и я, свободен

Будет весь день и век,

Средь множества мелодий,

Живущий человек.

Всмотритесь в эти лица —

Все дети — старики,

Шуты, которым мнится,

Что знания глубоки,

Что есть на все ответы,

Что жизнь предрешена.

Но я скажу на это:

Свобода есть одна.

Всё хочет устремиться

К свободе лишь к своей,

Играть, петь, веселиться

Средь белой пены дней.

Расти можно, желая

Проявленности всей.

Счастливый выбирает

Свой путь среди теней.

Идёт навстречу сказке

И смотрит в небеса.

За ним там наблюдают

Счастливые глаза.

Ничем не обусловлен,

Защиту и уют

Не ищет вездесущий,

Играющий в нас шут.

Мечта

Я не забуду о том, что я — чья-то мечта,

И чтобы ни случилось

Не перестану светить!

Не имеет значения… одна у нас жизнь…

Не одна —

Если её научиться

Правильно жить.

Я не забуду о том, что я — чья-то мечта,

И чтобы ни случилось

Не перестану светить.

Одна реальность — где свет,

И много — где тьма,

А мне всегда мечтой так хотелось быть!

Питер

Когда Питер в свои заключает объятия,

Меркнут слова любви и проклятия.

Осень снимает старое платье,

Чтобы позвать зиму.

Я на Невском,

А ты на Ваське,

Мы ушли от безумной страсти,

Выбросив аську в Неву.

Порознь плыли за новым рассветом,

Где, когда-нибудь, будет лето,

И тебя я не обниму.

Кай и Герда

Магия льда в скульптурах ледяных
Застыла на морозе и искрится.

Покой торжественно почил на них,

Безмолвие в телах живёт и лицах.
Нет радости. Кругом один покой.

Нет вдохновения,

Нет ожидания чуда.

Коньки скользят по льду наперебой,

И Снежной Королевы поцелуй
Сердце овеял вьюгой.
И Кай с тех пор один скользит по льду,

Сложить из льдин пытаясь слово «Вечность».

А Герда была предана ему,

Но заплутала, попав в эту бесконечность,

Где холодно,

Конца и края нет.
Во времени немного потерялась.

Сейчас светло — закат или рассвет.

Она уже ни капли не боялась.
Не разбудить слезой и не разжечь,

Ведь она знала — он рожден проснуться:

Как радости поток смеяться,

Плакать, влечь,

В тот океан,

Где можно окунуться,

И весело, как ручеек весенний течь.
И лёд его уж больше не поманит.

Зачем, когда всё прошлое можно легко так сжечь?
Любовь одна лишь
В жизни не обманет.

И стоит расстояний всех и встреч.

Ангел и демон

Наша любовь —

Это жёлтые листья.

Ты мне не снишься,

И я тебе тоже.

Осень надела одежды лисьи,

Сделав уютными сонных прохожих.

Листья шуршат,

А душа замирает:

Так, за секунду,

Проходит вечность.

Ангел и демон,

Обнявшись, летают.

А миру просто

Нужна человечность.

Петербургская весна

Льды бегут по реке,

А река по льдам.

Небо плачет первой своей синевой.

Расцветают девушки,

Временам, на картинах оставив румянец свой.

И играет скрипка, всему в укор,

Плачет бедная тем, что уж не вернуть.

И тяжелой ношей легла на грудь

Та печаль, которой завтра тонуть.

В переходах пляшут или поют,

Птицы стали недавно лишь веселы.

Улыбнусь в мечтах я кому-нибудь,

У кого-то учась снова видеть сны.

Где играют дети, растет трава,

И танцующий на ветру старый клен,

Как случайный прохожий, расскажет мне,

Что давно в меня вечный кто-то влюблён.

Музыка

Музыка соткана из картин

Чьей-то любви и чьих-то далеких улыбок.

Засыпая, на неё смотри.

Музыка истины и ошибок,

Музыка солнца, жизни и света,

Лежит — всегда ли — поверх нот войны?

Музыка, дай нам ответы:

Кто мы?

Куда идём и откуда,

Солнцем высоким согреты,

Мы видим сны.

А ты будишь нас,

Выбежав на мороз, в летнее платье одетая,

Пробуждая вновь для весны!

Музыка, будь всегда радостной и счастливой,

Исправь то, что нельзя забыть

И следует помнить.

Так сладостно звучала в ответ она,

Добавляя еще больше боли.

В вечность

Сотворила тебя из камня,

Сотворила тебя из глины.

И с тех пор ты стал самым главным,

И с тех пор ты стал самым сильным.

Сотворила тебя из веры,

Сотворила тебя из жизни.

Для тебя стала самой первой,

Для тебя была самой близкой.

Сотворила тебя из пены,

В облаках твой небесный оттиск.

И, с тех пор, оправдалась вера,

Ну а я продолжаю поиск.

Ты как мир и как сон бесконечен!

Повелитель, властитель — царствуй!

Я тебя отправляю в вечность,

Сотворённого мной из счастья.

Моя любовь

Моя Любовь

Бушевала волнами,

Извергалась вулканами.

Расплескала себя океанами,

Садами Семирамиды

Ввысь выросла.

Звуками океана,

Шумом дождя

Не закончилась,

А бурю вынесла,

До конца выстояла.

Моя любовь на солнце созрела

Яблоком,

Не познанным никем до меня.

Моя любовь меня с трудом вынесла-

Бурю вымысла —

Реальность на грани сна.

Моя любовь вьюгой у зимы вызвала

Вечное солнце-

Частички его огня.

Морозом по коже

Летаю, по ней пройдя…

Не зная надежд, не помня ни чисел, ни слов.

Моя Любовь меня до неба высветлила,

До самых запретных глубоких снов.

Священная земля

Чертополох колюч,

Воды чисты,

Поля ещё не тронуты и свежи.

Как будто всё вернётся тишиной.

Улыбкой той,

Дарующей надежду,

Таящей свет.

Сильней него,

Наверное, нет,

Иль где-то есть,

Но его так немного.

Сей семена —

Увидишь, как взойдут

Просторы ржи бескрайние,

И степь, и руки Бога —

И есть твой путь.

И колосится золотая рожь.

Придешь однажды, уничтожив ложь,

С сердец её оковы сняв,

Освобождая мир Творца Земли.

Путь любви

Путь любви — самый опасный путь,

Любовь не признает земных законов.

С него невозможно свернуть,

И каждый идет в одну сторону.

Путь любви — это не путь веры,

В нем нет ни к чему доверия:

Пока тебя этот путь не ПРОверит —

Любовь не откроет двери.

Путь любви —

Единственный правильный,

Праведный.

В нем истины рост важнее всего.

Любовь никого не исправляет,

Она сотворяет  мир заново.

Любовь колдуна

Колдуны влюбляются всерьёз,

Но в любви всегда утрачивают дар.

Им уже не слышен шёпот звёзд,

Когда в их груди горит пожар.

Колдуны влюбляются в себя,

В зеркале, как в тлеющем огне.

С ними долго остаётся эта связь,

Как клинок, застывший взгляд в окне.

И, курок пытаясь вновь нажать,

Вспомнив про терпение как сталь,

Колдуны влюбляются, смеясь,

В глазах смерти,

Усмирив печаль.

И, когда приходит к ним любовь,

Мир вокруг

Словно в волшебном сне!

Помнится,

Тот сон прошёл, кружась

Как метель по всей Земле и мне.

Но остался взгляд и пистолет,

И осенний вальс его ресниц.

И летят, как призраки слова,

В белый сумрак диких верениц.

Мы связаны

Мы связаны цельно,

Мы связаны цепью.

Так Ангел-хранитель

Связал светлой нитью.

Пусть зло абсолютно,

И гордость священна.

Быть можно любыми,

Свободными — тщетно!

Мы связаны небом,

Пусть так неудобно!

Я знаю, наверное,

В любви я до гроба.

И после,

И после,

Струится по венам

Слепая привязка

Безликого неба.

Мы связаны цепью

Разумно и точно!

Идём до вершины

И денно,

И нощно.

А там есть свобода?

Не знаю, наверное,

У самого входа,

У Бога — безмерная.

У нас неизвестная,

Для нас это цепи,

Лишь игры минутные

Для Бога.

Мы дети?

Растём

И играем,

Разбиты колени.

Так учимся сами,

Сбегая от лени.

Там, где ты

Там, где ты, наверное, всегда весна,

И цветет душа,

Горячеет кровь…

Тянет руки к небу,

Ей не до сна —

Над всем этим миром царит Любовь.

Там, где ты, наверное,

Поёт февраль,

Но растаял лёд,

И тоска прола.

На губах

Не соль,

А наш дикий мед,

Ничего другого я не нашла.

Там, где ты, наверное,

Небес волна,

Словно солнце в поле —

За горизонт.

И я счастлива вечно, что не одна,

А над нами один распростерся зонт.

Там, где ты, наверное,

Все хорошо…

И так радостно,

Что и не снилось мне…

И струится времени мягкий шёлк,

Оставляя нас где-то на глубине…

Между небом и землёй

Я тебя не загадывала и не просила,

И ты не был мне предназначен судьбой.

Во взгляде твоём я увидела силу,

И стала земля не видна подо мной.

Между небом и землей

Ты носил меня на руках —

Вопреки всему,

Всем законам земным и небесным.

Без тебя было в мире мне тесно.

Я тебя не загадывала и не желала,

Не пыталась представить твои глаза.

Наверное, часто в том мире бывала,

Где всё, что в обычном — за рамками, за…

Я тебя оставила и не отпустила.

Между небом и землёй

Ты живёшь и грустишь.

Боль твоя перебирает струны

И дождём накрывает весенний Париж.

Свобода выбирать

Когда любовь совсем прошла,

Один есть миг её вернуть,

Есть миг подумать: что нашла

Ты в ней? Зачем был пройден этот путь?

Ещё есть миг, чтобы распознать

Любовь и опыт,

Жизнь и смерть.

Всегда

Свобода выбирать

Есть —

Ползать или лететь.

И в страхе нет уж ничего,

И остается только петь.

Всё что не нужно, — то прошло,

А всё, что нужно, — будет жить!

Будь счастлив всем ветрам назло

И не переставай любить!

Тень

Хорошо ли у тебя всё,

Перестал ли в душе снег?

Всё проходит,

Время несёт

Уходящих часов бег.

Успеваешь ли смотреть сны?

Успеваешь написать тем,

Кто, как я, о тебе знал «всё»,

Кто, как я, тебя считал всем.

Хороша ли для тебя жизнь,

Улыбается ли тебе день?

Я оставила тебя жить,

Я оставила твою тень.

Разжигается камин,

Дом,

Вновь становится

Будто чужим.

В мире, названном

Тобой сном,

Создаются

Миры лжи.

Бездна

Я всматривался в бездну —

Она была без дна,

И я не уставал в неё смотреть.

Я пытался понять,

Для чего она,

Если её не постичь, не измерить.

Я всматривался в пропасть,

И я вгляделся в смерть,

И птицей она прилетала ко мне,

Чтобы в ответ в глаза посмотреть,

Чтобы без слов говорить в тишине.

Я всматривался в бездну,

Так проходя урок,

И читал между строк.

Я от счастья хотел умереть.

Я плакал, когда ко мне приходила любовь,

И смеюсь, когда её нет теперь.

Я всматривался в бездну,

И я бросал якоря

В небесное море,

В бесконечную синь.

И бездна шептала, что живет для меня,

И бездна, бездна стала моей богиней!

Невыносимая легкость бытия

Невыносимая легкость бытия:

Где-то есть ты,

А где-то — я.

Между строк читаем то, что ещё не написано,

Между делом слышим чьи-то мысли.

Между небом и землёй ходим,

Между ненавистью и любовью бродим.

И обвивает шею, как змея, —

Невыносимая легкость бытия.

Когда в тебе говорит боль

Когда в тебе говорит боль,

Ты не знаешь себя другой,

Ты кажешься себе ищущей

Воду и пищу.

Но духовная жизнь

Не требует ничего,