электронная
200
печатная A5
546
16+
Сваликхита Дживани. Автобиография Бхактивинода Тхакура

Бесплатный фрагмент - Сваликхита Дживани. Автобиография Бхактивинода Тхакура

Объем:
242 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4498-6644-8
электронная
от 200
печатная A5
от 546

От переводчика

«Сваликхита Дживани» представляет собой автобиографию, написанную в 1896 Кедарнатхом Даттой (также известным как Бхактивинода Тхакур) — видным деятелем Бенгальского ренессанса, философом, поэтом и реформатором Гаудия Вайшнавизма, который способствовал его возрождению в конце 19 и начале 20 столетий, и рассматривается учёными и последователями традиции бхакти как самый влиятельный Гаудия Вайшнавский лидер своего времени.

Написанная по просьбе сына Бхактивиноды Лалиты Прасада, книга содержит воспоминания, охватывающие период от рождения автора в 1838 до его отставки (отставки с места службы) в 1894.

«Сваликхита Дживани» была опубликована Лалитой Прасадом в 1916, после ухода Бхактивиноды.

Везде в тексте, где Бхактивинода обращается к читателю, говоря ему «ты», подразумевается адресат дневника Шриман Лалита Прасад Тхакур (1880—1981).

В основу перевода «Сваликхита Дживани» на русский язык положен перевод дневника с бенгали на английский, осуществлённый Шукаваком Дасом, индологом, религиоведом и преподавателем санскрита (США/Канада). Перевод Шукавака был отредактирован неизвестным, выступающим под аббревиатурой KDA; именно эта исправленная версия была использована в качестве исходного материала для перевода на русский. Примечания, обозначенные знаком «*», принадлежат переводчику на русский.


__________________________________

Примечание Шримана Лалиты Прасада к первому бенгальскому изданию

«Я опубликовал „Сваликхита Дживани“, написанную моим отцом, адресуя её тем, кто испытывает к нему привязанность и очень дорожит им. Мой досточтимый отец дал мне указание не злоупотреблять ничем, что вышло из-под его пера. Таким было его желание. По этой причине я не могу дать эту книгу обычным людям. Лишь человек, питающий безусловную любовь к моему отцу и веру в него, достоин читать этот труд. Если же кто-то, читая это произведение, станет толковать его на свой лад, вразрез с желаниями отца, то бремя ответственности за это будет возложено исключительно на плечи такого человека; моей вины в том не будет».

«Сваликхита Дживани» Шрилы Саччидананды Бхактивиноды Тхакуры, 181 Маникатал Стрит Бхакти Бхаван

«Ты расспрашивал меня о фактах моей биографии.

Я записал на бумаге всё, что сумел вспомнить. Пожалуйста, позаботься о том, чтобы эта история не стала предметом злоупотреблений».

Рождение и раннее детство

Я родился в 1160 году эры Сакабда в 18-ый день месяца Бхадра в доме своего деда по материнской линии, в деревне Ула (или Улаграм), также известной как Биранагара.

Моё рождение соответствует следующим датам: 1760 год эры Сакабда; 352 год эры Шри Гаурабда; 2 сентября 1838 от Р. Х.; 1245 год эры Бангабда.

Как Биранагара пользовалась в Бенгалии репутацией богатой деревни, так и мой дед по матери Шри Ишвара Чандра Мустафи был знаменит в качестве процветающего землевладельца. Его выдающаяся щедрость была известна во многих областях Бенгалии. Изо всех окрестных селений люди приходили посмотреть на его знаменитый дворец. В округе Надия деревня Биранагара (Ула) была особенно известна своим богатством и счастливой жизнью её обитателей.

Я появился на свет потомком Пурушоттамы Датты, канья-кубджа — каястхи.

__________________________________

✒ Потомки

Шри Пурушоттама Датта был одним из числа пяти каястх, пришедших в Гауду по приглашению царя Адисуры. Эти пятеро были Макаранда Гхош, Дашаратха Васу, Калидас Митра, Дашаратха Гуха и Пурушоттама Датта. Семья Пурушоттамы Датты осела в Балиграме. Позже некий представитель его рода осел в Андулаграме и стал известен как глава всего сообщества каястх.

Часть семейного дерева семьи Датта
(Бхарадваджа Готра Каястха Каннауджия)

Шри Говиндашаран Датта был семнадцатым потомком Пурушоттамы Датты. Говинда Шаран, передав своему брату Хари Шарану все имения в Андулаграме и основав, благодаря щедрости султана Дели, деревню Говиндапур на берегу Ганги, сделал её своей резиденцией. Со временем Говиндапур оказался в руках британцев и был превращён в крепость (Форт-Уильям). Взамен семья Датта получила землю в Хатакхоле, где они основали новое поселение. С того времени род Датта известен как Хатакхола Датта.

Форт-Уильям на месте провинции Говиндапур

Двадцать первым потомком Пурушоттамы Датты был знаменитый Маданмохан Датта. Он был первым в роду Хатакхола Датта и пользовался репутацией очень религиозного человека. Всем бенгальцам были известны его труды в районе горы Прешташила в Гайе и в иных местах. Мой дед по отцу Раджаваллабха Датта был внуком Маданмохана Датты.

Так случилось, что Раджаваллабха утратил всё своё богатство. Из-за этого мой отец Анандачандра Датта оставил свою резиденцию в Калькутте и поселился в деревне моего деда, расположенной в Ориссе. По этой причине он не присутствовал во время моего рождения в Биранагаре.

Мой отец Анандачандра Датта Махашая был крайне религиозен, порядочен и свободен от чувственности. Он был настолько хорош собой, что многие говорили, что в Калькутте того времени никто не мог сравниться с ним в красоте.

Моей матерью была Шримати Джаганмохини. Она была наделена разумом, порядочностью и преданностью моему отцу; можно сказать, что ей не было равных.

Моего деда лишили всех его владений, поэтому отец пожелал переехать в Ориссу. Дед заметил ему: «Вначале приезжай один и осмотрись, а позже сможешь перебраться в Ориссу со всеми домочадцами».

Деревня, известная как Чоти Говиндапур, стояла на берегу реки Вирупы в округе Куттак в штате Орисса. В этой деревне находилась резиденция моего отца и деда. Моему отцу принадлежали эта деревня и другие деревни в округе. Когда умер Рая Джаганнатха Прасада Гхош Махашая, единственным наследником оказался мой отец.

Поэтому вся оставленная им (Раем Джаганнатхой Прасадой Гхошем) собственность стала достоянием моего отца. Пока значительное богатство моего деда оставалось неприкосновенным, у отца и деда не возникало желания закрепить свои права на него.

Затем, после смерти Раи Раи Джаганнатха, вся собственность осталась в руках его слуг кханаджат, главным из которых был Рамахари Даса. Этот слуга завладел всем.

Тогда мои дед и бабка, которые нищенствовали в Калькутте, отправились в Чотимангалапур, но Рамахари Даса, проявляя строптивость, отказался выпускать бразды правления из своих рук. Из-за этого моему отцу приходилось наведываться туда на протяжении почти трёх лет, до окончания судебного разбирательства. Когда дед и бабка переехали из Калькутты в Ориссу, то отец и мать переселились в Улаграм, взяв Абхаякали, своего первенца, с собой.

__________________________________

Улаграм

Политическая карта Индийской Империи 1909 год.

В пору их жизни в Улаграме родился мой старший брат Калипрасанна. Проведя в Биранагаре несколько дней, мой отец по просьбе деда отправился в Ориссу. Слуга Рамахари Даса не отказывался от притязаний на собственность до тех пор, пока отец не явился лично.

Как уже было сказано, мой дед Раджаваллабха попросил отца покинуть Улаграм и на время приехать в Ориссу. Мне было лишь несколько месяцев в утробе матери, когда отец направился в Ориссу. Находясь в Ориссе, отец получил известия о моём рождении. После того как тяжба завершилась, мы овладели собственностью, поэтому мой отец надолго задержался в Ориссе.

По словам матери, после моего рождения, в течение двух или трёх дней она страдала от послеродовых мук. Время моего рождения астролог зафиксировал, используя песочные часы. Кроме того, время рождения было определено с помощью западной хронологии.

Мой дед по матери был владельцем несметного богатства и обширных земель. В нашем дворце жили сотни слуг и служанок.

Мой вес при рождении был изрядным. У меня был старший брат, Абхаякали, к моменту моего рождения уже покинувший мир. Второй брат, Калипрасанна, был ещё жив. Я был третьим сыном отца.

Говорили, что я оказался самым невзрачным среди всех сыновей. Но мать говорила: «Очень хорошо, пусть этот мальчик будет слугой остальных, лишь бы только жизнь его была долгой».

Мать рассказывала, что, когда мне было восемь месяцев, на моём бедре появился нарыв, из-за чего я ослаб и исхудал. Я также слышал, что однажды, когда моя няня Шибу сносила меня по лестнице, я порезал язык о зубы. До сего дня на моём языке остаётся шрам. Это случилось, когда у меня резались зубы.

Когда мне было почти два года, мой отец вернулся из Ориссы. Няня рассказывала, что за несколько дней до возвращения отца я увидел, как ворона садится на жердь и пропел в рифму:

как, кал кал, джхингера пхул/ баба асета, наде басо

«О, ворона, чёрная-чёрная, цветок тыквы джхинга, отец приезжает, сядь в сторонке».

Пока я произносил стишок, ворона перелетела в другое место. Окружающие увидели это и заметили: «О, твой отец непременно вскоре приедет». Так вышло, что спустя несколько дней мой отец прибыл в наш дом в Уле.

__________________________________

✒ Учёба в деревенской школе, религиозные фестивали

Я слабо помню события первых трёх или четырёх лет жизни, и многое, о чём пишу, было мне рассказано. Я помню, как в три года ходил в школу под началом Карттики Саркары. Даже сейчас я отчётливо помню трость, которой он нам грозил.

Школа была расположена на длинной веранде здания Пуджи. Многие деревенские мальчики посещали её. Махеш Бабу, мой кузен по матери, Кайласа Датта, родственник моего деда, Махендра Васу, Шьямалал Митра и другие также посещали школу. Карттика Саркара был очень суров, и все мы его боялись. В те дни умер брат матери Гириша Бабу.

Подрастая, я становился полон любопытства и стремился всё увидеть. В доме деда проводились всевозможные праздники.

Джагаддхатри-пуджа

С огромной пышностью праздновалась Джагаддхатри-пуджа, особенно ночью. Сотни канделябров украшали здание пуджи.

Бачара — обучение проводилось за стенами здания пуджи. Фонарями были увешаны все колонны и подпорки. Всех стражников рядили в сепойскую униформу. Многочисленные статные мужи в одеяниях, расшитых золотом, приезжали из Ранагхата и Шантипуры. Их сопровождали многие телохранители и солдаты. Многолюдностью сцена напоминала лес из людей, а иллюминацией — битву на Курукшетре.

Джагаддхатри («Вседержительница») — Богиня Дурга

Пространство было заполнено огнями фейерверка; то было буйство помпы и роскоши. В первую ночь давались танцевальные представления в стилях кшемат и байнат. В это время люди были настолько веселы, что теряли всякое чувство религиозного действа. Поздно ночью проходила бекаби-гана, состязание певцов. На закате я слушал его, но кави-валла, исполнители, вопили так немилосердно, что у меня начинали болеть уши. Божество Богини Джагаддхатри наряжали в лучшие одежды. Праздничные блюда были источником всеобщего удовольствия.

Дурга-пуджа

Дурга-сева была великолепна. Каждый день в храме совершалось поклонение Богине Джагаттарини — божество было гигантским и сделано из восьми металлов. Во время Дурга-пуджи Богиню приносили в зал пуджи. Я помню, что к нам приходили двадцать пять или тридцать браминов с запада — они переносили Богиню в место поклонения и совершали cлужение. Поклонение происходило в течение трёх дней с великой пышностью. На шестой день начинался барабанный бой, в котором звучали барабаны двух разновидностей, так и тол, и этот звук сотрясал всё здание поклонения. На девятый день происходило жертвенное заклание многочисленных козлов и буйволов. В этот день женщины в нашем доме поклонялись Богине Дурге, в особой манере неся благовония на головах.

Кали-пуджа

Во время Кали-пуджи мы, мальчики, собирались и шли в храм. Каменное божество, носившее имя Диндаямая Кали, всегда пребывало в храме, известном как Навачуда. В ночь Кали-пуджи там всегда громко звучали фанфары. Все, кроме козлов и буйволов, наслаждались праздником. По большей части, те священники приходили полакомиться козлятиной.

Дола Ятра

Во время фестиваля Дола Ятра звучали песни и происходили всяческие увеселения. Красный порошок разбрасывался в таких количествах, что всё казалось окрашенным в красный или кроваво-красный цвет. В это время даже стража принимала участие в фестивале. Стражники заходили в храмовый двор, распевая песни и разбрасывая красный порошок. Из-за всей этой сутолоки я предпочитал наблюдать действо со стороны. Во время Дола Ятры я наслаждался зрелищем иллюминации фестиваля, известного как Мерапура.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 200
печатная A5
от 546