Жди меня, и я вернусь.
Только очень жди,
Жди, когда наводят грусть
Жёлтые дожди,
Жди, когда снега метут,
Жди, когда жара,
Жди, когда других не ждут,
Позабыв вчера.
Жди, когда из дальних мест
Писем не придёт,
Жди, когда уж надоест
Всем, кто вместе ждёт.
Константин Симонов
Глава I. А тем временем в аду
Багровое небо Преисподней разрывали молнии, белые, ослепительные, похожие на трещины в стекле. Они вспыхивали без звука, озаряя на мгновение бескрайние равнины, усеянные костями и обломками.
Отовсюду доносились стоны и крики грешников, мучаемых низшими демонами, которые хохотали, слизывали с пальцев кровь и плясали вокруг своих жертв, словно дети вокруг костра.
С момента разрушения Врат прошёл год.
Ничтожный срок для бессмертных, но Люцифер не забывал.
Он сидел на троне из обсидиана и перебирал чётки из человеческих позвонков.
Пальцы двигались медленно и ритмично, будто отсчитывали минуты до расплаты.
Каждый день под присмотром Вельзевула демоны отстраивали портал заново.
Каждый день они приближались к миру смертных.
К руинам подошёл Волак. Он по-прежнему выглядел как мальчик лет тринадцати — светлые волосы до плеч, серые глаза, в глубине которых при желании можно было увидеть небесную голубизну.
Рядом бежали две адские гончие — Грим и Баргест — и ластились, как обычные псы.
Волак погладил одного по голове и скривился, глядя, как демоны с черепашьей скоростью перетаскивают огромные каменные блоки.
— О Дьявол, — произнёс Губернатор вполголоса, — они такие медлительные. Вельзевул, может, позовёшь своих мух? Уверен, дело сразу пойдёт быстрее.
Вельзевул оглянулся, и лицо с тёмными, почти чёрными глазами и острыми скулами исказилось:
— Если такой умный, почему сам не займёшься?
— Потому что это поручили тебе, — Волак пожал плечами, всем своим видом показывая, спор ему не интересен.
— Куда направляешься? — проворчал Вельзевул.
— К господину, — последовал ответ. — Есть новости.
Вельзевул отвернулся, давая понять, что разговор окончен.
Волак засмеялся и направился ко дворцу.
Гончие последовали за ним.
Люцифер находился в тронном зале, высоком, с колоннами из чёрного мрамора и множеством свечей, горящих голубым пламенем. Он сидел на троне, перебирая чётки, и слушал, как Касикандриэра, его супруга, женщина с длинными тёмными волосами и зелёными глазами, рассказывала о своих садах в аду.
Она была мягче других демонов, однако в её голосе всегда слышалась та же сталь.
— Пусть войдёт, — махнул рукой Люцифер, когда ему доложили о приходе блондина.
Волак переступил порог и склонил голову:
— Господин… госпожа…
— Отведаешь с нами нектара? — Люцифер поднял кубок с мутной болотной жидкостью. — Из страданий новоприбывших. Говорят, особенно горький нынче.
— Я наслажусь им лишь после того, как Врата будут открыты, — Волак выпрямился и встретил взгляд Люцифера. — Я горю желанием, повелитель. Год — долгий срок для меня. Я скучаю по миру смертных.
— Так рвёшься? — Люцифер одобрительно кивнул. — Молодец.
— Я хочу, чтобы они плакали кровью, — с ненавистью сказал Волак. — Андрей и Константин. Они пройдут через все девять кругов дважды… при жизни и здесь.
Касикандриэра встрепенулась, заметив что-то в его глазах, и открыла было рот, но передумала.
Люцифер отпил из кубка:
— Что с Вратами?
— Вельзевул слишком медлителен, — ответил Волак с чуть заметной усмешкой. — Если позволите, я займусь этим вместе с Аббадоном. Мы справимся быстрее.
— С Аббадоном? — Люцифер прищурился.
— Я знаю, он был в немилости, — мягко настаивал архидемон. — Но он будет полезен, господин. Мы оба хотим одного — уничтожить этих охотников.
Касикандриэра положила руку на плечо мужа:
— Почему бы и нет, Люцифер? Они лично заинтересованы. Им есть что доказывать.
Чётки в руках Дьявола замерли.
Он встал с трона, подошёл к столу с письменными принадлежностями и быстро на свитке написал приказ о помиловании Аббадона, а затем повернулся к Волаку и протянул свиток.
— Хорошо. Однако если что-то пойдёт не так… — он не договорил.
Волак поклонился ниже:
— Можете не сомневаться, господин.
Он вышел из зала вместе со своими псинами.
Двери за его спиной закрылись с тяжёлым глухим стуком.
Волак постоял секунду, прислушиваясь, не донёсся ли вслед голос Люцифера, не передумал ли тот, не отменил ли приказ.
Тишина.
Только пламя свечей шипело, да где-то в глубине коридора перешёптывались слуги.
Волак позволил себе медленно и почти беззвучно выдохнуть.
Он не боялся Люцифера.
Бояться Дьявола — это слишком просто, слишком по-человечески.
Волак уважал его, ту холодную, древнюю силу, которая могла раздавить его одним движением брови. И именно поэтому он никогда не позволял себе расслабиться в тронном зале, даже когда улыбался, шутил и говорил о мести.
Но сейчас, в коридоре, он вновь был собой.
Гончие стояли рядом, преданно виляя хвостами, как обычные псы.
Волак потрепал одного по голове, и Баргест лизнул его ладонь шершавым языком.
— Хорошие мальчики, — прошептал он. — Скоро. Скоро мы поиграем.
Он зашагал по коридору, и гончие последовали за ним.
Тронный Зал остался позади.
Волак шёл через галереи, мимо окон с витражами и пустых комнат.
Снаружи простирались бескрайние равнины Преисподней, и вдалеке виднелись руины Врат, которые он восстановит и через которые вернётся в мир смертных.
Он остановился у одного из окон и приложил ладонь к стеклу:
— Аббадон, ты даже не представляешь, как ты мне нужен.
Гончие сели у его ног, навострив уши.
Волак улыбнулся, и в ней не было ни невинности, ни притворства, лишь ненависть к охотникам.
Он развернул свиток и пробежал глазами по строчкам:
«…Аббадон, Ангел Бездны. Заключён в пещере-тюрьме в Мёртвых Лесах.
Приговор: бессрочно.
Основание: участие в междоусобице и неподчинение.
Помилование: ходатайство Губернатора Ада Волака…»
Он свернул свиток:
— Бессрочно. Это мы исправим.
Демон двинулся дальше по коридору.
Гончие бежали за ним, и их когти цокали по каменному полу.
Волак думал о том, что скажет Аббадону, не о Люцифере — тот был просто пешкой в их игре, хоть и могущественной, не о Касикандриэре — та была проблемой, которую нужно было решить потом. Он думал о них, об Андрее и Константине. Он видел их в своих снах, в мыслях, в тех видениях, которые посылали ему низшие демоны, следившие за охотниками.
И ему было смешно, ведь по его мнению, они потеряли всё ещё до начала войны с демонами.
— Пляши, дружище, — прошептал он, и гончие подняли головы. — Я к тебе уже иду.
Он вышел из дворца, вдохнул горячий воздух Преисподней и расправил хрупкие на вид плечи.
Завтра он увидит Аббадона, завтра они начнут строить, и всё начнётся.
А потом…
Потом он вернётся в мир смертных, напомнит им, кто они есть, и покажет, что бывает с теми, кто забывает своё место.
Аббадон сидел в пещере-тюрьме в Мёртвых Лесах на каменной лавке, обхватив руками колени, и выглядел не как воин, а как узник, который слишком долго ждал.
Длинное одеяние было в пыли, мощные чёрные крылья за спиной подрагивали, глаза запали.
За год заключения Ангел Бездны потерял часть своей силы, но не гордости.
Когда Волак вошёл в темницу, он поднял голову:
— Пришёл полюбоваться?
— У меня хорошие новости, — Волак подошёл к решётке из костей. — Ты выходишь. Мы будем строить Врата.
Аббадон медленно, с трудом, будто тело забыло, как это делается, встал:
— Ты серьёзно?
— Я никогда не шучу о важном, — Волак обернулся к стражнику. — Открой.
Тот дрожащими пальцами вставил ключ в замок, открывая решётку.
Аббадон переступил порог и остановился, переводя дыхание. Он выглядел так, будто готов был упасть, а вместо этого выпрямился и похлопал Волака по плечу:
— Молодец.
— Я не ради тебя старался, — блондин хмыкнул. — Ради мести.
— Знаю, — кивнул Аббадон. — И это делает тебя таким приятным собеседником.
Они зашагали по сумрачному лесу.
Пахло серой и старой кровью.
Отовсюду доносились странные звуки: писки, визги, поскрипывание голых деревьев.
Аббадон спросил, не оборачиваясь:
— Что с Вельзевулом?
— Всё в порядке, — Волак пожал плечами. — Он больше не мешает. Мы теперь главные.
— Хорошо, — демон огляделся. — Свобода… Наконец-то.
Волак отпустил гончих, и те побежали прочь.
— Советую показаться Владыке на глаза, — архидемон смотрел вслед лохматым уродливым псинам, в мире людей принимающим облик доберманов. — Сейчас его лучше не раздражать даже по малейшему поводу.
— Ты прав, — согласился Аббадон.
— В таком случае, как освободишься, зайди ко мне, — сказал Губернатор. — Обсудим план дальнейших действий.
На том они расстались.
Волак вернулся в свой дворец.
Мысли занимали лишь создатели «Стражей Света».
А Аббадон же прибыл к Люциферу, хотя не считал себя виновным в междоусобице и разрушениях. Будучи честолюбивым, как и большинство архидемонов, он мечтал главенствовать в аду и быть любимцем Дьявола, только в этом вопросе не имел претензий к Волаку. Наоборот, объединившись с симпатичным блондином, он представлял для сородичей грозного противника.
— Надеюсь, ты больше не доставишь мне хлопот? — хозяин Преисподней оглядел его с ног до головы.
— Нет, господин, — заверил Аббадон.
— Ну хорошо, — Люцифер поднялся с трона и сделал по залу несколько шагов. — Иначе ты познаешь весь мой гнев. А я, если честно, не хочу терять такого подданного, как ты.
Аббадон улыбнулся краешком губ.
— Можешь идти, — махнул рукой Люцифер. — Жду вас с Волаком для отчёта по строительству.
Демон поклонился, вышел из огромного зала и подошёл к окну крытой галереи.
В глазах застыла решимость.
«Долго я ждал этого часа, — Аббадон был благодарен Волаку за ходатайство перед Люцифером. — И теперь всё изменится. Уж мы-то постараемся и наведём здесь порядок. Да и в мире смертных тоже».
Он двинулся дальше по коридору, в мыслях вынашивая план мести не менее коварный, чем у Волака. Сейчас он как никогда чувствовал себя полным сил и желал действовать.
Волак знал, что творится в мире людей, пристально следил за охотниками и был в курсе едва ли не каждого их шага.
Новость о гибели отца Андрея привела его в настоящий восторг.
— Ах, жаль, он попал в рай, а то я бы на нём оторвался, — сказал он Аббадону, сидя в одном из залов своего дворца спустя некоторое время после освобождения приятеля. — У них просто семейка каких-то святых!
Он скривился.
— Вряд ли нам помешают, как ты выразился, оторваться на Андрее и особенно его обожаемом Константине, — улыбнулся Аббадон. — Нам даже не нужно искать их слабые места, ибо это они сами.
Волак со смехом откинулся на спинку высокого стула и отпил из кубка с тягучей чёрной жидкостью:
— С кого начнём?
— Несомненно, с Константина, — хмыкнул Аббадон.
— И ему будет больно… очень больно… — серые глаза Волака полыхнули красным пламенем.
Аббадон кивнул.
Волак встал, приблизился к окну и устремил взгляд на уже наполовину восстановленные Врата вдалеке.
— Эти двое будут молить о смерти, но не получат её, — голос звучал жёстко. — Она слишком мягкое наказание. Зато видеть мучения близких… — Демон обернулся. Симпатичное лицо исказила ненависть. — Мы будем убивать их медленно.
В зал вошёл уродливого вида слуга и с поклоном протянул Волаку свиток из человеческой кожи.
Губернатор жестом отпустил его и, развязав чёрную ленту, открыл свиток.
По губам скользнула улыбка.
— Что такое? — поинтересовался Аббадон.
— Завтра Повелитель даёт бал, — обернулся к нему Волак. Свиток в руке вспыхнул синим пламенем и рассыпался пеплом. — Мы приглашены.
— Впервые за последнее время, — Аббадон скрестил на груди руки. — Всё «благодаря» Астароту. Я бы…
— Аббадон! — перебил Волак. — Ты обещал. Так что, коли не желаешь снова угодить за решётку… или того хуже… сдерживайся. Договорились?
— Ладно, — с неохотой отозвался тот.
— В таком случае начнём готовиться к балу, — улыбнулся Волак. — Мы вновь в чести, потому должны явиться завтра при полном параде и показать это всем, особенно Астароту, раз ты хочешь уколоть его.
Аббадон кивнул:
— И нам будут завидовать все.
— Думаю, наш триумф стоит отметить, — приятель хлопнул в ладоши. Вошёл слуга. — Накрой в Каминном Зале на двоих. Есть повод.
Когда слуга удалился, Аббадон потёр руки:
— Представь, какой вкусный коктейль из охотников мы приготовим!
— Да ты сама жестокость, мой друг! — сказал Волак.
— А то! — согласился демон.
И они засмеялись.
Двое слуг открыли перед Аббадоном и Волаком огромные, украшенные резьбой двери, и демоны переступили порог.
Взоры собравшихся обратились на них.
По залу пролетел шёпот:
— Смотрите-ка! Они снова в милости у Владыки. А расфуфырились-то…
Волак усмехнулся.
Они действительно надели свои самые лучшие наряды, чтобы остальные видели: Люцифер простил их и вернул былые звания и регалии.
Они пришли сквозь расступающуюся толпу к сидевшим на тронах Касикандриэре и Люциферу и преклонили колени.
Волак расправил белоснежные крылья.
— С возвращением, — улыбнулась царица ада.
Люцифер жестом разрешил демонам встать.
— Спасибо, — улыбнулся блондин.
Дьявол несколько раз хлопнул в ладоши, и музыканты на сцене заиграли на скрипке и контрабасе.
Демоница запела оперным голосом.
Бал начался.
Волак и Аббадон с кубками в руках стояли у стены, озарённые голубым пламенем в медных треножниках.
Губернатор тряхнул головой, откидывая длинные пепельные волосы.
— На нас все так смотрят, — тихо сказал ему Аббадон, глядя по сторонам.
— Ты просто отвык, — усмехнулся Волак. — Как говорит современная молодёжь, не парься.
— А ты знаток сленга, — в тон проговорил Ангел Бездны.
— Друг мой, я же внешне обычный подросток, — улыбнулся архидемон. — Вот и соответствую. Теперь же давай веселиться. Мы ведь не скучать сюда пришли.
Внимание сородичей льстило Волаку.
На вид милый и тихий мальчик, он любил быть на виду.
Подмигнув Аббадону, Губернатор отдал кубок слуге и вовлёкся в танцы, чем-то напоминающие мазурку и полонез.
Он вновь стал фаворитом Люцифера.
Время шло, хотя каждый день в Преисподней был похож один на другой.
Стараниями Волака и Аббадона работы по строительству почти заканчивались, что очень радовало Люцифера.
Несмотря на то, что души грешников продолжали попадать в ад, демоны без Врат не могли путешествовать в мир людей и творить там зло.
И обряды сатанистов не имели никакой силы.
«А не все в семейке Алавердовых такие святые, как я поначалу считал, — усмехнулся Волак, стоя у одного из окон в своём дворце. — Ирочка-то молодец! Решила пополнить ряды грешников, связалась весной с чёрной магией для приворота Константина. Отлично! Её душа будет желанной здесь».
Размышления Губернатора прервал звук рога.
То был сигнал, оповещающий об окончании строительных работ.
Волак засмеялся:
— Наконец!
Он выбежал на крыльцо, велел оседлать своего двуглавого дракона и спустя пару минут уже летел во дворец Люцифера, где в коридоре столкнулся с Вельзевулом и не удержался от колкости:
— Почему ж ты не послушался меня? Обратись к мухам, ты б сейчас мог собой гордиться.
— Куда мне до великого Губернатора? — съязвил Вельзевул.
— То-то же! — фыркнул Волак и скрылся за поворотом.
Сородич проводил его взглядом и сплюнул:
— Маленькая дрянь!
Перед Волаком открыли двери, и он вошёл в зал и поклонился закутанному в просторный чёрно-красный плащ Дьяволу.
— Поздравляю, — будучи в добром расположении духа, Люцифер улыбнулся, обнажая белые зубы. Он выглядел как красивейший стройный ангел с голубыми глазами и длинными светлыми волосами. — А где твой друг?
— Я здесь! — через порог переступил Аббадон. — О, Владыка, вы просто сияете!
— Ты знаешь, я принимаю рогатый облик лишь в гневе, — Люцифер приблизился к столу и полистал средневековую толстую книгу по чёрной магии. — Но речь не обо мне. Врата восстановлены, и любой из нас отныне может вновь перемещаться между мирами. Правда, первыми это сделаете вы. Я разрешаю вам, ибо вижу, как вы горите желанием отомстить охотникам.
Демоны переглянулись.
— Спасибо, господин, — поблагодарил Аббадон. — Для нас действительно крайне важно уничтожить Андрея и Константина.
— Что ж, — Люцифер захлопнул книгу, и в глазах заполыхало адское пламя. — Тогда ступайте и как следует помучайте их.
— Не сомневайтесь, — скривился в усмешке Волак. — Такой боли они ещё не испытывали.
Архидемоны с поклоном вышли.
— Супер! — Волак хлопнул в ладоши и довольно потёр их. — Уж теперь мы развлечёмся как следует. Этот год был неимоверно скучным, зато совсем скоро мы насытимся их страданиями сполна. А затем… — Он на миг в предвкушении прикрыл глаза. — О да, их мучения быстро не закончатся. Не сомневайся, Аббадон.
— Тебе известно, где они сейчас? — поинтересовался тот.
— В Омске, — Волак кивнул. — Но есть маленькая проблема. Прежде чем заняться хантерами, нужно устранить их нынешних врагов.
Они зашагали по коридору.
— И кто это? — взглянул на Губернатора Аббадон.
— Огненные джинны, — последовал ответ.
— Всего-то? — усмехнулся спутник. — Уверен, ты с ними в два счёта справишься.
Волак улыбнулся, чувствуя себя непобедимым.
А спустя некоторое время он первым шагнул в портал, очутился на шумной улице мегаполиса и с глубоким вздохом расправил плечи, слившись с толпой. Он был вполне обычным на вид ребёнком.
Только в воздухе закружились несколько белых перьев.
— Исчезните, коли хотите живыми остаться, — ледяной взгляд серых глаз был прикован к двум застывшим в воздухе юным ифритам.
Волак стоял посреди пустынной дороги пригорода.
Два добермана сидели у его ног, скалясь.
— И про этих смертных навсегда забудьте, — продолжил блондин. — Они мои. Усекли? У меня с ними огромные счёты.
Огненные духи переглянулись.
Ифритка что-то прошипела.
Волак нахмурился.
Тень за его спиной выросла и почернела, проявив истинный облик: длинные рога и распахнутые крылья.
Сам он остался прежним — худеньким подростком с красивым лицом.
— Да я отправлю вас в Тартар, где вы будете вечно молить меня о пощаде! — прорычал он.
Перепуганные джинны отлетели на пару метров назад.
Детские личики исказил ужас.
Полукровки — наполовину тёмные духи, наполовину люди — не обладали мощью взрослых сородичей и не собирались связываться с тем, кто был неизмеримо сильнее.
Губернатор понял это, снисходительно улыбнулся и скрестил руки на груди:
— Вот и славно.
Тень стала прежней.
Псы улеглись у ног.
Ифриты вновь переглянулись.
Джинн прошептал несколько слов на родном языке и исчез.
Растворилась и его сестра.
Больше они никогда не появлялись в жизни Константина и его друзей.
— Как прекрасно избавиться наконец от этих назойливых низших существ! — облегчённо вздохнул Волак. — Но время не терпит. Я и так ждал слишком долго. Пора указать хантерам на их истинное место. Пусть помучаются.
Он направился по пустынной тёмной дороге, свистнув собакам:
— Баргест, Грим, за мной!
Доберманы гавкнули и побежали за хозяином, одновременно вечно юным и таким старым, как сама Вселенная.
Глава II. Путь в Новосибирск
Широко распахнутыми глазами Андрей смотрел на ухмыляющегося блондина.
Сердце колотилось где-то в горле, отдаваясь глухими ударами в висках.
Ладони мгновенно покрылись липким холодным потом.
Андрей машинально сделал шаг назад, да споткнулся о корень, высунувшийся из земли, и едва удержал равновесие, взмахнув руками.
— Нет… — прошептал он, и голос сорвался на хрип.
В реальность не хотелось верить.
Но перед охотником действительно стоял могущественный Губернатор Ада и повелитель тридцати легионов.
Патроны кончились, обороняться было нечем.
Хантеры понимали, несмотря на численное превосходство, их шансы на победу крайне малы, однако не отступали.
Олег опустил руку с пистолетом и начал читать молитву на латыни с натренированным спокойствием, словно повторял её в тысячный раз.
Только Андрей видел, пальцы Батавина слегка подрагивали, сжимая рукоять оружия.
— Exorcizamus te, omnis immundus spiritus, omnis satanica potestas, omnis incursio infernalis adversarii, omnis legio, omnis congregatio et secta diabolica, in nomine et virtute Domini Nostri Jesu Christi… — звучало в сарае.
«Изгоняем тебя, дух всякой нечистоты, всякая сила сатанинская, всякое посягательство адское враждебное, всякий легион, всякое собрание и секта диавольская, именем и добродетелью Господа нашего Иисуса Христа…» (лат.)
Волак поморщился, услышав имя ненавистного Бога, и щёлкнул пальцами.
— Фас! — велел он гончим.
Псины с рычанием и лаем бросились на скрывшихся в сарае хантеров.
Олег быстро задвинул металлическую щеколду, и вместе с Денисом и Константином прислонился спиной к двери, чтобы сдержать натиск.
Дерево трещало, щеколда дрожала под ударами когтей.
— Как… как он здесь возник? — вскрикнул Андрей. — Мы же… разрушили Врата!
— Значит, восстановили! — предположил Олег.
— Что?.. — выдохнул Андрей. По коже пробежали мурашки, волосы на затылке встали дыбом. — Разве такое возможно?
— Не забывай, с кем мы имеем дело, — мрачно отозвался Батавин. — От них можно ожидать чего угодно. И они невероятно сильны.
— Да, мы успели убедиться, — пробормотал Денис.
Константин посмотрел напарнику прямо в глаза и прочитал естественный страх.
У него самого сердце колотилось как сумасшедшее, дыхание перехватывало.
Он сжал зубы, заставляя себя держаться.
— Что будем делать? — голос прозвучал тихо.
Ему никто не успел ответить.
Раздался полный издёвки мальчишеский голос:
— Не думал я, что вы такие трусы. Неужели ошибся?..
— Заткнись… — сквозь зубы выдохнул Денис.
— …Может, всё-таки выйдете, и мы поговорим как настоящие мужчины? — продолжал Волак. — Я соскучился. Мы так долго не виделись!
Он усмехнулся.
Гончие царапали дверь и землю перед ней, словно пытались сделать подкоп.
Денис и Олег переглянулись, и оба понимали, все в ловушке, а выход из сарая означал бы верную гибель.
Святой воды с собой не было, впрочем, и та не особо помогла бы им.
Андрей дрожащими руками схватил лежавший на земле рюкзак, вытащил кинжалы Константина и Олега и сунул им в руки.
— Молодец! — кивнул последний.
«Правда, вряд ли это надолго остановит Волака…» — подумал Денис.
— Жаль, — сказал архидемон. — Раз вы не хотите по-доброму… будет иначе. Сами напросились. Теперь пеняйте на себя.
Он свистнул, отгоняя от сарая гончих, и поднял к небу руки.
Вспышка яркой извилистой молнии на миг озарила его невысокую фигуру.
Хантеры прислушались и отошли от двери.
— Будьте начеку… — прошептал Олег.
В следующее мгновение силой чёрной магии дверь распахнулась, отчего друзья вздрогнули.
На пороге стоял Волак.
Его одежда и волосы были сухими, несмотря на ливень снаружи — капли обтекали демона, будто вокруг была невидимая сфера.
Блондин махнул рукой — и Олег с Денисом отлетели в сторону, с глухим ударом врезавшись в стену.
Константин рванул вперёд, не раздумывая, и это был не расчётливый манёвр, а инстинкт.
Только Волак даже не шевельнулся. Он просто перевёл взгляд, и Константин, словно наткнувшись на стену, отлетел назад.
Голова брюнета с силой ударилась о деревянную балку, и он больше не двигался, выронив оружие.
— Константин… — Андрей резко обернулся.
Взгляд расширившихся, потемневших от тревоги глаз обратился к Волаку.
Губернатор медленно приближался к парню.
На губах играла ухмылка.
Андрей отступал назад, едва дыша.
Воздух застревал в горле, а ноги не хотели слушаться.
— Испугался? — Волак сделал к нему ещё пару шагов.
— Н… нет… — голос Андрея выдал истинные чувства.
Волак рассмеялся:
— Как же приятно сейчас на тебя смотреть! Но… мы ведь решили растянуть удовольствие. Так что придётся с вами на время попрощаться. Обещаю, скоро мы снова увидимся.
— Что?.. — прошептал Андрей. — О чём ты?..
Однако вместо ответа Волак ударил его кулаком по лицу с такой силой, что парень, потеряв сознание, упал на холодную землю.
Удар пришёлся в скулу, зубы лязгнули, перед глазами вспыхнула белая пелена, и мир погас.
Неподалёку лежали его спутники.
Волак щёлкнул пальцами и растворился.
В чёрный дым, развеянный ветром, превратились и гончие.
Константин очнулся первым, хотя это далось ему с трудом, и медленно приоткрыл глаза, пытаясь сфокусировать взгляд.
В висках стучало так сильно, что к горлу подступала тошнота.
Голова казалась чугунной, и каждый миллиметр черепа пульсировал тупой болью.
Хантер провёл рукой по затылку.
Пальцы нащупали плотную, горячую шишку размером с грецкий орех.
Кожа вокруг была напряжённой и болезненной на ощупь.
Брюнет зашипел сквозь зубы, убирая руку.
На пальцах не было крови — значит, открытой раны нет.
Но удар был сильным.
С трудом приподнявшись на локте, Константин опёрся на вторую ладонь и огляделся.
Вокруг царили сырой полумрак заброшенного сарая, запах плесени и серы, а в голове — лишь туман, сквозь который пробивались обрывки воспоминаний: удар, крик, вспышка зелёного света.
— Андрей! — голос прозвучал хрипло и почти неузнаваемо.
Превозмогая головокружение, Константин поднялся на колени и зажал рот рукой.
Желудок резко сократился, однако он сдержал рвотный позыв, глубоко и шумно выдохнув.
Ему нужно было встать и проверить Андрея.
Он сделал неверный шаг вперёд, и перед глазами поплыли тёмные пятна.
Пришлось остановиться, уперевшись ладонью в стену, и переждать, пока мир перестанет вращаться.
Тело отзывалось болью в каждом суставе — последствия недавнего удара и общей усталости.
Пошатываясь, Константин приблизился к напарнику.
Андрей лежал на боку, поджав колени к груди.
Левая скула распухла, и на ней проступал багровый синяк, уже начавший темнеть по краям.
Нижняя губа была разбита, тонкая струйка крови застыла у уголка рта.
Нос явно был повреждён, кожа вокруг опухла, дыхание со свистом вырывалось через приоткрытый рот.
Хантер осторожно, стараясь не причинить боли, коснулся его плеча:
— Андрей… Ты слышишь меня?
Парень застонал, не открывая глаз.
Брюнет перевернул его на спину, и Андрей вздрогнул от движения.
Тогда Константин провёл рукой по его рёбрам, проверяя, нет ли переломов.
Андрей не вскрикнул — значит, кости целы.
И всё-таки дыхание было поверхностным, а кожа под пальцами холодной и влажной от пота.
— Константин… — прошептал Андрей, не открывая глаз.
— Слава богу! — выдохнул напарник.
Андрей медленно, с усилием разлепил веки.
Взгляд был мутным, и он несколько секунд моргал, прежде чем сфокусироваться на лице Константина.
— Голова… — прошептал Андрей и сорвался на кашель. — И скула… Как будто…
— Знаю, — Константин помог ему сесть. — Удар был сильный. Ты как?
— Вроде в порядке… — Андрей попытался улыбнуться и тут же вздрогнул от боли. — А ты?
— Нормально, — Константин медленно встал, опираясь на стену.
Головокружение ещё не прошло.
За их спинами раздался стон.
Денис лежал у стены, прижимая левую руку к плечу. Он с трудом сел, опираясь на здоровую руку, и несколько секунд просто тяжело дышал.
— Вы в норме, парни? — глухо спросил он.
— Порядок, — Константин переглянулся с Андреем.
Тот слабо кивнул.
Денис выругался, поднимая с пола сломанные очки.
Линзы треснули, одна дужка болталась на тонкой полоске металла.
— Чёрт! Вот же тварь… — пробормотал мужчина. — Очки мне сломал.
— Купим новые, — послышался хрипловатый голос Олега. Батавин сидел у стены, прислонившись к доскам, и растирал левое плечо. — Главное, живы остались.
— Неужели Врата действительно восстановлены? — Константин на секунду сжал пальцы в кулаки.
В голосе звучала не только тревога, но и горечь осознания масштаба катастрофы.
— Похоже на то, — Денис потёр грудь поверх куртки, морщась от боли. — Столько времени прошло… Хотя для них и целая эпоха — пустяк.
Константин помог Андрею встать.
Собственное тело отзывалось ломотой в мышцах, перед глазами то и дело вспыхивали тёмные пятна.
Командир зажмурился, пережидая приступ головокружения.
— Он сказал, что прощается с нами на время… и мы скоро встретимся… — тихо проговорил Андрей.
— Господи… — вполголоса сказал Денис. — Пришла беда, откуда не ждали.
— Нужно немедленно вернуться домой, — Олег с трудом поднялся, опираясь на стену. — Здесь оставаться нельзя.
Озеров кивнул.
Хантеры медленно собрали оружие и рюкзак.
Константин, чувствуя, как подкашиваются ноги, всё же первым направился к выходу. Он не мог позволить себе выглядеть слабым перед остальными.
— Я поведу, — Олег перехватил его взгляд. — Ты еле стоишь. И у тебя сотрясение. Вижу по тому, как ты моргаешь.
Константин хотел возразить, да понял, спорить бессмысленно.
Тело отказывалось подчиняться.
Охотник молча кивнул.
Они выбрались наружу.
Ночь ещё властвовала, но ливень прекратился, и сквозь рваные облака пробивались звёзды.
Воздух был холодным и влажным, и Андрей, шатаясь, опёрся о капот, чтобы не упасть.
— Пятнадцать минут до трассы, потом ещё двадцать до города, — пробормотал Олег, садясь за руль «Лады». — Держитесь.
Андрей и Денис достали телефоны.
Озеров набрал номер жены:
— Лиза… Лиза! У вас всё хорошо?
— Не совсем… — голос супруги звучал устало, хотя и с явным облегчением. — Точнее, совсем нет… Где ты?
— Мы едем в город, — последовал ответ. — Скоро буду дома. Тогда всё по порядку и расскажешь.
— Хорошо, — тихо согласилась Лиза. — Я люблю тебя.
— И я тебя, — Денис отключил связь, прикрыв глаза на секунду. — Что-то случилось. — Он повернулся к Олегу. — Лиза очень встревожена. Я слышал это в её голосе.
Андрей тем временем написал Максиму:
«Ты уехал?»
Через минуту пришёл ответ:
«Андрюх, нам необходимо встретиться утром…»
«Что произошло?» — шатен уставился на экран.
Неужели Волак добрался и до Макса?
Андрей хотел написать «Ты в порядке?», да сил не было, а головная боль не давала сосредоточиться.
Спустя полчаса они высадили Дениса у подъезда и добрались до своей квартиры.
Андрей, едва переступив порог, после медосмотра Олегом рухнул на диван, с помощью Константина стянув джинсы и футболку.
— Я сейчас усну… — пробормотал он, закрывая глаза.
Не прошло и трёх минут, как его дыхание стало ровным и глубоким, и он погрузился в тяжёлый сон.
Тело наконец позволило себе расслабиться после долгих часов напряжения.
Олег и Константин прошли на кухню.
Батавин поставил чайник и достал из буфета аптечку.
— Даже не верится… — Константин опустился на стул, откинув голову назад. — Демоны вновь могут бывать в нашем мире.
Олег внимательно посмотрел на него и пододвинул к нему две таблетки обезболивающего и стакан воды:
— Ты бледный. И зрачки расширены. Это сотрясение. Выпей.
Константин хотел возразить, но не стал. Он проглотил таблетки, сделал глоток воды и закрыл глаза.
Голова продолжала гудеть, только лекарство должно было снять хотя бы часть боли.
— Мы с тобой всё обсудим утром, — сказал Олег, забирая его стакан. — Сейчас ты должен отдохнуть.
Константин кивнул, не открывая глаз.
Батавин внимательно посмотрел на него, заварил горячего чая и немного отпил из кружки:
— Ты как?
— Лучше, чем в сарае, — брюнет встал, сделал себе кофе и тут же поморщился. Вкус казался металлическим. — Голова уже почти не болит.
Это была ложь.
Боль лишь приглушилась, однако не исчезла.
Каждый поворот головы отзывался тупым толчком в черепе.
— Три часа ночи, — Олег убрал кружку с недопитым чаем в раковину. — Нужно отдохнуть. Утром решим, как быть дальше.
— Да… прошептал молодой человек.
Олег обернулся уже в дверях:
— И пожалуйста, Константин, не глуши себя этим. — Он кивнул на кружку кофе. — Не усугубляй своё состояние. Я сейчас говорю не только как друг, ещё и как бывший спасатель.
Когда он ушёл, Константин остался стоять, глядя в тёмное окно, достал из кармана помятую пачку сигарет и сделал пару затяжек, но его вновь затошнило, и он потушил сигарету о пепельницу на подоконнике.
Чёлка упала на глаза, и он не стал её убирать.
В квартире стало тихо, лишь тиканье часов да редкое посапывание Андрея из зала нарушали молчание.
Он выпрямился, держась за край стола, чтобы не упасть.
Тело было будто чужое, мышцы гудели от напряжения и недавнего удара, и каждый шаг отдавался лёгким головокружением.
Константин прошёл в зал и присел на край дивана рядом с Андреем, в ногах которого устроилась Ангел.
Тот спал, хотя и во сне не мог расслабиться, брови его были сведены, а губы сжаты.
На переносице белел прикрывающий небольшую ссадину лейкопластырь, под глазами залегли тёмные круги.
Константин долго смотрел на него, затем осторожно протянул руку и убрал прядь каштановых волос со лба.
Андрей чуть шевельнулся и всё-таки не проснулся, вместо этого инстинктивно потянувшись ближе, словно искал защиты.
Брюнет застыл на пару секунд, медленно, стараясь не разбудить, укутал напарника одеялом и сам забрался под другое, только сон не шёл.
Кофе и сигареты устроили в голове какофонию: мысли скакали, образы недавнего боя всплывали перед глазами.
Тело ныло, однако это не имело значения.
В опасности были родители, друзья, весь мир.
Страх сжимал сердце ледяной хваткой.
Константин прикрыл глаза и сразу вздрогнул от малейшего шороха.
Где-то под подушкой лежали два верных друга — их с Андреем пистолеты.
Мало ли что приснится… или не приснится.
Наконец, измученный, Константин провалился в беспокойный сон, и рука его, всё ещё лежащая на плече Андрея, даже сквозь тьму сновидений чувствовала эту немую связь, что была сильнее боли и страха.
Денис внимательно выслушал жену.
Рассказ его крайне обеспокоил.
Заглянув в комнату к спящей Полине, он обернулся к Лизе и прошептал:
— Собирай ваши вещи. Быстро.
Он прикрыл дверь детской.
— Куда? — голос Лизы прозвучал испуганно.
Мужчина молчал, не зная, что ответить, и понимая, от демонов нигде не найти спасения.
Лиза схватила его за руку:
— Ты… не с нами?
— Я должен помочь парням и Олегу, — покачал головой охотник. — Но вы должны быть в безопасности.
— Будь осторожен, — попросила Лиза.
Денис со вздохом поцеловал супругу.
Ей тоже было очень страшно, однако она не стала плакать — времени не было — и начала собирать вещи дочери в большую спортивную сумку.
— Так куда мы поедем? — спросила она после минутного молчания, складывая в сумку Полинины платья.
— Как можно дальше отсюда… — ответил мужчина.
— Хорошо, — выдохнула Лиза. Руки её дрожали, и она выронила платьице Полины на пол. — Боже…
На глаза навернулись слёзы.
Денис подошёл, поднял платье и аккуратно сложил в сумку:
— Я помогу. Всё хорошо. Успокойся.
Лиза присела на край постели, закрыв лицо ладонями.
Хантер опустился рядом и обнял за плечи:
— Я бы сказал, что скоро это закончится, и мы будем жить долго и счастливо, но не хочу давать пустых обещаний. Мне самому очень тяжело. Я надеялся, мы забудем о демонах если не навсегда, то хотя бы дольше, чем на год. Что ж… спасибо и за такое перемирие.
Он скривил губы в горькой усмешке.
— Я понимаю… — Лиза прижалась к нему.
— Ложись, — сказал Денис. — Я сам соберу вещи.
— Я не хочу спать… — вздохнула женщина. — Боюсь…
«И я…» — мелькнуло в голове Озерова.
Оставалось лишь надеяться на победу.
Утром вылезать из-под одеяла, этого своеобразного щита от реальности, не было ни малейшего желания.
Тем не менее вопрос по демонам оставался открытым, потому Андрею пришлось встать.
Он сел, поморщившись.
Скула ныла, мышцы лица были напряжены, на переносице под лейкопластырем алела ссадина.
Шатен провёл рукой по лицу, аккуратно проверяя нос.
Припухлость уменьшилась, но синяк под глазом стал более насыщенным и багрово-синим с жёлтыми разводами по краям.
Тоже проснувшийся Константин как раз надевал майку, избегая резких поворотов головы.
— Доброе утро, — он обернулся.
Лицо его было бледным, под глазами залегли тени.
На левом предплечье чернела татуировка — китайский иероглиф «Вечность».
Нормально выспаться так и не удалось.
— Доброе… — вздохнул Андрей, натягивая чистые джинсы и футболку.
Ночью троим хантерам пришлось всю одежду, грязную и промокшую, сразу кинуть в стиральную машинку.
Однако вовсе не это тревожило их сейчас.
Из головы не выходили последние события.
Константин приблизился к напарнику и, осторожно взяв за подбородок, приподнял его лицо, чтобы осмотреть ссадину:
— Сильно болит?
— Уже терпимо, — Андрей улыбнулся краешком губ, хотя и это движение отозвалось лёгкой болью в скуле. — Обезболивающее помогло.
К ним подошла Ангел и потёрлась о ноги.
— Хорошо, — кивнул Константин с беспокойством в глазах.
Хантеры собрались на кухне, где Олег наспех поджарил яичницу и сделал бутерброды.
— Денис звонил, — объявил мужчина. — Сейчас придёт вместе со своими.
— Ты давно встал? — взглянул на него Константин.
— В шесть, — Олег принялся за еду. — Нужно столько всего сделать. Хотя с чего начать?..
Брюнет снова кивнул, сделал глоток из кружки со сладким чаем, пусть и не любил такой.
— А мне вот кусок в горло не лезет… — тихо проговорил Андрей, ковыряясь вилкой в тарелке.
Аппетита не было, и сердце сжималось от тревоги.
— Ешь, — сказал Олег. — Понадобится много сил. И, увы, неизвестно, когда всё закончится. — Он перевёл взор на сидящего напротив Константина. — О новом путешествии в ад можешь сразу забыть.
Тот как-то криво усмехнулся.
— Я серьёзно, — предупредил Олег.
— Не сомневаюсь… — вздохнул Константин. — Я и не собирался.
Андрей посмотрел на него и вновь опустил голову.
Раздался звонок в дверь.
— Это Денис, — Олег встал. — Я открою.
Он скрылся в прихожей.
— Андрей, — позвал Константин. Парень поднял на него глаза. — Я обещаю, что не стану стремиться вновь разрушить Врата.
— Тогда как мы победим Волака? — тихо спросил Андрей. — Уверен, он не один явился.
— Будем думать, — ответил Константин. — Но мы обязательно справимся.
— Вместе, — губы Андрея снова тронула лёгкая улыбка. — Как всегда.
Олег тем временем посмотрел в глазок.
На лестничной площадке стояли друзья.
Лиза держала на руках дочь.
Батавин открыл дверь:
— Привет.
Денис и его семья вошли в квартиру.
— Извините, что так рано, — Лиза с виноватой улыбкой опустила девочку на пол.
— Даже не думай, — возразил Олег и пожал Озерову руку. — Порядок?
— Относительно, — вздохнул тот. — Сейчас всё расскажу.
Олег кивнул.
К ним вышли охотники.
— Андрей! Дядя Костя! — обрадовалась Полина и бросилась к молодому человеку. — Дядя Костя, а когда я вырасту, ты женишься на мне? Я тебя очень люблю!
Эта детская непосредственность разрядила обстановку и всех рассмешила.
— Обязательно! — заверил хантер, опускаясь перед ней на корточки, хотя в голове вмиг кольнуло от резкого движения.
— Правда? — в тон ему сказал Андрей. — Ну смотри. Ты мой… напарник. Я буду ревновать.
Он сделал ударение на слове «мой».
Олег и Денис переглянулись.
Сдержав вздох, Батавин опустил голову, пряча улыбку.
— Ты тоже любишь дядю Костю? — удивилась Полина.
— Несомненно, — подтвердил Андрей. — Но немного иначе. Как очень близкого человека.
Глаза Константина на миг распахнулись, и он быстро отвернулся, сделав вид, что поправляет ворот майки, и сжал зубы.
— Андрей, а ты что, с кем-то подрался? — спросила Полина. Шатен кивнул. — С плохим мальчиком?
— Ага, с очень плохим, — скривился тот.
— Лиза, не против, мы вчетвером обсудим всё на кухне? — обернулся к молодой женщине Батавин. — А вы можете в зале включить телевизор.
— Хорошо, — та взяла дочь за маленькую ладошку. — Идём.
Друзья сели за стол.
— Чай? Кофе? — предложил Олег Денису.
— Нет, спасибо, — хантер покачал головой. — Мы завтракали. Лучше перейдём сразу к делу.
— Куда ты собираешься отправить своих? — спросил Андрей. — В Мурманск?
— Если честно, ума не приложу, — вздохнул Денис. — Слишком далеко, да и небезопасно.
— Можно в Новосибирск, — вдруг предложил Константин. — К моим родителям. Они позаботятся о них, как о родных.
— А ведь неплохая идея, — одобрил Олег.
— Мы отвезём их, — брюнет встретился взглядом с Андреем, в котором читалась решимость.
— Только сначала… — напарник нервно прикусил губу. — Нужно заскочить ко мне. Предупредить маму, Антона… и Макса. Господи… Не могу поверить, что это происходит на самом деле…
— Поверь, и нам, — скривился Денис.
— В таком случае мы займёмся обороной, — сказал Олег. — Свечи, соль, святая вода… Хоть что-то.
— Будьте осторожны, — попросил Андрей, чувствуя, как сердце сжимается от предчувствия беды.
— И вы, — кивнул Батавин, осознавая, что ждёт их впереди, и пристально посмотрел на молодых охотников.
Сборы Андрея и Константина не были долгими.
Десять минут спустя они, распрощавшись с друзьями и напутствуемые их тихими пожеланиями удачи, уже двигались вместе с Полиной и Лизой по направлению к Левому берегу.
— Куда мы едем? — внезапно спросила Полина, и её детская безмятежность больно резанула по сердцу.
— В увлекательное путешествие, солнышко, — Лиза выдавила из себя улыбку, стараясь скрыть подступающую панику. — В красивый и большой город… Новосибирск.
— А надолго? — допытывалась малышка, не замечая, как дрожит голос матери.
— Не знаю, милая… — прошептала Лиза, не в силах больше лгать.
Константин мельком взглянул на них в зеркало заднего вида и, повернувшись к сидящему рядом с телефоном напарнику, тихо спросил:
— Максу пишешь?
— Он будет ждать нас возле моего подъезда, — Андрей отчаянно пытался казаться сильным. Уже сломавшийся, но по-прежнему мягкий голос выдавал истинные чувства. — Мама и Антон смогут на время перебраться к бабушке… А он… Я так волнуюсь за него…
Константин тяжело вздохнул.
И ему было страшно.
На свои сотовые они ещё летом закачали специальные программы, позволяющие отслеживать местоположение друг друга на случай опасности.
Это немного успокаивало молодого человека.
«Увы, соль и святая вода вряд ли отпугнут Губернатора ада, — размышлял он. — Нужно искать способ эффективной борьбы. А в преисподнюю я больше и впрямь не могу отправиться. Хотя бы ради него…»
Он покосился на Андрея.
Константин навсегда запомнил недолгое пребывание в царстве Люцифера и самопожертвование Маши.
Боль утраты стала слабее, и всё-таки он иногда скучал по бывшей девушке.
Ему оставалось лишь надеяться, что Олег и Денис отыщут способ борьбы с демонами, чтобы не нарушать обещание.
Словно угадав ход его мыслей, Андрей прошептал:
— Ты в порядке?
— Да, — Константин выдавил из себя подобие улыбки, чтобы не тревожить парня ещё больше. — К вечеру будем в Новосибирске. Завтра вернёмся в Омск.
Андрей кивнул, однако глаза были полны сомнения.
Они оба чувствовали, всё идёт не по плану, и ещё не подозревали, что обратный путь займёт гораздо больше времени, чем они рассчитывали.
Волак не собирался так просто отпускать их.
Андрей достал из рюкзака термос с горячим кофе и сделал несколько глотков.
— Отдохни немного, — Константин беспокоился за него. — Ночка была тяжёлой. К тому же ты плохо спал.
— Тебе самому бы не помешало набраться сил, — шатен встревоженно взглянул на Константина. — Я проснулся в три, а ты так и не сомкнул глаз. Ты как Гэндальф?
— Было бы неплохо обладать магическими способностями… вдобавок ко всему, — пытался пошутить Константин, чтобы хоть немного разрядить обстановку. — Щёлкнул пальцами — и победа.
— А с кем вы воюете? — вдруг спросила Полина.
Константин быстро оглянулся на Лизу.
Молодая женщина покачала головой, давая понять: правда пока не для детских ушей.
— С бабайками, — подмигнул девочке Андрей, стараясь говорить бодро. — Мы всех отправим туда, откуда они пришли.
— Спасибо вам, ребята, — Лиза слабо улыбнулась.
Благодарность смешивалась со страхом.
— Пока не за что, — вздохнул Константин. — Сначала вы должны быть в безопасности. Поблагодарить всегда успеете. И звони нам каждый час… Или хотя бы пиши. Особенно Дэну. Он вас безумно любит.
— Знаю, — Лиза прижала к себе Полину. — И я его люблю больше жизни… Иначе я б не была сейчас здесь. Но когда он занимается этим вашим… делом… я так боюсь за него!
Голос сорвался.
— Мама, не плачь! — Полина обняла её за шею.
— Не буду, — Лиза вытерла слёзы, понимая, что не имеет права показывать свою слабость сейчас.
«Не думай, что сумеешь сломить нас, — мысленно обратился Андрей к Волаку, стиснув зубы и устремив взгляд на дорогу, которая вела к его дому. — Мы не сдадимся без боя».
Олег и Денис посыпали везде солью и воскурили благовония с запахом ладана.
— Надолго это их не остановит, — мрачно сказал последний. — Нужно решать, как быть дальше. Есть предложения?
— Для начала запастись святой водой, — Олег чертил на запястье фломастером защитный рунический став. — Помнишь, парни рассказывали, так они сбили в аду со своего следа гончих? На какое-то время мы станем невидимыми для псинок, если умоемся ею.
— А дальше? — меривший шагами зал Денис остановился.
— Вызовем Губернатора, — Олег кинул ему фломастер. — Уверен, он не откажет нам в новом визави.
— Вызовем? — Денис на лету поймал его, приподнял брови и усмехнулся. — Что ж… мне нравится твой план. Пусть Волак и остальные видят, мы не собираемся сдаваться. Этим можно завтра заняться.
Олег не возражал.
Без Андрея и Константина совершить обряд им было намного проще.
«Мальчишки сейчас очень уязвимы, — размышлял Олег. — Не стоит подвергать их ещё большей опасности. Пусть спокойно отвозят Лизу и Полину. А мы задержим врагов».
С подоконника спрыгнула Ангел и мяукнула, словно желала хозяевам и их друзьям удачи.
Глава III. Ловушка
Андрей и Максим крепко обнялись.
Пальцы шатена на мгновение задержались на плече друга, и он чувствовал, как дрожит тот, пытаясь держаться.
— Это правда? — спросил последний. Охотник кивнул. — Господи… Давно их не было.
— Да… — Андрей хлопнул бывшего одноклассника по плечу. — Идём.
Они скрылись в подъезде, словно два беглеца, ищущих спасения от надвигающейся бури.
Оставшийся в «Ладе» Константин провожал их взглядом, и сердце болезненно сжималось от тревоги.
Лиза на заднем сиденье обнимала Полину.
Друзья начали подниматься по широкой лестнице на пятый этаж.
Стены украшали граффити.
Андрей дышал тяжело из-за недавней травмы, и каждый шаг отдавался лёгкой болью в боку.
— Я не хочу тебя пугать, Макс, но ты был одержим, — вздохнул он.
— Что? — воскликнул студент. — Шутишь?
— Увы… — покачал головой Андрей, и от этого движения в висках кольнуло.
— Вот же… пакость! — Максим сдержал рвущийся наружу поток ругательств. — Как такое могло произойти, старик?
— Сами гадаем… — пробормотал Андрей.
В квартире их встретил растерянный Антон.
— Ты толком ничего не объяснил по телефону, — с укором сказал он брату. — Что, чёрт возьми, случилось?
— Где мама? — Андрей огляделся.
— Ушла за продуктами, — нахмурился Алавердов-старший. — Вы разминулись с ней минут пять назад, наверное. Впрочем, и хорошо, что она не видела твоё… лицо.
— Послушай, вы должны немедленно переехать к бабушке, — Андрей прошёл вместе с остальными в зал. — Это реально вопрос жизни и смерти.
— О чём ты? — юристу вдруг стало не по себе.
— Просто сделай, как я говорю! — невольно повысил голос Андрей, понимая, что времени объяснять нет. — Пожалуйста…
И он рассказал о возвращении демонов.
Антон и Максим слушали едва ли не с открытыми от шока ртами.
— Мне пора, — сказал парень в заключение. — Меня ждут.
Антон крепко обнял его:
— Ты стал таким взрослым, братишка. Береги себя.
— Вы тоже… — прошептал шатен, и к горлу подступил ком.
— Мы сегодня же уедем к бабушке, — кивнул молодой человек.
— Хорошо… — Андрей чуть улыбнулся. — Передай маме, что я её очень люблю.
— Передам, — заверил Антон.
— Пока… — выдохнул Андрей почти беззвучно и, не давая боли разлуки захлестнуть его, выскочил из квартиры.
Максим поспешил за ним.
Они бегом спустились по лестнице и очутились на улице.
Андрей почувствовал, как заныла скула от быстрого бега, однако не остановился.
— Ты не должен покидать квартиру, — обратился он к другу. — Притворись больным… что угодно… только из дома ни ногой.
— Постараюсь, — Максиму тоже было страшно.
— Я очень боюсь за тебя, — Андрей взял его за плечи. — Но с нами ещё опаснее.
— Всё о'кей, — краешком губ улыбнулся студент. — Я понимаю и буду тише воды, ниже травы. Только ты звони. Не хочу сойти с ума от тревоги за тебя.
Охотник усмехнулся:
— Тебе это не грозит. Не сейчас, по крайней мере.
— Спасибо, — фыркнул блондин. — Успокоил.
Они крепко обнялись на прощание.
Макс похлопал Андрея по спине и отстранился, стараясь казаться храбрее, чем был на самом деле.
В светло-зелёных глазах мелькнул дерзкий огонёк.
— Задай им всем жару, старина, — сказал Макс.
— Не сомневайся, — обещал Андрей и вновь стал серьёзным. — Я позвоню, как мы доберёмся.
С минуту он смотрел вслед убегающему к своему дому студенту, глубоко вздохнул и вернулся в салон.
— Всё в порядке? — Константин завёл двигатель.
Напарник отсутствовал полчаса.
Андрей лишь кивнул, говорить не было сил.
Константин, понимая, давить бесполезно, больше не стал ни о чём спрашивать, решив, что парень сам расскажет, когда будет готов.
У шатена закружилась голова, и он сглотнул и на секунду прижал ладонь к губам.
Нахмурившись, Константин положил руку ему на колено:
— Андрей?
— Нормально… — выдохнул тот. — Едем…
Константин бросил на него быстрый встревоженный взгляд и вырулил на дорогу.
Дальше они ехали молча, каждый погружённый в свои мысли.
Но мысли их, без сомнения, пересекались, сплетаясь в единый клубок тревоги и надежды, страха и решимости.
Дорога в Новосибирск вымотала душу, отняв долгих двенадцать часов.
Константин и его спутники прибыли уже поздним вечером.
Андрей чувствовал, как каждая мышца в спине и шее затекла от долгого сидения, а скула до сих пор пульсировала.
Сильяновы давно их ждали.
— Сынок… — Анна Михайловна, не в силах сдержать материнскую нежность, прильнула к щеке Константина.
Тот слегка вздрогнул от прикосновения — затылок ещё болел, — но улыбнулся.
— Здравствуйте, — Андрей слабо улыбнулся. — Это Лиза и Полина.
Василий Юрьевич жестом пригласил их внутрь:
— Проходите же скорее, проходите…
После пожара в прошлом году, безжалостно отнявшего у них кров в Убинском, они ютились в скромной двухкомнатной квартире, затерянной в объятиях огромного мегаполиса.
— Спасибо… — Лиза, казалось, обессилела от пережитого. — Вы извините, что мы так… снегом на голову.
— Оставайтесь, сколько потребуется, — глава семейства с отеческой заботой проводил их с Полиной в зал. — И про деньги даже не заикайтесь. Мы с вас ни копейки не возьмём. Вы дороги нашему сыну. Этого достаточно.
Константин с тяжёлым вздохом занёс спортивную сумку с вещами беглянок.
— А вы-то останетесь? — Василий Юрьевич посмотрел ему в глаза.
— Нет, мы уедем сейчас, — ответил Константин.
— Хоть поужинайте, — взмолилась мать.
Брюнет, чьё тело ныло от многочасового вождения, не стал отказываться от короткой передышки, по большей части ради Андрея.
Вскоре напарники с аппетитом уплетали незамысловатую жареную картошку с колбасой.
Напротив с тревогой в глазах сидели Сильяновы.
Лиза и Полина предпочли отдохнуть.
— Я вам тут еды в дорогу собрала, — Анна Михайловна указала на скромный пакет с провизией на столе.
— Мам, не стоило, — Константин тепло улыбнулся, хотя голова гудела, и каждый лишний звук отдавался в висках. — У нас ещё остались бутерброды. К тому же завтра будем в Омске.
— Берите, берите, — настаивала женщина. — В дороге всегда пригодится.
— Спасибо, — Константин сдержал вздох, понимая, отказываться бесполезно.
Ровно в десять вечера охотники отправились в обратный путь, оставив за собой тепло гостеприимного дома.
Времени на долгие прощания, к сожалению, не было.
Впереди ждали новые, беспощадные битвы с порождениями тьмы.
И с врагами следовало покончить раз и навсегда.
— Остановимся часа через три, — Константин массировал шею. Мышцы затекли от долгого сидения. — В шесть утра продолжим.
— Идёт, — Андрей понимал, надо спешить.
Он расстегнул куртку, достал из кармана сотовый и позвонил Денису, чтобы сообщить о возвращении примерно к обеду следующего дня.
О дерзком решении друзей самостоятельно вызвать Волака ни он, ни Константин даже не подозревали.
Заметив тревогу на лице молодого человека, он тихо проговорил:
— Наверное, этого стоило ожидать. Я имею в виду восстановление Врат. Если честно, я опасался, это произойдёт гораздо быстрее.
— А я надеялся, никогда не случится, — невесело усмехнулся Константин. — Но ты прав, Андрей. Мы должны быть готовы ко всему. Такая у нас работа.
«И, тем не менее, я ни о чём не жалею… — он украдкой взглянул на напарника. — Видимо, от судьбы не убежать. Да я от неё и не бегал никогда».
Он включил радио, пытаясь хоть немного разрядить гнетущую атмосферу.
Отвлекаясь от мрачных дум, Андрей машинально погладил висевший поверх футболки амулет. Несмотря на долгий день в дороге, усталости он почти не чувствовал, и адреналин ещё бурлил в крови.
— А может, нам вновь обратиться за помощью к Астароту? — предложил он, ища хоть какую-то соломинку в этом море отчаяния. — В прошлый раз сработало.
— Не знаю, согласится ли он, — пожал плечами Константин, сомневаясь в успехе затеи. — Тогда у него был личный интерес. А сейчас…
— Стоит попробовать, — настаивал Андрей. — Как говорится, по лбу за это никто не стукнет. Хотя… я больше не испытываю ни малейшего желания связываться с какими бы то ни было демонами. Уверен, они всегда стремятся любое дело обернуть в свою пользу. Ифриты по сравнению с ними просто дети неразумные. Мы теперь убедились на собственном опыте.
— В таком случае нужно срочно искать другой выход, — нахмурился Константин. — Волак и его дружки не успокоятся, пока не уничтожат нас… и всех, кто нам дорог…
Последние слова прозвучали почти шёпотом.
Андрей бросил на него встревоженный взгляд, боясь за родных, за Максима, за всех, кого они любили.
«Мы же Стражи Света… — он старательно гнал прочь дурные мысли и твердил себе: всё закончится их очередной победой. — И обязаны восстановить мир… любой ценой…»
Лиза стояла у окна и грустно смотрела на погружающийся во тьму чужой город.
За её спиной на диване спала Полина.
Сейчас девочка была абсолютно прежней.
Произнесённый утром Денисом заговор не позволял тёмным силам приближаться к ней и Лизе.
Но сила слов вечной не была.
В зал вошла Анна Михайловна и, чтобы не разбудить девочку, прошептала:
— Смотрю, у вас свет горит.
— Не спится… — вздохнула Лиза.
— И мне, — кивнула женщина. — Может, чаю?
— Спасибо… — вымученно улыбнулась гостья.
Они прошли на кухню и устроились за столом.
Лиза заметила на небольшом холодильнике три иконы и повернулась к Сильяновой:
— Вам, наверное, тяжело. Единственный сын — охотник на нечисть.
— Не тяжелее, чем вам, милая, — та отпила чая, за улыбкой пряча тревогу. — К тому же мой брат… царство ему Небесное… как выяснилось в своё время, тоже хантером был. Он-то и попросил Дениса приглядывать за нашим мальчиком.
— Ого… — удивилась Лиза. — Я не знала.
Она вдруг поймала себя на мысли, что Денис, на самом деле, для неё словно закрытая книга на другом языке — полон загадок.
И ей стало совсем печально.
— Не отчаивайтесь раньше времени, — Анна Михайловна прикоснулась к запястью молодой женщины. — Они и не из таких передряг выбирались. Будем молиться, и на этот раз всё обойдётся.
— Да… — вздохнула Лиза.
Надежда Анны Михайловны и позднее чаепитие успокоили её, и спать легла она уже не со столь тяжёлым сердцем.
На телефон ей пришло сообщение от Дениса:
«Хороших снов. Целую вас обеих».
А Лиза уже спала на диване рядом с дочкой.
Константин бросил быстрый взгляд на спящего рядом Андрея и приглушил радио.
Суета мегаполиса осталась далеко позади, теперь их путь лежал по грязной, разбитой просёлочной дороге, теряющейся в ночной тишине.
Вокруг не было ни души, только сумрачный лес надвигался сбоку, словно храня древние тайны.
Высоко в тёмном небе мерцали звёзды.
Неожиданно Константин различил плач ребёнка, нахмурился и свернул на обочину.
— Что случилось? — проснувшийся Андрей сел ровнее и тут же поморщился.
Мышцы спины затекли от неудобной позы.
— Слушай, — шепнул Константин.
Плач доносился откуда-то со стороны леса.
Встревоженный Андрей посмотрел на напарника:
— Нужно проверить.
Молодой человек кивнул.
Они вооружились пистолетами, взяли на всякий случай рюкзак и вышли из «Лады».
Константин поставил машину на сигнализацию и взглянул на обеспокоенного парня.
— Кто это? — тихо спросил Андрей.
Брюнет пожал плечами и первым осторожно зашагал в сторону, включив карманный фонарик.
Андрей двинулся за ним.
Плач становился всё громче, пронзая ночную тишину, а вокруг по-прежнему никого не было видно.
Сердца бешено колотились, отзываясь на чужую боль.
Ночной осенний холод пробирал до костей, дыхание вырывалось облачками пара.
Туман, как саван, стелился под ногами.
Андрей оглянулся.
Машина осталась в паре сотен метров позади, как якорь, связывающий их с миром.
И вдруг луч фонарика выхватил среди деревьев покосившуюся хижину, словно выросшую из самой тьмы.
— Гляди! — Константин вытянул руку. — Похоже, какая-то нерадивая мамаша решила таким жутким способом избавиться от ребёнка.
— В тюрьме ей место! — Андрея передёрнуло.
Озноб бил всё сильнее.
Не сговариваясь, они побежали к хижине.
Дверь оказалась не запертой.
Константин передал фонарик Андрею, взвёл курок «Макарова» и распахнул дверь, готовый ко всему.
Однако в единственной грязной комнате было пусто, лишь на голом полу лежал свёрток, из которого доносился надрывный плач младенца.
Брюнет опустил пистолет, и в глазах читались негодование и боль:
— Я был прав…
— Боже… — прошептал потрясённый Андрей. — Разве можно быть такими жестокими? Это ведь беззащитное дитя.
— Нам не понять, Андрей, — вздохнул Константин. В голосе засквозила горечь. — Но мы не оставим его здесь. Отвезём в дом ребёнка.
— Несомненно! — кивнул парень. — Тут его ждёт верная смерть. А так у него хоть появится шанс обрести семью.
Константин спрятал оружие, подошёл к младенцу и осторожно взял на руки.
И вдруг ребёнка охватило зловещее синее пламя.
Вздрогнув, Константин инстинктивно разжал пальцы и отпрянул.
Андрей застыл с широко раскрытыми глазами, не в силах поверить в увиденное.
А свёрток, оказавшийся лишь дьявольской иллюзией, созданной Волаком, чтобы заманить охотников в ловушку, рассыпался чёрным пеплом.
— Демоны… — выдохнул брюнет, вновь выхватывая из-за пояса пистолет.
Андрей последовал его примеру.
Пальцы дрожали от холода и адреналина.
— Как легко провести благородных идиотов! — раздался насмешливый, леденящий душу голос позади. Хантеры обернулись и увидели в проёме тёмную невысокую фигуру. — Особенно вас, готовых мигом ринуться спасать несчастных.
— Волак… — сквозь зубы произнёс Константин.
Они открыли огонь.
Блондин вскинул правую руку — и все пули, на лету превращаясь в искорёженный металл, падали к его ногам.
Действуя молниеносно, Константин схватил стоящего рядом Андрея за запястье и рывком оттащил за свою спину, защищая от неминуемой гибели.
— Ты слишком поздно осознал это, — хмыкнул Губернатор Ада и вошёл в хижину. — Теперь расплатишься. А заодно и твой дорогой дружок.
— Не рассчитывай на победу! — крикнул Андрей.
— Кто тут пищит? — засмеялся Волак. — Мошка Андрей? Великий Люцифер, да я вас одним пальцем раздавлю.
Он взмахнул рукой, невидимой энергией выбивая оружие из рук противников, и хлопнул в ладоши.
Мощная ударная волна оглушила Андрея и Константина.
Хантеры упали на деревянный пол.
Фонарик погас, выскальзывая из руки Андрея.
И наступила тьма.
— Ну и где они? — Денис глянул на время следующим утром.
Олег набрал номер Константина, только в ответ услышал пугающее:
«Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети».
Сотовый Андрея тоже безмолвствовал.
Мужчины переглянулись.
— Они не выходили на связь со вчерашнего вечера, — нахмурился Денис.
— Всё ясно, — Олег встал. — Отследи по той программе, где они.
Денис быстро нашёл отметки друзей на экране, но их местоположение лишь усилило тревогу:
— Примерно в ста тридцати километрах от Новосибирска. Что они там забыли? Что могло их занести в эту глушь?
— Едем, — решил Олег. — У нас в запасе меньше половины суток, чтобы спасти их.
— Думаешь?.. — Денис не договорил.
— Уверен, — мужчина направился в спальню.
— Надеюсь, ты всё-таки ошибаешься… — пробормотал хантер, теперь осознав, почему Волак не явился на зов.
Архидемон был занят их друзьями.
С отчаянной быстротой собрав необходимые эзотерические атрибуты и оружие, они помчались навстречу неизвестности.
И каждая секунда была на вес золота и мучительным ожиданием.
Как и договаривались, Лиза звонила Денису каждый час-полтора.
Известие о пропаже Андрея и Константина обеспокоило и её.
— Они уехали в десять вечера, — сказала молодая женщина. — И ничто не предвещало беды.
— Поверь, в девяноста девяти процентах её ничто не предвещает, — вздохнул Олег. — К сожалению.
Была включена громкая связь.
Мобильник Дениса лежал на щитке.
— Но вы же их найдёте? — спросила Лиза.
— Приложим к этому все усилия, — обещал Олег.
— Как ваши дела? — поинтересовался Денис.
— Хорошо, — по голосу Лизы хантеры догадались, она улыбается. — Родители Константина замечательные люди… добрые, отзывчивые. Полинке здесь очень нравится.
— У неё больше не было… э… приступов? — нахмурившись, Олег взглянул на спутника.
— К счастью, нет, — ответила Лиза.
— Извини, милая, мы не сможем заехать к вам, — вздохнул Денис. — Не хочу подвергать лишней опасности.
— Я всё понимаю, — супруге стало грустно. — И желаю удачи. Надеюсь, с ребятами ничего дурного не случилось.
Денис отключил связь:
— Да уж… Ты прав насчёт беды.
— В любом случае демонов необходимо остановить, — сидевший за рулём Олег напряжённо смотрел на трассу.
— Только как? — Озеров сильно переживал. — Волак не успокоится, пока не убьёт мальчишек. Мы ему нужны не так сильно. И я не могу думать, что ребята уже… мертвы.
— Вот и не думай, — посоветовал Олег. — Мысли материальны.
Пригород Новосибирска показался лишь около восьми часов вечера.
Денис сверился с координатами:
— Теперь направо примерно десять километров. Но ехать ещё часа два.
— Поднажмём, — Олег вдавил педаль газа в пол. Стрелка спидометра поползла вверх. — Времени мало.
«Или больше нет…» — добавил он про себя, всем сердцем надеясь, парни живы.
Несколько минут мужчины молчали.
Денис взял сотовый и в очередной раз набрал Константина и Андрея:
— Та же фигня…
— Скоро приедем, — Олег мельком взглянул на него.
— Если с ними что-то случилось… — Денис закусил губу. — Я не знаю… Наверное, собственными руками прикончу Волака.
Вдруг вспомнилось знакомство с юным, таким отважным и благородным Константином, что Озерову тогда даже показалось, этот подросток словно сошёл со страниц рыцарского романа.
И потерять ни его, ни Андрея не хотелось.
Денис глубоко вздохнул.
— Говорю, думай о хорошем, — повторил Олег. — И о том, как нам справиться с демонами.
— После неудачи с нашим вызовом я стал думать, Волак придёт лишь к ребятам, — Денис покачал головой.
Батавин мрачно хмыкнул:
— А я, если честно, вообще мало рассчитывал на успех. Хотя, может, его отпугнул рунический став.
— Сомневаюсь, — возразил Денис и устремил обеспокоенный взгляд в лобовое окно.
Сгущались осенние сумерки.
И где-то вдалеке зловеще хохотала ночная птица.
Глава IV. Новые тревоги
Андрей открыл глаза и попытался сфокусировать взгляд, да не получилось.
Голова гудела, перед глазами всё плыло, а к горлу подкатывала тошнота.
Шатен сглотнул.
Во рту пересохло так, что язык прилип к нёбу.
В животе было странное ощущение пустоты, будто внутри всё вывернули наизнанку.
Андрей огляделся.
Глаза медленно привыкали к сумраку.
Он сидел на полу, прикованный за руки к стене огненными оковами.
Синие язычки пламени не жгли, а просто держали, не давая двигаться.
Рядом, в таком же положении без сознания, находился Константин.
У противоположной стены лежали пистолеты, фонарик и рюкзак — бесполезный сейчас арсенал.
Волака в хижине не было.
— Константин… — хрипло позвал Андрей.
Он не помнил, как оказался в таком положении.
Последнее, что осталось в памяти, — удар и темнота.
Ответа не последовало.
— Константин… — громче и отчаяннее выдохнул Андрей.
Молодой человек очнулся, с трудом приоткрыл глаза и встретился взглядом с напарником.
Голубая радужка была мутной.
Константин попытался пошевелиться и поморщился.
Спина затекла, затылок болел от удара о стену.
— Андрей… — прошептал Константин, разлепив пересохшие губы.
Сильно хотелось пить.
— Где мы? — Андрей дёрнул руками.
Оковы не поддались.
— Видимо, всё там же, — с горечью скривился Константин, шевельнулся и снова поморщился.
Тело онемело от долгого пребывания в неудобной позе.
— Так-так… — в хижину вошёл Волак, остановился в центре комнаты и оглядел их. — Очухались? Супер. Настало время забав.
— Не приближайся! — крикнул Андрей.
Голос сорвался на хрип.
Волак звонко рассмеялся:
— Я бы сказал «Господи», но… А, к чёрту! Господи, до чего же вы наивны! Неужели всерьёз полагаете, что меня можно одолеть так просто?
— То же самое можем сказать и о себе, — холодно и исподлобья глянул на него
Волак приблизился к нему и грубо схватил за подбородок, заставляя поднять голову.
Пальцы были горячими.
От прикосновения по спине Константина пробежали мурашки.
«Он может сотворить с нами всё, что угодно, прямо сейчас…» — мелькнуло в голове.
— Как жаль портить такую прекрасную внешность, — притворно вздохнул Губернатор. Полные ненависти серые глаза, казалось, прожгли насквозь. — Однако ничего не поделаешь. За дерзость должно быть наказание… и урок другим.
Он бросил взгляд на побледневшего, с расширенными глазами Андрея и положил левую ладонь Константину на грудь, прямо на область сердца.
Константин зажмурился. Стиснул зубы.
Боль была острой, словно вонзили раскалённый стержень, и сердце застучало сильнее и быстрее, как птица, бьющаяся в клетке.
Каждый удар отдавался в голове.
Перед глазами поплыли тёмные пятна.
— Нет… Отпусти его! — Андрей рванулся.
Оковы вспыхнули ярче, но не поддались.
Крик был полон страха, не за себя, а за Константина.
— Нравится наблюдать за страданиями? — издевался Волак. — Нет? А мне очень. Особенно вот так.
Он усилил давление.
Константин с тихим стоном выгнулся.
По щекам потекли слёзы от невыносимой боли.
— Волак! — закричал Андрей. — Ты, адское отродье, отпусти его, иначе…
— Что? — Губернатор шагнул к нему и влепил звонкую пощёчину.
Лицо Андрея обожгло огнём.
Скула, и без того повреждённая, взорвалась острой болью.
Голова мотнулась в сторону, и мир на секунду померк.
— Убьёшь? — Волак наклонился к нему. — Сомневаюсь. Я бессмертен… в отличие от вас.
— Даже у слуг Люцифера есть уязвимые места… — прохрипел Константин и с трудом встал на ноги.
Оковы за спиной натянули руки, и всё-таки он сумел сделать медленный шаг вперёд, хотя сил почти не было, и зашептал молитву.
Голос срывался, каждое слово давалось с усилием, но он продолжал.
Волак резко обернулся:
— Заткнись! Заткнись, я сказал!
Он выхватил из ножен на боку кинжал с витиеватой рукоятью, украшенной змеями, и взмахнул.
На груди Константина по куртке стало расползаться пятно крови.
Сквозь прореху серебром сверкнул нательный крестик.
Андрей снова дёрнулся, отчего оковы на секунду вспыхнули ярче.
— Христианские штучки! — Волак сорвал с Константина крестик и отбросил в сторону.
Тот звякнул о пол.
Андрей собрал все оставшиеся силы, мысленно взмолился Богу, отчаянно, всем своим естеством, и рванул руками, затем снова.
Из груди вырвался крик.
Оковы вспыхнули и рассыпались синими искрами.
Кожа на запястьях покраснела.
— Как тебе это удалось? — ахнул Волак, действительно не ожидая.
Андрей не ответил, бросился к рюкзаку, выхватил бутылку святой воды и, отвинтив крышку, выплеснул прямо в лицо Губернатору:
— Возвращайся в ад, чудовище!
Волак взревел.
Кожа на лице задымилась, вздулись пузыри.
Архидемон схватился за лицо, но святая вода уже попала на шею. Он забился, как животное, и исчез, оставив после себя запах серы и палёной плоти.
Оковы Константина взорвались, и он рухнул на пол, упав на бок, и застонал от боли в груди.
— Эй… эй, нет… — дрожащий от шока и усталости Андрей кинулся к нему, не без труда поднял и перебросил руку себе через плечо. — Держись… Пожалуйста, держись… Всё будет хорошо… Всё будет хорошо…
Он говорил это не Константину, а себе, потому что сам не верил.
Сердце колотилось.
Рваное дыхание вырывалось из приоткрытых губ.
Константин перевёл на него мутный взор.
Зрачки были расширены, лицо побледнело, а на лбу проступила испарина.
— Волак… — прохрипел он.
— Исчез, — Андрей потащил его к выходу, по пути прихватил вещи и, подняв крестик, быстро сунул в карман. Цепочка была порвана. — Идём скорее, пока эта тварь не вернулась.
Они покинули хижину.
Андрей усадил Константина на заднее сиденье «Лады».
Тот держался за грудь и дышал часто и поверхностно.
Кровь на куртке расползалась.
Андрей сел за руль.
Руки трясло.
Ключ попал в замок зажигания с третьей попытки.
Двигатель заурчал.
— Скоро будем дома… — Андрей бросил взгляд в зеркало заднего вида.
Бледный Константин сидел с закрытыми глазами, прислонившись к дверце.
Андрей вжал педаль газа.
«Лада» дёрнулась и помчалась.
На эмоциях Андрей вёл плохо, и на ухабах машину подбрасывало.
Каждый толчок отдавался болью в теле.
Одной рукой Андрей управлял, другой лихорадочно шарил по карманам в поисках телефона.
Но связи не было.
— Чёрт… — он бросил телефон на пассажирское сиденье. — Чёрт!
Он не знал, сколько ехал.
Четверть часа?
Двадцать минут?
Он не смотрел на часы, только вперёд, на грязную просёлочную дорогу, и иногда в зеркало на Константина. В какой-то момент он понял, что надо остановиться и осмотреть рану, иначе не довезёт.
Машина резко затормозила.
Андрей схватил с щитка аптечку, выскочил и открыл заднюю дверь:
— Мне нужно осмотреть твою рану…
Голос дрожал.
Константин слабо кивнул и облизал запёкшиеся губы.
Андрей расстегнул его куртку и аккуратно поднял футболку.
На груди, чуть ниже ключицы, был не слишком глубокий порез сантиметра четыре.
Кровь тёмной коркой запеклась вокруг, кожа была красной и горячей.
«Температура поднимается…» — Андрей коснулся лба напарника.
Не умел зашивать, в отличие от Олега, он обработал рану перекисью.
Константин зашипел сквозь зубы, но не отстранился, вцепившись пальцами в сиденье.
Андрей наложил бинты поверх чистой марли, криво и неаккуратно, зато хоть как-то.
— Ты молодец… — с трудом улыбнулся Константин, из последних сил стараясь не показывать боли. — Прям как заправский врач…
— Лежи и молчи… — взмолился Андрей. — Тебе нужно беречь силы.
Он вернулся за руль и продолжил путь.
Мысли метались, пульс зашкаливал.
Ему чудилось, за ними гонятся.
Тени мерещились адскими псами.
Андрей гнал ещё примерно час и бросал взгляды в зеркало.
Константин сидел с закрытыми глазами, зато в сознании.
Неожиданно впереди заскользили лучи фар.
Стремительно приближался какой-то автомобиль.
Андрей нажал на тормоз.
«Ладу» мотнуло вперёд.
Ремень впился в плечо, и шатен поморщился.
На заднем сидении застонал Константин.
— Прости… — выдохнул Андрей.
Взвизгнули покрышки, машина развернулась и замерла поперёк дороги.
В нескольких метрах остановился зелёный «Форд».
— Денис? Олег? — Андрей распахнул дверцу и выскочил наружу, тяжело дыша.
Мужчины подбежали к нему.
— Слава Богу! — Денис схватил Андрея за плечи. Пальцы дрожали. — Не ранен?
— Я нет, — тот покачал головой. — А Константин…
— Что с ним? — нахмурился Олег.
— Волак порезал его. Не особо серьёзно. Но… — адреналин схлынул, и Андрея трясло. — Я перевязал. Зашить придётся вам, Олег.
— Тебе, — мягко поправил Батавин. — Мы ведь договорились.
— Тебе… — эхом повторил Андрей.
Олег прихватил аптечку и направился к «Ладе».
Денис чуть встряхнул Андрея:
— Не вешай нос. Константин не из таких передряг выбирался. Тем более ты сам сказал, рана скользящая.
— Ну да… — без энтузиазма согласился шатен.
Голова кружилась, сил практически не было.
— Идём, — Денис повёл его ко второй машине. — Расскажешь всё по порядку. А то мы места себе не находили. К счастью, с помощью программы найти вас не составило труда.
— К… Константин?.. — Андрей испуганно оглянулся на «Ладу».
В глазах мелькнула паника.
— Олег займётся им, — успокоил Денис. — Не бойся. Он знает в подобном толк намного больше нас.
Пока Андрей, запинаясь и сглатывая, рассказывал Денису, как они попали в западню, Олег осматривал рану Константина.
Молодой человек по-прежнему сидел на заднем сиденье и тяжело дышал.
Олег поднял его футболку и присвистнул:
— Хорошо, что так. Скользящий удар. Пара сантиметров в сторону и глубже — и задело бы лёгкое.
Он обработал края раны антисептиком, отчего Константин вздрогнул, едва слышно застонав, вколол местный анестетик, подождал минуту и стал накладывать швы.
Каждый стежок был точным — сказывались годы работы спасателем.
— Потерпи, — Батавин не отрывался от работы. — Осталось немного.
Константин кивнул и закрыл глаза, чувствуя лишь слабое натяжение кожи.
Когда Олег закончил, наложил повязку и помог опустить футболку, он хрипло прошептал:
— Спасибо…
— Не за что, — Батавин убрал инструменты и снял одноразовые медицинские перчатки. — Но тебе нужен покой. И сердце у тебя работало с перебоями. Я слышал, как ты дышал. Губернатор воздействовал на него магией.
— Я в порядке, — тихо сказал Константин.
Его клонило в сон.
— Ты так же говорил, когда у тебя была простуда, — сухо заметил Олег, вышел из «Лады» и приблизился к своему автомобилю.
Денис открыл заднюю дверцу:
— Ну?
— Он спит, — ответил Олег. — Всё-таки задерживаться нельзя. Демон может вернуться. Да и Константину необходим отдых.
Денис кивнул и глянул на Андрея:
— Я поведу.
Тот безвольно кивнул.
Силы покинули его, и он чувствовал себя опустошённым.
Они с Денисом пересели в «Ладу», а Олег устроился за руль «Форда».
Андрей с тревогой вглядывался в бледное лицо спящего рядом напарника:
— У него жар…
— Минут через пять отступит, — Денис сдержал вздох. В голосе слышались усталость и сочувствие. — Вам очень повезло. Однако Олег прав. Губернатор не заставит себя ждать. Надо спешить. — Он повернул ключ зажигания. — А ты тоже спи. Мы вернёмся в Омск только под утро. И не тревожься. С Константином всё будет хорошо. Кстати… ты ел?
— Нет… — Андрей вдруг ощутил болезненный голод, торопливо достал из рюкзака смятый пакет с бутербродами и проглотил один, не чувствуя вкуса.
Желудок скрутило, но он заставил себя есть, понимая, силы нужны.
— Ну вот, — улыбнулся Денис. — Так-то лучше.
Автомобили помчались обратно в Омск.
В город они въехали в три часа ночи.
Константин проспал всю дорогу, проснулся на несколько минут, чтобы самостоятельно подняться в квартиру, и тут же рухнул на диван, вновь проваливаясь в сон.
Денис и Олег провели за рулём много часов и, падая с ног от изнеможения, скрылись в бывшей спальне Андрея.
Тот устроился в кресле, прислушиваясь к дыханию напарника.
Лекарство подействовало, хотя сердце Константина до сих пор слегка болело.
Он иногда вздрагивал во сне, и лицо искажалось гримасой боли.
Андрей сидел так, пока совсем не рассвело, то дремал, то бодрствовал.
Голова гудела.
Наконец парень заметил, что Константин начал просыпаться, и подскочил к нему.
— Эй… — губы тронула улыбка. — Привет…
— Привет… — хрипло отозвался Константин.
— Мы дома, — Андрей опустился на край дивана.
К ним запрыгнула Ангел.
Константин осторожно погладил её.
— Да, знаю… — он чуть заметно кивнул и устроился выше на подушках. Взгляд скользнул по наручным часам. — Почти семь… Господи… Сколько времени прошло?
— Полтора суток, — ответил Андрей. — Если б не Олег с Денисом… Даже думать не хочу, чем бы всё закончилось. — Он на секунду умолк. — Как ты?
— Намного лучше, — заверил брюнет, однако приподнялся с явным усилием.
На обнажённой груди белела повязка.
— Рад слышать, — Андрей осторожно коснулся его плеча. — Я очень испугался за тебя.
— Спасибо, Андрей, — улыбнулся Константин.
Во взгляде мелькнули усталость и бесконечная признательность.
— Вряд ли б ты поступил иначе, — тот закусил губу. — Мы обязаны защищать друг друга.
Из спальни вышел проснувшийся Олег.
— Вид у тебя уже вполне здоровый, — он подошёл к дивану и коснулся лба брюнета тыльной стороной ладони. — Температуры нет. Кризис миновал. И это главное. А ты, Андрей, совсем не ложился?
Тот покачал головой.
Под глазами залегли глубокие тени, лицо осунулось.
— Что ж… теперь надо срочно решать, как быть дальше, — сказал Батавин. — Демоны слишком опасны, чтобы смотреть на их проделки сквозь пальцы.
— Да, — Константин приподнялся на локте и поморщился от боли в груди. — И хотя Губернатор чётко дал понять, что намерен развлекаться, как с игрушками, рано или поздно он всё равно убьёт. И ясно, куда попадут души.
— Мы этого не допустим! — Андрей вскочил и тут же пошатнулся.
Голова закружилась от резкого движения.
— Ладно, отдыхайте, а я приготовлю завтрак, — Олег направился на кухню.
— Я помогу, — вызвался Андрей.
Ему отчаянно хотелось поговорить с Олегом наедине.
Прикрыв за собой дверь, он повернулся к наливающему в чайник воду Олегу:
— С ним же всё будет хорошо?..
Голос предательски сорвался.
— Да, уверен, — Олег мельком глянул на него. — Константин очень сильный и справится. Жар прошёл. Рана оставит лишь лёгкий шрам. Но они ведь украшают мужчин, не так ли?
Он с улыбкой включил чайник.
— Его сердце… — пробормотал Андрей и сел за стол. — А если возникнут осложнения?
— Я понаблюдаю за ним сегодня, — Олег занялся омлетом. — Думаю, худшее позади. Однако то была лишь первая часть Марлезонского балета. Осталось пятнадцать.
— Что? — не понял Андрей.
— Не обращай внимания, — грустно улыбнулся охотник. — Просто мысли вслух. Кстати, ты вроде обещал помочь. Сделай бутерброды.
Андрей кивнул и принялся нарезать хлеб.
Руки всё ещё дрожали.
Константин поднялся с дивана и начал не спеша одеваться, стараясь не задевать повязку на груди.
Анальгетик снял боль, а снотворное дало выспаться.
Сейчас он чувствовал себя вполне здоровым.
Но внутри росло предчувствие беды.
В памяти всплывали события минувшей ночи.
Демоны не остановятся, и Константин это с горечью осознавал.
В зал вышел Денис:
— Почему ты встал? Тебе жизненно необходим отдых.
— Я в норме, — Константин одёрнул футболку. — И времени нет рассиживаться.
Он заметил на столе крестик и вздохнул.
Цепочка была порвана, звенья разошлись, и крестик лежал отдельно.
Константин осторожно взял его и на секунду сжал в ладони, чувствуя холод металла.
— Спасибо за помощь, — он пожал Денису руку.
— Ты для меня всегда останешься мальчишкой. И я обещал твоему дяде за тобой приглядывать, — Озеров аккуратно хлопнул его по плечу. — И да, я по-прежнему твой наставник. Не забывай. А теперь идём. Я жутко проголодался.
— И я, — слегка улыбнулся Константин.
Они прошли на кухню.
На столе стояли кружки с горячим сладким чаем и бутерброды.
Олег раскладывал омлет по тарелкам.
— А теперь серьёзно… — заговорил он. — У кого какие предложения?
Константин и Андрей переглянулись.
— Вызвать Губернатора и запереть в ловушке, — сказал последний. — Мы так уже делали.
— Мы с Олегом пытались его вызвать, пока вас не было, — признался Денис.
— Что? — нахмурился Константин, осторожно садясь на стул рядом с напарником. — Без нас?
— Думаю, ты осознаёшь, именно вы-то ему и нужны? — сказал Денис. — А так мы попытались отвлечь его от вас. Выиграть время. Не вышло.
Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.