Бесплатный фрагмент - Служба по восстановлению памяти — 7

Глава 1 Чёрная мечта Абгархиля

Эрни и Арника стояли на обочине дороги. Девушка никак не хотела садиться в свой автомобиль, чтобы, сказав напоследок: «Увидимся», уехать. Встречи с этим парнем для неё всегда были полны приятных сюрпризов и трогательных моментов. А первый неловкий поцелуй, подаренный им в одну из недавних встреч, вообще заставлял её сердце трепетать от воспоминаний и буквально таять от ожидания повторения такого волшебного интимного момента. Но вот сейчас ей предстояло расстаться с Эрни на пару месяцев, а может и больше по причине юридической практики в другом городе.

— Эрни, ты такой милый, — с грустным восхищением девушка обняла друга. — Мне так не хочется с тобой расставаться, но уже пора. Иначе я на самолёт опоздаю.

Эрни в ответ на её не озвученное желание, повинуясь внезапному порыву, припал к её губам. Девушка ошеломлённо охнула, отдавшись волнительному моменту. Наконец, перестав её целовать, Эрни нехотя разомкнул объятия и, смущённо глядя в бездонную глубину её синих глаз, тихо с надеждой в голосе, предложил:

– Если хочешь, я могу тебя проводить.

Ему тоже не хотелось расставаться, и он готов был на всё, чтобы продлить общение с Арникой. Эта девушка целиком и полностью покорила его сердце. Он заметил, что с недавнего времени мысли о ней занимают его всё настойчивее. И даже Шарух начал над ним шутливо подтрунивать, замечая, что друг стал более задумчив. Ему не было необходимости допытываться, что на самом деле с ним происходит, он и так всё хорошо понимал.

Девушка, переведя дыхание, ответила:

– Не нужно, я не люблю, когда меня провожают – это слишком грустно.

Затем решительно настроившись, она открыла дверцу, но прежде чем сесть в автомобиль, глянула на Эрни долгим, печальным взглядом.

– Я буду тебя ждать, – искренне пообещал парень. – Как прилетишь, позвони.

– Хорошо, – Арника кивнула и неожиданно улыбка осветила её лицо. – Я буду звонить тебе каждый день.

– А я буду ждать твои звонки. А если сам позвоню – не против?

– Конечно нет, чего спрашиваешь? Скоро увидимся!

Засмеявшись, девушка села на водительское сиденье и, помахав напоследок рукой, закрыла дверцу. Вскоре автомобиль тронулся с места. Эрни, проводив его взглядом, грустно вздохнул, и сойдя с обочины на тротуар, неторопливо зашагал в противоположную сторону. Он шёл, засунув руки в карманы куртки, задумчиво глядя на листья, шуршащие под ногами. Особенных планов на этот день у него не было. После встречи и расставания с любимой девушкой на душе осталось приятное с грустными нотками чувство.

Внезапно в метрах десяти из-за дерева вышел парень в чёрном длинном плаще и в ожидании остановился посреди тротуара, пристально глядя на него. Эрни насторожился, невольно замедлив шаг. Откуда-то возникло ещё несколько парней. Они явно задумали окружить его.

«Готы! Чего им от меня надо? – недоумевая, Эрни с опаской приблизился к тому, кто преграждал путь. Случайно вспомнились неформалы, с которыми в прошлом году он устроил драку с целью научить друзей защищать себя. Но глядя на этих парней, он не узнавал тех, кого тогда побил и незаслуженно унизил. – Если Шарух узнает, что меня побили готы...» – Эрни усмехнулся, не став додумывать мысль. Он вынул руки из карманов, инстинктивно сжав их в кулаки, готовясь себя защищать. Между тем го́тов вокруг него собралось не меньше десятка. Вскоре они замкнули кольцо. Среди присутствующих Эрни обратил внимание на трёх вызывающе разукрашенных девиц. Одна из них довольно громко жевала жвачку, временами выдувая из неё пузыри.

Эрни остановился, ожидающе глядя на того, кто преграждал путь.

– Ты, Эрни? – спросил гот, прожигая его чёрными как уголь глазами – скорее всего, это были линзы. Лицо го́та походило на чёрно-белую маску.

– Возможно и что?

– Абгархиль хочет с тобой поговорить.

– А мне-то что с того? – с вызовом бросил Эрни, украдкой косясь на сжимающих кольцо людей в чёрном.

– Ты не понял... Он хочет с тобой поговорить, а мы должны тебя к нему привести. Но мне по сути пофиг, в каком виде мы тебя приведём... – гот оскалился в презрительной улыбке.

— Да ты, паря, не парься, — вклинилась в разговор одна из разукрашенных девиц, обращаясь к Эрни, причём бесцеремонно кладя ему на плечо руку. Эрни стало не по себе от её наглого поведения, но он не подал вида. — Абгар просто поговорит. Мальчики, не надо его бить. Он же такой… лапочка, — девушка прикоснулась указательным пальцем к его щеке, потом взяла за руку. — Идём, как тебя там… Эрни. Точно, Эрни! Извини, у меня память на имена плохая.

Эрни попытался освободить руку, но она лишь крепче сжала свою, до боли впиваясь чёрными длинными ногтями. Затем велела преградившему путь приятелю:

– Пропусти! Абгар сказал мне лично его доставить в целости и сохранности, а вам лишь бы кулаками помахать.

– Рахелия, ты не слишком наглеешь? – нехотя отходя в сторону, проговорил гот.

– Даже если слишком – переживу!

Разукрашенная чёрно-белая компания взялась сопровождать девушку и Эрни до самого местонахождения некоего типа по имени Абгархиль. Эрни решил смириться с необходимостью изменить свой маршрут. Ему даже стало интересно, чего от него понадобилось го́там. Шли молча. Возле ближайшего парка компания остановилась.

– Иди туда, – указала девушка на видневшуюся между деревьями детскую карусель. – Абгар ждёт тебя.

Рахелия, наконец, освободила его руку, но Эрни ещё долго чудились на ней её острые ногти. Поняв, что компания дальше сопровождать не будет, Эрни даже обрадовался. Но впереди его ждала странная встреча и было неясно чего ещё ждать от этих чудаков. Эрни отделился от малоприятной компании и неспешно вошёл в парк, разыскивая глазами того, с кем ему придётся пообщаться.

Парень в чёрном плаще сидел на детской карусели и в скучающем ожидании крутил центральное колесо, приводящее механизм в движение. В мелькании перед глазами деревьев и иных объектов развлечений он не сразу заметил приближающегося парня.

– Ты что ли, Абгар?

Гот резко затормозил карусель, с интересом уставившись на незнакомца. Затем указав ему рукой на деревянное сиденье, расположенное напротив, сказал:

– Значит, ты тот самый Эрни? Присаживайся, к тебе дело есть.

Он протянул для пожатия руку. Эрни проигнорировал этот жест.

– А если я не тот самый?

Он не торопился воспользоваться его приглашением.

– Декарт хорошо тебя описал. Знаешь такого?

– Знаю. Что за дело?

Абгар облокотился на руль и, кивнув, снова предложил гостю сесть. На этот раз Эрни решил не упрямиться. Он сел напротив, пристально рассматривая парня. Это был молодой человек примерно двадцати лет с приятной внешностью. Явно крашенные, чёрные, длинные волосы были обильно обработаны специальным лаком, заставляющим их стоять чуть ли не дыбом. Но многие пряди упрямо стремились лечь волнами на плечи. Эрни невольно сравнил его с нечёсаным пуделем. У парня были тёмно-серые глаза, с чёрными подведёнными косметическим карандашом длинными ресницами. Брови парень тщательно выщипывал, и те выглядели как узенькие чёрные полосы. Черты были довольно грубыми, делая выражение лица сердитым и недоверчивым, но несмотря на это Эрни показалось, что от него исходит глубокая затаённая печаль. И поэтому захотелось выслушать его и может быть даже помочь.

– Дек рассказывал о своей первой встрече с тобой.

– И что?

– Он поверил, будто ты хочешь его замучить до смерти.

Эрни совершенно не понимал, к чему клонит собеседник. На всякий случай он осмотрелся по сторонам и, не заметив ничего подозрительного, вновь обратил своё внимание на Абгархиля.

– Можно ближе к делу?

– Дек уверял, что ты сможешь выполнить мою просьбу.

– Какую просьбу?

– Я хочу, чтобы ты стал моим палачом.

Эрни показалось, что он ослышался, но переспросить не успел. Лишь рот открыл, а слова так и застряли.

– По-настоящему, – вкрадчиво добавил гот. – Я давно искал того, кто сможет отправить меня к Некроледи. И вдруг узнал о тебе. Это судьба!

Эрни решительно встал, собираясь уйти.

Абгар быстро сошёл с карусели и, догнав его, преградил путь.

– Я с психами дел не имею! – категорично заявил Эрни, шагнув в сторону.

– Слушай, ты явно нарываешься на неприятности. Тебе, что, сложно?

– Ты мне угрожаешь?!

Глаза Эрни злобно сверкнули, а руки сжались в кулаки.

– Мне бы не хотелось тебя злить, но, если ты не согласишься, я буду вынужден это сделать. Например, я знаю, кого ты провожал сегодня... Арника – красивое и редкое имя.

Гнев, вспыхнувший с ещё большей силой, заставил Эрни перейти к активным действиям. Он схватил парня за грудки и с силой припёр его к стволу ближайшего дерева, угрожающе проговорив:

– Только пальцем её троньте...

– Выполни свою угрозу, – гот, не моргая, смотрел в упор. – Что ты сделаешь с тем, кто причинит вред твоей девушке? Снимешь с него шкуру? Вырежешь сердце? Декарт испугался твоих угроз, а я не боюсь. Я сам хочу, чтобы ты вырезал мне сердце и положил его на алтарь Некроледи.

Спокойный голос Абгара буквально заставил Эрни вскипеть от злости. У него не было слов, чтобы ответить парню, хотелось просто его задушить.

– Я знаю, тебе приходилось убивать, – продолжал убеждать Абгар. – Сделай это снова. Мои ребята знают, как поступить с телом. Прошу...

– Я не убийца! Я спасал свою жизнь, а ты хочешь, чтобы я стал убийцей! Помучиться захотелось? Что думаешь, ты самый крутой? – Эрни отшвырнул от себя парня и торопливо зашагал прочь.

Абгар, морщась, потрогал ушибленный затылок и поспешил следом.

Эрни и не рассчитывал, что выйти из парка будет легко. Всё это время он чувствовал на себе пристальные взгляды наблюдающей за ним «весёлой» компании. И вот у самого выхода готы преградили ему путь. Эрни даже не замедлил шаг. Он поравнялся с первым попавшемся навстречу парнем и, не раздумывая ни секунды, врезал ему поддых, другому, возникшему на пути, в солнечное сплетение. Оба тут же оказались небоеспособны, а остальные пришли в замешательство, да и Абгар подал знак рукой, чтобы никто больше не ввязывался в драку. Девушки, преисполнившись жалости к пострадавшим, бросились их утешать.

Эрни заметил, что преследования не будет и начал успокаиваться. Подходя к дверям своей квартиры, он уже воспринимал случившееся как некоторое недоразумение. Конечно, просьба нового знакомого выглядела, мягко говоря, странно. Эрни решил, что тот просто захотел над ним пошутить, зачем-то проверяя его реакцию. Может, даже стоило подыграть?

Эрни не склонен был долго размышлять над странным приключением, произошедшим с ним. Он переключился на домашние дела, сходил в гипермаркет за продуктами, чтобы заполнить давно пустующий холодильник. Шарух обещал на днях прийти с проверкой, и, если холодильник окажется пуст, устроить ему «тёмную». Это загадочное слово даже начало интриговать его. Что Шарух под ним подразумевал?

На всякий случай Эрни навёл в квартире порядок, зная, что друг осмотром холодильника вряд ли ограничится. Да и с тех пор, как Шарух занялся лечением Дека, он почти не появлялся у него, о чём постоянно говорил по телефону, выражая искреннее сожаление.

– Ты хоть секцию по самообороне открой, чтобы мы чаще виделись. У тебя же так хорошо шли дела, да и сейчас желающих хоть отбавляй.

Но Эрни не спешил с решением. Почему-то пока не хотелось заниматься этим делом.

Ближе к девяти вечера в дверь его квартиры позвонили. Эрни подошёл, предварительно глянув в видеофон. Приход Декарта его удивил.

Эрни открыл двери.

– Дек? Ты сбежал от Шаруха?

– Нет, он меня сам отпустил. Эрни, извини, я не один...

Эрни уже заметил прислонившуюся к стене знакомую чёрную фигуру. Абгар! Эрни сердито нахмурился.

– Что вам нужно?

– Абгар хочет поговорить. Выслушай его.

– То, что нужно я уже услышал. Если это всё, пока! Будете звонить – повышибаю мозги!

Декарт вопросительно переглянулся с приятелем, разочарованно пожимая плечами. Эрни не стал ждать, что они ещё предпримут и резко закрыл дверь. С появлением незваных гостей его хорошее настроение быстро сошло на нет. Он даже начал злиться на Дека за то, что тот привёл озабоченного гота к нему. Отходить от двери Эрни не стал. Он наблюдал в видеофон, желая знать, что будет делать эта парочка. Поговорив о чём-то, вскоре Декарт ушёл, а вот второй гот остался. Он некоторое время нервничая ходил по коридору, потом присел на корточки у стены напротив его квартиры. Было ясно, что этот парень уходить не собирается, но и Эрни разговаривать с ним совершенно не хотелось.

«Пусть сидит хоть до посинения!» – твёрдо решил Эрни. И с этого времени он больше к двери не подходил и в видеофон не смотрел. Ночью, правда, спалось беспокойно. Всё чудилось, что Абгар вскрывает дверь, и на него нападает банда озверевших го́тов. Эрни то и дело просыпался прислушиваясь. И потому поспать до обеда не получилось. Эрни проснулся очень рано и уже не сомкнул глаз. Вспомнив о мешке с мусором, оставленным у входа, он решил, что неплохо бы от него избавиться. Это и было первым делом, с которого он решил начать новый день. Выходя из квартиры, он с недовольством увидел Абгара, всё ещё сидящего у стены. Тот спал, съёжившись и дрожа от осеннего утреннего холода. Эрни не стал его будить. Пока относил мусор к контейнеру, думал, что делать с этим настойчивым типом. Мысль набить ему морду и спустить с лестницы казалась самой разумной, и Эрни неоднократно прокручивал её в голове. Но поднявшись к себе и вновь обратив внимание на спящего парня, решил повременить с такими кардинальными методами.

– Эй, проснись, – Эрни толкнул рукой гота в плечо.

Тот резко мотнул головой, открывая глаза, затем уставился на него.

– Что так и будешь здесь сидеть?

– Я... это...

Парень решительно встал на ноги и обхватил себя руками.

– Заходи, – смилостивился Эрни.

– Ты уж извини, что я так... напрягаю.

– Проехали.

Эрни открыл дверь и впустил гостя.

– Раздевайся, кофе будешь?

– Необязательно, – отмахнулся гот и, скинув обувь, прямо в верхней одежде прошёл за хозяином в гостиную.

– Ну, значит, будешь. Идём на кухню.

Эрни усадил гостя за стол и включил чайник.

– Я ведь не кофе распивать пришёл, – начал Абгар.

Эрни остановился посреди кухни, сердито взглянув на парня.

– А я собирался спустить тебя с лестницы. Так что, пока я не передумал и не выполнил своё желание, мы будем пить кофе, а ты расскажешь, зачем явился ко мне. Возражения есть?

Парень, опустив взгляд в стол, поднял обе руки, выражая своё согласие с его условиями.

– Вот и хорошо.

Эрни поставил перед ним чашку и выставил на стол вазу с конфетами. Тут и чайник подоспел. После холодной ночи чашка бодрящего напитка показался Абгару божественным эликсиром. Парень даже улыбнулся, случайно столкнувшись взглядом с тем, кого так сильно хотел увидеть.

– Мне уже можно говорить? – спросил он, осторожно прерывая утомительное молчание.

– Начинай.

– Только пообещай не спускать меня с лестницы, пока я всё не расскажу.

– Обещаю, что с лестницы не спущу. С балкона ближе будет...

– Эрни... для меня всё это очень серьёзно.

– Догадываюсь, дальше...

– Несколько лет назад я познакомился с магом-чернокнижником. Классный был мужик! Много чего знал и умел.

– Почему был?

– Два года как он в могиле червей кормит. От рака загнулся, не захотел лечится, думал, что сам справится. Ну а вскоре после его смерти по почте мне пришёл от него подарок. Старинная книга. Я был на седьмом небе от счастья. Он обещал мне её подарить и выполнил своё обещание. Из книги я узнал, как стать подручным Некроледи. Я мечтаю об этом уже очень давно. Она мне даже ночами снится. Да... наверно я похож на чокнутого, – Абгар вздохнул, заметив, что слушатель смотрит на него насмешливо. – Ты не представляешь, как долго я искал того, кто сможет провести ритуал. Ребята мои тоже искали. И однажды Дек рассказал о тебе. А у меня через три дня День Рождения. День Рождения – это лучшее время для ритуала, к тому же оно совпадает с полнолунием. Просто невероятная возможность! Если всё будет сделано правильно, я буду рядом с ней. Я живу только, чтобы доказать себе и ей, что достоин находится в числе её помощников. Пожалуйста, помоги мне...

Абгар с надеждой в тёмно-серых глазах посмотрел на молчаливого собеседника и вдруг, вспомнив что-то, начал рыться во внутреннем кармане своего плаща. Вскоре извлёк лист бумаги и, раскрывая, положил его на стол.

– Вот, это твоё.

– Что это?

– После смерти родителей мне дом достался и земли много, я дарю их тебе. На этом сертификате только имя надо написать и подпись.

– Стоп, стоп, не спеши, – Эрни отодвинул от себя бумагу, – разве я похож на того, кто сможет хладнокровно освежевать тебя? Лучше закажи Службу Милосердия – они проведут эвтаназию по любой прихоти клиента.

– Я обращался к ним. Сказали, что я слишком молод, вот лет эдак через сорок приходи.

– Кстати, я с ними совершенно согласен, – зацепился за последние слова Эрни.

– Пожалуйста, я уже и не знаю, как тебя убедить. Я на грани отчаяния, если ты не поможешь, я не знаю, что сделаю... Мне в голову приходят ужасные мысли. Но меня останавливает, что, осуществив их, я добьюсь лишь того, что ты просто прикончишь меня. Это было бы убийство, а мне нужно пройти через ритуал.

Эрни не смог долго оставаться серьёзным. Улыбнувшись, наконец, сказал:

– Никто ещё не уговаривал меня убить себя, причём зверским способом. Ты хоть понимаешь, что можешь умереть от болевого шока, прежде чем я распилю грудную клетку?

– Я всё предусмотрел! – парень обрадовался, что хозяин квартиры пока не планирует прогонять его и даже проявил интерес к его проблеме. Он спешно вынул на этот раз уже из наружного кармана плаща небольшой пузырёк с коричневой жидкостью и поставил на стол. На вопросительный взгляд Эрни, пояснил:

– Сам изготовил и проверил на себе. Вещество парализует нервы на два часа. Я не буду чувствовать боли, не смогу шевелиться, но смогу говорить. Мне необходимо до конца участвовать в процессе. Вырезание сердца – это последний этап. Нужно будет по-очереди достать все органы и сложить их в мешки. Ребята их потом отнесут в зоопарк, чтобы птицам скормить. А уж когда вырежешь сердце и положишь его на алтарь, который я сам установлю ещё до начала ритуала, я буду находиться в изменённом состоянии сознания и встречу её. Она приходит к тем, кто умирает страшной смертью, и заберёт меня с собой. Тебе нужно будет лишь закончить ритуал, разрубив тело на пять частей. И всё! Остальное доделают ребята. И никто ничего не узнает, а я буду считать себя вечным должником перед тобой. Сделаешь это для меня? Пожалуйста...

– Ну да, наверно пока ты жив, мне будет интереснее заниматься такой кровавой работой, – Эрни усмехнулся, не горя желанием продолжать этот разговор. Ему захотелось побыстрее избавиться от парня. Но он не находил способа, при котором избавление от странного гостя выглядело бы вежливым и тактичным.

– Я уже нашёл подходящее место и инструменты. Ты ведь сможешь это сделать, я уверен.

– Я так похож на маньяка?

– Совсем не похож! – парень не сводил глаз с Эрни и как бы незаметно пододвинул ему сертификат.

– Неужели среди твоих друзей не нашлось такого, кто смог бы провести ритуал?

– Они мои друзья. Они просто не смогут. Так и сказали: «любим тебя, но резать не проси». Ну признайся, разве тебе не хочется кого-нибудь помучить? А тут такой шанс.

– Что за намёки? – Эрни одарил парня сердитым взглядом.

– Ну я просто... – растерялся гость. – Я просто хочу увидеть в тебе палача. Почувствовать твою силу и начать тебя бояться. Мне надо психологически подготовиться к предстоящему ритуалу. Скажи, что ты согласен. Если нужно что-то, я сделаю. Если захочешь побить меня, я согласен!

– Да, выбить из тебя дурь мне очень хочется...

Эрни поднялся из-за стола, чтобы наполнить давно опустевшую чашку. Абгар терпеливо ожидал его решения.

– Тебе налить?

– Немного, – не стал возражать странный гость.

Наполнив чашки, Эрни вернулся за стол. Оба молча насыпали кофе, приготовившись продолжить трудный разговор.

– То есть, ты твёрдо решил покончить со своей жизнью?

– Согласись, этот мир скучный и серый, – Абгар с грустью вздохнул.

– Может, тебе только так кажется?

– Ты наверно живёшь по-другому и гораздо интереснее. Но мне здесь скучно...

– А там думаешь будет веселее? А если все твои ожидания не сбудутся?

– Это уже мои проблемы. Главное, я использую свой шанс, а там будь что будет, – Абгар внимательно посмотрел на собеседника. – Чувствую, с балкона сбрасывать не собираешься и бить тоже...

Эрни тоже глянул в упор на парня. В голове родилась замечательная идея!

– Хорошо, я согласен, но ты должен выполнить мои условия.

Глаза Абгара засверкали от радости.

– Всё, что угодно!

– Первое – место подготавливаю я, – Абгар кивнул. – И второе – независимо от результата проведённого ритуала ты мне не мстишь.

– Клянусь! Да и вряд ли с того света я смогу отомстить.

От волнения Абгар залпом выпил кофе и, закусив конфетой, спешно встал из-за стола.

– Я пойду, у меня ещё море дел, которые нужно закончить. Телефон оставить или мне самому сюда прийти?

– Приходи вечером через три дня. Смотри, чтобы твои люди не попадались на глаза местным.

– Эрни... спасибо! Я счастлив, что ты согласился!

– Бумагу забери, я буду мучить тебя чисто из интереса.

Эрни одарил парня насмешливым взглядом.

– Нет, нет, я должен заплатить тебе. Поверь, так надо. Всё, пока! Я побежал, – и на выходе из кухни спохватившись, оглянулся: – Ты же не передумаешь?

– Не передумаю. Будь спокоен.

И счастливый гость поспешил покинуть квартиру.

– Да, дела... – буркнул Эрни. – Скажу Шаруху – умрёт от зависти.

Но говорить о случившемся другу он не собирался, а вот увидеться с Аманти посчитал необходимым.

***

Провести кровавый ритуал Эрни решил в своей новой квартире, которая располагалась этажом выше и однажды использовалась им для изоляции Шаруха в попытке изменить его судьбу. В ней Эрни изолировал от звуков гостиную комнату и поставил в центре длинный раскладной стол, убрал лишнюю мебель и ковры, составляющие её интерьер. Кроме этого, на всякий случай предупредил соседей, что любит смотреть на полную громкость фильмы ужасов и попросил их не вызывать полицию, если услышат душераздирающие крики. Хотя он рассчитывал, что крики они не услышат, но познакомиться с соседями не мешало. В спальне Эрни установил компьютер с программой Аманти «По исцелению антисоциальных личностей» с предложенными им специально для ритуала кое-какими изменениями. Аманти был сильно заинтригован, что хотел сам поучаствовать в эксперименте, но Эрни отговорил его, сославшись на жуткую секретность, но пообещал уведомить о результатах. И также убедительно попросил ничего не рассказывать Шаруху, чтобы тот не явился в разгар эксперимента и всё не испортил. Такая секретность лишь ещё больше подогрела интерес Аманти, но ему всё же пришлось пообещать, что не станет ничего говорить Шаруху, и сам не вмешается в тайные дела друга.

И вот к девяти вечера в квартире, в которой жил Эрни, раздался звонок в дверь. Гостем, как и ожидалось, оказался Абгар. Выглядел он торжественно, в руке держал чёрный кожаный чемодан. Стиль его был всё также выдержан в чёрно-белых тонах, правда, его лицо показалось Эрни чрезвычайно бледным. Будто гость использовал для макияжа не белый грим, а серый. Сам Эрни встречал гостя в домашнем халате и тапочках и своим видом вызвал у того глубокую растерянность, постепенно переходящую в разочарование.

– Пришёл? – через приоткрытую дверь произнёс Эрни и усмехнулся. Впускать гостя он не торопился. – А твои люди?

– Они к полуночи соберутся у подъезда.

– Хорошо.

Эрни вышел и стал закрывать квартиру на ключ.

– Идём со мной.

– Ты не будешь переодеваться?

– У меня всё, что нужно уже на месте. Кстати, с Днём Рождения тебя!

– А... – махнул рукой Абгар, потом спохватился: – Спасибо.

– Уверен подарочек, что ты себе решил сделать, тебя не разочарует.

– Очень надеюсь на это.

Квартира, где планировалось провести ритуал, понравилась Абгару. Он оценивающим взглядом окинул помещение, восхищённо присвистнув.

– Так понимаю, соседи нас не услышат.

– Верно понимаешь.

– Мне нужно установить алтарь.

– Да, пожалуйста, где удобно там и устанавливай, – разрешил Эрни. – А мне бы инструкцию, что за чем вырезать, чтобы я случайно не напутал.

Абгар выбрал свободное местечко у окна и приставил к нему стул, затем присев на корточки, положил перед собой чемодан, открыл его. Первым делом вынул лист бумаги.

– Вот, я приготовил.

Эрни взял лист и некоторое время внимательно вчитывался, пытаясь расшифровать корявый почерк. А вскоре выразил свои сомнения:

– Всё же я не уверен, что после такого ты доживёшь до момента, когда я буду вырезать сердце.

– Я должен продержаться. Ты вещество, которое я дал не потерял?

– Не потерял... Значит, сначала одно лёгкое, потом почку... кишечник...

Тем временем Абгар установил на стуле светильник с десятком чёрных свечей, мраморную статуэтку, изображающую женщину без лица, пару искусственных цветочных венков по обе стороны от неё. Зажигая свечи, решил прокомментировать:

– По одному органу, чтобы тело не сразу отключилось, и я мог дышать.

– Да, я так и понял. А что будет, если ты всё же умрёшь раньше? Давай лучше сразу сердце вырежу, а остальное потом?

– Это будет неправильно. И Некроледи может не ответить на мой призыв. Я просто умру – это слишком большое разочарование за такую малоприятно прожитую жизнь.

– Хорошо, как знаешь. Иду переодеваться. А ты тоже готовься и ложись на стол.

– Я тут прихватил кое-какие инструменты. Тебе интересно?

Эрни, кивнув, приблизился к парню. Ассортимент пыточных устройств внушал уважение и душевный трепет. Всё было готово к применению, начищено до блеска и остро наточено. Шарух точно был бы в восторге от одного их вида.

– Можешь потом оставить их себе, – уведомил Абгар.

Эрни, с интересом перебирал инструменты, внутренне ужасаясь тем повреждениям, которые с их помощью можно причинить.

– И откуда у тебя такая коллекция?

– Собрал понемногу, кое-что сам сделал.

Эрни удивлённо посмотрел на парня.

– Ты не подумай ничего плохого. Я не садист и никого в подвале не мучил. Просто долго готовился к этому событию. Теперь вот волнуюсь, хочу, чтобы всё хорошо прошло.

– А это что такое?

Внимание Эрни привлек инструмент с винтовым механизмом, при ввинчивании которого, наружу выдвигалась система вертящихся изогнутых лезвий.

Абгар отвлёкся от установки алтаря.

– Вставляешь туда... и крутишь.

– Туда это куда?

– Ну... туда, откуда всё ненужное выходит.

– А... – сообразил Эрни, усмехнувшись, что сам не догадался. – И ты хотел бы это испытать на себе?

– Честно? Нет, – Абгар помотал головой. – Хотя с другой стороны — это мой последний день жизни. Почему бы и нет? Чем мучительнее и страшнее будет смерть, тем меньше желания будет снова вернуться в жизнь.

– Интересная логика. В реинкарнацию, значит, ты веришь?

– Верю.

Пересмотрев опасную коллекцию, Эрни положил инструменты на стол, где под покрывалом уже находился кое-какой рабочий инструмент. Эрни нарочно накрыл его покрывалом, пряча с глаз, рассчитывая на любопытство клиента. И он не ошибся, по возвращении в комнату в одежде удобной для кровавой работы, он застал гота за изучением ассортимента пыточного инструмента.

– Что? Нравится? – спросил Эрни.

Парень оглянулся. На Эрни был надет чёрный комбинезон с фартуком и высокие сапоги, а в руках маска.

– Шикарно смотришься, – восхищённо и в тоже время взволнованно проговорил гот. – Я тут посмотрел... Жутко. Хочется поскорее умереть...

– Ну с этим мы не будем торопиться.

Эрни подошёл к гостю и взял со стола тонкий крючок на деревянной ручке.

– Смотри какая штука! Засовываешь аккуратно в нос, протыкаешь и смотришь, как из него вместе с кровью вытекают мозги.

– Да, ладно...

– Планирую на тебе проверить. Ты же о голове ничего не говорил.

– В принципе я не против, – неожиданно согласился Абгар. – Всё равно помирать. Хотя я думаю, что его лучше в ухо засунуть – боль наверно будет адская.

– А этой пилой я буду распиливать грудную клетку... Кстати, не пора ли начинать? – напомнил Эрни.

– Да, сейчас одежду сниму и буду готов, – и уже снимая плащ, поинтересовался: – А не мог бы ты делать свою работу без света, лишь при свечах? Для придания смертельной мрачности?

– Без проблем.

Эрни начал расставлять по комнате дополнительные свечи и зажигать их, потом отключил электрическое освещение. Комната погрузилась в приятный полумрак.

А в это время Абгар снял с себя одежду, даже трусы, которые к удивлению палача, тоже оказались чёрными, и улёгся на стол.

– А трусы обязательно было снимать? – приступая к фиксации жертвы, спросил Эрни.

– В пункте семь инструкции говорится о кастрации.

– Не успел дочитать...

– Но я до неё вряд ли доживу, – холодно произнёс гот.

– Жаль, довольно интересная операция.

Фиксируя добровольной жертве руки ремнями, Эрни обратил внимание, что тело Абгара выглядело накаченным и рельефным. Парень явно следил за физической формой, но несмотря на это всё же выглядел худощавым.

– Я три дня не ел и уже сутки без воды, – неожиданно сообщил Абгар.

– Я и смотрю, что ты какой-то тощий и бледный.

– И я ещё не любитель загорать.

– Ясно, – Эрни проверил хорошо ли привязаны к столешнице руки и перешёл к ногам жертвы. Он не мог не улыбнуться, увидев выкрашенные в чёрный цвет ногти. – И педикюр тоже был обязателен?

– Да. У нас много правил.

Закончив с ногами, Эрни подошёл к голове пленника, с любопытством рассматривая его лицо. Парень казался спокойным, без бегающего испуганного взгляда. Он просто ждал. Сняв со своей руки браслет, Эрни приложил его к шее жертвы, собирая параметры организма, необходимые для компьютерного анализа.

– Совсем не нервничаешь, – сказал Эрни, оценивая показания.

– Йога, медитации и прочее, – уведомил Абгар.

– Тебе не холодно? Может обогреватель включить?

– Нормально. Можешь начинать.

Сделав глубокий вдох, гот закрыл глаза.

– Знаешь, – задумчиво начал Эрни, – ты у меня первый, с кем мне предстоит совершить это кровавое мероприятие. Я очень волнуюсь, в отличие от тебя. Глаза открой.

Едва гот открыл глаза, как Эрни капнул в них какую-то жидкость.

– А это зачем? – проморгавшись, с беспокойством спросил Абгар.

– Чтобы у тебя не возникло желания оставить моё общество раньше времени, – на самом деле капли предназначались в качестве замены виртуальных очков. Их Аманти изобрёл вскоре после возвращения с Тинеи. Они не вызывали в глазах неприятных ощущений, но уже через пару минут полностью погружали сознание в специально подготовленную виртуальную среду. Только Абгар даже не заметил этого перехода. Для его напряжённого ожиданием начала ритуала состояния, всё стало казаться более чётким и ярким. Тени от горящих свечей, отражающихся на потолке, постепенно представали перед его взором в виде пугающих образов демонов и жутких чудовищ...

– Приступим, – отвлёк его палач. – Ты хотел бы, чтобы я всё делал молча или говорил с тобой?

– Мне всё равно.

– Я буду разговаривать. Так тебе станет ещё страшнее, а мне интереснее. Да, если захочешь заплакать или попросить о пощаде – не стесняйся. Я готов прекратить в любое время.

– Даже если начну просить – умоляю тебя об одном – не останавливайся.

Эрни на его глазах набрал в шприц вещество, которое тот ему дал. Именно так Абгару показалось. Он почувствовал укол, а вскоре в голове начало мутиться и стало казаться, что он наблюдает за происходящим со стороны.

– Так... пять минут прошло, приступаю к распиловке.

Эрни надел маску, скрывающую верхнюю часть лица. Его вид в полной мере соответствовал ожиданиям Абгара. Радость, которую он носил в глубине души последние три дня, начала медленно исчезать. Вместо неё постепенно зарождался страх. Глядя, как палач берёт в руку ручную дисковую пилу, он обречённо вздохнул. А от пронзительного визжащего звука колючий холод пробежал по спине.

Палач с работающим инструментом приблизился к жертве, размышляя где начать пилить.

– Если сделаю вертикальный распил, придётся ломать кости, а мне что– то не хочется. Пожалуй, полностью вырежу грудную клетку. Что думаешь? – Эрни вопросительно посмотрел на парня.

– Мне всё равно.

– Уж извини, я первый раз это делаю. Вдруг по вашим правилам надо как-то иначе.

– На этот счёт у нас нет правил. Начинай уже!

– Не терпится? – усмехнулся Эрни, пытаясь представить себе состояние жертвы. – В общем, помни, я остановлюсь в любой момент.

И вот вращающийся диск пилы вгрызся в плоть, разрезая ребра по правой стороне груди. Веером вверх взметнулись брызги крови, попадая на фартук палача и лицо жертвы.

Абгар, не выдержав, закричал:

– Больно! Больно!

Эрни отключая пилу, спросил:

– Мне остановится?

– Нет, но я чувствую боль. Так не должно быть!

Парень тяжело дышал, на лбу выступила испарина. Начало ритуала далось ему с большим трудом. Он не мог пошевелиться и даже при разговоре сводило мышцы горла. Слова произносились с внутренним напряжением.

– Представляю, в каком ты замешательстве, – молвил Эрни. – Ты ждал, что ритуал пройдет безболезненно, а тут такой подвох!

– Ты что-то... сделал? – догадался мученик.

– Для тебя, великий страдалец, стараюсь. Думаешь, сможешь обмануть Некроледи? Ей нужны твои мучения, а не безразличное участие в ритуале. Ей нужна боль, много боли, много крови, ну и всего остального. Разве я не прав?

По глазам жертвы, Эрни видел, что попал в самую точку. В них, кроме слёз, появился ужас.

– А ты, как я успел понять, боли-то как раз и боишься. Но спешу утешить твою впечатлительную натуру – боли будет немного – всего двадцать процентов. Ты же выдержишь её?

– В смысле... двадцать?

– Я вколол тебе свой препарат. Он притупляет ощущения, но не полностью. Это твой день – наслаждайся! Да и не надейся отключиться – не получится!

Эрни снова включил пилу. Абгар, чтобы не кричать, задерживал дыхание до крови закусив губу, но уже через минуту просто часто дышал ртом и стонал. Время для него будто остановилось. Существовал только противный, душераздирающий визг пилы.

– Вот и всё! – воскликнул, заканчивая работу палач. Отключив, наконец, пилу, он при помощи медицинских инструментов осторожно отделил вырезанную часть грудной клетки и приподнял её над телом. – Смотри, это твоё. Хирурги бы обзавидовались такому аккуратному распилу, – её Эрни положил на стол, где в ожидании будущих частей тела лежали чёрные пакеты. – Думаю, твои друзья не забудут прихватить это с собой.

Затем Эрни взял со стола медицинский спрей и опрыскал им кровоточащие края раны. Стон жертвы, вырвавшийся в этот момент, привлёк его внимание.

– Ну и как ты?

– Тошнит...

– Да мне тоже не по себе от такой работёнки.

Эрни начал снимать перчатки, предупреждая:

– Ты полежи пока, мне горло промочить хочется. Тебе принести?

– Не надо... – нехотя проговорил Абгар.

На самом деле Эрни ушёл в соседнюю комнату, чтобы проверить данные компьютера и ввести дополнительные изменения. Высокий уровень адреналина в крови жертвы серьёзно его забеспокоил. Прихватив с собой капсулу с препаратом, который не давал адреналину преодолеть опасный барьер, и стакан с водой, Эрни вернулся к жертве.

– Рот открой. Это придётся проглотить. Ты же не будешь сопротивляться?

Абгар молча повиновался. Несколько глотков воды, последовавшие за лекарственной капсулой, неожиданно дали ему понять, как же на самом деле сильно он хочет жить.

– Воды... – попросил он, с сожалением наблюдая, как палач отводит от него стакан с водой. Тот окинул парня удивлённым взглядом. – Пож...алуй...ста...

– Совсем плохо? – посочувствовал Эрни и, жалея, добавил: – Всё не дам, а то рвать будет.

Эрни снова поднёс стакан к его рту и, поддерживая голову, помог дотянуться до воды. С жадностью отпив полстакана, Абгар с благодарностью посмотрел на мучителя.

– Ну, что продолжим? Насколько помню, дальше у нас по плану вырезание лёгкого. Слушай, это же скучно. Давай сначала осуществим номер семь? Ты получишь незабываемые впечатления.

– Делай, что хочешь, – обречённо выдавил Абгар.

– А почему не добавляешь свою любимую фразу: «Мне всё равно»? Значит ли это, что тебе не всё равно?

– Устал слушать твою болтовню. Режь уже!

Эрни ради любопытства посмотрел на объект предстоящей операции, затем взглянул в инструкцию, потом снова обратно.

– Ты говорил о кастрации, а тут полная ампутация полового органа.

– Какая разница? – сердито вспылил Абгар. – И хватит пялиться на мой член!

– Хорошо, не злись. Просто мне с таким добром было бы жалко расставаться.

Эрни надел перчатки и повернулся к столу с инструментами. После недолгих раздумий взял ножовку. Спиной он чувствовал на себе пристальный, даже можно сказать, жгучий взгляд жертвы и, оглянулся, убеждаясь, что тот в ужасе от предстоящих действий. Абгар и, правда, стремительно погружался в пучину возрастающей паники.

– Нельзя по-быстрому? – с надеждой дрогнувшим голосом спросил он.

– Можно наверно, но это не по мне. Смотри, что я буду делать, – Эрни взял плоскогубцы и начал выламывать у ножовки зубья через один.

– Ну ты чего? – со стоном проговорил Абгар. – Не мучай меня так, умоляю. Это слишком...

– Уверяю, тебе очень понравится, – Эрни улыбнулся, но для жертвы эта улыбка не предвещала ничего хорошего. Абгар с ужасом ожидал, когда палач закончит издеваться над ножовкой и начнёт над ним. Стыд и смущение, которые он испытывал, когда Эрни его осматривал, растворились в волнах стремительно накрывающего организм адреналина.

И вот, наконец, палач отломил последний зубчик.

– Буду пилить очень медленно. Даже не представляю, как будет больно. Считай, тебе повезло. Другой бы на моём месте сделал всё быстро, чик и готово, а я уделю тебе столько внимания...

– Ты это нарочно, да? Хочешь, чтобы я попросил прекратить ритуал? Но я не могу просить об этом. Ритуал должен быть закончен! Мне очень плохо, а ты ещё больше мучаешь меня своими разговорами. Сжалься, умоляю...

– Сейчас тебе будет хорошо. Ты будешь просить, чтобы я не останавливался.

– О Великая Некроледи, приди и забери меня с собой! – отчаянно прокричал Абгар, уставившись в потолок.

– Мы ещё сердце не вырезали, так что она не придёт. Ты безнадёжно влип, приятель.

Палач взял со стола пинцет, затем приблизился к жертве и играючи прикоснулся ровной стороной ножовки к объекту удаления. Абгар зажмурился, с силой стискивая зубы. Ощущение от прикосновения холодного металла к обнаженной плоти вызвала новую волну леденящего ужаса.

– Ты готов? Я начинаю...

Абгар затаил дыхание.

Палач поднял при помощи пинцета орган и поднес под него ножовку. Потом медленно провёл по плоти острыми зубьями в одну сторону. Потом в другую, заливая место операции кровью.

Жертва в шоке распахнула глаза. Она не ощущала ожидаемой боли, вместо неё возникло половое возбуждение.

– Уже нравится? – усмехнулся палач, продолжая медленно делать свою кровавую работу. – Дальше будет ещё интереснее.

– Стой, стой! Что со мной? Что ты сделал?

– Когда-нибудь узнаешь. Мне остановится или продолжить?

– Мне кажется, если ты продолжишь, я... кончу.

– Это вряд ли. Сам понимаешь будет нечем.

– Но это ненормально!

– Без паники. Это всего лишь гормоны играют. Это ведь лучше, чем испытывать боль?

– Я в шоке... – Абгар отчаянно простонал. – Пили дальше.

Чем дольше пилил палач, тем сильнее испытывал он возбуждение. И когда казалось, что ожидаемого финала не избежать, сознание услужливо напомнило, что финала не будет и, не выдержав возросшего до предела возбужденного состояния, Абгар начал шептать: «Ну всё уже... Когда это кончится? Быстрее...». Потом шёпот перешёл в мольбу: «Быстрее, быстрее, не останавливайся...».

Когда палач, наконец, закончил свою работу, Абгар был близок к обмороку, ибо то, что он пережил невозможно было ни с чем сравнить. В какой-то момент ему даже показалось, что клетки организма начали взрываться одна за другой. По телу будто побежала электрическая волна. Мозг напрочь отказался контролировать организм. Парня затрясло, как в эпилептическом припадке, а потом сознание словно вырвалось из тела и стремительно понеслось в неизвестном направлении. Неожиданно резкий запах нашатыря ударил в нос. Абгар вздрогнул. Реальность вдруг обрушилась на него словно хищный зверь, заставив вспомнить, что с ним в данный момент происходит.

Заметив, появившуюся в глазах жертвы, осознанность, Эрни убрал от её носа тампон, смоченный нашатырным спиртом.

– Не вздумай отключаться.

Отдышавшись, Абгар проговорил:

– Пожалуйста, давай уже закончи ритуал. Я вытерплю любую боль. Не надо этого... Я хочу её увидеть, понимаешь?

Глаза мученика заблестели от слёз.

– Отлично понимаю, – холодно сказал палач. – Я без памяти влюблён в апельсины. Бывало звереть начинал, до того сильно хотел съесть хоть дольку.

– Апельсины? Ты... издеваешься?!

Абгар решил, что Эрни шутит.

– Предлагаю продолжить, – положив в один из пакетов отпиленный орган и, избавившись от ненужных инструментов, Эрни взял со стола скальпель и снова вернулся к мученику. Он склонился над вскрытой грудной клеткой и некоторое время рассматривал внутренние органы: лёгкие от каждого вдоха приподнимались, сердце стучало учащённо, толкая по венам и артериям кровь.

– Лёгкое, – подсказал Абгар.

– Сейчас. Сколько будет крови... Мерзкая работёнка. Чувствуешь что-нибудь?

Эрни прикоснулся к органу, который решил отрезать.

– Опять начинается... – Абгар закрыл глаза и мучительно простонал. – Скорее...

На этот раз палач всё сделал быстро. Отрезал левое лёгкое и обработал спреем, останавливающим кровь.

– Нормально... – хрипя, проговорил мученик. Открыв глаза, он проследил, как Эрни засовывает в пакет отрезанный орган. – Ты с остальными также побыстрее, прошу, а то я опять возбудился и, боюсь, что до удаления сердца точно не доживу.

– Не переживай, обещаю, до этого события ты доживёшь. Сейчас мне придётся разрезать живот, терпи как-нибудь.

И Абгар терпел. Возбуждение накатывало жаркими волнами с каждой минутой становясь нестерпимее. Оно грозило затопить организм и снова лишить его сознания.

– Это невыносимо... – между стонами выдавил из себя Абгар. – Ну сделай уже что-нибудь. Помоги мне!

– Всё, я уже разрезал. Скоро закончим не волнуйся так. Может дать отдохнуть?

– Не надо, продолжай уже...

Палач, довольный проделанной работой, кивнул, Он делал всё быстро, несмотря на отвращение и тошноту, подступающую к горлу. Эрни усилием воли старался сохранять хладнокровие. Он ловко избавил тело жертвы от одной почки, затем от кишечника, желудка и селезёнки. Место его работы было обильно залито кровью, которая в свете свечей казалась чёрной.

– Что-то я устал, – запихав органы по пакетам, с облегчением произнёс палач. – Ты как там?

– Я... кончил пару раз, – нервно смеясь, признался в своих ощущениях Абгар. – Сердце, давай уже его. Умереть хочу, очень хочу...

– Сейчас.

Эрни внимательно посмотрел на мученика. Если бы не виртуальность всего происходящего, тот давно бы уже был мёртв. Но сейчас жертва выглядела бодро, несмотря на мертвенную бледность. Глаза блестели, и, если бы не стекающие по щекам слёзы, трудно было сказать, что она переживает физические мучения. Невыносимо – приятные...

– Представь, я положу на алтарь твоё сердце, а ты не умрёшь, что будешь испытывать? – полюбопытствовал Эрни.

– Такого не может быть!

– А если случится такое?

– Не-ет, я не хочу так! Что за дурацкие вопросы?

– Ну вот прислушайся к себе. Ты чувствуешь себя хорошо?

– Даже слишком. Так не должно быть! Скорее заканчивай!

– Давай договоримся. Если ты останешься жив, разрешишь мне немного тебя помучить?

– Согласен! Согласен! – раздражённо выкрикнул Абгар. – Заканчивай уже! Не томи. Я же кровью истекаю...

– Не терпится? Как я тебя понимаю.

Палач склонился над жертвой, остановив взгляд на бешено стучащем сердце. Он даже слышал его громкий стук. Затем осторожно сунул руку под стучащий орган и сжал на нём пальцы.

– Что-нибудь чувствуешь?

Абгар замер, широко вытаращив глаза, и открыл рот, забыв, как дышать.

– Бьётся... Слишком громко... Не мучай, прошу...

Усмехнувшись, палач быстрым движением перерезал кровеносные сосуды и вынул продолжающий стучать орган из грудины.

– Взгляни... это твоё сердце.

Жертва во все глаза смотрела на сердце в руке палача. Потом отвела взгляд в сторону.

Едва Эрни положил орган на алтарь, как заметил, как Абгар с кем-то начал разговаривать. Он даже слова расслышал и, выпрямившись, с удивлением уставился на страдальца.

– Ты... приш... ла...

Взгляд Абгара напоминал взгляд фаната безумно влюблённого в объект поклонения. Эрни даже не по себе стало от увиденного.

– По-о-чему?

От ответа невидимого собеседника, глаза Абгара наполнились слезами. Они потекли, размазывая по лицу чёрно-белый грим, придавая ему пугающее выражение. Глядя на свою изуродованную жертву, Эрни чувствовал, как собственное тело пробирает неприятный озноб. Ему захотелось поскорее закончить этот кровавый спектакль.

– ... забери... меня... умоляю... Почему нет?! – продолжал взывать мученик, обращаясь к кому-то.

Очередной ответ вызвал у парня приступ истерики. Эрни снова сунул ему под нос нашатырь.

– Всё, всё, приходи в себя.

– Ты... ты... видел её?! – сквозь истерические всхлипы, заикаясь, спросил Абгар.

– Не видел. Это твой ритуал, и она приходила к тебе.

– Она... не забрала меня. Сказала... я должен жить. Я не хочу жить! Эрни, убей меня!

– Как я могу тебя убить, если ты и так уже без сердца?

– Это она не даёт мне умереть. А ты можешь, сделай что-нибудь! Голову отрежь!

– Интересная мысль...

Эрни тем временем наполнил стакан водой и с двумя лекарственными капсулами вернулся к жертве.

– Сначала рот открой и проглоти.

– Зачем? – Абгар начал истерично смеяться.

– Полегчает.

– Не надо мне! Убей!

– Хватит орать! – рассердился Эрни. – Уши глохнут от твоих воплей! Не будешь послушным, займусь твоей печенью, а то она скучает в одиночестве.

– Вот и займись ей! Отличный способ откинуться!

Абгар отвернул голову, уворачиваясь от лекарства.

– Ну как знаешь... Теперь держись!

Палач снова взялся за скальпель и начал прикасаться к печени, внимательно следя за реакцией пленника. Тот вскоре замолчал и, тяжело дыша, сосредоточился на своих ощущениях. Истерика быстро сошла на нет. Лишь слёзы всё текли и текли неудержимо.

– Перестань... – не выдержав, взмолился Абгар. – Это невыносимо... Лучше сделай больно, не надо так. Я же сойду с ума...

– Зато истерить перестал. Что нравится? Ты сам согласился на моё условие. Сейчас ты без сердца и живой, а, значит, я могу делать с тобой всё, что угодно.

– Я же не мог выжить, так не бывает... Что происходит?

От прикосновений Эрни перешёл к нанесению резких порезов. Абгар начал стонать, испытывая возрастающее возбуждение. Он стал вертеть головой, это говорило о том, что действие парализующего препарата ослабевает.

– Расскажешь, что ещё сказала тебе Некроледи?

– Всё скажу, – мученик зажмурился, стискивая зубы. – Пощади... я выпью твоё зелье... гребаный маньяк!

– Похоже, ты в полном экстазе, – насмешливо отозвался палач. Но останавливаться он не стал. Безжалостно разрезал сосуды, удерживающие печень внутри тела, затем вынул его и засунул в один из пустых пакетов.

– Ты... монстр! – хрипло выдавил из себя мученик, с трудом переводя дух. Вскоре напряжение спало с его лица, он попытался расслабиться.

– Вот, ты почти весь выпотрошен, а живой. Странно, правда? Что там дальше по твоей инструкции? – Эрни глянул на лист бумаги, лежащий на краю стола. – Четвертование! Завидую тебе, Абгар, тебя впереди ожидает ещё море неповторимых ощущений. Ты будешь на вершине блаженства.

Палач взял в руки дисковую пилу и повернулся к жертве.

– Не надо, умоляю. Ритуал уже закончился. Я не могу больше такое терпеть. Это слишком... Пожалей... Я соглашусь с Леди, я должен жить. Ты же нарочно всё это, чтобы лишить меня желания умереть. Эрни, ну прошу, хватит уже...

– Как мы заговорили... – Эрни даже растерялся от его слов и мольбы, стоявшей в измученном взгляде. Он отключил пилу, от звука которой мученик готов был снова впасть в истерику.

– Я хочу жить, хочу, правда, – уверял Абгар, не сводя с него глаз. – Я не знаю, как можно жить в таком виде... Подари мне жизнь, умоляю... Она назвала тебя волшебником... Почему?

Эрни с интересом слушал пленника. Последние его слова сильно удивили.

– Волшебником? То есть, ты её действительно видел?

– Видел, видел... Она такая, какой я всегда её представлял. Эрни, прошу хватит...

– Совсем не хочется с тобой расставаться. У меня в планах было воспользоваться твоими пыточными инструментами. Да, да та самая интересная вертящаяся штучка, которую вставляют... ну ты в курсе. Ещё хотел попробовать ногти повырывать – никогда этим не занимался. Мозг твой продырявить немного... Абгар, ты хочешь лишить меня такого удовольствия?

– Боже... спаси меня, – Абгар в отчаянии закрыл глаза.

– Хорошо, мученик, щедрый я сегодня. Твой День Рождения всё-таки... Так и быть живи! Хотя ты бы выжил после всех моих пыток, но думаю, Паркинсон колошматил бы тебя до конца своих дней.

– Спасибо...

– Я удивляюсь словам твоей Леди про волшебника. Знаешь, она ведь права. Хочешь чудо?

Эрни снял забрызганную кровью маску и загадочно улыбнулся пленнику.

– Не понимаю тебя...

– Сейчас всё увидишь.

Эрни начал таскать пакеты с органами к телу и, вынимая их, грубо засовывать внутрь. Смотреть на такое Абгару было отвратительно и страшно, но вместе со страхом опять началось возбуждение. Особенно долго Эрни запихивал обратно кишки.

– Так, это лёгкое... Сюда его. Это твой член... сюда его, – Эрни приложил орган туда, где он должен находиться. – Осталось сердце. Подарить его тебе или нет? – Эрни зачем-то подмигнул шокированному парню и отошёл к алтарю, чтобы его взять. Затем показал орган, который всё ещё не прекратил биться, интересуясь: – Могу съесть его на твоих глазах. Хочешь посмотреть?

– Я... я... ничего... не хочу.

– А... понимаю. Ты в шоке от всего этого. Но ты хорошо держишься, случись такое со мной, я бы давно уже свихнулся. И не люблю я мясо в сыром виде.

Эрни поместил сердце в свободное место между лёгкими и окинул проделанную работу оценивающим взглядом.

– И так сойдёт! Я же не Бог, только лишь волшебник...

У Абгара не было никаких мыслей в голове, никаких эмоций, кроме ощущения, что всё, что видят его глаза – жуткий кошмар, который никак не заканчивается.

– Я... в аду?

– Нет, дорогой мой мученик, ад тебя не принял. Сейчас будет чудо!

Эрни отыскал простыню, ждущую своего часа на спинке стула и накрыл ею несчастного гота. Затем велел:

– Закрой глаза и не подглядывай.

Парень безропотно повиновался.

А Эрни, убедившись в его покорности, при помощи браслета отключил компьютерную программу. Иллюзия пропала. На столе продолжал лежать накрытый простынёй парень, а вокруг ни следа от пыток, ни кровинки. И не скажешь, что здесь происходил кровавый ритуал. Сам Эрни избавился от одежды, вновь облачившись в домашний халат и тапочки. А компьютер и всё необходимое для создания иллюзии оборудование спрятал в настенном сейфе, расположенном в спальне. Сам сейф тщательно замаскировал под картиной, которую, если не знаешь как, то с места не сдвинешь. Довольный отсутствием следов преступления, Эрни вернулся к жертве и начал освобождать её от фиксирующих ремней.

– А теперь слушай меня очень внимательно. Сейчас ты встаёшь и одеваешься. Я приглашу сюда твоих друзей. Ты сам им всё объяснишь, но смотри, чтобы они не разнесли эту квартиру и не стали преследовать меня. Понимаешь, что говорю?

– Да, можно глаза открыть?

– Можно.

Парень открыл глаза и, пребывая в глубокой растерянности, начал осматриваться потом, медленно сев, опустил простыню и начал себя ощупывать, не веря увиденному. На нём не было ран, шрамов, но несмотря на это, и радости в его глазах от такого открытия не появилось. На его лицо с размазанным гримом Эрни не смог смотреть без содрогания.

– Можете здесь переночевать, если хотите, но уходя закройте дверь на замок, а ключ спрячьте под коврик. Сам ключ у входа висит. На столе есть успокоительное, если вдруг понадобится. И вот это... – Эрни положил перед ним сертификат на недвижимость. – Мне не нужно, возвращаю. Считай, на этом наше знакомство закончилось. Удачи!

И махнув рукой, покинул квартиру, оставив гота в одиночестве приходить в себя от глубокого душевного потрясения.

***

Прошло два дня после ритуала. Эрни радовался, что ни один гот не попадался в поле зрения. Даже его квартира, которая вполне могла быть разгромленной после посещения готами, к его удивлению, оказалась в целости и сохранности. И ключ под ковриком.

Но вот днём на третьи сутки Эрни решил сходить в гипермаркет и порадовать себя чем-нибудь вкусненьким. Он вышел из квартиры беззаботно напевая весёлую мелодию, запомнившуюся из только-что просмотренного фильма. Но закрывая дверь на ключ, не заметил, как кто-то стремительно подскочил к нему, зажав на лице тряпку с неприятным запахом. Всё случилось так быстро, что Эрни не успел отреагировать. Одного вздоха оказалось достаточно, чтобы сознание отключилось на продолжительное время.

Приходя в себя, Эрни к удивлению и сильному недоумению осознал, что находится в своей квартире и накрепко привязан к креслу. Дальнейшая оценка ситуации ошеломила ещё больше. Эрни во все глаза уставился на гостя, вальяжно расположившегося на его диване. А гость оказался никто иной как... Абгархиль! На этот раз он не был с разукрашенным лицом. Приверженность к неформалам обозначала лишь его чёрная одежда и плащ.

– Очнулся? Уж извини, что без приглашения.

– Ты... – Эрни задохнулся от вспыхнувшего в душе гнева и судорожно сжал кулаки.

– Понимаю... грубо. Сейчас объясню, что происходит. Ты не думай это не месть. Тут дело в другом... После ритуала я стал другим, это хорошо наверно. Но я всё ещё как будто нахожусь в твоей власти. От воспоминаний о твоей работе, как ты изощрённо мучил меня, я постоянно нахожусь в возбуждённом состоянии. Увы, я не могу не думать о случившемся! Я даже по ночам не сплю. Ничто не помогает избавиться от возбуждения. Иногда оно становится таким сильным, что кажется вот-вот случится неизбежный финал, но... ничего! Что я только не делал: и таблетки принимал горстями, и пытался сам себя удовлетворить, чтобы наконец, успокоиться. Ничего не помогает! – гот не мог говорить на эту тему спокойно. Он нервно жестикулировал, взгляд бегал из стороны в сторону, руки тряслись. Эрни вдруг обратил внимание, что выглядит парень болезненно: лицо бледное, впалое, под глазами тёмные круги... – Это наверно бред, но у меня, правда, ничего не получается. Я реально схожу с ума. Пока тебя караулил, думал сорвусь и даже не смогу с тобой поговорить. Я тут недавно решил, что смогу избавиться от наваждения, если тебя... того.

У Эрни от услышанного намёка сердце кровью облилось, а внутри словно образовался кусок колючего льда.

– Эта навязчивая мысль не даёт мне покоя, – продолжал Абгар. – Я говорю об этом, и ты не представляешь, что со мной сейчас творится. За дверью мои ребята, стоит их позвать, и они помогут мне с тобой справиться. Понимаешь, я почему-то уверен, что, сделав это, непременно испытаю что-то невероятное, и постоянное возбуждение, наконец, исчезнет, – гот бросил беглый взгляд в сторону двери.

– Постой, погоди, ты чего? – запаниковал пленник Абгара. – Это же не выход...

Абгар, закинув ногу на ногу долго внимательно всматривался в его лицо и неожиданно даже улыбнулся вполне дружелюбно и сочувствующе.

– Это же неправильно! Я помог тебе, а ты собираешься... – пытался вразумить его Эрни.

Но тут лицо Абгара мучительно скривилось, и он со стоном прижал руку к животу и согнулся. Прошло несколько минут и, отдышавшись, снова поднял на Эрни глаза. Затем произнёс:

– Я не вижу иного выхода. Я бы мог сделать это, пока ты был в отключке, но очень тебя уважаю и потому не рискнул. Если ты знаешь, как избавить меня от мучений, у тебя есть такая возможность. Только думай поскорее. От одного взгляда на тебя, меня накрывает всё чаще. Боюсь, что не выдержу и сорвусь.

Эрни был в панике. Он совершенно не знал, как выкрутиться из этой необычной ситуации. Невольно его взгляд метался по квартире, то и дело задерживаясь на парне, сидящем на диване, старательно избегающем смотреть на него.

– Я... я знаю, кто может тебе помочь. Мне надо позвонить ему, – Эрни с надеждой в душе ожидал ответ от Абгара.

– Хочешь, чтобы я освободил тебе руки? Так не пойдёт.

– Я один не справлюсь, уверяю нам нужна помощь этого человека. Нужно лишь по браслету позвонить. Я не сбегу, обещаю.

– Я опасаюсь, что ты меня просто грохнешь здесь. Придумай что-нибудь другое.

Эрни, в отчаянии вздохнув, откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Немного собравшись с мыслями, сказал:

– Тогда сам позвони. Я скажу, как снять браслет.

– Да, я тоже об этом подумал. Давай попробуем.

Гот подошёл к нему, с опаской дотронулся до руки, на которой находился браслет.

– Всё... опять начинается, – сообщил Абгар. – Меня даже трясти начинает от возбуждения. Говори, что надо делать.

Эрни доходчиво ему всё объяснил, и вот уже вскоре голограмма Шаруха возникла перед его лицом.

– Слушаю тебя, Эрни.

– Шарух, мне очень нужна твоя помощь. Приди скорее ко мне.

– Что случилось? – встревожился друг.

– Некогда объяснять. Поторопись! У меня серьёзные неприятности.

– Уже бегу!

Абгар, довольный результатом разговора, отключил связь и вернулся на диван. В ожидании Шаруха, он с интересом изучал браслет, стараясь не смотреть на Эрни. Вид пленника заставлял его возбуждаться всё сильнее, а терпение могло закончиться в любой момент.

Эрни же молчал, стараясь не привлекать к себе его внимание и не провоцировать на ненужные действия.

Ждать Шаруха долго не пришлось. Буквально уже через десять минут он был у дверей квартиры друга. Торопливо вбегая в гостиную, он замер ошеломлённо. Связанный друг и странный парень, сидящий напротив него, насторожили.

– Что происходит?

– Шарух, спаси меня. Этот тип собирается меня того...

– Как это? Что, правда?!

– Ты должен ему помочь, – Эрни взглядом указал на гота. – На тебя вся надежда.

– Помочь?

Шарух продолжал стоять при входе в гостиную, пребывая в сильном недоумении.

– Я объясню, – взял слово Абгар. – Твой друг Эрни недавно исполнил моё заветное желание и провёл один не очень приятный ритуал. Я рассчитывал, что умру и встречусь с Некроледи. Но он что-то такое сделал, что с ней я встретился, но до сих пор жив. Кроме этого, я вот уже третий день не могу избавиться от сексуального возбуждения. Меня распирает от желания пуститься во всё тяжкое. Кажется, если я сделаю это со своим палачом, мне удастся достичь оргазма, и я вернусь к нормальной жизни. Если ты не можешь мне помочь, я вынужден буду так с ним поступить.

Шарух в изумлении вытаращил на обоих глаза.

– Эрни, ты должен будешь мне рассказать, как смог довести человека до такого состояния? Если это всё не шутка.

– Какие уж тут шутки... – Эрни, огорченно вздыхая, отвёл глаза. – Вот ведь связался с готами на свою голову!

– Он что... реально хотел, чтобы ты его... убил? – у Шаруха от удивления отвисла челюсть.

– Решай скорее, я не могу долго ждать, – сердито произнёс Абгар.

– Это Дек рассказал им, как я расправился с людьми на корабле, вот он, – Эрни с ненавистью взглянул на незваного гостя, – и решил, что я смогу замучить его до смерти. Ну я и воспользовался проектом Аманти, но кое-что в нём изменил.

– Ясно...

Шарух с нескрываемым интересом уставился на Абгара. Тот опять согнулся, сдержанно простонав, потом перевёл дух и поднял на него заслезившиеся глаза.

– Слушай, не поможешь, тогда я вас обоих...

– Как-то нестрашно, – холодно отозвался Шарух. – Но я знаю, как тебе помочь, если освободишь моего друга. Ты сиди, я могу сам развязать.

Шарух шагнул к Эрни.

– Стой! – приказал Абгар, останавливая его. – Ты говоришь правду? Сделай это сейчас.

– Сейчас здесь у меня не получится. Придётся тебе мне довериться, согласен? Обещаю, скоро ты будешь в полном порядке.

В глазах Абгара читалось недоверие, сомнения и решимость помешать ему освободить друга. Эрни, убеждая, произнёс:

– Слушай, Абгар, ты же ничего не теряешь. А Шаруха я знаю, он точно сможет устранить твою проблему.

– Я просто в отчаянии, – Абгар обхватил голову руками. – Я даже хотел повеситься, но вдруг опять не смогу умереть? Это очень страшно... – и разрешил: – Развяжи его, – когда Шарух приступил к освобождению Эрни, Абгар, оправдываясь, пояснил: – И я это... не смог бы, правда. Пугал только. За дверью никого нет...

– Там правда никого нет? – Эрни ждал ответа от Шаруха.

– Нет, никого, – ответил тот. – А кто должен быть?

– Эрни, прости, – продолжал Абгар. – Но пойми, я не мог посвятить друзей в свою проблему. Вы, действительно можете мне помочь?

Шарух загадочно усмехнулся. Помогая другу встать, обратился к нему:

– Эрни, где ты нашёл такого недоверчивого приятеля?

– Я и не искал.

– Ты не представляешь, как я рад тебя видеть живым и здоровым, – Шарух с улыбкой на радостях обнял спасённого друга.

Со стороны Абгара донёсся мучительный стон.

– Ну вы чего? Не понимаете, что со мной происходит? – Абгар сжался, тяжело задышав. – Уу-у я в полном экстазе... Вы ещё поцелуйтесь!

И Шарух в отместку за пленение друга, глянул на мученика и, смеясь, поцеловал Эрни в лоб. Мучения Абгара доставляли ему удовольствие.

– Извращенцы... – с зубовным скрежетом выдавил тот.

– Эрни, я тебя обожаю! Ты нашёл мне ещё одну игрушку, а то Дек уже здоров и с ним неинтересно.

Не выдержав, Абгар вскочил с дивана и быстрым шагом направился к прихожей. Шарух не позволил ему уйти. Он догнал его и преградил путь, расставив руки в стороны.

– Стой! Ты это куда?

– Топиться пойду...

– Нет, нет, так не пойдёт. Я собираюсь тебе помочь – ты не имеешь права отказываться! – он решительно взял парня за руку и, пристально глядя в глаза, твёрдым голосом произнёс: – Сейчас тебе станет легче. Возбуждение проходит... Злость проходит... Ты спокоен... И топиться уже не хочется. Очнись... Раз! Два!

Шарух резко стукнул его ладонью по лбу. Абгар вздрогнул, растерянно заморгав.

– Ох, – охнул он, поняв, что его проблема удивительным образом исчезла. – Всё... прошло?

– Я ведь обещал.

– Ты сказал, здесь не получится.

– В этом я тебя обманул, – Шарух весело улыбнулся. – Как тебе твоё теперешнее состояние? Нравится?

– Да, всё отлично! А то я порядком устал...

Абгар ошеломлённо улыбнулся.

– Замечательно! Но знаешь, я не могу оставить без внимания тот факт, что ты взял в плен моего друга и запугивал его, обещая сделать с ним жуткие вещи.

– И что? – Абгар отступил на шаг и сложил руки в молитвенном жесте. – Я приношу свои самые искренние извинения. Я просто не знал, что делать.

Шарух, смеясь, обнял его за плечи и, насильно вернув в гостиную, усадил на диван. Сам сел рядом, не сводя с него весёлых глаз.

– Ты ведь знаешь, что поступил некрасиво?

– Хотел бы я на вас посмотреть в таком состоянии...

– Эрни, ты хочешь отомстить этому человеку за свои унижения?

Шарух весело переглянулся с другом, незаметно подмигнув ему.

– Ну... – тот задумчиво прошёлся по комнате, разминая затёкшие руки. – Если он тебе не нужен, я с удовольствием поиздеваюсь над ним снова.

– Аа... – у Абгара внезапно перехватило дыхание. А от насмешливого взгляда бывшего пленника мороз пробежал по спине.

Шарух решил объяснить ситуацию:

– Я предоставляю тебе выбор: ты становишься жертвой Эрни на один день или моей, скажем, так на неделю.

– Вы... чего? – Абгара даже затрясло от страха.

– Не нравится моё предложение? – Шарух наигранно огорчился. – Тогда третий вариант: эту ночь мы проведём втроём. Обещаю, с тобой не случится того, что ты хотел сделать с Эрни. Мы не по этой части. Всего одна ночь...

– Вы вдвоём? – Абгар всё больше погружался в пучину возрастающего ужаса. – Не-ет... Я не хочу!

Он попытался встать, но тут Эрни присел с другого бока и тоже обнял его за плечо.

– Понимаю, как ты напуган. Но, Абгар, Шарух забыл тебе сказать или специально не сказал, что у тебя в принципе нет выбора. Я, правда, сочувствую тебе. Твоя проблема не исчезла. Уже через пару часов она опять даст о себе знать и поверь, тебе станет ещё хуже. Тогда ты согласишься на любые условия.

– Боже... – только и выдохнул Абгар, в отчаянии закрывая лицо руками.

Шарух достал свою визитку и демонстративно сунул её парню в карман плаща, прокомментировав:

– Здесь мой адрес, если надумаешь, приходи, буду ждать.

– А мой адрес ты знаешь, – в свою очередь ненавязчиво уведомил Эрни. – Можешь идти.

Абгар несмело поднялся и неуверенной, пошатывающейся походкой направился к выходу. Состоявшийся разговор заставил его сильно нервничать и всерьёз испугаться предупреждения Эрни. Спешно удаляясь от его дома, он пытался убедить себя, что даже, если мучительно-приятное состояние организма вернётся, он ни за что не примет ни одно из условий Шаруха.

– Да, Эрни, ты мастер психологического запугивания! – посмеиваясь, в восхищении произнёс Шарух. – Идея с возвращением его к ещё худшему состоянию – великолепна! Вижу, что он парень мнительный и легко внушаемый.

Эрни, улыбнувшись, качнул головой и откровенно признался:

– А я вот всерьёз струхнул, когда он сообщил, что за дверью его люди и он готов их позвать. Трудно не поверить, когда внезапно оказываешься связан и не понимаешь, как такое произошло. Думаешь, мы его ещё увидим?

– Даже не сомневаюсь.

И уже вечером телохранители Музея сообщили Шаруху, что его ожидает нервный парень в чёрном плаще...

Прошла неделя.

Эрни только что заварил кофе и собирался с наслаждением приступить к завтраку, как в дверь его квартиры раздался звонок.

«Шарух наверно» – без лишних эмоций Эрни подошёл к двери и глянул в видеофон. Он оказался прав. Шарух, сильно нервничая, прохаживался у двери.

– Входи, – радушно пригласил хозяин квартиры.

– Эрни! – Шарух быстро проскользнул внутрь. – Извини, что побеспокоил.

– Пустяки, пошли кофе пить.

– Слушай, можно я у тебя поживу несколько дней?

Эрни внимательно посмотрел на гостя, заподозрив неладное.

– Что случилось?

– Готы Музей караулят, едва удалось сбежать.

– Что?!

Оба остановились в гостиной. Шарух растерянно пожал плечами.

– Ну да... жертвенность твоего чёрного друга их поразила. И они хотят занять его место.

– Шарух... – Эрни с трудом сдержался, чтобы не засмеяться.

– Знаю, смешно. Но это ты во всем виноват!

– С чего вдруг?

– Поверил, что Абгар сможет тебя изнасиловать, да он даже мухи убить не в состоянии!

Тут Эрни не выдержал и рассмеялся.

– Не смейся уже... Ты обещал напоить кофе, – Шарух направился к кухне.

– Ну ты кадр! Тебе же несказанно повезло, а ты просто... сбежал!

– Да их там человек двадцать! Я... боюсь! Двадцать человек с разукрашенными лицами... Я в шоке! Мне нужно время прийти в себя!

– Живи сколько хочешь, но они знают мою квартиру.

– Ты только не отдавай меня им, если что...

Эрни не мог спокойно слушать своего друга. Он подал ему чашку и наполнил напитком. Вскоре оба весело смеялись над забавной ситуацией, в которую угодил Шарух, и строили предположения о возможных будущих событиях.

Шарух был счастлив, что как в былые времена мог быть рядом с другом и делиться с ним новостями о своей жизни и переживаниями. С Эрни он вскоре забыл о причине, вынудившей его бросить свои дела и в спешном порядке покинуть Музей. И Эрни был счастлив. Просто от того, что счастлив Шарух – самый странный и непредсказуемый друг на свете, за которого он не переставал благодарить свою судьбу...

Глава 2 Музей в осаде

После лёгкого весёлого завтрака друзья озаботились вопросом, как провести предстоящий день. Спать и смотреть фильмы, как предложил Эрни, друг сразу отклонил. Едва они уютно расположились в гостиной на диване, как Шаруха осенила какая-то идея, и он, вскочив, начал с задумчиво-заинтересованным видом осматривать квартиру. Заглянул в спальню на несколько минут, прошёлся оценивающим взглядом по гостиной, зачем-то осмотрел содержимое находящихся в ней шкафов, украдкой выглянул из-за шторы на балкон, а потом на продолжительное время скрылся на кухне. Вышел он оттуда всё такой же задумчивый. Всё это время Эрни молча наблюдал за ним, догадываясь о причинах его странного поведения.

– Ищешь, к чему придраться? – насмешливым вопросом встретил он друга.

– Ищу, – сказал честно Шарух. – Ты знал, что я приду и потому навёл идеальную чистоту? Или нанял горничную?

Эрни отрицательно помотал головой, предположив:

– Наверно и под кроватью пыль искал?

Шарух в ответ кивнул, не сдержав улыбку. Затем присел рядом с ним, проговорив:

– И холодильник забит продуктами...

– Срок годности проверил?

– Разумеется! Эрни, мне действительно не к чему придраться, но я всё же чувствую, что чего-то не заметил. Сам признаешься?

– В чём?

– Даже не знаю... – Шарух, задумчиво вздохнув, почесал за ухом. – Милый мой друг, если ты не хочешь, чтобы я умер от скуки у тебя в гостях, тебе придётся в чём-нибудь признаться. А уж я придумаю, как избавить тебя от чувства вины.

Эрни, смеясь, стукнул его в бок, заявив:

– И не подумаю!

– Нет, ну правда... Ты явно что-то от меня скрываешь.

Шарух встал и снова отправился на кухню. Его долго не было, но вышел он оттуда осенённый неожиданным открытием.

– Эрни! Я не нашёл у тебя ни одного апельсина и даже кожуры нет.

– И что?

– То есть, как это что?

Шарух сел рядом с другом, внимательно всматриваясь в его лицо. Эрни совсем не хотел отвечать ему, но пришлось. От Шаруха просто так не отвяжешься.

– Я просто их больше не покупаю.

– Ты разлюбил апельсины? – Шарух в этом сильно усомневался.

– Не уверен, что разлюбил. Просто решил воздерживаться от их употребления.

– Эрни... я в шоке! Такого, честно, не ожидал. Тебе наверно тяжело о них вспоминать?

– Не очень. Уже привыкаю. Так... – Эрни сердито покосился на приятеля. – Если задумал травить меня апельсинами, я отдам тебя на съедение готам!

– Мы же как-то собирались провести апельсиновое издевательство...

– Шарух...

– Всё, решено! – весело воскликнул, вскакивая с дивана, Шарух. – Сам сходишь за ними или мне сходить?

– Скатертью дорожка! Готы как раз там тебя дожидаются.

Эрни отвернулся, сердито хмурясь. Упоминание о готах сразу охладило пыл Шаруха. Он осторожно приблизился к стеклянной балконной двери и, отодвинув штору, украдкой выглянул, затем приоткрыл дверь и высунул наружу голову. Несколько фигур в чёрном одеянии мгновенно привлекли его внимание. Он, резко отпрянув, задёрнул штору. Поворачиваясь, с безразличным видом наблюдающему за ним другу, огорчённо проговорил:

– Да, развлечение, похоже, не состоится... Эрни, но может ты сам сходишь?

– Мой ответ ты знаешь.

– Грустно, очень грустно...

Только грусть Шаруха не успела войти в силу и обрести свои мрачные контуры. Неожиданно зазвонил браслет Эрни. Звонившим оказался Бохрад. Эрни всегда встречал звонки шефа с внутренним волнением. Никогда не знаешь, с какой целью он звонит. Ещё хотелось окунуться с головой в работу, а то тихая холостяцкая жизнь порядком надоела.

– Шеф! – предупредил он Шаруха, прежде чем включить связь. – Бохрад, слушаю тебя.

– Привет, Эрни, не знаешь, где Шарух?

– А что случилось?

– Значит, он у тебя, – догадался шеф. – Позови его на пару слов.

Шарух хорошо слышал слова Бохрада и не стал тянуть интригу. Весело взглянув на голограмму шефа, произнёс:

– Бохрад, зачем я тебе понадобился?

– Мне? Не зачем. Просто сейчас звонил администратор твоего Музея и интересовался, не знаю ли я, где прячется его владелец. Кстати, откуда у него мой код связи?

Шарух, улыбнувшись, смущённо признался:

– Извини, я ему дал на всякий случай.

– А браслет чего отключил? Давай выкладывай, что у тебя за случай, что ты у Эрни скрываешься?

– Бохрад, это длинная история…

– Так я могу прийти.

– Э... не стоит. Я всё тебе непременно расскажу, но не сегодня. Обещаю!

Шарух с мольбой взглянул на абонента, искренне желая побыстрее закрыть щекотливую тему.

– Поздно, – холодно молвил шеф, – я уже поднимаюсь к вам и не советую делать вид, будто вас дома нет.

Оба ошеломлённо переглянулись.

– Шеф, у тебя разве других дел нет, как шпионить за своими сотрудниками? – вопросительно поинтересовался Эрни.

– Как раз закончились, – насмешливо отозвался Бохрад. – Открывай!

Связь отключилась. Эрни сочувственно посмотрел на огорчённого внезапном визитом шефа друга и, вздохнув, поднялся с дивана.

– Открывай, чего уж там, – разрешил Шарух, откидываясь на спинку дивана. Он уже смирился, что придётся ввести шефа в курс личных проблем. Оставалось лишь придать своему рассказу мрачные нотки. Не хотелось, чтобы Бохрад начал смеяться уже после первых фраз повествования. Хотя мрачного действительно было мало...

И... шеф, выслушав всего лишь начало мрачной истории, «умирал» от хохота, держась за живот.

– Бохрад, угомонись, – сердился Шарух. – Я же только начал. Да! Готы оккупировали мой Музей! Смешно тебе...

– Эх, не знал, что у вас так весело, а то бы раньше пришёл, – сквозь смех проговорил Бохрад. – И как это ты так влип?

– Это всё из-за Эрни.

– Не-ет, – живо отреагировал тот, – меня не приплетай! Ты сам сделал так, чтобы Абгар пришёл к тебе. Я лишь подыграл.

– Но, Эрни, без тебя эта история выглядит не совсем объективной.

– Вы оба, – шеф неожиданно стал серьёзным, – прекратите дурачиться и выкладывайте, что у вас произошло.

– Хорошо, хорошо. Только пусть Эрни свою часть расскажет, – настаивал Шарух. – Без него я бы не оказался в такой странной ситуации.

Но только начать Эрни не успел. Неожиданный звонок в дверь помешал ему. Чему он даже обрадовался.

– Если это они, меня здесь нет, – категорично заявил Шарух, поспешив скрыться в спальне. Шеф проводил его удивлённым взглядом.

Эрни подошёл к двери и заглянул в видеофон. За ней стоял Аманти и явно сильно нервничал. Но не это удивило хозяина квартиры. Он оказался в настоящем шоке, когда открыл дверь... Лицо друга было разукрашено несколькими синяками, опухшим правым глазом и парой кровавых ссадин над верхней губой.

– Аманти, что с тобой? – пропуская гостя, растерянно спросил Эрни.

– Шарух у тебя?

– Да, проходи в гостиную.

Снимая куртку, Аманти скривился от боли. В ответ на обеспокоенный взгляд Эрни не нашёл ничего стоящего сказать. Навстречу гостю вышел Бохрад. Он тоже не остался равнодушным, увидев разукрашенного сотрудника.

– Бохрад... – вымолвил растерянно Аманти. – Я как раз собирался всё рассказать.

– Будет очень интересно послушать.

– Аманти! – из спальни вышел Шарух. Но увидев друга и оценив его непривычный вид, лишился дара речи. Лишь выдавил ошеломлённо: – О...

Под недоумевающие взгляды честной компании Аманти прошёл к дивану, сел и, собравшись с духом, сказал:

– Я подрался немного.

– Мы это поняли, – отозвался шеф. – Как же тебя угораздило?

Аманти украдкой покосился на Шаруха.

– На меня... готы напали.

– Что?! – воскликнул Шарух. – Как это напали?

– Да я к тебе шёл, а там они. Не захотели меня пустить. Я и разозлился...

– Я сейчас аптечку найду, – сообразил Эрни, поспешив на кухню.

– Видать, славно ты кулаками помахал, – сделал вывод Шарух, продолжая внимательно осматривать лицо пострадавшего друга.

– Их было много... – Аманти грустно вздохнул.

– И тебя вырубили, – догадался шеф.

Парень кивнул, огорчённо опуская взгляд.

Прибежал Эрни, по пути раскрывая аптечную коробку.

– И что было потом? – хотел знать продолжение Шарух. Он взялся лично обработать раны друга.

– Потом я очнулся, а Декарт объяснил, что они ждут тебя. И пока ты к ним не выйдешь, никто в Музей не войдёт. Вообще-то, я виноват, сам драку начал. Никогда ещё так не злился, – сдерживая болезненный стон от прикосновений ватки, пропитанной антисептиком, Аманти замолчал.

– Уже всё, – пожалел Шарух и начал залеплять раны пластырем. – А вот что с глазом делать?

– У меня лёд есть, – участливо предложил Эрни.

– Неси.

И вскоре Аманти сидел, прикладывая к пострадавшему глазу тонкое полотенце с завёрнутыми в него кусочками льда.

– То есть, они считают, что я всё ещё в Музее?

– Нет, Декарт сказал, что тебя там нет, но они будут тебя ждать у Музея. Шарух, не ходи к ним – это жуткие люди!

После его слов Шарух принялся возбуждённо ходить по гостиной, иногда от досады нервно взмахивая руками и громко восклицая:

– Ну достали они меня! Ну я им устрою!

– Так, так, успокойтесь все! – потребовал Бохрад. – Шарух, Эрни, я ещё не услышал вашу историю.

– Какую историю? – Аманти оживился, с интересом взглянув на друзей.

– Хорошо, хорошо, я расскажу свою часть, – наконец решился Эрни.

Все расселись на диване и приготовились его внимательно слушать. После того, как Эрни закончил свою историю, слово взял Шарух. Некоторое время друзья старательно сдерживались, чтобы не засмеяться, но Аманти не выдержал первым. И вскоре стены квартиры содрогнулись от неудержимого хохота друзей.

Потом они долго не могли успокоиться.

– Надеюсь, хоть Гиберт и Илаис о го́тах не узнают, – переставая смеяться, произнёс Шарух.

– Ну вы оба просто потрясающие! – похвалил шеф. – Не можете без приключений!

– Бохрад, что мне делать? Я, правда, их это... опасаюсь. Это же всех запомнить надо и к каждому подход найти, а у меня дел выше крыши...

Шарух с мольбой посмотрел в зелёные глаза шефа. Бохрад выглядел озабоченным возникшей ситуацией.

– Проведи испытание, – неожиданно предложил Аманти.

– Да! – радостно поддержал его идею Эрни. – Испытание! Да такое, чтобы они все его провалили! Но, если захочешь, можешь оставить себе парочку на развлечение. Там, кстати, девушки есть весьма эксцентричные.

– Друзья мои... – в глазах Шаруха вспыхнуло восхищение. – Вот что бы я без вас делал? Это же отличная идея! Я такое устрою! Свидетелями будете?

Он вопросительно посмотрел на Бохрада.

– Увы, я не могу. У меня встреча назначена на вечер, и она может затянуться.

– На свидание идёшь? – вкрадчиво полюбопытствовал Эрни.

– Всё бы вам знать, – шеф поднялся. – Надеюсь, ваша вечеринка тоже удастся. Шарух, – он задержал на нём внимательный взгляд, – ты уж не слишком зверствуй. Без кровопролития, пожалуйста.

– Не беспокойся, шеф. Ты же меня знаешь. Я всё держу под контролем!

– Вот именно, что знаю... – Бохрад переглянулся с Эрни. Тот приготовился получить от него инструкцию. – Эрни, ты уж проследи за ним.

– Есть, шеф!

– А я? – взволнованным голосом спросил Аманти.

– А ты, чтобы к завтрашнему дню избавился от следов драки. Утром в девять будет совещание. Прошу всех не опаздывать.

Шарух заулыбался такой новости.

– Работёнка намечается?

– Возможно. Во всяком случае мы давно не собирались вместе.

– А можно я не приду? – робко произнёс Аманти.

– Никаких не приду.

– Но я это... не смогу, – парень покрутил рукой около своего лица, не находя слов обрисовать невозможность выполнения поставленной шефом задачи.

– Аманти, если тебе стыдно так идти по улице, я тебе такси закажу.

– Не надо...

– И вообще, – Бохрад наклонился к нему, поймав встревоженный взгляд, – своими боевыми наградами надо гордиться, особенно, если не сможешь их загримировать.

– А... – обрадованно протянул Шарух, – значит гримом воспользоваться можно? Аманти, мы так тебя замаскируем, что даже Илаис с её способностями ни о чём не догадается.

– Не уверен, – Аманти сильно засомневался в его словах.

– Даже, если догадается – не докажет! – вставил своё слово Эрни.

– На этом всё. Увидимся завтра. Можете не провожать.

И Бохрад направился к прихожей.

– До встречи, шеф! – сказал вслед Шарух. – Удачного свидания!

Бохрад перед самым уходом бросил короткое «Пока!» и вышел, едва сдерживая на губах весёлую улыбку. Ситуация с сотрудниками продолжала забавлять его. И он был бы не прочь стать свидетелем предстоящего испытания, но не обманывал о вечерней встрече. Имелись дела, которые не терпели отлагательств. Но Бохрад, был твёрдо уверен, все подробности развлечения ребят станут ему известны в самое ближайшее время.

После ухода шефа в голове Шаруха начали появляться первые мысли по поводу испытания. Но не успел он приступить к обсуждению планов, как на браслет Эрни поступил звонок.

– Гиберт, слушаю тебя, – включил связь хозяин браслета.

– Эрни, я хотел Шаруху позвонить, но он вне доступа. Ты в курсе, где он?

– Он со мной.

– Замечательно! У вас там всё в порядке?

– Да, всё отлично. А к чему такой вопрос?

– Илаис беспокоится. Просит передать Шаруху, чтобы он с огнём был поосторожнее. Не знаешь, о чём это она?

– Пока не знаю, но передам. Спасибо за предупреждение.

– В общем, это всё. Увидимся завтра!

– Хорошо, пока, Гиберт!

Когда разговор закончился, Эрни внимательно посмотрел на молчавших приятелей. Они хорошо слышали предупреждение Илаис, переданное через Гиберта, и выглядели задумчиво.

– Шарух...

– Я пока ещё ничего не решил, – отозвался тот и вдруг таинственно улыбнулся, воскликнув: – Устроить грандиозное представление... Это то, что нужно!

– А может не надо? – выразил сомнения Аманти. – Вдруг Илаис не зря предупредила?

– Друзья мои, осечек не будет! Обещаю, это будет незабываемое зрелище! – Шарух в предвкушении не смог усидеть на месте и принялся, бурно жестикулируя, ходить по комнате.

– Готам не повезло, – насмешливо сиронизировал Эрни.

– Да, да они ещё пожалеют, что связались со мной и избили Аманти!

– Не они, я сам нарвался, – решительно возразил пострадавший от побоев друг.

– Неважно! Они, вообще, не имели права к тебе даже прикасаться! Побить гения – это дорогое удовольствие, и они за него заплатят! Эрни, Аманти, вы же поможете мне?

Друзья, не раздумывая, качнули головами. Они не собирались оставлять своего приятеля наедине с его непредсказуемыми фантазиями. Интрига зависла в комнате почти осязаемая. У Аманти даже перестал болеть опухший глаз, к которому он забыл прикладывать полотенце со льдом. Он замер в напряжённом ожидании, когда Шарух перестанет ходить по комнате и раскроет свои карты. Эрни тоже ждал, но был более спокоен. Именно его спокойствие и холодная рассудительность помогут Шаруху составить чёткий план готовящегося мероприятия и довести его участников до состояния ужаса и, возможно, глубокого обморока и при этом оказаться максимально безопасным.

И вот, наконец, Шарух прекратил свои метания по гостиной и, сев в кресло, находящее напротив терпеливо ожидающих друзей, собравшись с мыслями, приступил к изложению своего жуткого, умопомрачительного плана.

***

Ближе к полуночи Шарух и его друзья входили на территорию Музея. Ночную тишину нарушала приглушённая игра гитары и далёкие человеческие голоса.

– Как будто всё нормально, – оценивая окружающую обстановку, тихо произнёс Аманти.

А Эрни предположил:

– Похоже, готы у чёрного хода поджидают.

Шарух остановился и по коду связи вызвал на общение одного из музейных работников, которому обещал приличную премию за оказываемую ему помощь.

– Как дела, Ришард?

– Сделали всё, как ты просил.

– Лопаты, факелы, дрова... – начал перечислять хозяин Музея.

– Ожидают на поляне, но нужно ещё минут двадцать, чтобы столбы закрепились.

– Спасибо, Ришард. Можете идти домой. И напоследок, пусть телохранители прожектора включат, чтобы поляну осветить, – после разговора, Шарух обратился к друзьям: – Ребята, вечеринка начинается! Эрни, что бы не происходило, не мешай мне.

– Избавляться от трупов, я тебе не буду помогать.

– Я сам справлюсь, друг. Лопаты уже на месте.

И хитро посмеиваясь, Шарух свернул с парадного входа в сторону. Аманти не последовал за ним. У него была другая задача.

– Я подстрахую, – обещал он, вбегая на крыльцо.

– Удачи, вам!

– Не скучай! – бросил Шарух.

На самом деле Аманти не горел желанием снова встречаться с готами лицом к лицу. Шаруху нужна была его помощь по контролю за представлением через компьютерную систему. Работники Музея втайне от «чёрных оккупантов» подвели к поляне и тщательно замаскировали необходимое оборудование. Шарух был уверен, что его инструкции выполнены на все сто процентов, а значит, грандиозное представление обещает превзойти все его смелые ожидания. В возбуждающем предчувствии Шарух не мог сдержать довольную улыбку, но приближаясь к чёрному ходу, он сделал над собой усилие и придал лицу серьёзное выражение.

Фонарь, который обычно освещал прилегающую к запасному ходу территорию, был разбит. Шарух предполагал, что без ущерба нашествие готов не обойдётся, и даже ничуть не огорчился по этому поводу. Недалеко от входа горел костёр, вокруг него сидели готы, подпевая гитаристу, поющему мрачную песню надрывающим душу утробным голосом.

Шарух и Эрни, оставаясь незамеченными, остановились от компании в десяти шагах. Песня действительно завораживала слушателей, и заставляла просыпаться от глубокого сна и бегать мурашки. А слова, словно стрелы врезались в мозг, грозя не скоро покинуть их головы.

«...Моя невеста – чёрная фата,

В глазах её застыла пустота!

На губах засохла кровь -

Она выпила мою Любовь!

Наша доля прах и тлен,

Наше ложе – могильные черви!

Этот ад возьмём мы в плен!

И на свадьбе нашей спляшут черти!

Я боюсь оказаться в Раю!

Там нет для душей моей чёрной места.

О тебе я сейчас пою, моя Чёрная Невеста!

Моя Адова Невеста!..»

Певец умолк, продолжая перебирать на гитаре режущие слух аккорды.

Эрни поёжился. Песня произвела на него гнетущее впечатление. А Шарух неожиданно начал хлопать в ладоши, мгновенно обратив на себя внимание впечатлённой песней публики.

– Браво! Браво! – смеясь, произнёс он.

Гитарист сразу отложил инструмент. Готы друг за другом повскакивали с мест. Их был не меньше пятнадцати человек. В свете костра их разукрашенные гримом лица выражали удивление и даже радость. Многие начали улыбаться, видимо довольные, что их надежды сбылись, и тот, кого они так долго ждали, наконец-то, пришёл.

– Отличная песня! – похвалил Шарух вполне искренне. – От меня все мурашки сбежали, просьба, будете уходить, внимательно смотрите под ноги, – готы стали весело переглядываться друг с другом. – А теперь серьёзно... Значит, вы твёрдо намерены стоять на своём?

Навстречу ему шагнул Абгар.

– Шарух, мы рады, что ты пришёл.

Эрни окинул изучающим взглядом присутствующих и приметил среди них Декарта.

– Вот ведь проблема, а я как-то не очень рад видеть здесь твою компанию, Абгар. Но у меня есть отличная идея решить её. Эрни, будь любезен, проводи Абгара и Декарта в мои апартаменты.

– Что ты задумал, Шарух? – Абгару не понравилась перспектива оставить друзей одних. Загадочная полуулыбка Шаруха не предвещала ничего хорошего. Абгару уже приходилось на себе испытывать его причуды. Он также понимал, что перечить ему – себе дороже.

– Твоим друзьям предстоит пройти испытание, и кто его выдержит – исполнит свою мечту. А ваше присутствие нежелательно.

– Я бы предпочёл остаться, – робко молвил Декарт.

– Идите, не заставляйте Эрни ждать, а то я попрошу его запереть вас в газовой камере. Это будет очень неприятно.

Абгар, вздохнув огорчённо, повернулся и направился ко входу в здание. Некоторые из его друзей, сочувствуя, хлопали его по плечам и жали руку в знак поддержки.

– Удачи, друзья! – напутствовал Абгар. – Я в вас верю. Дек...

– Иду...

За ними последовал Эрни, собираясь выполнить просьбу Шаруха, о которой шла речь ещё днём во время обсуждения плана.

Шарух дождался, когда все трое скроются за дверями. Готы, проводившие своих друзей, соблюдали молчание, лишь переглядывались между собой вопросительно. Шарух обратил внимание, что не все они за прошедшие сутки сохранили на лицах грим, многие успели от него избавиться. И выглядели естественно.

– Вот мы остались без лишних свидетелей. Про испытание я сказал правду. Кто его пройдёт будет зачислен в клуб «Любителей Острых Ощущений» со всеми вытекающими последствиями. А уж кто не пройдёт – не обессудьте. Всё зависит от вас. Желающие ещё имеют шанс покинуть территорию Музея, через пять минут этого уже нельзя будет сделать.

Шарух произносил каждое слово чётко, уверенно, чтобы у слушателей не осталось сомнений насчёт предстоящего события.

– Заранее предупреждаю: мы здесь одни, испытание будет жестоким, и ваши крики никто не услышит. Я уверен, вас такая перспектива не пугает. В таком случае, прошу...

Шарух указал рукой направление и первым направился к поляне, приготовленной для испытания. Готы всё так же молча последовали за ним, соблюдая некоторое расстояние. Свет далёких прожекторов частично долетал до основных объектов, расположенных на ней. А именно трёх деревянных столбов, вбетонированных в землю. Вокруг них были разложены мелко нарубленные берёзовые поленья, оставляющие ровное место для жертв, которым оно предназначалось. Рядом находилась металлическая урна для разведения огня и факелы. А бросив беглый взгляд на корзину, Шарух догадался о нахождении в ней средства для розжига и другие нужные для дела предметы. Всё было так, как им планировалось. Глядя на лица испытуемых, он пытался понять, какое впечатление всё это производит на го́тов. Но догадаться об их чувствах было сложно. Кроме усмешек и презрения в глазах толпы, он ничего не мог прочесть. Девицы, присутствующие в компании, временами начинали нервно похихикивать, шепчась о чём-то вполголоса.

Шарух, подняв руку, велел спутникам остановиться, а сам, прохаживаясь вокруг столбов, начал проверять их устойчивость. Цемент затвердел достаточно крепко, чтобы быть уверенным в их надёжности. После этого обратил внимание на корзину и извлёк упаковку липкой ленты. Потом внимательно посмотрел на следящую за каждым его шагом публику. Даже ему стала казаться окружающая обстановка и напряжённая атмосфера очень мрачной и пугающей. А готы, похоже, чувствовали себя словно в своей тарелке.

– Итак, – нарушил долгое молчание Шарух. – Мне нужны три девушки. Добровольцы будут?

Девушек в толпе было больше трёх, и все они разом изъявили желание оказаться среди избранных. Они начали пробираться к нему, восклицая: «Я! Я! Я!».

– Чур, я первая! – отталкивая подруг, категорично заявила Рахелия. – Шарух, голубчик, я твоя навеки!

Хихикая, она попыталась дотронуться до парня, но тот выставил перед собой руку, предупреждая:

– Не надо меня трогать. Прошу, займи любой столб, который понравится, – Девушка весело хихикнула и, выбрав средний, подбежала к нему, встав спиной и заведя руки за столб.

Шарух обратился к остальным девушкам:

– Ещё... ты и ты.

Выбранные девушки радостно заулыбались, охотно заняв свои места. Удовлетворённо кивнув, Шарух выбрал из присутствующих первого попавшегося гота, велев ему привязать будущих жертв к столбам. Тот без возражений принялся за работу.

– Замечательно! Нужны ещё три добровольца: кто из вас самый сильный?

Желающие нашлись быстро.

Выбрав троих, Шарух вручил каждому по лопате.

– Идите туда. Ваша задача выкопать по яме глубиной метра полтора, длиной два и шириной около метра. Справитесь?

– Могилы что ли? – догадался один из силачей.

– Да, ты совершенно прав. В них мы захороним то, что останется от этих весёленьких красоток.

Присутствующие начали иронично насмехаться над его словами, явно не веря.

– Классная шутка! – выкрикнула Рахелия. – В мою не забудьте цветочки положить. Эй, ты придурок, чего так крепко связал? Больно же! Если из-за тебя хоть один ноготь поврежу – заплатишь мне за салон!

– И мне тоже, – отозвалась сердито соседка справа.

Гот закончил привязывать девушек к столбу и, вернув остатки ленты в корзину, присоединился к остальной группе в ожидании дальнейших инструкций.

Могильщики без лишних слов отправились в указанном Шарухом направлении, определились с участками земли под могилы и приступили к работе.

– Ну как вам, красавицы? – обратился к жертвам Шарух.

– Всё супер! – отозвалась девица, привязанная к левому столбу. – Давай побыстрее начнём, а то я чего-то нервничать начинаю и в туалет захотелось.

– А я чувствую себя ведьмой, которую собираются сжечь, – призналась Рахелия. – Необычные ощущения. Мне даже нравится. Продолжай, я сгораю от любопытства.

– Да, и я в порядке, – отозвалась девушка справа, – спасибо, что спросил. Если думал нас напугать, то не на тех нарвался! Помню, как мы в морге ночевали – это было что-то...

– Ну-ну... Я так и думал.

К этому моменту на поляне появился Эрни. Он торопился как мог. Аманти, запер Абгара и Декарта в общей спальне и уверял, что приглядит за ними. Шарух, дождался сообщника, спросив:

– Всё в порядке?

– Да, отлично. Веселишься?

Шарух кивнул, украдкой пряча довольную улыбку. Потом подошёл к корзине и выбрал зажигалку и флакон с горючей жидкостью. После этого добавил в урну несколько поленьев, окропил жидкостью и поджёг. Занялось пламя.

А Эрни, чтобы не быть пассивным участником предстоящего мероприятия тоже решил внести свою лепту. Горючей жидкостью он начал поливать дрова, которыми были обложены столбы.

– Всё интереснее и интереснее, – насмешливо буркнула одна из будущих жертв.

– Эй, копальщики, как дела? – выкрикнул Шарух.

– Нормально! – послышался ответ.

– Поторапливайтесь. А теперь, дорогие мои испытуемые, по-очереди берём факелы и поджигаем дрова у девушек, которых хотите отправить на тот свет. Можете у всех троих. Начинайте! Кто это сделает, считайте прошёл испытание.

Готы заметно заволновались и зароптали, недоумевая.

– Давайте побыстрее, не заставляйте девушек ждать – это неприлично.

– Эй, чего замерли? – выкрикнула жертва справа. – Вы не поняли, что это развод? Он только пугает, Абгар ведь рассказывал.

Шарух усмехнулся, наблюдая за растерянностью го́тов. Чтобы придать им смелости, решил показать пример. Толпа ахнула и разволновалась ещё больше, когда он с зажжённым факелом подошёл к средней куче дров и коснулся их пламенем. Огонь моментально пробежал по краю и заключил пленницу в кольцо.

– Да, ладно... – ошеломлённо выдохнула Рахелия, не сводя глаз с пламени, который всё ближе подбирался к ней.

– Это похоже на шутку? – вкрадчиво поинтересовался Шарух. – Вперёд! Принесите жертву Некроледи, она вознаградит вас за неё.

Копальщики, неготовые к такому, даже копать перестали.

– Эй, ты серьёзно? – выйдя вперёд, обратился к Шаруху один из го́тов.

– Разумеется! Кажется, ты хочешь быть первым? Прошу...

– Эй, мне уже жарко, – переминаясь с ноги на ногу, сообщила Рахелия. – Сделайте что-нибудь. Я начинаю бояться...

Она даже засмеялась, стараясь изобразить сказанное шуткой. Но вскоре замолчала и начала дёргаться, желая ослабить ленту, обвязывающую тело.

– Всё, всё, прекращай, – к Шаруху подбежал ещё один парень, – мы всё поняли и уходим. Обещаю, никаких претензий. Ты нас больше не увидишь.

Готы, кивая, начали отступать, а тот, что давал обещание организатору представления, бросился к Рахелии с намерением освободить её. Но был вынужден отпрянуть от жара пламени.

– Не надо, прошу! – в отчаянии выкрикнул смелый парень. – Остановись!

– Боже... Как я разочарован! – со вздохом от досады всплеснул руками Шарух. – Такое представление испортили... Вы что? Струсили? Даю последний шанс. Вы ничем не рискуете. Полиция ничего не узнает.

Девушки – жертвы между тем начали хныкать и причитать. На их лицах появился неподдельный страх.

– Спасите! – выкрикнула отчаянно Рахелия.

– Так что? Никто из вас не принесёт жертву Некроледи?

– Надо затушить, – догадался кто-то и, подбежав к кострищу, сняв с себя плащ, начал сбивать пламя. Его примеру последовали остальные.

Наблюдая за их действиями, Шарух переглянулся с Эрни и растерянно прошептал: «Я в шоке!».

Эрни в ответ лишь пожал плечами.

Пламя никак не сбивалось, несмотря на все активные действия. Готы попытались ногами отпихнуть поленья в стороны, но к ужасу поняли, что не могут этого сделать. Поленья были надежно скреплены друг с другом. На помощь друзьям бросились копальщики. Но и их усилий оказалось недостаточно.

– Довольно! – громко выкрикнул Шарух. И все замерли, испуганно и возмущённо глянув на него. Шарух поднял вверх правую руку и, как по волшебству, пламя мгновенно погасло. Толпа в растерянности начала отходить от кострища. Несколько человек, опомнившись, бросились к жертвам и начали их освобождать. Те не сводили благодарных глаз со своих освободителей. Их трясло, а голоса предательски дрожали.

– Поздравляю! – Шарух захлопал в ладоши. – Я приятно поражён вашим единством. Не ожидал, честно. Думал, вы все, чтобы пройти испытание готовы на всё. Но вы прошли моё испытание, с чем вас и поздравляю. Что ж, если не передумаете, жду вас утром в семь, чтобы обсудить ваше членство в клубе. Обещаю море впечатлений, а несостоявшимся жертвам моего произвола гарантирую даровать свободу по первой их просьбе. Девочки, вы были очень смелые, благодарю всех за представление! Можете быть свободны!

Готы не стали задерживаться. Всё ещё потрясённые и растерянные, безмолвными тенями они покинули поляну. Вскоре не стало слышно даже их шагов по траве.

– Сильно разочарован? – сочувственно поинтересовался Эрни.

– Ты даже не представляешь, как. Я рассчитывал, что испытание пройдут несколько человек, но не все же! Умопомрачение какое-то!

Шарух, закинув руки за голову, начал нервно посмеиваться.

– Я всегда тебе помогу. Думаю, и все остальные захотят помучить их.

Из темноты к ним вышел Аманти, молвив:

– Неожиданный финал...

Ночной холод пробирал его до костей. Первым делом Аманти протянул руки над горящей урной.

– Похоже, я малость просчитался, – Шарух, вздохнув, с улыбкой взглянул на сообщников. Потом обнял Эрни за плечо. – Друг, спасибо тебе за го́тов! Век этого не забуду!

– Это угроза? – предположил Эрни.

– Что ты! Самая искренняя благодарность!

И рассмеявшись, друзья принялись греться около урны.

– Какие ваши дальнейшие планы? – между делом поинтересовался Аманти.

– Да, в общем-то, никаких, – ответил Шарух задумчиво.

– А пленники?

– Точно! Помучаем их перед сном?

– С удовольствием! – согласился Эрни.

Огонь приятно согревал руки, вселяя в друзей весёлое настроение.

– А мне ещё нужны кровавые кадры, – напомнил Аманти.

И они, смеясь и шутя, начали обдумывать свои дальнейшие планы.

А Абгар и Декарт, стояли у окна общей спальни, вглядываясь в едва различимые силуэты и строили свои догадки.

– Я предлагал тебе уйти, – напомнил Абгар.

– Мне было интересно остаться.

– Наши ушли, похоже, полный облом.

– Угу... Уверен, Шарух и эти двое отыграются на нас.

– Я уже привыкаю к их причудам. Зато будем спать как убитые.

И Абгар усмехнулся, припомнив свои пережитые испытания. Он уже не раз зарекался ходить сюда, но всё же сегодня вернулся. Ему нравилось ощущение опасности и непредсказуемости. Вот и ребят увлёк этим. Но в душе родилось сожаление их неудаче. Вздохнув, он отошёл от окна и в ожидании готовящихся сюрпризов опустился на кровать. А Дек сел на подоконник и ещё долго наблюдал за силуэтами удаляющихся друзей. Он был искренне благодарен Шаруху за исцеление от рака и заранее готов был к выполнению любых его прихотей. И потому был спокоен. Он, вообще, давно перестал волноваться по пустякам...

Глава 3 Сюрприз для Эрни

Шарух с друзьями уже собрался покинуть территорию, на которой произошло испытание го́тов, как на его браслет поступил звонок.

Увидев абонента, у парня изумлённо округлились глаза и открылся рот.

– Шарух, ты чего? – первым отреагировал Аманти.

– Это... Мистер Вульф!

– Ужас... – парень от потрясения прикрыл рот ладонью.

– Ответь, а то ещё сам явится, – предупредил Эрни.

– Мистер Вульф... – старательно скрывая волнение, проговорил Шарух.

– Шарух, очень рад, что ты ещё живой.

Судя по голосу, мистер Вульф действительно был этому рад.

– Я вроде и не собирался помирать... А что случилось?

– Я тут узнал, что твой Музей подвергся нападению го́тов, и ты терпишь большие убытки. И поэтому приказал своим людям взять их по-тихому. Сейчас мне сообщили, что вся эта компания арестована и сидит в автобусе. Хочу спросить тебя, что ты собираешься с ними делать?

– Я? – Шарух в волнении начал ходить из стороны в сторону.

– Я бы предложил вывести их в лес, и... ну сам понимаешь. У меня есть на примете подходящий карьер.

У Шаруха от такого предложения едва дар речи не пропал. Он так и замер, чувствуя, как по спине пробежал неприятный холодок, а руки затряслись. Понимая его замешательство, МВ продолжил:

– Всё равно от этих неформалов пользы никакой – один лишь вред. А тут мои бы ребятки потренировались...

– Мистер Вульф, погодите, я очень прошу отпустите их. Я с ними уже разобрался, и они искренне раскаиваются в своём поведении. Не надо их в карьер...

МВ озадаченно молчал.

– Мистер Вульф...

– Шарух, я бы посоветовал решить проблему кардинально. Твой гуманизм выйдет тебе боком.

– Прошу... Они мне нужны для решения очень важной задачи. А если вы их того... мой Музей наполнится полчищами разгневанных привидений и тогда, извините, за возмещением убытков мне придётся обратиться к вам.

Абонент весело расхохотался.

– Хорошо, уговорил, – услышали все его ответ. Шарух облегчённо выдохнул. – Но может хотя бы побить для профилактики?

– Ни в коем случае! – Шарух осмелел. – Я собираюсь с ними завтра увидится, не хочется, чтобы они отлеживались в больнице. К тому же там и девушки есть.

– Девушки? – голос МВ показался озадаченным. – Мои ребята о них не сообщали. Хотя немудрено в темноте ошибиться. Они же там все на одно лицо.

– Так, вы их отпустите?

– Только ради тебя. Но велю сообщить, кому они обязаны своими никчёмными жизнями. За сим прощаюсь.

И на этом разговор с МВ закончился.

– Вот ведь дела, – посмеиваясь, отозвался Эрни. – Повезло беднягам.

Шарух пребывал в шоке.

– Я никак не ожидал... Он явно следит за нами. Эрни, я его боюсь! Меня всего трясёт.

– Успокойся, Шарух, – Аманти подошёл к нему и, обняв за плечи, добавил: – Обещаю, мы не дадим тебя в обиду.

– Он мог запросто их всех расстрелять. Боже... для него человеческая жизнь ничего не значит!

– Главное, он оберегает нас, даже несмотря на свои жестокие наклонности, – сказал в утешение Эрни. – И пока мы находимся под его покровительством нам ничего не грозит.

– Но завтра может всё измениться.

– Ну в таком случае, будем молиться, чтобы умереть побыстрее, а тебе точно повезёт, если твоя смерть окажется долгой и мучительной – всё, как ты мечтаешь!

– Эрни... – в свете затухающего пламени его глаза сердито блеснули.

– Идём, твои мученики заждались.

– У меня что-то настроение упало.

– Вот и будем его поднимать! – поддержал Аманти.

Покинув поляну, друзья направились к чёрному ходу, но вскоре замедлили шаг, начав недоуменно переглядываться. Костёр всё так же горел. Возле него различались две сидящие фигуры.

– И кто это, интересно? – недовольно пробурчал Шарух.

Их приближение было замечено не сразу, лишь, когда Шарух нарушил тишину своим вопросом:

– И что вы тут делаете?

У костра находились Рахелия и гитарист. Его инструмент лежал за спиной. Оба оторвали взгляд от пламени, уставившись на хозяина Музея и его сообщников.

– Вас ждём, – отозвалась Рахелия. – Поговорить надо.

Шарух, не сводя пристальных глаз с девушки, приблизился к костру и присел на один из предназначенных для сидения камней, откуда-то принесённых го́тами. Эрни и Аманти последовали его примеру.

– Внимательно слушаю.

– Мне ночевать негде и раз уж ты обещал зачислить нас в ваш клуб, может, найдёшь для меня местечко? Слышала у тебя зал пыток есть, я и там согласна.

– С родоками проблемы? – в голосе Шаруха послышалось сочувствие.

Рахелия кивнула, опуская взгляд. Было видно, что тема эта ей неприятна.

– Ну а ты, о чём хотел поговорить?

Этот вопрос предназначался второму готу.

– Ни о чём, – ответил парень.

– Группа поддержки значит, – догадался Шарух.

– И что скажешь? – хотела знать девушка.

Ответить Шарух не успел. Всех отвлёк звук открывающейся двери. Оглянувшись, они увидели выходящих Абгара и Декарта.

– А вам чего не сиделось? – насмешливо бросил Шарух. – Ждать что ли устали? На дыбу попасть не терпится?

– Не терпится, – без тени шутки отреагировал Дек.

Его ответ насмешил друзей.

– Присаживайтесь, – пригласил Шарух. Он дождался, когда приятели устроятся у костра. – К сведению, ваши друзья меня сегодня удивили.

– Чем удивили? – поинтересовался Абгар.

– Они испытание прошли.

– Все?

– Я рассчитывал, что один-два человека справятся, ну максимум три, а тут все. Я в шоке! И на радостях вы двое можете быть свободны.

– Ты нас отпускаешь? – не поверил Дек.

– Вижу твоё разочарование, но мне надо как-то отойти от шока и о многом подумать.

– А что насчёт меня? – вмешалась Рахелия.

– Оставайся, я не против.

– Я тоже останусь, – заявил Декарт.

– Не боишься, что у меня будет бессонница, и я захочу развлечься?

– Не боюсь. Хоть все втроём развлекайтесь. Я выдержу.

Шарух засмеялся.

– Вот, Дек, за что я тебя обожаю, так за твою безотказность. Ну а с вами, – он перевёл взгляд на Рахелию и её друга, – хотелось бы познакомиться.

– Рахелия, – представилась девушка.

– Каттер, – назвал себя гот. – Я не собираюсь оставаться. Дел много.

– Кстати, Каттер, ты отлично поёшь, – сказал Эрни. – Слишком мрачно, конечно, но мне понравилось.

– Сам сочинял.

– А не боишься оставлять с нами свою подругу? – поинтересовался Аманти.

– Не боюсь. Это вам бояться надо, если ей что-то не понравится.

– Ух, как серьёзно! – воскликнул весело Шарух.

– Он преувеличивает, – отозвалась Рахелия. – Я сама скромность!

Посидев немного у костра, ребята решили расходиться. Абгар и Каттер покинули территорию Музея, а остальные, затушив костер, вошли внутрь.

Шарух определил девушку ночевать на диване в гостиной, предоставив ей все необходимые постельные принадлежности и право чувствовать себя, как дома. Для остальных нашлись кровати в общей спальне.

Если мужская часть компании довольно быстро погрузилась в сон, то Рахелию долго донимала бессонница. Наконец, она не выдержала бесполезных попыток заснуть и села. В голове появилась мысль исследовать достопримечательности Музея. А наличие в них жутких помещений, вообще, будоражило воображение. Накинув на плечи чёрный плащ, который ждал своего часа на спинке дивана, девушка встала и осторожно направилась к выходу. У самой двери она остановилась, чтобы посмотреть на себя в зеркало. Чёрная тушь под глазами слегка размазалась, придав её лицу пугающее выражение. Рахелия провела указательным пальцем под глазами, поправляя макияж, взбила чёлку и вполне довольная внешним видом, вышла из апартаментов Шаруха.

Спустившись по лестнице, она оказалась в комнате отдыха, из которой ей хорошо запомнился путь в коридор, ведущий к запасному ходу, но в данный момент её интересовали два других направления: «Комната Страха» и «Зал Пыток». Глаза так и загорелись предчувствием предстоящих открытий. Вначале она решила исследовать «Зал Пыток». Уже оказавшись в первой сцене, она так увлеклась рассматриванием экспонатов, что совершенно забыла о времени. О том, чтобы вернуться в постель, вообще речи не было. Её восхищение увиденным было не менее эмоциональным, чем в своё время у впервые попавшего в этот зал Декарта. Его рассказы об этом месте оказали на девушку сильное впечатление, и вот теперь она всё видела сама и даже могла потрогать. Если сначала прикасаться к экспонатам было боязно, то вскоре она осмелела и даже начала кое-что примерять на себя.

– Крутяк! – проговорила она, с широко раскрытыми глазами рассматривая, как хирург-маньяк замер на моменте вытаскивания внутренностей у жертвы-мужчины, который явно находился в сознании. – Умереть – не встать! Сочувствую, приятель... – она потрепала невезучего пациента по волосам.

И тут вдруг во всём зале неожиданно погас свет. Девушка замерла на месте. Подобное явление не слишком-то напугало её. Она ждала, что вот-вот свет зажжётся, и она сможет продолжить свои исследования. Но время шло, а ничего не менялось.

– Облом... – огорчённо вздохнув, пробурчала девушка.

Выставив перед собой руки, она сделала первый осторожный шаг к выходу.

– Ничего не видно...

Она помнила, что где-то впереди стоит манекен маньяка и, рассчитывая отыскав его, более точно определить для себя направление.

– Где же он? Так... это стол...

Ощупывая его, она вдруг, к удивлению, сообразила, что стол абсолютно пуст. Рука скользнула по холодной металлической поверхности.

– А где этот?

Удивление вскоре сменилось первыми признаками страха. Она стала кружиться на месте с вытянутыми руками, рассчитывая натолкнуться на знакомый манекен. И неожиданно наткнулась... это что-то оказалось тёплым и явно живым. Девушка с криком шарахнулась в сторону.

– Эй, ты кто?

Глаза Рахелии едва разглядели во тьме ещё более тёмную фигуру, неподвижно стоящую в центре сцены.

– О, я совсем сбрендила, – усмехнулась девушка. – Мне уже мерещится...

Начиная успокаиваться, она попятилась. И тут фигура резко повернулась к ней.

– Аа! – выкрикнула девушка и рванула бежать.

Ей удалось сделать несколько шагов, как неожиданно она врезалась в металлическую решетку. Это был выход со сцены, но... он был закрытым для неё!

Рахелия в панике заметалась по комнате. А между тем фигура неотвратимо приближалась к ней.

– Эй, стой! – тяжёлое дыхание преследователя отзывалось в ней волнами неконтролируемой паники. Она очень хотела что-нибудь схватить и запустить в приближающуюся тень. – Не подходи!

Только все пыточные инструменты, которые в этой сцене были до отключения света, вдруг таинственным образом куда– то исчезли.

Рахелия уткнулась спиной в стену и медленно сползла по ней, закрывая голову руками. От ужаса даже голос пропал. Существо грубо схватило её за плечи, подняло на ноги и потащило к столу.

– Нет, нет... – девушка засопротивлялась. – Не надо! Помогите!

– Тебе понравится... – зловещим шёпотом проговорил незнакомец. От его мрачного голоса жертву едва не парализовало. Она даже не заметила, как оказалась на столе, а враждебно настроенный тип застёгивает на её руках ремни.

– Не надо, не надо... – дёргаясь, зашептала Рахелия. – Ты кто? Чего тебе от меня надо? Отпусти!

Человек, закончив фиксировать жертву, отошёл в сторону. Сквозь темноту Рахелия отчаянно пыталась рассмотреть, что он собирается делать. Она понимала, что ничего хорошего её не ждёт, но очень хотела видеть этого человека. Между тем маньяк отыскал на столе фонарь, и вскоре его свет рассеял темноту. Рахелия вздрогнула во все глаза уставившись на мужчину, облачённого в коричневый кожаный плащ. Когда он повернулся к пленнице, она увидела на его лице клоунскую улыбающуюся маску. Мужчина прицепил фонарь на голову и, не глядя, взял со стола длинный нож.

– Не-ет... ты не убьёшь меня, – Рахелия задёргалась, не сводя глаз с ножа. – Ты не убьёшь... Не подходи!

Фонарь на голове страшного клоуна отчего-то начал мигать. А сам он, наслаждаясь криками жертвы, медленно подходил всё ближе и ближе, медленно занося над головой нож.

– По-мо-ги-ите-е!!! – отчаянный призыв о помощи неожиданно захлебнулся во всхлипах. – Пожалуйста... не надо. Умоляю...

При каждой световой вспышке, Рахелия видела, как оружие смерти всё ближе приближается к её груди, и от ужаса даже не моргала. Ей казалось, что она видит кошмар, и ещё мгновение она проснётся. Тело девушки сотрясала неконтролируемая дрожь, а голос совершенно пропал. Рахелии казалось, что она превратилась в два больших глаза. Больших таких, вылезающих из орбит...

И вот левая рука маньяка в чёрной перчатке опустилась на шею пленнице. Холодное прикосновение для напуганной до смерти девушки оказалось свыше всех её сил. Вскрикнув, она лишилась сознания...

***

– Эй, очнись, – знакомый голос яркой молнией ворвался в сознание девушки. Потом она почувствовала неприятный сильный запах и, вздрогнув, распахнула всё ещё наполненные ужасом глаза. На неё насмешливо смотрел Шарух. Убирая в столик флакон с нашатырным спиртом и смоченный им тампон, которым он приводил в чувство девушку, он поинтересовался:

– Как тебе ночное приключение?

Рахелия поспешила сесть. Осмотревшись, она поняла, что находится в гостиной на диване. Но воспоминания о произошедшем стояли перед глазами. Смешались все мысли, которые буквально шквалом ворвались в её голову. Хотелось понять, что случилось. Шарух находился в комнате один, и только он мог ей все объяснить. Рахелия не сводила с парня глаз.

– Я же предупреждал, без меня не совать свой нос в мои тайны.

– Что... это... было? – заикаясь, спросила девушка.

– А что ты видела?

– Я? Он... хотел... меня убить...

Шарух неожиданно засмеялся, посеяв в душе гостьи семена растерянности и сомнений в адекватном восприятии реальности.

– Ложись спи. Утром расскажешь. Обещаю, этот тип сюда не придёт.

– Ты... всё знаешь?

– И даже больше.

Шарух поднялся и, подмигнув, направился к общей спальне.

– Стой! Это был ты? Ответь!

– Спокойно ночи!

***

Шарух по обыкновению проснулся раньше всех. Ему надо было встретиться с го́тами, которым он вчера назначил встречу. Втайне парень надеялся, что, хотя бы половина из них не придёт. Выходя в гостиную, увидел Рахелию, мирно спящую на диване. Девушка съёжилась под одеялом, словно сильно мёрзла. Шарух обратил внимание, что стакан воды, который он оставлял для неё на столе, с заранее растворёнными таблетками, был пуст. Вспомнив её ночную выходку, губы Шаруха дрогнули в мимолётной улыбке. Её поведение оказалось предсказуемым – это даже огорчало.

Шарух прошёл в прихожую, надел туфли, куртку и покинул апартаменты.

***

– Рахель, проснись, – Декарт осторожно дотронулся до плеча девушки.

– У-у… – пробурчала она.

– У тебя тушь размазалась.

– Иди ты…

Дек засмеялся.

– Вставай, скоро завтракать будем.

Мучительно простонав, Рахелия открыла глаза. Дек стоял рядом, весело глядя на неё.

– Ну и ночка была…

С такими словами Рахелия медленно села и помотала головой, желая избавиться от нахлынувших воспоминаний.

– А что было ночью?

– А… забудь. Где этот?

– Шарух? Не в курсе. Проснулся, а его нет. Здесь только Эрни и Аманти. Ладно, приводи себя в порядок. Кто знает, что нас ждёт.

Пока Рахелия красовалась перед зеркалом, сожалея об отсутствии косметики, вернулся Шарух, а сотрудники из «Всё для вас» принесли завтрак. Стерев под глазами размазавшуюся тушь и, убрав с лица сонное выражение, девушка отправилась в столовую.

– А вот и Рахелия пожаловала! – весело встречал её хозяин Музея. – Присаживайся.

Рахелия настороженно отнеслась к увиденным на столе кушаньям и переглянулась с присутствующими: Эрни, Аманти и Декартом. Затем растерянно произнесла:

– Приятного аппетита!

– И тебе. Садись, не стесняйся, – Шарух указал на свободное место за столом.

– Кто скажет, что я хорошо выгляжу – побью!

Заявила девушка прежде, чем сесть.

Присутствующие насмешливо переглянулись.

– Шарух, как прошла встреча? – нарушая продолжительную паузу, поинтересовался Эрни.

– О… просто ужасно! Пришли все! Хоть бы один проспал!

– И что ты будешь делать теперь? – заинтересованно спросил Аманти.

– Развлекаться, мой друг, развлекаться.

Рахелия совершенно не чувствовала аппетита, поковырявшись немного в салате, она решительно отодвинула разнос от себя, демонстративно скрестив руки на груди.

– Я требую объяснений!

– Каких? – спросил Шарух, даже не взглянув на девушку.

– Это ты меня вчера напугал, что я чуть не окочурилась?

Эрни вопросительно посмотрел на Шаруха. Тот явно знал, о чём она говорит.

– Тебе нужен виноватый в твоих неприятностях? – вопросом на вопрос ответил Шарух.

– Уу-у… – Рахелия в гневе всплеснула руками, но уже через секунду остыла: – Извини… Я просто…

Шарух в упор строго посмотрел на девушку, окончательно смутив её. Она даже забыла, что хотела сказать.

– Просто что? – переспросил Шарух. – Просто, не спрашивая меня, ты отправилась рисковать своей жизнью? Нет, ну я точно найму кого-нибудь на роль ночного маньяка, а то всё самому приходится делать.

– Ты хотел довести нашу гостью до инфаркта? – пытался прояснить ситуацию Аманти.

– Это был лишь показательный урок. В следующий раз придумаю что-нибудь пооригинальнее.

Шарух продолжил завтрак.

– Круто ты всё это изобразил, – после долгого молчания проговорила Рахелия. – Я поверила. И что теперь? После завтрака ты вежливо попросишь меня уйти?

– Не попрошу, можешь оставаться сколько пожелаешь, если, конечно, не боишься.

– Не боюсь!

– Дек, поручаю Рахелию тебе. Пока нас не будет, ты всё ей объясни и покажи. Надеюсь, не надо напоминать про технику безопасности?

– Я справлюсь! – переглянувшись с девушкой, бодро с задорным блеском в глазах, заверил Декарт.

– Ну а, если Рахелия будет плохо себя вести, сообщи мне. Мне так и хочется понизить её из статуса гостьи в статус жертвы.

– Подумаешь, напугал, – презрительно отреагировала гостья, сердито нахмурившись.

– Мне кажется, Шарух, у тебя уже есть отличный повод это сделать, – сдерживая хитрую улыбку, произнёс Декарт.

– Да, – охотно согласился Шарух, – повод отличный, но я буду снисходительным на первый раз.

Рахелия насторожилась, продолжая сердито смотреть на присутствующих.

– О чём это вы?

Вместо ответа Шарух пододвинул к ней разнос с едой.

– Хочешь, чтобы я всё это съела?

– Можешь не есть – твоё дело. Только не делай вид, что тебе надо беречь фигуру или что ты не голодная. Твоё пренебрежительное отношение к моим знакам внимания может сильно меня расстроить.

– А, если ты расстроишься, – с презрительной усмешкой начала девушка, – сделаешь мне больно, так?

– Ну почему сразу я? Я вообще не люблю причинять боль. Я отдам тебя… Эрни.

Рахелия с нескрываемым волнением посмотрела на Эрни. То, как он обращался с Абгаром, заставляло в благоговейном трепете стучать её сердце. Она вообще старалась не встречаться с ним взглядом. Едва такое случалось, как внутри её девичьего организма словно на мгновение всё замерзало, покрываясь острыми колючими льдинками.

– Не переводи на меня стрелки, – предупреждающим тоном попросил Эрни. – Мне совсем не хочется участвовать в твоих играх.

– Эрни, миленький, тебя все бояться. Я не могу не использовать этот факт в своих интересах. Глядишь, и тебе не будет скучно долгими вечерами и бессонными ночами в своей квартире.

– Шарух… – Эрни окинул друга сердитым взглядом.

А тот продолжил:

– Знаешь, я даже завидую всем твоим будущим жертвам. Абгару особенно завидую. Как ты его обработал… Я в полном восторге!

Рахелия вдруг осознала, что Шарух не шутит. Если она решит остаться в гостях у него, с её-то характером шансы оказаться в руках Эрни очень высоки. От восторженных излияний Шаруха от её лица отлила кровь, а в руках появилась дрожь. Дрожь особенно была заметна, когда она потянулась к разносу, чтобы ближе подтянуть его к себе. Её состояние не осталось незамеченным Шарухом.

– Рахелия, ты не пугайся так. Если у меня не будет проблем с тобой, у тебя тоже не будет проблем. Договорились?

Девушка молча кивнула. Она вскоре взяла себя в руки и начала есть. Некоторое время все были заняты завтраком, но это для многих оказалось утомительным. Первой осмелилась нарушить молчание Рахелия.

– Шарух, можно спросить?

– Спрашивай.

– Ты только не подумай ничего такого, я против не имею. Просто хочу узнать, чтобы недоразумений потом не было.

– О чём узнать?

Друзья с любопытством посмотрели на девушку. Она смущалась, задавая интересующий её вопрос, но набравшись духу, продолжила:

– Кто из вас… с кем?

– В смысле? – не понял Шарух.

– Я догадываюсь, что ты с ним, – Рахелия кивнула в сторону Эрни. – А этот… Аманти с кем? С вами обоими? А Дек? – она повернулась к Декарту. – Ты тут как вписываешься?

Если присутствующие сначала слушали девушку с удивлением, то сообразив, куда она клонит, начали смеяться. Лишь Дек оставался серьёзным, он был растерян её странными намёками.

– Тихо, тихо, – смеясь, проговорил Шарух. – Не надо поспешных выводов.

– Как же это не надо? «Дорогой, миленький». Думаешь, я совсем дура и ничего не понимаю? Мне в, общем-то, нет дела до ваших отношений, просто хочу уточнить, – и сердито вспылила: – Чего вы ржёте? Я же серьёзно спрашиваю!

Шарух не знал, как ответить девушке на такой серьёзный вопрос. Любые оправдания лишь ещё больше уверят её в неверных выводах. К счастью, Аманти взял на себя труд объяснить ситуацию.

– Рахелия, ничего такого, что ты о нас подумала – нет. Просто Шаруху нравится так нас называть и ещё ему нравится, когда все думают, что он гей. Это его фишка.

– Аманти, что за разговорчики? – притворно сердито проговорил Шарух.

– А, что, я не прав? – и промочив горло, Аманти добавил: – Ещё он любит обниматься и целовать в лоб.

– Нет, ну ты смотри, что делается! Болтун – находка для шпиона! – Шарух вскочил из-за стола и прежде, чем Аманти опомнился, оказался за его спиной. Сцепив пальцы на его шее, наклонившись к уху, зловещим шёпотом прошептал: – Аманти, что ты творишь?

Аманти, судорожно сглотнув, кое-как произнёс:

– А что? Всё равно всем скоро станет известно, какой ты на самом деле.

На защиту Аманти вступился Эрни:

– Шарух, Аманти не сказал ничего такого, за что стоило бы его душить. Мне нравится, когда ты называешь меня «миленький». А если кому-то что-то кажется, так это не наши проблемы.

Рахелия, внимательно наблюдавшая за друзьями, вдруг улыбнулась.

Огорчённо вздохнув, Шарух сменил гнев на милость. Он отцепил пальцы от шеи Аманти, но уходить не торопился. Вместо того, чтобы оставить друга в покое, обнял его одной рукой, а другой взял из его руки вилку и, подцепив кусочек жареного мяса, приблизил к его рту.

– Это намёк, чтобы я жевал и помалкивал? – пытался понять его действия Аманти.

– Нет, я просто хочу, чтобы ты насладился этим шикарным блюдом, Аманти. Рот открой.

– А если нет?

Шарух, засмеявшись, вложил вилку обратно в его руку и, поцеловав в затылок, вернулся на своё место.

– И что всё это значит? – озадачился Аманти.

– Аманти, я тебя обожаю! Можешь и дальше выдавать мои секреты, – весело ответил Шарух.

– Ты, правда, не сердишься?

Аманти с недоверием отнёсся к его словам. Он не сводил с приятеля изучающих глаз, стараясь уловить малейшие нюансы его настроения.

– Нисколько! Как сказал Эрни, если кому-то что-то кажется – это не наши проблемы. Друзья, я вас люблю! И буду повторять это сколько захочу! – Шарух, счастливо улыбаясь, поднял чашку с чаем, словно это был фужер с шампанским. – За ваше здоровье и чужие пошлые фантазии!

Затем сделал глоток и поставил чашку на разнос.

Рахелия продолжила завтрак. Вопросов больше у неё не было, а вот сомнения остались…

***

К назначенному времени сотрудники Службы по Восстановлению Памяти собрались в офисе. Эрни предусмотрительно надел орден «За мужество», который прихватил с собой заранее. Аманти вспомнил об отсутствии обязательного для ношения ордена перед дверями офиса и решил: будь что будет. В душе он надеялся, чтобы шеф не заметит этого, отлично понимая, что Бохрад вряд ли окажется именно сегодня невнимательным.

– Доброго всем утра! – весело произнёс Бохрад, входя в офис. – Радует, что никто не опоздал.

– У нас новое дельце? – заранее радуясь такой возможности отвлечься от своих дел, поинтересовался Шарух.

– К сожалению, нет. Неужели по работе соскучился?

Шарух, опуская глаза, огорчённо вздохнул. Но Эрни-то отлично догадывался, что на самом деле друг совсем не расстроился отсутствию работы. У него и так дел было выше крыши. Но надо же продемонстрировать шефу заинтересованность в их общем деле. Его актерские способности всегда поражали Эрни. Не выдержав драматического напряжения, Эрни насмешливо хмыкнул и отвернулся, чтобы совсем уж не засмеяться.

– Шарух, если так хочешь поработать, могу оставить тебя после совещания. Будем перебирать бумаги и электронные файлы, – обнадёжил шеф.

Шарух живо отреагировал:

– О нет, Бохрад, на такое я не подписывался!

– Но ты ведь хочешь спасти своего друга от наказания?

– Кого это ты собираешься наказывать? – опешил Шарух, вопросительно переглянувшись с присутствующими. Илаис и Гиберт непонимающе пожали плечами. Невольно его взгляд задержался на Аманти, который чего-то вдруг виновато опустил голову.

– Бохрад, Аманти невиноват, – вступился за него Эрни. – Он же не знал, что будет совещание, вот и не прихватил орден. Чего ты по пустякам цепляешься? Хочешь, я помогу тебе с бумагами?

Бохрад, покачивая головой, промолвил:

– Проницательный ты наш… Вообще-то, ты прав, я хотел, используя Аманти, немного пошутить над Шарухом и вызвать в нём желание пожертвовать своим временем ради друга. А то, я так понимаю, общение с го́тами занимает всё его свободное время.

– Я виноват, – робко отозвался Аманти, – но я сам за себя отвечу.

– Так… Эрни и Аманти уже согласились мне помочь. Шарух, ты, как уже определился?

– Я ничего не понял, а поподробнее можно?

– Ну значит, можно считать, что согласился. Гиберт, Илаис… Не хочу никого принуждать, а для шантажа пока нет повода. Поможете мне архив в порядок привести? Какая-то инспекция намечается. Я один не справлюсь.

Гиберт и Илаис, выглядевшие до этого серьёзными, заулыбались. Они совсем не возражали провести этот день в компании друзей.

– Ну, Бохрад! – развеселился Гиберт. – Ты и намудрил…

– Мог бы и сразу сказать, в чём дело, – с нотками обиды произнёс Шарух. – Я же никому ни в чём не отказываю. Помогу, конечно.

– Вот и здорово! – весело воскликнул шеф. – Если постараемся, справимся до обеда. Но забавно получилось с шантажом, не так ли? Сразу все оживились, начали свои грехи перебирать…

Присутствующие стали многозначительно переглядываться, сдерживая улыбки.

– Шеф, пока мы все здесь, можно и я кое-о-чём попрошу? – спросил Шарух, выходя из-за стола.

– С удовольствием послушаем.

– Друзья мои, мне тоже нужна ваша помощь. Вчера в наш клуб «Любителей Острых Ощущений» мне пришлось принять восемнадцать человек.

– Шарух, – первым удивлённо отреагировал Гиберт, – что ты собираешься с ними делать?

– Вот-вот, мне одному не справиться.

– Как же тебя так угораздило? – поинтересовался Бохрад.

– Так уж получилось. Слово дал, если го́ты пройдут испытание, я буду с ними заниматься. Я же не ожидал, что все справятся. Похоже, теряю квалификацию… – Шарух жалобно посмотрел в глаза присутствующим. – Поможете?

– Ты должен нам всё рассказать, – требовательно попросил Гиберт.

– Обязательно! Эрни и Аманти были свидетелями моего грандиозного провала. Но вы, если соглашаетесь мне помочь, скажите сейчас, чтобы я мог мероприятие спланировать.

Друзья недолго размышляли над его просьбой.

– Я согласен, – первым высказал решение Бохрад. – Заинтриговал.

– И мы согласны, – за себя и Илаис ответил Гиберт.

– Эрни, а ты? – с надеждой в голосе обратился к нему Шарух. Он опасался, что друг откажется. – Я для тебя особый сюрприз приготовлю… Соглашайся.

– А, если мне понравится твой сюрприз?

– Я буду только рад! Соглашайся, прошу. Чего тебе одному скучать?

– Хорошо, уговорил, гляну на твой сюрприз.

Шарух повернулся к Аманти. Тот молча с улыбкой кивнул.

– Друзья, я вас обожаю! Значит, жду всех у себя вечером. Ночевать останетесь у меня и без возражений. Илаис?

– Я не против. Как твой грифончик поживает?

– О, шикарно! Я ему такие условия создал…сама всё увидишь.

– Ну раз во всём разобрались, – прервал восторги сотрудника Бохрад. – Тогда вперёд – покорять архивные премудрости!

Вскоре сотрудники вышли из-за стола и направились за шефом.

***

Вечером друзья в полном составе собрались у Шаруха. Даже Илаис не передумала и пришла. Хозяин Музея откровенно радовался своим гостям. Прежде чем перейти к основному мероприятию, похвалился девушке условиями содержания, подаренного ею грифончика, которого назвал по-простому: Рыжик.

– Рыжик? – смеясь, переспросила Илаис.

– А что? По-моему, подходящая кличка. Ты смотри, что он умеет.

Рыжик обитал в отдельной комнате, но не в той, где когда-то жил Грифоша. Шаруху не хотелось мучить себя воспоминаниями о прошлом. Комната была просторная, но стены исцарапаны, а в центре собраны обрывки обоев и изодранный в клочья матрас. Зверю было уютно в этом помещении, но скучно, и от того он навёл в нём свой порядок. Ему было четыре месяца, по размеру он уже доходил до роста крупной собаки. Крылья ещё не развились полностью, но перья лезли, заставляя его то и дело подёргивать ими.

– Рыжик, лови! – Шарух кинул в дальний конец комнаты кусок сочной вырезки.

Зверь, уркнув, в три прыжка доскакал до места падения мяса, схватил его и побежал к хозяину. Остановившись перед, ним положил мясо у ног и лёг, вытянув лапы, всматриваясь на Шаруха внимательным, настороженным взглядом.

– Представь, он не будет есть, пока я не разрешу.

– Ну не издевайся над ним, – попросила Илаис, сочувствуя зверю. – Он же так на тебя смотрит.

– Илаис, я не издеваюсь. Первый раз он так же принёс мясо и вообще ждал, что я буду его есть. Еле уговорил… Рыжик, оно твоё – ешь!

Зверь фыркнул, тряхнув головой.

– Не хочет? – удивилась девушка.

– Он вообще очень странный. Косит под вегетарианца. Дал ему как-то качан капусты. Ты бы видела, с каким аппетитом он его склевал.

Шарух заметил, что Илаис не поверила ему.

– Чего смеешься? Рыжик, она нам не верит.

Чтобы убедить ее, Шарух вынул из непрозрачного контейнера, из которого до этого доставал мясо, кочан капусты средних размеров. Илаис перестала улыбаться, с интересом посмотрев на зверя и его хозяина.

– Рыжик, сидеть! – скомандовал Шарух.

Зверь принял нужную стойку и начал водить носом, принюхиваясь к знакомому запаху.

– Держи!

Шарух кинул ему капусту, и тот, ловко поймав овощ передними лапами, принялся остервенело рвать его и проглатывать.

– Вот, я же говорил! Его мясом не соблазнишь.

– Потрясающе! – только и смогла сказать девушка, не сводя с грифона восхищённых глаз.

– Слушай, а твоей Лизабетте наверно надо кавалера подыскать?

– Да, было бы неплохо.

– Попробую поднять старые связи, вдруг получится.

– У тебя получится, даже не сомневаюсь.

Илаис улыбнулась ему.

После посещения грифонария – так Шарух называл комнату, где жил грифончик, Илаис и Шарух вернулись в апартаменты Шаруха. Их уже заждались, о чём свидетельствовали наполовину опустевшие вазы с орехами и кое-где образовавшиеся приличные горки ореховой скорлупы. Бохрад, Гиберт и Эрни были увлечены разговорами и поеданием орехов.

– Наконец-то, и года прошло! – встречал вошедших Бохрад.

– Аманти тоже пришёл? – хотел знать Шарух.

Оба сели на диван.

– Да, он ушёл воды попить. Запыхался, когда сюда бежал, – пояснил Гиберт.

– Хорошо, дождёмся его и начнём.

Эрни передал девушке щипцы для колки орехов. Она расколола орех и отправила его в рот, воскликнув:

– Вкусно! Эрни, а ты чего без апельсинов?

– А… пытаюсь отвыкнуть. На орехи перехожу.

– И долго воздерживаешься?

– Уже неделю.

– Внушительный срок.

Из столовой вышел Аманти и торопливо подошёл к друзьям.

– Привет всем!

– Итак, друзья мои, если вы готовы к развлечению, можем начинать, – Шарух убедился, что все готовы его внимательно слушать, и продолжил: – В настоящий момент в пыточном зале шесть жертв уже изрядно утомились, ожидая своей участи. Мы ничего о них не знаем. Ваша задача собрать о них максимально возможную информацию. Особенно всё, что касается их страхов и фобий. Все сведения нужно записать в блокноты, которые найдёте там же или на браслеты. Кому как удобнее. Я уверен, вы справитесь. Илаис, твоя сцена номер три. Там симпатичная девушка. Настоятельно рекомендую не использовать гипноз, просто поговори с ней по душам, доведи до истерики. Если понадобятся мыши или пауки найдёшь их в соседней комнате.

– Вижу, ты серьёзно подготовился, – сказал Илаис.

– Аманти, твой клиент в одиннадцатой комнате. Бохрад – во второй. Гиберт – в десятой. Во всех сценах установлены мониторы с датчиками контроля за состоянием жертв, прошу не превышайте критические показатели. Всё же они тут первый раз, им и так очень страшно.

– А где мой сюрприз? – напомнил Эрни.

– Твой клиент в комнате номер шесть. Думаю, на первый раз им часа хватит, чтобы понять, куда они попали. Если после пережитого чей-то клиент заречётся сюда ходить – я буду очень признателен. Никого членовредительства, помните об этом.

– Не беспокойся, Шарух, мы доведём клиентов до обморока простой душевной беседой, – заверил Бохрад.

– Я надеюсь на вас. Идём переодеваться.

Ребята поднялись и, воодушевлённые предстоящим мероприятием, направились к спальне Шаруха, где он хранил все необходимые костюмы.

– А где Дек и Рахелия? – по пути поинтересовался Аманти.

– Я их в «Комнате Страха» закрыл, чтобы нам не мешали.

***

Проходя по коридору пыточного зала, Эрни обратил внимание, что Шарух всерьёз взялся за его усовершенствование. Сцены, отведённые друзьям для «душевных» бесед с жертвами, были снабжены звуконепроницаемыми стенами и бронированными дверями, которые защищали от внезапного вмешательства. В коридоре не слышно было никаких звуков, кроме эха собственных шагов Эрни стало любопытно, чем занимаются его друзья. Он вспомнил, как Шарух говорил, что собирается установить везде камеры и следить за происходящим в специальной комнате. Исходя из того, что членов клуба «Любителей Острых Ощущений» значительно прибавилось – это показалось Эрни необходимым усовершенствованием.

И вот он, облачённый в длинный чёрный балахон палача, в кожаной маске с прорезями для глаз, наконец, вошёл в комнату номер шесть. Его жертва лежала на столе с зафиксированными руками и ногами.