электронная
Бесплатно
печатная A5
270
12+
СказкоТерра

Бесплатный фрагмент - СказкоТерра

Гипнотические сказки


Объем:
106 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4490-8103-2
электронная
Бесплатно
печатная A5
от 270
Купить по «цене читателя»

Скачать бесплатно:

Лилия Седельникова

ЖЕЛАНИЕ

В густом тропическом лесу, где кроны деревьев подпирали собою небо, а стволы было не обхватить взглядом, жил-был серый Слон. Уши у него были такие большие, что он легко, словно веером, мог охладить себя в палящий зной. Сильным хоботом он легко поднимал огромное дерево. Ступал он осторожно и бесшумно, стараясь не потревожить покой других обитателей леса.

Слон был добрым и отзывчивым. Его не надо было просить о поддержке: по одному взгляду он мог понять, что друг или незнакомец нуждается в помощи, и тут же торопился ее оказать. Как-то, гуляя по лесу, Слон услышал звук. Он был негромким и мелодичным, совсем не таким, каким зовут друг друга слоны. В этом звуке не было угрозы, предупреждения, беспокойства. Мелодия влекла надеждой и обещанием. Кому данного обещания, чьей надежды — этого никак не мог понять Слон.

Он пошел на звук мелодии. И прошел много километров, пока не достиг границ родного леса. Слон уже было занес ногу, чтобы шагнуть вперед и найти источник незнакомого звука, но вспомнил, что дальше идти было нельзя. Когда он был маленьким, мама-слониха сказала ему, что за границы этого леса слоны заходить не должны — никто не знает, какая опасность там их ждет. Чужой лес полон угроз, стоит ли рисковать, чтобы идти неизвестно куда только для того, чтобы узнать, откуда раздается незнакомая мелодия.

И Слон решил не рисковать. Шагая бесшумной поступью домой, он размышлял, что произойдет, если он встретится с опасностью, и что не произойдет, если он не встретится с опасностью, о чем тревожится незнакомая мелодия, и нужно ли идти на зов. И если не пойти на зов сейчас, услышит ли он еще когда-нибудь эту красивую мелодию, и если услышит, будет ли он смел настолько, что пойдет вслед за своим желанием.

Проснувшись утром, Слон прислушался, зовет ли его вчерашняя мелодия. И услышал ее. Слон решил подкрепиться, а по дороге поразмышлять о странном звуке и направился к любимому кусту с сочными зелеными листьями. Объедая верхушку куста, Слон поднял голову и встретился взглядом с Гепардом, который отдыхал на ветке рядом стоящего дерева. Тело Гепарда, стройное и изящное, легко умещалось на ветке. Он казался хрупким. Но Слон знал, какие сильные у него лапы и насколько упругий прыжок. Песочно-желтая шерсть с мелкими черными пятнами переливалась на солнце. Взгляд его зеленых с желтыми искринками глаз был глубок и проницателен, и Слону казалось, что Гепард видит его насквозь, догадывается, о чем тот размышляет все утро.

Слон не раз наблюдал за Гепардом и восхищался его смелостью и независимостью, настойчивостью и уверенностью, свободой и гибкостью. И когда ты мыслишь гибко, ты мыслишь более свободно, а когда ты свободен, ты видишь больше возможностей вокруг себя, и чем больше возможностей ты видишь вокруг себя, тем больше у тебя способов изменить ситуацию, а чем больше разных решений, тем больше разных поступков. И ты можешь сделать так, и так, и вот так. И всегда есть выбор, как поступить. А когда есть выбор, есть свобода, ты не замечал?

Слон взмахнул ушами и посмотрел прямо в глаза Гепарду. Гепард встретил взгляд Слона и произнес: «Ты боишься выйти за границы? И боишься даже перешагнуть через этот куст? А может ты боишься переступить через тень от ветки, на которой я лежу?».

Слон осторожно перешагнул тень на траве. «Мелодия, которую ты слышишь и к которой боишься идти, — это мелодия твоей души, — продолжил Гепард. — Слушаешь ли ты себя? Знаешь ли ты чего хочешь? О чем говорит тебе твой внутренний голос? Прислушайся! Мелодия — это твое желание, и только ты выбираешь, идти к нему или не идти».

И Слон выбрал пойти к тому месту, откуда, как ему казалось, слышалась мелодия. Он дошел до границ родного леса и смело шагнул вперед. Звук становился ближе, но был все еще далеко, но Слон настойчиво шел к своему желанию — желанию услышать себя, свою мелодию. Он чувствовал силу своего желания, а чем больше силы, тем больше уверенности, а чем больше уверенности, тем больше настойчивости, а чем больше настойчивости, тем больше энергии, а чем больше энергии, тем больше возможности довести дело до конца и больше веры в себя. Ты это чувствуешь.

Пройдя немало километров по незнакомому лесу, двигаясь на зов, Слон вдруг увидел родник. Его звонкое хрустальное журчание и было той мелодией, что звала его. Он плавно опустил хобот, набрал холодной воды и медленно поднес хобот ко рту. Он не спешил. Он ощущал, как вода утоляет жажду и наполняет его силой. И он понял, чью надежду он слышал в этой мелодии и чье обещание выполнил.

Родник журчал: «Когда ты развиваешь в себе настойчивость, ты внушаешь себе, что то, что ты делаешь, важно для тебя. И всегда есть ресурсы, чтобы сделать то, что важно для тебя. И используя эти ресурсы, ты поступаешь гибче. Разреши себе подумать по-другому. Шагни за границы, за рамки, за ограничения. И тогда появится возможность сделать невозможное. Поверь в себя».

КОРАБЛИК

Однажды весной, когда тает снег и от зимнего сна просыпаются реки, с треском скидывая ледяные одежды, один Мальчик смастерил из щепки и бумажного листочка Кораблик и пустил его плавать в лужице своего двора. Кораблик смело плыл от берега к берегу лужи, подгоняемый прутиком, ловко огибал льдинки-айсберги и ни разу не перевернулся, чем был весьма горд.

«Вот я какой замечательный корабль — быстрый и прочный, никакие штормы мне не страшны!» — радовался Кораблик, бороздя просторы лужи. И ветер наполнял силой его бумажный парус, и звал играть наперегонки, и дул, и шутил, меняя направление…

Но наступил вечер, мальчика позвала домой мама, и Кораблик остался во дворе один. «Это всего лишь ночь, — успокаивал себя Кораблик, стоя на якоре. — Утром мой капитан выйдет во двор, и я снова отправлюсь в плавание». Но когда совсем стемнело, из дома вышла любопытная Кошка, подошла к Кораблику и лапкой вытащила его из воды.

— Корабли на суше не живут! — сопротивлялся Кораблик. — Я должен плавать, а не стоять на берегу, и уж тем более не летать по воздуху! Это непорядок!

Но Кошка не слушала его и, осторожно взяв зубами, понесла по двору в сухое место, чтобы поиграть. «Что же со мной будет? — беспокоился Кораблик, вися парусом вниз и задевая им землю. — Я так молод и мал, чтобы плавать в другой луже. И даже если мне удастся вновь оказаться в воде, кто поведет меня? Кто будет отдавать приказы: «Полный вперед!» или «Самый полный назад!», «Поднять якоря! Отдать концы!».

Кораблик волновался и сквозь темноту старался разглядеть, не видно ли впереди ручья или новой маленькой лужи. И тогда, может быть, ему удалось бы разжалобить Кошку и она разжала бы острые зубы. Кораблик был юн и знал, что волшебство в жизни случается. Вот, к примеру, еще вчера его, Кораблика, и не было на белом свете, а сегодня его смастерил Мальчик и отправил в плавание. Или снег, например, вчера еще лежал в сугробах, а сегодня превратился в лужи. Лужи!.. Нет, показалось… В свете луны так и не блеснула гладь воды, и Кошка не думала выпускать добычу. Мысли Кораблика от огорчения спутались, бумажный парус зацепился за проволоку и оторвался от мачты. «Это конец…» — прошептал Кораблик. Но тут из-за угла дома выбежала Собака. Кошка, увидев ее, развернулась, перепрыгнула через забор и, приземлившись по ту сторону забора, разжала зубы. Кораблик шмякнулся в кашу из снега и грязи, его тоненькая мачта жалобно скрипнула, и он забылся сном…

Во сне золотисто-желтый цветок рассказывал ему, что не на все вопросы в жизни можно найти ответы, и что жизнь не распишешь наперед, и что надо относиться к себе нежнее, вот так, мягко и нежно, ведь чем больше нежности, тем больше радости, а чем больше радости, тем больше энергии, а чем больше энергии, тем больше огня, и вдохновения, и желания что-то делать, и удовольствия от сделанного. И еще можно просто позволить себе быть таким, какой ты есть, разрешить себе быть и чувствовать, что с тобой происходит. И двигаться маленькими шажками, без напряжения, вот так, постепенно. И не ждать результата, а просто жить и чувствовать удовольствие от этого. И есть свобода просто быть, и правила можно сочетать, и можно найти золотую середину, и плыть, вот так…

Сколько часов пролежал Кораблик в забытье, он не помнил. Но когда проснулся, он увидел, что на него с интересом смотрит золотисто-желтый цветок на длинной ножке.

«Ты кто? — спросил он у Кораблика и сам тут же представился: Я — Мать-и-Мачеха». Кораблик рассказал цветку, сколько испытаний выпало ему за одну ночь, и что парус его зацепился за проволоку, и что на корабль он теперь и не похож, и как жить ему дальше, он не знает. «Тебе нужен парус? Я подумаю, как помочь тебе, давай встретимся завтра», — предложила Мать-и-Мачеха.

Ночь Кораблик провел в раздумьях: он знал, что его призвание — плыть по просторам рек, морей и океанов, но вчерашнее происшествие ослабило его веру в себя. Он стал бояться своего призвания. И хотя мечтал о парусе (ведь какой корабль без паруса?) сомнения стали одолевать его: плыть или не плыть? И если плыть, то к какому берегу он приплывет и что с ним там будет? А если он попадет в шторм? А если течение унесет его? А если случится кораблекрушение, то что останется от него…

Утром он решил поделиться своими сомнениями с Мать-и-Мачехой, но бутон ее был закрыт. Небо в тот день хмурилось, солнце спряталось за тучи, и Мать-и-Мачеха не спешила раскрывать лепестки. И еще одну ночь думал Кораблик, и теперь к сомнениям добавилось восхищение Мать-и-Мачехой. Несмотря на то, что она сегодня не раскрыла свой бутон, я знаю, что она цветок, размышлял Корабль. И может быть, я могу плыть, и волноваться в шторм, и ломаться, и стоять в порту…

У Кораблика было много мыслей, но он смог успокоить их и заснуть. А утром его пробуждения ждала Мать-и-Мачеха.

— Я дарю тебе парус! Бери! — воскликнула она и протянула свой зеленый листок. Снизу он был теплым и бархатистым, сверху — холодным и гладким.

Кораблик изловчился и поддел его на мачту. Теперь он снова был похож на корабль, ведь у него был парус! И разве это не волшебство?! «А речка? Мне нужна речка!» — затрепетал новым парусом от радости и предвкушения пути Кораблик и вдруг почувствовал легкое волнение под собой — это снег, тая под солнцем, превратился в ручей. Кораблик лишь успел махнуть Мать-и-Мачехе зеленым парусом, как течение увлекло его за собой.

Сколько радости было в этом движении ручья: он то перепрыгивал с камешка на камешек, то плавно струился по равнине, то сверкал бриллиантами под солнечными лучами, то наполнялся глубиной и звенел-звенел от удовольствия. Кораблик слушал дивную песню потока и сам наполнялся радостью. И чем больше радости он чувствовал, тем больше в нем было силы плыть вперед. И чем больше силы плыть вперед, тем больше возможностей для новых путешествий…

МАСТЕРИЦА

В одном старинном городе, улочки которого были так узки, что прохожие едва не задевали друг друга полями шляп, жила-была шляпных дел Мастерица. Девушка была пригожа и приветлива. И горожане любили ее за мягкий нрав. Мастерская ее находилась на верхнем этаже замка, тоже старинного и потому увитого плющом. Из своих окон девушка любила наблюдать за облаками. Они были разные: облако, плывущее над колокольней, напоминало корабль, который она видела в порту. За шпиль графского дворца зацепилось облако-рыбка. А там, вдалеке, плывет облако-лебедь. И Мастерице казалось, что небо, словно море, живет особенной жизнью, и жизнь эта полна приключений и восторга, новых знакомств, друзей, событий… Не то что ее мастерская со старой болванкой для шляп, оставшейся в наследство от отца, фетром, нитками, иголками да булавками.

Как-то весенним утром девушка обдумывала фасон шляпки для жены булочника, милой, но грустной женщины. С чем была связана эта грусть, Мастерица не знала, но очень хотела порадовать заказчицу и перебирала цветные ленты, мысленно подбирая их к будущей бежевой шляпке. Но только нужного оттенка лент в мастерской не нашлось. И она поспешила в лавку к женщине, торгующей лентами и кружевами. Нелегкое это дело — радовать заказчика, размышляла Мастерица по пути: и вкусу угодить, и фасон не повторить, и в срок успеть.

За день работы можно сделать одну несложную шляпку, а порой на головной убор уходит и пять дней. А для госпожи, живущей в замке, что на краю города, пришлось мастерить шляпу целую неделю! Ох, и намучилась она тогда, все пальцы булавками исколола, подгоняя тонкий шелковый подклад, чтобы ни складочки на нем не было. А цветы? Госпожа хотела, чтобы на полях ее новой шляпки, которую она собиралась надеть на бракосочетание дочери, цвели чайные розы, и Мастерица вышивала их, торопясь выполнить работу в срок, и спешила, и беспокоилась, и злилась сама на себя, и даже подумывала не бросить ли ей мастерить шляпы и пойти помощницей к булочнику.

И если в том, чем ты занимаешься, нет ни радости, ни удовольствия, ни легкости, значит ли это, что тебе следует изменить то, что ты делаешь, или достаточно изменить то, как ты это делаешь? Мастерица не знала ответа на этот вопрос, как и не знала, сможет ли она перестать мастерить шляпы и начать печь булочки и получать от этого радость и удовольствие. И от чего зависят радость и удовольствие, от того, что ты делаешь, или от того, как ты делаешь.

Девушка любила наведываться к Хозяйке лавки с кружевами и лентами и ощущала легкое волнение от предстоящей встречи. Она вошла в лавку, поздоровалась и попросила Хозяйку помочь ей выбрать ленты к бежевой шляпке для жены булочника. «Выбор цвета зависит от того, какое послание ты хочешь вложить в шляпку, что ты хочешь сказать этим цветом», — доброжелательно произнесла Хозяйка и положила на прилавок моток с белой лентой.

— Белый — цвет снега, молока, платья невесты. Он символизирует начало, легкость, чистоту, совершенство. — Она достала с полки еще несколько разноцветных мотков. — Красный — цвет страсти, любви, радости. Розовый — сладость, женственность, очарование. Синий — гармония, верность, доверие. Зеленый — цвет молодости, надежды, свежести. Коричневый — цвет тепла и уюта, а еще шоколада, которым я тебя сейчас угощу.

И, оставив лавку на попечение помощницы, она направилась вглубь помещения, жестом пригласив Мастерицу последовать за собой. В небольшой комнате было светло и уютно: окна свободно пропускали солнечный свет, и он переливался на белоснежной скатерти, заглядывал в зеркала, играл на дверных ручках из бронзы и на тонких фарфоровых чашках. Разлив ароматный шоколад в чашечки, Хозяйка лавки пододвинула свое кресло поближе к камину.

— Посмотри, как разгорается огонь от поленьев. Первое полено — это твое внимание. А там, где внимание, там и интерес, а чем больше интерес, тем больше энергии, а чем больше энергии, тем больше вовлеченности, а чем больше вовлеченности, тем больше удовольствия от того, что ты делаешь. И можно творить, и шить шляпки, и радовать других, вдохновляясь их радостью. И если в том, чем ты занимаешься, нет ни радости, ни удовольствия, ни легкости, то это не обязательно означает, что тебе следует изменить то, что ты делаешь. Иногда достаточно изменить то, как ты это делаешь. Не жалуйся на форму, она имеет ровно столько значения, сколько ты ей сама придаешь. Совершенством и красотой ты наполняешь ее сама. И можно взять белую ленту, и розовую, и зеленую…

Хозяйка подкладывала поленья одно за другим. Огонь в камине разгорался ярче и ярче, приятное тепло согревало и будило мечты, и Мастерица уже мысленно пришивала ленты к бежевой шляпке жены булочника: зеленую, розовую, белую… Свежесть, очарование, легкость. Ее воображение рисовало ей новые фасоны шляп, а какие цветы распускались на их полях!

Купив ленты и поблагодарив Хозяйку, девушка мигом добежала до своей мастерской. Старая болванка для шляп, казалось, лукаво подмигнула ей, лишь только она вошла в комнату. Бежевый фетр, лежащий на столе, прятал улыбку в своих складках, а булавки тонко звенели в стеклянной банке: «У тебя все получится, верь в себя, в свой талант. Дари людям радость!». Вовсе не обязательно заново изобретать колесо, менять работу, место жительства. Оглянись вокруг, и ты увидишь, как много в мире путей для самовыражения. И то, что ты сделал вчера, сегодня можно сделать по-новому, и это правильно осознавать, что одно и то же можно сказать и сделать по-разному. И у каждого есть возможность расти и изменяться, изменяться и расти. Каждый миг нов, и если не привязываться к результату, то можно быть свободным и творить спонтанно. Прямо сейчас, легко, с удовольствием.

К вечеру новая шляпка для жены булочника была готова. Говорят, женщина с восхищением рассказывала соседкам, что шляпка творит с нею чудеса: стоит ее надеть, как грусть мгновенно исчезает, а вместо нее приходит радость и легкость. И что тому причиной, может, яркие ленты, а может, дивные розы, распустившиеся на полях шляпки, а может быть, цвет шляпки, который освежает лицо, кто знает…

ГУСЕНИЦА

Жила-была гусеница. Не маленькая, не большая, обычная. Листок, на котором она родилась, она давно съела, и потому перемещалась в поисках пищи по соседним листочкам. И все было бы хорошо — еды и воды вдоволь, да только братья и сестры ее, сменив одежки, превратились в бабочек и улетели. А она так и осталась гусеницей. Она сомневалась, будет ли ее кокон столь прочным, выдержит ли он ее вес? Хватит ли сил у ее будущих крыльев для свободного полета? И вообще станет ли она бабочкой?

Иногда по ночам, глядя в звездное небо, она мечтала о крыльях. Упругих, сильных, прочных. В мечтах она становилась бабочкой и летала, и мир иллюзорный был искристым, необычным, манящим. А днем ее ждал прежний наскучивший лес.

Наблюдая за другими гусеницами, она видела, что прежде чем стать бабочками, они прикреплялись к большому листу, оборачивали себя блестящей шелковой нитью и замирали в свитом коконе на несколько дней. В этом, на первый взгляд, не было ничего сложного — свернись, оплети себя, застынь. И через несколько дней ты уже бабочка! Но гусеница пугалась этой остановки. «Выдержит ли меня нить? Надежна ли она? Защитит ли меня кокон?» — осторожничала гусеница. Да-да, я хочу быть бабочкой, шептала она самой себе по ночам. А утром от ее смелости не оставалось и следа. «Не ползать, не есть? Это не для меня!»

Как-то вечером, ужиная у ручья, она услышала разговор двух гусениц.

— Надо готовиться! Времени осталось мало, нить потеряет влагу и прочность, — сказала одна из них.

— Потеряет влагу? — переспросила ее подруга.

— Да, я слышала, что прочность нашей шелковой нити зависит от времени. Мы можем опоздать…

Вернувшись на свой листик, гусеница задумалась об услышанном у ручья. Влага? Прочность? Куда опоздать? И вдруг она поняла — гусеницы торопились стать бабочками!

«А моя нить? Какая она?» Гусеница затихла, устремила взгляд внутрь и по легкому теплу и нежному трепету в груди поняла — нить ее сильна, значит она, гусеница, еще может стать бабочкой!
Шелковой нити оказалось достаточно, чтобы сплести себе крепкий кокон. И гусеница, набираясь в нем сил ночью, даже не предавалась размышлениям, а что скажут другие о ее отсутствии и вообще заметят ли ее превращение…

На рассвете кокон лопнул. Бабочка обрадовалась этому. Она расправила тонкие и влажные крылья. Горячее солнце осушило их. Свежий ветер наполнил силой. Бабочка взлетела. Она махнула крыльями лесу, в котором так долго жила: «Благодарю тебя!». Новый, незнакомый мир ждал ее. Крылья, упругие и плотные, несли ее вперед. Полет ее был красивым. «Бабочка» — радостно говорили все, увидев ее. «Бабочка!» — говорила и она самой себе. Бабочка…

Лилия Шабалина

ОКЕАН ВОЗМОЖНОСТЕЙ

В океане возможностей жила маленькая любопытная золотая Рыбка. Рыбка жила в большой семье среди морских водорослей Тихой заводи. Рыбка любила маму, папу, сестер и братьев, бабушек и дедушек. И всех многочисленных тетушек и дядюшек. Она внимательно слушала родных. Никогда не нарушала правила, принятые в семье. И никогда не покидала границ Тихой заводи. Потому что это было запрещено.

Жизнь Рыбки казалось ей скучной. Ведь всё было известно наперед. Пока Рыбка была маленькой, она играла с братьями и сестрами в детской зоне. Когда Рыбка подросла, наступил её черед приглядывать за малышами. Что будет потом, Рыбка знала. Она станет взрослой, встретит свою половинку. У них появятся дети. Потом еще дети. И Рыбка целыми днями будет плавать по Тихой заводи в поисках корма для своих малышей.

Рыбка печалилась, когда думала об этом. У неё даже было специальное место для этого — маленькая каменистая полянка на краю Тихой заводи. Заводь была окружена быстрыми течениями. С детства Рыбка знала, что нельзя заплывать в течения. Они холодные. Быстрые. И могут унести далеко от дома. Рыбья семья очень боялась течений, потому что ни одна рыбка, попавшая в течение обратно не возвращалась. Что случалось с ними… Никто не знает.

Когда Рыбка приходила на полянку, она много думала о том, что будет, если заплыть в течение. Очень оно холодное или нет. Насколько оно быстрое? И куда оно принесет её? И если в течение попасть, то можно ли оттуда выбраться?

Рыбка была храбрая. И однажды она решила, что ничего не случится, если она просто потрогает воду в течении. Просто опустит туда хвостик. На одну секундочку. Подумано — сделано. Рыбка опустила в течение хвостик и замерла. Она чувствовала быстрый прохладный поток воды. Это было новое приятное чувство. И Рыбка решила поделиться им с мамой.

— Мама, я сегодня была около течения. И опустила туда хвостик. Мама, мне так понравилось. Вода прохладная, но не холодная. Поток быстрый, но мне кажется, я смогла бы в нём плыть, — делилась впечатлениями Рыбка.

— Эх, дорогая моя Рыбка, — вздыхала мама, — ты нарушила наши правила и чуть не попала в беду.

— Но мама, я чувствую, что течение не опасное и что я… — Рыбка не успела закончить. Мама перебила её:

— Тогда почему все, кто попадают в течение, пропадают?

— Я не знаю, — тихо ответила Рыбка.

— А я знаю. Они не могут вернуться, потому что с ними там случается беда. Возможно, они погибают, — грустно сказала мама. — А ты подумала, что будет со мной, если ты пропадёшь. Как расстроится папа. И как опечалятся твои братья и сестры.

— Прости, мама, — вздохнула Рыбка. К глазам подступали слёзы. Она представила, что будут чувствовать её родные, если с ней случится что-то плохое.

Рыбка любила свою семью. И не хотела расстраивать маму, папу. Не хотела, чтобы кто-то печалился. Ей казалось, что она в ответе за то, что они чувствуют. За то, какие эмоции они испытывают.

Она по-прежнему занималась с малышами. Но мысли были где-то далеко. Там, в неведомом океане возможностей. Попасть в который так просто. Нужно только довериться потоку и плыть навстречу желаниям сердца. Но Рыбка так не могла. Она не разрешала себе исполнить желание, и от этого чешуйки её тускнели и теряли золотой блеск.

— О чем ты постоянно думаешь? — маленький братец медленно подплыл к Рыбке. Она даже вздрогнула от неожиданности.

— Об океане возможностей и о том, что мне хотелось бы увидеть его своими глазами, — ответила Рыбка.

— Здорово. — оживился братец. — А ты мне потом расскажешь что там?

— Нет. Не расскажу, — вздохнула Рыбка.

— Это почему? — удивился братец.

— Потому что я туда не попаду. Вот почему! — Рыбка начала злиться.

— А что тебе мешает? — не унимался Братец.

— Я чувствую вину, ведь мама не сможет без меня. Папа расстроится. А вы с братьями и сестрами будете скучать.

— И что? — Братец проплыл вокруг Рыбки. — Поскучаем немножко. Зато потом, когда ты вернешься расскажешь нам море интересных историй.

— А вдруг я не вернусь? — спросила Рыбка, глядя Братцу прямо в глаза.

— Тогда будешь чувствовать вину передо мной. Потому что не рассказала истории, — ответил Братец. — Ладно, я поплыл.

Рыбка поплыла на свою полянку, чтобы побыть одной. Но оказалось, что полянка уже занята. Уютно устроившись между камешками, спала оранжевая рыбка. Таких ярких рыбок Рыбка раньше не видела. Она подплыла к камешкам и стала ждать, пока рыбка проснется. Рыбка задумалась об океане возможностей, о прохладном приятном потоке, в который так хочется нырнуть и скользить, не прилагая усилий. И поток будет нести вперед. К мечте. К новым местам. К новым знаниям. К новым возможностям. К новым встречам. И в этом потоке будет много радости. И чем больше радости, тем больше любви. И чем больше любви, тем больше свободы.

— Привет, ты что спишь?

— Привет, я ждала, когда ты проснешься и задумалась. Кто ты?

— Я рыба-клоун. Зови меня Шелли. Я устала в путешествии и решила выспаться у вас тут, в Тихой заводи. А как тебя зовут?

— Я Рыбка. Ты приплыла из Океана возможностей?

— Ага.

— Ух ты. Как здорово, что ты можешь путешествовать. Я бы тоже хотела.

— Ты тоже можешь. Если хочешь.

— Я хочу, но что скажут мои родные. Если я уплыву, то буду чувствовать себя виноватой перед ними.

— А если останешься, то не будешь чувствовать вину передо мной?

— Почему?

— Потому что я хочу, чтобы ты поплыла со мной.

— Ты права, Шелли, но мне немного страшно. Я ещё ни разу не уплывала из Тихой заводи.

— Что ж. Всё когда-то случается в первый раз. И я вижу, что ты смелая Рыбка. Хочешь, мы поплывем в Океан возможностей вместе?

— Хочу, но мне кажется, я не готова. И мои родные. Мне кажется, они не пойдут меня. И…

— Давай поступим так, — Шелли прервала монолог сомнений. — Завтра я приплыву сюда снова. Ровно в пять. И если ты будешь готова, то мы отправимся в самое увлекательное путешествие в твоей жизни. А сейчас мне пора.

Шелли молниеносно нырнула в поток. Рыбка осталась одна. Ей не хотелось возвращаться к родным, и она легла спать прямо на полянке, уютно устроившись между камешков.

К ней, спящей, подплыла Серая старая Рыба. Рыбка съёжилась от её колючего взгляда и проснулась:

— Ты кто? — шепотом спросила Рыбка.

— Ты не узнаешь меня? — спокойно ответила Серая Рыба. — Посмотри внимательнее, Рыбка. Посмотри. Узнаешь?

— Нет, не может быть… — Рыбка испугалась своей догадки.

— Твои чешуйки уже начали сереть, правда? — вкрадчиво спросила Серая Рыба.

— Да, но я хочу всё исправить. Я смелая рыбка. И я хочу отправиться в самое увлекательное путешествие в моей жизни. И я всё делаю правильно. И это так легко — нырнуть в Океан возможностей. Довериться потоку своих желаний.

— Посмотри на меня, Рыбка. Ты хочешь видеть себя такой? Или хочешь оставаться яркой всю жизнь? Если ты останешься здесь, я всю жизнь буду винить тебя!

И тут Рыбка проснулась. Как ей надоели все эти обвинители! Она всё ещё была под впечатлением сна: «Я столько времени откладывала. Но теперь я точно знаю, что делать». Рыбка поплыла к родным. Проститься перед самым увлекательным путешествием в жизни. Рыбка ещё не знала, какие слова скажет маме, папе братьям, сестрам. Но чувствовала, что они ее поймут. Потому что любят ее.

— Мама, я уплываю. Я решила. Завтра я нырну в течение, — глаза Рыбки были наполнены печалью.

— Я понимаю тебя, Рыбка. Знаю, ты не можешь не уплыть. Я уважаю твой выбор. Почему ты такая грустная? — мама с нежностью смотрела на Рыбку.

— Ты сказала, что я буду виновата, если поплыву туда, — глядя на песочное дно ответила Рыбка.

— Да? — удивилась мама. — Я такого никогда не говорила. Это твоё решение. Плыви, милая, следуй зову сердца. Я благословляю тебя.

— Я вернусь, мам, — Рыбка подплыла к маме вплотную и прижалась. — Я Братцу обещала вернуться и рассказать, как там, в Океане возможностей.

Ровно в пять Рыбка была на полянке у течения. Она была готова нырнуть в поток. Довериться своей судьбе. Но Шелли не было. Ни через пять минут. Ни через десять. Рыбка сомневалась. А может Шелли не вернулась, потому что оттуда не возвращаются. И мама права? И нужно послушать её и остаться. И жить спокойной предсказуемой жизнью. И стать старой Серой Рыбой. И предать себя.

— Ну уж нет, — решила Рыбка. И нырнула в поток.

Прохлада окутала тело Рыбки. Она доверилась потоку. И плыла. Не прилагая усилий. Она наслаждалась ощущениями и свободой. Она смотрела по сторонам и видела морских обитателей, причудливые жемчужины, неведомые ей водоросли. Лучики солнца пробивались сквозь толщу воды и отражались в блестящих чешуйках Золотой Рыбки. Поток нес её. Она доверилась ему. И вдруг неожиданно её догнала Шелли: «Прости, что опоздала. Приключения начинаются».

Рыбка много путешествовала. С Шелли. И одна. Нашла новых друзей. Посмотрела на моря и океаны. Рыбка наслаждалась новой жизнью. На обратном пути она возвращалась, чтобы рассказать о своих приключениях.

— А ты что, вернулась? — спросила Братец.

— Так ты же сказал, что если я не вернусь, то буду виновата перед тобой.

— Разве, — изумился Братец. — Я такого никогда не говорил.

— А как же те слова, что ты сказал мне у течения?

— Рыбка, мы никогда не болтали с тобой у течения. Наверное ты просто размышляла, и тебе приснилось.

Рыбка снова отправилась в Океан возможностей. Но в этот раз ей было спокойно и свободно. В этот раз она отвечала только за свои чувства и эмоции. Иногда Рыбка возвращалась домой. Чтобы повидать своё большое рыбье семейство.

ЗАЙКА

Зайка жила в уютной чистой норке вместе с Зайцем и маленькими зайчатами. Зайка любила свою семью и старалась радовать домашних даже в мелочах. Еду дома ели только свежую. Никакой вчерашней — это неполезно для здоровья. На постельном белье спали три дня и никак не дольше. Потому что на четвертый оно теряло свежесть. А полотенца меняли каждый день. Потому что чистыми полотенцами вытираться приятней. А ещё Зайка каждый день протирала пыль и пол. Потому что у зайчат была аллергия на пыль. И если забыть протереть пыль, то зайчата начинали чихать. А этого Зайчиха допустить не могла.

Зайка была очень организованной. В норке царил порядок. Каждая вещь жила на своем месте. Заяц и малыши понимали, как важно сохранять порядок. Поэтому, если они брали какую-то вещь, они всегда возвращали её на место. Но несмотря на это, домашние дела занимали много времени у Зайки. А еще она любила играть с зайчатами в разные игры. Читать им на ночь сказки. Ей хотелось рассказывать Зайчатами свои сказки. Но она не успевала их придумывать. Потому что Зайка еще и работала.

Утром Зайка кормила семью завтраком и с удовольствием шла на работу. Зайка работала на фабрике игрушек. Любила придумывать и выпускать новые настольные игры. С удовольствием изучала новое и внедряла в жизнь свои идеи. На работе у Зайки было много помощников. Кто-то рисовал макеты, кто-то организовывал производство, кто-то отвечал за то, чтобы игры попали к малышам. Каждая минутка была расписана, и Зайка знала, что нужно сделать и когда это нужно сделать.

Вечером Зайка спешила домой. Готовила ужин. Стирала белье и протирала пыль и пол. Потом она занималась с Зайчатами. А когда они засыпали, нежилась в объятьях Зайца.

И всё, казалось, было хорошо. Зайка занималась любимыми делами. Её окружали любимые люди. Но что-то было не так. И со временем ей стало казаться, что каждый день похож на предыдущий. И в нём один и тот же набор действий. И что эти действия нельзя не делать. И если раньше она делала всё с удовольствием, то теперь с равнодушием.

И она не понимала, почему так происходит. Ведь чем больше ты занимаешься интересными делами, тем больше у тебя энергии. И чем больше энергии, тем больше ты можешь сделать. И чем больше ты сделаешь, тем больше радости ты получишь. И чем больше радости, тем больше энергии.

Но у зайки было не так. В какой-то момент она поняла, что никогда не остаётся одна. Постоянно рядом с ней кто-то находится. Муж. Дети. Сотрудники. Друзья. Зайка любила их. И любила находиться в их обществе. Но всё больше она мечтала остаться одна и ничего не делать.

Интересно, как своими мыслями ты формируешь свою жизнь. Ты строишь её из кирпичиков своих желаний. И если желания искренние, то Вселенная, которая любит тебя и доверяет тебе, воплощает твои желания в жизнь.

Зайка заболела. Она лежала в своей постельке. И не могла встать. У неё не было сил идти на работу. Не было сил наводить порядок в доме. И желания общаться с кем-то тоже не было. Она целыми днями лежала.

Лежала и думала, что в последнее время совсем не уделяла время себе. И что это неправильно. И что можно продолжать не обращать на себя внимания. А можно посмотреть на себя внимательнее. Прислушаться к себе. Почувствовать свое тело.

И я не знаю как, твоё тело точно знает, что тебе подходит, а что нет. Но оно точно понимает, когда тебе нужно отдохнуть. И если ты научишься слышать своё тело и доверять ему, то будешь отдыхать вовремя. И энергии будет много, радости и любви.

Домашние заботились о Зайке. Заяц готовил завтраки и ужины. Оказалось, что манная каша у него получается вкуснее, чем у Зайки. Вечером он стирал и сушил белье. А утром раскладывал его по местам. Зайчата читали маме сказки и рассказывали истории, которые происходили с ними в течение дня. А после выученных уроков протирали пыль и по очереди мыли пол.

Зайка отдохнула. Набралась сил. Носик её порозовел. И когда она смогла принимать гостей, к ней пришла подружка.

— Как твои дела, Зайка? Я очень волновалась за тебя.

— Уже лучше. У меня больше сил. Домашние заботятся обо мне. Это звучит странно, но болезнь пошла мне на пользу. Я поняла, как мало времени уделяла себе. И как мало отдыхала.

— И что ты теперь будешь делать?

— Я решила каждый день уделять себе час времени. Это будет только мой час. Я могу сочинять сказки, придумывать игры. Могу нежиться в ванне. Или пойти прогуляться.

— Какая ты молодец, что решила так сделать. Это будет непросто. И, возможно, тебе захочется пропустить разок этот час. И уделить внимание не себе. И ты можешь это сделать. А можешь этого не делать. И чем больше ты уделяешь внимания себе, тем больше ты уделяешь внимания другим.

Когда Зайка выздоровела, она каждый день уделяла себе время. Каждый день ты можешь выделить себе один час. И это время принадлежит только тебе. И ты можешь почувствовать, как твое тело радуется, когда ты заботишься о нём. И ты можешь заметить, как много энергии ты получаешь от того, что заботишься о себе. И ты можешь начать это делать прямо сейчас.

КОНДИТЕР

Жил на свете Человек. Обычный человек, который утром ходил на обычную работу. А вечером возвращался домой и пек булочки, кексы, тортики и пирожные. Он угощал своими вкусностями друзей, соседей, сослуживцев. Однажды выпечку Человека попробовал его начальник.

— О, это очень вкусно. Мне кажется, стоит уволить тебя, чтобы чаще наслаждаться вкусом твоих пирожных. Я бы покупал их очень часто.

Начальник хоть и был сладкоежкой, но Человека не уволил. Человек уволился сам. И открыл кондитерскую. Маленькую домашнюю кондитерскую. В которой Человек делал всё сам. Сам выбирал и покупал свежие продукты. Сам придумывал рецепты. Сам замешивал тесто. Сам выпекал. И сам продавал.

Очень скоро кондитерская стала популярным в городе местом. А Человек стал Кондитером. Он радовался своему успеху. И с удовольствием вставал в пять утра, чтобы к восьми порадовать первых посетителей свежей выпечкой.

Посетителей с каждым днём становилось всё больше. И Кондитеру приходилось вставать всё раньше, чтобы испечь ещё больше круассанов и булочек. И однажды Кондитер заметил, что больше не придумывает новые рецепты. И не напевает, когда месит тесто. И не улыбается первым посетителям.

Ему говорили, что нужно отдохнуть. Но он не мог оставить постоянных покупателей без свежей выпечки. И не мог позволить себе отдохнуть, потому что ему казалось, что если он хотя бы раз не встанет с утра и не испечет круассаны, посетители к нему больше не придут. А если не придут посетители, значит не будет денег. И он не сможет купить свежих продуктов. И придумать новый десерт. Жизнь остановится. И поэтому Кондитер вставал каждое утро. Снова и снова.

Однажды, ближе к обеду, в кондитерскую зашла хрупкая девушка. Она хотела купить круассан с банановой начинкой. Но его не было. На витрине лежали только кексы с изюмом и сладкие ватрушки. А рядом с витриной стоял печальный Кондитер.

— Скажите, а круассанов с банановой начинкой не осталось?

— Нет, они закончились час назад.

— Жаль, я очень люблю ваши круассаны. Они такие хрустящие. И вкусные. Я бы хотела научиться печь такие. Вам случайно не нужна помощница?

— Нет. Не нужна, — глядя в окно, ответил Кондитер.

— Что ж тогда до свидания, — улыбнулась, девушка. — До завтра. Я приду завтра пораньше. За круассанами.

На следующее утро Кондитер встал как обычно. И пока пеклись круассаны, он пел. И круассанов оказалось больше, чем нужно. Но ближе к 11 часам осталось всего два. А девушка не приходила. И тогда Кондитер убрал с витрины два последних круассана. Он оставил их для Неё.

Но она не пришла. Он ждал её на следующий день. И через день. Но она не приходила.

Он перестал откладывать круассаны. Но каждый раз, когда они заканчивались и кто-то из посетителей спрашивал, не осталось ли круассанов с банановой начинкой, он вспоминал о ней. И об их коротком разговоре. И круассанов он пек всё больше, но они всё равно заканчивались. И кто-то высказывал сожаление.

И однажды Кондитер понял, что еще больше печь круассанов не получится. И тогда он подумал: а что если взять помощника? И научить его печь круассаны. Но сможет ли он печь их с такой же любовью? И будут ли они такие же вкусные? И понравятся ли они посетителям? Ведь постоянные посетители любят круассаны, сделанные лично Кондитером. А вдруг им не понравятся круассаны, сделанные кем-то другим. А вдруг они будут слишком сладкие или недопеченные. Или вообще кто-нибудь отравится.

Кондитер думал о помощнике неделю. Минусов было много. И он рисковал. Но были и плюсы. Если он научит Помощника печь такие же вкусные круассаны, то у него останется время, чтобы придумывать новые рецепты. И появится время на отдых. И можно даже уехать в отпуск. В Италию. И вдохновиться итальянскими десертами. И испечь миндальный торт. Который давно хотелось испечь, но времени постоянно не хватало.

Еще через неделю Кондитер разместил объявление в местную газету. Он написал, что ищет Помощника Кондитера. На следующий день после выхода газеты к Кондитеру приходили Помощники. Но у каждого из них был какой-то недостаток, который мешал Кондитеру доверить Помощнику выпечку круассанов. У одного были длинные волосы, которые могли попасть в выпечку. У второго была не очень свежая одежда. Третий говорил с сильным акцентом. Кондитер боялся, что своим акцентом он распугает всех посетителей.

И даже те, у кого не было существенных недостатков, отчего-то не нравились Кондитеру. Никому он не мог доверить свою кухню. Никого он не мог пустить за витрину к посетителям.

Кандидатов в помощники становилось всё меньше. А потом они перестали приходить. И Кондитер смирился с тем, что будет сам печь круассаны. И с тем, что в отпуск поедет не скоро. А может и не поедет вовсе.

И каждое утро Кондитер вставал и пек круассаны. Без удовольствия. На автомате. Но казалось, никто не замечал этого. Круассаны оставались такими же вкусными. И посетители были довольны.

Но однажды утром в кондитерскую зашел молодой человек. Он взял кекс с изюмом и чай. А потом подошел к витрине и сказал:

— У вас очень вкусные кексы, я регулярно захожу полакомиться ими. Но сегодня они особенно хороши. Мне кажется, вы добавили немного лимонной цедры?

— Да, вы правы. Я случайно просыпал в тесто немного. Совсем немного. Удивительно, что вы почувствовали.

— Я люблю десерты. И с удовольствием пеку дома. Хотя у меня не получается так же изысканно, как у вас.

После этого разговора настроение у Кондитера было прекрасное. Он пел. Много улыбался. И даже испек миндальный торт. А всё потому, что он увидел человека, которому доверил бы выпечку. И которого ему захотелось научить всем секретам.

А когда в следующий раз молодой человек пришел насладиться десертом, Кондитер предложил ему стать Помощником. Тот согласился. И с тех пор в кондитерской по утрам было много круассанов, а ещё миндальный торт, земляничный тарт и разные другие вкусности.

Кондитер был счастлив. Каждую неделю он придумывал новый десерт. И самые удачные вписывал в основное меню. И вскоре основное меню состояло из новых десертов. Исключением стали лишь круассаны с банановой начинкой.

— Мне, пожалуйста, капучино и земляничный тарт, — глядя на витрину сказала девушка. — С собой.

— Хорошо, — ответил Помощник.

— Раньше здесь пекли вкусные круассаны, — вздохнула девушка.

— Сейчас тоже. Они быстро заканчиваются, — улыбнулся Помощник, — приходите завтра пораньше.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
Бесплатно
печатная A5
от 270
Купить по «цене читателя»

Скачать бесплатно: