электронная
432
печатная A5
664
16+
Шекспировы сонеты

Бесплатный фрагмент - Шекспировы сонеты

Переводы и оригинал на английском языке

Объем:
416 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4490-2633-0
электронная
от 432
печатная A5
от 664
Шекспир и Анна Гесуэ
Картина Томаса Брукса (Thomas Brooks, R. A., род. в 1818)

В переводе Веры Якушкиной

Издание 2-е, исправленное

Москва 2018 год.

ВИЛЬЯМ ШЕКСПИР
(23 апреля 1564 — 23 апреля 1616)
(Титульный лист Первого фолио. Гравюра М. Дройсхута. 1623 г.)
Оригинал «Сонетов» печатается по изданию: Shakespeare, William, 1564 — 1616. The sonnets/ edited by
G. Blakemore Evans; with an introduction by Anthony Hecht. — (New Cambridge Shakespeare).- Cambridge University Press 1996.

ВИЛЬЯМ ШЕКСПИР — БЫЛ ИЛИ НЕ БЫЛ?

Вера Якушкина (Размышления дилетанта)

«…я привожу мысль об анонимности творчества…
Ведь время все равно удалит личность. А мы творений духа временные стражи…
Светочами жизни будут стоять творения анонимные, причем подписи будут лишь сопроводительными марками». Н.К.Рерих

1. Существует ли тайна Вильяма Шекспира?

Тень Вильяма Шекспира с каждым веком обретает всë новые очертания. Кто скрывался под этим мистическим, гениальным именем и скрывался ли? Чем дальше во времени мы удаляемся от этой тени, тем больше эта тайна будоражит умы шекспироведов и простых почитателей, но, вероятно, так никогда и не будет раскрыта. И тем лучше для человечества, потому что в случае раскрытия тайны, каждый, кто считает себя чуточку посвящëнным, приобщившись к ней, потеряет жгучий интерес к загадочному гению Шекспира и в душе поселится разочарование. Мысль костенеет, когда нечего искать. Ведь и теорема намного интереснее аксиомы. И пусть звонкое эхо тайны переливается из века в век, будоража трепетные и пытливые умы, заставляя их обнаруживать все новые нюансы в неувядаемых рифмах.

В сонетах Шекспира, которые были опубликованы, вероятнее всего, без ведения их автора, так ярко отражен любовный треугольник, что это никак не может пройти мимо внимания. Ведь чужие чувства, страсти и пороки так привлекают людей, дают пищу для обсуждения и осуждения, негодования, и особенно для тех, кто сам не без греха. А кто из нас не без греха?

Гордое Время не выдает своей тайны, оно молчит, разрушая последнюю надежду, создавая новые варианты гипотез, обращая все научные и художественные предположения в тлен и привлекая все новых исследователей. Тайна продолжает свое шествие. Тайна привлекает до тех пор, пока она не разгадана. И кто бы не скрывался под именем Вильяма Шекспира, он гениально спрятался за тяжелым занавесом Времени.

Поэт Кристофер Марло, философ Френсис Бэкон, большое семейство Пемброков, — Мэри Герберт графиня Пемброк (урожденная Сидни) и еë сыновья Вильям и Филип, а также еë племянница, загадочная крестница (или дочь?) королевы, — Елизавета Сидни с супругом Роджером Меннэрсом 5-м графом Рэтлендом, сама королева Елизавета, и еще около пятидесяти претендентов или тот, единственный Вильям Шекспир из городка Страдфорд? Доводы ко всем интересным версиям приводятся довольно убедительные. Искренне веришь каждому исследователю. Особенно, поскольку я отношусь к слабому полу, хочется надеяться, что Шекспиром была всë-таки женщина! Потому что только женщина может так тонко чувствовать, болезненно любить и темпераментно ревновать. И как жаль, что приходится признавать, порой, совсем иные факты, увы.

И, на мой взгляд, каждая версия, будь она научная либо художественная, имеет право на своë существование. Исаак Ньютон утверждал, что результаты научных наблюдений нельзя опровергнуть их критикой, а гипотезе следует противопоставить другую гипотезу.

Так скрывался ли кто-то под маской Шекспира? И почему возник этот вопрос не четыреста лет назад, во времена Шекспира, а только спустя почти сто пятьдесят лет. Вопрос авторства не возникал в XVII веке, возможно потому, что это был секрет Полишинеля, все было ясно, — кто есть кто? Но на радость бесчисленной армии профессиональных исследователей и дилетантов — любителей, к которым принадлежит и автор этих размышлений, все неутомимо и пытливо изощряются в самых невероятных предположениях и доказательствах на радость удивленным читателям.

Тогда, на рубеже XVI–XVII веков еще не было такой науки — литературоведения и спустя столетия появились сомнения в авторстве простого полуграмотного, как некоторые считают, сына «перчаточника». Не осталось никаких рукописей, черновых набросков, писем, — никаких творческих подтверждений. Одно лишь корявое скрупулезное завещание, написанное чужой рукой и подписанное дрожащим больным Вильямом Шекспиром, в котором не были отражены ни рукописи, ни сборники сонетов и пьес, ни книги, которые стоили в то время очень дорого и обязательно были бы отражены в завещании человеком, который судился с соседями из-за нескольких монет.

Шекспира упрекают, что в жизни он был далек от идей и принципов, которые проповедовал в своих пьесах и сонетах. Исходя только лишь из одного злополучного завещания, некоторые сделали вывод, что он сам не отличался порядочностью. Но это ни на чëм не основанные преположения. А вот гениальный Френсис Бэкон, например, судя по письмам и документам, действительно поступал подло по отношению к своим бывшим друзьям и благодетелям, уничтожая их ради материальной выгоды.

Самым загадочным считается то, что в апреле 1616 года, на смерть Вильяма Шекспира, не было никаких откликов. В то время, как на уход из жизни всех других, даже менее значительных авторов, сохранились эпитафии или посвящения в поэтических сборниках. Но не будем углубляться в те времена, когда талант и произведения драматургов и поэтов не считались достойными восхищения, а возьмëм даже сегодняшний день. Ведь почти всегда гений и талант является изгоем при жизни и признаëтся только после смерти. Полузабытый и разочаровавшийся в жизни Вильям Шекспир, затëртый не столь талантливыми, но более молодыми и дерзкими, давно уже ничего не писал и медленно угасал в своем родном провинциальном Страдфорде. Может быть поэтому и литературный мир не отозвался на его смерть, бойкотируя молчание Шекспира?

Великого барда подозревают в раздвоении личности, но кто знает, ведь гениальность, как считают медики и завистники, — это совсем рядом с безумием. Возможно, подозрения и не лишены оснований? Или, как считает профессор психологии Страдфордского университета Льюис Терман, который первым ввел «уровень интеллекта» — IQ, одарëнные люди порой прибегают к самозащите, скрывая свой высокий интеллект и глубокие знания по различным вопросам, чтобы не создавать дистанцию между собой и людьми. Хотя последние публикации опровергают и даже отрицают необходимость определения уровня интеллекта, т.к. примитивные тесты не могут определить неожиданные мозговые решения

Литературоведам показалось странным несоответствие между эрудированным, разносторонне одарëнном, много повидавшем Великом Гении, написавшем прекрасные творения, сохранëнными для нас историей с реальной личностью скромного провинциального человека, не очень способного актера, сыгравшего только одну роль, — тень отца Гамлета.

Богатый язык Шекспира включает более 15-ти тысяч слов, это в три-четыре раза больше, чем язык его современников. Кроме того, Шекспир ввел в английский язык три с лишним тясячи новых слов. Считается, что современный англичанин с высшим образованием имеет в своëм лексиконе около четырëх тысяч слов. Не знаю, подсчитывал ли кто-нибудь из россиян, — каков запас слов большинства наших сограждан, но судя по некоторым популярным передачам телевидения, в которых они активно участвуют, цифра, вероятно, очень скудная.

Многие литературоведы едины во мнении, что тот, кто писал под именем Шекспира знал нескольких иностранных языков, греко-римскую мифологию, использовал в своих сочинениях тексты древних и прочих авторов, даже не переведенные в то время на английский язык, прекрасно разбирался в музыке, морском деле, медицине, был знаком с придворным этикетом и условностями высшей знати. По предположениям исследователей, этот человек должен был очень хорошо знать то, что с таким блеском описывал. Действия комедий и трагедий происходят в придворных кругах, где ценилось остроумие и блеск реплик, неиссякаемых шуток и каламбуров. Личность художника, создающая шедевры всегда отразит в произведении свое мировоззрение, тонкости психологии, личные качества и пережитые жизненные бури. А мог ли все это отразить бедный провинициальный актер? А почему нет, если он был гением?

Ведь почти ничего не известно из биографии Шекспира о его литературном творческом становлении, особенно покрыты мраком десять лет, — с 1582 по 1592. Где он был, чем занимался? Может быть, это были годы учëбы талантливого и гениального самоучки? Нигде это не отражено, потому что никто (как и он сам) не придал значения неожиданному драматургическому проблеску, когда Шекспир вдруг начал очень талантливо переделывать малоизвестные или бездарные пьесы, за что его, кстати, еще и обвинили в плагиате (но, насколько известно из истории сотворения мира, все писатели — отчасти плагиаты, вопрос в том, насколько они талантливее предшественников, не так ли?) За эти таинственные десять лет небытия можно было выучить не один язык, побывать во многих странах (например, в свите какого-нибудь породистого джентльмена), перечитать массу книг, наконец. Может быть Шекспир и не был романтиком (судя по судебным делам и жажде приобретения недвижимости), но, как говорит Тони Мейснер в своей книге «Вундеркинды: Реализованные и нереализованные способности» (/Пер. с нем. Г. Рыбаковой, — М.:КРОН-ПРЕСС, 1997), из всех форм одаренности, лингвистические — единственные, которые редко проявляются в юном возрасте и, как он говорит, — «…в постижении законов языка не помогут ни логика, ни большой запас знаний….нельзя создать ни одного значительного произведения ни в прозе, ни в поэзии без соответствующего жизненного опыта…» Т. Мейснер приводит примеры, как гениальные люди за месяц изучали иностранный язык, в том числе древние и мëртвые языки.

Огромный запас знаний, который получают гении за короткое время, «не способ лишь «накормить» свою голодную память, они своим богатым воображением воссоздают свой собственный мир, учитывая все жизненные противоречия, человеческие слабости, принимая или пренебрегая духовными ценностями, живя в своем мире разума и чувств.

Рукописные Сонеты Шекспира, которые называли «сладостными» или «медоточивыми», ходили по Лондону с 1598 года и за ними охотились издатели. Одним из первых, кто завладел пятью сонетами, был издатель Джаггард, который включил их в пиратское издание «Страстный пилигрим», приписав Шекспиру и стихи других авторов.

Издатель Томас Торп первый полностью издал «Сонеты» Шекспира в 1609 году, озаглавив данное издание — «Шекспировы Сонеты» («Shakespeare’s Sonnets»).

Почему они были названы именно так? Ведь обычно для тех времен, сначала на титуле обозначалось название, а под ним уже более мелкими буквами писали имя автора, или вообще не писали.

Считается, что Сонеты — это единственный источник, из которого можно узнать что-то о душе автора, о его настроениях, привязанностях, о его миросозерцании, отношении к свету. Но ведь стихи, сонеты писались и на заказ, как это делается и в наши времена. Возможно, это тоже были заказные работы? Тогда вопрос о личности того, кто писал Сонеты совершенно ничего нельзя будет определить. Судя по Сонетам, иногда это похоже на переписку. Некоторые исследователи уверяют, что сонетов было больше и предлагают даже восстановить утраченные. Очень похоже, что это так, ведь из сонетов следует, что имя, которое хочет прославить на века Вильям Шекспир было названо, но где оно (может, — зашифрованое), какое имя?

Одни вопросы. И это не удивительно, потому что человек -существо любопытное и ему всегда интересно посмотреть в глаза тому, кто так неповторим, гениален и откровенен в своих мыслях и чувствах, особенно, если они затрагивают душу тех, кто вчитывается в чарующие строки.

Еще большая интрига в посвящении этого издания, подписанном буквами «Т.Т.», т.е. инициалами издателя Томаса Торпа, где после каждого слова стоит точка, в результате чего, текст как будто вбивается в мозг отрывистым «стаккато», гипнотизируя и протягивая невидимую ниточку для разгадки неведомого и таинственного «Mr. W.H.», которому эти Сонеты и посвящены.

Слово «begetter» можно истолковать по разному, — творец или вдохновитель.

Посвящены или он явился их вдохновителем? Теорий на сегодняшний день великое множество. Мне больше нравится идея, что инициалы W.H. относятся к Вильяму Герберту, графу Пемброку, старшему сыну Мэри Сидни Герберт, графини Пемброк, который на момент знакомства с Вильямом Шекспиром был в нежном юношеском возрасте и в дальнейшем поддерживал с ним дружеские отношения всю жизнь. Тем более, что ему же и его брату Филипу графу Монтгомери, было посвящено и первое издание драматургических произведений. Эту мысль, высказанную исследователями Брайтом в 1819 году и Боденом в 1832 году, отразил Георг Брандес в книге «Шекспир. Жизнь и произведения.» (перевод В.М.Спасской и В.М.Фриче). Хотя иногда в образе юного белокурого друга, к которому обращены строки сонетов, явно просматривается юный актер, исполнявший женские роли. Может быть, юный и очаровательный Вильям Герберт, еще не будучи графом Пемброком, не испрашивая королевского разрешения, шутки ради, сам принимал участие в спектаклях в качестве актера, талантливо воссоздавая образы Адониса и прекрасной Елены?

Исследователи предполагают, что Шекспир изобразил себя в одном из самых глубоких из его образов, — Гамлете. Внутренний мир этого героя наполнен трагизмом, роковым для него противоречием и одиночеством. Чем, какими жизненными событиями была отравлена его душа, — нам неизвестно. Рано умершего единственного сына Вильяма Шекспира звали Гамнет, возможно эта похожесть имени не случайна? И смерть ребëнка вызвала в нем такое разочарование в жизни и обострила его душевную ранимость, которая, как оголëнный нерв, пронзает нас от соприкосновения с образом Гамлета. И в Сонетах поэт говорит о трагедии потери близких, о муках, которые он пережил от смертей. Эти предположения — попытка хоть как-то связать жизнь знаменитого барда с его литературным творчеством, которое существует совершенно обособленно от его жизни, от его воспитания, обучения.

2. Портреты Вильяма Шекспира

Один из самых известных портретов Вильяма Шекспира, — работа Мартина Дройсхута, который, как отмечает в своей книге «Кто придумал Шекспира?» В. Новомирова, является фактически тайнописью, так как и камзол на нем странный, — одна половина изображена со спины, обе руки — левые, у него есть еще и два лица, — такой двуликий Янус.

Изображений совершенно разных Вильямов Шекспиров в портретах множество, но нет ни одного настоящего описания его внешности. Ни в письмах, ни в прозе нет описаний его человеческой сути, его привычек и черт характера. А портрет, помещенный в Первом Фолио 1623 года, и который повторяют до сих пор множество переизданий произведений великого Мастера, считается мистификацией. Он вызывал смех у тех, кто знал настоящего Шекспира, — почему?

Возможно, эта маска действительно соединяет в себе черты нескольких человек, приложивших руку к произведениям?

Кассельштедская маска Шекспира

В №157 за 24.08.2000 г. газеты «Труд», в маленькой заметке «Диагноз через пять веков», на вопрос О. Пивоваровой — Можно ли по портрету человека определить, чем он болен, искусствовед Валерия Игнатова ответила: «Можно. Например, немецкие офтальмологи поставили Шекспиру диагноз: смертельная лимфасома желез — по его портретам. А до этого профессор английской литературы в университете в Майнце Хильдегард Хаммершмидт-Хюммель, изучив два портрета драматурга и его посмертную маску, во-первых, установила, что все они сделаны с одного лица, а именно — Уильяма Шекспира (в чем раньше шекспироведы весьма сомневались). А во-вторых, она заметила, что на всех трех изображениях на левом веке вверху отчетливо видна та самая опухоль.»

Может быть именно физическим недостатком объясняется скромность или стеснительность Шекспира, его необыкновенная доброта, терпимость, постоянное желание уйти в тень.

Валентина Новомирова в книге «Кто придумал Шекспира?» утверждает, что если с титула Первого фолио вырезать портрет Вильяма Шекспира, как советует Бен Джонсон в стихотворении «К читателю», рекомендуя на портрет не смотреть, то под ним мы увидим имена подлинных авторов произведений, — лордов Вильяма Герберта, графа Пемброка и его брата Филипа Герберта, графа Монтгомери. А третьим, основным «Потрясающим копьем», является тот, о ком говорит Бен Джонсон в поэме «Памяти моего возлюбленного автора», т.е. их мать — Мэри Сидни графиня Пемброк, которую он называет «сладостным лебедем Эйвона».

Портрет действительно странный, карикатурный, с большой головой, удлиненными лбом и шеей, с очень узкими плечами. Голова лежит сверху на воротнике, как на щите или на блюде, будто отделëнная от шеи. Лицо — маска, за которым скрывается другое лицо. В. Новомирова предполагает, что этот портрет был срисован с портрета юной Мэри Сидни с изменениями и исправлениями, в результате чего получилось изображение мужчины. Что и вызывало смех у всех, кто знал графиню.

Интересно то, что ни один из предполагаемых портретов не похож на страдфордский бюст в храме святой Троицы, где Шекспир изображен в виде упитанного джентльмена, перед которым первоначально лежал мешок, впоследствии переделанный в некое подобие подушки-подставки для письма и в руке монумента оказалось перо.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 432
печатная A5
от 664