Бесплатный фрагмент - Семейный Совет

Горбачёва Дарья

СЕМЕЙНЫЙ СОВЕТ

Двадцатитрёхлетний парень Андрей жил в самой обычной трёхкомнатной квартире в Хрущевке вместе со своими родителями и тетей по линии отца. Хотя последняя всё же больше там гостила, нежели жила. Семья…….ну такая…..соседи не жаловались, и то хорошо. Тётя Люда, мама Андрея или «Дрюни», как она его постоянно называла, работала на заводе, была старшей в цеху. Поэтому говорила она с человеком всего один раз, дальше она просто кричала. Отец Андрея, дядя Лёша, работал на этом же заводе, поэтому в отпуск они с женой ездили вместе и в один и тот же санаторий. Характер у него был, как говорится, ни рыба ни мясо, но он и не против был, его всё устраивало. Тётя по линии отца, которую любили все, нигде не работала, но всегда всё знала и во всем разбиралась, очень разносторонним человеком была эта тётя по линии отца. Дядя Лёша её боялся, но больше неё он, наверно, боялся всё-таки свою жену. Сестра дяди Лёши не была у них прописана, и в общем-то с ними не жила, но очень любила там оставаться, поэтому «особенно говорливые бабушки на лавочке», а иногда даже и не бабушки, считали своим долгом кинуть в её след своё «Да она у них уже прописалась!». Её звали Светлана, и она не любила когда её называли «Светик» или «Светунья» или даже «Света». Она была просто «Светлана». У нее из года в год не выходила из моды перламутровая помада и перламутровый лак для ногтей. Сам Андрей никого из них не боялся, но жить с ними он уже как-то подустал.

Он работал дистанционно, набирая банальные тексты на компьютере, получая за это кое какие деньги. Бывало, выходил подрабатывать в кафе «Прохлада», где и познакомился со своей подружкой Леной.

Вот отсюда и берёт истоки наша история.

Лена эта была приезжей, и не откуда-то, а из Новороссийска — знала толк в развлечениях. Она была младше Андрея на два года, и как будто бы была более живой, везде всё успевала, быстро соображала. Когда Андрей с ней познакомился, она работала официанткой в кафе, но работала она там по вызову — когда на банкет, когда на подмогу. Жила в общежитии №4 кулинарного института, но старалась появляться там только ночью. Уж больно тошнило её от этого места. Но Андрей, конечно, влюбился сильно. А таким мальчикам, как Андрей, влюбляться сильно — вредно для здоровья. Особенно в таких девочек, как Лена. Он всегда ждал конца её смены и они шли гулять. Ну то есть как «гулять», он просто её провожал до её общежития, причем всегда думал, что прогуляется с ней хотя бы на километр дальше. Но Лена очень уставала, и с такими мальчиками как Андрей ей не очень сильно хотелось идти гулять ночью дальше своего общежития.

В общем, продолжалась вся эта канитель до поры до времени, а со временем из них уже кое какая пара выросла, пока Андрею не пришла в голову мысль, что надо свою Лену со своими родственниками-сожителями познакомить. А тётя Люда как раз огурцы засолила……..ему аж плохо стало от этих представлений.

— Лен, а ты не хочешь сегодня вечером в гости ко мне прийти?

Лене хоть утром, хоть вечером, ей в общаге оставаться не хотелось.

— А чё нет? С родителями меня познакомить хочешь?

Лена была еще и догадливой, Андрей не мог её дальше общежития выгулять, а тут к себе домой зовёт, на тет-а-тет.

Андрей очень не хотел её знакомить со своими родителями и тетей, которая все знала и во всем разбиралась. Ему не хотелось её вообще к своему дому подводить, к этим бабкам, а где-то даже и не бабкам. Но всё же считал он, что «надо» совершить хотя бы этот подвиг, переступить через себя во имя любви, ну и по возможности не быть пойманным с Леной его мамой в прекрасный час. Поэтому тяжело вздохнув, он отправил «ритуально-воздушный» поцелуй своей «ненаглядной», сказал ей что к пяти часам вечера подойдет ко входу её общежития, на что Лена ответила, что ради этого даже в общежитии посидит и подождет.

* * * * * *

В день Х Андрей таки встретил Лену и отправился с ней к себе домой. И вот взволнованно Андрей зашел в свою хрущевку вместе с Леной. Уже в лифте Лене стало смешно от этих надписей, рекламных бумажек и запаха бабушек (а может быть даже и не бабушек). А Андрею было страшно. Страшно, потому что лифт уже приехал на его этаж.

Дома творился хаос. Суматоха! Пока в духовке готовилось мясо, тётя Люда уже успела поругаться с мужем, послать золовку, уронить три тарелки, разбить одну из них, но зато успела накрутить волосы, сделать макияж, ведь её сын сказал, что приведёт в гости одного очень важного человека, но не уточнил кого именно. Дядя Лёша особо не напрягался, у него в шкафу стояла бутылочка пятизвездочного и одна рюмочка с золотой каёмочкой, вот эту ж рюмочку он хранил очень долго. А вот Светлана зачем-то пригласила своего ухажера, который её содержал. Она его приглашала только по особо важным случаям.

Звонок в дверь. Тремор. И у Андрея, и у родственников. Тётя Люда начала креститься слева направо, потом остановилась и продолжила как надо — справа налево. Дядя Лёша проверил, стоит ли на месте пятизвёздочный (все от ухажера сестры прятал) и пошел к жене.

— Ну чего стоишь? Открывай быстрее! — нервничал дядя Лёша и пробормотал «Стоит и крестится». Тётя Люда открыла дверь и всё. Никогда и нигде, ни мир, ни что-нибудь ещё, не видели такой шоковой физиономии, точнее физиономий — их же было несколько. Среди них выделялась физиономия Андрея, которая выражала страх и беспомощность, и даже сожаление.

— Ой, Дрюнь! — произнесла тётя Люда, вылупив глаза как копейки. — А кто это?

— А это………тот самый важный человек, о котором я говорил! Сюрприз!

Тётя Люда чуть не свалилась прям там…….в тамбуре. Ситуацию разбавила «папина сестра» Светлана.

— Проходите, родненькие, чего же вы стоите на проходе то? Давай, Андрей, тащи тапочки для девушки, полы холодные, не май на дворе! — Светлана и впрямь соображала что-то в этой жизни.

Тётя Люда вышла с тамбура как из склепа, захлопнула дверь и подошла к Лене.

— Людмила Денисовна. Мама Андрея.

Лена улыбнулась и смахнула волосы с плеч.

— Приятно, Лена. А вы папа? — она повернулась к дяде Лёше, который уже мысленно держал в руках рюмочку с золотой каёмочкой.

— Верно, Алексей Витальевич! — он взглянула на жену и нахмурился, а та пожала плечами. Они были в смятении.

— Давайте, мойте руки и за стол! — командовала Светлана Витальевна — Андрей, давай давай, ну что вы как неродные? Еда стынет! — Светлана приготовила своими руками мясо по — французски и ей не терпелось попробовать.

Андрей и Лена сели за стол. Тётя Люда носила уже вовсю тарелки, дядя Лёша молча стоял у стола, знаете, как бывает, руки в карманы и видимость контроля за процессом. А Светлана со своим женихом Виталиком уже целились на яства. Не сказать бы, что Лена очень любила есть, она по комплекции была меньше Светланы в 3 раза. Но гостеприимная атмосфера, которую установила Светлана, расположила Лену к застолью. После того, как все уселись, наступила гробовая тишина и только на фоне играло что-то из репертуара Игоря Талькова. Светлана чавкала уже, вытирая с подбородка свою перламутровую помаду, Виталик ждал, когда его невеста дочавкает и откроет бутылку брюта. Тётя Люда, нахмурившись так, словно сына в армию провожает, сидела и исподлобья глядела на Андрея, а дядя Лёша исподлобья глядел на тётю Люду, в общем………Андрею было не по себе.

— Ну…..-начала тётя Люда — Чего вы сидите? Накладывайте себе, вон смотрите — и тётя Люда начала перечислять абсолютно все блюда, что были на столе — Давай Дрюнь, поухаживай за девочкой, всё таки важный гость!

Андрей сразу выпрямился.

— Мам, Лена так то не голодна особо, да ведь, Лен? — он посмотрел на девушку так, будто бы хотел, чтобы она ему подыграла, но Лена не поняла его намека.

— Я бы поела оливье и……..сыра, думаю.

Тётя Люда, уставившись на Лену, что-то там про себя «покумекала» и обратилась к Светлане.

— Свет, подай пожалуйста тарелку с сыром.

Светлана со своим восклицательным «Да, конечно!» подала тарелочку с сыром. Лена была счастлива, но даже когда ей подали оливье и сыр, её внимание всё равно, волей или неволей, переключалось на убранство квартиры. Эта квартира, как говорится, передалась из рук в руки, а семья дяди Лёши и Светланы не голодала никогда. На потолке углы с красивой лепниной, у стенки стоял сервант из красного дерева, а внутри серванта блюдца и чашки из старой и доброй Чехословакии, а некоторые сервизы были и вовсе из Латвии, всё это переливалось то синим цветом, то красным, то желтым, то серебристым.

— Давайте знакомиться! — воскликнула тётя Люда. Дядя Лёша хлопнул в ладоши и посмотрел на Лену.

— Совершенно верно! Как, где, откуда и …… — он остановился, потому что жена очень не по-доброму на него взглянула. У него от этого взгляда аж кровь в жилах застыла, а этот физиологический процесс никогда не бывает к добру. Он аккуратно закончил свою мысль

— …..и куда?

Лена жевала сыр, ей было понятно, что от неё хотели родители Андрея, потому, чтобы не заставлять их ждать, она с набитым ртом вступила

— Да чё рассказывать? Я Лена, мне двадцать один год, учусь, работаю. — и она пожала плечами так, будто в этой информации не было ничего такого. Ну она, конечно же, была права.