Бесплатный фрагмент - С лица воды не пить

Все права защищены.

Ни одна часть данного произведения не может быть воспроизведена, сохранена или передана в любой форме без письменного разрешения автора.

С ЛИЦА ВОДЫ НЕ ПИТЬ
AMANTEA

«Первая любовь редко становится последней.

Но именно она чаще всего делает нас взрослыми.»

С лица воды не пить

Когда Алина была маленькой, ей всегда казалось, что с ней что-то не так.

Не уродливая. Не глупая. Обычная.

Но именно эта обычность пугала её больше всего.

Во дворе были девочки ярче, смелее, красивее. А она росла тихой и слишком взрослой для своих лет. Пока другие спорили о музыке и мальчиках, Алина сидела вечером на кухне рядом с бабушкой и слушала её разговоры о жизни.

— Запомни, — говорила бабушка, размешивая чай. — С лица воды не пить. Красота проходит быстро. А вот душа человека либо согревает тебя всю жизнь, либо разрушает.

Тогда Алина только улыбалась.

В семнадцать лет такие слова кажутся старыми и ненужными. В семнадцать лет хочется любви.

Когда в её жизни появился Артём, ей показалось, что мир наконец начал складываться правильно.

Он был из тех парней, которых замечают сразу. Высокий, уверенный, шумный. Умел смотреть так, будто кроме тебя рядом никого нет. Умел смеяться громко, жить широко и разговаривать так, словно весь мир принадлежит ему одному.

Алина влюбилась почти сразу.

Наверное, даже не в него самого, а в ощущение, что такой человек выбрал именно её. И между ними почти сразу возникло что-то странное. Иногда ей снился сон — короткий, непонятный, будто он просто стоит рядом и молчит. И она уже знала: сегодня он появится.

Так и происходило.

Вечером он звонил или неожиданно приходил сам. Сначала это казалось совпадением. Потом — привычкой. А позже Алина начала думать, что между ними существует какая-то невидимая нить, которую невозможно разорвать.

Их отношения никогда не были спокойными.

С Артёмом было либо слишком хорошо, либо слишком больно. Они могли всю ночь просидеть на старой лавочке возле дома, разговаривая обо всём на свете. Иногда Алина возвращалась домой под утро — уставшая, замёрзшая, но счастливая.

Ей казалось, что он понимает её так, как никто другой. И, наверное, именно эти разговоры держали его рядом с ней столько лет.

Не внешность. Не привычка. А то чувство, которое он испытывал рядом с ней.

С ней можно было молчать. Можно было говорить до рассвета. Можно было быть собой.

Но вместе с этим Артём причинял ей много боли. Он был слишком молодым, слишком самоуверенным и слишком привыкшим чувствовать себя главным.

Иногда он специально рассказывал ей о других девушках. Иногда исчезал на несколько дней. Иногда говорил вещи, которые больно били по её самооценке.

— Я-то себе всегда кого-нибудь найду, — говорил он. — А вот ты… ты слишком домашняя. Такие обычно одни остаются.

Алина смотрела ему прямо в глаза и спокойно отвечала:

— Это мы ещё посмотрим.

Но внутри всё равно что-то болезненно сжималось.

Она никогда не была бесхарактерной.

Наивной — да.

Влюблённой — да.

Но не сломанной.

Пока сама училась, вечерами она переписывала для Артёма конспекты. Он часто прогуливал институт, брал тетради у друзей, а потом приносил их ей.