печатная A5
428
12+
Русала

Бесплатный фрагмент - Русала

Объем:
224 стр.
Текстовый блок:
бумага офсетная 80 г/м2, печать черно-белая
Возрастное ограничение:
12+
Формат:
145×205 мм
Обложка:
мягкая
Крепление:
клей
ISBN:
978-5-4490-9035-5

Пролог

Океан взволнованно шевелил волнами, вспенивая северные берега.

В его глубинах рождалась новая жизнь, и он был взбудоражен, с любопытством наблюдая, кто же появится на свет в этот раз.

В его водах каждый день кто-то рождался и появлялся на свет. В его водном мире было много разных живых существ. Но сегодняшний день был особенным. Сегодня рождалось дитя морского Царя и Его супруги, и весь водный мир с нетерпением ждал, желая узнать, какой подарок морскому царству преподнесут Цари на этот раз.

Это, конечно же, было уже не первое дитя, рождённое Царями на свет. У них уже было восемь замечательных отпрысков, достойных своих великих родителей. Но особенность этого царского семейства заключалась в том, что они были Водными Нимфами.

Получеловеки-полурыбы.

И из всех водных существ они обладали самыми большими возможностями и способностями. Поэтому заботу о Водном Царстве доверили именно им.

Каждая водная нимфа обладала своими собственными способностями, возможностями и талантами, которыми награждал их при рождении Творец Вседержитель всего Сущего. Каждая новорождённая нимфа встречалась как подарок. Ведь все в Водном Царстве знали, что это новый защитник и покровитель всех Вод и Земель. Так их создал Творец. Получеловеками-полурыбами. Чтобы они своими способностями могли объять и Воды и Земли.

Какая именно Земля будет закреплена за новорождённой нимфой — определялось просто. Возле каких земель произойдёт рождение, той земле и будет покровительствовать новая водяная нимфа.

На этот раз Морскую Царицу роды застали в Северных Водах возле великих Земель Руси.

Природа в тех краях была сурова и мощна. И Старейшины, приплывшие к моменту появлению нимфы на свет, в один голос сошлись на том, что новорожденное Дитя будет таким же суровым и мощным Покровителем, как и эти Великие Земли. И что Дитя будет мужского пола. Шестой сын из восьми уже имеющихся детей Морских царей, среди которых уже были три девочки и пять мальчиков.

На небосводе ярко светила Звезда Тара, освещая ночь своим сиянием, и Старейшины озадачено и с любопытством переговаривались, пытаясь предугадать, какими талантами и способностями будет обладать нимфа, рождённая в Землях Руси и под покровительством Звезды Тары.

Каждый в их мире знал, что в момент рождения сочетание Земли и Звезды во многом определяют будущий жизненный путь нового живого существа, его таланты и способности. Как правило, обе части гармонично дополняли друг друга, усиливая и приумножая качества нимфы. Но в этот раз сочетание Земли и Звезды получилось крайне противоречивым. С одной стороны, Звезда Тара, известная своей безмерной нежностью и мягкостью. А с другой стороны, сильная и суровая Земля Русь, известная своим крутым и несговорчивым нравом.

Весь водный мир с нетерпением ожидал узнать, кто же из этих двоих возьмёт верх в качествах рождённого Дитя. Если верх возьмёт Земля Русь, то нимфа будет всегда суровым и сильным покровителем, и только изредка будут проявляться мягкость и нежность по отношению к окружающему миру. А если верх возьмёт Звезда Тара, то нимфа будет мягкой и доброй, лишь изредка проявляя суровый и сильный нрав.

Все шушукались и живо переговаривались, делая предположения, каким же будет рожденный мальчик.

И вот время пришло, и Царица родила своё девятое Дитя.

Первое, что поразило Старейшин, это то, что вместо мальчика родилась девочка.

Второе удивление вызвал цвет волос рожденной малютки. А точнее некоторые пряди, проявившиеся сквозь основную массу волосиков. При покровительстве Руси и Тары волосы нимфы по умолчанию могли быть только коричневыми. Но у рождённой малютки виднелись ещё пряди светлого цвета, очень похожего на красивый светло-жёлтый песок. Они словно золотые нити пронизывали всю небольшую пока длину волос и красиво обрамляли личико девочки.

И третье, что поразило Старейшин, что нежная и уступчивая Звезда Тара всё-таки взяла верх над напористой и несговорчивой Землёй Русь и именно мягкие черты Тары запечатлелись в характере девочки как основные и ведущие.

Это стало ясно сразу же, как только в поле зрения малютки попали старшие нимфы и другие существа и она сразу же заулыбалась всем вокруг во всю ширь своего маленького ротика. Её маленький хвостик тут же попытался сманеврировать ко всем сразу и подружиться со всеми, до кого она сможет дотянуться.

Царь-Отец едва успел поймать юркую дочурку, желающую обнять одновременно всех и вся.

Все понимающе заулыбались и закивали головой. Влияние Звезды Тары было неоспоримым и однозначным. С этой минуты все воды Северных Земель были просто обречены на безмерную нежность и заботу.

Закончив все необходимые действия после родов, Царь-отец всплыл на поверхность под покров ночного звёздного неба, чтобы перед всеми мирами засвидетельствовать рождение своего девятого Дитя и нового Покровителя Земли Русь.

Он поднял девочку высоко над водой и громко провозгласил её статус.

Все звёзды на небосводе и земли Руси радостно приветствовали рождённую нимфу.

И как того требовали правила их мира, на теле новорождённой нимфы должны были запечатлеть свои знаки и Земля, и Звезда, у которых родилась девочка.

На правом плече запечатлевался знак того, чьи качества будут ведущими. А на левом запечатлевался знак того, чьи качества будут вспомогательными.

И поэтому воздух вокруг девочки завибрировал, засиял и закружил.

И на правом плече девочки появилась золотистые отметина Звезды Тары — «Тр». А на левом плече появился знак Руси — «Рс».

В каждом символе две буквы были как бы вплетены друг в друга, создавая единый красивый рисунок.

Теперь осталось самое последнее. Дать девочке имя.

И Родители, и старейшины вертели девочку и так и этак, чтобы выбрать для неё подходящее имя, чтобы оно ей подходило и отражало её мягкую суть.

Но к очередному удивлению всех присутствующих, имя девочка определила себе сама.

Пока взрослые передавали её из рук в руки, выбирая имя, малышка всё время заворожено смотрела на одну из земель Руси, которая по ночам всегда светилась мягким золотым сиянием.

И как бы её ни крутили, а девочка всё равно выворачивала туда голову, любуясь красотой свечения этой земли.

Царь-Отец заметил любопытство девочки и взял к себе на руки. Повернув её лицом к золотистому сиянию, он указал в ту сторону.

— Эта земля называется Русское Золото, — объяснял он дочурке. — Её так назвали из-за её золотого свечения. А ещё эти места называют Алтай. И на языке Человеков Алтай тоже обозначает «золотой».

Царь-Отец ласково посмотрел на золотые пряди в волосах дочурки и сказал:

— На землях Руси есть Алтай, и в твоих волосах тоже есть Алтай. И раз ты Покровительница именно русских земель, то и имя тебе РусАла.

Морской Царь снова высоко поднял девочку вверх и громко провозгласил:

— Моё девятое Дитя, четвёртая Дочь! Покровительница Северных Вод и Русских Земель — Русала!

Все радостно заулыбались, приветствуя новорождённую нимфу и поздравляя мир с приходом новой покровительницы.

Сама же малышка уже сладко сопела на плече Царицы-Матери, утомившись от волнительных событий. И все уже разошлись, оставив счастливых родителей наедине, а по водной глади всё ещё продолжали плескать волны, омывая все остальные Земли новостью о рождении новой покровительницы.

И имя её — Русала!

Глава 1

Май 2018 года


Вероника раздражённо сверлила взглядом дверь кабинета директора, от которого собиралась выслушать очередную нотацию по поводу её грубого поведения с клиентом.

Она сидела в приёмной, ожидая своей очереди на аудиенцию, и сердито щёлкала пишущей ручкой, постукивая каблучком об пол.

Это была уже пятая по счёту претензия со стороны клиентов в её адрес. И каждый раз директор грозился её уволить в случае повторной жалобы. Но Вероника была слишком хороша в своём деле, чтобы от неё можно было вот так легко избавиться.

Она была просто суперклассным архитектором и прекрасно знала об этом. А также она знала, что специалистов такого уровня, как она, да ещё с таким уникальным даром инженерных решений при проектировании, как у неё, днём с огнём не найти. А ещё она знала, что молва о её профессиональной интуиции и оригинальных находках в проектировании и способности попадать в точку в желаниях заказчиков разошлась так сильно по их городу, что клиенты выстраивались в очередь к дверям фирмы, где она работала. И, разумеется, она знала, что её алчный и жадный к деньгам директор никогда не уволит её, пока она является для него золотой жилой.

Все всё прекрасно понимали. Но раз уж поступила жалоба от клиента, руководство просто обязано делать вид, что реагирует и принимает какие-то меры в отношении своих «распоясавшихся» сотрудников.

Вероника тяжело, громко и красноречиво вздохнула.

Ей уже тридцать три года, а она всё ещё сидит, как школьница, ожидая очередного выговора.

Она была уверена, что, закончив школу и поступив в университет, все подобные вызовы «на коврик» к директору закончатся.

Но нет.

После школьного директора был университетский декан. А после декана руководитель фирмы, где она работала уже восемь лет.

И она поверить не могла, что всё ещё кто-то за что-то её отчитывает!

От растущего гнева и обиды её бросило в жар.

На улице стоял май, и весна была в самом разгаре. А её горячие эмоции ещё больше усугубляли жару, стоящую в помещении.

Вероника стала энергично обмахиваться журналом, лежавшим рядом на столике, одновременно живо представляя себе, как она отхлёстывает им директора, не способного пропустить жалобу на неё мимо ушей, а ещё лучше заступиться за свою сотрудницу перед клиентом.

Образ его избитой физиономии до огромного сплошного синяка немного поднял ей настроение.

— Вот за это ты здесь и сидишь! — проворчала она тихо себе под нос. — Не распускала бы руки, не ходила бы всю жизнь по кабинетам.

Но она никак не могла не распускать руки! Потому что с самого детства в отношении неё их распускали все кому не лень.

Заигрывали, задевали, толкали, проверяли на вшивость, на дерзость, на силу, на доступность, на сговорчивость и так далее.

Каким-то образом она уродилась настолько приметной, что мало кто мог обойти её своим вниманием. И не сказать, что ослепительная красавица. Вполне себе обычная привлекательная, миловидная мордашка и ладная фигурка. Таких в их городе Владивостоке было пруд пруди. Но каким-то боком люди выделяли её из толпы и всегда обращали на неё внимание.

Соседская бабулька говорила ей, что всё дело в её характере. А точнее в какой-то энергетике, которую она излучала изнутри. Вот она-то, по словам соседки, и выделяла Веронику из сотни других. Мол, настоящая сила Земли от неё идет, и люди это чувствуют и тянутся к ней. А она, мол, неблагодарная, не понимает этого и отталкивает всех своим упёртым характером.

Девушка закатила глаза, вспомнив все эти россказни бабули. Она ни капли не понимала из слов соседки про энергии и внутренние тонкие миры. Она лишь видела, что все, кто «не приколочен», никак не могут обойти её стороной.

К десяти годам ей это так надоело, что она настояла, чтобы родители отвели её в школу боевых искусств, где она почерпнёт все необходимые навыки для самообороны и для отваживания любых приставал.

И с той поры в её жизни начался настоящий рай, в котором она регулярно квасила всем носы, выламывала руки, выворачивала ноги и задавала хорошую взбучку всем, кто покушался на её личное пространство.

И с той же самой поры начались её первые визиты к школьному директору по поводу первых жалоб от школьников. Родителям постоянно приходилось извиняться за дочь и молиться, чтобы она поскорее переросла этот драчливый подростковый период.

А Вероника словно всем на зло продолжала заниматься боевыми искусствами, перепробовав все виды, преподающиеся в школе, становясь всё только крепче, сильнее, увереннее и задиристей.

И вот ей уже за тридцать, а она по-прежнему сидит в ожидании выговора за то, что врезала по роже очередному мужику, которому захотелось получить от неё не только услуги архитектора, но и подстилки на ночь.

Она никогда не отличалась особой деликатностью и никогда не умела мягко обходить острые углы, чтобы мирно сгладить ситуацию. Её девиз был ровно один: не миндальничать, если что-то не нравится. Бить сразу в лоб. Хоть словом, хоть кулаком.

По её личному убеждению, так быстрее доходит.

Вот и с распоясавшимися клиентами её фирмы она поступала так же. За что и сидела в пятый раз перед дверью, на которую она уже изрядно окрысилась, и была уже очень близка к тому, чтобы снять её с петель и надеть на голову подлизывающемуся и прогибающемуся под ситуацию руководителю фирмы.

Наконец-то её вызвали в кабинет, и Вероника просто сорвалась со стула, пулей влетев в офис, всем своим видом демонстрируя негодование.

— Вам не кажется, что это переходит уже всякие границы?! — с порога рявкнула она.

— Так! Успокойся, девочка, — слащаво сказал её директор, мужчина сорока лет холёной наружности.

— Во-первых, я вам не девочка! — в бешенстве прошипела Вероника. — А во-вторых, вы с вашей бесхребетностью сидите у меня уже в горле!

Мужчину явно покоробило это её замечание. Но было видно, что состоятельные клиенты для него на первом месте, чем не менее ценные сотрудники.

— Но ты ведь понимаешь, что наши клиенты это особый класс людей, и они требуют к себе особого отношения и внимания, — умасливал её директор.

Вероника просто задохнулась от такого заявления. И она отчётливо увидела, что через секунду применит к нему все известные ей приёмы. И точно так же отчётливо увидела, как после этого смотрит на мир из окна с решёткой.

Поэтому она развернулась и, открыв дверь, что есть силы захлопнула её обратно, вложив в удар всю свою злость.

Дверь захлопнулась с таким грохотом, что и директор, и его секретарша по ту сторону кабинета буквально пригнулись к полу. Вероника была очень удовлетворена произведённым эффектом и поэтому продела это ещё дважды.

Директор испугано ворочал глазами, не зная, что ей сказать. Зато она уже приняла для себя решение, и ей было глубоко наплевать, что по этому поводу проблеет её тюфяк-начальник.

— Значит, так! — начала она. — Я закончила все текущие проекты и до осени ни за какой новый не возьмусь.

У директора вытянулось лицо, и на нём отразилась явная паника.

— Но… — начал он. — Нам как раз поступили прекрасные заказы, и у нас есть возможность отлично заработать на них.

— Вот и зарабатывайте! — отрезала Вероника. — А я хочу лето провести нормально, а не уткнувшись в чертежи и улыбаясь всем вашим дружкам! Поэтому я сейчас напишу заявление на трёхмесячный отпуск, а вы его подпишете!

Вероника угрожающе надвинулась на директора фирмы и отчеканила ещё раз:

— Вы подпишете! И выплатите мне все причитающиеся суммы за сданные проекты. А также отпускные за три месяца. И вот эту сумму, которая поможет мне забыть весь этот разговор и вернуться сюда обратно без особого злопамятства.

При этих словах Вероника на листке бумаги написала ту сумму, которая, по её мнению, вполне компенсирует весь её моральный девичий ущерб.

При виде цифр её руководитель определённо вспотнул, но поспешил кивнуть головой, зная крутой нрав Вероники.

— Как скажешь, душенька! — пролебезил он. — Главное, вернись к нам через три месяца.

Вероника сбавила обороты и снисходительно кивнула головой.

Разумеется, на любимую работу она вернётся.

Просто ей нужна пауза.

Большая, длинная, летняя пауза.

Поэтому бросив победный взгляд на своего тщедушного руководителя и громогласно хлопнув дверью ещё раз, она вышла из душного офиса навстречу трёхмесячной свободе.

На улице мягко дул морской ветер, прилетевший с берега, и она, довольно зажмурившись, подставила ему и солнцу лицо, наслаждаясь предвкушением предстоящего отдыха.

Она не знала, чем займётся. Не знала, куда пойдёт или поедет. Не знала, будет ли спать все дни или встречаться со всеми друзьями и знакомыми.

Она ещё ничего не знала.

Но она была архитектор. Своего рода творец чего-то нового и интересного. А значит, и со своей жизнью она обязательно сотворит что-то интересное на эти три месяца.

Глава 2

Дементий налил горячий чай и сел просматривать почту, насыпавшуюся за день.

Это было его обычное занятие, которое он проделывал каждый вечер после того, как заканчивал все хозяйственные дела на своей небольшое базе отдыха, расположенной на прекрасных просторах Алтайского края.

На дворе разгулялся май, и сезон отдыхающих набирал обороты.

Дементий привычно откинулся в кресле и, попивая душистый чай, просматривал заявки на бронирование свободных домиков на его базе отдыха.

Всего у него их было шесть. Разных размеров и вместительности. Плюс домик для общественного питания отдыхающих, банный домик-комплекс и его собственный дом, в котором он сейчас и проживал.

На Алтае было очень много подобных баз отдыха, но это никак не сказывалось на загруженности отелей. В сезон абсолютно все базы и гостиницы получали своих гостей, и жизнь начинала бить ключом.

Дементий пробегал глазами вопрос от гостей, которые должны были приехать уже на днях.

— Ну, написано же Алтайский край, Чуйский тракт, село Соузга… — добродушно ворчал он, одновременно печатая ответ о точном местонахождении его домиков.

— Ну, конечно же, можно с детьми, — проговаривал он вслух следующий ответ потенциальным гостям.

— Магазинов рядом нет. Ближайший в пяти километрах, — разъяснял он очередному адресату.

— Из развлечений только баня, близлежащее озеро и настольные игры.

Со стороны веранды послышался звонкий лязг металлической посуды.

Дементий вздохнул и пошёл на звон.

На веранде на него смотрела виноватая мордочка щенка, распластавшегося на полу.

— Ай, да ты молодец, Черныш! — радостно воскликнул Дементий, осторожно беря больного щенка на руки. — Ты смог сам покушать!

Щенок попытался его лизнуть, но было видно, что он ещё совсем слабенький.

У Дементия он появился неделю назад. Его нашли в придорожной канаве отдыхавшие в его домиках дети и принесли ему. Щенок был весь грязный, раненый и полуживой. Он был не очень тёмного окраса, но настолько чумазый, что Дементий и сам не заметил, как стал называть его Чернышом, пока отмывал с него всю грязь. А когда спохватился и решил дать ему другое имя, то было уже поздно. Малыш уже откликался на Черныша.

Так им и остался.

— Пойдём, дочитаем последнее письмо, — сказал Дементий, возвращаясь в дом со щенком на руках. — Та-ак, кто тут нам пишет, Черныш? Ага. Нам пишет некая Вероника Рыбкина. Хочет снять у нас домик на три месяца начиная с июня…

Дементий поддался вперёд. Такие долгосрочные заявки были редкостью. Как правило, снимали сроком от одного дня до двух недель. И то две недели было редкостью, так как его база отдыха не обладала какими-то развлекательными особенностями, и по окончании этих двух недель гостям здесь становилось скучно, так как они не знали, чем себя занять.

Дементия это никак не огорчало, так как это была его принципиальная позиция в отношении собственного дела. Его гостевые дома предназначались для уединённого спокойного отдыха, а не для шумных развлечений. И его маленький отель всегда находил своих гостей, желающих уединиться с тишиной и природой.

Но на три месяца у него ещё никто не бронировал.

Кроме того, забронировать домик на такой срок в разгар сезона ещё и сложно. Так как заявок поступает много и брони есть в разные месяцы на разные дни и далеко не всегда есть домик, который будет свободен целых три месяца.

— Но на счастье Вероники Рыбкиной, у нас такой домик есть, Черныш, — сказал Дементий, нажимая на кнопку «ответить», чтобы подтвердить бронь новой гостьи.

— Ты одобряешь? — спросил он щенка. — Приютим гостью на три месяца или сначала договоримся на месяц, а там посмотрим на её поведение?

Черныш попытался протявкать три раза и лизнуть Дементия.

— Понятно. Три так три.

И Дементий подтвердил некой Веронике Рыбкиной наличие свободного домика для одного человека сроком на три месяца начиная с июня 2018 года.

Глава 3

Вероника стояла у начала тропы, ведущей на базу отдыха «Дёминка».

Она уже изрядно устала и практически валилась с ног.

Перелёт из Владивостока до столицы Алтайского Края Горно-Алтайска был с пересадкой в Красноярске. Вероника была неприятно удивлена, что в эту часть России не так много летает рейсов и не так часто. Тем не менее она успешно добралась, но из аэропорта предстояло ещё добраться до села Соузга. Оно хоть и находилось всего в тридцати минутах езды на автобусе, но ей с её двумя большими чемоданами и рюкзаком было очень неудобно со всем этим перемещаться, загружаться, пересаживаться и так далее.

А от самого села нужно было ещё добраться до самой базы «Дёминка», где и был её конечный пункт назначения.

И вот она уже на тропе, ведущей к домику, где висела вывеска «База отдыха „Дёминка“: заселение»

Вероника логично предположила, что это главный домик, где производят регистрацию и все необходимые манипуляции по заселению. Она очень хотела туда доковылять и уже побыстрее закончить все формальности. Но от усталости она не могла сдвинуть с места ни свои чемоданы, ни свои ноги.

Переведя дух, она всё-таки заставила себя преодолеть последние метры и пошла по направлению к главному дому.

Внутри было прохладно, свежо и никого.

— Эй! Есть кто-нибудь?! — Вероника повертела головой во все стороны.

За стойкой, где по логике должен располагаться администратор, по-прежнему было пусто.

— Ау! Есть кто живой?! — громче позвала она.

В ответ природная тишина, прерываемая щебетом птиц, слышимых через открытое окно.

— Ладно, — проворчала она, усаживаясь в удобное мягкое кресло. — Подождём. Всё равно кто-нибудь когда-нибудь придёт. Главное, что я уже здесь.

Она откинулась в кресле и на минутку закрыла глаза.


Дементий осматривал заднюю часть четвёртого домика по жалобе гостей.

По их словам, во время вчерашнего дождя одна из стен пропускала воду. Он как раз нашёл небольшую щель, как к нему подошла его шестнадцатилетняя племянница Полина, помогавшая ему во время своих летних каникул.

— Дядя Дементий, я гостью не могу разбудить, — сказала Поля.

Дементий непонимающе посмотрел на девушку.

— В каком смысле? Какую? Где?

— В главном доме. Это новая гостья приехала. Мне кажется, та, которая на три месяца. Потому что в эти дни только она должна была заехать.

— Так. Но я не понял, что ты не можешь с ней сделать?

— Ну, разбудить! — нетерпеливо сказала Полина. — Я вышла по делам на несколько минут. Пришла, а она уже там — сидит в кресле и спит. Я её звала-звала, а она не просыпается.

— А растолкать не пробовала?

— Да не буду я никого трогать!

— Понятно, — улыбнулся Дементий, вспоминая, что его племянница ещё подросток и не так смело умеет обходиться и общаться с людьми старшего возраста.

— Ладно, пойдём, разбудим нашу трёхмесячную гостью. Она симпатичная? В невесты сгодится?

Дементий добродушно улыбался, идя к главному дому и болтая с племянницей.

Ему было уже тридцать четыре года, а он всё ещё был не женат. Не сказать, что лично он страдал от этого, но каждая девушка, появлявшаяся на горизонте, сразу рассматривалась его родственниками как его потенциальная невеста. Сначала его это сильно бесило. Но потом он научился с юмором смотреть на эту ситуацию, а иногда и сам поддерживал эту игру.

— Ну так что? Симпатичная или нет?

Полина пожала плечами.

— По мне, так нет. Храпит громко.

— И поэтому несимпатичная? — смеясь, уточнил Дементий.

— Вообще нисколечки, — уверенно сказала Поля. — Я не дам тебе жениться на такой храпунье.

— Понял, — засмеялся Дементий. — Значит, Веронике Рыбкиной отбой. Не прошла проверку «на соответствие».

Войдя в домик, Дементий действительно обнаружил спящую гостью.

Правда, она уже не храпела, но по-прежнему сладко спала.

Дементий позвал её.

Раз. Другой.

Позвал громче.

Подошёл к креслу и слегка пошатал его.

Пошатал сильней.

Посмотрел на Полину.

— И вот что с ней делать? — спросил он.

— Может, водой полить? — предложила та.

— Да нет, как-то некрасиво…

— Ну, тогда за плечо потряси! — страшным шёпотом сказала Полина.

— Ну, давай попробуем… — вздохнул он.

Наклонившись, он легонько потряс гостью за правое плечо.

— Эй, девушка. Просыпайтесь.

Гостья по-прежнему не реагировала, и тогда Дементий решил потрясти сильней.

В ответ удар в зубы был такой силы, что его отбросило назад. А в следующую секунду гостья скрутила его каким-то захватом и бросила через комнату в другой угол.

Дементий сквозь звёздочки в глазах и шум в ушах слышал визг Полины. Соображая, что произошло, он попытался встать и сфокусироваться.

— Ты кто?! — прорычала гостья, стоя в боевой стойке и разминая затёкшие мышцы для следующего удара.

Дементий всё ещё приходил в себя, восстанавливая равновесие.

— Это хозяин «Дёминки»! — завизжала Полина. — Мы вас разбудить не могли! А вы дерётесь!!!

Взгляд гостьи явно приобретал осмысленность. Его же взгляд приобретал осознанность по поводу того, что ему только что съездили по лицу да ещё и зашвырнули в далёкий угол. Очевидно, гостья увидела явные перемены в его настроении, поэтому поспешила сказать:

— Я очень сильно извиняюсь за своё поведение и сожалею о случившемся. Меня зовут Вероника, я бронировала у вас домик.

Дементий нехорошо сузил глаза.

— И вы с вашими кулаками планируете пробыть здесь три месяца, — не столько спрашивая, сколько утверждая, сказал Дементий.

Гостья отчётливо уловила угрозу своему заселению, и Дементий увидел, как она испугалась, что он может ей отказать в проживании. Поэтому она поспешила выдать очередной финт:

— Я понимаю, что вы сейчас чувствуете. Но если вы из-за этого инцидента откажете мне в проживании, то я ударю вас ещё раз. И причём в этот раз намного сильнее.

У Дементия откровенно поползли брови вверх от такого заявления.

Он расправил плечи. Повёл плечами, разгоняя кровь в ушибленных местах, и потёр рукой подбородок, где приложился кулак гостьи.

— Неслабый аргумент, — протянул он. — А главное, увесистый.

Гостья перекатывалась с ноги на ногу, стоя в полубоевой стойке и взволнованно глядя на него.

— Вы уж извините, — сказала она. — Просто домик на три месяца удалось найти только у вас. Поэтому бить я вас буду сильно… Пока не выдадите ключи… — виновато закончила она.

От выражения лица Дементия Полина мигом спряталась за стойку регистрации. В отличие от гостьи, она прекрасно знала, что и её дядя тоже далеко не промах в боевых искусствах и на раз укладывает всех зарвавшихся гостей. А также она знала, как он не любит, когда его шантажируют и угрожают. Поэтому заявление гостьи могло обернуться серьёзной рукопашной.

Дементий же сверлил гостью огненным взглядом, смотря на неё практически исподлобья. У него было готово уже сразу три варианта, как именно он будет её выпинывать со своей базы. Но он вовремя вспомнил, что она просто испугалась, когда он её будил, и на самом деле такого рукоприкладства не планировала.

Он ещё постоял какое-то время, оценивая, насколько много у него может быть с ней проблем. После чего сказал:

— Полина, засели гостью. Домик номер пять.

После чего развернулся и ушёл.

Глава 4

Вероника ругала себя на чём свет стоит всё то время, пока девушка Полина оформляла её заселение. Потом пока она шла в свой домик. Затем самоугрызения продолжались в душе и во время распаковки чемоданов.

Как же можно было умудриться вот так начать свой отдых?!

Но больше всего её поражала собственная наглость, непонятно откуда взявшаяся спросонья, в результате которой она угрожала и шантажировала владельца базы отдыха. Такое даже во сне не приснится, а она додумалась такое наяву ляпнуть!

Но больше всего в этой ситуации ей не нравилось, что нужно было бы как-то извиниться нормально, а не так пробурчать, как она это сделала со сна. За тридцать три года она уже привыкла, что она умница-разумница, всё делает правильно, и если кому-то и съездила между лопаток, то за дело, и уж извиняться за это не приходилось.

А тут случай был другой. Её так и морщило от мысли, что нужно как-то «поджимать хвост» и делать раскаявшийся вид и что-то лепетать про искренние сожаления. И, собственно, ругала она себя именно за то, что создала такую ситуацию для себя, а не потому что нечаянно кого-то ударила. Она выросла среди бойцов, где всякое бывало, и там ей крепко вбили в голову не распускать нюни по любому неверному движению. Как говорится, «проехали, с кем не бывает».

А тут как-то всё так криво вышло, что она вся внутренне выламывалась, придумывая, как бы извиниться, не извиняясь. А ещё лучше не извиняясь вовсе.

— Может, как-нибудь замнём? — спросила она своё отражение в зеркале. — Он же мужчина. Должен понимать, что с женщинами и не такое бывает.

Вероника определённо повеселела от собственных аргументов. На том её совесть и успокоилась. И так как она уже вполне успела выспаться, пока ждала заселения, то решила не отсиживаться в доме остаток дня, а изучить немного близлежащую территорию. Ну и, кроме того, дело близилось к ужину, поэтому можно было прекрасно совместить эти два занятия.

Она выбрала изящную светлую кофточку без рукавов и светлую лёгкую юбку, приправив образ открытыми босоножками.

— Так, теперь давай замажем это безобразие, — сказала она, доставая тональный крем из косметички и замазывая два изъяна на обоих плечах.

На правом плече у неё было небольшое родимое пятно, а на левом шрам из детства. И хотя все повально ей говорили, что эти две особенности нисколько не портят её внешний вид, всё же она время от времени маскировала их, когда надевала что-то стильное и женственное, а не бойцовскую майку и штаны.

— Сначала родинку, — бормотала она, тщательно растирая крем на правом плече, где было коричневое пятнышко, очень сильно всем её друзьям напоминавшее две буквы «Рс», соединённые как-то вместе.

— А теперь левое.

И под тонким слоем крема исчез и шрам от ожога, который, по мнению всё тех же друзей, был похож на две другие буквы «Тр».

— Вот и готово, — удовлетворённо сказала она, смотря на отражение в зеркале. — Можно теперь и в свет выходить.

А «Свет» был ароматный сосновый лес, в который были искусно встроены аккуратные деревянные домики, стоящие на расстоянии друг от друга таким образом, чтобы отдыхающие не мешали друг другу.

Ни один домик не был отгорожен забором, но кое-где виднелась невысокая живая изгородь из кустарников, визуально очерчивая границы того или иного дома. Все они были разных размеров и конфигурации, но общий единый стиль сохранялся. Вероника по достоинству оценила архитекторские решения, применённые при создании каждого строения.

Солнечные зайчики шаловливо прыгали по траве и стенам домов, создавая неповторимое очарование сказки. От всего места шла атмосфера уюта и покоя. Чувствовалось, что всё здесь сделано с любовью и заботой к этим местам.

Вся база располагалась практически на берегу реки Катунь, где был хороший речной пляж для отдыха.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.