электронная
180
печатная A5
647
18+
Римская сага

Бесплатный фрагмент - Римская сага

Город соблазнов

Объем:
564 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4474-4414-3
электронная
от 180
печатная A5
от 647

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

.

.

ПОСВЯЩАЕТСЯ ЧИТАТЕЛЯМ

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.


ОСОБЕННАЯ БЛАГОДАРНОСТЬ:


Космыниной Марине Константиновне


Гусеву Сергею Борисовичу


Двиду Харрису

.

ПРЕДИСЛОВИЕ

Идея этой книги основывается на реальных исторических событиях, а также ряде исследований Дэвида Харриса и Х. Дабса, которые установили, что в I веке до н. э. на территории провинции Гуаньсу был построен город Лицзянь, что соответствует китайскому названию Рима. Такое же название встречается в списке городов, датированном 5 г. н. э. Этот город, предположительно, построили римские легионеры, которые попали в Китай после поражения армии Красса в 53 г. д. н. э.


Также сведения о пленных легионерах содержатся у Плутарха в биографии Красса, где он пишет, что парфяне отправили их в город Маргиану или Мерв. Из Мерва пленные попали к хунну, которые проживали на территории современного Казахстана и Туркменистана. Там легионеры принимали участие в строительстве столицы хунну на реке Талас, в 15 км от современного города Джамбул. В 36 г. д. н. э. этот город был разрушен китайским генералом Таном, и римляне оказались в плену в Китае.


Упоминание о них есть и в «Истории ранней Хань» китайского историка Баня. В 1989 г. профессор Гуань Ицюань с исторического факультета Института национальностей, г. Ланьчжоу, представил новые карты, на которые нанес ещё четыре города, основанных жителями Лицзяня. Согласно его топонимическим исследованиям, город Лицзянь был впоследствии переименован в Цзелу, что означает «пленники, захваченные при штурме города».

ТОМ I. ГОРОД СОБЛАЗНОВ

Глава I. Золото этрусков

Из тумана медленно выплыли силуэты двух всадников. Сидевший у костра человек вскочил и кинулся им навстречу. Не заметив свой щит, он сильно ударился о него ногой. — Ну что, достали лошадей? — скривившись от боли, спросил он.

— Гай Ци́нна, ты, похоже, без нас тут скучал, да? — хрипло ответил первый всадник и устало усмехнулся.

— Пỳблий, я задушу тебя своими руками! Ну, говори! Что там? — Гай явно нервничал и постоянно оглядывался по сторонам. — Нам обязательно будут нужны лошади для перевозки золота. Брат говорил, что без них — никуда!

— Дали, дали нам лошадей! Только для этого сначала надо было получить у жрецов вот этот медальон. Замкнутый круг, короче там получился, — Пу́блий Сципио́н устало опустился на землю и сразу сел у камня. Затем провёл ладонями по щекам. — Вода есть?

— Да, есть! На, держи! И как ты это сделал? — не унимался Гай. На его узком, болезненном лице были написаны нетерпение и страх. — Расскажи! Хоть чуть-чуть… Я так долго вас ждал…

— Марк помог. Я сам бы не додумался, — он кивнул на третьего друга, который привязывал в это время свою лошадь к столбу. Худощавый Гай нервно передёрнулся. — Ну, говори! Не мучай! Я уже все караулы сто раз оббежал, такое в голову лезло!

— Не волнуйся ты так, — пробасил третий крепкий товарищ и похлопал его по плечу. Марк Сцевола был старше, спокойнее и неповоротливее. Ему немного мешал небольшой живот, который уже трудно было прятать под старый нагрудный панцирь. Он видел, что Гай Ци́нна сильно волнуется, и ему это нравилось. Наконец, он сказал: — Короче, слушай. Мы нашли жрецов там, где ты сказал. Медальон был у них. Бежать им было некуда. Мы пообещали спасти их от смерти и привести лошадей, если они отдадут нам медальон. Как простые люди. Но они хотели сначала увидеть лошадей, на которых могли бы спастись, а потом обещали отдать медальон. Понимаешь? Хотели нашими руками решить свои проблемы. Но лошади были только у варваров. Так что, надо было с ними встречаться. Ещё жрецы сказали, что нам надо обязательно найти варвара с татуировкой на плече. У него такое странное имя…

— Хо́го, — подсказал Пỳблий и довольно улыбнулся.

— Да, Хого. Так вот… Мы добрались до ки́мвров, подарили им несколько подарков, привезли много вина и нашли этого Хого. Это их вождь. У него на плече был вот такой знак, — могучий Марк поднял рукав туни́ки и показал у себя татуировку в виде трёх улиток. — Мы поговорили и решили, что я очень похож на варвара. Особенно, если переодеть в шкуры. Потом сделали эту штуку на плече, и, вот, как видишь, всё прошло. Пỳблий тоже себе сделал на всякий случай. Вдруг со мной что-нибудь случилось бы… Короче, пришли мы к жрецам, показали моё плечо, они подумали, что я варвар, который будет их защищать, и отдали нам медальон. Мы отвезли его кимврам, те поплясали с ним немного, потом дали нам взамен лошадей, и мы вернулись за жрецами, чтобы спасти их.

— Ну и как? Что, просто так всё и прошло? Поменяли медальон на лошадей, и всё? А золото нашли? Всё нашли? — Гай дёргался и заламывал руки, как женщина.

— Да нашли, нашли, не ори ты так! — уже без улыбки прикрикнул на него широкоплечий Марк.

— Слава богам, мой брат Луций не соврал! Я думал, что всё это неправда, что он выдумал эту историю перед смертью. Он всё время повторял, что боится диктатора. Говорил, лишь бы только Сулла не узнал! Лишь бы не узнал…

— Не паникуй ты так! Успокойся! Брат твой не соврал. Жаль, что порадоваться с нами не может. Но на его совести тоже немало невинных людей. Они с Ма́рием

почти весь Сенат вырезали. Помнишь? — назидательно произнёс Пỳблий Корнéлий.

— При чём тут это?

— При том! Боги тебе указывают, что не надо идти по стопам брата. Будь спокоен, не нервничай, не кричи, и дольше всех проживёшь, — назидательно сказал Марк.

— Тише ты! — взвился от страха Гай. — Услышат! Лучше скажи, что дальше делать будем? Пỳблий, ты что молчишь? — нервно спросил он второго друга, который лежал на камне и задумчиво смотрел на свою ладонь.

— Там много золота. Этруски не соврали. Но оно не в храме.

— Я так и знал! — стукнул себя по коленям Гай и довольно ухмыльнулся.

— Ты дашь рассказать или будешь прыгать тут, как лягушка? — грубо оборвал его Марк.

— Проблема в том, что мы не убили жрецов… — выдохнул Пỳблий Корнéлий и поднял взгляд на замершего от испуга Гая. В свете полной луны его и без того узкое лицо вытянулось ещё больше, и он уже открыл рот, чтобы возмутиться, но потом выдохнул и безвольно опустился на землю. Пỳблий похлопал его по плечу. — Не расстраивайся! Да, бывает… так вот получилось… Нельзя было. Поверь. Это всё, что я могу сказать. Знаю, что брат твой предупреждал и просил не верить жрецам. Сулла приказал нам всех убить, но так получилось. Они знали, что мы пришли за золотом и должны были их убить. Знали. Представляешь?

— Как же так? — пролепетал Гай. — Брат говорил, что этого никто, кроме него и Суллы не знает… Кто же им сказал?

— Не знаю, — тихим голосом произнёс Пỳблий Корнéлий. — Но сейчас это неважно. Медальон мы кимврам не повезли. Мы с Марком остановились в городе, и я сделал в кузнице такой же. Потом расскажу, почему. Варварам отвезли поддельный медальон. Они отдали нам лошадей, и мы привели их жрецам. Те вывезли на них свои таблички из храма и потом сами уехали. Но их верховный понтифик сказал, что мы его обманули и не отдали талисман вождю кимвров. Как он догадался, для меня остаётся загадкой. Он сказал, что тот, кто надевает этот талисман, должен погибнуть. Обязательно. Я, конечно, в это не верю, но как-то не по себе было. Потом мы жрецов вывели из храма и показали, куда ехать. Но они и здесь нас обхитрили. Оказывается, с нами вышли не жрецы, а их слуги. Правда, когда они узнали, что мы действительно хотим их спасти, а не убить, то вернулись за жрецами и уехали. Вот и всё.

— Как всё? Отдали тебе медальон, забрали лошадей, обвинили в краже медальона и отдали золото. Как это? И где оно? Где золото? Вы его нашли?

— Пỳблий нашёл, — пробасил Марк. — Его даже верховный жрец обнял. Вот как бывает! Расчувствовался старик, — он покряхтел и кивнул другу. — Ну расскажи! Умрёт ведь от любопытства.

— Да, жрец обнял меня… Он сказал, что я моя судьба у меня руках, — продолжил Пỳблий. — А в руках у меня был только медальон. Вот я и подумал, что надо искать то место, где есть три таких круга, — продолжая смотреть на тёмное пятно на ладони, сказал он.

— И где же ты его нашёл?

— Там же, в саду храма. Под деревьями. Там три дерева росли. Рядом с ними — дорожки из камней, по кругу. Под ними был вход в длинный подвал. Вот там всё и лежит. Хитро, очень хитро спрятали. Без подсказки жреца не нашли бы.

— О-о… боги всемилостивые! Я так долго ждал этого часа! Когда, когда мы поедем за ним?

— Э-э, понимаешь, тут не всё так просто, — протянул Марк и почесал затылок. — Жрецов-то мы отпустили. То есть? не выполнили приказ Суллы. Лучше пока об этом никому не говорить. Потом, медальон варварам не тот отдали… Так что они сейчас ждут нас на всех дорогах. Со всех сторон одни проблемы.

— Подожди, — перебил его Пỳблий, увидев, как испуганно забегали глаза несчастного Гая. — К этрускам в храм мы сейчас не проберёмся. Там уже наверняка орудуют кимвры. Это точно. Твой легион мог бы прикрыть нас, но что говорить гаста́там? Осторожней, вы грузите наше золото?

— Нет, ни за что! — горячо воскликнул Гай Ци́нна.

— Вот видишь, это тебе понятно, — Пỳблий Корнéлий задумчиво покачал головой. — Этрỳрия сдалась. Всё, её нет! Теперь Сулла займётся Митридатом Понтийским. Ты это знаешь. Там идёт война из-за Вифинии. А меня Сенат собирается отправить на Сицилию, наводить порядок. Там сейчас никого нет. Сулла убрал на острове всех своих врагов, но и друзей не осталось. Я был с ним на Сицилии, и теперь сенаторы хотят доверить мне поставки хлеба, оливок и масла для Рима. Тебя с Марком они собираются отправить в Азию. Думаю, за год я сумею найти себе людей на Сицилии и вернуться сюда, чтобы вывезти золото. Это наше предложение с Марком. Согласен?

— А куда вывезти? — недоверчиво спросил Гай.

— В Рим, ко мне. Двоюродный брат сейчас как раз собирается покупать землю для дома рядом с Палантином. Может, я себе тоже там возьму. Он в этом деле понимает. Попрошу его помочь советом. Построю дом и сделаю такой же подвал. А сверху посажу сад с тремя деревьями в центре. Как было у жрецов. На память. Или придумаю что-нибудь ещё, чтобы никто не догадался.

— Отлично! Мне эта идея нравится. Тогда возвращаемся назад, да? Остались два города, и всё. Потом либо в Азию с Суллой, либо к тебе в сад, Пỳблий! — весело заключил Гай.

— Согласен, — согласился тот. Трое друзей поднялись и, отвязав лошадей, устало направились в сторону лагеря. — Слышь, Марк, возьми его себе! — неожиданно сказал Пỳблий, протягивая медальон другу.

— Ты чего? Это ж твой талисман теперь! Подаришь сыну или дочке Корне́лии. Что, не хочешь?

— Они далеко. Пока доберусь, боюсь, потеряю. Пусть лучше у тебя до встречи побудет. На всякий случай.

— Ну ладно, давай. Отдам дочурке Лици́нии. Она хоть и маленькая, но любит всякие такие штучки. Всё бегает в храм Весты. Может, ей понравится. Или сестре Валéрии. Ей тоже нравятся странные вещи.

— Отдай, кому хочешь, нам он теперь ни к чему, — одобрительно кивая головой, произнёс он, испытывая облегчение от того, что расстался с неприятным медальоном. Друзья Пỳблия не знали, что старый жрец, обняв его, сказал напоследок странные слова: «Ты выжил. Ты найдёшь то, что ищешь. Но медальон тебя больше не спасёт. Он уйдёт от тебя к другому человеку после твоей смерти. Этот человек будет носить его дольше, чем ты, а медальон будет охранять его. Прощай…»

Теперь Пỳблий повторял эти слова про себя, не зная, как их толковать. Умирать ему не хотелось, даже, несмотря на то, что он не верил словам старого жреца. Однако, избавившись от медальона, он почувствовал в душе облегчение и решил, что лучший способ не думать об этом — сосредоточиться на Сицилии и доме в Риме, и тогда всё забудется само собой.

Глава II. В ожидании неизвестных гостей из Рима

После этих событий прошло двадцать лет. Гай Ци́нна погиб в одном из сражений на севере Италики, так никому и не рассказав о своей тайне, добродушный великан Марк Сцево́ла вернулся в Рим, подарил медальон своей сестре Валéрии и ждал возвращения с Сицилии третьего друга, Пỳблия, когда вдруг в один из дней его имя неожиданно появилось в списках врагов Отечества. Он сразу же направился к диктатору Сулле, чтобы прояснить недоразумение, и больше не вернулся. Когда третий друг, Пỳблий Корнéлий, услышал об этом, он поспешил в Рим, чтобы забрать спрятанное золото, но не успел. Кто-то узнал об их тайне и решил сам завладеть несметными богатствами этрусков. Однажды утром их вместе с женой нашли в доме мёртвыми, со следами пыток. Родственники усыновили их сына и дочь, и между собой решили ничего не говорить детям о страшной смерти родителей. — Варго́нт, ты похож на черепаху! Нож надо бросать быстро, — раздался за спиной голос Ла́ция. За ним последовали насмешки легионеров, которые устанавливали неподалёку палатки. Невысокий, широкоплечий воин со злостью поднял с земли камень и бросил его в столб. Тот с силой ударился и отлетел под ноги караульному.

— Камнем быстрее, — недовольно пробурчал Варгóнт, поднимая с земли свой нож и вытирая его о край туни́ки.

— В тумане мог бы и в человека попасть, — Лаций кивнул в сторону караульного. — Ладно, хватит играться! Пошли к легату! Будешь бросать камни и дротики. У тебя это лучше получается.

— А ему всё равно больше нечем заниматься! — крикнул один из легионеров. — Он вчера Лу́кро все деньги в кости проиграл. И ещё хотел шлем поставить.

— Ну это неправда… — поправляя на ходу пояс, пробормотал Варгóнт. — Мы недолго играли, я не всё проиграл, у меня ещё остались деньги. А шлем, ты сам знаешь, я никогда… это же, как меч! Ну ты понимаешь, они шутят…

— Понимаю, — вздохнул Лаций. — В прошлый раз тебе повезло, что смог отыграться. С Лу́кро это не получилось бы. Ладно, давай быстрей! Легат что-то разнервничался. Всех собирает. Наверное, собирается в поход выступать. Пока непонятно…

Ещё с утра хмурые горы Галлии, такие же насупленные и недоверчивые, как и жившие здесь варвары, купались в ярких лучах весеннего солнца. Однако уже к полудню их вершины покрылись дымкой тумана, который стал постепенно сползать по расщелинам вниз. К вечеру всю низину у реки накрыла густая пелена. Пятый легион цизальпинской армии Гая Ю́лия Цезаря прибыл сюда, чтобы разбить лагерь, но воины не видели, что происходит на расстоянии вытянутой руки. Такого тумана они не видели уже давно. Старший трибун Лаций Корнéлий Сципиóн с улыбкой наблюдал за расхаживавшим по палатке легатом. Тот заметно нервничал. Но никто не понимал, почему. По сведениям разведчиков, племена варваров находились далеко за рекой. Здесь они появиться не могли. Та деревня, рядом с которой легионеры разбили лагерь, давно помогала римлянам продовольствием и пенькой, поэтому опасения её жители не вызывали. Купцы из Рима уже успели установить хорошие отношения со старейшинами, и причин для волнений здесь не было. Но легат Тере́нций Ю́лиа́н не спешил распускать подчинённых. И только Лаций знал, что тот ждал возвращения своего гонца.

Когда раздался стук копыт, легат опередил ликторов и сам выбежал из палатки.

— Что с ним такое? — недовольно проворчал стоявший рядом Варгóнт. Лаций усмехнулся и похлопал его по плечу. Друзья направились к выходу. — Что молчишь? Смотри, как будто невесту встречает…

— Почти невесту, — тихо ответил Лаций, чтобы его не слышали остальные. — Только из мальчиков.

— Ах, вот оно что! — догадался Варгóнт. Пользуясь покровительством Цезаря и влиятельного патрона в Риме, Терéнций Ю́лиан позволял себе проявлять знаки внимания к молодым легионерам, что, в принципе, не считалось большим грехом, хотя в столице у него остались жена и сын. Во время скучной и однообразной жизни в Галлии легат любил проводить вечера с юными легионерами или молодыми повесами из Рима, которые изредка заезжали сюда, чтобы посмотреть на настоящую армию.

— Да, видишь, целый легион привёл для встречи, — сквозь зубы процедил Лаций. Варгóнт ответить не успел, потому что легат Терéнций неожиданно повернулся в их сторону и позвал его друга к себе.

— Лаций, они едут, — нервным голосом, с трудом сдерживая волнение, произнёс он, когда гонец отошёл в сторону, и рядом никого не было.

— Они?

— Да, да, они. Я тоже думал, что будет один… человек… короче, слушай! Едут разные путешественники. И среди них… есть один очень важный посланник.

— Я понял. С ним что-то случилось? — удивился Лаций.

— Пока нет. Но они поехали вдоль реки. Там может быть опасно. Чуть выше есть брод. Варвары могут узнать, что к нам едут сенаторы и аристократы из Рима, и тогда…

— Сенаторы и аристократы?! — он с удивлением посмотрел на легата. Дело принимало совсем другой оборот. Вместо одного молодого римского юноши им надо было теперь встречать несколько десятков аристократов со всей их свитой.

— Да, старики любят путешествовать, ты же знаешь! Нашли время. Решили посмотреть на лагерь Цезаря. И этот… тоже там! Говорил ему… — легат снял шлем и вытер лоб дрожащей рукой. — Надо выехать им навстречу. Слушай, бери центурию или, лучше, две и выдвигайся вперёд вдоль реки до северного моста. По узкой дороге.

— Прямо сейчас? Но ведь скоро ночь… — Лаций не понимал, к чему такая спешка. — Кто пойдёт ночью без факелов и сопровождения? Ночью все спят.

— Ну и что! Возьмите факелы в обозе, — не слыша его, ответил Терéнций. — И выступайте прямо сейчас! А я отправлюсь с всадниками по большой дороге. Надеюсь, что они поедут там. Но, на всякий случай, ты прикроешь сбоку. Вдруг, захотят полюбоваться рекой или отдохнуть на берегу. Дело молодое, люди странные. Короче, бери центурию Варгóнта и — вперёд! — легат был настроен решительно, и Лацию оставалось только подчиниться.

— Слушай, а кто там такой важный? Кто нам нужен?.. — спросил он, но Терéнций уже исчез в палатке и не слышал его вопроса. Лаций с недоумением пожал плечами и отправил Варгóнта за легионерами. Вскоре две центурии покинули лагерь и выступили в сторону реки. Все шли молча, и казалось, что вокруг ничего нет, кроме тумана и тёмных холмов. Но это было не так. Из всех неказистых хижин, наполовину вросших в землю, покрытых мхом и лишайниками, за ними следили сотни внимательных глаз. Такого большого количества римлян местные жители ещё не видели. Обычно к ним за запасами приезжали не более ста человек, но на этот раз чужие воины заняли все холмы и даже часть деревни. Однако легионеры не видели не только это. Они не знали, что на другой стороне реки к шуму в их лагере прислушиваются многочисленные всадники в меховых шапках и шкурах, которые, по всем сведениям разведчиков, должны были находиться от этого места очень далеко. Это были варвары из племени гельве́тов.

Лега́т Тере́нций Ю́лиа́н ускакал по дороге на восток, старший трибун Лаций увёл сто шестьдесят человек вдоль реки на юго-восток, а оставшиеся четыре тысячи человек стали расставлять последние палатки, обновлять частокол, углублять рвы и готовить еду по своим восьмёркам.

На следующий день, проехав около двух десятков миль, всадники легата так никого и не встретили. Они продолжили свой путь дальше, пока не доехали до удалённого поста, где их ждали трое сенаторов и их многочисленные слуги. Долгожданного римского посланника среди них не было. Оказалось, что молодые аристократы или «юные пташки», как их называли пожилые аристократы, решили поехать вперёд, и, наверное, разминулись с ним по дороге. Терéнций, кусая губы, приказал всадникам сопровождать патрициев. Он не мог покинуть почётных гостей, которые ехали к консулу, и ему оставалось надеяться, что Лаций найдёт наивных смельчаков до того, как с ними приключится какая-нибудь неприятность.

Глава III. Знакомство с юными арделионами

Лаций сразу понял, что, добравшись до реки, молодые люди беспечно оставили лошадей на пригорке, а сами спустились вниз и теперь радостно плескались в воде. Чуть в стороне, в небольшой заводи тоже кто-то плавал. Над водой виднелись две головы. Солнце уже прошло на небе середину пути, ветра не было? и воздух буквально звенел от полуденной тишины. Он спустился с коня на землю и вздохнул. Усталость давала о себе знать, и Лаций махнул рукой гастатам, чтобы те тоже присели в тени. Варгóнт сразу повторил команду, и легионеры опустились на землю прямо там, где стояли. Какое-то время тишину нарушал только шум ветра в ветвях деревьев. Наконец, со стороны реки послышались громкие голоса, и среди невысоких деревьев показались первые купальщики. Увидев легионеров, они остановились и замолчали. По изумлённым лицам было видно, что для них это было полной неожиданностью.

— Всё? Накупались?! — громко спросил Лаций, продолжая сидеть в тени большого куста рядом с лошадьми. Ответа не последовало. — Давайте, быстрей! Одевайтесь и поедем! — приказал он тоном, не терпящим возражений, и вытер внутреннюю сторону шлема пучком сухой травы.

— Я — Марк Туллий… — дрогнувшим голосом попытался представиться первый юноша, который, судя по всему, был среди них главным.

— Марк Ту́ллий Цицеро́н? Или его брат? — с иронией спросил Лаций. — Поправь туни́ку, оратор, а то весь зад голый! Так на лошади быстро до костей сотрёшь, — добавил он под хохот гастатов. Одному из друзей покрасневшего купальщика это замечание и, тем более, смех простых легионеров показались унизительными.

— Ты — воин армии Рима, — надменно обратился он к Лацию, вытянув руку вперёд. — Как ты смеешь оскорблять сына одного из самых влиятельных людей нашего города? Ведь тебя послали сюда, чтобы защищать Рим от варваров, а не смешить этих… — он замялся, не зная, как назвать сидевших в тени воинов, и, видимо, подыскивая правильное слово, чтобы показать их низменное положение.

— Как тебя зовут, храбрый защитник? — устало спросил Лаций.

— Анто́ний Кла́вдий Назо́н! — гордо ответил молодой человек и гордо вздёрнул вверх подбородок, чем вызвал новый приступ смеха у легионеров.

— Так вот, послушай, Антóний! Меня послали сюда, чтобы спасти ваши голые задницы, которые могли бы уже плавать в этой реке отдельно от ваших голов, — резко ответил он.

— Мы сами можем защитить себя в случае необходимости! — нервно реагируя на смех простых воинов, произнёс Антóний, подойдя к одной из лошадей.

— Чем? Голыми руками? Или у тебя в реке было другое оружие?

— У них в Риме всегда одно оружие. Оно ночью хорошо работает, — не сдержался Варгóнт, и легионеры расхохотались ещё громче.

— Прикажи им замолчать! — резко вспыхнул молодой аристократ. — Иначе…

— Иначе что? — вяло откинувшись на локоть, прищурился Лаций.

— Иначе ему придётся пожалеть о своих словах… в лагере.

— А почему не здесь? Или там ты убьёшь его каким-то тайным оружием? — устало добавил он под смех легионеров, чувствуя, что эта болтовня начинает ему надоедать.

— Да, теперь я всё понимаю, — многозначительно бросил юноша, отвязав, коня, и притворяясь, что говорит со своими друзьями. — Какой старший трибун, такие и гастаты. Видимо, в роду Сципио́нов приёмных детей только кормили и совсем ничему не учили! — по внезапно наступившей тишине он догадался, что его слова услышали все. Этот юноша откуда-то знал, что Лаций Корнéлий был приёмным сыном в роду Сципиóнов, и поэтому решил, что это может его унизить. Все ждали развязки. Но молодой аристократ явно ошибся. За спиной Лация было столько обид, что эта нелепая выходка вызвала у него только улыбку. Лаций встал, отряхнул колени и туни́ку и вздохнул.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A5
от 647