Бесплатный фрагмент - Путь

Летать!..

Я так люблю летать в виртуальности! Когда душа устремляется вслед за взором и ты летишь в небо… или в даль шелестящей дороги… Легко и прозрачно… Как жаль!.. жаль, что в этот стремительный полет невозможно взять тех, кто рядом со мною …но они остаются так далеко! Взлетая и кружась в переливающемся всеми немыслимыми цветами пространстве наслаждаешься свободой и невесомостью… И сразу все как -то становится на свои места и совершенно непонятно, почему и так долго ты решал ту или иную проблему, когда решение ее — вот оно! Совсем рядом!..и вообще, оказывается, это была — не проблема… И радуясь легкости я снова взмываю в это чисто вымытое состояние, когда становишься прозрачным для солнца и ветра!..

…И только возвращаясь, понимаешь — жить только в материальном мире и упираться в решение бытовых проблем — это все равно, что жить в правильной квартире и думать, что за стенами нет ни солнца ни ветра! Нету и все! Да вот же оно — небо!.. Вечное и синее, как глаза судьбы. Скольких же оно видело нас со своими «глобальными проблемами»!? Нормальных и не очень. Летающих во сне и парящих наяву?.. И пусть испуганно мечется душа, забывшая куда ей надо возвращаться! Пусть пролетают мимо взбудораженные души и запахи веков!…

Пусть изучающее смотрят в мои сияющие глаза живущие в «квартире»! Им не понять причину этого света …и этой любви к ним, живущим в моем сердце!.. Простите мне эту явь — она так не похожа на вашу… Вот почему вновь и вновь я набираю высоту и ухожу в свой, параллельный и ясный мир. И словно многослойный и мягкий кубик –рубика поглощает меня и дарит мне несравнимый мир чувств и мерцающего света…

Мир, живущий по другим законам… по другим мгновеньям… мир, создающий другую музыку и другие сновидения… Мир, в котором все изначально и бесконечно.

Где люди еще не расчесали под себя причинно-следственный закон бытия…

Где летают лишь те, кто хочет летать… и плачут лишь те, кто не хочет смеяться …умирают лишь те, кто осознал зачем рождался…

Я так люблю этот мир!…Живущий сквозь нас и дарующий нам счастье и боль!.. И бесконечный полет в вечности!..

12.08.2005

Дождь

За окном, в холодной серой мгле, ровно шумел осенний ливень.

Выключив свет, и на цыпочках прошмыгнув к постели, она принялась плотно упаковываться в пухлое одеяло.

Не сказать, чтобы дома было холодно, но почему-то хотелось, словно младенец, почувствовать себя в большом и теплом конверте.

Быстренько поворочавшись и плотно подмяв под себя уже тепленькое одеяло, она с удовольствием закрыла глаза.

«Все-таки как здорово, что она не пошла на этот дурацкий день рождения! Не надо думать, как добираться среди ночи до дома… Не надо выкручиваться, вежливо избегая назойливых ухаживаний полуоблезлых „руководядей“. А главное, не надо притворяться, что ты в восторге от новенького, „от Шанель“ костюма именинницы. Который, между прочим, на ней потерял всю свою прелесть!» Она вздохнула…

«И не надо восхищаться подаренными другой брульянтами.

Не то чтобы ей были неприятны чужие успехи, но уж больно давно ей самой никто не дарил брульянтов!»

Повернулась на бок. Вздохнула.

Конечно, хотелось быть достойно оцененной и тоже обвешанной брюликами, но… Она вспомнила лицо очередного «дяденьки» и невольно вздрогнула.

«Ну их… эти брюлики!» И улыбнулась, вспомнив, что никуда не надо спешить.

А дождь за окном, словно солидная симфония ночи, сладко баюкал ее в теплой постели своим низким, каким-то мужским, шелестом.

Выключив свет, она прислушалась: где-то далеко в мокрой тишине сверкали молчаливые молнии и проливался с небес холодный осенний дождь…

В далеких странах по ночной синей пустыне шли верблюды, ведомые молчаливыми арабами… а здесь все шел дождь… и комната погрузилась в прозрачную синеву…

Сквозь дремоту она еще чувствовала, как сон убаюкивает ее. И, словно волосы, перебирает чуткими руками прошедшие за день события, стирая все напряги. Даря ей великое и абсолютное счастье ярких сновидений. «Как все-таки хорошо дома…» — только и успела подумать она.

Вскоре сон, мягко укутав ее своим таинственным покрывалом, тихо покинул комнату, растворившись в следующем, не менее одиноком окне…

07.09.2005

Знаки

Проснулась.

Отчего-то совершенно не хочется открывать глаза….Почему нельзя ходить на работу не открывая глаз? Это совершенно непонятно и нечестно! Можно провести целый день не вставая на ноги… или не разговаривая… если не с кем. А вот пролежать с закрытыми глазами — никак!

Где-то внутри сидит вредный старичок, который говорит: «Открой и посмотри! Там что-то происходит…» — дразнит он. И ты послушно веришь ему и открываешь свои любопытные глазки. « Ну и что тут у вас?.. Ба! А у нас тут утро! И солнце прямо на постель. Класс! Хороший, видимо, день намечается.»

Проснувшаяся рука моментально потянулась за пультом и, не спросив разрешения у сонных ушек и глазок, включила телек. А там! Моя любимая песня! Нет, решительно этот день будет хорошим! Сладко потянувшись в тепленькой постели ты начинаешь любить весь мир …просто за то что…

Слазить с кровати это целый ритуал. Не знаю, как для кого, а для меня это — свод определенных и очень важных этапов: сначала надо посмотреть на этот мир и понять: а ждет ли он тебя? готов ли он принять тебя? И не прогнешь ли ты грубо кристальное его пространство? Когда словно от камешка, брошенного в воду, в разные стороны разойдутся круги и какая-нибудь, уже почти невидимая, волна ласково омыв чью-то судьбу, изменит ее на век?.. Нет… просыпаться правильно — это так важно!

А еще, конечно же, надо посмотреть, а не растянулась ли у моей кровати моя толстая и замечательная собака? А если эта черная красавица, ну, совершенно не выспалась, то ее надо аккуратно обойти. Потому что выспавшаяся собака — это почти так же важно, как выспавшийся мужчина. Почему? Да потому что он тоже часть моего пространства! А не выспавшийся объект — это нехорошая волна…

И аккуратно переступив через посапывающую собаку, я, наконец- то, отправляюсь в ванную. Ну что? наберемся смелости и посмотрим на себя в зеркало: ух — ты! А я сегодня очень даже ничего! Никаких отеков, словно из косметического кабинета. Значит, все правильно! День будет изумительный! И быстренько умывшись и почистив любимые зубки я улыбаюсь себе в зеркало. Жди подарков от жизни!

Но выскочив из дома почему-то на пять минут позже обычного, понимаешь, что ушедшая маршрутка, ну никак не может являться хорошим знаком! Неужели… Но махнув рукой пролетевшему мимо тебя такси, перестаешь улыбаться.

А зря! Вот тебя и проверили! Как говориться, « каждому по вере его».

Но я еще верила, что день будет замечательный и мне это зачлось и там сверху дали замечательного мужчину на шикарной машине, с улыбкой остановившегося рядом.

О да!.. День меня не подводил… мое пространство мне улыбалось. В машине сей джентльмен вручил мне подержать замечательную композицию из полевых цветов в не менее замечательном «тыквогоршочке» и я с удовольствием вдохнула терпкий аромат.

Боже мой! Как хорошо, что я опоздала на маршрутку! День начинался многообещающе…

Очень важным для меня знаком было то, что он отказался от денег и попросил визитку. Это был явно хороший знак! Встретить утром ну совершенно бескорыстного джентльмена!.. Это фактически — Джек пот!..

Поднимаясь по крыльцу офиса я еще с удовольствием ощущала запах этих нечаянных полевых цветов осеннего яркого утра… Да.. Знаки, знаки… знааакиии… Этот день обещал быть замечательным! А мое пространство хитро так улыбалось мне…

30.09.2005

Мечта в шоколаде

— Терпеть не могу крикливое начальство! — в сердцах Сая швырнула папку на стол. — Нет, ну надо же какие мы умные! «Вы неудовлетворительно!..» — передразнила она босса. — Умник! — Сая с размахом шлепнулась в кресло и, быстро закинув нога на ногу, задумалась «ну это понятно из меня он сделал козла отпущения, т. е. козу отпущения. Понятно, что для этого надутого пижона, который молча наблюдал за спектаклем. Но какого черта так орать?! Нет, это он действительно с психу, что ли?» — Сая задумалась, босс не редко позволял себе подставить секретаршу, как он объяснял потом, ласково улыбаясь и преподнося очередную «безделушку», — «за ради дела, милая! И для блезиру, киса!». Обычно это делалось для присутствующих партнеров, клиентов и даже всякого рода проверяющих. Сая, в общем-то, понимала, что иногда лучше для дела показать крайней секретаршу, «Ну очень нерасторопную!» якобы. И даже научилась подыгрывать шефу, слету подхватывая тему при этом очень убедительно хлопая длинными ресницами и приоткрывая пухленькие губки, часто это срабатывало и визитеры тут же начинали заступаться за «глупенькую, но очень хорошенькую», секретаршу. Но сегодня!.. Сая встала и подошла к окну. Шеф явно был вне себя.

Сая вздохнула, и слегка озадаченная, вернулась за стол. Села. Мысли все куда-то улетучились, и что она должна делать в данный момент — сообразить было трудно.

— Два кофе, пожалуйста! Отчеканил селектор.

— С мышьяком-с! — ядовито улыбаясь добавила Сая и пошла к кофеварке. Наливая в маленькие чашечки ароматный кофе, пыталась сообразить, «какой» именно сейчас она должна войти в кабинет шефа? Скромной? Испуганной? Обиженной и капризной? На секунду она замерла, и решив, что лучший вариант, для этого пижона будет «скромность и еще раз скромность!». Интересно, кто он такой? Сая подумала, и ничего не став себе придумывать про визитера, накинула маску скромности и очень аккуратно проскользнула в кабинет шефа.

В кабинете не было кислорода. Синий дым полностью заменил этот, видимо, не нужный присутствующим элемент, и увидеть лица, а вернее, точно определить выражение лиц присутствующих, Сае не удалось.

Она, аккуратно поставив поднос с чашками на стол шефу, подала ложечки на салфетке и тихо удалилась. Шеф молча крутил в руках сигарету и казалось, не заметил ни появления секретаря, ни появления кофе на столе.

Сая прикрыла дверь, а селектор, тут же голосом шефа сообщил: «На сегодня — свободны!»

Сая иронически отдала честь селектору и отключив компьютер стала искать помаду по всей сумке.

— Да где же она? — Тихонько бормотала и торопилась Сая. Но помады словно не было и в помине ни в сумке ни вообще на этой планете. Сая опустилась на кресло и устало уставилась в пол. «Ну вот, — подумала она. — теперь еще и помада улетучилась. Скорей бы домой!» — Мая вдруг поняла, что быть дома — это то, что немедленно должно с ней произойти. И поспешила к выходу, на ходу закидывая на плечо ремешок сумочки. «Домой!» — повторяла Сая, закрывая дверь в офис.

Всегда случается так, что поворот судьбы возникает без предупреждающих знаков и именно тогда, когда делать его очень не хочется. И часто мы не можем и предположить — куда же мы наконец приедем, повернув?…

Сая привычно открыв дверцу машины, уже собралась было сесть за руль, как ей показалось странным, что машина, в принципе, стоит так, что не должна касаться ничего, но звук касания о металл есть. И причем отчетливый. Сая прислушалась и потихоньку пошла на звук. Еле слышный звук звучал все отчетливей и отчетливей. Сая напряглась, и резко подскочив с криком «Ага!» попыталась взять злодея на месте преступления. Но и по ту сторону машины злодей отсутствовал. Сая озадачилась. «Да, мистика какая-то…», и тут звук повторился:

— Да что же это такое! — вслух, не то возмутилась, не то расстроилась Сая. Звук был рядом, откуда-то снизу. Сая наклонилась, пытаясь заглянуть под машину и чуть не подпрыгнула, когда кто-то тронул ее за плечо.

— Боже! Как вы меня напугали! — сказала она, когда обнаружила рядом всего лишь секьюрити, молодого человека со странной фамилией Джаван. Табличка с надписью «А. Джаван» красовалась на его широкой груди, как бы сообщая «Ничего страшного, и у этого шкафчика есть название!». «Да уж, — шкафчик, это точно!» — подумала Сая, но вслух сказала:

— Знаете, я услышала какой-то непонятный звук и хотела посмотреть, что там случилось? — шкафчик кивнул и аккуратным движением руки отодвинул Саю от машины. «Сам шкафчик и меня, видимо, за тумбочку принял. Двигает словно я мебель какая-то!» — мелькнуло в ее голове, но вслух не было сказано ни слова.

Шкафчик внимательно осмотрел машину, затем просунул руку под машину и с некоторым усилием вытащил откуда то из-за колес кусок металлической проволоки. И все это абсолютно молча.

Сая, наблюдавшая за «А. Джаваном», про себя отметила, что неплохо бы иметь рядом с собой такого уверенного и спокойного, как питон, охранника. Тем временем «шкафчик», аккуратно скрутив в моточек довольно жесткую проволоку, так же молча удалился, как и пришел.

«Фрукт!» — подумала Сая и ей очень захотелось домой. Быстренько заскочив в машину, она с удовольствием выехала на дорогу, дорогу, которая наконец-то приведет ее домой.

Войдя в квартиру Сая тут же услышала звонок телефона. На ходу скидывая туфли и пытаясь увильнуть от кота Шарика, она успела таки схватить трубку прежде чем, Шарик успел спихнуть телефон с тумбочки.

— Да! Я слушаю — сообщила она телефону и на другом конце провода услыхала

— Привет, Сайчик! — это был папа.

— А, это ты? Ты где? Прилетел?

— Еще нет, приземлюсь через 5 минут. Ставь чайник. Пока!

— Пока.

Отлично. Значит отец уже прилетел, а матери не будет еще минимум дней пять. Значит можно будет раскрутить отца на какой-нибудь поход, например, в …бутик или, в крайнем случае, на Сухаревский салон. В общем, предстояла отличная неделька.

Сая побежала на кухню, перепрыгивая через лежащие на полу свои же туфли, а заодно и через жаждущего общения Шарика.

«Итак, чай поставила, теперь можно и помучить Шарика» — решила Сая и, схватив, круглого, как колобок, кота подняла его высоко над собой.

— Шаруся, мой мальчик! Ты мой кругленький мячик! — сладко пела Сая, а в ответ из пушистого комка доносилось благодарное мурчание. — Знаешь, кто тебя любит. Ух ты мой сладенький… — и все в этом духе.

В общем, кто не слышал от Саи никогда и ни при каких обстоятельствах ничего кроме комплиментов, так это «Шарусик, Шариньо, Шарулевич и т.д и т.п.». Кот был любим всеми, а в том числе и Саей, беззаветно и со страшной силой. Его то укладывали на колени, то носили на плече, то с удовольствием расчесывали или игрались с расческой. Шаруся был кот породистый, персидский и очень ласковый. При том, что он действительно выглядел как шар, он был довольно ловок и имел свои привычки и симпатии. Он очень не любил телефон, который почему-то заставлял всех забывать о присутствии кота. И все говорили, говорили ему что-то, совершенно прекратив говорить что-либо приятное Шарику. В общем, мстил ему Шарундий как мог и не упускал случая, столкнуть его с тумбочки, как бы невзначай, если тот вдруг начинал звонить.

Сая долго занималась Шариком, фактически сделав ему полноценный массажный комплекс. Шарундий оценил всю любовь хозяйки и мурчал во весь свой голос. Тут зазвенел звонок. Сая оставив замолчавшего кота пошла к двери.

— Кто там? — на ходу спросила она. В ответ — тишина. Она остановилась.

— Кто там? — еще раз спросила Сая. И опять в ответ абсолютная и молчаливая пауза. Сая остановилась на секунду у двери, прислушалась. За дверью было тихо. «Открыть или нет? Страшно… и в общем опасно, вдруг там какой-нибудь маньяк пришел меня, молодую и красивую разобрать на запчасти?». Сая усмехнулась своей удачной шутке и сделав вид, что ей нисколечко не страшно, открыла дверь.

На пороге никого не было, но на коврике перед дверью лежал какой-то предмет. Сая наклонилась, чтобы рассмотреть: какой-то кусочек украшения, не то разрубленное кольцо, не то кусок броши. Что-то непонятное. А к нему прикреплена бирка и на ней дата и вопросительный знак.

— Ну прямо черная метка! — фыркнула Сая. — Чего только не увидишь после просмотра очередной серии «Острова сокровищ»! — Сая сказала это нарочито громко, подспудно надеясь, что принесший это ее слышит. И в последний раз оглядев пустую площадку закрыла дверь.

Сая крутила в руках непонятный предмет с биркой и размышляла: «Что это может быть? Металл явно под золото, но почему разрубленный? Жалко что ли было целый сувенир отдавать. Жмоты чокнутые! А дата — это явно не ко мне, меня еще и в помине не было! Короче пусть папа сам разбирается, будет над чем подумать». Сая понюхав зачем-то загадочный подарок положила его на трюмо и побежала выключать закипевший чайник.

Итак чай был готов. До приезда отца оставалось время и Сая решила искупнуться, чтобы смыть с себя все неприятности этого дня. Воду она любила и с удовольствием отправилась в ванную. За ней не отставая последовал преданный Шарундий.

— А ты сегодня купаться и не надейся! — тут же ему объявила Сая и кот мирно уселся на пороге ванной. Сладко жмурясь он смотрел на хозяйку и словно упрашивал ее сменить гнев на милость.

— Нет, и еще раз нет!… Сэр! — строго повторила Сая и неблагородно закрыла дверь в ванную перед самым носом у кота.

Сая уже почти оделась, когда услышала: — Доня, Сайчик! Ты где? — голос отца заставил Саю поторопиться.

— Сейчас, па!

— Ты знаешь, я думал, что никогда не доеду! Такие пробки! Мама не звонила? Кстати, знаешь что я ей купил?… — доносилось из-за двери. Сая с удовольствием слушала голос отца, чувствуя, что его поездка, судя по его настроению — удалась. И наконец-то натянув на себя трикотажные штанишки выскочила из ванной, не на шутку испугав задремавшего на пороге Шарика.

— Ах простите! — обронила Сая и уже было хотела броситься на шею отцу, как вдруг отец стал совершенно белым и тихо медленно проговорил:

— Что это… откуда?… — его глаза застыли от ужаса и рука непроизвольно потянулась к странной вещице, лежащей на трюмо.

Сая остановилась. Таким отца она никогда еще не видела. «Чего это он? Испугался что ли? Вот тебе и „черная метка“» подумалось не к месту:

— Пап, ты че? Это же чья-то шутка?

Но отец уже и сам кажется понял, что слишком большое значение придал странному сувениру. Он взял его в руки и внимательно рассматривал.

— Показалось, ничего страшного, — наконец сообщил он и положил обломок обратно на трюмо.

— Так откуда ты его взяла? — уже почти спокойно спросил он.

— О! Это целая таинственная эпопея. Иду я как-то по ночному лесу. И вдруг! На далекой поляне, под огромным раскидистым…

— Хватит! — вдруг довольно резко оборвал ее отец. — Ну прости, прости. Я устал, — забормотал он увидев, что Сая застыла от неожиданности. — Я устал и не в настроении.

— Странно, мне казалось у тебя было неплохое настроение, — медленно произнесла Сая.

— Просто, я не люблю непонятных вещей, — отец притянул ее к себе и чмокнул в лоб. — В общем, ладно, фиг с ней, с этой штучкой, и хочу чаю. Надеюсь он готов? — и отец потащил Саю на кухню, — Пошли, пошли! Обслужи и удели отцу его дозу любви. Я надеюсь это входит в ваше меню, сеньорита?.

Сая улыбнулась. Все вроде бы в норме. Видимо он действительно устал.

— Пап, а что ты маме купил?

— Ах, да! Я и забыл, — он вскочил и со словами — Сейчас, принесу, — вышел из кухни.

После некоторого шуршания на всеобщее обозрение появилась небольшая коробка, а в ней…

— Ух, ты! Клево! — не удержалась Сая. — Какая цацка! — восхищалась она вытаскивая и на вытянутой руке рассматривая шикарную запчасть женского туалета.

— А мне? Пап я тоже такое хочу! — затребовала Сая, прикладывая запчасть туда, где ей надлежало быть. — Смотри как классно! Пап я тоже хочу такую упаковку! — капризничала Сая.

Отец скрестив руки и улыбаясь наблюдал за бурей восторга и желаний.

— Что, окейную вещь папашка оттяпал? — спросил он улыбаясь. — а ты все глумила меня: «ты папа не фига не понимаешь!» Берешь свои слова обратно? — допрашивал дочку довольный отец и сгребая ее в объятия запросил немедленного признания его заслуг.

— Ну, повторяй! — «Я не права, папик, беру свои слова обратно!» — повтори!

— Окей, папик,! Беру слова но только в придачу к такому же комплекту!

— Маленькая ты еще! — уже более миролюбиво сообщил он Сае.

— Ну конечно! Носить такую упаковку — я маленькая! А как работать у шефа-самодура, якобы постигая азы бизнеса — я взрослая! — плаксивым голосом возмутилась Сая.

— Ладно, ладно, тебе я тоже кое-что привез, — наконец-то выдал отец и снова отправился к чемодану. Из него появилась коробка, но приятней — маленькая, бархатная, в таких обычно живут неплохие побрякушки. Сая нарочито спокойно наблюдала, как отец открывает футляр и и разворачивает его к Сае.

— Вау… — тихо выдохнула Сая. «Вот это камушек!… Пап, это что?…»

— Да, настоящий. Вот и паспорт. Это милая не бирюлька и отношения требует солидного, храни в сейфе и без охраны на выезд не цепляй! Окейно? — сменил отец строгий тон на полушутейный.

— Окейно! — пообещала Сая и, поцеловав, отца в щеку стала примерять кольцо.

Отец Саи, Руслан Хамитович, был мужчиной видным. Было понятно, что этот седоватый, но еще и не старый мужчина пользуется успехом у женщин и упакован, как выражалась Сая, он был неплохо. Раскрученная фирма, добротная квартира в «пен хаусе» и жена с внешностью актрисы — все говорило и утверждало — перед вами благополучный мен и упаковка — соответствует. В общем, — Руслан Хамитович мог себе позволить много, и мог другим позволить ему завидовать. Сам же он считал себя счастливым, потому что и жену и дочь обожал и имел возможность их баловать не ущемляя ни в чем.

Сейчас же он с умилением смотрел как его «Сайчик» что-то там щебеча крутится перед зеркалом с громадным изумрудом на тоненьком пальчике.

На этой приятной ноте день потихоньку перешел в ночь со сладким тихим сном Саи.

***

А на следующее утро Сая зевая и сладко потягиваясь вышла на кухню и обнаружила отца сидящим за столом. Перед ним лежал вчерашний сюрприз. Отец молча смотрел на него и счастья на его лице было мало.

— Ты опять? — вяло запротестовала Сая. — Ну какой-то придурок глупо пошутил, насмотревшись киношек. Пап, не кисни, — она обняла отца.

— Сай, а откуда «это»?

— Не знаю, вчера кто-то позвонил в дверь. Я открыла — никого, и эта «черная метка» лежит…

Отец при этих словах аж посерел.

— Пап, да ты что?! — испугалась Сая. Весь сон моментально улетучился, словно Сая не спала уже лет десять. — Ты, что? Да я выкину это и забудем!…

— Нет. — вдруг сказал отец. — Оставь, мне это нужно. — он встал и положил обрезок в карман. — Умывайся и давай завтракать! — он включил чайник и полез в холодильник. Сая пожала плечами и пошла в ванную.

Дальше все было как обычно. Отца донимали звонками пока он завтракал. На ходу расчесываясь и натягивая туфли Сая быстро, но уже не укладываясь во времени спешила к лифту. И уже в нем проверяла сообщения на мобильнике, как всегда обнаруживая те сообщения, которые явно нужны были вчера, а сегодня ну никак не влияли на события. Конечно, стоило заблокироваться и все сразу стали предлагать «шикарно оторваться» — или просто «прийти и потрещать». Но это было все на вчера и Сая вздохнув нажала кнопку «стереть все».

Машина сюрпризов не кидала и до работы Сая доехала благополучно.

«А вот и наш замечательный шкафчик со звучной фирменной биркой «А. Джаван». — отметила про себя Сая, въезжая на территорию своей фирмы. Проезжая мимо «шкафчика» Сая ему мило улыбнулась, в ответ он молча кивнул ей.

«Вот настоящая мебель, и даже такая же разговорчивая!» — чертыхнулась она потихоньку. Из машины вышла модельно. И, незаметно наблюдая за его реакцией, пошла к ступенькам крыльца, покачивая бедрами, как ей показалось — очень сексуально! На его лице не отразилось ничего, но и взгляд он от нее не отвел, аж пока за ней не закрылась дверь офиса.

— Придурок! — сообщила Сая удивленному вахтеру-администратору и поспешила к рабочему месту.

Слава богу, шефа еще не было, и Сая, опоздавшая на целых пять минут, получила возможность безнаказанно начать рабочий день на целых пять минут позже.

Она быстро включила компьютер и вошла в кабинет шефа.

— Фуф! Какая вонь! — возмутилась Сая спертому воздуху в котором не выжили бы даже микробы. Запах вчерашнего дыма и мужского пота и еще чего-то неприятного…

«А! Вот оно — „неприятное“!» — на столе недопитая бутылка коньяка и несколько кусочков сыра. Сая наклонилась и принюхалась — «Точно, это сыр! Надо же как воняет, видимо какой-нибудь супер фирменный!» — Сая аккуратно собрала посуду и принялась наводить порядок.

В общем-то день прошел ниче так. Шеф как всегда извинился, назвал ее «кисой» и подарил духи от Эсте Лаудер и снова сделал попытку чмокнуть в щечку. Сая проворно увернувшись мило улыбнулась и подумала вслед шефу: «Видимо, придется таки его знакомить с отцом. Иначе он не успокоится». Шеф не был в курсе, кто именно был отец Саи. Рекомендации ей дал папин друг, а фамилия у нее мамина. Сая улыбнулась, представив на минутку лицо шефа, когда он узнает кто терпел от него все его маразмы. Отец разрешил Сае работать секретарем с тем условием, что после первого же хамства Сая знакомит шефа со своим «папиком». Но Сая решила, что будет самостоятельно «учиться бизнесу» и хотела знать, как в действительности делаются дела. Но в последнее время шеф, не взирал на всю свою немощь, явно оказывал ей внимание, причем преклонный возраст ему не мешал. Скорее он мешал Сае грубо упрекнуть его за некоторые его хамские поступки. Однажды он даже пытался незаметно погладить ее по коленке, но Сая очень шустро отреагировала сверкнув на него глазищами так, что он непроизвольно отдернул руку и произнес: — Простите, я нечаянно!

Ну что тут скажешь. Нечаянно он! В общем шеф был еще тот. Но Сая почему-то полагала, что ей все удастся и в общем то удавалось. Многие документы шеф позволял уже готовить к подписанию ей, и даже два раза брал на серьезные переговоры именно ее, а не юриста. Конечно радоваться Сае было рано, но примерно догадываться, что к чему и почему, она начинала, а по сему и позволяла шефу иногда подставить ее, а не отдуваться самому. Она понимала, что ее промах для них — это глупость красивой дурочки, а его глупость — это уже иногда и серьезная разборка со всеми атрибутами теневых стрелок. В общем Сая все понимала, да и если честно уже даже немножко жалела старика.

День благополучно приближался к концу. Сая собираясь домой, еще раз попыталась найти губную, пропавшую без вести и не найдя ее объявила: — Как хочешь, вернешься, поговорим! — и вышла из офиса.

В последнее время Сая старалась выйти из офиса чуть позже. На стоянке оставалось несколько машин и Сая мимоходом отмечала: «Опять главбухша здесь и юрист. Что-то они часто остаются после работы». Но спору нет юрист — «мечта в шоколаде». Это Сая для себя отметила и даже где-то в глубине души завидовала «главбухше» — эта сухая, не очень симпатичная женщина так часто оставалась с ним наедине! … кто знает? Может какими-то только ей известными способами она уже соблазнила молодого красавца. А юрист был красавец: белокурый блондин с голивудской улыбкой и большими серыми глазами. В общем «мечта в шоколаде» — как называла его про себя Сая. Еще на стоянке часто задерживалась машина менеджера по внешнеторговым связям и технического директора. Но в отличии от «главбухши», менеджер была красивой женщиной, и сомнений, что бедный технический директор истекал по ней слюнями, у Саи не было. Да и слишком часто менеджер уезжала домой с цветами и удовольствием на лице.

Сая вздохнула «Везет же некоторым». Подойдя к машине, вспомнила вчерашнюю историю и обошла машину кругом. Все было тихо и кажется в порядке. Сая села за руль, но почему-то заводить мотор не хотелось. И даже было жаль, что повода подойти к этой машине, и именно к этой у мистера «А. Джаван» не было. Кстати, его почему-то не видно. Сая оглянулась. Так и есть! А вернее нет: его нет ни на территории, ни в будочке. Сая подумала, что раньше она не замечала его отсутствия.

— А где наш мистер «А. Джаван», — поинтересовалась она, выезжая за ворота.

— Выходной до завтрашнего вечера, — отчеканил строгий молодой человек, словно рассыпал гайки на металл.

Сая поморщилась: «Ну и голос. Таким хорошо стекла бить. Слово и — осколки!» — и поехала дальше.

Погода была замечательной и Сая не торопясь и без приключений доехала до самого дома.

* * *

Елена Сергеевна была красивой женщиной.

Черные волосы и синие глаза — сочетание настолько шикарное, что ее красота действовала безотказно. Она привыкла, что мужчины «штабелями падали в обморок» и «писали кипятком», как выражалась ее дочь Сая.

Дочери уже было двадцать и она фиксировала факты убойной красоты матери с некоторым ехидством. Может это была ревность дочери к другим мужчинам или же где-то это была зависть уже взрослой девушки к громадному успеху матери у мужчин. Елена Сергеевна не знала и, если честно, не очень старалась в этом разобраться. Вообще, все неприятные моменты Елена Сергеевна старалась не ворошить и плавно обойти, дабы не портить нервы себе и другим. Тем более, что все ухаживания она воспринимала как само собой разумеющееся и даже иногда надоедающее.

Все мужчины Еленой Сергеевной воспринимались, как стрекочущая масса с глазами, полными похоти, и руками, похотливыми и липкими. Эта масса постоянно шевелилась, бесперебойно стрекоча комплименты, с единственным желанием запустить свои липкие пальчики куда-нибудь под одежду Елены Сергеевны. Подумав об этом она вздрогнула и перевернулась на бок.

В комнате, где она нежилась было прохладно. Сквозь задернутые шторы иногда проникал ветерок, лаская и охлаждая разгоряченное тело женщины.

Елена потянулась и сладко зажмурилась. Будущее казалось настолько безоблачным и радужным, что она с удовольствием позволяла себе мечтать.

Из душа доносились звуки воды — это мылся тот, кого она любила больше жизни. Тот, кого она не показывала никому и встречи с которым ждала считая секунды…

С Аликом она встретилась случайно. И если бы ей сказали, что этот молчаливый симпатичный юноша станет для нее воздухом, жить без которого она не сможет, она бы не поверила. Просто судьба сделала ей шикарный подарок, — любовь и любовь взаимную.

Елена улыбнулась. Тогда она стояла у открытого капота посреди пролетающих мимо машин и чувствовала себя самой несчастной в мире женщиной. Шел мокрый снег и рядом остановилась машина, из нее вышел высокий парень и молча направился к открытому капоту. Через пять минут он закрыл крышку и протянул ей руку. Она автоматически дала ему эту руку и вдруг почувствовала себя защищенной. Ей было так хорошо, хорошо от того, что ее нежно усадили в машину, поправили капюшон. Ей хотелось, чтобы этот странный мужчина не уходил и продолжал свой молчаливый ремонт… Или не ремонт? А он, словно чувствуя это и не торопился. Присев у открытой двери он взял ледяные руки Елены в свои и стал согревать их своим дыханием. Она смотрела на него, как зачарованная. С его непокрытой головы стекали капельки растаявшего снега и терялись в ее руках. На черных волосах они выглядели как маленькие брильянтики и Елена улыбнулась.

Он поднял голову и она увидела его лицо. Он был красив суровой мужской красотой: густые черные брови, темные большие глаза, резко очерченные губы и ямка, ямка прямо на подбородке. Елена непроизвольно дотронулась пальчиком до этой ямки. Он молча позволил ей это. Она провела пальцем по мокрой щеке, потом поймала каплю падавшую с его ресниц. Он наклонился к ее рукам и поцеловал их. Потом поднялся и молча закрыл дверцу.

Елена смотрела на него из машины и ничего не могла сказать. Он тоже на нее смотрел и тоже молчал. Вдруг ее пронзила мысль, что сейчас он уйдет, исчезнет, растворится! И никогда она не увидит этих глаз? Она быстро открыла дверцу:

— Подождите! Спасибо вам большое! Вот моя визитка, здесь телефон… — она протянула ему визитку, но он покачал головой.

— Нет? Почему нет? Я должна вас поблагодарить… — но он не согласился с ней.

— Почему вы не хотите? И… почему вы молчите … — он ничего не ответил. — … Вы не можете говорить … — наконец поняла она.

— Боже, какая не справедливость! — ей стало безумно жаль этого человека, такого красивого и… немого.

— Садитесь, — она показала на место рядом с собой. Он отрицательно покачал головой и пошел к своей машине.

Елене захотелось остановить его, но она сдержалась. Никогда и ничего подобного она себе не позволяла: бегали только за ней. Она закрыла дверцу и наблюдала, как незнакомец оттряхнув волосы сел в машину и поехал. Проезжая мимо, он медленно кивнул ей, глядя прямо в глаза, и только потом улыбнулся.

Елена откинулась на спинку.

— Я больше его никогда не увижу. — сказала она в слух и завела мотор. Набирая скорость, Елена заметила, что машина незнакомца маячит впереди. Это почему-то фиксировалось ее мозгом само по себе и она решила просто посмотреть, где он живет, или просто куда едет.

Тогда Елена поехала за ним и проследила, где он вышел из машины. А когда он вошел в подъезд, она решила узнать, на какой этаж он поднимется. Она выскочила из машины и, кутаясь в мокрую шубу, побежала к подъезду. Заскочив, она моментально попала в объятья своего спасителя. Странно, но ей не было стыдно, что ее так просто вычислили, тем более что, в его глазах она увидела столько страсти, что сказала неожиданно вслух:

— А будь, что будет… — и закрыла глаза… — это был их первый поцелуй.

Елена Сергеевна еще раз с удовольствием вспомнила их первую встречу и свое безрассудство «Да, вот она любовь с первого взгляда». Она не жалела ни секунды о том, что позволила себе проследить за ним. И даже придумала себе поговорку «кто не следит — тот не находит себе любовь». Глупо? Возможно: ей было все равно. Со временем. Поняв, что Алик любит ее также сильно, она обезопасила себя на случай развода с мужем и переписала на него свою долю акций и даже свои особняки на Кипре и в Испании. Теперь при разводе она получала ничуть не меньше мужа и могла надеяться в будущем на счастливую жизнь с любимым мужчиной.

Шум в ванной прекратился и вскоре на пороге появился Алик — мокрый, но старательно вытирающийся. Ладная фигура, смуглая кожа: Елене в нем нравилось все. Она любила в нем все и даже молчание. И правда, зачем настоящему мужчине уметь говорить, главное, чтобы он умел делать. А он умел. Алик работал где-то секъюрити и плюс обучал восточным единоборствам юношей. Нет, Елену не удивляло, как его понимали ученики. Она же его понимала без слов? Иногда даже поражаясь, насколько точно она угадывала его мысли…

В общем Алик был настоящим мужчиной — «мечтой в шоколаде», как выражалась ее дочь, видя привлекательную мужскую особь.

— Иди сюда, Али, — позвала Елена тихо. — Я люблю тебя…

А в это время, на другом конце города, Сая, сидя на диване и держа на коленях мурчащий круглый шар, сообщала отцу:

— Представляешь, Инка уже третий раз за месяц меняет цвет волос. И настолько кординально, что ее Вадик сегодня работал мухоловкой. Стоит глазами хлоп-хлоп, рот открыт. Еще бы! Я вообще не удивилась бы если бы у него челюсть отпала. Увидеть свою леди зеленоволосую, как тетьмашина Швабра! — сравнила Сая подругу с орудием производства домохозяйки.

— Прямо уж зеленая? — усомнился отец, он как Цезарь делал сразу несколько дел: смотрел одним глазом детектив, листал какую-то папку, периодически отпивал из огромного бокала чай, и еще успевал пообщаться с безостановочно говорящей дочерью. — Может быть это был просто оттенок? — предположил отец.

— Оттенок! — передразнила Сая отца, она с возмущением взмахнула руками. — более яркого цвета, чем на голове у Инки я не видела даже на голове Кисы Воробьянинова. Ей позавидует любой светофор! — сказала Сая и засмеялась. — Оба! Вот и тема — «Инночка! А на что намекаете вы, изображая зеленый свет на трассе? Путь открыт?» — жеманно стеатральничала Сая. Отец засмеялся:

— Язва! — сообщил он и добавил, — А у вас «голова еще красная?»

— Осторожно… уже «желтая»! — продолжала гримасничать Сая.

— Ладно, ты выиграла, согласился отец и предупредил. — Смотри будет «зеленая» голова — я ее оторву, — закончил он на полном серьезе.

Сая молчала подняла бровки и сделала вид, что молчит уже лет пять. Отец покачал головой и дальше занялся своими бумагами.

Сая знала, что надо уметь во время остановиться. При всей его мягкости, она боялась отца. Однажды она видела, как он избил соседа за то, что тот назвал еще юную Саю «ссыкухой». Отец бил соседа сильно и методично и сбежавшиеся люди с трудом его остановили. Сая очень долго не могла забыть этот эпизод и даже дважды видела все это во сне. В общем, Руслан Хамитович, был «двухэтажный человек» — так Сая называла людей со скрытыми чувствами и недостатками. И не хотела вспоминать о его «другом этаже».

— Мама не звонила? — вдруг поинтересовался отец.

— Нет, а что? Сам позвони, чай мобильник у нее с собой.

— Да ладно, пусть себе лазит по своим горам, — усмехнулся отец. Вот нашла утеху, — он потянулся к фото, стоящему на столе. На фото Елена Сергеевна была снята в горах, в больших темных очках и глухо замотанная в косынку. — Наша ниндзя, — с любовью произнес он, и Сая в очередной раз отметила: Мать он любил безумно. «Эх, мне бы такую любовь!» подумала Сая играясь с Шариком. «Хотя бы в половину меньше!» согласилась она и пошла звонить своему дружку Сашику. Сашик был скорее «подруг» — как в шутку называла его Сая. Ему она говорила все что думает, точно зная: Сашик все поймет! Сашик был тихим молодым человеком, улыбчивым и скромным. Всегда умел выслушать и свое мнение по поводу сказанного выражал ясно и спокойно. Словно просто делая для себя вывод. Если его мнение не совпадало с Саиным, она начинала энергично доказывать Сашику, что он не прав. На что тот отвечал: «Ты сказала, я сказал, два человека — два мнения!» В общем это был действительно «подруг» и причем — настоящий.

— Сашик, привет! Как ты там? Я рада… Не хочешь со мной пострадать в кафе? Хорошо через тридцать минут в нашем кафе. Окейно? Пока!. — Сая быстренько скинула домашнее и натянула джинсы. Посмотрела на себя в зеркало:

— Губы все-таки надо накрасить, где же моя губная? — снова задумалась Сая. Но тут же вспомнила, что у матери в комнате она найдет сколько угодно губных помад.

В припрыжку побежала к ней в комнату. «Так… где же я видела этот цвет?» — Сая перебирала мамины губные и по очереди быстро выдвигала все ящики. «Где же? Где? Ну не везет мне на эту ерунду и все!» — в сердцах расстраивалась Сая. Мама со своей белой кожей могла себе позволить цвета, которые смуглой Сае ну никак не подходили. В нижнем ящике Сая наткнулась на странную штучку.

«Браслет что ли?» — подумала Сая, рассматривая мягкую кожаную трубочку. Померяла на свою руку, нет, это явно с мужской руки. Понюхала, запах был мужской. «Странно…» — подумала Сая. — Откуда это? Отец в садомазохизм с мамкой играет?!» — она аж головой тряхнула. — «Ну, дела!…» и засунув «горячую» штучку обратно, передумала красить губы.

— Сашик! Я иду! — сообщила она Сашику телепатически и побежала вон из комнаты.

Сашик уже сидел и, увидев входящую Саю, поднял руку, показывая ей свое местонахождение.

— Привет!

— Хелоу, Сашик! Как дела? Ты уже заказал? Мумица! — поцеловала она Сашика.

— С чего это ты решила сегодня оторваться?

— Знаешь, захотелось любви и теплого мужского плеча!

— Не ерничай! Ты знаешь это не ко мне, я тебе скорее брат, чем самец.

— Знаю. Только мне действительно захотелось любви, Сашик. Ты знаешь, — продолжала серьезно Сая, рассматривая бокал, — я сегодня почувствовала себя такой одинокой! Знаешь, отец так любит мать, что его любовь ранит меня. Я себя какой-то уродкой чувствую!

— Ну ты даешь! — засмеялся Сашик.

— Не смейся! Правда! Смотри она красивая — так ее и любят все, комплименты, цветы, вздохи. Отец с ума сходит от любви — это нормально. А у меня ни одного поцелуя на счету — Я что уродка?! — возмутилась Сая.

— И что? Ты жаждешь поцелуя? И тебе все равно будет с тобой настоящая любовь или нет?

— Я не про это! Конечно хочется, чтобы был именно он, мой единственный! Но пока что и желающих нет! — развела Сая руками.

— Дура ты, — сообщил Сашик. — У нас все пацаны по тебе сохнут. Но извините, ты сама уже всем объявила, что «присутствующие мужчины не в счет» — помнишь? Еще два года назад? Или это была неправда?

— Правда. Мне действительно никто из моих знакомых не нравится. Ну, не считая тебя, ты вне конкуренции — расшаркалась Сая.

— Брось! Не может никто не нравится. Например, Максим? Он красив и…

— И глуп! — закончила за Сашика Сая.

— Хорошо, Андрей чем плох?

— Ну он… он… он никакой, наконец нашлось определение очередному кандидату.

— А Малик?

— Малик? Он наглый и какой-то озабоченный! А еще от него потом воняет!

— Ну ты даешь, никому не воняет, а ей воняет! Короче ясно, нет среди нас твоего мачо.

— А так хочется … — вздохнула Сая и вдруг отчетливо поняла, есть тот, с кем она не постеснялась бы и поцеловаться. В этом было тяжело сознаться, но кажется это был… шкафчик с вывеской «А. Джаван».

— Сашик! … Я знаю такого мачо!

— Да, ну? Колись! Ху из ху? — поразился Сашик.

— У меня извращенный ум, Сашик, но мне кажется, что я бы… Нет, пожалуй, я не скажу! — передумала Сая.

— Не честно! Я тебе все говорю! — обиделся Сашик, но Сая уже задумавшись тянула свой коктейль, решая вопрос, так неожиданно всплывший в уме: «Так нравится он мне или нет?».

— Слушай, мне действительно, кажется, он нравится, — упавшим голосом призналась Сая.

— Ну ты даешь! Это ты только сейчас с собой договорилась? — ехидно поинтересовался Сашик. — С Вами все ясно: гормональный всплеск снес крышу и первый попавшийся самец неизбежно приговаривается к любви. — подытожил он и добавил — Когда будет использование приговоренного? И вообще, он — в курсе?

— Дурак! Прекрати! — Сая шлепнула дружка по щеке. — Не говори так… — это уже тихо. Совсем тихо.

— Сай… Если ты собралась тут порыдать, то я жилетку не одел… — подковыристо застращал Сашик и Сая засмеялась.

— Сашик, ты фрукт! — объявила она и чмокнула в щеку.

— Оу, е! Вот и результат поиска! — Герой найден! — Сашик шутливо изобразил героя и они засмеялись.

Домой Сая приехала поздно. Отец сидел в зале с какими-то мужиками, она поздоровалась и тихонько шмыгнула в спальню. Голова слегка кружилась, но в целом было хорошо, даже очень. Сая вытянулась на кровати и сладко засопела.

Утром Сая проснулась от того, что отец очень жестко сказал:

— Милая, я сказал, что жду тебя завтра. Нет, не стоит задерживаться… Целую. — и положил трубку.

Сая вышла в коридор, отец обувался.

— Пап, ты куда?

— Надо, милая, пока! — коротко бросил тот и, чмокнув дочь, вышел из квартиры.

— Ну вот, Шарундий, что-то происходит, а что — кто знает? Это и есть судьба! — философски заключила Сая и, погладив кота, направилась в ванную. А кот, видимо задумавшись о судьбе, уселся на пороге.

В это время Руслан Хамитович мчался в офис и лихорадочно обдумывал то, что только что ему сообщили из банка. «На ваш запрос отвечаем, данная сумма была переведена на счет в каком-то банке по вашему распоряжению!!!». «Какое к черту распоряжение? Что за чертовщина. Идиотизм! Не может быть! Если это не лажа — то я в жо…» — подумал он.

В кабинет он влетел с такой скоростью, что жалюзи заходили ходуном, словно на них сильно дунули и причем все сотрудники разом:

— Борис, где документы по переводам? Срочно! Подними все цифры за последний месяц! — распоряжения сыпались с такой скоростью, что люди бегали бегом. А босс продолжал:

— Я должен понять, что происходит! — и просмотрев бумаги, тихо произнес — Меня поимели… Хаккера сюда!

Хаккером называли помощника по технике — Юру, бледного маленького юношу, который словно бесплатное приложение к компьютерам, бесшумно появлялся и взломав очередной забытый кем-то пароль, исчезал.

— Его нет, Руслан Хамитович, — прошептала Люся, бухгалтер.

— Как нет!? — взревел Руслан Хамитович. — Найти! Из под земли достать — отдал он приказание Борису. Тот кивнул и испарился.

— Кто его в последний раз видел? — гремело в кабинете.

— Вчера, он в обед мой компьютер лечил, — пролепетала Люся.

— Лечил?! Скоро вы все у меня лечиться будете! Если через час здесь Хаккер сидеть не будет! — пообещал Руслан Хамитович и добавил: — Все — вон!…

Надо было видеть как быстро опустел кабинет…

А где-то в теплой Италии, на шикарном пляже смуглые итальянки с улыбкой наблюдали, как щупленький «русский» в цветастых трусах сообщает с широкой улыбкой далекому партнеру:

— Все сделал, как просили. Долетел нормально. Спасибо вам за все! — И с улыбкой растянулся на солнышке.

Юра, а теперь уже Георгий, никогда не думал, что то что задумал этот странный человек, получится. А ведь получилось! «Георгий, Георгий…» — подумал он, — ты родился под счастливой звездой. «Уйти от такого дога, как Руслан Хамитович, это трюк, что надо!» — Юра еще раз улыбнулся и закрыл глаза.

Вечером того же дня Борис отчитывался боссу:

— Хаккера нигде нет и бабка его испарилась. Квартира осталась безхозная, а где они никто не знает.

Руслан Хамитович прикрыл рукой глаза.

— Борис, нас поимели.

Борис молчал, это он уже понял.

— Подбей бабки, я — домой, — устало сказал босс и вышел из офиса.

— Да… — задумчиво произнес Борис и докончил — Имели значит Беса, даже его имели… Вот так дела… — и, вздохнув, принялся за дела.

В отличие от отца, Сая свой день отработала тихо и спокойно.

А вечером, выйдя из офиса она с удовольствием отметила, что «шкафчик «А. Джаван» на рабочем месте, а еще, что он изредка бросает взоры в ее направлении.

«Шкафчик, Шкафчик, открой дверцу!» — пропела про себя Сая и направилась к машине. Она еще утром сделала заготовку, чтобы заполучить этого красавчика в собеседники: аккуратно пережгла какой-то проводок под капотом.

Итак, она нарочито деловито уселась за руль, но как и ожидалось, машина не заводилась. Попробовав еще и еще она глянула в зеркальце: «Он смотрит» — затем она вышла из машины и открыла капот. Для отвода глаз что-то там просмотрев, она повернулась в сторону охраны и позвала:

— Мистер «А. Джаван» подойдите пожалуйста сюда. — и тут же закончила про себя «Проверка слуха прошла успешно, объект слышит, и возможно даже видит!»

«Шкафчик» подошел к Сае и вопросительно посмотрел на капот.

— Вот, не заводится! — сообщила Сая, с интересом рассматривая его. «Хороший экземпляр!

При ближайшем рассмотрении он еще опасней, чем мне казалось!» — с удивлением заметила Сая.

«А. Джаван» был безукоризненно сложен, высок, а что самое приятное — он был красив. «Вот он — мой мачо!» — подумала было Сая, как мачо повторил старый номер и аккуратно отодвинул ее в сторону. «Ура, меня приняли в стаю. Я подруга „шкафчика“ и зовут меня „тумбочка“.» — Сае даже понравилось, как он технично это сделал. «Мужик!» — с удовольствием заметила она.

Тем временем мачо, все так же молча, перебирал все варианты поломки и внимательно что-то там выискивал. Сая подошла поближе и почувствовала еле уловимый запах его духов. «Духи? — это радует. А он ничё…» — она продолжала его изучать: крепкая спина, черные, чуть вьющиеся волосы, смуглая кожа… «Интересно, кто он по нации?» — вдруг подумала Сая. «Наверное, тоже какая-нибудь смесь, как и я.» — а вслух сказала:

— Простите, вы скоро? А то я спешу.

«Шкафчик» выпрямился и пристально глядя на Саю протянул ей два обугленных проводка. «Тьфу ты. Как он быстро их нашел!» — она взглянула на него и увидела, что он чуть с улыбкой смотрит ей в глаза.

«Хам! Уставился! А глаза то как хороши! Кошмар какой-то!» — Сая резко отвернулась и стала звонить отцу по мобильнику.

Секьюрити молча стоял рядом.

— Пап! Ты где? Занят? Хорошо. — она закончила разговор. «Так, — подумала Сая, — сама себе проблему придумала. Домой-то ехать надо, и у отца какие-то проблемы». Она повернулась к «шкафчику»:

— Мистер «А. Джаван», вы не подскажете, как я сегодня попаду домой? — капризно вопрошала она со святой простотой глядя ему в глаза. Он молчал.

«Вот блин, дурацкая ситуация». Сая захлопнув капот, быстро направилась к будочке, проклиная и свою затею и эту, немыслимую глупую ситуацию.

— Не подскажете в какую сторону ближайшая стоянка такси? — спросила она у второго секьюрити.

— Налево, сто пятьдесят метров! — насыпал он гаек — «Блин! Ну и голос!» — поморщилась Сая и вежливо поблагодарила. — Спасибо!

«Да, так все хорошо начиналось и вот тебе-на! Так глупо все закончилось!» — думала Сая и чуть не подпрыгнула от неожиданности, когда рядом с сигналом остановился «Форд». Она резко повернулась, дабы навсегда отучить этого нахала приставать к девушкам… А за рулем увидела «мистера «А. Джаван».

«Вау!» — только и подумала Сая. Но не показывая своего удивления села в машину и скомандовала — «Домой!». Он улыбнулся и молча тронул с места. А Сая вдруг подумала, адрес он не знает «а я дура…».

— Извините, на Ленинский проспект, дом 83. — сказала она вежливо и он кивнул.

«Послушайте, как мы громко киваем!» — взъелась Сая. Ее начало раздражать, что он не считает нужным даже открыть рот и произнести хоть слово. «Герасим, хренов!» — психовала Сая. И решив все таки его разговорить она спросила.

— Вас попросило довезти меня до дома ваше начальство?

Он отрицательно покачал головой.

— А кто? — ошарашено спросила Сая. «Вы» — показал он на нее.

— Я?! Я не просила вас! Остановите машину, я сама доберусь! Слышите, я никогда бы вас не попросила о таком!

Он удивленно посмотрел на нее. Затем пожал плечами и остановился.

— И чего вы остановились?! Везите, раз уж начали! — совсем испортилось настроение у Саи.

Вскоре их путь закончился. Она вышла из машины, громко хлопнув дверью и подошла к окошку водителя. Он вышел из машины и молча смотрел на нее, она отыскав в сумочке купюру швырнула ее в лицо «Шкафчику».

— Это оплата! — бросила она ему в лицо уже почти не владея собой. И тут же испугалась, почувствовав, что железные руки, сжав ее за плечи, хорошо тряхнул ее. Сая испугалась. Она не ожидала, что он посмеет ее схватить.

— Пустите немедленно! Я заявлю на вас! — потребовала она, пытаясь хоть что-нибудь сделать. Не тут-то было! «Сейчас он тебя еще раз тряхнет и из тебя, как из Буратино, посыпятся пятаки!» — быстро подумала Сая, соображая при этом стоит ей кричать, или он ее сам отпустит?

Тем временем «мистер Шкафчик» поставил ее на землю и подняв купюру с земли сунул ее Сае в бюстгальтер. Этого она не ожидала. Жар ударил ей в лицо и как только его машина отъехала, крупные слезы покатились из ее глаз.

«Я… я… я убью его!» — пообещала себе Сая и швырнув купюру на землю, бросилась со всех ног к дому.

Заскочив в лифт, она один за другим прокручивала планы будущей мести. Но что-либо говорить отцу она не собиралась. Представив на секунду, что ее отец будет бить «Шкафчика» повергло ее в такой ужас, что она поспешила быстренько утереть слезы и домой постаралась войти как можно спокойней.

Дома стояла тишина. Отец сидел за компьютером и казалось не заметил прихода Саи.

«И отлично» — подумала Сая и проскользнула в ванную.

Через час, немного успокоенная, и уже не жаждущая крови, она вышла из ванной и услышала звонок телефона.

Шарундий моментально прекратив тереться о хозяйку бросился на звонок.

— Шарик, нельзя! Брысь! — Закричала Сая и, перегоняя кота, успела таки схватить и трубку и аппарат. Проигравший кот обиженно попробовал выбить аппарат лапой и ретировался, после всех неудавшихся попыток.

— Алло! Я слушаю!

— Саинька, это я. — прозвучало в трубке, как всегда очень сладко.

— Мам! Привет! — отец оторвался от монитора и вопросительно посмотрел на дочь.

— Да это я. Завтра в 12.00, пожалуйста встретьте меня на стоянке.

— Мам! Да я к трапу проберусь.

— Не стоит, Саинька! Я буду ждать тебя в аэропорту на стоянке.

— Я встречу, — сказал отец.

— Мам, папа тоже будет! — радостно сообщила Сая.

— Хорошо. Завтра в 12.00. Пока. Целую.

— Пока, — сказала Сая.

Отец улыбнулся, на секунду осветившись радостью, и опять сник.

— Пап, а ты че такой? — заметила настроение отца Сая. Она обхватила его за шею и прижалась к щеке.

— Все нормально, Сайчик. Все о’кей! — он похлопал ее по руке. — Ну все, дай папе поработать.

Сая чмокнула отца в щеку и пошла разогревать ужин.

«Что-то отец неважно выглядит» — подумала Сая, — «Скорей бы завтра — с мамулей он быстро расцветет». Вдруг Сая вспомнила, что завтра ей не на чем ехать за мамой.

— Пап, ты извини, но у меня не большая проблема, — Сая начала потихоньку.

— Что за проблема? — поинтересовался отец и пристально посмотрел на дочь.

И тут Саю понесло:

— Знаешь папа, я беременна и мне нужен аборт, видишь ли … — она вдруг поняла, что отец не понял шутки, он страшно побледнел и схватился за сердце.

— Папочка, это шутка! Папа, я дура, — я пошутила! Идиотка! — она подбежала к отцу и стала испуганно заглядывать ему в глаза.

— Пап, тебе плохо? Вызвать скорую? Тебе накапать чего-нибудь? — он кивнул.

Сая бросилась в ванную и лихорадочно стала искать капли.

— Где? Где? Где? Где? — как автомат повторяла Сая, пока эти капли не оказались у нее в руках. — Вот они! Быстро накапав 19 капель, она побежала к отцу. Он сидел еще бледный, как в начале шутки. «Да, шутка удалась!»

Выпив лекарство, Руслан Хамитович прикрыл глаза и медлено произнес:

— Что за проблема? … Все-таки?

— Пап, у машины какой-то проводок нечаянно сгорел, и она не заводится. И я не смогу завтра маму встретить, — Сая быстро объяснила отцу суть дела.

— И все? — спросил отец удивленно.

— Все! — почти честно заверила Сая и соблегчением заметила, что отец улыбнулся. «Слава, богу! Отходняк вроде!» — решила Сая — «Я уже думала — ласты склеит…» — и улыбнулась: она вспомнила любимое выражение Сашика и ей стало легче, словно любимый «подруг» был где-то рядом, «мне срочно нужна жилетка!» — телепатически крикнула Сая. Ну а отец уже не просто улыбался, а скорее смеялся, и даже не смеялся, а хохотал во весь голос. А перед ним на ковре сидел Шарундий и внимательно, как опытный психиатр, наблюдал за хозяином. Сая от удивления не могла сказать не слова. А через минуту она не могла сказать ни слова, но уже от смеха. Уж очень заразительно смеялся отец.

Насмеявшись до упаду, причем в прямом смысле — до упаду, а Сая лежала на ковре и не могла подняться, они утерли слезы и, как ни в чем не бывало, принялись обсуждать поломку машины.

— А что за проводок? — спросил отец.

— Не знаю! Красненький такой!

— Хорошо, сейчас Борису скажу, пусть займется, — и он набрал номер помощника.

— Боря, сделай сейчас, и пригони во двор… О кей! — отключаясь отец подмигнул Сае. — Окейно? — переспросил он дочь.

— Окейно! — ответила Сая и вспомнив «Шкафчика» вздохнула. «С завтрашнего дня я не обращу на него никакого внимания!» — пообещала Сая и пошла звонить Сашику. «Сашик! Мне все таки нужна твоя жилетка!»

Пока дочь «трещала» по телефону со своим «подругом», Руслан Хамитович снова достал загадочный сувенир и тяжело вздохнул. Он узнал эту вещь, и от этого ему было так муторно, хоть вой. «Неужели?! Неужели пришло время платить? И кто? Кто мог узнать об этом?» — в который раз спрашивал себя Руслан Хамитович и не находил ответа. Да ему действительно стало страшно от того, что заплатить он мог самым дорогим, что у него было: жена и дочь. Он не мог даже подумать, что кто-то заставит его бояться. И вот заставили.

Вращая в руках маленький обрезок украшения он пытался понять откуда исходит угроза. «Интересно, как далеко они пойдут?…неужели Юра — хаккер был их человеком?.. Может они хапнули бабки и отвалили?.. А если нет?..» — мысли в голове бродили и шатались, сталкивались, словно пьяные в темном коридоре: и толпа и толку нет ни какого! — Руслан Хамитович убрал, как нечаянно угадала дочь, «Черную метку». И подумал почему-то: «Боже, почему теперь? Теперь, когда я так счастлив?!» — но вероятно Бог не захотел дать ответа; тем более, когда он очевиден.

На следующий день Сая подъезжала к работе уже пристыженая Сашиком за свои «похотливые мерзости». Именно так он охарактеризовал все милые ухищрения Саи накануне. У нее даже зародилось подозрение: уже не мужская ли солидарность заговорила в ее «подруге»? а может даже какое-то подобие ревности? — это конечно маразм, но все же? Неужели, то что она сделала — так отвратительно? И примерно с этими мыслями Сая подъехала к воротам. И самое ужасное было то, что на воротах дежурил… как вы думаете кто? Угадали! Конечно, Сая не надеялась, что он бросится под колеса, тыкая в нее пальцем и молча заливаясь в безудержимом смехе, но была уверена, что он ехидно улыбнется.

Она сжала зубы и изо всех сил пыталась выглядеть безразличной, спокойной, а еще слепой, каменной и даже незнакомой… В общем, — она старалась.

Ворота открылись без промедления и Сая, не глядя на охранников, проехала на свое место.

«Уф» — подумала она — «Кажется — проскочила с нейтральной мордой!» — и стала вылазить из машины. Ноги не хотели слушаться, настолько они были напряжены, и Сая чуть замешкалась.

Вдруг чья-то сильная рука взяла ее за руку и помогла выйти. Сая от неожиданности не сопротивлялась. Она боялась поднять глаза, но поняла — Перед ней стоял «мистер А. Джаван».

Он серьезно посмотрел на нее и наклонившись поцеловал ее, уже почти мертвую руку. Сая думала, что ее глаза сейчас выпадут от удивления на асфальт и больше никогда не появятся на своем месте. «Шкафчик» либо взбесился либо у него полки поехали…» — автоматически подумала Сая. «Отпад!» — слабо удивилась она. Но оказалось это не последний фокус на «мебельной фабрике». Мистер «А. Джаван» еще и скромно опустил глаза, оставаясь стоять при этом смирно.

«Убил» — подвела итог Сая и ошарашенная пошла в офис. Куда там изображать при этом модельное покачивание средней части тела! Единственное о чем думала Сая в это время, это — «Шкафчик» ее убил на повал!

Минимум полдня Сая не могла прийти в себя, делая все автоматически и не задумываясь. Как вдруг зазвонил звонок мобильника.

— Да, автоответчиком сработала Сая. — Я вас слушаю.

— Сайчик, не торопись, не надо — я маму встретил, сам отвезу домой, — слышишь? — это папа. «Во даю! — Сая аж шлепнула себя по лбу. — Совсем забыла!», но в трубку ответила:

— Хорошо, тогда я обратно на работу? — скромненько так, искренне так.

— Окейно! — отозвался отец и дал отбой.

— Окейно… — повторила Сая.

Она поднялась из за стола и подошла к окну. «Шкафчик» разговаривал с напарником… Разговаривал?! О нет показалось- он просто кивал ему в ответ. Затем посмотрел на ее окно и пошел прочь с территории.

«Странно» — подумала Сая. А чуть позже и поняла даже, что именно ей показалось странным: он шел пешком, а не поехал в своем «Форде». Но долго об этом она думать не стала, тем более, что в офис направлялись посетители.

Поздоровавшись, Сая пригласила их присесть и зашла доложить шефу. Тот вяло отреагировал и попросил их запускать не ранее, чем через 5 минут. Сая кивнула и через минуту хлопотала у кофеварки предлагая гостям чувствовать себя как дома, пока шеф не закончил свой важный разговор по телефону. Гости с удовольствием согласились.

Елена Сергеевна понимала, что говорить о разводе с мужем будет нелегко. Более того: его придется очень долго его к этому готовить. И обдумав все, она решила сыграть «плавное наступление безразличия» к мужу. А затем мягко предложить ему пожить какое-то время отдельно — «чтобы отдохнуть и проверить возможность дальнейшей совместной жизни».

Единственное, чего она боялась, это то что муж заподозрит ее в неискренности.

Позволив при встрече чмокнуть себя в щечку, Елена Сергеевна села в машину мужа и, как и полагается поле утомительного перелета откинулась и закрыла глаза.

— Устала? — мягко спросил муж.

— Да, милый, что-то больше, чем хотелось бы, — улыбнулась Елена, всем своим видом показывая, что она изо всех сил старается не умереть от изнеможения.

— Бедная, — пожалел муж, поглаживая ее по голове. — Отдыхай, сейчас будем дома.

— Побыстрее бы, — уже почти неслышным голосом, выдохнула Елена. В общем, игра началась.

Дома после принятой ванны, Елена, избегая возможных посягательств, сделала вид, что моментально уснула. Чем немало удивила мужа, собравшегося одарить любимую не только любовью, но и новым подарком. Он так и остался стоять посреди комнаты с коробкой в руках, пораженный на сколько женщины быстро устают от перелетов. Покачав головой, он на цыпочках подошел к Елене и тихонько забрал Шарундия, который, усиленно мурча, устроился у хозяйки чуть ли на голове. Полюбовавшись на спящую жену, Руслан Хамитович улыбнулся: «Все не так страшно, у меня есть моя «Елена Прекрасная» и пошел в свой кабинет.

Коробка с нижним бельем осталась лежать на столике у дивана. Елена открыла один глаз и с любопытством заглянула в коробку. Затем быстро его закрыла. Это осталось незамеченным. Игра продолжалась.

В это самое время Алик шел быстрым шагом по направлению к остановке. Вскочив в маршрутку, закрыл глаза. В его голове проносились мысли:

«Ситуация кажется выходит из под контроля. Девчонка непредсказуема. Я должен торопиться». Он вышел из маршрутки и спустился в один из множества подвальчиков, переоборудованных под разнообразные магазины, кафе и салоны.

Этот был элитным клубом «Дан».

Алик поздоровался. Мужчина ответивший юноше был старше и ниже ростом. Седые волосы были коротко подстрижены.

— Заходи. С чем пожаловал? — поинтересовался хозяин. — Проблемы? — гость кивнул.

— С кем? С Еленой? — Алик отрицательно помотал головой. — С Русланом? Тоже нет? Тогда с девчонкой? — Алик кивнул.

— Что-то заподозрила? … А что тогда?

— Алик медленно приложил руку к сердцу.

— Влюбилась? — Алик пожал плечами. — Не дай бог! — хозяин внимательно посмотрел на Алика. — Али, а ты сам не того?… — усомнился он. Алик сделал резкий жест рукой, который означал и «нет!» и «с ума сошел!» — и еще много много вариантов.

— Смотри у меня. Нам надо помнить кто они, — многозначительно поднял он палец.

Али опустил глаза. Он помнил все.

Только год, как он перестал бояться наступления ночи, а значит поры кошмара. Он видел его каждую ночь: Отчим, высоко поднимая ноги, переступает через убитую им мать и маленький кусочек любимого маминого перстня с легким стуком падает недалеко от него, тогда еще четырехлетнего мальчонки, застывшего за прикрытой дверью…

В ту ночь Алик проснулся от непонятного шума. Маленький мальчик спросонья не понял, что происходит. Подойдя к двери Али чуть-чуть приоткрыл дверь и заглянул в комнату, он очень боялся, что взрослые заметят его: Мама не разрешала без стука входить в комнату взрослых. Алик притаился. В комнате ругались. Мать, красивая цыганка гордо стояла перед отчимом, а тот цедил сквозь зубы: «Уйди, хуже будет!» — на что мать еще больше выпрямляясь отвечала: «Хуже не будет! Лучше смерть, чем любовь Иуды! А ты Иуда! Никогда тебе не найти покоя, ты думаешь ты цыганское золото уносишь? — Ты цыганское проклятье на роду уносишь!» — «Замолчи, тварь!» — отец ударил ее по лицу, мать упала, но подняв на него свои огромные глаза, она с трудом произнесла «Будь ты проклят! Пусть не будет тебе ни дня ни ночи!» — она не успела договорить — отчим схватил фамильный цыганский кинжал со стены и стал наотмощь бить ее. Он наносил удары один за другим, словно не мог остановиться. Затем он в изнеможении опустился на колени.

Дрожащими руками он утер кровь с кинжала. Потом отшвырнул его. Алик не шевелился, он смотрел и не мог пошевелиться. Он хотел закричать, но из открытого рта не вылетало ни звука, он вдруг забыл… как надо кричать. Отчим выскочил из комнаты. Алик услышал, как отчим спускается с лестницы. Ему показалось, что тот ушел. Мальчик тихонько вошел в комнату и замер от ужаса. То, что осталось от мамы никогда не сотрется из памяти: В кровавом месиве мальчик не увидел знакомых черт. Он попятился, сделал шаг и наступил на что-то, это была половина кольца: даже разрубленный пополам этот перстень оставался «маминым», это пожалуй единственное, что могло ему сейчас напомнить маму. Он взял окровавленное кольцо и услышал шаги на лестнице: отчим возвращался.

Алик попятился, поднял у выхода вторую часть маминого кольца и тихонько прикрыв за собой дверь, бросился бежать. Выскочив из дома и отбежав метров сто, он увидел огромное зарево, взметнувшееся над их домом и тут Алик вдруг точно осознал своим детским сердцем, что он никогда не забудет ни этого человека, ни этого пожара. Он сжал маленькие кулачки и кусочки металла впились в кожу. Было очень больно. Но эта боль была ничто, в сравнении с той, что горела в его маленьком сердце.

Алик смотрел на огонь и крупные слезы текли по его щекам. Он отвернулся и побежал.

Двое суток мальчик брел по лесу боясь отчима, и только перестав слышать вообще какие-либо посторонние звуки, кроме пения птиц, он сел, прижался к теплой березе и отключился.

В себя он пришел от того, что кто-то похлопывал его по щекам.

— Вот и лады, вот и отлично, — приговаривал какой-то дяденька поднимая его на руки. Алик пытался вырваться, но чужак улыбнулся и произнес:

— Чертенок! Не беги, малыш, не бойся, я не обижу тебя … — он прижал его к сердцу и понес дальше, туда, где и работал «Петрович», а именно так звали чужака.

Потом был тихий разговор тренеров о пожаре в доме у богатой цыганки. И внимательный взгляд Петровича, казалось понявшего, что произошло в ту страшную ночь с этим маленьким немым мальчонкой.

Да, Алик помнил все: целых шесть дней он не разжимал маленьких кулачков, а когда разжал, Петрович долго не мог решиться дотронуться до окровавленных ладошек.

— Мой маленький тигренок… — только и смог произнести он. — Неужели ты из этого проклятого дома? — задумчиво спросил Петрович и мальчик утвердительно кивнул.

Только через год Петрович сумел узнать все, что произошло, в подробностях. Мальчик не говорил и ему пришлось приложить немало усилий, прежде чем он понял: мальчик действительно числится погибшим. Тогда Петрович, используя все мыслимые и немыслимые связи, достал ему документы на имя Алика Джаван, беженца из горячей точки. Оформив опекунство, Петрович пообещал, что поможет мальчику выжить и отомстить за мать.

Алик любил и уважал Петровича. Он был с виду суров, но мальчика ни разу не обидел. Заниматься заставлял наравне со всеми, а если тот обижался, говорил:

— Ты уже родился — это дар, всего остального добивайся сам. Тебе никто ничего не должен. Сиди и думай.

Алик садился и думал.

Сейчас, когда Алик растерялся, он первым делом побежал к Петровичу. Надеясь, что тот, как всегда и во всем разберется.

Петрович думал:

— Я думаю надо заканчивать — наконец произнес он. — просто поступим чуть иначе.

— Завтра пригласи к себе Елену, Алик кивнул — Надо кончать.

Рабочий день закончился. Сая выходя из офиса заметила, что «Форда» нет. «Когда успел?» — вяло отметила она. Сегодня она устала и встречаться с этой ходячей головоломкой она не хотела. Шеф нервничал и уставшая Сая пошла домой пораньше.

Дома была лишь мама. Они попили чай и уселись смотреть телевизор. Шарик от избытка чувств мурчал так громко, что Сая возмущенно прикрикнула на него.

— Молчи, граммофон! Мы в курсе, что ты рад. — Шарундий обиделся и ушел в другую комнату.

В дверь позвонили, Сая вскочила, но мама остановила:

— Я сама, наверное папа. Он любит, чобы открывала я.

— А я что? Я ничего. — Сая улеглась на диван.

Через несколько минут мама вернулась.

— Ищут каких-то Колесовых, — сообщила она.

— Кого только не ищут — отозвалась Сая и устроившись поудобней сделала громче телик.

Мама замолчала. Сая любила эти минуты. Мама рядом. Играет музыка и все беды уходят в никуда. «Еще бы „Шкафчика“ получить — и больше ничего не надо» — вздохнула Сая и прикрыла глаза. «Хорошо».

Утром Сая проснулась на диване и с удивлением отметила, что Шарундий спит прямо в корзинке для фруктов.

— Нахал, батенька, что скажешь — пробурчала Сая и пошла в ванную.

— Мам! — позвала она.

— Тише, она спит, — тут же услыхала в ответ, но голос был явно не тихий и, вообще, — отец говорил огорченно!

— Сая резко поменяла курс и пошла на кухню, к отцу.

— Привет. Она что — заболела? — поинтересовалась Сая.

— Не знаю. Может устала. Но спит она крепко и явно ко всему безразлична, — в голосе чувствовались нотки разочарования.

— А подарок она видела? — не удержалась Сая.

— Да, сказала «спасибо».

— И все?! — возмутилась Сая. — Пап, может она постарела?

— Сайчик, а в лоб? … — поинтересовался отец.

— Нет, я просто думаю, если реакция не последовала, значит клиент скорее мертв, чем жив.

— Иди умойся, а то мозги засохли, — резюмировал отец.- Молодняк!

— Есть, сэр! — отрапортовала Сая.

— А уж потом есть, — улыбнулся отец.

На работу Сая доехала неплохо, хотя перед самым носом машины и прошествовал соседский черный кот. Сая оплевав весь салон машины, все таки не встретила ни одного гаишника.

У ворот стоял «Шкафчик». Сая напряглась «Что — сегодня?» — подумала она. Но он, казалось не обратил на нее никакого внимания, лишь обыкновенно кивнул, здороваясь. Она кивнула в ответ и чертыхнулась «Мебель чертова! Ну да! Откуда же взяться чувствам у мебели?» и выйдя из машины, прошествовала в офис. Сая понимала и скорее ощущала: он смотрел вслед! «Окейно!» сказала себе Сая и довольная села за стол. День начинался неплохо.

В обед позвонил отец и поинтересовался. Не знает ли Сая, где мама?

— Нет, она наверное в салоне или у массажиста? — предполажила Сая.

Руслан Хамитович дома не обедал. Но именно сегодня ему захотелось побыть немножко с Еленой. Но телефон не отвечал и Руслан Хамитович почему-то растерялся.

— Да, наверное, у массажиста … — автоматически повторил отец секретарь принес почту.

Руслан Хамитович бегло посмотрел ее и наткнулся на странный конверт на нем не было обратного адреса. Руслан Хамитович быстро открыл его. Фото. Н какое-то время боялся на них смотреть. В памяти моментально возникла «черная метка». Но любопытство взяло верх. Он взял первое… На фото была Елена. Не одна, с мужчиной. В постели. Фото были хорошими. Ясно было видно, что Елена наслаждалась близостью. Он закрыл глаза. Смотреть на это он был не в состоянии.

«Боже, не может быть!» — он снова схватил фото и стал разглядывать того, кто разбил ему сердце. Лица не было видно, лишь тело, упругое и красивое тело. Руслан Хамитович на секунду закрыл глаза. Он не хотел больше этого видеть! Быстро перевернул фото и увидел надпись. Дата, время и… место?

Руслан Хамитович вскочил и глянул на часы: Сейчас?! Он бросился к выходу… Остановился. Вернулся и достал пистолет. И быстро выбежал из кабинета.

Елена придя в условленное время (то, что было в записке) не застала Алика дома. Не удивившись, такое бывало и раньше, она разложила на постели новое белье и быстренько шмыгнула в ванную. Пока он придет она успеет ополоснуться. Ему очень нравилась мокрая Елена, без косметики и с капельками на ресницах. А еще, она оденет новое нижнее белье…

Пока Елена мылась в комнату тихо вошел Петрович. Он глянул на часы. Смял постель, сбросил на пол покрывало и раскидал белье в живописном беспорядке. Затем, оставив записку на тумбочке: «Пока, я ушел! Целую!», бросил розу на подушку. Обведя взглядом комнату, остался доволен: очевидно — это гнездышко любовников, и вышел, закрыв неплотно дверь.

Через пять минут в эту же самую комнату вошел другой мужчина. Он подошел к постели, медленно поднял покрывало и, увидев белье на полу, достал пистолет.

Сквозь шум воды Елена услышала шаги и позвала:

— Алик, иди ко мне, я здесь! … — и обернувшись, застыла на месте — На пороге стоял муж.

Он был бледен, глаза сверкали. Молча подняв пистолет, Руслан Хамитович нажал на курок…

К вечеру Сае позвонили на работу, предлагая приехать по определенному адресу. Сая удивилась и испугалась «милиция?» — она не знала, что думать, и выйдя на улицу, почувствовала, что земля уходит у нее из под ног. Чувствуя, что падает она беспомощно посмотрела на охрану. «Шкафчик» моментально подскочил к ней и поддерживая, усадил в машину.

— Спасибо, — твердо сказала она, я сама! — и завела мотор.

Дорогу она проехала, как зомби. И, подъехав, прежде всего она увидела кучу машин, «милиция и скорая…» — зафиксировала Сая.

«Я не пойду!!!» — вдруг закричала она в душе и опустила голову на руль.

— Прошу прощения, ваши документы, — услышала она и переспросила:

— Документы? Ах да… — протянула она удостоверение.

— Прошу вас пройти со мной, — мент был сама галантность.

Сая вышла из машины и на автопилоте дошла до самой квартиры, дверь которой была открыта. Все указывало на то, что беда произошла здесь.

Сая медленно переступила порог и вежливый человек в штатском попросил быть ее мужественной. Сая кивнула и пошла туда, куда ей показали. Это была спальня. На кровати лежала мама, «она кажется спит», а рядом лежит отец, он тоже раздет. Мама в новом белье. А папа прикрыт краем покрывала. В руках мамы — роза.

«Что за цирк!? — Возмущенно подумала Сая — Почему они все сюда приперлись?! Они что не видят, что сюда нельзя!?» Сая не хотела даже думать, что повод прийти был.

«Они спят» — сказала себе Сая и уже хотела уйти, как ее остановил вежливый в штатском и поинтересовался:

— У вас все нормально?

— Я счастлива! — ответила Сая — разве вы сами не видите?! — заорала Сая и зарыдала.

Позже ей показали записку в которой отец просил прощения у Саи и прощался с ней со словами: «Мой Сайчик, я очень люблю тебя, прости…»

А вечером, когда она осталась совсем одна, ей показалось, что все это сон. Бред. Это кто-то все придумал и завтра все снова будет хорошо. И улыбнувшись, она прижала к себе Шарундия и быстро уснула.

Но утром кошмар продолжился…

* * *

Эти десять дней прошли, как долгие годы. Сая успела забыть лица тех, кто приходил к ней с соболезнованиями. Она устала отвечать на вопросы: «А знает ли она, что было на покойной? … Не сообщала ли покойная?.. Не выглядел ли покойный?..» и т.д и т. далее. Ей показывали разные вещи, просили опознать. Некоторые, ей были незнакомы, некоторые она узнавала. Но однажды ей принесли штучку, которую она чуть было не опознала, но потом, присмотревшись поняла: Это — другая половина «черной метки», с огромным кровавым рубином, и такая же зловещая.

— Откуда это у вас? — тихо спросила Сая.

— Эта вещь лежала в спальне той квартиры, где произошло убийство и самоубийство. Эта вещь вам знакома?

— Да, у нас есть ее вторая половина. Сая встала и пошла в кабинет отца. Но не нашла страшной вещицы.

— Она была у отца. Нам ее принесли, — Сая рассказала.

— Мда… — интересно.., но непонятно, — сделал вывод следователь.

Потом были какие-то бумаги, документы, адвокаты. Ей надо было вести дела фирмы, которая принадлежала отцу или хотя бы, назначить управляющего. Что бы она делала без Сашика?.. Делать было нечего. Сая поехала на фирму отца.