Бесплатный фрагмент - Приключения Любопытного Лучика

Сказка первая

Почему яблочко не улетело в небо?

Жил-был на свете маленький Лучик света. Звали его просто — Любопытный Лучик. И не зря! Потому что любопытнее его не было никого на всём белом свете.

Каждое утро Лучик просыпался вместе с солнышком, выскакивал из-за облака и мчался вниз — на землю. Ему хотелось всё потрогать, всё разглядеть, обо всём узнать.

— Что это там блестит? — Кричал он и летел к луже.

— А это что шуршит? — И нырял в траву.

— А кто это плачет? — И замирал на ветке яблони.

Вот так однажды и случилось.

Любопытный Лучик залетел в старый яблоневый сад и вдруг услышал тихонькое:

— Хнык-хнык-хнык…

На самой верхней ветке сидело круглое, румяное, очень симпатичное Яблочко. Звали его Пух. И оно горько плакало.

— Эй, ты чего? — Спросил Лучик, усаживаясь рядом.

— Я хочу в небо! — Всхлипнуло Яблочко Пух. — Посмотри, какие облака красивые! Белые, пушистые, свободные! Они летают куда хотят. А я сижу тут на ветке и никуда не могу деться. Я тоже хочу быть облаком!

Лучик почесал затылок своим тоненьким лучиком-усиком.

— Ну… давай попробуем тебя туда отправить?

Яблочко Пух обрадовалось так, что чуть не лопнуло!

Сначала они позвали Ветер.

— Ветер-Ветерок, подуй посильнее! — Попросил Лучик. — Подними Яблочко в небо!

Ветер-Ветерок подул изо всех сил. Яблочко закачалось на ветке, закружилось, затряслось… и — шлёп! — Упало прямо в траву.

— Ой-ой-ой! — закричало Яблочко. — Я не улетело, я упало!

Потом они нашли высокую горку. Яблочко Пух забралось на самый верх, зажмурилось и подпрыгнуло.

— Уррраааа!!! Лечу-у-у! — Закричало оно.

Одна секунда… Две секунды… И — бумс! — Яблочко снова шлёпнулось на землю.

— Ничего не понимаю! — Рассердилось яблочко Пух. — Воздушный шарик летит. Птица летит. Даже пушинка одуванчика летит! А я — нет! Почему?! Я что, хуже всех?!

И тут вдруг Земля под ногами тихонько загудела. Травинки зашептались. Листья на деревьях притихли. И чей-то огромный, тёплый, невидимый голос произнёс:

— Это потому, что я тебя обнимаю, малыш.

Яблочко Пух испугалось:

— Кто здесь?! Я никого не вижу!

— Меня никто не видит, — ласково ответил голос. — Но я всегда рядом. Я — Тётушка Гравитация.

— Гра-ви-та-ция? — Переспросил Лучик. — Какое длинное имя!

— Длинное, зато крепкое! — Засмеялась Тётушка. — Я — самая большая невидимая великанша на свете. Я обнимаю всю Землю целиком. И всё, что на ней живёт, — тоже.

— Обнимаешь? — Удивилось Яблочко. — А я думало, меня кто-то держит и не отпускает!

— Так и есть! — Кивнула Тётушка Гравитация. — Мои руки невидимые, но очень-очень сильные. Я обнимаю и тебя, Яблочко, и этот сад, и горы, и океаны, и даже Луну в небе — она, кстати, тоже никуда от меня не убегает, кружится вокруг Земли, как на карусели!

Яблочко Пух надуло щёки:

— Но мне не нравятся твои объятия! Из-за тебя я не могу летать!

Тётушка Гравитация вздохнула — и от её вздоха закачались все деревья в саду.

— А ты подумай вот о чём, малыш. Если бы я перестала тебя обнимать… знаешь, что бы случилось?

— Что?

— Ты бы улетело в небо. И дождик бы улетел. И речка. И твой любимый кот Васька. И все-все люди. Всё, что есть на Земле, разлетелось бы в разные стороны, как пух из подушки! Вверх, вниз, вбок — в холодный-холодный космос. Бр-р-р!

Яблочко Пух представило, как оно летит в чёрную дыру, где нет ни солнышка, ни яблони, ни друзей, — и ему стало так страшно, что оно крепко-крепко вцепилось в свой черенок с парой листочков.

— Не отпускай меня! — Крикнуло оно. — Не отпускай, Тётушка!

— Вот видишь, — улыбнулась Гравитация. — Мои объятия — это не клетка. Это забота. Я держу вас всех, чтобы вы не потерялись. Чтобы ваши ножки крепко стояли на дорожке. Чтобы ваш дом не улетел с крыши. Чтобы море не выплеснулось на Луну.

Любопытный Лучик задумчиво покрутил усиком:

— Значит, Гравитация — это такие… невидимые объятия Земли?

— Именно так! — Сказала Тётушка. — И чем больше предмет, тем крепче я его обнимаю. Земля — огромная, поэтому и обнимает всех очень сильно. А вот маленькая Луна обнимает слабее. Если бы ты, Яблочко, попало на Луну, ты бы там прыгало выше дома!

— Правда?! — Восхитилось Яблочко Пух.

— Правда! Но домой ты бы всё равно вернулось. Потому что Земля — твой дом, а я — его хозяйка. И я тебя никому не отдам!

Яблочко Пух помолчало, а потом тихонько сказало:

— Знаешь, Тётушка… Спасибо тебе за объятия. Я больше не хочу быть облаком. Облака-то, наверное, тоже кто-то обнимает, раз они не улетают в космос?

— Ещё как обнимает! — Засмеялась Тётушка Гравитация. — Всю Вселенную обнимаю. Каждую звёздочку, каждую планету, каждую пылинку. Я — самая большая обнимашка во всей Вселенной!

И с тех пор Яблочко Пух больше никогда не плакало. Оно спокойно грелось на солнышке, болтало с Любопытным Лучиком и знало: невидимые руки Тётушки Гравитации держат его крепко-крепко.

Как мамины нежные объятия перед сном.

Тёплые, надёжные и самые сильные на свете.

Лаборатория Любопытного Лучика

Опыт «Непослушный мячик»

Возьми мячик и подбрось его вверх. Что происходит? Правильно — он всегда возвращается обратно к тебе в руки! Это Тётушка Гравитация обнимает мячик и тянет его назад к Земле. А теперь попробуй подбросить мячик на Луне… Ой, подожди, до Луны мы пока не долетели!

Но ты можешь подбросить мячик как можно выше и посчитать, сколько секунд он летит обратно. Чем выше бросишь — тем дольше он летит вниз. Это Гравитация не торопится — она даёт мячику погулять, а потом мягко ловит!

В следующей сказке Любопытный Лучик познакомится с Белым Королём, под плащом которого прячутся семь разноцветных гномов! Неужели обычный белый свет — это переодетая радуга?

Сказка вторая

Семь братцев-цветов и Белый Король

На следующее утро Любопытный Лучик, как обычно, выскочил из-за солнышка и помчался вниз — на землю. После вчерашнего знакомства с Тётушкой Гравитацией ему не терпелось узнать что-нибудь новенькое.

— Кого бы мне сегодня встретить? — Бормотал он, петляя между облаками. — Может, кого-нибудь видимого? Яркого? Разноцветного? Праздничного!

И тут он увидел Его.

Посреди неба, на огромном белом троне, сидел король. Он был одет в длинный-предлинный белоснежный плащ, белую корону, белые сапоги и даже белые перчатки. Всё вокруг него было белым-бело, как лист бумаги, на котором ещё ничего не нарисовали.

— Здравствуйте, Ваше Величество! — Вежливо поклонился Лучик. — А Вы кто?

— Я — Белый Король Луч, — ответил король важным голосом. — Я самый главный свет во всём Невидимом Королевстве. Без меня вы бы ничего не видели. Ни деревьев, ни цветов, ни даже собственного носа!

— Ничего себе! — Восхитился Лучик.

Но потом он пригляделся повнимательнее и немного расстроился.

«Какой-то он… скучный, — подумал Лучик. — Весь белый. Ни пятнышка, ни полосочки, ни одной весёлой горошинки. Вон бабочка — и та разноцветная. А король — как чистая простыня. Неужели ему самому не скучно?»

— Скажите, Ваше Величество, — не удержался Лучик, — а Вам не скучно быть таким… белым?

Король нахмурился. Потом усмехнулся. Потом загадочно подмигнул.

— Скучно? — Переспросил он. — Ах ты, маленький любопытный лучик! Ты думаешь, я просто белый?

— Ну… да. Вы же Белый Король.

— Это моё имя, — сказал Король. — Но и мой секрет.

— Какой секрет?! — Лучик так заволновался, что задрожал и засверкал.

— Подожди до дождика, — ответил Король и закутался в свой плащ ещё плотнее. — Вот тогда и увидишь.

Ждать пришлось недолго. К обеду на небе появилась Маленькая Серая Тучка. Она чихнула — и из неё посыпались Капельки Дождя.

— Кап-кап-кап! — Застучали Капельки по крышам, по листьям, по носу Любопытного Лучика.

— Ура, дождь! — Обрадовался Лучик, хотя и промок немного. — Но при чём тут дождь?

И тут случилось чудо.

Солнышко выглянуло из-за Тучки, и его лучи — вместе с Любопытным Лучиком — полетели прямо в дождевые Капельки. Каждая Капелька была крошечная, круглая и прозрачная, как стеклянный шарик. И когда свет прошёл сквозь неё…

— Ой-ой-ой! — Закричал Лучик. — Что это?!

Прямо в небе, от края до края, раскинулась огромная арка, состоящая из семи ровных полос!

— Ого! — Ахнул Лучик. — Настоящая горка! Вот бы на ней покататься!

И тут Белый Король встал со своего трона, распахнул свой белоснежный плащ — и из-под него со смехом и криками выскочили… семь маленьких гномов!

— Ура-а-а! Свобода! — Завопили они и помчались по небу, расталкивая Облака и Тучки.

Первый гном был красным, как спелая клубника. Он топал ногами и кричал громче всех:

— Я — Красный! Я самый горячий! Я — огонь, мак и спелое яблоко!

За ним бежал Оранжевый — кругленький, рыжий, похожий на мандаринку:

— А я — апельсин и морковка! Я самый вкусный!

Третий гном, Жёлтый, был таким ярким, что Лучик даже зажмурился:

— Я — солнышко и цыплёнок! Я самый весёлый!

Четвёртый — Зелёный — прыгал по травинкам и хохотал:

— Я — лягушка, листик и трава! Меня на земле больше всех!

Пятый, Голубой, был задумчивый и тихий:

— Я — небо и речка… Я люблю мечтать…

Шестой, Синий, был серьёзный и важный, как ночное море:

— Я — океан и василёк. Я — самый глубокий цвет!

А седьмой, Фиолетовый, был самым маленьким и самым таинственным:

— Я — слива и ночная фиалка. Меня труднее всех разглядеть, но я — самый волшебный!

Все семь братцев взялись за руки и побежали по разместившейся в Небе дуге — и получилась та самая радуга, от которой Лучик никогда не мог отвести глаз!

— Так вот твой секрет! — Воскликнул Лучик, глядя на Белого Короля. — Ты не просто белый! Внутри тебя живут все семь цветов!

Король улыбнулся и кивнул:

— Именно так. Мой белый плащ — это не пустота. Это все семь братцев, крепко прижавшихся друг к другу. Когда они стоят рядом, их цвета сливаются — и получается белый. А когда они разбегаются — каждый становится сам собой!

— Но почему они разбегаются только во время Дождя? — Спросил Лучик.

— А потому что каждая капелька Дождя — это маленькое волшебное стёклышко, — объяснил Король. — Когда мой белый свет влетает в Капельку, она работает как призма! Она раскладывает мой свет на семь частей, как фокусник раскладывает веер из карт. И вот — радуга!

— Значит, радуга — это ты, только без плаща? — Засмеялся Лучик.

— Точно! — Король подмигнул. — Радуга — это мой портрет без одежды. Только тсс, никому не говори, что ты видел короля раздетым!

Лучик хохотал так, что чуть не погас.

А семь братцев тем временем набегались, насмеялись и начали зевать.

— Пора домой, — сказал Красный, потирая глазки.

— Домой, домой! — Подхватили остальные.

Они снова встали рядышком, крепко обнялись — и их цвета начали сливаться: красный с оранжевым, оранжевый с жёлтым, жёлтый с зелёным… И через мгновение на небе снова сиял один-единственный Белый Король в своём белоснежном плаще.

Дождь кончился. Радуга растаяла. Но Лучик теперь знал главный секрет.

Он посмотрел на белый лист бумаги, на белую стену дома, на белое облако — и улыбнулся.

«Вы думаете, они белые? — Подумал он. — А вот и нет! Внутри каждого белого лучика прячутся семь маленьких гномов. Просто они пока в плаще!»

И с тех пор, когда шёл Дождь и выглядывало Солнышко, Любопытный Лучик всегда смотрел в небо и шептал:

— Привет, братцы! Покажитесь!

И братцы показывались. Каждый раз. Потому что радуга — это не просто красивая дуга в небе. Это семь весёлых гномов, которые на минутку выскочили из-под белого плаща, чтобы помахать тебе рукой.

Ты тоже их увидишь. Только дождись дождика!

Лаборатория Любопытного Лучика

Опыт «Домашняя радуга»

Возьми прозрачный стакан с водой и поставь его на подоконник, куда падает солнечный луч. Подставь под стакан белый лист бумаги. Поворачивай стакан потихоньку — и вдруг на бумаге появится маленькая радуга! Это вода в стакане работает как дождевая капелька: она раскладывает белый солнечный лучик на семь цветов. Ты только что сделал то же самое, что делает природа во время дождя! Поздравляю, ты — настоящий волшебник света!

В следующей сказке Любопытный Лучик познакомится с маленькой Капелькой Ивушкой, которая умеет переодеваться в три разных наряда и превращаться то в пар, то в дождь, то в хрустальную снежинку! Как это возможно? Неужели одна и та же капелька может быть и горячей, и ледяной?

Сказка третья

Как Капелька стала Облачком, а потом — Снежинкой

Любопытный Лучик уже третий день путешествовал по Невидимому Королевству и чувствовал себя настоящим исследователем. Он побывал в гостях у Тётушки Гравитации, раскрыл секрет Белого Короля и теперь искал новых друзей.

После вчерашнего дождя на асфальте осталась большая лужа. Лучик подлетел поближе, чтобы полюбоваться своим отражением, и вдруг услышал тоненький голосо:

— Эй, не наступи на меня! Я тут! Внизу!

Лучик посмотрел вниз и увидел крошечную капельку воды. Она сидела в самой середине лужи, обхватив коленки, и грустно вздыхала.

— Привет! — сказал Лучик. — Ты кто?

— Я — Капелька Ивушка, — ответила капелька. — Я водяная. Живу в этой луже уже целых два дня. И мне ужасно скучно.

— Скучно? А чем ты занимаешься?

— Ничем! — Ивушка всплеснула ручками, и по луже пошли маленькие круги. — Я просто лежу тут плоская и мокрая. Все вокруг куда-то бегут, летят, прыгают. Вон муравей — и тот путешественник! А я сижу в луже. Я хочу путешествовать! Хочу увидеть горы, моря и облака! Но я же… Водяная… Куда я денусь?

Лучик задумался. Он и правда не знал, как помочь капельке. Вода — она ведь тяжёлая, не полетит.

И тут воздух вокруг вдруг стал тёплым-тёплым, как мамины ладошки, когда она гладит тебя по лбу. Лужа задрожала. Асфальт нагрелся. И откуда-то из-за угла дома, пыхтя и отдуваясь, вышла огромная пышная бабушка в оранжевом платье, с веером из солнечных лучей в руке.

— Уф, жарища! — Сказала бабушка и обмахнулась веером, и стало еще жарче. — Ну-ка, детки, погрейтесь!

— Кто это? — Шепнула Ивушка.

— Это я, Бабушка Жара! — Ответила пышная хозяйка, присаживаясь на корточки. — Я пришла вас согреть. А то вы тут в луже совсем закоченели!

Бабушка Жара дунула на лужу тёплым-претёплым дыханием. И случилось невероятное.

Капелька Ивушка вдруг почувствовала, что ей становится жарко. Очень жарко! Её водяное тельце задрожало, закружилось, и… она начала уменьшаться! Нет, она не уменьшилась до исчезновения — она становилась легче! Её ручки и ножки превратились в тоненькие прозрачные крылышки, её голубое платьице стало невидимым, и Ивушка почувствовала, что она — невесомая!

— Ой-ой-ой! — Закричала она. — Я исчезаю! Я пропадаю!

— Не бойся, деточка! — Засмеялась Бабушка Жара. — Ты не пропадаешь. Ты переодеваешься!

— Переодеваюсь?!

— Ну конечно! У тебя, как у настоящей принцессы, три волшебных наряда. Первый наряд ты уже знаешь — это жидкое платьице, в котором ты сидела в луже. А сейчас ты надеваешь второй наряд — паровое облачко! Он такой лёгкий, что ты можешь летать!

Ивушка посмотрела на себя — и ахнула. Она больше не была круглой капелькой. Она стала крошечным невидимым облачком, пушистым и невесомым, как одуванчик.

— Я лечу! — Закричала она, трепеща от восторга. — Я ЛЕЧУ!!!

И полетела. Вверх-вверх-вверх, прямо в небо, вместе с тысячами таких же маленьких капелек в паровых облачках. Любопытный Лучик едва успевал за ней!

Наверху, высоко-высоко, Ивушка оказалась в огромном белом облаке. Вокруг неё было полно таких же капелек, и все они весело толкались и смеялись.

— Добро пожаловать! — Кричали они. — Нас тут миллиарды!

Но через некоторое время Ивушка заметила, что ей становится прохладно. Потом — холодно. Потом — совсем-совсем холодно!

— Бр-р-р! — Задрожала она. — Бабушка Жара, ты где? Мне холодно!

Но Бабушка Жара осталась далеко внизу. А здесь, в небе, хозяйничал кто-то другой.

Ивушка начала снова меняться. Её невидимые паровые крылышки сложились, тельце округлилось, и она снова стала капелькой — круглой, голубой и тяжёленькой.

— Опять я вода! — Расстроилась она. — Значит, я снова упаду в лужу?

— Не в лужу, а на землю! — Крикнули ей соседние капельки. — Держись крепче, сейчас будет весело! Это настоящий аттракцион!

И облако разразилось дождём.

— Ура-а-а! — Закричала Ивушка, летя вниз вместе с тысячами подружек. — Я — дождик! Я настоящий дождик!

Она шлёпнулась на крышу дома, скатилась по водосточной трубе, булькнула в ручей и покатилась дальше, хохоча от восторга.

— Два наряда! — Считала она. — Жидкое платьице и паровое облачко! А есть ли третий?

Третий наряд появился зимой.

Однажды утром Ивушка проснулась в маленьком пруду и увидела, что всё вокруг побелело. Деревья стояли в серебряных шубах, земля была укрыта пушистым одеялом, а из неба, вместо дождя, падали красивые белые звёздочки.

— Что это? — Удивилась Ивушка.

— Это я работаю, — раздался строгий, но добрый голос.

Из-за ёлки вышел высокий старик в длинной ледяной шубе, с белой бородой до пояса и посохом из сосульки. От его дыхания в воздухе появлялись морозные узоры.

— Дедушка Мороз! — Ахнула Ивушка. — Я о вас слышала!

— Слышала — и правильно сделала, — кивнул Дедушка Мороз. — Я — старший брат Бабушки Жары. Только она греет, а я — холожу. И сейчас я подарю тебе твой третий наряд. Самый красивый.

Дедушка Мороз дунул на Ивушку своим ледяным дыханием.

Ивушка почувствовала, как её водяное тельце начинает твердеть. Но не просто твердеть — оно превращалось в хрусталь! Из её ручек и ножек выросли тоненькие ледяные лучики, на каждом лучике расцвели узоры — как на окне зимой. Её круглое тельце стало шестиконечной звёздочкой, сверкающей и прозрачной.

— Я… я… — Ивушка не могла поверить своим глазам. — Я СНЕЖИНКА?!

— Самая настоящая, — улыбнулся Дедушка Мороз. — Ледяной костюм. Мой фирменный наряд. Носи на здоровье!

Ивушка закружилась в воздухе, сверкая на солнышке всеми своими хрустальными лучиками. Она была такой красивой, что Любопытный Лучик, который всё это время наблюдал за ней, зажмурился от восторга.

— Три наряда! — Закричала Ивушка, плавно опускаясь на варежку маленькой девочки. — Три волшебных превращения! Жидкое платьице — когда мне тепло. Паровое облачко — когда мне жарко. И хрустальная снежинка — когда мне холодно!

Девочка посмотрела на варежку и ахнула:

— Мама, смотри, какая снежинка!

Но через мгновение Ивушка растаяла от тепла варежки и снова стала маленькой капелькой.

— Ничего страшного, — подмигнул ей Лучик. — Ты же умеешь переодеваться!

— Ещё как умею! — Засмеялась Ивушка. — Я — вода! Я могу быть кем угодно: лужей и дождиком, паром и облаком, льдом и снежинкой! Я одна и та же — просто в разных нарядах!

И она подмигнула Лучику своей круглой водяной мордашкой.

С тех пор, когда ты видишь лужу после дождя, знай: это, возможно, Ивушка в своём жидком платьице. Когда над кастрюлей поднимается пар — это она же в облачном наряде. А когда на твою варежку падает снежинка — это Ивушка в своём самом красивом хрустальном платье.

Одна и та же Капелька. Три волшебных превращения. И ни одного скучного дня!

Лаборатория Любопытного Лучика

Опыт «Три наряда Капельки»

Попроси маму или папу налить немного воды в кастрюльку и поставить на плиту (делают только взрослые!). Посмотри, что будет. Сначала вода просто стоит — это её первый наряд, жидкий. Потом вода нагревается, и над кастрюлькой появляется пар — это второй наряд, паровой! А теперь возьми кубик льда из морозилки и положи его на блюдце. Лёд — это третий наряд, твёрдый! Но подожди немного — и кубик растает, превратится в воду, а потом и вовсе высохнет, улетев паром. Капелька Ивушка переодевается прямо у тебя на кухне!

В следующей сказке Любопытный Лучик попадёт в Страну Звуков, где познакомятся два удивительных жителя — громогласный Барабан Грохотун и еле слышный Колокольчик Тихоня. Кто из них важнее? И почему звук — это невидимые круги на воде?

Сказка четвёртая

Спор Тихони и Грохотуна

Любопытный Лучик уже успел побывать в гостях у Гравитации, раскрыть секрет радуги и проводил Капельку Ивушку в её первое путешествие. Но сегодня его ждало что-то совершенно новое. Потому что сегодня он решил не смотреть, а слушать.

— Интересно, — бормотал он, летая над старым чердаком, — а есть ли в Невидимом Королевстве кто-нибудь, кого можно не увидеть, а услышать?

И тут чердак затрясся.

БУМ! БАМ! БУМ-БАМ-БАМ!

Из-за груды старых чемоданов выкатился огромный пузатый барабан. У него были толстые деревянные бока, тугая кожа сверху и две палочки, которыми он размахивал, как саблями.

— Я — ГРОХОТУН! — Заорал барабан так, что с потолка посыпалась пыль. — Я САМЫЙ ГРОМКИЙ ВО ВСЁМ КОРОЛЕВСТВЕ! МЕНЯ СЛЫШНО ЗА ТРИ ДВОРА! ЗА ПЯТЬ ГОРОДОВ! ЗА ДЕСЯТЬ ОКЕАНОВ!

— Ой, — прошептал Лучик, зажимая уши. — А можно потише?

— ПОТИШЕ?! — Возмутился Грохотун и ударил себя палочкой по макушке. БА-БАХ! — Тихо — это для слабаков! Тихо — это для тех, кого никто не замечает! А меня замечают ВСЕ! Когда я играю, собаки воют, кошки прячутся, а стёкла в окнах дрожат от восторга!

Лучик поморщился. Грохотун был, конечно, впечатляющий, но уши от него болели ужасно.

И тут из-за старой шкатулки донёсся еле слышный звон:

— Дзинь… дзинь… дзинь…

Лучик наклонился и увидел крошечный серебряный колокольчик. Он был не больше напёрстка, с маленьким язычком внутри и тоненькой ленточкой вместо шляпки. Колокольчик тихонько позвякивал и вздыхал.

— Привет, — шепнул Лучик. — А ты кто?

— Я — Тихоня, — прозвенел колокольчик так нежно, что Лучику пришлось подлететь совсем близко, чтобы его расслышать. — Я тоже звук. Но… меня никто не слышит.

— Как это — не слышит?

— А вот так, — грустно покачался Тихоня. — Грохотун бумкнет — все бегут смотреть. А я дзинькну — и никто даже не обернётся. Я стараюсь, звеню изо всех сил, но слышу, как вокруг говорят: «Тише, не мешай!» И я замолкаю. И мне так одиноко…

Грохотун услышал это и расхохотался:

— ХА-ХА-ХА! Ну конечно, тебя не слышно! Ты же мелюзга! Звук должен быть БОЛЬШИМ! МОЩНЫМ! ОГЛУШИТЕЛЬНЫМ! Вот как я!

И он снова ударил себя палочкой: БУМ!!!

Тихоня сжался и замолчал.

Лучик не знал, кого пожалеть больше. Но тут с улицы донёсся странный шорох. А потом — тихий-тихий плач.

Лучик вылетел в окно и увидел: под кустом сирени сидел маленький зайчонок. Он дрожал, прижимал длинные уши к голове и всхлипывал.

— Эй, ты чего? — Спросил Лучик.

— Я за-заблудился! — Прошептал зайчонок. — Я ушёл далеко от маааа-мы, и теперь не знаю, где мой дом. Лес такой большой, а я такой маленький…

— Не плачь! — Крикнул Лучик. — Мы тебе поможем!

Он вернулся на чердак и рассказал Грохотуну и Тихоне о зайчонке.

— О, это дело для меня! — Заорал Грохотун. — Я так бумкну, что его мама услышит за сто километров и прибежит!

Грохотун выкатился на улицу, набрал полную грудь воздуха и — БА-БА-БА-БА-БАХ!!!

Звук был такой, что деревья зашатались, птицы в ужасе взлетели со всех веток, а зайчонок… зайчонок завизжал от страха, сжался в комок и забился под куст ещё глубже.

— Мама-а-а! — Зарыдал он. — Гром! Гроза! Спасите!

— Ну вот, — вздохнул Лучик. — Ты его не спас, а напугал.

Грохотун растерянно моргнул:

— Но я же громко… Я же старался…

— Громко — не всегда хорошо, — раздался вдруг строгий, но мягкий голос.

Все обернулись. Из-за угла дома вышла высокая худая дама в тёмно-синем плаще, расшитом звёздами. На её голове была корона из лунных лучей, а в руке она держала палочку, на конце которой не было ни звука — только абсолютная, бархатная тишина.

— Госпожа Тишина! — Прошептали все хором.

— Да, это я, — кивнула дама. — Хранительница покоя. И я хочу кое-что вам объяснить.

Она взмахнула своей палочкой, и в воздухе появились невидимые круги — как на воде, когда бросаешь камешек. Только эти круги были не водяные, а воздушные. Они расходились от Грохотуна во все стороны — большие, широкие, мощные.

— Видите? — Сказала Госпожа Тишина. — Звук — это невидимые волны. Они расходятся от источника, как круги на воде. Когда Грохотун бьёт себя палочкой, его кожа дрожит сильно-сильно, и волны получаются огромные. Поэтому звук громкий.

Потом она показала на Тихоню. От колокольчика тоже расходились круги — но крошечные, нежные, еле заметные.

— А когда звенит Тихоня, его язычок дрожит тихонько, и волны получаются маленькие. Поэтому звук тихий. Но! — Госпожа Тишина подняла палец. — Маленькие волны — не значит плохие. Иногда они важнее самых больших.

— Как это? — Удивился Грохотун.

— А вот смотрите.

Госпожа Тишина кивнула Тихоне:

— Попробуй, малыш. Только для зайчонка. Нежно. Как колыбельную.

Тихоня набрал побольше воздуха в свой крошечный животик и тихонько позвенел:

— Дзинь… дзинь… дзинь-линь-линь…

Звук был тоненький, серебристый, как мамино пение перед сном. Он не пугал и не оглушал. Он обнимал. Маленькие звуковые волны поплыли по воздуху, добрались до куста сирени и мягко коснулись заячьих ушек.

Зайчонок перестал плакать. Он поднял голову, прислушался и прошептал:

— Это… это как мамин колокольчик… Мама всегда звенит им, когда зовёт меня домой…

И зайчонок пополз на звук. Тихоня звенел — дзинь, дзинь, дзинь — и зайчонок шёл на каждый звоночек, как по невидимой дорожке. Через полянку, мимо ручья, через мостик — прямо к своей норе, где его уже ждала перепуганная мама-зайчиха.

— Сынок! — Обняла она его. — Как ты меня нашёл?

— Мне колокольчик помог, — улыбнулся зайчонок. — Он звенел тихо-тихо, но я его услышал. Потому что это был добрый звук.

Когда все вернулись на чердак, Грохотун сидел в углу и молчал. Впервые в жизни он молчал.

— Прости меня, Тихоня, — пробасил он наконец. — Я думал, что громкий — значит главный. А оказалось, что тихий звук может спасти того, кого громкий только напугает.

Тихоня звякнул и покраснел от удовольствия.

Госпожа Тишина улыбнулась:

— Запомните, друзья. Звук — это волны. Большие волны — громкие, маленькие — тихие. Но и те и другие нужны. Грохотун, ты прекрасен, когда нужно разбудить весь лес или предупредить об опасности. А Тихоня незаменим, когда нужно утешить, позвать, подсказать. Вы — два голоса одного мира. И без одного из вас мир был бы неполным.

Грохотун осторожно обнял Тихоню своей палочкой — очень-очень нежно, чтобы не оглушить.

— Друзья? — Спросил он.

— Друзья! — Дзинькнул Тихоня.

И с тех пор они играли вместе. Грохотун задавал ритм — бум-бум-бум! — а Тихоня вплетал в него свою серебряную мелодию — дзинь-линь-линь! И получалась такая музыка, что даже Госпожа Тишина иногда снимала свою корону и тихонько пританцовывала.

А Любопытный Лучик запомнил навсегда: звук — это невидимые волны-круги, которые бегут по воздуху, как круги по воде. И неважно, большие они или маленькие. Главное — чтобы они несли добрые слова.

Лаборатория Любопытного Лучика

Опыт «Увидь звук!»

Возьми большую миску, натяни на неё пищевую плёнку (попроси маму или папу помочь!) и насыпь сверху щепотку сахара или риса. А теперь громко хлопни в ладоши рядом с миской — но не трогай её! Что случилось? Правильно — крупинки запрыгали! Это звуковые волны от твоего хлопка долетели до плёнки и заставили её дрожать. Ты только что увидел звук! А теперь попробуй похлопать тихо-тихо. Крупинки почти не шевелятся. Видишь? Тихий звук — маленькие волны, громкий — большие. Всё как у Грохотуна и Тихони!

В следующей сказке Любопытный Лучик отправится высоко в горы, где познакомится с самой шаловливой невидимкой в Королевстве — девочкой по имени Эхо, которая обожает передразнивать всех подряд! Почему она повторяет каждое слово? И можно ли от неё убежать?

Сказка пятая

Эхо — девочка, которая всё повторяет

После знакомства с Грохотуном и Тихоней Любопытный Лучик решил, что он уже всё-всё знает про звуки. Большие волны — громко, маленькие — тихо. Всё просто!

Но Невидимое Королевство не было бы Королевством, если бы не подкидывало сюрпризов.

Однажды утром Лучик летел над высокими горами. Скалы там были такие высокие, что царапали облака, а ущелья — такие глубокие, что в них прятались тени даже в полдень. Внизу, по горной тропинке, шёл мальчик. Звали его Крикун — и не зря, потому что тише он говорить просто не умел.

— МАМА, СМОТРИ, КАКАЯ ГОРА! — Кричал он на весь лес.

— МАМА, А ЭТО ЧТО ЗА ЦВЕТОК?!

— МАМА, А Я МОГУ СЪЕСТЬ ЭТУ ШИШКУ?!

Мама шла чуть позади и вздыхала:

— Тише, сынок. В горах не нужно так громко кричать.

— А ПОЧЕМУ?! — Удивился Крикун.

Но мама не успела ответить, потому что Крикун уже забежал в узкое ущелье между двумя огромными скалами, набрал полную грудь воздуха и закричал:

— А-А-А-У-У-У!!!

И тут случилось странное.

Сначала всё затихло. А потом откуда-то из-за скалы, как будто издалека-издалека, кто-то ответил ему тем же самым голосом:

— …а-а-а-у-у-у…

Крикун замер.

— Кто там? — Крикнул он.

И снова — из-за скалы, чуть тише:

— …кто там?…

— Это ты, Петя?! — Закричал Крикун, думая, что это его друг.

— …это ты, Петя?… — Ответили ему.

— Нет, я не Петя! Я Крикун!

— …я Крикун!…

— Хватит меня дразнить! — Рассердился мальчик.

— …дразнить!… — Хихикнули из-за скалы.

Крикун топнул ногой, надул щёки и закричал изо всех сил:

— НУ ПОКАЖИСЬ, ТРУСИШКА!

— …трусишка!… — Донеслось в ответ, и в самом конце послышался тихий-тихий смешок.

Крикун испугался. Он оглянулся по сторонам — никого. Заглянул за камень — пусто. Посмотрел наверх — только скалы и небо.

— Лучик! — Позвал он шёпотом (впервые в жизни он говорил шёпотом!). — Тут кто-то прячется и передразнивает меня! Я его не вижу, но он точно тут!

Любопытный Лучик, который всё это время сидел на верхушке сосны и хихикал, слетел вниз.

— Я не знаю, кто это, — сказал он.

— Познакомимся? — Вдруг послышалось из-за скалы. Я — Эхо.

— Эхо? — Переспросил Крикун. — А где ты?

— Везде и нигде, — раздался вдруг весёлый голос прямо из скалы. — Я тут! И там! И вон за тем камнем! И в ущелье! Я — повсюду, где есть большие стены!

И из каменной стены, как из воды, на секунду выглянула девочка. У неё были растрёпанные волосы цвета горного тумана, хитрые глаза-щёлочки и босые ноги, которые не касались земли. Она была полупрозрачная, как утренний туман, и всё время хихикала, зажимая рот ладошкой.

— Привет! — Сказала она. — Я Эхо! И я обожаю повторять! Это моя самая любимая игра!

— Так это ты меня дразнила?! — Возмутился Крикун.

— Не дразнила, а играла! — Эхо подпрыгнула и повисла на скале, как паучок. — Ты мне крикнул — и я не удержалась. Уж очень у тебя голос звонкий! Мне захотелось его поймать и отправить обратно!

— Поймать голос? — Удивился Лучик. — Разве голос можно поймать?

— Ну конечно! — Эхо спрыгнула со скалы и начала кружиться вокруг них. — Вы же помните, что звук — это волны? Такие невидимые круги, которые бегут по воздуху?

— Помним! — Кивнул Лучик. — Тишина показывала мне и Грохотуну с Тихоней.

— Отлично! Так вот. Когда Крикун кричит, его звуковые волны летят во все стороны. Одни — в лес, другие — в небо, третьи — прямо в скалу. И когда волна долетает до скалы… знаете, что происходит?

— Что?

— Она ударяется о камень и — отскакивает обратно! Точно так же, как мячик, который ты бросаешь в стенку!

Эхо вынула из кармашка полупрозрачный мячик и швырнула его в скалу. Мячик — бум! — Ударился о камень и полетел назад, прямо ей в руки.

— Видели? — Засмеялась она. — Мячик улетел и вернулся. И звуковая волна делает то же самое! Она летит от Крикуна к скале, стукается — и летит обратно к Крикуну. И он слышит свой собственный голос, только чуть-чуть позже и чуть-чуть тише. Потому что волна устала, пока летала туда-сюда!

Крикун задумался. Потом медленно сказал:

— Значит… это не ты передразниваешь меня? Это мой собственный голос возвращается ко мне?

— Именно! — Эхо захлопала в ладоши. — Я просто помогаю ему вернуться. Скала — как стенка для мячика. А я — девочка, которая ловит мячик и кидает его обратно. Без скалы твой голос улетел бы далеко-далеко и потерялся. А скала его ловит и возвращает!

— Вот это да! — Восхитился Крикун.

Он повернулся к скале и крикнул:

— ПРИВЕТ, ЭХО!

— …привет, Эхо!… — Вернулось из-за скалы.

— Я ЛЮБЛЮ МОРОЖЕНОЕ! — …люблю мороженое!..

— ТЫ САМАЯ ВЕСЁЛАЯ ДЕВОЧКА В ГОРАХ!

— …самая весёлая девочка в горах!… — И Эхо зарделась от удовольствия, став на секунду розовой, как горный рассвет.

— А почему в лесу нет эха? — Спросил вдруг Лучик. — Там тоже есть деревья, они же как стены!

— О, хороший вопрос! — Эхо погрозила пальцем. — Деревья — мягкие и кривые. Когда звуковая волна ударяется о дерево, она не отскакивает, как мячик, а застревает в ветках и листьях, как мячик в густых кустах. Понимаете? Гладкая каменная стена — идеальная стенка для мячика. А пушистый лес — как подушка. Мячик в подушке застрянет и не вернётся.

— А в комнате? — Не унимался Лучик. — У меня дома стены гладкие, но эха нет!

— Есть! — Хитро прищурилась Эхо. — Только в пустой комнате, бе кроватей, шкафов и других предметов, и оно такое быстрое, что ты его не замечаешь. Комната маленькая, волна долетает до стены и возвращается мгновенно — быстрее, чем ты моргнёшь. И твой голос сливается с эхом в один звук. А вот в горах, где скалы далеко-далеко, волне нужно время, чтобы долететь и вернуться. Поэтому ты слышишь паузу: сначала твой крик, а потом — мой ответ. Чем дальше скала — тем дольше я молчу, прежде чем ответить!

Крикун посмотрел на далёкую гору и крикнул:

— Э-ГЕ-ГЕ-ЕЙ!!!

Он подождал. Раз. Два. Три. Четыре.

— …э-ге-ге-ей!… — Донеслось наконец издалека.

— Четыре секунды! — Закричал Крикун. — А когда я кричал в ущелье, ты отвечала сразу!

— Правильно! — Эхо подмигнула. — Потому что ущелье было близко, а гора — далеко. Звуку нужно время, чтобы долететь. Я не нарочно молчу — я просто жду, пока волна до меня доберётся!

С тех пор Крикун перестал кричать просто так. Он стал играть с Эхо в самую интересную игру на свете. Он забирался в горы, вставал перед большой скалой и говорил разные слова — длинные и короткие, громкие и тихие. А Эхо ловила каждое слово и отправляла обратно, как верный почтальон.

Иногда он пел песенку — и Эхо подпевала ему вторым голосом, чуть тише и чуть позже. Получался настоящий дуэт!

А иногда он шептал:

— Спасибо, Эхо.

И из-за скалы доносилось еле слышное:

— …спасибо, Эхо… спасибо… сп… с…

Пока голос не таял совсем, как последний лучик заката за горой.

Любопытный Лучик летел домой и думал: как удивительно устроен мир. Звук, оказывается, умеет не только лететь вперёд, но и возвращаться назад. Как мячик. Как бумеранг. Как письмо, которое ты отправил и получил обратно.

И если ты когда-нибудь окажешься в горах — обязательно крикни громко-громко. И прислушайся. Где-то за скалой маленькая невидимая девочка Эхо уже ловит твой голос, чтобы отправить его обратно.

Только не обзывайся, ладно? А то она и это повторит.

Лаборатория Любопытного Лучика

Опыт «Домашнее эхо»

Эхо живёт не только в горах! Попробуй найти её у себя дома. Зайди в пустую комнату без ковров и штор (например, в ванную) и громко скажи: «Ау!» Слышишь, как голос чуть-чуть «звенит» и возвращается к тебе? Это Эхо! А теперь зайди в комнату, где много подушек, одеял и мягких игрушек, и скажи то же самое. Эха нет! Почему? Потому что мягкие вещи «ловят» звуковые волны, как лес ловит мячики, и не отпускают их обратно. Эхо любит гладкие твёрдые стены и не любит мягкие подушки!

В следующей сказке Любопытный Лучик отправится на ледяную горку, где познакомится с двумя удивительными героями — колючим гномом Шершавчиком и скользким проказником Хитрым Льдом. Почему санки летят по льду, но застревают в песке? И почему без Шершавчика мы бы все попадали, как на катке?

Сказка шестая

Упорный Шершавчик и Хитрый Лёд