Бесплатный фрагмент - Право на любовь

Право на любовь
Эпилог одной жизни

«Все герои и события данного произведения — плод воображения автора. Любое их сходство с реальными людьми, организациями или происшествиями является случайным».

Глава первая

Пустота, которую хотелось заполнить

Александра сидела на лестничной площадке и плакала. Связь с Мироном сегодня была окончательно разорвана. Он уже не раз просил её оставить его в покое, но она не желала этого слышать — не хотела верить, что всё кончено.

Как-то в парке он признался, что у него чувства к другой женщине, и эти отношения обречены. Александре было тяжело смириться с его позицией. Её переполняли обида, страх и даже какая-то горькая ненависть — к нему, к себе, ко всему, что рушилось. Она не представляла, как ей жить дальше.

Работа отвлекала, но стоило переступить порог дома, как тишина снова сталкивала её с этой болью. Вскоре, чтобы хоть немного облегчить страдания, она начала выпивать. Раньше это её не интересовало, но теперь она подружилась с этой привычкой, уговаривая себя, что делает это только с друзьями и только по праздникам.

Дверь напротив приоткрылась, и из неё выглянула соседка, тётя Нина, в старом тёплом халате.

— Ты тут опять? — тихо спросила она, не выходя за порог. — Опять из-за него?

Александра хотела сказать «нет», но голос не послушался. Вместо этого она только кивнула и утёрла щёку рукавом.

— Знаешь, — тётя Нина присела рядом, не спрашивая разрешения, — иногда самое правильное, что можно сделать, — это не бежать за тем, кто не хочет, чтобы его догоняли. Пусть даже кажется, что без него дышать нечем.

— А если я не умею по-другому? — прошептала Александра. — Если мне кажется, что если я сейчас не позвоню, не напишу, не приду… всё исчезнет. Как будто я сама исчезну.

— Исчезнуть нельзя, девочка. Ты вот тут сидишь, дышишь, плачешь — значит, есть. А он… он пусть сам разбирается со своими чувствами. Тебе сейчас нужно о себе подумать, а не о том, как его удержать.

Александра сжала пальцы в кулаки, будто пытаясь удержать внутри ту самую пустоту, которая рвалась наружу.

— Я не знаю, как перестать хотеть, чтобы он был рядом.

— Это не за минуту проходит, — кивнула тётя Нина. — Но можно начать с малого. Телефон в ящик. Чашку чая. И просто посидеть, чтобы мир не крутился вокруг одного человека. Хочешь, я тебе чаю сделаю?

Александра снова кивнула, на этот раз чуть твёрже.

Тётя Нина ушла в квартиру, а Александра осталась сидеть, прислушиваясь к тишине. В груди всё ещё гулко стучало, но впервые за последние дни она не потянулась к телефону. Вместо этого достала блокнот и начала писать — не ему, а просто чтобы слова заняли место там, где раньше крутились одни и те же просьбы и упрёки.

Елена, её подруга, тревожилась и пыталась её утешить: «Он не стоит твоих слёз. Скоро ты встретишь хорошего человека». И будто в подтверждение этих слов на работе коллега предложила познакомить её со своим другом — Виктором. Инженер, на год старше, из хорошей семьи. Описание звучало как обещание стабильности, и Александра, по своей природе любопытная, ухватилась за него.

Она сама сделала первый шаг — написала Виктору. Осознавала ли она тогда, что делает? Нет. Ею двигала горечь, желание сбежать от прошлого, начать жизнь с чистого листа. Когда Виктор наконец ответил, их переписка стала частой, лёгкой, весёлой. Он был уверен в себе, образован, умел рассмешить. Но для Александры все эти достоинства были не так важны. В её голове уже укоренилось убеждение: он — тот, кто ей нужен.

С головой погружаясь в общение с ним, она не замечала, что старые раны ещё не затянулись. Её стремление быть рядом с Виктором было попыткой заглушить внутреннюю пустоту.

Однажды вечером, когда Александра уже в третий раз перечитывала его последнее сообщение, телефон завибрировал от входящего видеозвонка. Она вздрогнула, будто её поймали за чем-то стыдным, и нажала «Принять».

Виктор появился на экране с улыбкой, будто весь мир был для него одной большой удачной шуткой. На фоне слышался приглушённый смех друзей и звон бокалов.

— Привет! Ты чего молчишь? — весело спросил он. — Я подумал, раз мы столько пишем, надо хотя бы лица друг другу показать.