Бесплатный фрагмент - Порода

Кепка за 50 евро

Не каждый код должен быть расшифрован. Эта мысль постоянно крутилась у него в голове уже несколько недель. Леопольд осознал, что забыл курту только когда поежился от холодного ветра на трапе самолета. Он отмахнулся от этой мысли. Огляделся. Поймал на себе недовольный взгляд пассажира поднимающегося за ним. Отвернулся и продолжил резвее подниматься по трапу. Леопольд выкупил билет за баснословные деньги за два часа до вылета, но даже это не гарантировало безопасности. Пассажиры медленно проходили в салон, показывая посадочные талоны стюардессе, которая улыбалась вымученной улыбкой, предвкушая восьмичасовой полет.

— Ваш посадочный? — девушка протянула руку.

Леопольд опомнился, показал ей смятый талон, который до этого он полчаса сжимал в кулаке и посмотрел на имя на бейджике. Абени.

— Проходите, место 5А. — стюардесса, уже переключила внимание на следующего пассажира.

Леопольд нервно улыбнулся, кивнул и стал медленно продвигаться в салон с остальными пассажирами. Внутри было душно. Пахло резиной. Духами. Пробивался запах дешевых моющих средств. Ребенок в хвосте самолета начал громко визгливо плакать, а усталая и раздраженная мать начала его успокаивать. Молодая женщина пыталась впихнуть ярко розовый чемодан на полку для ручной клади. Один раз. Второй. Ещё. Она задерживала всю очередь. На полке очевидно не было достаточно места. Леопольд вздохнул. Колона из людей, ожидающих её, молчала, но то и дело раздавались раздраженные выдохи. Подошедшая стюардесса предложила переложить чемодан на полку в конце самолета, которая была ещё пустой, взглядом намекая женщине, что та задерживает посадку. Пассажирку это не устроило. Начался скандал. Мужчина, по внешности которого было сложно определить возраст, достал из внутреннего кармана пиджака фляжку и сделал два быстрых глотка. Вот кого задержка рейса не очень расстраивала.

«Я бы сейчас тоже не отказался» — Леопольд быстро дошёл до своего места, закинул сумку наверх, прошел на место к окну, пристегнулся на автопилоте.

«Наверное стоило всё-таки выкинуть телефон» — он наблюдал в окне работников аэропорта, которые делали последние проверки самолета перед взлетом. — «Или нет. Вдруг ещё напишет. Или если что-то пойдет не по плану, то предупредит. Зря я ему наверное доверился. Но пока всё по плану. Да уж… Ну и история.»

Самолет постепенно заполнялся пассажирами. Рядом с ним сел мужчина. Явно турист. Только туристы покупают кепки с символикой Камеруна.

«Самолет приземляется в девять пятьдесят, потом из Шарль-де-Голя быстрая пересадка на Вену, там граница, главное успеть до того, как они спохватятся. Меня подстрахуют надеюсь.» — мысли вращались как в стиральной машине, — «Это сколько всего лету? Восемь часов. Потом ещё два до Вены. Десять? Долго. По плану спохватиться не должны, но если что-то пойдет не так, пока я буду в воздухе, я не узнаю.»

Все наконец-то уселись и стюардессы начали демонстрировать действия техники безопасности. «А если надо будет скрыться на время? К родителям? Нет, слишком очевидно.»

Стюардессы начали ходить по салону проверять ремни безопасности, Леопольд всё продолжал смотреть в окно. Бам! «Аарон? Хм, может быть… Для него это будет не безопасно, но это будет сложнее раскопать.»

— Кхм, кхм, — его сосед прокашлялся. Леопольд резко обернулся, — Не могли бы вы, пожалуйста, поднять мой телефон. Он упал вам под ноги.

Мужчина говорил на английском, но с сильным французским акцентом. Леопольд сначала не сообразил, что от него хотят, но увидев палец указывающий на пол, кивнул. Он поднял телефон. На нем была включена фронтальная камера. Он мельком увидел свое отражение.

«Черт!»

— Спасибо, — сосед забрал телефон.

Но Леопольд уже лихорадочно думал о другом. Волосы. Это же очевидно. Он просто не подумал. Его рыжие волосы явно слишком заметны. И тут вопрос не «если», а «когда» они начнут отслеживать его передвижения, то им не составит труда просто следить за рыжей головой в толпе.

— Извините, — он обернулся к своему соседу, — У меня к вам странная просьба, но вы бы очень меня выручили.

Мужчина посмотрел на него, улыбаясь. После отпуска все люди такие. Позитивные, отзывчивые, добрые, отдохнувшие, полные сил, видят всё только хорошее в этом мире и улыбаются даже незнакомцам.

— Продадите мне вашу кепку?

— Кепку? Мою? — улыбка всё так же болталась на его лице.

— Да, я готов за неё заплатить вдвое больше. — Леопольд мысленно вспоминал сколько у него евро в кошельке. Вряд ли француза прельстит центральноафриканский франк.

— Это сувенир из отпуска, я бы не хотел с ней расставаться. — сосед снял кепку и начал крутить её в руках, — К тому же я носил её весь отпуск, она не совсем новая.

— Пятьдесят евро, — Леопольд подумал о сумме, которая показалась бы ему завышенной и увеличил её в два раза.

Мужчина молчал, а потом рассмеялся.

— Ладно, хорошо, — мужчина снял кепку, — Это будет хорошая история. Я расскажу, что в Африке кепка оказалась моей лучшей инвестицией. Посмеюсь над друзьями. Оно того стоит.

Леопольд достал из кармана кошелек и протянул купюру.

Восемь часов.

Самолет приземлился. Шарль-де-Голь, аэропорт Парижа. Леопольд быстро шел к пограничному контролю, не замечая остальных пассажиров, которые шли в развалочку разминая отекшие ноги. Он был уверен, что о ситуации уже всем известно. Первые действия были предприняты. Среди жертв его не опознают, а значит как минимум объявят в розыск. Локальный? Международный? На оформление международного нужно время, поэтому у него есть шанс, если его не обманули. Единственное на что он мог надеется, что информация пока не дошла до французских пограничников, всё-таки восемь часов большой срок.

Слегка дрожащими руками он протянул документы мужчине в форме.

— Откуда вы прибыли? — мужчина со взглядом человека, которому предложили позавтракать овсянкой на воде, взял их под стеклом.

Леопольд точно знал как можно заполучить себе такое выражение лица. Всего лишь нужна ежедневная рутинная работа, в которой ты не видишь смысла, и так до следующего непродолжительного отпуска. Повторить. Пока твоё лицо не срастется с кислой миной.

— Из Камеруна, — Леопольд старался отвечать кратко и улыбаться. Ему казалось, что так меньше шансов, что его остановят. Надежда глупое чувство. Но такое соблазнительное.

Он ещё в молодости решил, что сделает всё, чтобы избежать взгляда, который был у его родителей, когда они возвращались с работы. Всё. Что. Угодно. Так как он хотел что-то есть, то вариант не работать ему не подходил. Он был из той породы людей, для которых деньги не являлись приоритетом в работе.

Леопольд стал учёным. Пробирки. Диаграммы на экране. Эксперименты. Ночные дописывания статей, по которым он с удовольствием делал доклады и с пеной у рта спорил с коллегами. План сработал. Его выгоняли в отпуск насильно, а кислая мина не появлялась на его лице. Хотя нет. Всё-таки появилась. Первый раз она появилась три месяца назад как раз из-за работы. В моменте он даже не предполагал, что это приведет его к уголовной статье и международному розыску.

— Цель визита? — пограничник поднял голову и сверил фотографию в паспорте.

— Я, кхм, — откашлялся Леопольд, — приехал на родину встретиться с семьей. У меня следующий самолет до Вены.

Правда бывает разной. Леопольд заправил выбившийся рыжий локон обратно под кепку. Его волосы слишком яркая отличительная черта, если, конечно, ты не в Ирландии.

В свои сорок пять он уже должен был быть седой, как Санта-Клаус, но рыжие волосы отказывались его покидать. До сегодняшнего дня это не было проблемой. Ему это даже нравилось. Но не в данные момент.

— В Камеруне вы отдыхали?

— Нет, работал, — Леопольд начал нервно сжимать пальцы на ногах, но в ботинках этого не было видно.

— Виза?

— Да, рабочая, ещё действующая.

— А, увидел. Проходите. С приездом на родину.

Формальная фраза. Но сколько же радости и восторга она дала Леопольду. Мужчина отошёл в сторону, огляделся по сторонам. Достал телефон. Повертел в руках. Ещё раз оглянулся. Выдохнул. Включил телефон.

Потребовалось некоторое время, чтобы телефон включился и поймал сеть. Леопольд тут же отключил свою камерунскую сим-карту. Его австрийский номер знало меньшее число людей.

«Уф, ничего. Нет.»

Леопольд закрыл глаза. Выдохнул. От сердца отлегло. Всё шло по плану, а значит ему не нужно пока беспокоиться.

Дзынь.

Он открыл глаза. Нежелание знать, что там за уведомление захлестнуло его с головой. Вздох. На экране загорелся значок нового сообщения.

«Укройся. Никаких карт. Завтра».

Всё-таки не по плану.

«Укрыться?» — Леопольд смотрел на это сообщение и лихорадочно думал. Он посмотрел на табло, нашёл свой рейс и быстрыми шагами направился к своему гейту, потому что уже объявили посадку на его самолет. Эта идея уже посещала его и пока ничего лучше он не придумал.

«Звонить Аарону по этому телефону нельзя. Верх тупости. Так, щас.» — Леопольд открыл его номер и запомнил. Удержать в голове пару цифр он пока был в состоянии. Адреналин бурлил в крови, заставляя его сердце биться чаще.

Очередь на посадку двигалась медленно. Проверяли паспорта. Леопольд встал в самый конец. Перед ним стояла молодая пара и переговаривалась на австрийском.

— Извините, — сказал он на родном языке, — Не могли бы вы, пожалуйста, одолжить свой телефон позвонить? Мой сел. — Леопольд показал свой выключенный телефон. — А меня должны встретить по прилету.

Парень кивнул и протянул ему свой телефон. Леопольд быстро набрал номер.

— Слушаю, Аарон Пихлер. — раздался в трубке спокойный знакомый голос.

— Аарон, это Лео, — мужчина старался говорить тише, — я через два часа буду в Вене. Как и договаривались. Скачу тут как косуля, ей богу. У меня телефон сел. Встретишь?

— Лео? Сколько лет… Косуля? Так… Тебя надо встретить в аэропорту? Телефон? — голос Аарона сразу стал напряженным и взволнованным, — Насколько всё плохо?

Если человек начинает разговаривать метафорами из детских игр, то стоит хотя бы попытаться его понять. Попытаться.

— Нет, не надо так спешить. Да, на двенадцать из десяти. Да, как мы договаривались.

— Ты не можешь говорить прямо? Так, тогда по порядку. За тобой ехать в аэропорт?

— Нет-нет, самолет не задерживают.

— Тебе надо скрыться?

— Да, было бы неплохо. Я проголодался.

— Хорошо, езжай в Д. Я предупрежу. Задняя дверь будет открыта, но думаю проще смешаться с толпой и зайти с главного входа. — Аарон решил, что допросит своего друга с пристрастием уже после того, как встретит лично.

— Хорошо.

Леопольд завершил звонок.

— Всё хорошо? Вы выглядите взволнованным, — девушка улыбаясь медленно двигалась в очереди.

— Да, всё хорошо, давно не был на родине.

«Скорее всего они уже знают, что я направился в аэропорт, а потом всплывёт, что я улетел в Вену, поэтому слишком прятаться было бессмысленно. Но облегчать им задачу не собираюсь.»

Очередная посадка закончилась. Леопольд облокотился на иллюминатор в самолете и закрыл глаза. Надо подумать. Если что-то пошло не по плану, то рассчитывать сейчас можно было только на себя.

«Спрятать. Куда? Везде же камеры.»

Самолет мягко взлетел и почти так же мягко приземлился.

Жизнь кипела как чайник, который забыли на газовой плите, впрочем так всегда бывает в аэропортах и на вокзалах. Крики. Суета. Толпа спешащих людей. Родители везли на чемоданах детей, которые не замолкали. Объявили посадку на очередной рейс. Кто-то пробежал. Видимо это его имя уже третий раз объявляли по громкой связи. Молодая девушка покупала кофе. Всё в ней говорило, что она не спала. Парень с взъерошенными волосами и потрёпанными кедами сидел прямо на полу с ноутбуком и что-то быстро печатал.

«Наверное богатый умный программист» — подумал Леопольд, — «Они все так выглядят, а потом летают на частных самолетах».

Он смотрел на телефон. В самолете у него появился план, не самый умный, но самый оптимальный в данной ситуации, а иногда это важнее. Самое главное в инвестициях это диверсификация рисков. А у них сейчас на кону стояло очень многое. Даже слишком. Леопольд не колебаясь бросил телефон в урну. Он слишком далеко зашёл. Эту партию уже не переиграть.

Выйдя на улицу, он почувствовал мягкое летнее тепло на лице. За долгое время работы в Камеруне Леопольд привык к безжалостному палящему солнцу, жаркой сухой погоде, и редким таким желанным и освежающим дождям. Сейчас ему показалось, что в Вене прохладно, хотя на улице было двадцать семь градусов.

Через час Леопольд вышел на Штефансплац. В самом центре родного города. Когда-то родного. В Вене как и всегда летом было полно туристов. Французы, испанцы и особенно немцы считали своим долгом заполонить центральные улицы и целых три летних месяца ни в коем случае их не покидать.

Мужчина обратил внимание на пожилую парочку. Пенсионеры сидели на открытой веранде и уже в двенадцать дня пили апероль. Против вот такой пенсии возражений не было.

Студенты-художники сидели на тротуаре и срисовывали собор святого Стефана, который облепили туристы с фотокамерами. Лично Леопольду он никогда не нравился. Слишком громоздкий. Популярный. Туристический. Слишком набит зеваками, которые фотографируют каждый камень. Зачем, если они никогда в жизни не будут пересматривать эти фотографии? Слишком помпезный, чтобы почувствовать там присутствие хоть какого-то бога. Он повернулся в противоположную сторону. Ему нужно зайти ещё в одно место перед встречей с другом, и там точно придется отстоять огромную очередь.

Ещё через час Леопольд стоял в коридоре самого старого в Европе аукционного дома. Богатство. Помпезность. Статусность. Такие слова всплывали в голове у мужчины при взгляде на это здание. Настоящий имперский размах. Сейчас двери аукционного дома были открыты и для простых смертных. Конечно такие открытые аукционы проводились с лотами, за которыми не носились сломя голову самые богатые коллекционеры, но некоторым туристам было приятно потом рассказывать друзьям, что он выкупил какое-нибудь достаточно посредственное колье на аукционе в Вене. Настоящие сокровища разбирали за закрытыми дверьми.

— Добрый день, молодой человек, аукцион начнётся через полтора часа, — навстречу Леопольду вышла молодая девушка модельной внешности с длинными прямыми волосами в обтягивающем черном платье, — Или вы хотите ознакомиться с нашим открытым магазином?

— Здравствуйте, — Леопольд нервно улыбнулся, — меня ждут.

Высокие потолки. Светлые стены. Красный бархат. Мраморные колонны. Добротная дубовая мебель. И так же несуразно, как ощущал себя здесь Леопольд, в такой обстановке смотрелась выставка современного искусства.

Неаккуратные картины. Статуи, вызывающие желание либо добить их, либо вынести их на помойку. Инсталляции, которые легко перепутать с мусором.

Одна особо привлекла внимание Леопольда. Это было дерево из проволоки, где на самых верхних ветвях висели черно-белые фотографии. Чуть ниже цветные. Потом дискеты. Потом флешки. Потом карты памяти и последние ветви были пустыми. Видимо художник хотел подчеркнуть, что мы теряем физические объекты нашего проявления в мире, но смотрелось как будто он выгреб всё, что уже не нужно из кладовки и решил продать подороже.

Аарон Пихлер, текущий глава аукционного дома, человек более открытых взглядов решил, что современное искусство в таком уважаемом месте вызовет ажиотаж и привлечет внимание к их дому, а следовательно и увеличит прибыль. Кто о чём, а бизнес должен думать в первую очередь о деньгах. Аарон был в этом хорош. Породистый бизнесмен, которые носом чует, где можно зарыта монета. А если есть способ заработать больше, то дважды ему предлагать не надо. До него у руководителей начинал дергаться глаз при слове «современное искусство». Он был менее чувствителен, а следовательно и более успешен в продвижении бренда аукционного дома.

— Да, мистер Пихлер предупредил меня, что ждет посетителя. Вы можете подняться на второй этаж. Первая дверь налево, — девушка рукой указала на красивую лестницу, которая всё так же была покрыта красным бархатом.

Леопольд размашистым шагом, перешагивая через ступеньку поднялся на второй этаж. Пахло амброй и цветами. Здесь было гораздо спокойнее. Мужчина прокашлялся.

Тук — тук — тук.

— Да? — голос за дверью был напряженным.

Леопольд открыл дверь и, не останавливаясь на пороге, вошёл в кабинет. Снял кепку.

— О, Лео, какой ты загорелый! — глава аукционного дома встал с кресла и, раскрыв руки для объятий, подошел к старому другу, — Столько лет прошло, а ты всё ещё рыжий. Ни одно африканское солнце не сможет вывести этот цвет с твоей головы.

— Аарон, ты не представляешь, как я рад тебя видеть, — Леопольд крепко обнял друга, похлопал по спине и уткнулся ему в плечо, — А твоя седина вижу забрала твои белые кудри.

— Теперь я как Джордж Клуни, только голубоглазый, — усмехнулся мужчина.

Разница в росте у них была большой. Если Леопольд был скромных сто пятьдесят сантиметров, то Аарон был метр девяносто.

— Присаживайся. Вкусы не изменились? Джин-тоник? Или может быть водки для смелости, потому что я попрошу тебя рассказать мне всё и не дай бог ты мне соврешь.

— Да. Хоть что-то в мире должно оставаться постоянным, поэтому джина, — Леопольд рухнул на диван, отклонился к стене и закрыл лицо руками, — Аарон, я слишком глубоко во всём этом погряз. Ты уже узнал?

— Ну-ну, — протянул другу бокал мужчина, — Начни с главного. Это из-за тебя в Европейских новостях впервые за столько лет появился Камерун?

— В новостях? — Леопольд открыл глаза и уставился на Аарона, — Насколько всё плохо?

— Местные активисты устроили протест против действующей власти и закона о налогах на частное сельское хозяйство. Зацепило частную лабораторию. Сотрудники мертвы. — Аарон говорил четко, стараясь придерживаться только фактов, насколько это было возможно.

— Ыыыыыы, — Леопольд закрыл лицо руками.

Он осушил бокал одним глотком.

— Это был я. Аарон, это я их убил, а потом всё поджог.

Тишина.

Аарон молчал. Посмотрел на Леопольда и в один момент залпом выпил свой коктейль.

Тик-тик-тик.

Большие часы, которые висели на стене, слишком громко тикали.

— Повторить? — первым опомнился Аарон.

— Да.

— На самом деле я ожидал нечто подобного. Обычно ты не звонишь мне из аэропорта в нервном мандраже и говоря детскими шутками-прибаутками. Но зачем? — Аарон протянул второй бокал своему другу, — Ты никогда особой кровожадностью не отличался, дружище. Не верю, что Камерун может настолько менять людей. Когда согласился там работать, я не думал, что мне придётся прятать тебя от Интерпола.

— Ты так спокойно реагируешь, — Леопольд принял бокал.

— Я знаю тебя. Деталей и предыстории нет, так что возможно ты ещё и жертвой окажешься. Почему Камерун?

— Да, локация странная, но деньги хорошие, команда тринадцать человек и все как на подбор хороши, свобода в экспериментах, в общем сказка.

— В чём подвох?

— Я тогда решил, что это пустяки. Нужно было соблюдать секретность и никому не трепаться о том, чем я занимаюсь, на кого работаю и каких успехов мы добились. Тем более владельцем был Роланд Фогель. — Аарон в немом вопросе посмотрел на Леопольда. — Ты точно о нём слышал. Известные меценат. У него куча благотворительных фондов в Африке и Европе. Строит больницы, помогает детям. Аарон, всё шло нормально, пока полгода назад у нас не появились по-настоящему стоящие открытия.

Аарон не перебивая крутил в руках бокал.

— Три месяца назад я прозрел. Буквально. Меня как током шибануло. Я осознал, что за технология оказалась у нас в руках. Не думай, что я не пытался решить вопрос другим способом. Пытался. Достаточно долго. Ни один из предложенных сценариев развития событий меня не устраивал. Каждый из нас знал все детали исследования, поэтому им достаточно было одного из нас, чтобы хотя бы частично воспроизвести результат. Команда была не против всё отдать. Они хотели получить премию. Уехать далеко. Отдыхать до конца жизни. Взамен требовалось всего-то уступить знания в конкретные руки. Я две недели их уговаривал, убеждал, пытался вразумить до последнего момента, но кто-то боялся мести, кто-то хотел денег, кому-то было всё равно. Тут я узнал, что Фогель приезжает посмотреть результаты. Аж до Камеруна дополз ради этого! У меня не было выбора, Аарон. Я заставил всех замолчать, сжег здание и компьютеры, чтобы у них если и остались, то только обрывки информации и сбежал сюда.

— Не скажу, что у меня чистые руки, но крови на них пока нет. — после окончания долгого монолога ответил Аарон, — Ты уверен в результатах?

— Ещё бы! Мы перепроверяли с командой несколько месяцев! В разных условиях! С разными вводными! Думаешь я бы пошёл на всё это, если бы не был уверен?!

— Всё-всё, успокойся, — Аарон примирительно поднял руки вверх, — Не давлю. Но если ты всё уничтожил, то в чём проблема?

Тишина. Леопольд молчал. Аарон хотел его растормошить, но боялся надавить и спугнуть момент откровения.

— Я слаб. Возможно. Наверное просто всё уничтожить было бы проще и логичнее. — Леопольд говорил медленно, тихо, слегка жуя слова. Аарон его еле-еле слышал. — Я оказался слишком тщеславным, чтобы просто отсрочить момент неизбежного.

— В смысле?

— Аарон, это поворотный момент. Всё, Рубикон перейден. — Леопольда прорвало. — Если не я, то через десять лет другой, а там и третий. Если человечество уже дошло до момента, когда может понять такие вещи и ими управлять, то рано или поздно это всплывет. Это только вопрос времени. И я слишком тщеславен, чтобы отдавать этот момент кому-то другому. Не я. Нет. Я так не могу.

Аарон молчал с ужасом уставившись на фанатичного Леопольда, который с искрами из глаз рассказывал о новой вехе в истории человечества. У него в голове резонно всплыла мысль о секте и возможно легком маниакальном психозе. Хотя судя по последствиям, не очень легком.

— Поверь я просчитал несколько вариантов. Нужно, чтобы именно мы контролировали процесс. Мы подтолкнем всё в нужную сторону. Совместными усилиями. Не туда, куда хотят толстосумы, а туда, куда нужно человечеству.

— Не много берешь, Лео? — Аарон замер, как будто видел перед самой бомбу с заведенным рычагом детонации, — За всё человечество хочешь говорить?

— Ты не согласен?

— С чем? С тем, что ваша технология вполне может послужить началом Третьей мировой? С тем, что ты доверился непонятно кому? С тем, что возложил это ещё и на меня? С тем, что ты убил своих коллег? Я могу продолжать. Вопросов много.

— Мы будем стоять за переворотом мира, Аарон. Мы сделаем всё аккуратно. Мы справимся. У всех стран будет доступ к технологии и к самой концепции. У них у всех будет шанс выделить средства на эту разработку и установить правила внутри своих границ. Да, первое время большинству не хватит денег. Будут конфликты. Революции. Но со временем технология станет доступна простым людям. Каждый родитель сможет принять решения для себя.

— Лео, что ты от меня хочешь?

— Для начала спрятаться.

— Это да.

— Во-вторых, я перестраховался, но завтра мне надо оказаться в одном месте, — Леопольд говорил торопливо, как будто все его мысли скрутились в узел, как наушники, и он тщетно пытался найти конец, чтобы начать их распутывать, — У меня есть запасной план, но мне нужна будет помощь.

— Какого рода? — насторожился Аарон.

— Я хочу подготовить свою площадку на случай неудачи, — Леопольд залпом выпил остатки джина, — Мне нужно найти людей, которые готовы воспользоваться результатами с условием полной открытости информации для мира.

— Почему просто не опубликовать в интернете, — Аарон встал, — Что может быть проще?

— Нет, ты бы знал, как легко спрятать информацию, если задашься целью. Даже Дисней делает это постоянно, а ты говоришь о людях, которые могут устроить революцию на континенте. Тем более какие-то исследования не заинтересуют мир, если их неправильно подать. Какими бы революционными они не были. Нет. Нет. Нет. У нас не будет второго шанса. Нас не должны заткнуть.

— Я не знаю. — Аарон не смотрел на Лео. Старался не смотреть.

— Я не прошу тебя брать на себя эту ношу. Поспрашивай, за это деньги не берут. — Леопольд пытался поймать взгляд друга, чтобы понять о чём тот думает.

— Но голову отсечь могут. — усмехнулся тот.

— На мою голову уже ведется охота. Аарон, я умру. Точнее я скорее умру, чем попадусь им в руки.

— Где вся информация?

— Я всё спрятал. Тот поймет, если со мной что-то случиться.

— Так, — Аарон крутил в руках пустой стакан, — В первую очередь нужно тебя обезопасить, а заодно и меня. Ведь когда придут по твою душу от меня тоже пух и перья полетят.

— Прости, — хотя судя по голосу Леопольду было не очень жаль, что он так поступил.

— А потом я подумаю как начать разговор об изменении мировых устоев с одним из своих клиентов, — голос Аарона был пропитан сарказмом. — Ты как?

— Я без телефона. Наличка есть, но мало. Документов поддельных нет. На своё имя регистрироваться не хочу.

— Ты уже пересек границу. Поздно пить Боржоми. Давай сначала у меня, — Аарон встал и налил себе ещё джина, — Никто ведь про нас не знает?

— Не должны, — качнул головой Леопольд, — Могли засечь по камерам, или всплывет что-то из школы, но связать не должны.

— Ты звонил. Это пока единственное. Хотя даже не со своего телефона. — Аарон думал. — На квартиру не поёдешь. Слишком очевидно. Я тебя отправлю в дом. Там сейчас никого.

Внизу раздался шум и громкие голоса.

— Извините, мисс, но вы обязаны меня пропустить!

Аарон бросил взгляд на часы. До аукциона оставалось ещё полчаса. Они переглянулись с Леопольдом.

— На моей машине не светись, возьми такси за наличку. Тут сейчас будет много люде. Затеряйся в толпе.

Из коридора послышался голос молодой женщины.

— К нему нельзя! Не важно по какому вопросу! Он занят!

Леопольд встал.

— Они не могли так быстро, — Аарон выглянул в окно и увидел полицейскую машину.

— Как раз могли, — Леопольд тоже подошёл к окну. — Эти могли.

— Бежишь?

— Да.

— Соседняя комната. Туалет. Над унитазом шкаф. Он пустой. Опускаешь вторую полку. Откидываешь. Ползешь. Только не забудь захлопнуть за собой всё, иначе они могут догадаться.

Леопольд не стал переспрашивать, а тут же пошёл куда сказали. Задать вопрос своему другу про секретный проход в кабинете, точнее в туалете, он сможет позже. Видимо не у него одного интересная жизнь.

Аарон же думал на удвоенной скорости. Полиция могла заявиться к нему и по другому вопросу. Это его напрягало.

— Блять, — ругнулся он.

«Этого ещё не хватало!» — джин ударил в голову и думалось медленно.

В дверь громко постучали.

— Аарон Пихлер! Полиция! Немедленно откройте! — громкий стук в дверь не прекращался.

— Не ломайте дверь. Она стоит целое состояние, — мужчина выбрал свой самый спокойный и безразличный голос, — Я сейчас вам открою и, пожалуйста, не надо махать пистолетами. Я безоружен.

Аарон подошёл к двери. С манерами аристократа вальяжно её открыл. Полицейские убрали пистолеты только после того, как увидели совершенно безоружного человека.

— Мария, спасибо, я поговорю с этими людьми. Иди подготовься к аукциону. Люди не обязаны ждать из-за вопросов этих господ.

Мария кивнула и удалилась. Полицейские зашли внутрь и стали бесцеремонно ходить по кабинету осматриваясь.

— Присаживайтесь, — Аарон любезно указал на диван, на котором ещё недавно сидел Леопольд, — Думаю у вас есть ко мне какие-то вопросы?

— У вас сейчас будет проходить аукцион?

— Да. У нас будут представлены лоты, которые могут позволить себе даже люди с небольшим достатком, — алкоголь дал о себе знать. Аарон это почувствовал слишком хорошо. Стоп. Позор. Это немного отрезвило. Ему очень не хотелось оказаться в тюрьме из-за пьяной драки с полицейскими в своём кабинете. Плохо для бизнеса.

— Для вашего сведенья в полиции Вены получают хорошие деньги.

— Вы пришли поговорить о разнице в зарплатах? — то, что он не съязвил ещё больше, Аарон записал в свои личные подвиги. Он сел напротив в кресло.

— Нет, я думаю коллеги ждали меня, — раздался вальяжный мягкий кошачий голос со стороны дверного проёма, — У вас представлена обширная коллекция современного искусства.

Аарону не нужно было поворачивать голову. Он знал кто там. Этот человек явно пришёл не по душу Леопольда.

Аарон откинулся на спинку кресла. Нарочито медленно он повернул голову в сторону двери своего кабинета. Ну конечно.

Молодой человек высокого роста стоял, облокотившись на дверной косяк. Зеленоглазых шатенов много, а людей, которые носят яркие костюмы тройки, с цветом строчки совпадающим со шнурками мало. Изумрудно-зеленый пиджак с желтой строчкой. Темно фиолетовая жилетка. Такие же брюки. Сиреневая рубашка, расстегнутая на три пуговицы. И темно-коричневые ботинки с желтыми шнурками. Такого бы назвали дэнди. Оскар Уайлд обзавидовался бы черной завистью. От него пахло тропическими фруктами и морским бризом. Мечта девочек до пятнадцати. И с пятнадцати до тридцати. И с тридцати до бесконечности.

— Дамиан, здравствуйте, — Аарон так же указал рукой на диван, — Давно не заглядывали. Неужели у вас появились хоть какие-то доказательства? Или необоснованные и скандальные предположения всё так же грустят в одиночестве?

— О, думаю я смогу вас удивить, — Дамиан не стал садиться на предложенное ему место на диване. Он медленно подошёл к дубовому столу, по-кошачьи плавно повернулся и оперся на него бедрами, — Вам фамилия Бошер о чём-нибудь говорит?

Аарон онемел. Это фамилия Леопольда.

Слишком умный подчиненный

Этот же день. Камерун

— Леди и джентльмены! А сейчас давайте поприветствуем дружными аплодисментами замечательного человека! И я говорю так не только потому что у него много денег, — в зале поддержали шутку ведущего смехом, — этой добродетелью могут похвастаться многие в Европе. И нет. Не только потому что наш город ему многим обязан. С этот список, конечно, можно добавить и наших детей. — в зале снова раздался смех, — А потому что мы имели непродолжительный пятиминутный разговор за кулисами и я не понаслышке знаю этого человека.

Снова смех. В не очень большом по европейским и в очень большом по камерунским меркам зале раздались смешки и подбадривающие улюлюканья. Праздник. Смех. Приподнятое настроение. Алкогольные напитки. Наряженные люди. Здесь царила атмосфера праздника. Это было простое помещение с аккуратно расставленными разношерстными стульями и небольшим фуршетом в дальнем углу зала. Было душно. Пахло специями и сушенной травой. Людей было много. Все окна были широко открыты, но это всё равно не помогало.

Здесь был мэр города, который по выходным любил принимать участие в тренировке городской футбольной команды, в качестве консультирующего тренера. Главы городских больниц. Работники городской администрации. Директора школ. Представители профсоюзов. Владельцы по местным меркам крупного бизнеса. Популярные артисты. Студенты университета. Собрали всех, кого смогли и до кого дотянулись. Каждый одел лучшую одежду, поэтому зал пестрил яркими сочными красками, ведь широко известно, чем ярче и цветастее одежда, тем она более дорогая. А соответственно более праздничная.

— Мистер Роланд Фогель никогда не остается равнодушным к бедам других людей и щедро помогает тем, кому в жизни повезло чуть меньше. Покажите вашу любовь. Давайте поприветствуем со всей любовью человека, который помог нам закупить необходимое оборудование для нашей новой городской больницы! Почётный соучредитель фонда «Рука помощи», попечитель детского образовательного центра «Цветы будущего» и просто хороший человек Рональд Фогель!

Пока ведущий распинался на сцене словами благодарности, молодой помощник вошёл единственную комнату во всём здании, где был кондиционер.

— Мистер Фогель, пора.

Мужчина под шестьдесят лет сидел спиной к входной двери. Он не обернулся. Бросив усталый взгляд на свой бокал, он залпом допил остатки коньяка. Провел рукой по зализанным лаком седым волосам и встал. Он уже привык держать улыбку. Привык говорить слова благодарности за оказанную ему честь. Опять. Это всего лишь очередной такой вечер. И если первые пару раз это приносило удовольствие и тешило эго, то потом скорее стало утомительно. Сейчас было хуже. В этот раз к скуке добавлялось нетерпение. Он любил совмещать несколько дел в одной поездке, это создавало ощущение продуктивности и рационального использования времени.

Рациональное использование. Роланд любил как это звучит. В этот раз он поступил точно так же, но главная цель его визита была запланирована на завтрашнее утро. Посещение генетической лаборатории. Туда он щедро вливал деньги последние десять лет. Это его мечта. Наконец-то дерево дало свои плоды.

Он вышел на сцену и, улыбаясь, пожал руку ведущему.

— Благодарю, — он повернулся к толпе. Улыбка была на лице. — Спасибо за гостеприимство. Я бываю во многих странах и встречаюсь с самыми разными людьми. Могу вам точно сказать, что африканцы самые жизнерадостные, самые гостеприимные и самые благодарные люди. Вы из той породы людей, которые могут найти лучик света даже самой темной ночью. Вам бывает нелегко. Мы все здесь едины на этой планете. Помогать друг другу это насущная потребность каждого, кто завет эту планету своим домом.

Роланд Фогель говорил эти слова практически не отдавая себе отчёта о том, что он говорит. В каждой стране и в каждом городе было примерно одно и тоже, поэтому он знал, что этих слов всё равно никто никогда не запомнит. Пока по крайней мере никто не запоминал. Он слегка поморщился. Неприятный запах пота и специй отдавал в нос и побуждал его поскорее отсюда уйти.

В этот момент ведущий подошёл к Роланду Фогелю, улыбаясь во весь рот.

Мгновения хватит, чтобы оценить насколько миры этих людей были разными. Первый высокий, статный, седовласый мужчина с серыми глазами в костюме тройке с охровым галстуком под цвет шнурков на ботинках. Второй невысокий полноватый мужчина со смуглой коже в цветастых шортах и такой же пестрой рубашке с коротким рукавом, который на сцене стоял босиком, просто потому что так удобнее. Два мира. Два стиля жизни.

— Это долг каждого человека. Долг. — Фогель говорил с приятной улыбкой на лице, — Улучшать жизнь на земле. И это большая честь, что я могу помочь такому большому количеству людей.

Ведущий кивнул, как бы обозначая конец речи и люди на первом ряду встали и разразились бурными аплодисментами. Остальные подхватили овации в тот же момент. Засверкали вспышки фотокамер, мэр города поднялся на сцену, чтобы пожать мистеру Фогелю руку и сделать совместную фотографию для завтрашних новостей.

Он улыбался. Пожимал руку меру. Смотрел в камеру. Пока Фогель стоял на сцене и слушал слова благодарности, он заметил Лукаса у дальней стены. Главу своей службы безопасности. Роланд сфокусировал внимание. Лукас поправил очки и два раза постучал кулаком по груди. Мистер Фогель нахмурился.

Лукас сопровождал мистера Фогеля. Везде. Всегда. В большинстве случаев всё проходило благополучно и без происшествий, но иногда планы терпели резкие изменения. И тогда Лукас был незаменим. Если проблему можно было решить, то она будет решена. Фогель не сомневался. Для того, чтобы не бегать постоянно и не шептать на ухо при всех, Лукас предложил использовать несколько жестов, которые бы не сильно привлекали внимание, но при этом давали понять о текущей обстановке. Гениальная идея. Роланду Фогелю очень понравилась и он даже внедрил её в другой свой клуб, но там это применялось не так успешно, как в его команде службы безопасности.

И сейчас Лукас невербально сказал ему, что всё пошло не по плану, нужно срочно поговорить, дело не требует отлагательств. Это настораживало. Если Лукас не решает проблему сам, то значит её не решить быстро. Смерть в семье? Обвал рынка? Пресса?

Как быстро меняется контекст ситуации. Теперь речь главного врача городской больницы казалась ему бесконечно долгой. Он придумал уже несколько способов жестокой расправы с этим врачом, и несколько вариантов как можно было бы быстро и эффективно заткнуть ему рот, включая варианты с вырванным языком. Как же он бесполезно сейчас тратить свой самый ценный ресурс. Время ему никто не восполнит. Как только речь закончилась, он встал. Он не дал ведущему пригласить следующего выступающего.

— Спасибо большое, что вы так цените то, что я делаю, — он улыбался и говорил спокойным добродушным тоном, — Я это очень ценю. К сожалению сейчас я вынужден удалиться, но я всегда держу вас в своём сердце.

После этого последовал разочарованный «Эх» от толпы. Затем попытки ведущего убедить его прийти на вечеринку после официального мероприятия. Он про себя три раза перекрестился, уповая на то, что бог поможет избежать ему такой участи. На лице только дружественная улыбка и повторяющиеся извинения, что у него дела и ему нужно добыть ещё денег для детей Камеруна и как только так сразу, и вообще в следующий раз точно.

Быстрыми шагами он прошел мимо толпы, которая начала его откровенно раздражать. Через входную дверь. Прямо к своей машине, которая уже стояла у входа. Лукас всё организовал. Оказавшись в машине он смог выдохнуть и чуть ослабить галстук. Наконец-то его лицо приняло обычное спокойное сосредоточенное выражение.

— Говори, — приказным тоном, он обратился к Лукасу.

— Во-первых, ваша собака. Войт опять оказался в больнице. Ещё один приступ. Воду из легких откачали.

— Усыпить.

— Что? — Лукас поправил очки.

— Это не может продолжаться до бесконечности. Он болен. Он был в больнице уже пять раз. Пять. По пять тысяч евро за прием. И это с учётом того, что страховая каждый раз платить большую часть в двадцать тысяч. Я вижу, что каждый раз промежуток между приступами меньше. Это логично.

— Но у врачей нет показаний к усыплению.

— Это потому что они хотят от меня поиметь побольше денег. И слупить их со страховой. Лукас, я всё сказал. Ты сам понимаешь, что это рационально. И становиться слишком дорого содержать такого пса. Я попрошу завести мне другого. Не говори, что это всё, что ты хотел мне сообщить.

Лукас кивнул.

— У нас проблемы в лаборатории, — глава службы безопасности передал планшет с последними новостями Камеруна.

Лукас имел нетривиальную внешность для своей должности. Невысокого роста, сутулый, в очках, но доверие Роланда Фогеля этой «гусенице», как его называли за спиной, было безгранично. Он бы из тех людей, на которых не обращаешь внимание, а потом они резко оказываются скрытыми миллионерами. Лукас не был миллионером, но у него определенно было много скрытых талантов. И он определенно считал себя умней большинства. Превалирующего большинства. Надо чтобы о его поездке никто не узнал? Лукас. Надо чтобы узнали все, но тайно? Лукас. Надо вытащить непутевого внука из тюрьмы? Лукас. Нужно найти компромат на очередного ухажера дочери? Лукас.

Фогеля иногда пугала такая зависимость от одного человека. Он уже начал подбирать ему альтернативу, придерживаясь принципа разделяй и властвуй. Но достойного конкурента не находилось.

— Это у нас? — спросил Фогель листая подборку статей о пожаре и подозрениях в сторону оппозиционеров.

— Да, огромный пожар в лаборатории. — Лукас откинулся на спинку сиденья.

— Мои люди? Данные?

— Я знаю только о восьми подтвержденных жертвах, о выживших пока не сообщали. Мои люди слушают канал, по которому переговариваются спасатели, пока всё в активной фазе тушения. Но предполагаю, что живых не будет. Чтобы всех опознать уйдет несколько часов.

— Данные?

— Я не уточнял этот вопрос, но думаю вся техника пришла в негодность.

— Люди важны, но если информация сохраниться это меня устроит. Тогда мы сможем сказать, что они погибли не напрасно. Попытайся вытащить любые данные.

— Хорошо, — Лукас кивнул.

— Кто? Действительно оппозиционеры? — внутри Фогеля перекосило от злости, но на лице у него сохранилось равнодушное спокойное выражение. Не хватало ещё, чтобы подчиненные решили, что его так легко выбить из колеи. — Кто-то разнюхал? Или локальная стычка? Слишком очевидное совпадение.

— Нужно на месте разбираться. — Лукас старался не разбрасываться обещаниями в присутствии Фогеля. Тот слишком хорошо их запоминал. — Первое предположение, что конкуренты узнали о прогрессе и решили уничтожить команду. Второе, что местные устроили акцию протеста и лаборатория попала под раздачу.

— И, конечно, ещё есть третья. — закончил за него Фогель.

Лукас оторвался от экрана своего планшета и посмотрел на Фогеля. Тот ждал ответа от него, не собираясь продолжать.

— Мне делать за тебя твою работу? — всё-таки слишком спокойно спросил он.

— Не исключаю, что кто-то из команды решил присвоить себе результаты и продать подороже. — Лукас ни разу не запнулся, — Это слишком сложно в реализации. Проверить можно только по камерам или если мы не досчитаемся трупа. Первые две более вероятные.

Лукас задумался, а потом хмыкнул.

— Если так рассуждать, то четвертая думаю очевидная.

— Какая? — Фогель продолжал сидеть с закрытыми глазами и сжимал кулаки.

— Кто-то инсценировал поджог, украл данные или часть команды чтобы они воспроизвели результаты для других. Смесь первой и третьей.

Роланд Фогель с силой ударил по спике переднего сиденья, от чего водитель слегка закашлялся, потому что удар пришелся ему как раз в область легких со стороны спины. Фогель не стал извинятся.

— Что известно на данный момент?

— Идут работы. Нашли девять трупов. Опрашивают свидетелей.

— Уже девять?

— Да, у меня информация в реальном времени.

— И сколько они уже тушат пожар.

— Несколько часов.

— И только сейчас обо всём узнал? Это непрофессионально. Ты должен знать всё. Как ты это пропустил?

— Мой промах.

— Да, твой. Я запомню это. Кто там сейчас из наших?

— Двое из охраны и ещё двое из наших наблюдателей из местных.

— Охране премию в полный оклад, если добудут записи камер до полиции. Иначе придется приплетать мэра и терять драгоценное время. Наблюдателям двойная оплата, если что-то видели. Докладывать прямо мне.

— Хорошо, — Лукас сделал пометку в планшете. Он достал телефон и быстро отправил несколько сообщений. — Мистер Фогель, сообщают что основное пламя потушили.

— Поехали, — Фогель прикрикнул на водителя.

В этот же момент машина завелась. Две другие тоже, которые стояли на низком старте с остальной командой бизнесмена. Кортеж стартанул.

— Какие действия предпринимаются? — Фогель строго посмотрел на Лукаса. Он понимал, что срывать злость на нём бессмысленно. Он здесь ни при чём. Это не продуктивно. Но эмоции всё равно кипели.

— Едут люди для дополнительной защиты на случай, если со второй гипотезой я ошибся. — начал перечислять Лукас, — Деньги на подкуп экспертов по пути снимут, чтобы они как можно быстрее идентифицировали трупы и мы их посчитали. Я на прямом канале у спасателей. Сейчас найду технических специалистов, чтобы посмотрели, что можно сделать с данными.

— Когда будут на месте?

— Они будут раньше нас на десять минут.

Мистера Фогеля немного отпустило. Он чувствовал, что его обманули. Ему показали конфету, и как только он собирался её схватить, тут же забрали. Столько инвестиций! Столько трудов! Столько лет поиска решения. Да, ученые молодцы, но без его денег ничего бы этого не было. Государства очень плохо спонсируют такие проекты. К тому же ещё какие-то свои моральные устои приплетают. Там политикам лишь бы деньги отмыть. А он работал на совесть. Лучшее оборудование. Лучшие учёные. Лучшие условия. И всё накрылось из-за какой-то кучки тупых оппозиционеров, которым просто нехрен делать. И это в лучшем варианте. Мистера Фогеля передернуло. В худшем его обокрали конкуренты. Такого он не простит.

Он обернулся на Лукаса и выдохнул. Мир может лететь в тар-тарары, но если рядом есть такой человек как Лукас, то в целом окажется, что у тебя есть санки и мягкая подстилка, которая позволит смягчить приземление. А потом ещё и договориться с Аидом, чтобы тот устроил всех по высшему разряду. Вслух он конечно этого никогда не скажет. Не практично рассыпать комплименты человеку, который только что совершил промах. Всё-таки чувство вины слишком сильный инструмент, чтобы им разбрасываться. А сейчас у мистера Фогеля была редкая возможность чуть-чуть надавить на Лукаса с помощью чувства вины.

— Быстрее, — Лукас заметил пристальный взгляд Фогеля и обратился к водителю. — Ускоряйся, на дорогах камер нет.

Лукас как обычно просчитал все решения на несколько ходов вперед. Да, немного оплошал, но всё ещё можно было поправить.

Как заставить босса работать

Аукционный дом Доротеум.

— А почему вы спрашиваете? — Аарон снова сидел с непринужденным видом, как будто не фамилия его беглого друга только что прозвучала из уст самого въедливого полицейского, которого он знал.

— Могу заверить это не праздное любопытство. — Дамиан мягко улыбался и пристально смотрел на Аарона. Нахальство и насмешка, которые сквозили в его взгляде, буквально ощущались на вкус.

— Может сузите круг людей? Ну, среди которых я мог бы поискать в памяти. — Главное не переиграть. Единственным желанием Аарона было стукнуть лицом об стол Дамиана. Резко. Быстро. Сломав нос. Залив всё кровью. Это бы убрало хотя бы на время эту раздражающую улыбку. Ну и доставило удовольствие.

— А вы не смотрите в дальние контакты, — Дамиан непринужденно продолжал разговор. Не отводил взгляд. И смотрел, как удав на обезьянку. Он точно знал, какое впечатление производит и как это выглядит со стороны. Ему нужно было вывести Аарона из себя. Во что бы то ни стало. А выводить людей на эмоции он научился. Это можно сказать профессиональное хобби. — Это кто-то, недавно побывавший в вашем окружении.

— Тогда назовите имя. Бошер. Хм. Распространенная фамилия, — Аарон поймал взгляд Дамиана и решительно не собирался падать раньше выстрела.

Дамиан молчал. Пять. Десять секунд.

— Александр Бошер, — Дамиан произнёс это тоном, как будто сделал великодушное одолжение.

Аарон вскинул брови. Опомнился. Вернул себе непринужденный вид моментально. Но секунда на то и секунда, Дамиан это отметил.

— Насколько я помню это один из наших покупателей, но лучше уточнить у Марии, — Аарон встал и подошёл к окну.

Неожиданно. В голове сразу же завертелся рой мыслей о возможной подставе. Ладно Леопольд. Сам вписался в какую-то сумасбродную авантюру, но у него тоже шкура есть. И она ближе к телу.

— Вам налить? Виски? Джин? Вино? — ему нужно было скрыть лицо хотя бы на несколько секунд. Он отвернулся. С Дамианом, в отличии от остальных представителей закона, ему нужно было думать. Тот мог его поймать на любой мелочи. Взгляде. Слове. Оговорке. Этого допускать было нельзя. Особенно сейчас, когда к нему на голову ещё и Леопольд упал со своими планами по переустройству мира.

Дамиан отрицательно махнул головой и обошел стол, чтобы Аарон снова оказался к нему лицом.

— Не просто какой-то покупатель. Ваш постоянный покупатель. Неужели вы так пренебрежительно относитесь к клиентам? — Дамиан отслеживал реакцию и нарочито сильно сделал ударение на слове «постоянный».

Он уловил удивление на лице Аарона, когда тот услышал имя. Дамиан не ожидал такой реакции и озадачился. Он ставил на облегчение, панику, но никак не удивление. А это значит, что здесь можно копать.

— Возможно постоянный, но не в таких количествах, чтобы я его хорошо запомнил, — Аарон остановился. Прикинул. Налил себе только тоник. Без джина. Напьется вечером, когда этот коршун улетит.

— А если я вам скажу, что он подал заявление о продаже ему подделки, — Дамиан стряхнул несуществующую пылинку со своего пиджака. — Как не стыдно. Не ожидал я такого от вашего аукционного дома. У вас же безупречная репутация. Была.

Аарон поперхнулся и откашлялся.

— Это невозможно, — тон Аарона был спокойный, серьезный, на понижение. Он констатировал широко известный факт.

Сейчас он будет стоять на своём чего бы ему это не стоило. Александр Бошер не мог купить подделку в его аукционном доме. Не мог. Никак. Никогда. Никто из людей, кто купил у него подделку не написал бы в полицию. Такая ситуация абсолютно исключена. Даже доли процента нет. И если надо Аарон скажет это под присягой.

«Может у Рубина двойная игра?» — посетила мысль Аарона.

Он прошел через комнату и сел на диван, отпил из бокала и обвёл всех присутствующих взглядом.

Дамиан молчал.

— Это абсолютно исключено. — спокойно повторил Аарон.

— Да? Тесты независимых лабораторий говорят об обратном, — Дамиан кивнул головой и полицейские вышли из комнаты.

Они встали за дверью. Дамиан спокойно подошёл к дивану и сел напротив Аарона.

— Вы честный человек? — Дамиан наклонился чуть вперед, сокращая дистанцию между ними.

— Хотелось бы верить. — Аарон не шелохнулся.

— И никогда такого не допустили бы?

— Вы абсолютно правы.

— Может быть кто-то подставил вас?

— Понятия не имею.

Пин-понг. Аарон решил, чем меньше он говорит, тем меньше даёт Дамиану возможности на него давить. Сначала он хотел сам разобраться в ситуации, увидеть бумаги, посоветоваться с адвокатом, а уже потом раскрывать рот, если будет необходимо. Сейчас? Нет. Глупо. Он до сих пор не верил, что такое могло произойти. Хотя бывает и кони летают. Если вскроется подстава, Рубину конец. Он пойдет на сделку со следствием, но в тюрьму не сядет. Хотя первым такую грязную игру не начнёт.

Дамиан отклонился чуть назад, чтобы не давить.

— Я не имею ничего против вас.

Аарон молчал. Ему впору было бы фыркнуть, но он удержался.

— Вы умный мужчина. Вы цените искусство. У вас уже определенно отложена сумма на пенсию, — Дамиан говорил мягким, низким, спокойным размеренным голосом.

Аарон сделал глоток из стакана, никак не меняя выражение лица.

— Неужели у вас нет ни малейшего предположения как такое могло произойти? — Дамиан слегка приподнял одну бровь, давая понять, что не верит, что такое возможно. В принципе.

— Нет.

— Я мог бы гарантировать вам некоторую безопасность, — Дамиан полностью откинулся назад на спинку дивана, всё так же наблюдая за мужчиной, — Конечно если взамен вы поделитесь некоторыми мыслями.

— Зачем мне безопасность, если я ни в чём не виновен? — Аарон не опустил взгляд.

— Сегодня это попадет в газеты, завтра инвесторы со скандалом сместят вас с должности, а потом может быть ваши друзья решат, что вы слишком много знаете. Мало ли на что способны самые близкие нам люди.

— Как вы и сказали, я уже не молод, накопления на пенсию у меня есть, а газетные скандалы на то и газетные скандалы, что как пришли, так и уйдут.

— Но осадок останется.

— Ещё раз повторюсь. Я понятия не имею о чём вы говорите.

— Тогда я оставлю вам свой личный номер, — Дамиан достал визитку, которая пахла арбузными духами, — Пишите и звоните в любое время. В любое. Ведь неизвестно, когда может понадобиться помощь, если что-то пойдет не так.

— Спасибо. Моя жизнь достаточно спокойная.

— Пусть будет так.

Дамиан вышел. Аарон выдохнул.

«Он не показал мне бумаги. Он не назвал имя лаборатории. Он не назвал лот, который Александр купил.» — Аарон анализировал ситуацию. — «Если бы у него это было на руках, он бы мне тыкал эти бумажки в лицо. Или он хочет, чтобы я сболтнул лишнее и потом раскопать что-то основываясь на моих словах? Нет. Он хотел знать про мои дела с Рубином. Дурак.»

Сейчас у него приоритетом был Леопольд. Завтра. Всё завтра. Он позвонит адвокату. Попросит всё проверить. Он поставил стакан, крикнул Марии, что сегодня больше не появиться и вышел на улицу. Ему срочно нужно было выпить кофе, а заодно и решить ещё один вопрос. Потом зайдет предупредить жену, а потом к Леопольду.

***

Дзынь! Дзынь! Дзынь!

Дзынь! Дзынь! Дзынь!

Дзынь! Дзынь! Дзынь!

Александр поднял голову. Уже хотел выругаться, крикнуть помощника, но остановился. Он не сразу сообразил, почему никто не отвечает на телефон. Моргнул и взял трубку.

— Частное охранное агентство Котова. Здравствуйте. Чем могу помочь?

Непривычно. Обычно это делает его секретарь, но сегодня он отпросился с утра на прием к врачу и именно в этот момент приспичило кому-то звонить. Остальные на выезде. В офисе остался сидеть только он. Александр Котов.

Александр не любил все вот эти прелюдии и разговоры с потенциальными клиентами. Вообще. Лучше в перестрелку. Нелюбимая часть работы, которую ему удавалось успешно делегировать. До этого момента.

— Я говорю с Александром Котовым? — по голосу было понятно, что это говорит мужчина в возрасте, который не привык слышать возражений.

— Да, это я. Я вас слушаю.

— Это Роланд Фогель. Александр, помните меня?

— Роланд? — Александр сразу же выпрямился на стуле, — Как дела? Давно не виделись. Конечно помню, такое не забывается.

— Александр, если я скажу, что мне сейчас не до праздных разговоров, вы мне поверите? Дело срочное. Личное. Не терпит промедлений.

— Да, я понял. — Александр обожал переходить сразу к сути вопроса, — Я в офисе, приходите.

— Нет. Я сейчас далеко и буду в стране только завтра. А действовать нужно сейчас.

— Я слушаю.

— Я отправил фотографию человека. Его нужно найти. Быстро. Живым.

— Мне нужно больше подробностей. Имя? Возраст? Телефон? Гражданство? — он конечно опытный детектив, но желательно иметь хотя бы базовую информацию.

— Я дам имя, возраст, телефон. Могу сказать, что он прилетел сегодня в Вену утренним рейсом из Парижа. Туда из Камеруна. Он австриец. Остальное не важно. Деньги не имеют значения.

— Я попробую что-нибудь сделать. — Александр был настроен решительно. Для Роланда он был готов сделать гораздо больше, а не просто найти какого-то человека.

— Этот разговор строго между нами?

— Если вы так хотите, то да.

— Да, хочу. Александр, послушайте, в истории всегда есть ключевые точки. События, которые делят её на до и после. И не всегда это что-то значительное, как война. Это может быть открытие пенициллина. Женитьба Генриха Восьмого на Анне Болейн. Смерть эрцгерцога. Такие события не всегда видно сразу, скорее они проявляются спустя время. В данном случае всё предельно прозрачно. Это момент. Точка бифуркации. Сейчас определяется дорога, по которой пойдет человечество. Да, знаю, пафосно. Из-за человеческой алчности и глупости нас может занести на повороте и мы разобьемся. Нельзя этого допустить. Александр, вы один из людей, которому я могу доверить предотвращение хауса.

— Роланд, — Александр напрягся. Он знал, что его друг большой человек и просто так такими словами бросаться не будет, — Чтобы решить это дело как можно скорее, мне нужны все подробности.

— К сожалению я не могу сказать всё. Просто приложи все усилия, чтобы найти этого человека. Я скажу так, хм, это предотвратит убийство эрцгерцога.

— Я хочу помочь. Роланд. Очень. Мне нужно понимать с чем я имею дело. Иначе вы попусту теряете со мной время. Я не смогу действовать эффективно. Вы как опытный бизнесмен должны это понимать.

Александр уже научился разговаривать с сильными мира сего на их языке. Те считали себя расчётливее и умнее остальных из-за того, что им удалось заработать больше денег. И очень любили слово «продуктивно». Других мерил успеха они не видели. Сейчас для работы Александру нужно было как можно больше подробной информации и внешнего контекста, поэтому он убедил себя, что такая небольшая хитрость только на пользу общему делу.

— Я понял. Этот человек большой учёный, который работает на частную лабораторию. На мою частную лабораторию. Произошел пожар. Вы слышали в новостях. Хотя может ещё нет, да и Австрии их явно показывать не будет. Но никто не знает, что буквально два месяца назад случился научный прорыв. Открытие, которое поменяет нашу реальность. Команда убита. Данные утеряны. Этот учёный пропал. Он руководил группой. Я сначала предположил, что его похитили. Камеры меня разубедили. Он действовал сам. Нам удалось отследить его до Вены. Но нам нужно время, чтобы туда добраться. Будьте моими ногами, глазами, ушами. Не теряйте время. Найдите его.

— Шантаж? — сразу предположил Александр. Это сулило его команде дополнительны риск и если это так, то ему точно следовало бы лучше подготовиться.

— Как показали улики он действовал по собственной воле. Этого достаточно?

— Да, я понял. Не подведу.

— Спасибо. — Роланд повесил трубку.

Александр оперся локтями о стол.

«Доброе утро» — подумал он. Встал. Налил себе чашку кофе. Вернулся за стол.

Во-первых, он решил посмотреть на фотографию, которую ему прислали по почте. Во-вторых, он решил поднять контакты и сделать несколько звонков в аэропорт. Если этот господин прилетел утром, то ещё возможно он в Вене и не придётся никуда лететь. Возможно получиться посмотреть камеры, если там ещё работает его друг.

Александр открыл документ.

Леопольд Бошен

45 лет

Рост 150 см

Вес 50 кг

+237 516 285 46 88

Мужчина выглядел младше своего возраста. Клетчатая рубашка. Рыжие волосы. Веснушки. Зеленые волосы. Никаких отличительных черт в виде шрамов или татуировок. Родинок на лице нет.

Александр откинулся в рабочем кресле.

«Учёный из Камеруна кому-то понадобился?» — Александр ухмыльнулся, — «Что же они там такое сделали».

Он достал сотовый и открыл номер, по которому звонил в редких случая. Точнее когда дела касались исключительных людей. Получить телефонные записи законными методами могла только полиция. Значка у Александра не было. Но были контакты людей. Разных. Много. В частности такие, которые были не прочь заработать. Конечно это значит, что получить ответ на свой вопрос он мог только за очень большие деньги и только в определенном месте. Но раз для Роланда деньги не проблема, то Александр экономить и усложнять себе жизнь не собирался.

***

Голубое небо. Свежий летний воздух. Сегодняшнее утро в Вене было прекрасным. Летним. Теплым. Кай проснулся без будильника в семь утра. Привычка мощная штука. За окном уже светило солнце и заливало светом уютную спальню. С кухни доносился запах жаренного бекона и яичницы. Кай улыбнулся и сладко потянулся. Вторая половина постели уже была пуста, поэтому оставаться дольше в ней у Кая не было причины.

Он вышел на кухню. Его жена стояла в одном фартуке, защищающем её от брызг масла, перед плитой и мурлыкала мелодию себе под нос. Кай аккуратно подошёл сзади и обнял её, его руки скользнули по её бокам, прижимаясь ближе, чувствуя тепло её кожи под тонкой тканью.

— Ой! — вздрогнула она. — Знай. Я умру от инфаркта.

Кай поцеловал её в шею, его губы задержались на нежной коже, где пульсировала жилка, и он вдохнул её сладкий аромат, смешанный с запахом готовящегося завтрака.

— Доброе утро, дорогая. -Кай продолжал целовать её в шею, — Очень вкусно пахнет. И ты прекрасно выглядишь. И тоже вкусно пахнешь. И вообще ты сладкая. Мммм.

Его дыхание обожгло её ухо, а пальцы слегка сжали талию, притягивая её тело к себе, чтобы она почувствовала его возбуждение через ткань одежды.

— Хи-хи. Доброе утро. Хи. Дорогой. Хи-хи. — Ей было щекотно, — Вижу ты очень голоден, раз решил съесть меня. Предлагаю обмен. Я тебе половину яичницы с беконом, а ты мне сохранишь жизнь.

— Думаешь я так мало ценю тебя? — притворно возмутился Кай и укусил за мочку уха чуть сильнее, его зубы оставили лёгкий след, от которого по её шее пробежали мурашки.

— Ай!

— Всю яичницу! Не меньше!

— Какие нынче расценки, — улыбалась Рози, — На такое я не готова пойти. Ешь меня!

— Это с удовольствием!

Кай подхватил жену, которая успела выключить электрическую плиту, и посадил её на кухонный остров, который стоял позади них. Её ноги слегка раздвинулись, фартук задрался, обнажая гладкие бёдра, и она почувствовала прохладу столешницы под собой, контрастирующую с жаром его рук.

— Теперь ты моя законная добыча. Приятного аппетита мне! — И Кай шутливо укусил её за плечо, его губы прошлись по коже, оставляя влажный след. — Жаль, что на тебе кроме фартука так много лишней одежды.

— Ай! — она начала отталкивать его за плечи, но её пальцы задержались на его рубашке, сжимая ткань.

— Вкусно! Хочу ещё! — Кай уткнулся в грудь и нежно укусил через фартук, чувствуя, как соски напряглись под его прикосновением, становясь твёрдыми бугорками. — Хм, что же мне со всем этим делать… Всё такое аппетитное.

Он начал гладить её плечи. Его ладони скользили по обнажённой коже, вызывая лёгкую дрожь. Поцеловал между ключицами. Его язык коснулся впадины, пробуя солоноватый вкус. Спустился поцелуями до пупка, проводя губами по изгибу живота, где кожа была особенно чувствительной. Провел языком по плоскому животу, оставляя влажные дорожки, от которых её мышцы напряглись. Аккуратно погладил двумя пальцами по ноге, поднимаясь выше, к внутренней стороне бедра, где кожа была мягкой и горячей. Ухмыльнулся. И слегка прикусил внутреннюю сторону бедра, его зубы оставили лёгкий след, посылая вспышку тепла прямо в центр её тела.

— Ай! Сдаюсь! Капитуляция! Забирай яичницу!

— Нет уж. Мне пока всё нравиться.

Кай резко поднялся. Запустил руку в волосы Рози и притянул её лицо к себе. Впился своими губами в её, язык скользнул внутрь, углубляя поцелуй, пока она не застонала тихо в его рот. Растягивая поцелуй, он провел двумя пальцами по животу и опустил их ниже пупка, дразняще проводя по краю трусов, не касаясь сразу, но заставляя её тело изогнуться в ожидании. Рози углубила поцелуй, её руки обвили его шею, прижимаясь ближе. Мужчина ухмыльнулся. Оторвался от губ и переключился на шею. Одновременно отодвинул трусы в сторону. Девушка втянула воздух. Кай начал медленно, дразняще поглаживать внешние складки, круговыми движениями, избегая прямого давления. Её бёдра невольно дёрнулись, ища больше. Кожа покрылась лёгким потом от нарастающего желания. Рози углубила поцелуй. Кай плавно вошёл внутрь пальцами и начал быстрыми поступательными движениями надавливать на внутреннюю переднюю стенку.

— Мммм.

— Не кончай, — прошептал он ей на ухо, его голос был низким, с хрипотцой, а дыхание обожгло кожу. — Это моё угощение.

— Мне для этого нужно больше. — Рози посмотрела на него, её глаза блестели от возбуждения, щёки порозовели.

Он ускорил темп. Пальцы теперь скользили увереннее, надавливая на чувствительную точку снаружи, вызывая волны удовольствия, которые заставляли её пальцы вцепиться в его плечи. Он отпустил волосы и переключился на правый сосок, слегка сжав его через ткань фартука, чтобы он встал ещё твёрже, и начал крутить его, слегка оттягивая.

— Как жаль, что у меня только две руки, дорогая.

Лёгкая боль добавила ощущений, смешавшись с теплом ниже, делая всё острее. Девушка начала гладить его спину, прикрыв глаза от удовольствия. Он ускорил темп и добавил большой палец, делая лёгкие круговые движения вокруг клитора, не давая передышки.

— Мммм. — простонала Рози.

— Больше?

— Да, — слегка неразборчиво прошептала она, её голос дрожал. Она подняла бедра, чтобы изменить угол вхождения.

— Неа, — Кай опустил голову к шее и легонько прикусил кожу, его зубы оставили след, а язык тут же смягчил укус, посылая мурашки по спине.

Рози простонала и ещё раз чуть-чуть поменяла позу, раздвигая ноги шире, чтобы ему было удобнее, её кожа горела под его пальцами. Кай усмехнулся и сбавил темп, теперь движения стали медленными, дразнящими, заставляя её чувствовать каждое касание как обещание большего. Но не даря желаемой разрядки.

— Мммммм, — на этот раз стон Рози был очевидно недовольный, её бёдра задрожали от неудовлетворённости.

Она начала двигаться навстречу, прижимаясь к его руке, ища ритм, но это не помогало. Совсем. Кай темп не увеличивал, но настойчиво двигал рукой. Большой палец с клитора не убирал, лишь слегка делая круговые движения, усиливая возбуждение, подогревая тело, но не давая разрядки. Её дыхание участилось, грудь вздымалась, соски тёрлись о фартук, добавляя трения.

— Ммммм, — уже требовательно простонала девушка.

— Неа.

Рози зажмурилась, но не сдалась, её тело напряглось в ожидании. Кай чуть-чуть ускорился, пальцы теперь скользили быстрее, надавливая точнее, вызывая вспышки удовольствия.

— Да…

Потом резко замедлился и уже продолжал в медленном раззадоривающем темпе, его вторая рука скользнула по её бедру слегка сжимая.

— Я могу продолжать так долго, дорогая. Мне нравиться смотреть на тебя в таком состоянии. Жаждущая, растрепанная, возбужденная. Именно о такой жене и мечтает каждый мужчина.

Он чуть ускорил темп, а потом снова замедлился.

— А повезло мне, — он наклонился и сквозь фартук зубами укусил сосок, не останавливая свою манипуляцию пальцами, — Знаешь, а я даже, пожалуй, остановлюсь. Интересно в каком виде я найду тебя, когда вернусь после работы.

— Хорошо. Всё. Я сдаюсь. Всю яичницу! И кофе! И круассаны!

— Рози, а ты оказывается отличный дипломат. Как приятно иметь с тобой дело. — Кай вернулся к быстрому темпу, пальцы двигались ритмично, надавливая на низ живота другой рукой, усиливая давление, чтобы ощущения стали интенсивнее. Её кожа блестела от пота, тело дрожало.

Быстрый постоянный темп. Ритмичные движения. Правильная позиция.

— Ах… — Рози чуть задержала дыхание, зажмурилась, её тело содрогнулось в волне удовольствия, и она удовлетворённо расслабилась на кухонном острове, чувствуя, как жар медленно уходит, оставляя приятную истому.

— Что же, такую успешную сделку надо отметить. — Кай улыбнулся, — И в честь этого я приготовлю тебе завтрак.

— Скрэмбл с сыром!

— Да, мэм, — Кай шутливо отдал честь, — Но сначала я съем свою добычу.

— Да, а то всё остынет. — девушка улыбнулась и поцеловала его в щеку.

Яичница была вкусной, слегка пересоленной, но это легко компенсировалось кусочком хлеба. Пока Кай готовил завтрак для Рози, та сидела рядом и рассказывала сегодняшний сон.

— А ты не опоздаешь? — спросила она, когда Кай отдал ей тарелку со скрэмблом.

— Должен же я пользоваться преимуществом начальника. Для того чтобы работать у меня есть подчиненные. И вообще. Начальник никогда не опаздывает. Он приходит именно тогда, когда нужно. — Кай сел рядом с ней и сделал глоток крепкого вкусного зеленого чая, — Я создан для того, чтобы наслаждаться солнечным утром. Тем более в компании жены. А всю бумажную работу можно скинуть на Алоиса, тот будет только счастлив.

Кай быстро одел темно-синие штаны. Темно-синюю футболку. Ботинки. У него вся одежда в гардеробе была темно-синей. Он считал это очень практичным. Ведь всё со всем сочеталось. Амброзия периодически пыталась привнести ярких красок в его гардероб, но безуспешно.

По улице было идти одно удовольствие. Думаю лето в любом из городов мира имеет такую особенность. Утро приятное. Кая даже толпы туристов раздражали не так сильно. А это показатель. В Вене в это время года их особенно много. И каждый уважающий себя австриец считал своим долгом пожаловаться об этом как минимум трём людям за день.

— Доброе утро, сытым и счастливым, — Кай открыл дверь. Он оглядел помещение и улыбнулся, — Я это про себя конечно. А из вас кто-то уже сделал за день хоть что-то полезное? Или тоже праздно наслаждаетесь жизнью?

Когда высокий подкаченный тридцатидевятилетний мужчина с весом под сто килограмм входит в помещение, то сложно не обратить на него внимание. Кай брился наголо. Бороду оставлял. Это добавляло ему сходство со скандинавскими викингами.

В работе телохранителем неудобств это не доставляло. А вот когда он перешел в сферу искусства, начались вопросы. В головах у заказчиков в роли экспертов виделись тонкие, женоподобные мужчины с густой кудрявой шевелюрой или красивые молодые женщины с длинными волосами. Когда они видели сурового Кая, который спокойным басом рассказывал что, зачем и почему, то складывалось ощущение, что нужно будет сдавать ему экзамен. Это напрягало.

Как любой умный человек, Кай решил вопрос оптимальным образом. Нашёл себе красивого женоподобного мужчину с густой кудрявой шевелюрой. Отправлял светить лицом перед заказчиками его. Сам подключался либо в процессе, либо оставался за кадром.

— Посмотрите кто соизволил прийти, — Петер был как раз тем, кого Кай нанял светить лицом. Он отсалютовал изящным бокалом из которого пил свежевыжатый сок. Привычка держалась уже пару месяцев и была самым продолжительным его увлечением. — Неужели жена всё-таки выпустила тебя из своих объятий.

— Я вырывался как мог. Честное слово! — Изобразил лицо поруганной чести Кай и сел в кресло, — Я старался прийти побыстрее. Упрашивал. Объяснял ситуацию. Когда я сказал, что если я не явлюсь на работу, то ей придется лицезреть твоё лицо, Петер, потому что ты придёшь меня вызволять, тогда она согласилась меня отпустить. Так что вы должны быть мне благодарны, что я так рано пришёл.

— Петер, если он так жаждал поработать, то может быть не будем лишать его такого удовольствия? — Жизела вошла с чашкой кофе в общую комнату, — Кай, доброе утро. Негоже руководителя останавливать, если он в кое-то веки соизволил поработать.

Как и требуется любому уважающему себя агентству по оценке и реализации искусства, в нём имелась красивая молодая девушка, которая умела заговаривать зубы. Высокая. Стройная. С точенной фигурой и пышными волосами. В этом вопросе любые средства привлечения и удержания клиентов были хороши. Жизела справлялась отлично. Петер и Кай часто шутили, что её призвание работать куртизанкой. Она лишь отвечала, что те завидуют, ведь у них такой опции нет.

— Когда это я отлынивал? — Кай откинулся в кресле и взял печенье со столика рядом.

— Никогда. Вот адрес. — Жизела протянула Каю бумажку с адресом, — Послужить городу это великая честь, особенно если задеты лучшие из лучших. Или опять отправишь Петера? Не за этим ли ты его держишь тут?

— Эксплуатировать работников непосредственная обязанность уважающего себя начальника. Что случилось? — Кай увидел адрес восемнадцатого района. В нём располагались частные дома состоятельных австрийцев. Самый богатый. Самый приличный. И самый неприлично дорогой район Вены.

— Приходила доблестная полиция. Утром выяснилось, что глава аукционного дома Доротеум решил, что больше не желает присутствовать среди нас в этом бренном мире. Отбыл раньше срока. Полицейский сказал мне по секрету, что они подозревают, что тому в этом помогли. Не суть. Там вроде как украли картинку. Нужно оценить обстановку. Понять они взяли самое ценное или специально приходили за этим. В полиции специалистов профильных нет и обратились к нам.

— Понятно, — махнул рукой Кай, — Ради этого попу вашего любимого и незаменимого начальника поднимать с ещё не согретого кресла не стоит. Далеко ехать.

— Думаю я могу с вами согласиться, только я употребил бы более приличное выражение, — в кабинет вошёл Алоис, — Хотя это дело довольно громкое и о нём уже рассказали в утренних новостях, оно всё-таки не требует столь высоких компетенций. Петер или я могли бы самостоятельно туда съездить и всё посмотреть. Можно было бы отправить Жизелу, но думаю она должна всё-таки остаться в офисе и ждать уже запланированных на сегодня клиентов. Привлекать вас, Кай, я тоже считаю неразумным.

— А ещё больше слов не мог найти? Добавить деепричастных оборотов? — Петер допил сок, — Сам хочешь поехать, так и говори.

— Нет, я не исключаю, что ты будешь более рациональным выбором. Я всегда использую только те выражения, который максимально четко описывают каждую конкретную ситуацию. И мне кажется тебе самому, Петер, хотелось бы туда съездить. Насколько я помню с утра ты громко и долго рассказывал Жизеле о том, что это убийство связывают с убийством Альбешкува, а значит ты проявляешь к делу повышенный интерес.

— А вот я знаю обо всём вопреки желанию, — Жизела поправила волосы. Посмотрев в зеркало, подмигнула Петеру.

— Альбешкува? — Кай кинул взгляд на Петера, — Стефана?

— Да. Полицейский, который приходил, сказал, что на это дело поставили того же следователя. Тот отметил, что жертва с ним дружила. И тело тоже нашли в доме.

Кай удивленно вскинул бровь.

— Дело громкое. Посвятить лицом перед камерой я всегда хотел. — Кай встал, — Тем более если твоё лицо, Петер, засветиться в телевизоре, то потом только этот эпизод ты оставшуюся жизнь будешь пересматривать. Так что я беспокоюсь о нашем общем психологическом здоровье. Ну и получить кусок славы тоже хочется.

— Занятно. Вы захотели пойти из-за связи этого случая с убийством Альбешкува? До этого момента вы, Кай, не проявляли особого желания пойти туда, но как только была упомянута эта фамилия, то вы поменяли своё мнение. Я уверен, что вы не тот человек, который будет гнаться за славой, а значит это скорее всего шутка. — Алоис как всегда был прямолинеен. Он приложил палец к губам в задумчивой манере. — Вас что-то связывало? Вы из разных кругов. Разного рода деятельности. Вы его охраняли?

— Петер, — Кай ухмыльнулся, — Посвяти нашего не в меру любопытного, не в меру наблюдательного, не в меру умного друга в дело пятилетней давности. Я разрешаю. И да, Алоис, ты правда используешь много слов.

— Кай, ты серьезно? — Петер соизволил поставить свой бокал. Он испытующе посмотрел на начальника.

— Куда серьезнее. — Кай махнул рукой. Он встал с только что нагревшегося кресла. Проверил телефон. Ключи. Перчатки.

— Это пойдет в наш офисный дневник. Среда 26 недели. Кай Барбас официально сошёл с ума.

— Развлекайтесь, — он уже выходил в дверь.

Кто спрятался, тот и виноват

Веринг. Кай не заметил, как добрался до восемнадцатого района Вены. Красиво. Спокойно. Дорого. Прекрасный район с историческими зданиями и элитным частным жильём. Здесь находится несколько кладбищ, где изначально были захоронены Бетховен и Шуберт. Тут можно найти посольства. И Коттеджфиртель. Самый дорогой жилой квартал Вены.

Австрийцы, в частности жители Вены, всегда уточняют не где ты живёшь, а в каком районе. Ничего больше не требуется. Ни фамилии. Ни работы. Если ты отвечаешь, что в восемнадцатом, то все поймут, что у тебя или у твоей семьи есть деньги. Много денег. Соответственно отношение у тебе сразу меняется. Сторона зависит от контекста.

Кай стоял на пороге красивого современного дома в стиле барокко. Объемное крыльцо. Пилястр. Большие окна с фризами. Это был небольшой, но четко по слогам проговаривающий сумму с шестью нулями, дом. Вообще это нетипично для австрийцев, но Аарон дал разгуляться всем своим потаенным желаниям в показушничестве и самоутверждении. Положение позволяло. Жена, поддержав его в этом порыве, тоже самое сделала с внутренним интерьером.

В проходе толпилась полиция. Теперь Кай был абсолютно уверен в том, что пришёл куда надо.

— Здравствуйте, мистер, — полицейский преградил путь Каю у входа, — Вы по какому вопросу?

— Здравствуйте, — Кай дружелюбно улыбнулся. Это ему никогда не удавалось. Люди думали, что он скалиться и пугались, — Вы меня сюда вызвали.

— Простите?

— Прощаю.

— Кай? — из глубины дома его окликнул знакомый голос, — Если это Кай Барбас, то пропустите.

Полицейский на входе не улыбнулся.

— Я могу проверить ваши документы? — он продолжал преграждать проход внутрь, всем видом показывая, что будет защищать этот дверной проём даже ценой собственного обеда.

— Да. Конечно, — Кай достал водительское удостоверение.

Бросив взгляд на фотографию и несколько раз просканировав Кая глазами сверху вниз, полицейский всё-таки соизволил подвинутся.

— Проходите. — Кай боком протиснулся между ним и дверным косяком.

Внутри всё осталось без изменений. Дорогая мебель из темного дерева. Светлая просторная гостиная. Большие окна. Повсюду стояли ароматизаторы с цветочными запахами. Создавалось ощущение, что ты в цветущем саду. На полу были разбросаны шкуры. Полицейские ходили по ним прямо в обуви. Кая слегка передернуло от такого кощунства. Таким он запомнил дом главы аукционного дома, хотя последний раз был здесь шесть лет назад.

С того момента поменялось одно. В коридоре повесили большую картину с морем, которая была слишком громоздкой для такого узкого пространства. Место картины над камином пустовало.

— Сколько лет? — к Каю подошёл следователь.

— Не меньше пяти, — Кай улыбнулся и пожал руку, — Всё так же в трудах, Кристиан?

— Да, ещё не всех поймали.

Мужчина средних лет. Ухоженная внешность. Средний рост. На такого не обратишь внимание в толпе. Эти характеристики были идеальны для оперативного следователя. Частного детектива. Серийного убийцы. Нельзя сказать что Кристиан был талантливым или гениальным полицейским, но он был ответственным и добропорядочным. Кристиан был из той породы людей, кто никогда не увлекался своей работой, поэтому не совершал ошибок. Это позволило ему подняться по карьерной лестнице. Начать получать стабильную хорошую зарплату. Ездить несколько раз в год в отпуск с женой и детьми и ни о чём не переживать.

— Убийство?

— Уже читал новости? — Кристиан начал искать что-то в своей папке, — Я ещё не успел доехать до места, как уже узнал детали дела из выпуска новостей.

— Это говорит не в пользу вашей конторы. — усмехнулся Кай.

— Скорее в пользу скорости пальцев журналистов.

Кай старался сдержать улыбку, вспоминая утро, когда скорость пальцев пригодилась и ему. Он сразу захотел позвонить жене. Кристиан достал фотографию картины и показал её Каю.

— Сможешь что-нибудь сказать про неё?

Кай взял карточку в руки. Ему было достаточно беглого взгляда на картину, что бы всё вспомнить. Это была его первая и последняя личная встреча с Аароном Пихлером.

Шесть лет назад.

Кай стоял позади Стефана Альбешкуфа, периодически оглядываясь по сторонам. На прошлой неделе ему удалось предотвратить покушение на убийство и он не хотел повторения столь интересного опыта. Не на этой неделе. Ему хватило. Каю удалось избежать госпиталя, но удача капризна и в следующий раз может не повезти.

Стефан позвонил в дверь.

— О! Стефан! — им открыл седовласый мужчина в банном халате, — Заходи. Будешь что-нибудь?

— Тебе лишь бы выпить, Аарон. — Стефан улыбнулся. Пожал руку Аарону. Зашёл внутрь, — Давай пуэр, если у тебя есть.

— Как же не быть! — Аарон прошёл в гостиную и позвонил в колокольчик, который стоял на журнальном столике. Из соседней комнаты вышла молодая девушка с убранными волосами и лаконичной серой одежде, — Дорогая, не могли бы вы приготовить нам чаю? Пуэр.

— Да, конечно, мистер Пихлер, — девушка развернулась и ушла.

— Аарон, это Кай Барбас, — Стефан представил телохранителя, — С тобой мы можем обсуждать при нём всё.

— Очень приятно, — Аарон улыбнулся и протянул руку для рукопожатия, — Я Аарон. Друзья Стефана — мои друзья.

— Я телохранитель, — Кай пожал руку в ответ. На его лице не промелькнуло ни тени улыбки.

— После того, как Кай спас меня на прошлой неделе я думаю иначе, — Стефан сел на диван, — Но он продолжает называть себя моим телохранителем.

В этот момент девушка принесла чай.

— Я слышал, что тебе недавно удалось купить Айвазовского. — Стефан отхлебнул из кружки и зажмурил глаза от удовольствия, — Что-то я его не вижу. Неужели слухи?

— Я думал повесить его над камином, но он слишком большой.

— Над диваном?

— Я пристроил его в коридоре, — Аарон улыбнулся, — Не самое обычное место, но там я его точно буду видеть каждый день. А в гостиной я сижу не так часто. А над камином пусть висит этот портрет. Он не такой ценный, зато отлично вписывается в габариты.

— Габариты, — фыркнул Стефан.

Кай поразился цинизму и практичности, с которой этот человек подходил к столь ценным и дорогим предметам искусства. Но решил, что это не его дело и тактично промолчал. Ему платят не за это.

— Я пришёл поговорить о нашем сотрудничестве. — Стефан поставил чашку на стол.

— Я весь во внимании.

— К вам на продажу присылают экспонаты из разных уголков мира. Верно? Обычно это не вызывает никаких вопросов. К тому же проверка упрощенная?

— Всё так. — слегка растягивая слова произнес Аарон тихим голосом.

— Есть идея. Я мог бы присылать на экспертизу некоторые ценные экспонаты. Разного характера. Мои друзья могли бы выкупать их у аукционного дома. — Стефан говорил тихо. Медленно. Аккуратно подбирал слова, — Экспонаты очень ценные и могу тебя, Аарон, заверить, что процент за продажу будет щедрый. Не обидишься. Если груз не будет нуждаться в экспертизе, то его можно будет продать напрямую. Например по частной договоренности. По сходной цене. Минуя, так сказать, ненужные бюрократические проволочки.

Повисла пауза. Не неловкая. Задумчивая. Аарон взвешивал риски.

— Какого рода экспонаты ты планируешь продавать?

Стефан чуть слышно выдохнул. В таких вопросах всегда ходишь по тонкому льду. Реакцию не угадаешь. Даже если хорошо знаешь человека. Аарон дал понять, что как минимум обсудить такое предложение он согласен.

— Скульптуры, — Стефан улыбнулся, — Желательно не просвечивать их рентгеном. — он подмигнул Аарону, — Чтобы не портить. Очень ценные. Очень древние. Может неудобно получиться, если что-то сломается.

— Такое стоит дороже.

— Деньги не проблема.»

— Кай! — Кристиан уже второй раз пытался окликнуть Кая. — Что думаешь по этому поводу?

— Если они хотели заработать, то тут полно более дорогих альтернатив. — Кай вернул карточку Кристиану.

— Но эта картина висела прямо над камином. — Кристиан продолжал крутить фотографию картины в руках, — Не хочешь посмотреть внимательней? Походить по комнатам? Проверить документы?

— Когда я входил, то видел на стене редкую дорогую картину Айвазовского. Подлинник. Я уверен. Она стоит в пятьдесят, а то и в сто раз больше той, что они украли. — Кай всё равно чуть осматривался по сторонам, — Я тебе так скажу, либо они не знали что брать, либо взяли то, что подвернулось под руку, либо попытались инсценировать ограбление. Они точно не решили взять эту картину по причине её ценности для продажи.

— А может она дорога конкретному грабителю? Кто на ней изображен?

— Это портрет «Золотого века» голландской живописи. Автор неизвестен. В то время было огромное количество подобных портретов. Это прекрасный период. Красивые полотна. Интересные лица. Но размер маленький. Это ценная картина, я не спорю. Стоит около миллиона долларов. На первый взгляд. Айвазовский ушел бы за три с половиной. Минимум.

Взгляд Кая остановился на теле, которое лежало в проходе между гостиной и кухней. Судмедэксперт отошёл в сторону. Открылась картина, от которой большинство людей вывернет наизнанку. Тело. Всё в крови. Одежда разорвана. Руки выгнуты в неестественном положении. Рядом опрокинутый стул. На запястьях очевидны следы связывания. Сломанные пальцы. Порезы на лице. Кай не сомневался. Его пытали. Однозначно. Причём долго.

— Это Аарон Пихлер. Богатый уважаемый человек. — Кристиан говорил с легкой грустью в голосе.

— Видимо не всегда богатство и удача связаны. Удача дама капризная. Ему очевидно пришлось несладко. — Кай не увидел во рту кляпа. Он удивленно вскинул брови. Без него на крики от таких пыток сбежался бы весь квартал.

— Вы его знали?

— Нет. — Кай не врал. Он правда не знал этого человека. В конечном итоге знание имени ни к чему не обязывает.

— Он был другом Стефана. Может быть вы встречались? — Кристиан смотрел на реакцию Кая.

— Да, мы встречались один раз. — У Кая не было причины врать.

— Где?

— В этом доме. Шесть лет назад. — в этот момент Кай мысленно вздохнул. Сейчас к нему прицепятся, просто потому что могут.

— В этом доме? Зачем Стефан приходил к нему? — Кристиан уставился Кая. — Они были близки?

— Думаю их связывало общее увлечение искусством. Они в нём разбирались. Покупали. Продавали. — Кай сохранял невозмутимость. — Это допрос?

— Нет, что вы, — Кристиан улыбнулся, — Привычка. Хочу узнать как можно больше подробностей об этом человеке. Я бы с вами ещё поговорил. Стефана уже нет в живых, но вы проводили с ним достаточно много времени и могли бы вспомнить какие-нибудь предпосылки к случившемуся. Думаю вы уже понимаете, что тут произошло?

— Что его спугнуло?

— Спугнуло?

— Он профессионал. Возможно имеет военное прошлое. Спокойно пытает. Без кляпа. Если бы ему дали время, то всё было бы обставленно как несчастный случай. А тут он оставляет тело с очевидными следами, спешно хватает первую картину, надеясь на тупого полицейского и смывается. Его очевидно что-то спугнуло.

— Или кто-то, — Кристиан сделал пометку у себя в телефоне, — Хватку не теряешь.

— Прошло пять лет, Кристиан, — Кай улыбнулся, — И я был телохранителем. Не детективом.

— Ты знаешь где меня найти, если вспомнишь ещё что-то.

Они попрощались. Кай пошёл в сторону выхода.

— Кай? — мужчина услышал знакомый голос за спиной и обернулся.

— Александр? — Вот уж кого он точно не ожидал увидеть. Старого босса.

Бах!

Входная дверь со всей силы стукнулась о стену.

— Какого чёрта! — раздалось оттуда, — Невероятно! Нет, судьба надо мной просто издевается!

— Дамиан, — Кристиан услышал возмущенные крики и сразу пошёл навстречу коллеге, — Дамиан, ты либо выпил слишком много кофе, либо встал не с той ноги. Успокойся. Чаю?

— Кристиан, ты не понимаешь. Он был ключевым свидетелем. — молодой человек одетый с иголочки вошёл в дом, — И вот как назло его угораздило умереть. Ладно сбежать. Умереть! Обидно, не правда ли? А самое главное, как всё это удобно! Не придерешься.

— Он согласился дать показания? — Кристиан повёл Дамиана внутрь дома, зацепившись из всей тирады за главное.

— Почти!

— Дамиан, почти не считается.

— Очень как считается, Кристиан. — мужчина динамично размахивал руками, — Или ты думаешь это не связано? Да ты в своём уме?!

— Дамиан! — Кристиан попытался сделать ещё одну попытку, — Давай потише. Не думаю, что ты хочешь, чтобы все были в курсе твоих грандиозных планов? И провалов?

Раздался громкий удар кулака по деревянной столешнице.

— Эксцентричный малый, — Александр продолжал смотреть вслед Дамиану, — И не слишком сентиментальный. Парня пытали, а ему всё показания.

— Видимо это что-то личное, — Кай повернулся к другу, — Что ты тут делаешь?

— Я-то понятно, — рассмеялся Александр, — Я по делу, а вот ты?

— Меня пригласили, так что я тоже, — улыбнулся Кай, — Заказ? Вы его охраняли?

— Нет, у меня скорее частный детективный заказ. — отмахнулся Александр.

Кай удивленно поднял бровь, но ничего не сказал. Он прекрасно знал, как Александр относился к подобного рода заказам. Каждый такой случай он делегировал своим подчиненным. Сумма заказа не имела значения. Никакого.

— Тебя вызвали по поводу кражи? — Александр перевел тему.

— Да, они хотели получить оценку картины по отношению к остальным предметам.

— И что?

— Очевидная лажа, — отмахнулся Кай, — Ты видел тело? Даже без картины понятно, что от него что-то хотели. Алекс, это дело могут связать со Стефаном?

Кай перешёл на шёпот и огляделся по сторонам. Александр приблизился к нему, чтобы лучше слышать.

— Не думаю. Да. Стефан тоже умер в своём доме. Тоже была кража. Но это было пять лет назад. Тем более Стефана, как ты помнишь, не пытали.

— Я думаю, это кто-то уже с опытом, — продолжил Кай, — Подготовился. Видимо он прочитал детали дела про Стефана, чтобы запутать следы. Пока прямых улик нет, но их же могут обнаружить, если этот кто-то сюда придет и подложит их. Если ещё этого не сделал.

— Ты усложняешь. — Алекс держал непринужденный вид, но по плечам было видно, как тот напрягся.

— Я всё равно хочу проверить.

— Слушай, ты же наверное бывал раньше в этом доме? — переключился на другую тему Александр.

— Да, а что? — удивился внезапному вопросу Кай.

— Мне нужно найти кое-что. У меня есть серьезные основания предполагать, что это находиться здесь. — Александр говорил очень тихо, — Не хочу привлекать лишнее внимание. Подскажи, тут есть тайники? Или какие-то места, где можно что-то спрятать?

— Алекс, это дом. — Кай говорил, как будто объяснял очевидные вещи, — Дом богатого человека, который общался со Стефаном.

— Могу я тебя попросить об одном одолжении?

— Что за дело?

— Конфиденциально. — Алекс не любил врать. Он мог бы придумать что-то правдоподобное, но Каю будет легко поймать его на лжи. Тот слишком хорошо его знает. Правда всегда лучший вариант. Если конечно она не разрушает всё до основания.

— Ладно. Я знаю, что в гостиной есть два небольших, в винном холодильнике на кухне и в подвале.

— Давай начнём с подвала, — Алекс огляделся, — Пока тут суматоха можем сделать это незаметно. С холодильником очевидно возникнут вопросы, а про гостиную забудь.

— У тебя есть перчатки? Я свои не брал.

— Лишаешься полезных привычек, друг, — улыбнулся Александр и протянул запасную пару, — Теряешь хватку.

— Кристиан думает иначе, — Кай натянул одноразовые перчатки.

Все суетились. Ходили из стороны в сторону. Переговаривались. Шумели. Шутили. Охали. Дамиан и Кристиан обсуждали дело на кухне. Судмедэксперты то входили, то выходили. В такой суматохе очень просто не заметить двух людей, которые зашли в неприметную дверь в самом конце коридора.

Тот же вечер шесть лет назад со Стефаном и Аароном.

— … И в итоге он всё-таки выкупил нужник Людовика Четырнадцатого — Кай, Аарон и Стефан засмеялись.

Аарон и Стефан допивали бутылку джина. Кай оставался трезвым. Не хватало ещё подвергнуть опасности клиента и проморгать покушение из-за алкогольного опьянения. Никакого алкоголя. Последние десять лет.

— Пойдемте, я кое-что покажу, — Аарон встал, слегка пошатываясь, и вышел в коридор, периодически поправляя халат, который то и дело распахивался.

Стефан поставил бокал и пошёл за другом.

— Вам можно доверять?

— Безусловно! — заверил его Стефан, — Мы же пили на брудершафт!

— И то верно! — Аарон похлопал по плечу Стефана, от чего тот слегка качнулся.

Кай неотрывно следовал за Стефаном, но оставался в стороне. Положение обязывает.

— Тогда я доверю вам свою жизнь, — Аарон поднял палец вверх, — И тогда вы точно не будете сомневаться в моём расположении к вам.

— Мы и не сомневаемся, — тоже поднял палец вверх Стефан и захихикал. — Я раньше сомневался в Кае, уж больно он правильный. Но с прошлой недели он вне подозрений!

— Тогда и ему покажу, — Аарон начал спускаться вниз.

— И зачем мы пришли в подвал? — Стефан оглядывался.

— У меня постоянно крутятся в голове мысли, что меня могу убить. — прошептал Аарон.

— Ха! У меня тоже! — Стефан засмеялся и ударил в плечо Кая, — Так мы и познакомились с тобой. Хотя может быть это не мысли. Меня же действительно несколько раз пытались убить.

— Да, — коротко ответил Кай, чтобы не показаться невежливым.

— Я не дружил до этого момента с Каем, поэтому позаботился о себе другим способом. Вуаля!

Аарон подошёл к одному из выступов в стене и два раза постучал по нему. Стена открылась. Внутри была очень маленькая комнатка, в которой буквально могло поместиться два человека. Большая красная кнопка на стене. Несколько мягких подушек на полу.

— Это что?

— Мой бункер, — улыбался Аарон, — Если кто-то придёт ко мне в дом, то я спрячусь здесь. Красная кнопка вызывает охрану. Он огнеупорный, так что если меня захотят выкурить огнём, то у них не получиться. Он герметичный.

— Но его же можно открыть снаружи, — Кай подошёл чуть ближе.

— Если внутри кто-то есть, то он открывается только изнутри.

— В смысле? — переспросил Кай.

— Ну он проверяет как-то тепло и всё такое — пьяная речь Аарона была не слишком понятна, — И если я буду там, то он никого не пустит. Я уже проверял.

— Какая прелесть! — сказал Стефан, — Только я бы себе побольше сделал. Чтобы туда ещё девочки поместились. Мало ли сколько в нём сидеть придётся. И алкоголя принёс!

— А это можно исправить! — Аарон загорелся, — Давайте его сейчас принесем.

— Давайте!

Кай закатил глаза. Он пошёл за Стефаном, чтобы тот не навернулся случайно пьяным на лестнице. Не зря же он его спасал. Обидно бы получилось.

Как только Алекс и Кай спустились вниз, Кай сразу же подошёл к выступу в стене. Он ни разу сам его не открывал. Он постучал с одной стороны. Постучал два раза с другой. Ничего не происходило.

— Ну что? — Александр подошёл ближе.

— Подожди, — ответил Кай.

Он попытался ещё несколько раз. Вполне могло статься, что на утро, когда Аарон осознал, что раскрыл секрет своего бункера, то мог изменить систему входа. Кай встал так, как стоял в его воспоминаниях Аарон и два раза ударил по выступающему камню.

— Очень странно — ответил Кай, — Я был уверен, что помню правильно. Погоди-ка, пошло.

— Твою мать… — Александр отскочил в сторону.

— Что? — Кай принял оборонительную позу инстинктивно.

Когда он понял, что нападения не будет, то подошёл к другу, который застыл. И причина была веской. Труп.

Тишина.

— Боюсь, не привлекать внимание полиции уже не получиться. — Кай начал разглядывать труп, — Ну как минимум хорошо, что мы в перчатках.

В небольшом помещении за стеной на полу сидел человек. Точнее полулежал труп. На стене маркером было написано странное предложение и цифры, а в руке у него лежал пистолет.

Mi nórë lirillórëo, mi rámalë Smauga undumë i nómen harya

5624525

— Он сам? — Александр начал приходить в себя.

Загорелый мужчина с взъерошенными рыжими волосами не выглядел старым, но был уже в возрасте. Рубашка и штаны были ему не по размеру.

«Видимо одолжил у Аарона» — предположил Кай. — «Рукава длинные».

На руках следов связывания не было. Пистолет в правой руке.

— Вот же черт, — плюнул Кай, — Надо срочно сказать полиции. Это походу самоубийство.

— Да, если они сейчас сюда сами заявятся, то очень неудобно получиться. — Александр не стесняясь достал телефон, сделал фотографию и развернулся в сторону выхода.

Кай аккуратно достал телефон из кармана, двумя еле заметными движениями сделал фотографию и последовал за ним. Он сделал это не то чтобы рефлекторно, но скорее из-за любопытства к этому странному делу. Ну и в качестве подстраховки.

Когда они вышли из подвала никто не только не заметил их отсутствия, но и не заметил, что они вернулись. Александр и Кай переглянулись. Сняли перчатки. Убрали их в карманы. И пошли в сторону кухни, откуда доносились голоса.

— Кхм, — откашлялся Кай.

Следователь обернулся. Дамиан скрестил руки на груди всем видом показывая, что они их очень-очень сильно отвлекают от очень-очень важных дел.

— Посторонним запрещено находиться на месте преступления, — сказал Дамиан, — Вы выполнили свою работу. Можете идти.

— А вы свою не выполнили.

— Простите? — подключился Кристиан.

— Боюсь теперь мы проходим по этому делу в другом качестве, — Кай засунул руки в карманы. — Я понимаю, что вы очень-очень заняты очень-очень важными и очень-очень секретными вещами, — Кай интонацией и мимикой подчеркивал все «очень», который добавлял в свою речь, — но у меня для вас неожиданная новость.

— Новая информация по картине? — Кристиан сделал несколько шагов по направлению к Каю.

Александр решил не отсвечивать лишний раз, потому что у него легитимного права находиться здесь не было. Только кое-как полученное разрешение у какого-то второстепенного полицейского, ну и дружба с Каем, если тот прикроет.

— Нет, у вас новый труп в подвале, — Кай посмотрел сначала на Кристиана, потом на Дамиана и улыбнулся, — И нет, я здесь ни при чем.

Дамиан и Кристиан замерли. Они уставились на них. Первым опомнился Дамиан.

— Какого чёрта?! — Дамиан повернулся к Кристиану, — У тебя по месту преступления разгуливают посторонние люди, которые ещё и трупы находят! Кристиан, это вообще как?

— Дамиан, не кричи. Достал уже, — Кристиан развернулся и уперся руками в стол, — Кай является нашим консультантом, я сам пригласил его помочь мне с этим делом. У него есть официальное разрешение здесь находиться, а Александр представляет частное охранное агентство, которое раньше работало с этим человеком и его близкими друзьями. У него есть клиент, который желает разобраться в ситуации. Я ему разрешил.

Александр не знал, что Кристиан в курсе его нахождения и его связи с Аароном. Это было неприятное удивление, потому что он хотел остаться незамеченным, но определенно добавило очков уважения следователю.

— И ещё, — Кристиан нахмурился, — Я не обязан перед тобой отчитываться, Дамиан. Это моё расследование. И если здесь есть ещё трупы, то лучше их найти. И не важно, кто это сделает.

— Я не лезу в твоё дело, — Дамиан улыбнулся и пошёл на попятную, поднимая руки в примирительном жесте, — Прости, я сегодня сам не свой. Я пойду. Но за ними лучше поставить наблюдение, пока они не нашли ещё несколько трупов, которые возможно сами здесь и спрятали.

— Не надо раскидываться обвинениями, Дамиан, — Кай пристально посмотрел ему в глаза.

— Для вас я, инспектор Наумов, — Дамиан повернулся к Каю, — И почему же вы решили, что у меня нет оснований?

— А они есть, инспектор Наумов? — не уступал Кай, на последнем слове он сделал акцент.

— На трупе явные следы применения пыток, это наверное вы и сами отметили, когда здесь разгуливали. По косвенным признакам очень похоже, что это профессиональные пытки. Но видимо кто-то в порыве эмоций перестарался. Это подтвердят уже в морге. — Дамиан всё время улыбался, когда говорил. — И хорошо, что я инспектор и мне не надо самому делать всю работу. Я попросил. Вот нужная информация. Кай Барбас. Вы работали в охранном агентстве и были личным телохранителем Стефана Альбешкува, которого убили пять лет назад и который был хорошо знаком с нашей жертвой. Александр Котов. Глава этого охранного агентства и подозреваю, что вы друзья. Убийство пятилетней давности так и не раскрыли, и вы, Кай, после этого резко сменили сферу деятельности и стали экспертом в области искусства. И тут как-то так получается, что вы оба оказываетесь здесь, каждый по каким-то своим причинам и спустя полчаса на месте преступления находите ещё один труп, который команда профессионалов не смогла найти. Пока ничего не упустил?

— Не поспоришь, — Александр искренне удивился, что ими так крепко заинтересовался это щегол.

— В защиту ваших людей могу сказать, что они просто ещё не дошли до подвала. — Кай старался сгладить ситуацию, потому что такое развитие событий ему вообще не нравилось, — Я действительно работал на Александра и был личным телохранителем Стефана. Я уже говорил Кристиану, что был в этом доме один раз. Так получилось, что в тот раз мне показали тайник. Я не знал, что мы найдем там труп.

— Зачем вы вообще туда полезли, — Кристиан что-то записывал в своём блокноте.

— Любопытство, — ответил Александр.

— Ах вот как, — закатил глаза Дамиан, — Любопытство значит. Любопытство кошку сгубило.

— Но я не кошка, — сказал Александр, — Думаю мне ничего не грозит.

— Не нужно расслабляться раньше времени, — Дамиан продолжал улыбаться.

— Спасибо за вашу помощь, — в разговор вступил Кристиан, — теперь делом займётся официальная полиция. Кай, в доме ещё есть тайники?

Кай на мгновение задумался.

— Это основной, — Кай подумал, что лучше не скрывать то, что мог кто-то подслушать, — Я знаю, что ещё есть тайник в винном холодильнике и два в гостиной.

— Хорошо, покажите нам и можете быть свободны.

Александр пошёл вслед за Каем. В холодильнике оказались слитки золота, а в гостиной пистолет, второй тайник оказался пуст. Было видно разочарование Дамиана и Александра.

— Этот Дамиан неприятный тип, — сказал Александр, когда они вышли с Каем с территории дома.

— Да, он несколько эмоционален, — согласился Кай, — Но он определенно знает свою работу. Оценил как быстро он собрал на нас сведения?

— Это его помощник, а не он, — Александр определенно не хотел приписывать Дамиану хоть какие-то положительные качества.

— Алекс, почему ты взялся за это дело?

— Ты о чём?

Они шли по дороге по направлению к центру. Светило солнце. Люди сидели на уличных верандах и вкусно обедали. Повсюду раздавались аппетитные запахи. Звон бокалов с вином. Щебет птиц.

— Брось, я прекрасно знаю, что ты думаешь о детективных заказах.

— Решил выйти из зоны комфорта.

— Ага, как же. Пойдем, может вино тебя разговорит?

— Нет, я вернусь в контору, — Алекс отмахнулся, — А то ведь действительно разговорит.

— Рад был тебя видеть. Не теряйся и заходи как-нибудь на бокал вина ко мне. Рози будет рада.

— Может мне тоже сменить сферу деятельности, а то больно ты хорошо живёшь я смотрю.

— Я тебе даже дам место в своей конторе.

Они разошлись. Кай отправился в одно из своих любимых кафе, где подавали самую вкусную пасту с морепродуктами. А Александр вернулся в агентство. Ему предстоял сложный разговор с подробным объяснением, почему он не сможет привести нужного человека живым. Потому что он совершил самоубийство.

Все дороги ведут к Профессору

— Да нормуль, Кай. Забей, — История Кая быстро подняла Петеру настроение. — Какой-то чел что-то нарыл? Пфф.

— Не чел, а полицейский. — поправил Алоис.

— У него всё равно сейчас другие проблемы. — расслабленно продолжал Петер. — А Кай тут не при делах. Поэтому и рыть-то нечего.

— Нужен запасной план, — Жизела обновляла помаду у зеркала, — Петер, не думаю, что ты готов показывать своё грязное бельё полиции.

— Милая, я это добро время от времени стираю, ага?

— Вообще-то я крайне удивлен тому, что вас не повезли в участок на тщательный допрос. Это было бы разумно, учитывая обстоятельства нахождения трупа и ваше знакомство с убитым. — Алоис заполнял бумаги для текущего клиента. Он смирился с тем, что тишины сейчас не добиться.

— Я знаю Кристиана, — Кай пил чай, — Ему если припечёт, он придёт. Дамиан слишком эмоционален. Петер прав, он слишком занят расследованием каких-то грязных дел этого Аарона.

— Я бы почку пропитую отдал, чтобы увидеть их лица, когда вы вывалили им новость про труп. — Петер всё не унимался. — Да я тебе скажу мне и ста евро не жалко, ни капельки.

— Можешь отдать их мне, — великодушно предложил Кай, — А я тебе скривлю рожу. Точь-в-точь. Не отличишь. Она тебе ещё долго сниться будет.

В шесть часов вечера Кай переступил порог своего дома. На улице было тепло. В квартире открыты абсолютно все окна. Ветер свободно прогуливался из комнаты в комнату. В гостиной работал телевизор, по которому передавали вечерние новости.

«Ужасный несчастный случай в частной лаборатории привёл к гибели тринадцати человек».

Негромко играл легкий джаз, а в воздухе пахло маслом из роз. Кай нашёл свою жену в ванной. Она сидела к нему спиной и увлеченно читала новую книгу. По всей комнате горели ароматические свечи. Она с головой погрузилась в чтение. Он тихо подошёл к ней со спины и положил руки на плечи.

— Ой!

— Тише-тише, это я, — Кай начал массировать её плечи, — Меня не было всего день. Уже отвыкла.

— Да, знаешь ли. Сейчас мир быстро меняется, — Амброзия улыбнулась и повернулась к Каю, — Оглянуться не успеешь, а я уже и забуду как ты выглядишь. Придётся тебе залезть ко мне сюда. И я бы вспомнила кто ты вообще такой. А самое главное что ты тут делаешь.

— А у тебя хватит места?

— Так и быть ради такого дела я подвинусь, — она отложила книгу в сторону, — Но только чуть-чуть!

По телевизору продолжали рассказывать новости.

«Сегодня в своём доме был найдет мертвым глава старейшего аукционного дома Европы Аарон Пихлер. По последним сведениям полиция отказалась от версии ограбления. Сейчас выясняется связана ли эта смерть со смертью известного бизнесмена Стефана Альбешкува, которого нашли мертвым пять лет назад».

— Дорогой, как прошёл твой день? — Рози терла спину Каю мягкой мочалкой, — Произошло что-нибудь интересное?

— Думаю ты уже всё узнала, — Кай закрыл глаза от удовольствия.

— Я жажду подробностей!

— Я консультировал полицию по делу Аарона Пихлера.

— Ну и?

— Что ты хочешь знать?

— Это ограбление? Как он умер? — Рози улыбалась. Сыпала вопросами без остановки, — Какие есть улики? О чём молчат? Это действительно связано как-то со смертью Стефана? Полиция тебя допрашивала?

— Неуёмная, — Кай повернул голову. Рози наклонилась к нему и они крепко поцеловались, — Это точно не ограбление. На теле Аарона были следы пыток, мне кажется его пытал кто-то с опытом, по крайней мере с первого взгляда на это похоже. От него явно что-то хотели. Картину украли только чтобы запутать следы.

— Это тот самый Аарон?

— Да, глава аукционного дома.

— Нет, я имею ввиду тот самый, который имел странные дела со Стефаном?

— Да, его можно охарактеризовать и так. Он был с другом. Мы нашли ещё один труп в подвале. Как я понимаю полиция пока решила не сообщать об этом прискорбном факте прессе. Или им пока не удалось установить кто это. Вообще получилось неудобно перед полицией, но мы честно с Алексом такого не предвидели.

— Алекс тоже был там?

— Угу.

— Ещё один труп?

— Да, мужчина сам застрелился. Самое странное, что там были странные надписи на стене. Фраза. Похоже код. Он видимо перед смертью решил всё-таки сообщить что-то важное, но почему бы просто не написать имя убийцы?

— Ты же их запомнил? Я имею ввиду надписи? Скажи пожалуйста, что ты их запомнил.

— Лучше, — Кай драматично молчал. Рози не видела его лица, иначе бы заметила улыбку спрятанную в бороде, — я всё сфотографировал.

— Покажи! — её глаза загорелись, — Мне нужно на это посмотреть! Я никогда не сталкивалась с убийством. Да ещё и с шифром!

— Знаешь, это звучит чертовски хорошо.

— Кай, пожалуйста, меня гложет любопытство. Тем более я прочитала все романы Агаты Кристи Я могу быть полезной.

— Дорогая, во-первых я не расследую дело. Во-вторых на фотке труп. Ты точно хочешь это видеть? В третьих, если бы убийство было в загородном доме в богатой семье, то твои навыки очень бы пригодились.

— Но оно и произошло в полу загородном доме и в богатой семье!

— Хм. — Кай откровенно получал удовольствие от этой перепалки.

— Я смотрела Доктора Хауса, Мыслить как преступник и документалки про серийных убийц, меня будет сложно чем-то удивить.

— И ещё. Ничего не даётся в жизни просто так. За всё нужно платить. Порой достаточно высокую цену. В данном случае цена может оказаться для тебя неприемлемой.

— Называй. — в решительном жесте рукой было видно, что Рози готова на всё.

— Нам придется вылезти из ванны.

— О нет, — Рози скорчила драматичное лицо полное боли, — Это выше моих сил. Я приму эту жертву, пока боги благоволят удовлетворить моё любопытство.

Когда они вытерлись и вышли в гостинную, Кай взял телефон в руки и показал первую фотку в галерее.

Mi nórë lirillórëo, mi rámalë Smauga undumë i nómen harya

5624525

— Как ты думаешь, что он хотел сказать?

— Это не похоже на латынь, но имеет что-то общее. Буквы с двумя точками и черточками это либо французский, либо скандинавский язык. Если честно слово Smauga напоминает мне имя дракона из Хоббита.

— Он конечно мог признаваться в любви этому произведению в последние минуты жизни, но сдается мне что этот код не открывает врата Мории.

— Конечно. Там пароль был Мелан или «друг» по-эльфийски.

Они оба смотрели на надпись и молчали.

— А что если он действительно был фанатом Толкина? Если попробовать прочитать это вслух, то очень напоминает эльфийский язык, — Рози загорелась своей идеей, — Я могу попробовать по словам перевести.

— Дорогая, я точно знаю, что там другие символы. Они скорее похожие на арабскую вязь.

— Если у тебя нет других идей, то дай мне поразвлекаться с моей. — Рози встала и взяла свой телефон, — Десять минут и я смогу сказать права я или нет.

Кай ухмыльнулся и пошёл на кухню в поисках еды. Еда разогрелась. Он накрыл на стол, достал из холодильника салат, и сел приготовившись спокойно поесть.

— Дорогой! Сработало! Это перевелось! — Рози вбежала на кухню, — Итак, смотри: mi — в, nórë — место, lirillórëo — голосов веков, rámalë — лапы, Smauga — Смауг, undumë — под звёздами, i nómen — знание, harya — хранить. В целом получается что-то вроде «в месте голосов веков в лапах Смауга под звездами хранится знание».

— Потрясающе, дорогая. Ты прекрасна. — Кай начал уплетать свой ужин. — Надо конечно понять ещё, что имел ввиду автор. По крайней мере уже на понятном языке. А сейчас я поем, а ты расскажешь, как ты до этого додумалась.

— Ну вообще это не я, — Рози улыбалась и села рядом, пока Кай начал есть, — Искусственный интеллект сделал большую часть работы…

***

Тихая приятная музыка. Красное приглушенное освещение, периодические вскрики. Много кожи и металла. В воздухе пахнет похотью. Развратом. Свободой. Дорогим алкоголем и духами. Здесь каждый может заниматься тем, чем хочет. Никаких ограничений, кроме взаимного согласия.

Большое пространство поделено на отдельные тематические зоны. В зоне библиотеки располагаются кожаные диваны, мужчины в деловых костюмах обсуждают последние новости, а у них на коленях сидят красивые обнаженные девушки. Между ними сидит несколько женщин, включенных в разговор, в красивых платьях, а их ноги лежат на спинах парней, которые стоят на четвереньках на полу. Из зоны активного взаимодействия раздаётся звук ударов хлыстом. В «школьной» зоне, как её называют члены клуба, стоит несколько одноместных парт. Рядом висит доска, где взрослые обнаженные парни сидят с прямой спиной перед властного вида женщиной, которая стоит перед доской с мелом. Чуть дальше рядом с баром висит связанная на бамбуковой палке обнаженная девушка.

Всё пространство напоминает крест, где в центре расположен круглый бар. Прямо над входом на втором этаже располагается VIP-зона. Всегда зарезервирована для особого гостя. Для владелицы этого заведения.

Высокая, тридцатипятилетняя, черноволосая, черноглазая красавица. В таком молодом возрасте она уже владела клубом. Прекрасным. Развратным. Широко известным в узких кругах. Её настоящее имя держалось в тайне. Даже многочисленные любовники его не знали. Все называли её Рубин. Драгоценная. С кровью на руках. Как она любила уточнять «с кровью тех, кто сам пришёл к ней в руки».

— Я. Не люблю. Когда. Мне. Угрожают, — девушка сидела на кресле и разговаривала по телефону, — Ты слишком много о себе думаешь. Ты открыл ящик Пандоры, дорогой. Будь готов к тому, что оттуда вылетит.

Она сбросила звонок. Слегка раздраженно бросила телефон на диван.

— В Берлине работают несовершеннолетние.

— Кто в курсе? — человек с непроницаемым лицом стоял позади Рубина во время всего разговора. Артур уже давно её знал. И единственный, кто знал её настоящее имя. Почти.

— Они продавали их за тройную цену. Наш процент был как за обычных девочек, всё остальное они клали себе в карман.

— Полиция?

— Нет. У них поддельные документы, поэтому по бумагам всё будет чисто. Но это не приемлемо.

— Да, думаю наш процент надо тоже увеличить в три раза. И штраф за то, что воровали. В размере годового дохода. Я пошлю кого-нибудь договориться.

— Артур. Нет. — о её голос можно было порезаться. — Мы не работаем с несовершеннолетними.

— В чём разница? Им по шестнадцать. Их покупают в три раза дороже. Они сами этого хотят. Как я понимаю. В чем разница между ними и восемнадцатилетними, с которыми ты ведешь бизнес?

— Совершеннолетие.

— Условность. — парировал Артур.

— Право на принятие самостоятельного решения. — Рубин села на диван.

— Есть в любом возрасте.

— Я веду честный бизнес, где все в равных условиях. Мои девушки защищены. Их работа оплачивается. Они сами выбирают график. Они сами пришли в индустрию. В сознательном возрасте. Они знают последствия. Я. Не. Буду. Губить. Жизни. Детей. Ради. Денег. — девушка не мигая смотрела на своего помощника. — Я знаю как вел бизнес мой отец. Я буду поступать по-своему.

Артур промолчал.

— Замени весь состав того дома. Тех кто причастен выкини на улицу. Девушек всех к врачам. Психиатру. Потом найди их родителей. Дай денег. И проследи, чтобы они появились дома целыми.

— Да, хорошо.

— Если бы я не послала внеплановую проверку, то так бы и не узнала. Это уже не в первый раз. Думаю мне стоит завинтить гайки, а то все распоясались. Считают, что им можно делать всё, что вздумается, если она платят свой процент.

Рубин встала и начала ходить по комнате.

— У тебя что-то ещё?

— У меня для тебя неприятные новости. — без единой эмоции сказал мужчина. Рубин подняла бровь, требуя пояснений, — Аарон мертв.

Рубин молчала. Она смотрела спокойно. Серьезно. Взгляд был сфокусированным. Сосредоточенным.

— Что произошло?

— Его тело нашли сегодня утром в доме. Его пытали. В подвале нашли второй труп. Самоубийство. — Артур оперировал только сухими проверенными и надежными фактами. В эмоциональной оценке ситуация не нуждалась. Это была катастрофа.

— Пытки? — она села. Поставила локти на колени. Скрестила руки в замок. — Думаешь конкуренты?

— Чтобы доставить нам неприятности есть более простые способы. Пытки это всегда либо информация, либо личное.

— Хотели перехватить добычу?

— Никто не знал, что флакон у него. — Артур продолжал говорить, сев рядом с Рубином.

— Никто не ДОЛЖЕН был знать, — поправила его она, — Это разные вещи. Он указал место?

— Мой человек сказал, что там упоминается салон красоты. Я думаю, что это его жены. Пошлю проверить с утра.

— С самого утра. Не хватало ещё потерять его.

— Есть ещё один момент.

— Что ещё?

— На месте преступления видели Дамиана.

— Он расследует дело?

— Нет. Но, Руби, мне кажется Дамиан вышел на связь между нами и Аароном. — Артур повернулся у неё всем телом, — Мои люди проверили. Дамиан вчера к нему заходил в офис. Предполагаю, он хотел его подкупить, но Аарон не согласился. Или согласился. Так что можно сказать, что нам сыграли на руку.

— На руку? Убили единственного человека, который знал, где наша добыча? — Рубин откинулась назад, — Может это Дам переборщил, когда пытался склонить Аарона на свою сторону? Как пытать людей он знает. Ты говоришь, что он заходил к Аарону в тот день.

— Нет. Не думаю, что Дам пошёл бы на такое. Как бы сильно он не хотел посадить тебя, перейти черту он себе не позволит.

— Думаешь обойдемся стандартными вариантами?

— Нет. Сейчас из-за расследования у Дамиана развязаны руки. Он под этим предлогом может что-то накопать. Или его друзья это за него сделают.

— Тогда сначала найми людей. Прошерстите кабинет Аарона. Найдите книгу, в которой он вел наши дела. Главный приоритет это не дать Дамиану козырей. Найдите этот чертов флакон. Это слишком вкусная сделка, чтобы я смогла от неё вот так просто отказаться.

— Хорошо, — Артур встал и направился к двери.

— Позови моих мальчиков, — Рубин сказала ему в догонку.

Бам!

Сквозь охранника прорвался молодой человек в полураздетом виде. Он подбежал к Рубину на расстоянии нескольких метров. Охрана тут же среагировала. Молодой человек упал на колени. Охрана подняла его за подмышки и потащила обратно.

— Рубин! Прошу! Пожалуйста! Я согласен на всё! Я хочу повзаимодействовать с тобой! Умоляю! Я сделаю всё!

Рубин взмахнула рукой. Она остановила охрану.

— Как тебя зовут?

— Николас, — на лице парня расцвела улыбка.

— Хорошо, Никлас. И что ты хочешь, чтобы я с тобой сделала?

— Всё что угодно! Я хочу попасть к вам в руки. Я хочу, чтобы вы меня касались. Любым способом. Вы прекрасны! Только смотреть на вас это удовольствие! Пожалуйста. Я готов на всё.

— Прям на всё?

— Да!

— Даже если я захочу подвесить тебя на крюки с утяжелителями на ногах? Даже если я захочу выпороть тебя до крови, а потом посыпать раны солью? Или если я одену на тебя пояс верности и ты не сможешь кончать месяцами?

— Ну… Я думал о чём-то более сексуальном…

— Охрана, внесите его в черный список. Чтобы его ноги никогда больше не было в этом месте.

— Что? Почему?

— Ты действительно не понимаешь?

Охрана начала оттаскивать парня обратно к лестнице.

— Никлас, ты эгоистичный похабный жалкий идиот, думающий только о том, что болтается у тебя между ног. Во-первых, ты начал говорить о том, что ты хочешь. Как ты хочешь. Почему ты хочешь. Ты не спросил хочу ли я тебя трогать. А я не хочу. Тебя это не интересует, потому что у тебя кровь от головы прилила к другому органу. Добровольное согласие обоих это главное. Ты его нарушил просто своим приходом сюда. Если бы тебе вдруг понравилась не я, а другая девушка, которая сюда пришла, то у неё могли бы возникнуть с тобой проблемы. Я этого не потерплю. Если не умеешь затыкать свой пах, то тебе здесь не место. Во-вторых, когда нижний говорит, что хочет всё, что угодно, то он забывает, что у садистов тоже есть фантазия. Я могла бы тебя отвести в приватную комнату, заткнуть кляпом рот и ты бы ещё долго вспоминал сегодняшний вечер. И боюсь я бы навсегда отбила бы у тебя желание заниматься чем-то подобным, а возможно мне пришлось бы оплачивать твоё лечение у врача. И я бы так и сделала, как делаю обычно с подобными тебе. Но сейчас мне надо воздержаться от потенциального внимания к своей персоне, поэтому тебе повезло. Уведите его с глаз моих.

Охрана увела парня, который молчал в немом изумлении.

В этот момент в комнату вошли три красивых высоких обнаженных молодых человека. У девушки было три постоянных любовника. Обыватели могли бы подумать, что она нимфоманка, но нет. Ни с одним из них она не трахалась. У неё в приоритете были другие развлечения. По крайней мере с ними тремя.

— Ладно, Артур, займись делом.

Артур кивнул и вышел. Рубин разделась. Легла на подушки, которые были разбросаны на пушистом ковре. Мужчины не пошевелились.

Девушка лежала обнаженная среди подушек, разглядывая своих любовников. Ее кожа начала медленно нагреваться от предвкушения. Соски затвердели в прохладном воздухе комнаты, а между бедер нарастала влажная теплота, пульсирующая в такт ее властному желанию. Она наслаждалась их взглядами. Голодными. Покорными. Полными трепета перед ее красотой и силой. Это был ее мир, где она правила безраздельно, а они всего лишь инструменты для ее удовольствия. Сломленные. Жаждущие ее прикосновений.

— Ты, — указала она на молодого человека с кристально голубыми глазами и черными волосами, — Займись моей шеей.

Он улыбнулся и медленно подошёл к неё. Обошел её сзади и, сев на колени, начал нежно разминать шею. Его пальцы, сильные и теплые, вдавливались в мышцы, вызывая у Рубин волны мурашек, спускающиеся по спине прямо к ягодицам. Она молчала. Чуть прищурилась, улыбаясь от удовольствия, чувствуя, как его дыхание обжигает кожу, а возбуждение в нем нарастает. Она протянула руку назад и нащупала его брюки. Пальцем провела по коже у верхней границы его брюк. Она медленно опустила руку ниже. Руби ощутила, как брюки натягиваются от твердого члена. Она усмехнулась. Он не смел прикоснуться к себе без приказа. А она ещё не решила, даст ли она ему сегодня кончить или нет. Рубин нарочно сжала руку, усиливая давление. Мужчина тихо застонал. Он начал увереннее и активнее массировать её шею. Она почувствовала, как его пальцы начали дрожать от желания.

— Ты, — она указала на другого парня, — Посмотри мне в глаза и попробуй понять, что я от тебя хочу.

Другой мужчина с белыми волосами и зелеными глазами с длинными пальцами и выступающими венами на руках подошёл к ней. Он сел перед ней на колени. Осторожно посмотрел в глаза. Рубин улыбалась, мужчина робко ответил мягкой улыбкой. Его взгляд был полон мольбы, зрачков расширенных от похоти, и она чувствовала, как его тело напрягается, готовое к любому ее капризу. Он медленно опустил голову, не разрывая взгляд и поцеловал ей живот.

Его губы были горячими, влажными, оставляя следы слюны на ее гладкой коже.

— Тебе запрещено использовать руки. — прошептала она.

Мужчина кивнул и начал медленно и аккуратно спускаться вниз поцелуями, пока не дошёл до ступней. Каждый поцелуй был пыткой для него. Он вдыхал ее мускусный аромат, его член пульсировал болезненно в штанах, но он не смел освободить его. Он начал аккуратно покусывать и посасывать ей пальцы на ногах. Рубин вытащила из его рта левую ногу и провела ступней ему по лицу. Она провела ей по подбородку, шее, груди, животу и вернулась обратно к лицу. Она надавила пальцами ноги на его губы, заставляя открыть рот, и он послушно лизнул ее пальцы, его язык скользнул по соленой коже, вызывая у нее вспышку садистского удовольствия от его унижения.

— Покажи, как ты жаждешь меня. — Руби начала второй ногой водить по его паху. Его стоны вибрацией отдавались в ее ноге, усиливая ее влагу, стекающую по внутренним сторонам бедер.

— Принеси масло, — сказала она. Третий мужчина, которые пока оставался стоять, быстро подошёл к столику, который стоял в углу.

Он подошел к девушке, его глаза горели от смеси страха и возбуждения, член уже выпирал заметно, и Рубин усмехнулась. Значит никто из них не нарушил её запрета.

Он дал две небольшие бутылочки с маслом сначала одному парню, потом другому. Сел на колени рядом с Рубином. Его колени дрожали на пушистом ковре, и она чувствовала его жаркое дыхание, его пот, смешанный с запахом желания.

— А тебя сегодня ждет другое развлечение, — она взяла его за волосы на затылке и сжала, из-за чего мужчина застонал. Ее пальцы впились в кожу головы с жестокой силой, тяня так, что слезы навернулись на его глаза, но в этом стоне была сладкая мазохистская радость. Он извивался, его тело корчилось от боли, которая только разжигала огонь в паху. Рубин наклонилась ближе, ее грудь качнулась перед его лицом, соски почти коснулись его губ, дразня, но не давая прикоснуться.

Она направила его голову сначала к себе в зону живота, потом к груди. Как будто примеряясь, как она его хочет лучше использовать.

— Никак не могу решить. Ты же исполнишь всё, что я тебе скажу, ведь так?

— Да, мисс.

— Отлично, тогда я хочу всё.

Ее хватка была железной, заставляя его двигаться рывками, и он целовал жадно, его губы присасывались к коже живота, оставляя красные следы, а потом перешли к груди. Он захватил сосок в рот, посасывая с отчаянием, зубами слегка прикусывая, чтобы услышать ее стон удовольствия. Рубин выгнулась, прижимая его лицо сильнее, ее ногти впивались в его скальп, царапая, пока он не зарычал.

— Ты моя игрушка, и я буду использовать тебя как захочу. — она подняла его голову и повернула на себя, чтобы встретиться с ним глазами. — И рычать абсолютно бесполезно. Если я захочу, то ты останешься здесь и будешь несколько частов ублажать меня, а сам ничего не получишь в ответ. Ты меня понял?

— Да, мисс.

— Но ты, судя по штанам, был хорошим мальчикам, да?

— Да, мисс.

— Что же, это меня радует. Может быть я и позволю тебе сегодня получить удовольствие.

Она снова приставила его голову к своей грузи. Потом снова живот. Мужчина в это время целовал. Лизал. Потом снова целовал в любое место, которое ему укажет его женщина. Она водила им по бедрам, прижимая его рот к внутренней стороне, где кожа была особенно чувствительной, и он лизал там, его язык скользил опасно близко к ее вагине, но она отводила его голову в сторону, дразня, заставляя его скулить.

— Моли меня, — шипела она, дергая за волосы сильнее, — умоляй, чтобы я позволила тебе попробовать меня. Он бормотал мольбы сквозь поцелуи.

Другие двое мужчин, тем временем, продолжали свои ласки. Рубин усмехнулась. Это всё начинало надоедать. Пора сменить обстановку. Она повернула голову к первому, чьи пальцы все еще вдавливались в ее шею, спускаясь к плечам.

— Наручники, — её голос был низкий, тихий слегка шипящий, — Найди за тридцать секунд, или я оставлю тебя без награды.

Он замер на миг, глаза расширились от возбуждения и страха, но тут же отполз назад. Прошло меньше двадцати секунд, а он уже возвращался назад с парой стальных браслетов, звенящих в его руке. Рубин взяла их, не отрывая взгляда от третьего, чьи губы все еще касались ее кожи, резко схватила его запястья, перевела его руки себе за спину, защелкнув наручники за своей спиной.

Она расставила ноги пошире, и потянула его за волосы к себе между ног. Теперь его руки были прижаты к ее талии, пальцы вынуждены скользить по телу, голова зафиксирована между ее бедер, а язык вдавлен между её ног.

— Наслаждайся, — он не мог оторваться, лижа жадно, проникая внутрь, слизывая ее соки.

Рубин прикрыла глаза от удовольствия. Вот что-что, а нужными навыками её мальчики обладали. Тут она почувствовала, как он замедлился. От усталости. Хм, она знала, что ему понравится. Рубин грубо подняла его голову за волосы. Бац! Дала звонкую пощечину, оставляя красный след.

— Не смей останавливаться, — мягко прошептала она, прижимая его обратно, — лижи глубже. Я же могу решить, что ты заслуживаешь и другого удовольствия. Например, плеть по яйцам.

Его стоны утонули в ее плоти, тело дрожало от боли и желания. Она вертела бедрами, трахая его рот, чувствуя, как оргазм подкатывает ближе. Но нет, не сейчас, ещё не время.

Второй мужчина, с белыми волосами и зелеными глазами, все еще преклонял колени у ее ног. Губы обхватывали пальцы ступни, посасывая их с отчаянной страстью, но Рубин не дала ему отвлекаться.

— Снимай штаны, — велела она, не отрываясь от ритма, который задавал мужчина своим языком. — Думаю я захотела поиграть с твоим членом.

Он повиновался мгновенно, расстегивая брюки и стягивая их вниз. Член вырвался на свободу, твердый и пульсирующий, с каплей предэякулята на кончике. Рубин протянула ногу, ступней проведя по нему.

— Подойди ближе, вставай на четвереньки. Я буду тебя ласкать, но помни, нельзя кончать, пока я не разрешу.

Она начала водить рукой вверх-вниз слегка прокручивая. Чуть надавила у основания члена, выдавила немного масла и чуть расслабила хватку у головки. Видя, как мужчина прикрывает глаза от удовольствия и его лицо краснеет она усмехнулась.

— Это моя игрушка, и если ты осмелишься брызнуть, я свяжу тебя в центре клуба, напишу у тебя на лбу «шлюха» и оставлю висеть на весь вечер. Как ты думаешь, как наши завсегдатые с тобой поразвлекаются? Думаешь сможешь завтра ходить прямо в этом случае? Я вот сомневаюсь.

Он хрипел, тело извивалось, но не смел кончить, только умолял взглядом, пока ее рука ускоряла темп, размазывая его смазку по всей длине.

Первый, вернувшийся после наручников, замер в ожидании.

— Нравиться смотреть? Тебя не унижает, что я предпочла их тебе? Отойди чуть подальше, вот туда. Да. Чтобы тебе открывался прекрасный вид. Может быть, если ты будешь выглядеть достаточно жалко, то я дотронусь до тебя.

Тут она почувствовала как руки, свободные, гладили ее бока, спускаясь к бедрам. Она тут же подняла мужчину от своей вагины за волосы.

Бац!

Руби влепила ему смачную пощечину.

— Только рот, ничего больше. Ты здесь, чтобы служить, а не лапать. — он поняв, что оплошал, начал двигать языком усиленнее.

Рубин стонала громче, продолжая одновременно дрочить мужчине рядом. Её тело изгибалось на подушках, она знала к чему всё идет.

— Я сейчас кончу, и ты кончишь вместе со мной, — прошептала она парню слева, — Не разочаруй меня.

— Да, мисс.

— Ах, — Руби закрыла глаза и переступила черту. Парень рядом с ней закряхтел, упал на локоть и брызнул спермой на ковер.

Рубин лежала на подушках и улыбалась. Что же. Это было хорошо. Но у неё ещё двоё, которые в целом вполне заслужили свою порцию удовольствия. Как бы ей не хотелось продолжать их пытку, она всё-таки встала.

— Ложитесь оба, — она подошла к шкафу и достала две игрушки. Эти были именными. Во имя безопасности и гигиены. — Я считаю, что вы заслужили сегодня кончить. Но ты, — она указала на парня с голубыми глазами, — Ещё недостаточно постарался.

Она подошла к ним, развернула так, чтобы ей было удобно. Взяла один из вибро-мастурбаторов и хорошо смазала его изнутри.

— Ты же понимаешь, что недостоин того, чтобы твой член касался моей вагины? Как может моя секс-игрушка претендовать на такое.

— Да, мисс. — прошептал парень. Его член дернулся и стало заметно, как такие разговоры сильно его возбуждают.

— Возможно я когда-нибудь договорюсь с каким-нибудь верхним, чтобы он одолжил мне свою нижнюю. Тогда может быть твой член и вкусит женскую вагину. Но пока ты будешь наслаждаться исключительно искусственной стимуляцией. И будешь благодарен за это.

— Да, мисс.

— Ты благодарен за то, что я тебе хоть как-то даю кончить, а не держу постоянно в поясе верности?

— Да, мисс, я очень благодарен.

— Что же… Ты, — она указала на парня с голубыми глазами, — Пока я буду занята, я хочу, чтобы ты поработал и тоже заслужил своё право на оргазм.

— Да, мисс. Что мне нужно сделать.

— Я сяду тебе на лицо. Прояви фантазию.

Руби схватила его за волосы и потянула ближе к себе, чтобы ей было удобно.

Бзззззззз…

Она включила игрушку и начала медленно двигать ей по члену парня. В этот момент второй начал усиленно водить языком, чуть ли не захлебываясь её соками.

— Мммм, я чувствую, что ты видимо ну очень сильно хочешь кончить, да?

— Мда, ммммим, — нечленораздельно сказал он и вибрация от его голоса добавила Руби на клитор дополнительные ощущения.

— Да, хорошо, — она продолжала водить вибромассажером по члену.

— Мммм, — мужчина стонал, скреб пальцами пол, зажмурился от сильного возбуждения и гиперстимуляции.

— Опять же, ты знаешь правила. Кончишь раньше, чем я разрешу, то получишь на себя пояс верности на месяц. Ой как тяжело будет… Ни прикоснуться к члену, ни подрочить, ни ублажить себя, ни погладить… А если ты вдруг возбудишься, то будет больновато. Не правда ли? Или может быть ты помнишь свои предыдущие ощущения? Помниться, когда я с тебя его через месяц сняла, ты буквально мог кончить от одного дуновения.

— Мммм, пожалуйста, мисс… Я не могу, — жалобно скулил он, выпрашивая у неё оргазм.

— Тут это решаю я, — Руби нажала на кнопку и увеличила мощность.

— Ммммм, пожалуйста! Пожалуйста!

— Хорошо, можешь кончить, с благодарностью и моим именем на устах, — Руби увеличила мощность ещё на одно деление.

— Да! Да! Да! — мужчина зажмурился и сжал кулаки, — Благодарю! Мой оргазм принадлежит вам! Я принадлежу вам!

Рубин, тут же убрала стимулятор и отложила его в сторону. Взяла другой и тоже хорошо его смазала. Посмотрела вниз к себе между ног, где торчала голова ещё одного её любовника. Она погладила его по голове и приподнялась на коленях.

— Я сейчас повернусь и буду тебя стимулировать. В это время не останавливайся. Если я почувствую, что ты замедлился или начал проявлять меньше интузиазма, то сам знаешь к чему это может привести. Я огорчусь. А когда я огорчена твоим яйцам всегда бывает не сладко, правда?

— Да, мисс.

— Ты можешь кончать когда захочешь, но не смей останавливаться даже во время оргазма. Понял?

— Да, мисс.

Она аккуратно вставила его член в стимулятор и включила сразу средний уровень.

— Мммм, — она почувствовала как рьяно он начал её вылизывать.

Она начала делать движения вверх вниз, а второй рукой начала нежно поглаживать его яйца, слегка массируя точку у самого основания члена.

— МММММ, — снова раздался вибрирующий стон между её ног.

— Какой однако ты похотливой шлюхой оказался. Стоило добавить пальчики и ты уже поплыл, да? А если я сделаю так, то ты не удержишься и брызнешь в тот же момент?

Она не прекращая двигать вверх вниз стимулятором, второй рукой перешла на место под яйцами. его ещё называют просак. И подушечкой пальца слегка надавила и начала делать круговые движения. В этот момент она почувствовала, как его язык практически замер. Видимо от полноты ощущений.

Бац!

Она резко шлепнула его по внутренней стороне бедра.

— Не останавливайся, — Рубин вернула палец на исходную точку и продолжила. — А ты хорошо держишься. Выдрессировался уже что ли? Скоро начнёшь кончать по моей команде? Представляешь как интересно получиться. Выведу я тебя на главную сцену, свяжу в неприличной позе, чтобы всё было у всех на виду… а потом прошепчу тебе на ушко, чтобы ты кончил. И ты кончишь. А все будут смотреть. И поверь мне, все сразу поймут насколько ты похотливый, жалкий, кончающий от одного слова кобель.

И в этот момент он кончил.

— Мммм, — не прекращая водить языком, но уже совершенно не с той скоростью и силой.

— Да, с твоим языком нужно будет ещё немного поработать. придумаю как тебе его тренировать в следующий раз.

Она встала и пошла на диван. Мужчины последовали за ней. Один сел на пол и положил ей голову на колени, двое других с двух сторон. Один обнимал ей за талию, другой положил голову на плечо. Она гладила их по головам и говорила какие они у неё хорошие, красивые, замечательные и славные. Афтекер никто не отменял.

***

Александр ходил по кабинету взад вперед. Думал. Всё обернулось самым неприятным образом. Двадцать минут назад он позвонил по номеру Роланда. Трубку никто не взял. Непрерывно названивать Александр опасался.

В целом он понимал, что тут нет его вины. Кто бы мог предположить, что его цель сама застрелиться. Да ещё и в таком странном месте. Но всё равно, он чувствовал свою ответственность за то, что был так близко.

Раздался телефонный звонок.

— Алло? — голос у мистера Фогеля был напряженный и тревожный, — Александр, это правда?

— Да, он застрелился. — он помолчал несколько секунд, — Дело закрыто?

В трубке прокашлялись.

— При нём была флешка или карта памяти? Может быть записи?

— Нет. Он написал какую-то странную надпись на стене.

В трубке снова молчали, на этот раз дольше обычного.

— Алло? — Алекс проверял, что связь всё ещё есть.

— Я сейчас в стране. Я подключу своих людей. Я хочу, чтобы ты продолжил это дело. Судя по скорости, с которой ты нашёл труп, то тебе возможно удастся сделать это быстрее. Найди флешку с информацией. Я заплачу любую цену, которую ты назовёшь.

— Что на флешке?

— Результаты исследований. Наши технари сказали, что ключевую информацию перекачали на внешний носитель. Если она была на нём при смерти я её найду, но если нет, то код может привести к ней. Мы с ним поработаем.

— Вам переслать фотографию?

— Нет, не надо. У меня есть из отчётов по делу. Действуй. Опять же, деньги не имеют значения.

Звонок прервался.

Александру выдохнул. Самое логичное, что он может сейчас сделать это снарядить контакты на выслеживание пути Леопольда из аэропорта до дома Аарона. Если её нет в доме, то она скорее всего где-то по пути туда. Может она ещё в доме. Её же толком никто не искал.

В этот момент в дверь постучали.

— Войдите! — крикнул Александр.

В комнату вошла молодая девушка с живыми яркими глазами и уверенной походкой.

***

Жаркое утро. Кай проснулся и тут же услышал запах жаренного бекона с кухни. Это заставило его улыбнуться. Он быстро встал. Сходил в душ. Вышел на кухню. Жена сидела за столом и с удовольствием жевала бутерброд.

— Доброе утро, дорогой, как спаслось? — Рози была в прекрасном настроении.

— Доброе утро, — Кай подошёл к ней, — вижу сегодня у тебя хорошее настроение?

— Да! — она обернулась к нему. Кай уже знал этот взгляд. У его жены появилась идея. Полета в космос. Причём завтра. — Я тут подумала, в общем у меня есть идея, но она очень странная.

— Это может подождать до первой чашки кофе?

— Вот, — Рози подвинула ему чашку горячего кофе с корицей, — Не отвлекайся. Я думаю нам надо посмотреть в библиотеке.

— Это из-за фазы голос веков? — Кай сделал первый глоток кофе, — Вполне логично, но вот со Смаугом непонятно.

— Давай туда сходим и посмотрим, может быть что-то наведет на мысль о драконе. В конце концов можно проверить книжки Толкиена. — Рози мило улыбнулась, — Смотри, я даже организовала подкуп в виде яичницы.

— Так это подкуп? Не забота о своём любимом муже? Я разочарован.

— Всегда совмещаю приятное с полезным, — Рози показала язык.

Кай шёл на работу в приподнятом настроении. Тут его телефон пиликнул. Такой звук у него был поставлен на коллег. Он решил, что уже почти дошёл до офиса и получит сообщение непосредственно устно. Как же он удивился увидев Петера стоящего у входа.

— Ну конечно, дорогой, я ж знал, что ты в этот телефон даже мельком не посмотришь, — Петер вздохнул, махнул рукой, стряхнул пепел.

— Неужели что-то срочное? Второй день подряд?

— Ох, ты похоже, попал этому Дамиану прям между ребрами. В красное, бьющееся, склизкое. Что ты ему там нашептал, что он теперь так искрит?

— Что? Дамиан?

— Этот хрен у нас уже полчаса в приёмной сидит. Говорит, что у него есть к тебе вопросы по вчерашнему прошествию.

— Я ещё вчера подробный отчёт Кристиану отправил.

— Ну… — Петер затушил сигарету, — ты тремя бранными словами описал, что увидел. Как всё, по-твоему, завертелось. И убрал с глаз долой. Наш милый педант Алоис, как истинная домохозяйка с пером, внёс пару правок. Накалякал им целую эпопею на нескольких страницах опираясь на твой рассказ нам. Насколько сильно ты врал в процессе?

— Это уже детали. Отчёт же у них. И должен же я пользоваться своим положением начальника?

— Эксплуатировать педантичную занудность Алоиса святое дело. В любом случае, раз тебя пока не тащат в наручниках, заходи. Если что дверь у тебя за спиной. Можешь драпать.

— Прикроешь меня?

— Придётся. Работа-то мне нравится. Без босса тут всё посыплется, так что выбора у меня нет. Но знаешь что? Есть шанс, что после всего этого мой милый шантаж про прибавку наконец-то даст плоды. Жизнь сама подсовывает момент для торга. Надо хватать за хвост.

— Остаюсь. Арестовывать пока не собираются. Побег с твоим прикрытием слишком дорогое удовольствие.

— Тогда прошу. — Петер сделал демонстративный жест рукой.

Не шумите в библиотеке

Кай и Петер зашли в офис.

— Здравствуйте, мистер Барбас, — Дамиан встал и протянул руку для рукопожатия, — Как полезно иногда иметь друзей, которые так любят не спеша курить на улице.

— У вас ко мне вопросы? По отчёту? — Кай проигнорировал комментарий Дамиана, — Признаюсь. Текст составлял мой сотрудник и если вас зацепила какая-то конкретная фраза, то лучше спросить у него. Любые оскорбления, неточности и похабщина на его совести.

— Нет. У меня вопросы лично к вам. Хотя мне было бы интересно послушать версию, на основе которой составлялся этот отчёт. Похабщины там не было, а жаль. Поговорим в спокойном месте?

— Да, пройдем в кабинет.

Кабинет разделялся на две части. С одной стороны стояли два больших кресла на пушистом ковре. Небольшой мягкий диван. На полу лежали большие подушки. Все плоские поверхности были заставлены книгами и чашками из-под чая и кофе. С другой стороны у окна стоял большой письменный стол, на котором лежала каждая мелкая вещь этого мира, включая патроны от пистолета, который хранился в ящике.

— Присаживайтесь, — Кай галантно указал на одно из кресел, — Чаю?

— Нет, спасибо. Ваша прекрасная коллега уже угостила меня вкусным кофе. — улыбнулся Дамиан.

— Тогда я вас слушаю. — Кай сел на второе кресло, положил локти на подлокотники и окинул взглядом собеседника.

— Думаю вы уже знаете, что я хочу спросить. — Дамиан сделал драматичную паузу, — Почему вы пошли в подвал вчера?

— В смысле почему?

— Вас пригласили оценить рациональность потенциальных грабителей. Вы с порога сказали, что можно было бы украсть картину со стены в коридоре и это принесло бы в десять раз больше прибыли. Мы кстати потом проверили. Зарегистрированная стоимость в страховой была выше у Айвазовского, вы были абсолютно правы. Но потом вы зачем-то спустились в подвал. — и ещё одна драматичная пауза в исполнении Дамиана, — И нашли там тело. Зачем. Вы. Туда. Пошли?

Дамиан смотрел Каю прямо в глаза не моргая. Будто питон гипнотизировал свою жертву. Возможно именно так Каа гипнотизировал взглядом бандерлогов.

— Я совершил что-то противозаконное? — Кай невозмутимо поднял бровь.

— Отвечать вопросом на вопрос невежливо, но опустим формальности и я отвечу. Нет, но причины меня очень интересуют. — Всё так же продолжал настаивать с мягкой улыбкой Дамиан. — Напомню, что это расследование об убийстве с особой жестокостью.

— Любопытство. — пожал плечами Кай, — У всех у нас есть слабости. Думаю даже у вас.

— Просто любопытство и всё? Вы же опытный телохранитель. В прошлом. С чего вдруг у вас проснулось любопытство? Я думал в вашей профессии это скорее недостаток, который может убить.

— Как вы видите, — Кай окинул взглядом кабинет, — Я теперь не телохранитель, а любопытство необходимая черта для искусствоведа. Вживаюсь в образ.

— Хорошо, откуда вы узнали про тайник? — Дамиан откинулся на спинку кресла.

— Я раньше бывал в этом доме и мне показал его сам владелец. По-моему это упомянуто в моём отчёте.

— Иногда интонация с выражение лица могут сказать о человеке куда больше, чем самый подробный рассказ на бумаге. Отчёт превосходные между прочим. Похвала вашему сотруднику. — Дамиан улыбнулся шире, — Задам вопрос по-другому, при каких обстоятельствах вы узнали о тайнике? Близко знали Аарона Пихлера?

— Я работал телохранителем на его друга.

— И вам при дружеской беседе показали тайник? — фыркнул Дамиан, но потом снова вернулся к своей спокойной нахальной улыбке, — Насколько я знаю ни Стефан Альбешкув, ни Аарон Пихлер не были беспечными людьми. Зачем они посвящали в такие вопросы простого телохранителя?

— Я в то время должен был неотрывно сопровождать клиента. В один из визитов в дом Аарона, он показал Стефану тайник. Я просто был рядом. — через несколько секунд молчания Кай добавил, — Так получилось, что я спас Стефана от покушения неделей ранее. Он проникся ко мне симпатией после этого. Такое случается с клиентами. Мы стараемся это пресекать, чтобы это не мешало работе, но не всегда выходит. Он считал меня своим другом.

— Значит спасли его от покушения? — Дамиан продолжал держать на лице чуть заметную улыбку, — Он умер при загадочных обстоятельствах пять лет назад. Не хотите как-то прокомментировать эту ситуацию?

— Нет. — просто ответил Кай. Пока не задан конкретный вопрос отвечать от себя он не обязан. — Меня тогда сменили. Я не знаю подробностей помимо тех, что есть в деле.

— Вы сами сказали, что были с ним постоянно. И он вот так просто умер, а вы не заметили? Не портит ли это репутацию вашей фирмы?

— Все мои показания есть в материалах дела. Это было давно. Я многое забыл. — Кай был непреклонен. Судя по всему этот Дамиан решил присесть ему на хвост. Кай такое не любил.

— Это должно было оставить яркое пятно в вашей памяти. После этого вы ушли из агентства и полностью поменяли сферу деятельности.

Кай ничего на это не ответил, потому что вопроса не было. Дамиан смотрел спокойно. Сохранялась тишина. Через минуту не получив никакого комментария, он вздохнул.

— Ну ладно. Тогда следующий вопрос. Что вас связывает с Александром Котовым?

— Мы бывшие коллеги. Хорошие приятели. Я могу назвать его другом. Он был моим начальником и когда я уволился мы сохранили дружеские отношения.

— Он способен на убийство? — не дав договорить, спросил Дамиан.

— Что? Алекс? Зачем? — поднял бровь Кай.

— Не знаю… личные мотивы?

— Откусывать руку, которая тебя кормит большими деньгами? Сомнительно. — покачал головой Кай. Помолчал. Потом спокойно добавил, — Любой телохранитель может при необходимости нажать на курок, иначе от нас было бы мало толку. Так что ваш вопрос не точен. Давайте я отвечу так. Может ли телохранитель убить человека? Да. Является ли Алекс хорошим телохранителем? Да.

— Понятно. Друзья по оружию. — Дамиан понимающе улыбнулся, — Вы знали, что вашего бывшего клиента подозревали в связи с картелем?

— Я замечал некоторые странности, но прямых доказательств как я знаю не было. — Кай решил не увиливать от ответа. Насколько он успел узнать Дамиана, если тот что-то спрашивал, то уже наверняка сам знал правильный ответ.

— Не было, это да. А о потенциальной связи Аарона Пихлера с картелем вы знали?

— Я его видел два раза в жизни. И второй раз был вчера. Так что с этим не ко мне. — Кай всеми силами старался сохранять спокойствие, но этот допрос его начал уже раздражать. Главное это не показать Дамиану, иначе он вцепиться только сильнее, а у Кая не было никакого желания отцеплять эту пиявку.

Дамиан сразу же заметил это.

— Хорошо, я понял. — он улыбнулся и слегка поднял руки в примирительном жесте.

— А почему вы спрашиваете? — теперь у Кая было моральное право тоже позадавать вопросы.

— В полиции сложилось мнение, что эти два убийства связаны. — Дамиан лениво развалился в кресле.

— Почему вы заинтересовались Александром? У него же нет мотива.

— По какой-то причине он появился на месте преступления на следующий день, так что какой-то мотив у него точно был. То что мы о нём пока не знаем, это наша проблема. В общем, если что-то найдете, то свяжитесь со мной, — Дамиан поднялся, — Не буду вас отвлекать.

Дамиан вышел, а Кай всё продолжал задумчиво сидеть в кресле. В кабинет без стука вошёл Петер.

— Ну чё как? — он плюхнулся на кресло и положил ноги на подушку.

— Нормально. — Кай поднял на него глаза.

— Сильно донимал этот тип? На вид он конечно добродушный, но как посмотришь в глаза, так сразу исповедаться хочешь. Во всех грехах.

— Ты свои мокрые фантазии держи при себе.

— Мокрые фантазии? — в комнату зашла Жизела, — Петера? Я очень хочу послушать. О ком? Неужели об этом Дамиане?

Петер поднял с пола скомканный лист бумаги и бросил в неё. Жизела её поймала и показала язык.

— Не хочешь и не рассказывай, видимо эти фантазии слишком банальные. Кай, а что ему в итоге было нужно?

— Просто прощупывал почву. Он умный. Въедливый. Надоедливый. Знаешь, — Кай тряхнул головой отгоняя назойливые мысли, — Я сегодня в обед отлучусь.

— Так он тебе тайное свиданье подгадал, или это ты сам намутить решил? — Петер ухмыльнулся, прищурившись. — Гляди, дорогуша, ещё чуть-чуть, и я всерьёз подумаю, что ты скрываешь что-то серьезное.

— Могу тебе обещать, как только мне будет нужно скрыться от Интерпола, я тут же завалюсь к тебе со своим подельником. Мы будем сидеть у тебя на шее неделями. Не отделаешься. Будешь носить нам еду в коробках и подпрыгивать от каждого шороха.

— В этом случае не надейся отделаться годовой премией и повышением зарплаты. — Петер потер руками.

Они вышли в приемную, где обычно и сидели все.

— Визиты полиции вносят некоторое разнообразие в нашу повседневную рутину. Но мне не хотелось бы, чтобы они стали регулярными. Разумеется, если они не наши клиенты.

— Поверь, Алоис, мне тоже, — буркнул Кай и пошёл наливать себе чай.

— Всё-таки мне кажется этот Дамиан очень симпатичный, — Жизела подошла к зеркалу и поправила прическу, — Высокий. Спортивный. Одет с иголочки. Что ещё нужно мужчине?

— Может быть мозг?

— Как видишь, он работает детективом, — Жизела посмотрела на Петера через зеркало. — Кай, а ты что думаешь?

— Оставлю это на твоё усмотрение.

— Оценить мужскую красоту может и другой мужчина. В этом нет ничего предосудительного. Наоборот показывает, что ты относишься ко всем в равной мере в не зависимости от пола, — Алоис оторвался от документов, — А такое отношение как я не хочу замечать, что он красивый, а то обо мне подумают что-то не то, скорее показывает слабость и неуверенность в себе.

— Ладно, солнце, давай-ка сменим пластинку, — Петер лениво отмахнулся, — поговорим о чём-нибудь повеселее. Например… чем таким занималась та генетическая лаба в Камеруне, что всю команду в один день списали в могилу.

— Наверное секретными частными исследованиями, — пожал плечами Кай, — Обычно они стараются своих людей запрятать подальше, чтобы конкуренты ничего не пронюхали. Камерун это дыра. То что там нашлось больше десяти квалифицированных учёных по генетике это фантастика. Определенно это какая-то частная лаборатория. Поэтому ставлю на то, что конкуренты её нашли и подожгли.

— Это так же могут быть местные оппозиционеры. Им не важно какие здания поджигать, а это видимо выглядело солидно. Допускаю, что оппозиционеры скорее настроены на радикальное террористическое решение вопросов. И это вполне вписывается в их модель поведения.

— Самое интересное, что главу научной группы не нашли. Точнее в новостях уверены, что его похитили. — Жизела села рядом с Каем с чашкой чая.

— Похитили? — Кай посмотрел сначала на Жизелу, потому на Петера, потом на Алоиса.

— Да, вот обернись. Об этом весь день говорят. Впервые Австрия заинтересовалась новостями Африки. Ха! Я просто в восторге, — Петер улыбался, — Хоть что-то растормошило этих старых бюргеров. Это первый австриец потерянный в Камеруне, — Петер усмехнулся, — Ну как австриец. Рыжая голова говорит в пользу Ирландии.

— Не только в ирландии существуют рыжие люди. Согласен, что это не очень распространенный цвет волос, но он вполне встречается практически во всех частях света. Думаю меньше всего в Азии из-за особенностей…

Кай обернулся. На экране телевизора увидел лицо руководителя научной группы. Ему потребовалось время, чтобы закрыть свой рот. Там была фотография человека, который покончил с собой в подвале позавчера. Алоис замолчал, увидев ошарашенное лицо начальника.

— Кай, ты как будто увидел приведение. Или меня подводят мои навыки определения эмоций по невербальным признакам? Ты знал этого человека?

— Я вам так скажу, я знаю где он. Но вот почему об этом ещё молчат я не понимаю.

— Ты знаешь?! — в один голос воскликнули Петер и Жизела.

— Вчера в подвале нашли ещё один труп, я вам говорил. Его.

— Ты уверен? Он же выстрелил себе в голову. Как там можно было разобрать черты лица? — Жизела недоверчиво прищурилась.

— Не скажу, что я прям рассматривал, но могу показать вам фотографию, — улыбнулся Кай и посмотрел на часы, — Ладно, ждите меня после обеда. Мне нужно сходить в одно место.

— Как вернёшься, обязательно покажешь! И ты всё это время молчал?! — Петер изобразил самое оскорблённое лицо во вселенной. — А я, понимаешь ли, уже собирался тебя прикрывать! Предатель!

Кай вышел и на автопилоте пошёл в сторону библиотеки. Огромная национальная венская библиотека находилась в самом центре города. Каю приходилось обходить кучки туристов, которые никого и ничего не видели, кроме картинки в своём телефоне и не слышали гида в наушнике.

Погода была прекрасной. Как и всегда в это время года в Вене. Кай опомнился, когда почувствовал запах конского навоза.

«Вот и пришли» — подумал он.

Да. Венская библиотека находится прямо рядом с манежем и конюшнями, в которых регулярно проходят представление для туристов. Кай был горд за свою страну. Они нашли прекрасный способ зарабатывать на туристах, обеспечить работой наездников и конюхов. А старых лошадей не убивали, а отправляли на пенсию. Они жили в специальном отведенном месте за городом с большими полями, со свободным выпасом и в компании таких же лошадей. И у каждой лошади имелся официальный двухмесячный отпуск в течении их службы здесь. В общем смотря на них, Кай ни чуть не сопереживал, а порой даже завидовал им. Они с Амброзией договорились встретиться ровно в два, поэтому у него ещё было время на мороженное.

— Дорогой, вот она я, — жена подошла к нему улыбаясь, — Смотрю жизнью ты определенно доволен.

— Теперь я доволен ещё больше, — он протянул ей руку, — Пошли, моя дорогая, отведу тебя в библиотеку.

— О, свидание? Всё как я люблю.

Они отстояли небольшую очередь и купили билеты. Туристов было много, но протолкнуться было можно.

— А что мы здесь ищем? Книгу? Вряд ли одну из этих под стеклом. У него не было бы возможности там что-то спрятать.

— Как раз в таких средневековых книгах и встречаются рисунки драконов. А так как мы не уверены, что вообще пришли в правильное место, то я бы не исключал никакой вариант.

— Так. Как там было? В месте голосов веков в лапах Смауга под звездами хранится знание.

— Знаешь, «под звездами» может означать и на улице. И на крыше. И на потолке. — Кай поднял голову к верху и посмотрел на прекрасный расписанный потолок. Да, имперские замашки австрийцев виделись в любой детали.

— Давай разделимся. Пройдем по залу в одну и другую сторону. Встретимся на другой стороне. Может быть что-то придёт в голову? Или взгляд за что-то зацепиться.

— Давай.

Кай всегда восхищался этим местом. Его построил Максимилиан. Конечно же для того, чтобы обозначить могущество своей империи. И не забыл памятник самому себе в самом центре зала отгрохать заодно. Куда без этого.

Здесь были прекрасные книги, которые многочисленные библиотекари собрали веками. Сначала что-то жертвовали богатые вдовы. Потом император выделял небольшой годовой бюджет на докупку самых ценных экземпляров своего времени. Когда империя разбогатела, то уже скупалось всё подряд. И редкие экземпляры. И популярные трактаты. И заграничные книги. И романы. Иногда Каю было жаль, что сейчас люди читают значительно меньше, чем обычно. Но если бы больше подобных мест оставалось открытыми просто для чтения, то это могло бы вернуть любовь человечества к бумажным изданиям.

Тут его взгляд упал на четыре глобуса, которые стояли вокруг статуи Максимилиана.

«Под звездами» — пробормотал он, — «это слишком очевидно. С другой стороны он торопился и у него было не так много времени подумать».

Кай подошёл к одному из них. Все они отображали представление средневековья о географии земли. И только один представлял собой карту звездного неба.

«Тут точно должно быть созвездие дракона». — подумал он.

Кай начал внимательно осматривать глобус, чем привлек внимание двух туристок из Японии, которые тоже начали его изучать. Видимо они не поняли, что такого занятного этот бледнолицый человек нашёл в старом звездном глобусе и решили, что он какой-то уникальный. Сфоткались рядом на всякий случай. Кай старался не обращать внимания.

Его поиски не увенчались успехом.

«Может быть что-то приклеено в ножке с низу? Или неужели он запихнул что-то внутрь?» — подумал Кай, — «Если нет, каким дураком я окажусь, когда начну пытаться его открыть. Нет, у него попросту не было бы времени. Наверное. Тут же всё охраняется».

Кай огляделся. Толпы туристов ходили. Только единицы из них обращали на него внимание. Остальные пытались выбрать ракурс для фотографии. Один мужчина очень пристально всматривался в книжные полки, а потом так же пристально начал всматриваться в потолок. Кай сел на колени и наклонился.

— Какая встреча! — Кай замер, — Не думал встретить вас когда-либо в такой позе.

Мужчина стиснул зубы. Потом едва заметно выдохнул. Он спокойно поднялся и обернулся.

— Искусство порой заставляет вставать перед собой на колени. Не ожидал вас здесь увидеть. Тоже решили посетить национальную библиотеку? — Каю очень хотелось ударить Дамиана по его усмехающейся физиономии.

Кай как бы незаметно окинул взглядом помещение. Быстро поймал взгляд жены, которая уже собиралась к нему подойти. Еле заметно махнул кистью, как бы говоря, что к нему подходить не надо. Она отвернулась и пошла дальше делая вид, что её совершенно не заинтересовала встреча мужа. Она не знала, что происходит. Если влезть, то это и для неё и для него может закончиться хуже, чем она рассчитывает. Она конечно устроит ему допрос с пристрастием дома, но раз она не понимает, что происходит, а Кай сказал ей не подходить, то она пройдет мимо.

— Да, неожиданно популярное место в последнее время. — Дамиан всё так же смотрел на Кая, не задавая никакого вопроса.

— Да.

— Кай, не прикидывайтесь, что вы здесь делаете?

— Я пришёл в общественное туристическое место, чтобы полюбоваться богатством нашей империи. — он даже бровью не повел, потому что это была чистая правда.

Кай не собирался уступать Дамиану. Тот уже устроил ему с утра допрос. На второй он не подписывался.

— Вы хотели тщательно осмотреть низ этого глобуса? — Дамиан откровенно улыбался.

— Он круглый. Осматривать интересно со всех сторон. Я же искусствовед. Любопытство у нас в крови.

— Мне кажется это не основная цель вашего визита.

— Когда кажется креститься надо.

— Я арестовываю вас до выяснения обстоятельств. — сказал Дамиан и достал наручники из заднего кармана брюк.

— По какой статье? — уточнил Кай.

— По статье 128.

Пока Дамиан застегивал на Кае наручники, Кай внимательно посмотрел на Рози. Она по глазам поняла, что ей лучше не вмешиваться и он при первой возможности всё объяснит. Она так и осталась стоять и смотреть, как её мужа уводит полицейский в непонятном направлении.

***

Александр сидел за компьютером. В своё время он отдал очень большие деньги, за то, чтобы ему настроили ТОР и VPN с максимально возможной защитой данных. А потом отдал ещё столько же, чтобы поделились контактами нужных ресурсов.

Хакеры часто берут заказы с доски объявлений в даркнете. Оформить нетрудно. Места надо знать. Сейчас ему нужна была полная информация о передвижениях и взаимодействиях конкретных двух людей за последние два дня. В офисе Аарона ничего путного не было. Он там уже всё перерыл прошлой ночью. Только вторая бухгалтерская книга спрятанная в штору. Он конечно же её забрал. Кто откажется от такого козыря на случай важных переговоров.

Роланд позвонил и сказал, что полиция ни флешки, ни карты памяти при Леопольде не нашла. В офисе её не было. В доме тоже. Остается только где-то по дороге между. Полиция такой информацией с ним делиться не станет, поэтому остается полулегальный вариант. Ну как. Он всего лишь покупает услугу, а что там будут делать исполнители не его дело.

Александр нажал на кнопку оставить заказ. Подтвердил транзакцию по телефону. Теперь его деньги заморожены и как только заказ будет выполнен, они улетят исполнителю. Официально он только что купил дорогую туристическую поездку по самым прекрасным местам Австрии.

Он вышел из офиса и вдохнул свежего воздуха. В этот момент он подумал, что ему было бы хорошо почаще гулять и выбираться из душной конторы. Но не сегодня. Сейчас ему нужно было собраться с мыслями и шагнуть в пасть к спящему дракону. Точнее к только что разбуженному дракону, а это гораздо опаснее. Он отправился в зоомагазин.

Да, выбор был неочевидный, но за свою карьеру он повидал и не такие способы связи.

— Здравствуйте, — он зашел внутрь.

За прилавком сидела молодая девушка. Она что-то смотрела в телефоне и подняла глаза, только когда он подошёл совсем близко.

— Вам чем-то помочь?

— Да, у вас есть экзотические животные? — спросил он.

— Вас интересует кто-то конкретный? — девушка встала и стала внимательнее к разговору, — У нас есть большие попугаи, рептилии, с хищниками сложнее, но думаю я могу что-то придумать.

— Нет, меня интересует королевская кобра.

— Необычный выбор, — девушка прищурилась., — Боюсь у нас нет такого. Это редкие экзотические и опасные животные. Сомневаюсь, что кто-либо в Вене сможет вам с этим помочь. К тому же они ядовитые и представляют опасность для человека. Я бы вам настоятельно не рекомендовала.

— Я понял. Не могли бы вы спросить или уточнить про королевскую кобру? Может быть у вас найдется знакомый, который сможет мне помочь?

— Хорошо, оставьте номер телефона, если я что-то узнаю, то вам перезвоню.

— Да, конечно.

Александр оставил свой личный номер и ушёл.

***

Сегодня в клубе Шёпот было особенно много людей. Практически все места в зоне библиотеки были заняты. Зона активных действия бурлила. Запись в приватные комнаты была забита на ближайшие пару часов. Хотя по пятницам здесь действовал не только строгий дресс код, но и допуск только членов клуба, людей это только подстегивало ещё больше. К тому же если на входе твой костюм не пропускали, ты всегда мог раздеться. Полной обнажение допускалось правилами дресс кода.

Сегодня на главной сцене было большое представление. На неё выкатили огромный шарообразный аквариум. Огромный. Его скорее можно было назвать маленьким вертикальным бассейном. В нём спокойно могли поместиться три человека. Изнутри свет подсвечивал воду красным, поэтому создавалось ощущение, что это огромный котел с раскаленной жидкостью. Сегодня там планировали топить девушку. Не по-настоящему. Но очень реалистично.

Ноги, согнутые в коленях, были связаны вместе. Поэтому даже если бы ей захотелось, она не смогла бы на них стоять. Руки были выпрямлены и связаны сзади. Волосы были собраны в высокий хвост. Она была подвешена за волосы, руки и подстрахована за талию. На груди была обвязка классической такатакоты, поэтому грудь очень беззащитно была выставлена на всеобщее обозрение.

Один сосок был проколот. Из него свисало кольцо. На нём висел небольшая металлическая круглая пластинка в диаметре не больше ногтя. С одной стороны на ней был номер 06, с другой надпись «вернуть владельцу» и номер телефона. Мужчина щелкнул пальцами по колечку. Дзынь!

— Мммм — простонала девушка.

Сегодня был её первый день и первый публичный экшен в качестве официальной собственности её верхнего. Она была взбудоражена и возбуждена. Не каждый день становишься официальной шестой нижней такого опытного и уважаемого верхнего. Этот экшен был его подарком ей на такое значимое событие.

Большинство в зале сохраняли молчание, но с жадностью смотрели на происходящее. Всё-таки не каждый день здесь проходили подобные мероприятия.

Верхний чуть наклонился к девушке.

— Ты прекрасна дорогая. — прошептал он ей, — Такая беспомощная.

Он провел рукой ней по груди и пальцем задел сосок.

— Хм, а ведь ты теперь моя. Смотри как. Тут так написано. Значит я могу делать с тобой всё что захочу, не правда ли замечательно?

— Да, — прошептала она.

— Захочу и вставлю тебе в рот трубку с кислородом и на пару часов оставлю под водой, как тебе идея?

Девушка задергалась и забилась в веревках. Верхний лишь посмеялся.

— Дорогая, я достаточно крепко тебя связал, чтобы ты не дергалась. Сейчас ты полностью в моей власти, — он провел рукой по её боку, оставляя красные полосы от ногтей, — Захочу и ты будешь перед всеми так и висеть голая, с раздвинутыми ногами показывая как тебя это возбуждает своей вагиной с капающей из неё на пол смазкой.

— Да.

Он нажал на кнопку. Механизм начал опускать девушку вниз, медленно погружая в воду. У самой-самой грани воды мужчина снова нажал на кнопку. Всё остановилось. Девушке приходилось держать голову высоко, чтобы носом можно было дышать. Рот уже был в воде.

Он нежно провел рукой по её щеке.

— Ты даже дышишь сейчас только с моего разрешения. — Девушка чуть улыбнулась и прильнула к его руке у её щеки головой. Мужчина резко дал её пощечину. Схватил за волосы. Оттянул их, задрав голову ещё выше. Поймал её испуганный взгляд. Улыбнулся и опустил её голову в воду.

Девушка забилась в воде. Тщетно пыталась хоть как-то изменить положение. Веревки не позволяли.

Один.

Два.

Три.

Четыре.

Пять.

Через шесть секунд мужчина достал её голову. Она резко и глубоко вздохнула.

— Мммм, а ты хороша, когда так трепыхаешься. Такая жалкая. Такая возбуждающая. — Он провел пальцем по её глазам ещё больше размазывая потекшую тушь. — Так и хочется заставить тебя плакать ещё больше и начать умолять.

Такие погружения продолжались ещё несколько раз. Он поднял её голову за волосы. У девушки дрожали губы от всхипов.

Тьфу!

Мужчина плюнул ей в лицо.

— Надеюсь ты осознала своё место, м?

— Да.

— И где оно?

— Я пренадлюжу вам. Полностью. Только вам, — девушка говорила тихо. Отрывисто. Шумно хватая ртом воздух.

— Хорошая девочка, правильно.

Мужчина отошел буквально на десять секунд и вернулся уже с трубкой, которую обычно использую при сноркелинге и дал её в рот девушке.

— Не урони, а то тебе будет тяжко.

Нажал на кнопку и девушка начала опускаться в воду глубже. Теперь она полностью была в воде. Трепыхалась, как рыба попавшая в сеть.

Мужчина снова поднял её.

— Не трепыхайся. Я думал, ты уже выучила, что это бесполезно. Или нет? Если будешь сильно трепыхаться, то твоей попе потом придется очень несладко.

Он отпустил её голову, нажал на кнопку и девушка опустилась под воду.

Она старалась держать голову как можно выше, чтобы кончик трубки был над водой. Она перестала дергаться, но всё равно иногда непроизвольно двигалась. Из-за её движений в аквариуме образовывались волны и вода периодически накрывала трубку полностью. На фоне красной подсветки и спокойной даже немного басовой музыки это смотрелось потрясающе. Завораживающе.

Мужчина обошел аквариум полностью. Опустился рядом, чтобы их лица были на одном уровне. Постучал пальцем по стеклу. Он провел пальцем, как будто через стекло гладил её тело. Поднялся и поднял её.

— Я смотрю на тебя. Ты такая красивая и мне захотелось кое-что сделать. Надеюсь ты будешь не против.

Он отошёл снова на десять секунд и вернулся уже с однохвостьем. Он провел кончиком аккуратно по лицу девушки.

— Я хочу выпороть твою мокрую пизду. При всех. — он наклонился и прошептал ей на ухо, — Конечно, видимо после этого между нами будет возможен только анальный секс. По техническим причинам.

Он нежно провел рукой ей по лицу, аккуратно гладя по щеке.

— Я даю тебе право решить, — мужчина, продолжал её гладить по лицу.

— Я согласна. — прошептала девушка.

— Какая послушная, — он наклонился и поцеловал её в лоб, — Хорошая девочка.

Он свернул однохвостье в два раза и дал зажать его ей между зубами. Потом поднял её повыше и развязал несколько узлов на ногах. Перевязал их и теперь она висела с согнутыми в коленях и разведенными широко в стороны ногами. Он провел рукой по промежности, чувствуя на пальцах её смазку. Усмехнулся.

— А ты оказывается развратная штучка. Неужели тот факт, что я тебя сейчас публично выпорю так возбуждает?

Девушка молчала. Мужчина усмехнулся и щелкнул её по клитору.

— Ай!

— Я не услышал ответ.

— Да, да, да, меня это возбуждает.

— Славно.

Мужчина повернул её на девяносто градусов. Теперь она могла опираться верхней частью груди и нижней частью живота на края аквариума, тем самым снимая основной вес с рук и талии. При этом её промежность была повернута прямо к зрителям.

Мужчина ещё раз провел по ней рукой. Резко засунул пальцы внутрь.

— Мммммм, — застонала девушка.

Мужчина начал быстро шевелить рукой надавливая на переднюю стенку.

— Мммммм, — девушка попыталась свести ноги, но у неё это не получилось.

— Не получиться, дорогая. Все будут видеть, какая ты возбужденная, развратная, похотливая блять.

Он резко вытащил пальцы.

Хлоп!

Шлепнул со всей силы по пизде.

— Аймммм! — крикнула девушка и дернулась.

Мужчина обошёл аквариум. Встал напротив лица девушки. Провел рукой её по щеке. Достал из кармана черную шелковую повязку.

— Это чтобы ты полностью сконцентрировалась на ощущениях. Я уверен, тебе понравиться. — и мир девушки погрузился во тьму.

Мужчина забрал у неё изо рта однохвостье. Она слышала только шаги и разговоры людей, которые ходили в клубе туда-сюда.

Свист!

— Ааааай! — из её глаз брызнули слезы, но никто этого не увидел из-за повязки.

Свист!

— Ааааааа! — она попыталась свести ноги, но у неё ничего не получилось.

Свист!

— Ммммм ай!

Свист!

— Ай ай ай мммммм! — девушка уже откровенно хныкала.

— Ты не представляешь, как эстетично смотрится твоя красная побитая пизда, дергающиеся ноги и я так подозреваю, что твоё лицо сейчас красное из-за того, что это всё видит по крайней мере сто человек. Поверь, они не отводят глаз от такой красоты.

Свист!

— Аймммммм! Ай! Ай!

— Что? Не нравиться? Давай проверим.

Мужчина подошёл и резко засунул два пальца ей во влагалище.

— Мммммм, — девушка попыталась сдвинуть ноги.

— Мне кажется тебе нравиться. Послушай.

Он начал быстро шевелить рукой вставляя и вынимая пальцы. Раздался характерный хлюпающий звук.

Хлюп, хлюп, хлюп, хлюп…

— Думаю ты сама поняла ответ. Продолжаем.

Свист!

— Ай! — ноги девушки задрожали.

В это время в клубе продолжала кипеть жизнь и те, кто не был увлечен происходящем на сцене, находили себе развлечения по душе. Молодая красивая девушка, аккуратно устроившаяся за барной стойкой, заказала себе апероль спритц. Алкогольный. А значит она сегодня не планировала развлекаться опасными способами. Она смотрела по сторонам и внимательно наблюдала за происходящим в разных частях клуба. Она увидела как прилично одетый мужчина в возрасте поднялся на второй этаж и охрана спокойно его пропустила, даже не обратив на него внимания.

Рубин была в своей ложе. Молодой парень, один из её постоянных любовников, сейчас стоял обнаженный на коленях у её ног и облизывал её пальцы. Вся его спина была в красных полосах и синяках. Свежих.

Она пила коктейль с прикрытыми от удовольствия глазами.

— Кхм, — раздалось за её спиной.

— И почему всё происходит в самый неподходящий момент? — задала риторический вопрос Рубин.

— Думаю потому что для тебя подходящего момента попросту не существует. — Артур спокойно стоял, не приближаясь к самому действию слишком близко.

— Что на этот раз? — Рубин махнула рукой и её любовник, накинув шелковый халат, который валялся рядом, ушёл.

— У нас заказ на королевскую кобру.

— От кого?

— От Александра Котова. Вы встречались?

Рубин стала вспоминать свои последние вылазки в реальный мир. Всё это в основном было связано с бизнесом, поэтому об этих контактах Артур помнил бы. Своим нижним она о таком способе связи никогда не рассказывает. Возможно это друг отца. Способ связи существует ещё с тех времен. Да. Скорее всего так и есть.

— Нет. Я его не знаю. Уверена, что он знал моего папу.

— Он руководитель охранного агентства, с которым работал твой отец. — кивнул Артур.

— Ты меня проверял? — девушка сказала это совершенно спокойно, даже не удивившись.

— Да, мне нужно понимать в каком состоянии ты находишься. Можно ли доверять твоим суждениям.

— Ты обязан мне доверять. Я твой начальник. — с холодным спокойствием ответила Рубин. — Даже если я говорю то, что тебе не нравиться.

— Да, если ты в адеквате. Я советовал воздержаться от алкоголя. Никогда не знаешь, когда потребуется холодная голова на плечах.

— Что ему надо? — Рубин решила продолжить этот разговор в другой раз.

— Из материалов дела об убийстве Аарона мне удалось узнать, что он был на месте преступления следующим утром. Никакого конкретного вопроса он не озвучил.

— Он знает что-то о флаконе? Или он приложил к этому руку? Кстати, что там с обыском аукционного дома?

— Когда мои люди пришли, там уже кто-то порылся до нас. — сухо ответил Артур, — Книгу не нашли. Мы предпримем ещё попытки. В полиции её пока тоже нет.

— Может быть такое, что это он её взял? Нашёл что-то ценное и решил заключить сделку?

— Думаю это самое логичное. — Артур кивнул, — Взамен он попросит об услуге. Вряд ли ему нужно от нас что-то материальное.

— Если он попросит деньги я буду счастлива. С этим всегда меньше всего проблем. Как там вопрос с девочками?

— Я решил его.

— Хорошо. Надеюсь ты проверил всё сам. Если в следующий раз мой подставной клиент обнаружит нечто подобное, то отвечать уже будешь ты.

— Я понял.

— Я видела отчётность. Во Париже наши районы продаж сокращаются. Драки. Запугивания. Кто там приглядывает за нашими ребятами?

— У меня там есть люди.

— Видимо не квалифицированные. Или их недостаточно. Стоит мне поглубже копнуть в бумаги и я нахожу несостыковки. Артур.

— Да?

— Я уверена, что среди нас предатель. — Рубин не кричала, не ругалась. Она констатировала факт. Это просто очередная проблема, с которой нужно разобраться. — Сейчас девочки, потом районы в Париже, скорее всего есть ещё что-то о чём я не знаю.

— Что ты предлагаешь?

— Займись этим вопросом. Все под подозрением. В частности в Европе. Хотя… Пошли Ворона, пусть он полетает и разнюхает всё в Париже. Дело на пять минут, но у нас будет точная информация. Может быть найдем пару имен, которые совпадают и допросим. Только тихо. Очень тихо. Бесшумно. Не хочу поднимать слухи, пока не ухвачусь хотя бы за какую-нибудь ниточку. Иначе их все обрежут и потом опять придется искать, пока они явят свои лица. Ты ему доверяешь?

— Безоговорочно.

— Тогда договорились.

Тут подходит охранник.

— Мисс Рубин, вам звонят.

Рубин взяла трубку.

Заклинатель змей

Молодая хорошо одетая девушка постучалась в дверь охранного агентства Волкодав. Семь вечера. Она знала, что в офисе находится только один человек.

— Входите, — крикнули ей из-за двери.

Она решительно вошла. Прошла в дальнюю комнату, где находился кабинет Александра. Перед тем как открыть дверь она поправила волосы. Облизала зубы, стирая с них помаду. Улыбнулась.

— Жизела, привет, — Александр поднял голову и посмотрел на вошедшую девушку, — Прекрасно выглядишь. Как впрочем всегда. Тебе удалось что-то узнать?

— Да. У них вкусные коктейли. — она прошла и села в кресло перед мужчиной, — Развлекаться они определенно умеют, но повторять я бы не стала. Людей много, так что опасности не должно быть.

Жизела два года работала у Кая в агентстве. Это была непыльная работка, которая приносила стабильный доход и закрывала все базовые потребности. Но это не основной её заработок. Слишком не солидно. Она была из той породы людей, кто видел себя в роскоши. И только в ней. Ничего другого её не интересовало. Зачем нужен какой-то внутренний мир, когда есть деньги.

Жизела родилась в богатой семье. С самого раннего детства она получала всё что хотела по первой просьбе. До того момента, как бизнес её отца разорился. Это не было чем-то катастрофичным. Печальным да. Но не ужасным. Отец устроился на обычную работу. Мать тоже начала работать. Денег хватало. Они ездили в отпуск, покупали хорошую одежду, но уже не шиковали как раньше. Но для маленькой девочки мир рухнул. Никаких теперь больше дорогих игрушек, видеоигр и нарядов. Она никак не могла понять почему её родители опустили руки и сдались, выбрав среднюю жизнь средних людей.

Она смотрела в будущее и видела себя «в мехах». Личный самолет. Прислуга. Отсутствие работы. Изначально она думала, что деньги отца помогут ей познакомиться с обеспеченным молодым человек и на этом она и остановиться. Но пришлось браться за голову. Она начала хорошо учиться в школе. Закончила университет. Но никого достаточного уровня там не нашла. Да и денег на открытие своего дела накопить ей не удалось. Она знала, что обычными способами большую сумму не заработаешь, поэтому бизнес ей был необходим. Она решила не тратить зря время и пока есть возможность накопить капитал, который бы она потом смогла использовать.

Моральная сторона вопроса её не сильно интересовала, поэтому она решила воспользоваться своим несправедливым преимуществом. Такое преимущество есть у каждого, просто не каждый достаточно долго думает, чтобы его у себя отыскать. Жизеле искать не приходилось. Она была красивой. А красота хорошо монетизируется, особенно в молодости.

Так она оказалась спутницей, которая получает отличные деньги за одну ночь. Такой доход нужно как-то легализировать. Если деньги приходят на счёт, а работы нет, то налоговая Австрии ей заинтересуется. Поэтому она устроилась на обычную непыльную дневную работу. Официальный доход, легкие задания. А весь доход с основного дела можно спокойно откладывать.

Так на одном из заказов она пересеклась с Александром. Он не заказывал её по её прямому назначению, скажем так встретил у клиента. Жизела показалась ему умной, не болтливой и падкой на деньги. Поэтому он вспомнил о ней, когда ему потребовалась деликатная помощь. Нет, помощь другого рода. Он нанял её собирать дополнительную информацию. Они сработались и теперь у Жизелы появился третий заработок. Она была информатором. Всё в сумме ей приносило приличные деньги и мечта об открытии своего дела уже маячила на горизонте.

— Они могут меня увести куда-то в подвал. — Александр стучал пальцами по столу, — Ты видела там что-то подобное?

Он послал её на разведку в клуб Шёпот. Он о нём слышал, но внутри никогда не был. Это как слон в комнате. Все знают, что это основная резиденция Рубина, но закрыть клуб не имеют права. Ни налоговая, ни уголовная проверки ничего не дали. Всё было чисто. Александр рассуждал так, если лезешь в пасть к дракону, то следует хотя бы посчитать количество клыков.

— Там есть подвал, но мне не удалось туда попасть. — Жизель покачала головой, — Я не могла настаивать иначе бы меня заподозрили. К тому же я знаю кто такая Рубин. Она контролирует почти девяносто процентов бизнеса в Австрии и большую половину в крупных городах остальной Европы. Они зажимают процент, но работают честно. Она и её люди точно поняли кто я, поэтому я решила поскорее уйти. Она всё время находилась наверху в VIP ложе. Там стояло двое охранников. Бугаи под два метра и вооруженные, хоть и пытались это скрыть. Девушек в своём окружении как я понимаю она не держит. По крайней мере я не видела.

Как только Александр «заказал» королевскую кобру, он тут же начал продумывать безопасный план для переговоров. Козырь у него был. Он не был уверен, что ему ответят, но лучше подготовиться и не пойти, чем пойти неподготовленным.

— И ещё кое-что, — Жизелы стала говорить тише, — У них недавно был большой скандал связанный с несовершеннолетними.

— А почему в новостях я не слышал?

— Ещё бы ты услышал. Они всё решили по-тихому между собой. Девочек раскидали по домам. Главу дома выгнали на улицу. Но как я поняла по разговорам, то не всем нравиться такая политика Рубина. Я работаю на себя, но иногда пересекаюсь с другими. Что-то намечается. Они говорят, не всем нравиться, когда такие легкие деньги просто так валяются. Рубин держит позиции, пытаясь удержать жадных мужчин в своих руках, и думаю у неё сейчас голова занята совершенно другим.

— Какие предположения?

— Думаю, что власть меняется. Кто-то из её команды захотел кусок пирога побольше. Она заметила что-то и участила тайные проверки. Несовершеннолетние просто попали под раздачу. Теперь она прикрыла карманный заработок тех воров и скорее всего устроила аналогичные проверки по всем остальным местам. У неё есть верные псы, вот наверное сейчас они по всей Европе и вынюхивают где плохо пахнет. Так что ты под горячую руку лишний раз не попадайся. Почему ты вообще решил, что она что-то знает об Аароне и том парне?

— Дамиан был в бешенстве на месте преступления. Несложно связать два и два. Такое могло произойти только если он накопал что-то на Рубина. У них это уже по-моему личное.

— Значит Рубин знает про дела Аарона. А если это она?

— Нет, не думаю. — уверенно ответил Александр.

Дзынь! Дзынь! Дзынь!

Раздался телефонный звонок. Александр взял трубку.

— Охранной агентство Котова, слушаю.

— Александр? — в трубке раздался звонкий голос продавщицы из зоомагазина.

— Да, это я.

— Вам ещё интересна покупка королевской кобры?

— Да, я очень заинтересован. — он показал Жизеле, что это они.

— Тогда будем ждать вас в клубе Шёпот сегодня через два часа. Проблем не возникнет?

— Нет. Я буду на месте.

— Договорились.

Звонок прервался. Александр положил трубку.

— Спасибо, Жизела. Ты мне помогла. Если вдруг мне понадобиться ещё твоя помощь, я напишу. — он передал ей конверт с деньгами.

Жизела взяла его и улыбнулась.

— Буду ждать, — она встала, — С вами всегда приятно работать.

Жизела ушла, а Александр остался ждать назначенного времени. У него был козырь в виде бухгалтерской книги. Брать её с собой было бы безрассудством, как и оставлять просто так в кабинете. Ему нужно было бы её как-то спрятать или придумать, чтобы его возвращение живым было им выгоднее, чем его убийство.

Была у него одна идея, но очень рискованная. Он выдохнул. Риск был неотъемлемой частью его работы, он воспринимал его как близкого друга. Иногда он мечтал уйти пораньше на пенсию. Расслабиться. Ни о чём не волноваться. Не переживать. Но каждый раз после выходных, когда он не работал, он ощущал непреодолимую скуку. И осознавал, что ему ещё рано на покой.

Александр достал бухгалтерскую книгу и начал над ней колдовать.

* * *

Ровно через два часа Александр был у входной двери клуба. На улице очереди не было. Тихо. Спокойно. У дверей стоял только один охранник.

— Скажите, что Александр пришёл.

Охранник передал информацию по рации. Через десять секунд он получил ответ и Александр спокойно зашёл внутрь. Внутри людей было не так много, но в каждый момент времени что-то происходило. В центре вокруг бара организовалась спонтанная дискотека в стиле диско. Все были веселые. Радостные. Счастливые. Никаких кровожадных оргий сегодня не предвиделось. К Александру сразу же подошёл красивый светловолосый молодой человек.

— Александр?

Мужчина кивнул.

— Пройдемте за мной.

Парень провел его в дальнюю отдельную комнату. Пригласительным жестом сказал входить, а сам закрыл дверь с внешней стороны.

— Александр, интересно было увидеть вас наяву.

За большим деревянным лакированным столом сидела девушка. Она положила ноги на стол и крутила ручку у рта. Рядом стоял мужчина в возрасте. Он был спокойным. На лице было расслабленное, безразличное выражение. Но Александр почувствовал, что он анализировал его. Буквально сканировал его взглядом.

Александр тоже окинул того взглядом. Солидный. Умный. Расчетливый. Такому точно дорогу переходить не следует. Организует несчастный случай на раз два. Рядом стоял ещё один. По его внешнему виду можно было сказать, что он простой исполнитель. Интеллект в его глазах плескался буквально на донышке.

— Вы приложили некоторые усилия, чтобы достучаться до меня. Что ж, — девушка улыбнулась, — Я вас слушаю. Способ остался ещё со старых времен, видимо у вас с нашей семьей долгие отношения.

— Думаю я могу вам предложить нечто, что вас заинтересует. Взамен я бы хотел получить информацию или услугу.

Мужчина, который стоял по правую руку от девушки слегка заметно качнул головой. Девушка продолжала внимательно смотреть на Александра.

— С чего вы решили, что меня это заинтересует?

— Так получилось, что я стал невольным свидетелем сцены, во время которой Дамиан Наумов разразился праведным гневом по поводу убийства Аарона Пихлера.

— Смерть любого человека это всегда ужасно. — протяжно сказала девушка на выдохе.

— Мне кажется он настроен серьезно. Думаю вы не хотели бы облегчать ему жизнь. У Аарона Пихлера был очень своеобразный характер. Это широко известно. Он очень щепетильно относился к информации и всё записывал. Будет очень неловко, если какая-нибудь незначительная информация, которая не имеет отношения к его убийству попадет не в те руки.

— Так значит вы хотите предложить мне информацию? Или это шантаж?

— Что вы, как я мог? Нет, я ни в коем случае вас не шантажирую.

— Тогда что же вам нужно? Взамен на эту… книгу?

— Скорее носитель. Я к сожалению его с собой не взял. И добавлю, что я успел его оцифровать. Мера предосторожности. Времена нынче неспокойные. Вдруг кирпич на голову упадет. Если я не вернусь домой и не отменю отправку, то она прямиком попадет к нему на стол. А он уже сам разберется как с ней поступить. Но повторюсь, что всё это только ради собственной безопасности. Если вы не сможете мне помочь, но постараетесь, то в этом случае я не буду прибегать ни к каким мерам. Слово джентльмена.

Мужчина рядом с девушкой ухмыльнулся. Артур ожидал, что Александр предпримет определенные меры предосторожности, но в тайне надеялся, что от проблемы можно будет избавиться простым пистолетным выстрелом.

— Слова в наше время мало значат. И что же вы хотите за оригинал?

— Информацию. Как вам известно в доме Аарона произошло ещё и самоубийство. Этот мужчина имел при себе сведения, которые хранятся на флешке. Я бы хотел получить эту флешку взамен на оригинал. Думаю вы согласитесь, что это равноценный обмен.

— Только в отличии от вас у меня этой флешки нет.

— Если вы её найдете или просто узнаете где она находиться, то это тоже засчитается. Мне не важно как я её получу, главное, чтобы она оказалась у меня в руках. Желательно раньше полиции. Думаю вы можете меня понять. Есть некоторая информация, делиться которой с нашими доблестными правоохранительными органами было бы нецелесообразно.

— Я вас услышала, — кивнула девушка, — У меня этой информации нет, но я подумаю что я могу сделать. И я запомнила про слово джентльмена.

— Я его не нарушу.

— Посмотрим.

— Знаете, времена нынче меняются, — он говорил медленно и вдумчиво, — Старые порядки уходят в прошлое, новые люди приходят к власти. Так сменяются поколения. Я знал и работал с вашим отцом и признаюсь ваши методы устраивают меня куда больше. Поэтому я лишь прошу мне немного помочь. Возможно, если вам в будущем понадобиться помощь, то вы сможете получить её у меня.

— Какого рода помощь?

— Разного. Например, мне стало известно, что не всем в вашем окружении можно доверять. Думаю для вас было бы полезно узнать как меняется власть в вашей сфере деятельности, я бы мог с этим помочь. В данном случае я незаинтересованное лицо.

— Власть? — прищурилась Рубин. — Это уже интересно. У вас есть что-то конкретное.

— Пока нет. Но это моя работа. — Александр стал чувствовать себя увереннее, — Не совсем мой профиль, но выход на нужных людей я найду. А где люди, там и информация.

Не дожидаясь ответа Рубина, Александр встал, кивнул и вышел из комнаты. Только после того, как он вышел на улицу он смог выдохнуть. Он конечно разочарован, что не получил всё что хотел сегодня, но по крайней мере он получил союзников, которые тоже заинтересованы в поисках и может быть так дело пойдет быстрее. Ну или по крайней мере ситуативных союзников.

— Что ты думаешь? — спросил Артур у Рубина, когда Александр вышел из комнаты.

— Его прессуют, не думаю, что это его секрет. Он будет до последнего надеется на нашу помощь, а значит можно искать, но не так уж и сильно. Но мне очень интересно, что это за флешка и какого рода информация там находится. Тот парень же был из Камеруна, да?

— Это австрийский ученый, работавший в Камеруне. Как я узнавал работал на Роланда Фогеля.

— Фогеля? Вот уж любопытно. — Рубин крутила ручку между пальцев. — Прикажи собрать поверхностную информацию, но не трать на это слишком много времени. Сейчас в приоритете изумрудный флакон. Я удивлена, что новости ещё молчат. Видимо пытаются найти следы и не поднимать шумиху. Или они его уже нашли и мы остались с носом? Артур, в эту операцию было вбухано слишком много денег. С Дамианом и компанией разберемся позже. Кстати, вся эта заварушка прекрасный повод позвонить брату.

Артур пожал плечами.

Раскопай старые могилы

Тук! Тук! Тук!

Кай открыл глаза. Душно. Он по привычке повернул голову в сторону, чтобы посмотреть на жену, но там была лишь серая запачканная стена. Лучи солнца пробивались через маленькое окно. Общий включенный свет слепил глаза. Мужчине потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить где он находиться. В камере предварительного задержания. Кай не стал подниматься, а лишь мотнул головой, чтобы показать, что он проснулся и слушает. Дамиан стоял по другую сторону решетки.

— Доброе утро, Кай, у меня для тебя хорошие новости. — Дамиан говорил бодрым голосом, хотя тоже не спал большую половину ночи.

— Надеюсь они включают в себя выход из этого места. — Кай даже не старался показать, что у него хотя бы спокойное настроение.

— Да, — Дамиан достал ключи и отпер входную дверь камеры.

Кай быстро поднялся с койки. В глазах слегка потемнело. Мужчина быстро пришёл в себя. Встал. Потянулся. Неспеша вышел из камеры.

— Если вы вдруг захотите меня ещё раз без повода задержать и продержать в камере всю ночь я буду у себя дома отсыпаться. И лучше повремените до завтра. Здесь ужасные подушки.

— Я передам это начальнику полиции нашего округа. Внесем это в бюджет на следующий год. На самом деле я бы хотел с тобой поговорить. Приватно.

— Нет, нет и нет. Дамиан, я вас при всём уважении уже не могу видеть, а вы предлагаете с вами разговаривать. До свидания и я надеюсь больше никогда вас не встретить. Это было очень неприятное знакомство. Хорошего дня.

— А если я скажу, что мы нашли то, что вы искали у глобуса? И я готов с вами поделиться за дополнительную информацию. Без протокола. — он чуть помолчал — И без записи показаний?

Кай замер. Как бы ему не хотелось врезать по лицу этому хлыщу, но любопытство всё-таки взяло верх. Загадочное убийство. Тайное послание. Учёный из Камеруна. Всё это было слишком необычно, чтобы вот так просто проходить мимо. К тому же он тут же нашёл себе внутреннее оправдание. Ему нужно быть в курсе как полиция связывает это убийство с убийством Стефана. Кай кивнул.

— Но это совершенно не значит, что ваше лицо стало приятнее.

Они прошли по коридору и вошли в кабинет Дамиана.

При входе сразу чувствовался запах сирени. Ароматические палочки были расставлены по всей комнате. В отличии от кабинета Кая это было просторное светлое помещение с минимумом вещей. Даже шкаф с документами стоял полупустой. Два деревянных минималистичных стула. Большой дубовый стол. Небольшой столик с выпивкой и чаем. Большое широкое окно с видом на улицу. Высокие потолки. Теплые персиковые стены.

Дамиан сел на один стул и махнул рукой Каю на второй.

— У тебя большой опыт и ты вращался в их кругах, поэтому сейчас я прошу тебя отвечать не как потенциального подозреваемого, а как человека, который заинтересован в справедливости.

— Как честный и порядочный гражданин своей страны я всегда так делал. — утрированно монотонно ответил Кай.

— Ну вот не надо, — Дамиан отмахнулся и отклонился на своём кресле, — Всё я прекрасно понимаю. Теперь давай начистоту. Я надеюсь на вашу честность. Сокровищница Вены сообщила, что у них был украден редкий и очень ценный экспонат. Флакон для духов из цельного изумруда. Думаю вы знаете о чём я говорю. Прекрасное произведение искусства. Мастер хотел сохранить природную красоту этого огромного редкого камня и сделал в нём небольшое углубление, а из остатков, потом сделал крышку. В итоге получился восхитительный природный флакон. В общем это потрясающе.

— Сегодня?

— Нет. Уже прошло несколько дней. Давайте я в кратце обрисую ситуацию, а вы поймете почему я вас задержал. Из главной сокровищницы Австрии похищают прекрасное и жутко дорогое произведение искусства. Как раз в этот момент умирает глава аукционного дома, который по моим данным взаимодействует с картелем, который мог бы заинтересоваться чем-то подобным. При этом на Аароне явные следы пыток, а украденная картина яйца выеденного не стоит по сравнению с Айвазовским, который висит в коридоре, и на которого даже не обратили внимания. На месте преступления ошиваются два телохранителя, которые раньше работали на предыдущего владельца этого картеля. Пазл складывается в голове?

— Я бывший телохранитель. И Кристиан сам меня пригласил.

— Два друга с прошлым телохранителей, которые по какой-то случайности как они утверждают находят в подвале труп руководителя научной группы из Камеруна! Больше подробностей? А наш самоубийца оставляет непонятную надпись на стене, которую один из телохранителей разгадывает и это приводит его в венскую библиотеку.

— Вы, как я понимаю, тоже её разгадали. Значит это не так уже и сложно. А после всего этого бывшего телохранителя без суда и следствия бросают в тюрьму превышая все мыслимые и немыслимые полномочия. — утрированно иронизируя говорит Кай.

— Нет, и после этого в библиотеке в том самом месте находят карту памяти, на которой учёный рассказывает о секретном обществе и перевороте мироустройства.

Дамиан закончил. Кай внимательно на него смотрел и обдумывал сказанное.

— При таких вводных я удивлен, что ты всё это мне рассказываешь, потому что с этой точки зрения всё действительно выглядит неоднозначно.

— Неоднозначно? Да всё буквально кричит о том, что ты или твой друг либо пришли забрать изумрудный флакон для картеля, либо найти учёного для секретного общества.

— Боюсь обе догадки мимо. — Кай сказал это, не отрываясь от обдумывания глобальной проблемы.

— Да знаю я. У меня была вся ночь и вчерашний день, чтобы тебя досконально проверить. Я не знаю всех твоих грехов, но к этому ты точно не причастен. Поэтому я задаю тебе вопрос ещё раз. Насколько хорошо ты знаешь Александра? Он способен на убийство?

— Повторюсь, любой телохранитель может убить. Александр хороший телохранитель, но я готов поручиться за него. Я серьезно. Даже я. Иначе в телохранителях не было бы пользы.

— Тогда ты либо знаешь, что произошло пять лет назад, либо знаешь, что делал Александр на месте преступления. — Дамиан уверено откинулся назад и скрестил руки на груди. — Нельзя быть настолько уверенным в человеке без оснований. Кай, расскажи хотя бы то, что поможет отвести от твоего друга подозрения, потому что его алиби мне не удалось подтвердить на сто процентов.

— Если это не под протокол, то я скажу. И упомяну, что если меня заставят говорить под присягой, то в этом вопросе я могу что-то забыть.

— Валяй.

— Он действительно был по делу. Думаю его попросил кто-то кому он обязан, потому что он очень не любит подобные истории. Судя по тому, что ты рассказал это скорее всего изумрудный флакон. Вряд ли он знает кого-то из секретных обществ. Так как дело мутное, то у него скорее всего договоренность не разглашать клиента. А зная ваших, то он точно ведет это дело без документов. К убийству он точно не причастен. И к картелю тоже.

— То есть ты говоришь, что он замешан в краже флакона?

— Нет. Ты наверное плохо понимаешь этот мир. У богатых здесь свои причуды. Допускаю, что какому-нибудь коллекционеру доложили о краже и он решил выйти на исполнителей и выкупить такую редкость. Конечно Александр не самый лучший вариант для подобных заданий, если уж на то пошло, то такой заказ было бы логичней перевести на меня. Но в таких делах именно доверие играет ключевую роль. Я убежден, что Александр не будет лезть в криминал. Не того склада человек.

— Он был когда-то военным?

— Почему ты спрашиваешь?

— Навыки пыток очень специфичны. Ими могут обладать люди только из определенных кругов. Одна из групп это бывшие военные.

— А какие другие?

— Так Александр был военным? — Дамиан проигнорировал предыдущий вопрос и поднял бровь, ожидая ответа.

— Думаешь он убил Аарона? Зачем? Даже если допустить, что история с флаконом это правда, то ему нужна информация. С мертвым в этом плане не договоришься.

— Пытался добыть информацию и переборщил. Самый простой ответ чаще всего правильный. — Дамиан встал и подошёл к кофейному столику, — Чай будешь?

— Да, без сахара.

— Что ты знаешь об Ордене Туле?

— Я так понимаю, что теперь мы переключились на сбежавшего учёного? — Кай поднял бровь и усмехнулся. — У тебя смена курса на 180 градусов за пять секунд.

— Да. — Дамиан передал чашку с чаем Каю.

— Я не тот человек, который должен погружать в эту тему полицию. У меня не так много дополнительной информации, они не были связанны с искусством, вся остальная гуглиться. Есть отдельные специалисты, которые работают исключительно по теме тайных орденов и обществ. Я не один из них.

Дамиан молча взял чашку с чаем и сделал небольшой глоток.

— Расскажи всё что знаешь. Думаю обладание контекстом в этом плане более ценно, чем глубокие детальные познания.

— В двух словах, сейчас весь мир знаком с Третьим Рейхом и обществом Аненербе. Аненербе в своё время создали отвратительную репутацию «арийским» исследованиям германской культуры. Потом они переквалифицировались скорее в мистическое общество и начали искать Святой Грааль, но изначально они копались в чистоте арийцев и так называемом поиске изначальной расы. Тут я тебе надеюсь ничего нового не сказал. Так вот всё это выросло на пепелище ордена Туле. Оно было основано в Мюнхене в 1918 году. Вообще изначально Туле это страна из древнегреческих источников. Вымышленная. Расположенная где-то на крайнем севере. Её никто никогда не видел и её существование не доказано. Я бы сказал, что это что-то вроде северной Атлантиды. Но орденцы верили, что это была столица древней Гипербореи. Что является исключительно их домыслами. И так же они начали приписывать арийцам родство с Атлантидой, что вылилось в философию «расы господ». В общем всё было нацелено на германский этно-национализм, как ты уже понял. Орден утверждал, что «арийские» народы адаптировались к суровому климату, поэтому в «генах севера» якобы меньше «дефектных связок». Якобы такой народ более приспособленный. Этот бред я комментировать не буду, но скажу как это позиционировалось у них. Суровые условия прокачали общий ум, физические характеристики и именно поэтому можно и нужно считать «расой господ». Так же они пытались выяснить связаны ли внешние признаки с архетипичным поведением. Например, если у тебя голубые глаза, то ты более холодный в общении. Отсюда и поехало всё связанное с правильной и здоровой внешностью. Собираешь человека нужного склада характера, вычисляешь свойственные ему внешние признаки и вот тебе арийская раса.

Основателем был барон Рудольф фон Зеботтендорф, но все его измышления были построены на книге Елены Блаватской «Тайная доктрина», единственное, что он добавил от себя это про евреев. Так что идеи Гитлера это не нечто новое и присущее лишь ему. Он нагло всё списал. Даже не удосужился поменять слова местами. Орден Туле так же верил, что арийская раса обладает особыми знаниями, которые можно передавать с помощью магических ритуалов. Вот эта часть самая странная. Не знаю точно их ритуалы, но они даже пытались что-то такое делать и потом тщательно документировали все свои псевдонаучные изыскания. Их эмблема это круг с скругленным крестом в центре. Каждый из высокопоставленных членов общества имел свою печать, это была одна из рун.

— А как у них сейчас обстоят дела? — Дамиан внимательно слушал и пил чай.

— На сколько я знаю оно распалось в 1925 году или ушло в глубокое подполье. Инициативу перехватил Гитлер, хотя многие из членов Аненербе в прошлом состояли в Туле. — Кай отхлебнул уже подостывший чай.

— Агата Кристи была права, старые грехи отбрасывают длинные тени. Вот уж не думал, что вляпаюсь вот так. — Дамиан отставил кружку, — Кай, я сейчас собираюсь дальше расследовать это дело, и не хочешь присоединиться? Здесь замешана пропажа предмета искусства, поэтому я могу привлечь тебя как консультанта.

— Зачем?

— Ну ты же любопытный человек, а такое не каждый день встречаешь. Тем более я действительно считаю, что ты здесь не замешан, а вот полезным ты оказаться можешь.

Каю действительно было любопытно. Особенно когда сюда вписалась ещё и пропажа сокровища.

— Хорошо. — чуть помедлив ответил он, — Но сначала мне нужно позвонить жене. Благодаря тебе она пробыла без моих объятий целый день.

— Кто я такой, чтобы заставлять женщину ждать, — улыбнулся Дамиан ехидной улыбкой.

— Моя женщина тебя точно не ждет.

Они вышли на улицу. Кай тут же набрал Амброзию.

— Рози, дорогая, привет!

— Кай! Ты как? Что происходит?! Ты просил уйти, но я места себе не нахожу! Адвокат позвонил, сказал, что тебя арестовали, но всё хорошо и тебя скоро выпустят. Кай, что происходит? Когда ты придёшь? — девушка тараторила не прерываясь даже на то, чтобы перевести дыхание.

— Всё хорошо, любовь моя, меня выпустили. Это было недоразумение. — Кай говорил спокойным голосом, чтобы успокоить жену.

— Ты идешь домой? Когда я тебя увижу?

— О, боюсь, что только вечером. Меня пригласили на свидание и скорее всего я загуляюсь на нём весь день.

— Какое свидание? С кем?

— С инспектором полиции, который меня арестовал. Он был так впечатлен мной, что не удержался и вытащил на совместную прогулку по достопримечательностям.

— Всё тебе шуточки! Как зовут инспектора, чтобы я знала кому потом уши откручивать, если моего мужа уведут из семейной постели.

— Дамиан Наумов.

— Так и передай этому Наумову, что я всё записала и если ты не вернешься вечером, то я буду его пытать. Ты знаешь, нет фурий страшнее, чем обиженная женщина.

— Ты бываешь жестока, дорогая.

— А я буду жестока с ним.

— О, я бы на это посмотрел, любовь моя. Я бы носил тебе передачки в тюрьму. У тебя была бы отдельная камера, как у убийцы полицейского. Пожалуй, теперь у меня чуть меньше поводов вернутся, не хочу же я лишать себя удовольствия наблюдать за этим зрелищем. Целую.

— Пока.

После этого звонка он набрал в контору.

— Здравствуйте, если волей судьбы у вас оказался предмет искусства, который вам нужно оценить, то вы прилетели по адресу. — ответил слегка приподнятый энергичный голос, — А если вам нужно найти особенную радость в вашу коллекцию, то вы тоже оказались на правильной вечеринке.

— Петер, это я Кай.

— Кай?! — было слышно, как он чуть не упал со стула, — Дорогой, всеми любимый и незаменимый начальник, ты там загулял? Уже все тюрьмы в Вене обошёл. Переключился на пригороды? Амброзия звонила и всех на уши поставила, говорит тебя арестовали. Когда прилетишь в гнездо, чтобы можно было тебе перья из хвоста повыдергивать?

— Петер, ты слишком хорошо работаешь, чтобы я тебя увольнял. Но твоя манера общения… Представляешь уважаемые люди узнают, что я держу в конторе клоуна?