электронная
6
печатная A5
325
16+
Поцелуй времени

Бесплатный фрагмент - Поцелуй времени

Объем:
124 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4496-2416-1
электронная
от 6
печатная A5
от 325

От редакции

Дорогие читатели! Перед вами не просто замечательная книга о приключении, называющемся «перемещение во времени». Это рассказ о том, что настоящая любовь может преодолеть любые лишения и препятствия, в том числе расстояние в девять веков.

В книгу «Поцелуй времени» ныряешь, как в море, проживая вместе с героиней две, совершенно разные по укладу и мировоззрению, жизни.

Это не сказка с предсказуемым «хеппи-эндом», а рассказ о том, что власть, деньги и слава становятся ничтожным препятствием на пути к цели, когда против них восстает сама Любовь.

Книга Первая

Глава первая

Жених и невеста

Лучия проснулась от запаха свежезаваренного кофе. Запах манил, будил, ласкал… «Будет жарко», — подумала девушка, и вновь задремала.

— Лу, вставай! — разрушил сладкую дрему голос мамы.

— Встаю! — Лучия не спеша встала, зашла в ванную комнату, оделась и вышла в просторную кухню, служащую также столовой.

— У нас гости! — веселым голосом сообщила мама.

За столом сидел Мирко. Настроение сразу испортилось.

— Какой он гость, — буркнула себе под нос Лу.

— Привет, пончик, — весело поздоровался Мирк.

Настроение испортилось еще больше.

— Сам дурак, — ответила девушка и вернулась в свою комнату.

Мама кинулась следом:

— Лучия, дорогая, ну он же пошутил.

— Пусть так шутит со своей семьей…

Снова вышли в кухню.

Мирко встал:

— Я пошёл в машину, поспеши.

Когда молодой человек ушел, мама не выдержала:

— Лу, ну что это такое, как ты себя ведешь!

— Да пошёл он… Как мне избавиться от этого мудака?

Мама аж подпрыгнула:

— Избавиться? Сейчас? Когда я тебя просила подождать с объявлением о помолвке, ты не послушала. А теперь избавиться? Хочешь разорить нас?

— Ладно, успокойтесь, не разоритесь, — Лучия знала, что в создавшейся ситуации виновата сама, — я пошла.

*

В машине оба молчали. Лу думала о том, как сама себя загнала в угол.

Вздохнула — в окне мелькали знакомые улицы, по которым они с Аддано так часто гуляли.

Аддо она знала всегда, так как жила в соседнем с ним доме. В детстве близкими друзьями не были, но находились в постоянном общении.

Лу улыбнулась, вспомнив, как в один прекрасный день, ей тогда было лет пятнадцать, вдруг поняла, что не безразлична этому парню…

Несмотря на то, что их маленький городок, затерянный в труднодоступной зоне итальянских Альп, был весьма современном, в смысле научных изысканий (всё взрослое население работало на Секретный Институт Межпланетных полётов), традиции и обычаи, по которым жили ещё бабушки, соблюдались здесь весьма рьяно — одним из таких обычаев являлось исполнение серенад, влюблёнными парнями, под окнами своих избранниц.

И вот, однажды вечером, произошёл случай, рассмешивший всех соседей. Дело было так — она, вместе с родителями, допоздна гуляла на свадьбе кузины. А когда семья вернулась домой, то с удивлением увидела, что многие соседи стоят на своих балконах и весело переговариваются.

Не успела Лучия выйти из машины, как к ней подбежали подруги и сообщили, что под её окнами, в течение часа, распевал серенады поклонник. И, возможно, пел бы и дальше, если бы соседи не сжалились над пареньком и не сообщили его друзьям, что «сеньориты» нет дома.

Именно в тот вечер Аддано первый раз проявил свои чувства, спросив её:

— Он тебе нравится?

— Нет, конечно. Ты что? Я даже толком не знаю этого парня.

— Ну, тогда, если он решит с тобой поговорить, скажи ему, что у тебя есть парень.

¬ Ладно, но у меня нет парня.

— Скажи, что я твой парень… если хочешь…

— Хочу… хорошо, так и скажу.

Да, вот так все началось. Лу стало грустно: «Любил ли меня Аддо? — Думала она. — Наверное, все же любил; но, с другой стороны, разве влюбленные так себя ведут?»

Лучия и Аддо часто ссорились и всегда потому, что парень, убедившись в чувствах любимой, позволял себе флиртовать с другими девушками. А однажды, когда Лу уже была в отряде космонавтов, и вернулась из командировки на соседнюю звезду, подруга сообщила, что её любимый «подбивал колья» к дочери местных богачей. Это стало последней каплей — после бурного объяснения они расстались. И теперь, она невеста завидного жених, которого терпеть не может.

Машина остановилась у одной из институтских лабораторий…

*

Не прощаясь, Лучия вышла из машины и пошла к вертящейся двери, за которой виднелся просторный холл. Мирко хотел что-то сказать, но, передумав, нажал на газ.

В холле было просторно и светло от прямых солнечных лучей, проникающих сквозь прозрачные стены, и отражающихся от большого, круглого, напоминающего огромный столб, зеркала, буквально облепленного длинноногими, длинноволосыми блондинками. «Счастливые», — подумала Лу, мимоходом взглянув на промелькнувшее в зеркале свое отражение, — ну да ладно, как говорит мама — длинный волос — короткий ум». Конечно, Лучия знала, что мама так говорила для того, чтобы подбодрить комплектующую из-за своего крепкого телосложения дочку, и это ее еще больше злило.

Тем не менее, несмотря на то, что сама девушка, была недовольна своей внешностью, многие молодые люди проявляли к ней интерес — красивое лицо, коротко подстриженные, густые темные волосы, ладная, спортивная фигура и белая кожа привлекали внимание мужской половины городка. К тому же расхожее мнение о том, что джентльмены предпочитают красивых дурочек, в Акаде не находило подтверждения. «Просто, у нас нет джентльменов», — вслух сказала Лучия и засмеялась.

В лаборатории все были в сборе.

Не успела Лу пройти к своему компьютеру, как из громкоговорителя послышался командный голос секретарши директора института, приглашающий её в кабинет шефа.

«Начинается», — прошептала девушка, и с неохотой направилась на «звездный» этаж.

У директора

Директор, шарообразный, лет шестидесяти, любвеобильный мужчина, смотрел на вошедшую поверх очков, маленькими, постоянно бегающими, глазками.

— Опаздываете, дорогая, опаздываете.

— Ничего подобного, я пришла вовремя, — равнодушно ответила Лу, подходя к краю длинного стола и одновременно разглядывая ветви деревьев за окном.

«Как её уломать?» — подумал директор и продолжил строгим голосом:

— Нам необходимо поговорить!

— Говорите.

— Вы плохо работаете, это надо обсудить, иначе мне придется уволить Вас.

«Вот пёс», — от злости Лучия чуть не задохнулась, но сдержала себя и спокойно ответила:

— Обсуждайте.

— Это конфиденциальный разговор, мы должны встретиться вне Института.

«Скотина», — девушка все еще смотрела в окно.

— Ну, так что, где встретимся?

— Где хотите.

Директор аж подпрыгнул от неожиданности:

— Сегодня вечером подойдите к ресторану «Золотое кольцо», у них есть отдельные кабинки, там мы сможем спокойно поговорить.

«Козёл», — бешенство становилось малоуправляемым:

— Завтра утром в 10.00.

— Утром? Но …ладно. Пусть будет завтра утром.

Лу только сейчас посмотрела на директора: «Как, этот низкорослый карапуз умудряется возвышаться над столом? Я должна увидеть, на чем он сидит». Девушка, почти не таясь, бросила шариковую ручку в проход между стульями, расставленными у стены, и стульями, приставленными к столу:

— Извините, — с этими словами она быстро прошла вслед за упавшей, точно у кресла директора, ручкой, подняла её и мельком взглянула на «трон» — директор сидел в кресле с двойным дном. Причем «второй этаж» сидения был настолько высок, что ноги карапуза не доставали до пола. Настроение сразу улучшилось.

— Я могу идти, шеф?

— Называйте меня, просто, Диру.

— Ха-ха, — Лучия не засмеялась, а произнесла этот звук, пренебрежительно взглянула на директора и пошла из кабинета.

«Вот стерва», — подумал директор.

Помолвка

Высадив невесту, Мирко отправился по своим делам, то есть — никуда. Мрачные мысли одолевали новоиспеченного жениха — что делать, неужели эту «железную леди», этого мужика в юбке ничем не пронять, и ему самому придется объявлять о разрыве помолвки?! Такая перспектива парня не радовала потому, что предполагала неприятный разговор с отцом, уменьшение материального содержания и уничтожение даже перспективы вырваться из захолустья под названием Акада — города, которого нет ни на одной карте не только мира, но и Италии. Города, в котором высокие технологии переплелись с махровым традиционализмом, где самые продвинутые физики планеты жили по законам прабабушек, а смелые пилоты межпланетных кораблей боялись даже на йоту отступить от старинных обычаев. Города, из которого легче было улететь на Марс, чем съездить на машине в соседнюю деревню.

Отец всегда «давил» на Мирко — что одеть, куда пойти, с кем познакомиться…. Правда, в плане «с кем познакомиться», парень все же выдерживал «атаки» отца, а потому умудрился проходить в холостяках до двадцати семи лет, что, в замкнутом пространства их бытия, было настоящим геройством. Здешние молодые люди, к двадцати пяти годам, обычно имели и жен, и детей. Обуславливалось данное положение дел строгими правилами — поговорил с порядочной девушкой больше трех раз — женись.

Мирк вел себя аккуратно — никого, никогда не выделял, был со всеми девушкам вежлив и сдержан, поэтому смог сохранять «свободу» довольно долгое время. Но в один из пасмурных дней пробил и его час.

Мама передала отцовский ультиматум — или Мирк, в течение месяца, сам находит себе невесту, или же её подберут родственники. В случае отказа старшему сыну предлагалась однокомнатная квартира в самом неприглядном районе города и содержание, которого хватит только на скудное питание. Об одежде, оплате коммунальных услуг и других расходах придется позаботиться самому. Это означало одно — надо будет работать.

Не то, чтобы Мирко вообще не хотел работать — он не хотел работать в Акаде. Да и кем? С его гуманитарным образованием и постоянным желание слагать рифмы, можно было надеяться только на должность учителя в школе или корреспондента в местной газетенки. Нет, такие перспективы не радовали человека, мечтающего вырваться из города, которого как бы нет, поселиться в столице или уехать куда-нибудь, например, в Америку, и стать владельцем собственной газеты. Отец обещал помочь, но покинуть малую родину старший сын мог только с местной женой и хотя бы одним ребенком.

*

Немного поразмыслив, Мирк сообщил маме, что сам выберет себе невесту. Принимая такое решение, молодой человек рассуждал следующим образом: «Любовь всё не приходит и, возможно, никогда не придет, значит, следует подобрать жену, которая не будет меня раздражать, то есть в меру симпатичную и умную». Именно такой и показалась ему Лучия, когда он встретился с ней на свадьбе друга. Правда, узнав чуть лучше новую знакомую, Мирко пришел к выводу, что девушка очень симпатична и чертовски умна. «Ну, это не беда, — решил парень, — кашу маслом не испортишь». Через некоторое время он объявил родителям о своем выборе. Родители, разузнав о семье девушки, возражать не стали.

И молодые начали встречаться. «Обидно, что между нами даже симпатия вспыхнула», — думал Мирко, кружа по безлюдным улицам и вспоминая о месяцах перед помолвкой, когда они с Лу, по обычаям, виделись каждый день. О разговорах в местном ресторане, за бокалом красного вина, о просмотренных фильмах, даже о сплетнях, которые они, для смеха, рассказывали друг другу. Им было хорошо вместе, и они надеялись, что это зарождение любви, но это была всего лишь дружба. «Хм, всего лишь дружба, — повторил про себя Мирк, — разве дружба может быть „всего лишь“?»

*

Отец подгонял со свадьбой и Мирко сделал предложение Лу. «Слава Богу, у неё хватило ума не венчаться сразу, а ограничиться помолвкой».

Сказано-сделано — был назначен и наступил день помолвки. Приехали даже гости с «Большой Земли». И именно тогда он встретил её.

Мирк не сразу обратил внимание на моложавую женщину, спокойно сидевшую в кресле одной из их гостиных, а заметив, подумал: «Ничего так… тётенька…»

…Впереди замаячил шлагбаум, молчаливо намекающий, что дальше проезда нет. Мирк притормозил и стал вспоминать, как все было. От напряжения у него разболелась голова, к тому же в глубине сознания, как червоточина, ныла, не давая о себе забыть, одна мысль: «Я извращенец, я влюбился в женщину на пятнадцать лет старше себя, у меня проблемы с психикой… я так долго звал любовь и вот она, злодейка, пришла».

Журналистка

Ивони проснулась в своей огромной кровати с предвкушением того, как откроет ноутбук и с юмором опишет загадочный город, в котором есть всего один отель, да и в том пять номеров. Ив улыбнулась, представляя, как она насмешит своих верных читателей, рассказав им о патриархальном, чуть ли не средневековом, укладе этого загадочного места.

Женщина сладко потянулась, прикрыла глаза и стала вспоминать события недельной давности:

Сначала её вызвала Шила — жутко строгая, с большими амбициями, в прямом и переносном смысле, редакторша. Шила объявила, что Ивони предстоит командировка в один из закрытых городов, из которого, по слухам, уже давно, к звездам отправляются экспедиции. В высших кругах, этот город так и называют — Звездным. Диалог с Шилой был таким:

— Только я забочусь об увеличении тиража нашего журнала!

— Что вы, сеньора, мы все мечтаем об этом…

— Замолчите! Я собрала команду бездельниц!

— Ну, не знаю….

— Конечно, не знаете! Ладно. Собирайтесь. Завтра едете в Акаду.

— Куда, куда?

— В Акаду.

— А где это? В Испании?

— В какой Испании? Вы совсем из ума выжили? Откуда у нас деньги, посылать корреспондентов заграницу?!

— Но, я впервые слышу о таком городе.

— И больше не услышите. Это закрытый город. О нем почти никто ничего не знает. Я случайно столкнулась с одним однокурсником, редактором тамошней газеты. Так вот, он много чего порассказал мне об этом месте. Поедете на разведку.

— То есть?!

— На днях один их богатей будет отмечать помолвку своего старшего сына с какой-то курицей. Вы поедете типа освещать это «важное» событие. Выправим вам какой-нибудь документ, намекающий, что правительство Италии знает о существовании данной семьи и заинтересованно в ее процветании. Люди падки на лесть — поверят и не станут проверять.

— Как? Я должна ехать с липовыми командировочными документами?

— Ну, да.

— Что вы? Я боюсь!

— Успокойтесь! Кому Вы нужны? В общем, поедете, погуляете на помолвке, а заодно узнаете, что там творится. Я слышала — оттуда уже давно отправляют экспедиции на другие планеты и даже в другие галактики. Разнюхайте всё. Нам нужен интересный материал, чтобы поднять рейтинг и доходы журнала.

— Ладно. Но, как я буду «разнюхивать», я же никого не знаю?

— Не знаете — узнаете. Познакомьтесь, подружитесь с кем-нибудь. В таких местах даже собаки, что-то знают. Поспрашивайте. Постарайтесь получить приглашение и в следующий раз съездить туда уже легально. В общем, нам нужна сенсация.

— Ладно, я постараюсь…

— Да уж, постарайтесь, иначе придется искать новую работу…

На следующий день, рано утром, Ивони ехала в аэропорт.

Встреча

Прилетев в пункт назначения, новоявленная журналистка-разведчица направилась на остановку такси. Водитель машины, к которой подошла Ив, равнодушно спросил, есть ли у неё пропуск в город, так как если она решила проскочить туда на авось, то этого не случится, а он ее назад, бесплатно, не повезет.

— Все у меня есть, — ответила Ивони, — поехали.

Путь оказался довольно долгим. Почти сразу машина выехала на лесную дорогу, которая все время поднималась вверх. В какой-то момент женщина даже испугалась и, стараясь казаться равнодушной, спросила:

— Далеко еще?

— Не переживайте. Дорога длинная, но мы уже давно едем вдоль территории города. Присмотритесь, кусты, на самом деле, живая изгородь, по которой пропущен ток.

Ивони присмотрелась — действительно, все было так, как говорил таксист.

— Но, не видно домов! — удивленно сказала она.

— Здесь домов нет. Это так называемая «промзона». Все расположено под землей.

— Ух, ты, — только и смогла произнести Ив.

Вдруг, за очередным изгибом дороги, как из-под земли, перед машиной вырос шлагбаум. Серьезные люди в штатском, а за ними виднелись и вооруженные военные, стали проверять документы Ивони.

— Мы должны сообщить семье о том, что у них гости, — сказал один из проверяющих.

— Сообщите, — спокойно ответила журналистка, и почувствовала, как сердце бешено застучало в груди. Чтобы не выдавать своего волнения, женщина прикрыла глаза руками, прикинувшись уставшей…

Уже через несколько минут к шлагбауму подкатил автомобиль, из него вышел мужчина, явно, водитель. Он о чем-то переговорил с охранниками и подошел к таксисту, чтобы расплатиться. Ив, выбравшись из машины, сказала:

— Ну что вы, не надо…

— Не волнуйтесь, хозяин приказал расплатиться и везти вас к ним домой.

Журналистке перспектива не понравилась. Она предпочитала останавливаться в гостиницах — так чувствуешь себя свободной, ни от кого независящей. «Не в этот раз», — подумала Ив, садясь в навороченную Ауди.

*

Ехали долго, дорога вилась между полями, поросшими бурьяном. То тут, то там, из земли торчали трубы и люки. В какой-то момент, Ивоне даже показалось, что вдали мельтешили люди в белом. Она схватилась за мощный фотоаппарат, лежащий в сумочке, но было поздно — машина пронеслась дальше, и все исчезло из виду. Попросить водителя остановиться, женщина не решилась.

Город начался как-то сразу, поразив Ив своей чистотой, богатыми зданиями и шикарными автомобилями. Промелькнула мысль — если это периферия то, что же будет в центре?

«Дом назначения» находился в самой красивой части города, и был огорожен богатой изгородью. Наметанным взглядом журналистка отметила, что двор за забором велик и больше напоминает парк. Ворота перед машиной открылись сами, легко и бесшумно. У входа в шикарный особняк уже ждал хозяин — чуть полноватый, но вполне интересный мужчина, с фирменным для всех богачей, выражением лица:

— Рады видеть, рады видеть. Разрешите представиться — Томаш-Тито, хозяин этого скромного дома, ваш покорный слуга, — весело произнес он, сначала пожав, а затем, видно решив проявить чудеса элегантности, поцеловав руку Ив. — Приятно, что в столице, наконец, вспомнили о нашем захолустье и решили осветить в прессе скромную помолвку моего сына.

Ивони хотела сказать, что трудно вспомнить то, о существовании чего не знаешь, но передумав, улыбнувшись, спросила:

— Где будет проходить праздничный ужин?

— Как где? Здесь!

— А… я думала в ресторане…

— Нет, что Вы! Мы придерживаемся патриархальных взглядов, и семейные праздники справляем дома.

— Ясно.

Они прошли в огромный холл. Сразу подошла девушка, видно прислуга, которой было приказано отвести гостью в отведенную ей комнату.

Ив пыталась сопротивляться, объясняя, что собирается остановиться в гостинице — хозяин не хотел этого слышать:

— Что Вы, дорогая. У нас не принято отправлять гостей в гостиницу. Идите, отдохните. Через два часа начнут собираться приглашенные, надеюсь, и вы присоединитесь к нам.

— Конечно. Для этого я и приехала…

Комната находилась на втором этаже дома. Приняв душ и помедитировав, Ив спустилась вниз. Разместившись в самом далеком кресле, она стала думать, как из этой помолвки «выудить» информацию о том, куда летают корабли с замаскированного космодрома и, вообще, что скрывается за спокойной пышностью города, не имеющего трущоб.

Ив наморщилась, припоминая строчку из стихотворения русского поэта Некрасова, творчеством которого она увлекалась, учась в университете. «А, кажется так — „откуда дровишки?“ Да. Да… надо не забыть и использовать это в будущей статье. Просто, придется немного перефразировать, например, „Откуда деньжата?“ Точно! Ну вот, заголовок уже есть, значит, начало положено».

Анна

Синьора Анна, мама Лу, без сил опустилась на стул у окна. Проводив взглядом дочь, она подумала: «Как я устала, как я устала…».

Посидев немного, женщина встала, приготовила себе кофе. В последнее время её не покидала одна и та же мысль — как это произошло? Почему она, лучшая ученица в школе, лучшая студентка в университете, превратилась в домохозяйку, занятую обслуживанием дочери и мужа?

«Конечно, — думала Анна, — мать семейства должна блюсти семейный очаг, но не превращаться же в бесплатную прислугу!».

Анна вспомнила, сколько сил ей пришлось приложить, чтобы Лучия смогла окончить Авиационный институт, а потом еще и секретную школу аэронавтов. Кому только она не кланялась, чтобы дочь смогла вернуться в Акаду, а муж, бывший спортсмен, стал тренером претендентов на полеты в космос.

«Ох, — подумала Анна, — как удачно все складывалось. Лу приняли в отряд аэронавтов, она много работала, тренировалась, сдавала всевозможные экзамены и даже один раз летала на какую-то планету. Но потом, что-то пошло не так. Дочь, по непонятной причине, отстранили от полетов, перевели в лабораторию. Потеряв место в команде, и так у сложной девушки, окончательно испортился характер. Нервничая из-за того, что через некоторое время она совершенно потеряет физическую форму, и из-за случайной помолвки, любимая доченька всю злость срывала на ней».

Из задумчивости женщину вывел зычный голос мужа:

— Эн, протеиновый коктейль, быстро. Я спешу!

«Как я устала, — подумала Анна, — как я устала!»

Диру

Директор межпланетного центра не спал всю ночь. Сам тому удивляясь, он пребывал в приподнятом настроении из-за свидания с Лу.

Эта девушка с первого взгляда приглянулась ему. Случился данный казус года три-четыре назад, когда она зашла в кабинет, чтобы передать направление в отряд астронавтов. Подписывая приказ о назначении, директор думал, каким лакомым кусочком была вновь прибывшая летчица, и как бы её «прибрать к рукам»

Да, директор был бабником, и, хотя это не приветствовалась в Акаде, любил заигрывать с молодыми сотрудницами. В ста случаях из ста его посягательства ни к чему не приводили, и это не удивительно — женолюб совмещал в себе немалое количество лет и килограммов. Однако, по каким-то непонятным причинам, умный мужчина, в этом вопросе придерживался ошибочной точки зрения, то есть верил всей душой и сердцем, что получает отказы лишь потому, что безумно влюбленные в него девицы боятся огласки.

Именно эта уверенность и заставляла его вновь и вновь добиваться расположения Лу. Более того, он даже подменил результаты медицинских тестов, что привело к переводу девушки в лабораторию, работающую под его непосредственным началом.

Каждый день неустанный поклонник старался завоевать внимание строптивицы. Он уверил сам себя в том, что она не поддается на его уговоры только лишь в силу своего стервозного характера, а на самом деле спит и видит, как становится его возлюбленной.

В ресторане

Ровно в 10.00 сеньор Диру, благоухающий, как цветок лилейника, стоял у ресторана и ждал «предмет» своих мечтаний. Новая сорочка постоянно расстегивалась в районе необъятного животика, и это слегка раздражало. «Все же не умеют у нас шить», — думал директор, постоянно застегивая «бракованную» пуговицу. Столик в тайной комнате ресторана был уже заказан и накрыт, что вызывало обильное слюноотделение, и влюбленный «Ромео» с нетерпением топтался на месте.

В половине одиннадцатого, потная, одетая в спортивный костюм, с наушниками на шее, трусцой подбежала Лучия:

— Здравствуйте, шеф. Ну, что Вы хотели? Говорите быстрей, а то мне еще домой надо добежать, переодеться, и на работу… наш директор не любит, когда опаздывают.

— А вы шутница… ладно, пройдемте.

Они зашли в ресторан, синьор Диру направился вглубь, но Лу уселась за столик у самого входа.

— Шеф, Вы куда?

— Для нас накрыли стол в отдельном кабинете, мы должны спокойно поговорить…

— Спокойно поговорить мы можем и здесь, а если не хотите, я пойду, — Лучия приподнялась.

— Нет, ладно, пусть будет здесь, — директор приказал принести заказанные ранее разносолы, а когда все было накрыто заново, сказал, — угощайтесь.

Лу улыбнулась:

— Обычно я не ем так плотно с утра, ну да ладно, — с этими словами она принялась с аппетитом уплетать какое-то экзотическое рыбное блюдо.

Сеньор Диру тоже почувствовал приступ голода и последовал примеру девушки.

Когда оба наелись до отвала, Лучия сказала:

— Ну, шеф, о чем же мы должны поговорить.

Директор замялся. «Почему я чувствую себя неловко в её присутствии?!» — подумал он.

— Шеф, не тяните.

— Я не знаю, как начать…

— Ладно. Раз Вы такой скромник — спрошу я… Что, хотите со мной встречаться?

— Какая Вы… резкая… но, в принципе, да.

— Я согласна.

Директор пролил кофе на новую сорочку.

— Но, есть одно «но», — продолжила девушка.

— Какое?

— Вы должны восстановить меня в отряде астронавтов, пока еще это возможно, и, честное слово, я буду встречаться с вами в свободное от полетов и тренировок время.

Диру ликовал:

— Хорошо! Я все сделаю! Уже со следующего месяца вы вернетесь в отряд… хотите шампанского?

Лучия вздохнула:

— Несите.

Директор, забыв, что официанта можно подозвать не вставая с места, ринулся в ресторанный бар, однако, пробежав половину пути, вернулся:

— Я могу надеяться на Ваше честное слово?!

Лу посмотрела на мужчину маслеными глазами и ответила:

— Конечно…

Директор подпрыгнул и убежал.

— …надейся, — зло закончила фразу девушка.

Прогулка

Ивони оставила свою двухместную машину на дальней стоянке и медленно пошла в сторону редакции. Безразлично рассматривая плотные ряды машин, она лениво думала: «Во сколько эти люди приезжают на работу, что успевают занять „ближние подступы“ к офисным небоскребам? А может быть они вообще не уезжают? — Ив посмотрела на место автомобиля Шилы — оно было пустым. — Не приехала еще, можно не спешить. Зайду в кафе».

Заказав «американо» и вкусную булочку, журналистка стала думать о том, как преподнести начальнице полученный материал и, главное, как объяснить источник информации? Правду говорить не хотелось.

Ивони улыбнулась, в который раз представляя ужин в честь помолвки, когда жених постоянно пялился на неё. «Нет, ну это просто смешно, — думала женщина, — он же мне годится почти в сыновья… да нет, мне всё показалось, просто молодой человек давно не видел незнакомых людей».

*

На следующий, после празднества, день, гостью из столицы пригласили отобедать в кругу семьи. Стол был накрыт в гостиной и обслуживался приглашенными официантами.

— Вообще-то, мы обедаем проще, — весело сказал новоиспеченный жених, — во всяком случае, без официантов, в маленькой гостиной и почти всегда в разное время.

— Было бы удивительно, если бы это было иначе, — с улыбкой ответила Ивони.

В общем, обед прошел весело, молодой человек всё время балагурил, а его родители, сначала напряженные, то же расслабились, и весело смеялись над шутками своего сына.

После обеда, Мирко предложил Ивони показать город, и она, конечно же, согласилась.

*

Гуляли долго, до позднего вечера. Парень с увлечением рассказывал журналистке истории горожан, возможно, приукрашивал, но было смешно. Говорили обо всем, кроме его помолвки и того, где работает основная часть жителей, почему город закрыт и, вообще, что здесь происходит.

Один раз Ив послышался, похожий на взлет реактивного самолета, звук. Она была уверена, что и её компаньон слышал что-то, но сделал вид, как будто ничего не происходит, просто, говорить стал громче.

Под вечер журналистка решила просканировать почву:

— У вас красивый городок, наверное, за городом природа, вообще, неописуемая. Может быть, погуляем там?

Мирко сразу напрягся:

— Нет.

— Почему, меня боишься? — Ивони пыталась пошутить.

— Никого я не боюсь, просто… там… ну… не гуляем мы там. И, вообще, пора возвращаться, а то люди неправильно поймут — я только вчера обзавелся, так сказать, официальной невестой, а сегодня, целый день, провел с посторонней женщиной.

«Вспомнил, наконец, что у тебя есть невеста», — подумала Ив, однако, вслух сказала:

— Ну что ты, мальчик, никто ничего не подумает, у нас разные возрастные категории.

Мирко промолчал.

Они сели в машину и направились к дому его отца.

Глава вторая

Друзья

Лучия проснулась от запаха свежезаваренного кофе. Все тело ломило, не хотелось шевелиться…

— Лу, вставай, — дежурно-бодрым голосом позвала мама.

— Встаю.

Девушка сделала несколько растягивающих движений, заставила себя встать, навести порядок и выйти в просторную кухню.

— Ты, как всегда, на посту, — хмуро бросила попивающему кофе Мирко.

— Могу и уйти, — спокойно ответил он.

— С ума сошел? Как я доберусь до тренировочного лагеря? У меня сил нет даже кофе выпить, не то, что машину вести.

— Тогда не хами.

Проглотив приготовленный мамой специальный напиток, призванный, как уверял отец, за секунды восстановить силы, Лучия встала, взяла тяжелый рюкзак и пошла к машине. Мирко улыбнулся будущей теще и двинулся следом.

*

— Как тренировки, — уже в машине спросил Мирк.

— Тяжело. Пока не восстановилась полностью. Еще год и это стало бы, вообще, невозможным.

— Я все время думаю, каким образом ты умудрилась вернуться в отряд, ведь я сам читал, в приказе было сказано, что тебя исключили по медицинским показаниям.

— Медики ошиблись, я полностью здорова… и зла.

— То, что зла, это точно.

Помолчали.

— Когда ты собираешься сообщить своим родителям, что помолвка разорвана? — спросила Лучия.

— Не знаю, сообщу на днях.

— Поспеши. Лучше, чтобы они узнали это от тебя, а не от других.

— Да скажу.

Еще помолчали.

— Странно, — снова заговорил Мирко, — как только мы перестали быть женихом и невестой, снова стали близкими друзьями.

— Ничего странного, просто мы любим друг друга бесполой любовью. Одно слово — друзья.

— Да уж.

Машина уже давно выехала за город и ехала вдоль неопрятной изгороди.

— А вот и ворота, — весело сказал молодой человек. — Слушай, Лу, все время хочу спросить тебя — где вы тренируетесь, и вообще, где «всё»? Ведь за оградой ничего нет, одни груды огромных камней, — Мирк внимательно присмотрелся к тому, что находилось за бесшумно открывшимися воротами.

— Не лезь не в свое дело, — сухо ответила Лучия.

Парень ее слов не расслышал, так как их перекрыл невероятно сильный гул. В воздухе что-то, на доли секунд, изменилось.

— Уезжай, — девушка махнула рукой и заступила за белую линию. Ворота бесшумно закрылись.

Мирк нарочито долго разворачивал машину, пытаясь, боковым зрением, следить за тем, куда шла бывшая невеста, но так ничего и не увидел — силуэт девушки, просто, растворился в непонятно откуда возникшем тумане.

Художница

Проводив молодежь, сеньора Анна быстро убрала кухню и с необычной легкостью, почти бегом, перешла в комнату дочери. Наметанным взглядом, осмотрев заправленную кровать и заглянув в маленькую ванную, подумала: «Молодец, дочка. Все убрала. Хорошо я тебя воспитала, да и твоя профессия предполагает быть чистюлей». Анна вспомнила рассказ дочери, как в начале её карьеры, одну девушку-астронавта, пожизненно дисквалифицировали только за то, что она, в тренировочном лагере, оставила разбросанными свои вещи. «С Лу этого не случится никогда», — Анна развернулась и пошла в свою комнату.

Муж был не столь аккуратен, спеша на работу, он только прикрыл смятым покрывалом разобранную постель. Женщина решила немного отдохнуть. Упав на кровать, она прикрыла глаза и расслабилась.

Полежав в полной прострации с половину часа, сеньора Анна подскочила, заправила кровать, отворила дверцу своей половины стенного платяного шкафа, отодвинула вещи и аккуратно вытащила небольшой мольберт, чемоданчик с кистями и краски. Затем вынесла своё тайное богатство на балкон, принесла раскладной стульчик и, устроившись так, чтобы её не было видно с улицы, стала рисовать цветы в вазе.

Шантажист

Диру не хотел торопить события, терпеливо ожидая, когда строптивая девчонка начнет выполнять своё обещание. На первое время он бы удовлетворился, просто, вежливым приветствием. Но девушка, при встрече, делала вид, что не замечает его. А иногда даже и не делала такого вида, демонстративно, с презрительной усмешкой, проходя мимо.

Наконец терпение Диру лопнуло, и на смену радужным мечтам, пришло негодование. В свободное время, сидя в своём кабинете, и разрабатывая план мести, он думал: «Просто, обидно, просто, обидно…» Правда, на ум ничего кроме шантажа не приходило, и Диру решил стать шантажистом.

В блок, где Лучия теперь жила и тренировалась, у Диру доступа не было, но иногда, занимаясь дополнительно, она использовала беговую дорожку, расположенную на подведомственной ему территории. И однажды он решился — вычислив, когда Лу, после тренировки, окажется одна в раздевалке, зашел следом:

— Почему Вы со мной не здороваетесь?

Лучия обувалась. Она устало посмотрела на пожилого поклонника:

— Потому что не хочу.

— Но Вы обещали, что мы будем встречаться.

Лу от души рассмеялась:

— Я соврала.

Диру был в ярости, его пухлые щеки и толстый живот затряслись так, как будто он прыгал на батуте:

— Вы пожалеете об этом, я испорчу Вам репутацию, никто на Вас не женится!!!

Лучия спокойно встала, подошла почти вплотную к директору и посмотрела ему в глаза, потом открыла свой шкафчик, что-то взяла с верхней полки и подала Диру:

— Вот, возьмите, это Ваш экземпляр.

Диру с удивлением и нарастающим беспокойством смотрел на маленькую флешку:

— Что это?

— Это наш с вами разговор. Там, кстати, есть очень интересное место, где вы признаетесь, что подменили результаты медосмотра. В общем, начальству понравится.

Лучия видела, как кровь начинает отливать от лица неудавшегося любовника. «Хоть бы не умер», — подумала она с беспокойством.

Но Диру вдруг вышел из оцепенения, он бросил флешку на пол, раздавил её каблуком ботинка и быстрым шагом, молча, пошел к двери раздевалки.

— Не переживайте, у меня еще есть, — крикнула ему в след Лу.

Закончив одеваться, девушка взяла с полки другую флешку, и, подумав: «Придется начинать смотреть фильм со второй серии», — медленно пошла к выходу.

Чувство

Мирко лежал на диване в своей роскошной комнате и делал вид, что читает. На самом деле, он не видел даже букв в книге. Мысли молодого человека были заняты двумя вопросами — как сообщить отцу, что свадьбы не будет и, как рассказать Ивон о своих чувствах.

Вдруг зазвонил мобильный телефон. Молодой человек вздрогнул от неожиданности — в Акаде не так часто звонят мобильники…

Оператор, скучным голосом, сказал:

— Говорите с Большой Землей.

И сразу в телефоне послышался голос Ив:

— Мирко, здравствуйте, извините, что беспокою…

— Нет, нет!!! Что вы? Я очень рад, очень рад… — сердце вырывалось из груди…

— Да, я тоже рада… Мирко, Вы могли бы сделать мне пропуск в город… у вас же свадьба. Я бы хотела осветить это важное событие в нашей газете…

— Да, да, конечно, обязательно сделаю.

— Супер! Когда?

— Обычно, после заявки, через месяц…

— Но это долго… я к свадьбе не успею…

— Успеете. Всё равно раньше не получится.

— Ну, ладно…

Помолчали. Мирк не клал трубку, на другом конце, тоже не торопились заканчивать разговор, и он решился:

— Я соскучился…

Снова тишина, а потом:

— Я тоже…

Сомнения

В эту ночь Ивон не спала.

«Боже мой, что делать, что делать…» — думала она.

Ив давно никого не любила, и надеялась, что этого никогда больше не произойдет. «Так глупо влюбиться! Да еще в кого? В пацана!» Посмотрев на часы, — шел второй час ночи, журналистка пошла на кухню, заедать свои переживания.

Женщине действительно было плохо. Ведь она прекрасно знала, что любовь ни что иное, как болезнь, которая ничего, кроме моральных страданий и тяжелого выздоровления, не несёт. А то, что «предмет» был явно младше, вообще, приводило ее в ужас.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 6
печатная A5
от 325