электронная
432
печатная A5
1264
16+
Плоскости времени

Плоскости времени

Стихи и проза

Объем:
188 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4485-1487-6
электронная
от 432
печатная A5
от 1264

О книге

Перед вами книга, состоящая из трех разных по жанру частей, объединенных личностью автора. Первая — история взросления девочки (автора) с элементами психологического анализа. Вторая — эссе о культуре и языке, основанная на личных впечатлениях и профессиональных знаниях автора. Третья часть — поэтические тексты последнего периода. Книга содержит около ста иллюстраций: фотографии из семейного архива, материалы Википедии, уникальная компьютерная графика Веры Готиной.

Книга публикуется в авторской орфографии и пунктуации

Отзывы

Оксана Зарецкая

Она родилась уже взрослой, сознательным человеком, запомнившим свою родовую травму, как мы помним свой обед. Потеряв родителей и оказавшись в семье хоть и родных, но чужих людей, она приняла их фамилию, даже сменила отчество, и начала новый отсчет, новую жизнь с этого момента — с семейной трагедии одиночества. Говорить, ходить, считать и скрывать слезы. Учиться, читать и радоваться новому. Мечтать, писать и отправляться в путешествия. Всему этому девочка Инесса не училась. Все это было частью ее с рождения. Вместе с воспоминаниями о родителях, с крохотными пальчиками пятилетнего двоюродного брата в задубевших ботиночках; вместе с первыми словами на идише и попытками прочитать Шолом-Алейхема в подлиннике; вместе с какой-то неуловимо тонкой чувствительностью к миру, к дыханию его образов в человеческих судьбах и историях. Ее невызревшее детство оставило с ней навсегда непосредственное восприятие реальности, открытость и легкость. Не свойственная ребенку серьезность превратилась с годами в не-взрослую способность понимания и принятия. Наверное, поэтому годы работы Инессы Ароновны Ганкиной учителем и детским психологом отмечены историями удивительных открытий и талантливых детей, которых она находила в школьных коридорах и за серыми партами образовательной системы. Находила и показывала им совершенно новые двери мира самореализации и раскрытия себя. Книга Инессы Ганкиной «Плоскости времени», скромно и тавтологично подписанная «стихи и проза», — это больше чем уложенные в ритм слова и картинки из прошлого. Мне, как человеку очень давно знакомому с автором, очевидно, что на этих страницах речь идет не о рифмах и абзацах. Тут распутаны и собраны в клубки сотни и тысячи лет культурных кодов, найденных и воспринятых поэтом-археологом. Инесса Ганкина не просто раскладывает перед читателем стерильную хронологию мировой истории с отредактированным гладким текстом и выверенными историками именами и событиями. Она словно вскрывает подкладку парадного костюма памяти, чтобы показать, какие бесконечные и вечные швы, стежки и складки культуры в нем зашиты, зашифрованы и уложены ровными рядами. Пестрой извивающейся лентой тянется через века культурная история человечества. Из эпохи в эпоху, из страны в страну, и увидеть ее, словить за хвост и проследовать хотя бы несколько шагов, отмечая места, где внутренний логос истории выходит на поверхность повседневных событий, может только человек чрезвычайно тонко чувствующий эту историю и культуру. Интеллигентный, умный, тактичный, умеющий слушать и слышать. Книга Инессы Ганкиной — это один из возможных ответов на вопрос, как рождается внутренняя интеллигентность. Страницы «Плоскости времени» с мелькающими пестрыми образами истории, притянутыми «магнитами прошлого», и метафоричными стихами, набитыми культурными цитатами, как пышный букет летними цветами и травами, раскрывают индивидуальный путь автора. Это не в коем случае не рецепт. Это пасьянс из колоды карт, на лице которых изображены события из ее жизни, а на рубашке — культурный узор времен. Я не ставлю вопрос, надо ли читать книгу. Я говорю о том, что ее надо перечитывать, смешивая стихи, прозу и мемуары, как те самые карты. Чтобы по-новому увидеть в них события собственной жизни, собственной истории, собственного детства и взросления, отголоски прошлых и будущих путешествий, воспоминания прочитанных и непрочитанных книг. Потому что «Плоскости времени» — это зашифрованный в жизни одного человека целый мир культуры и истории цивилизаций. От Востока до Запада. От Первого храма до вчерашнего вечера. Оксана Зарецкая, культуролог, магистр педагогики, автор блога об истории и культуре. 01.06.17 16:57

9 июля 2018 г., в 17:42
Вольга Бабкова

Мінск — вельмі чысты горад. Чысты настолькі, што тут не затрымліваецца і не культывуецца памяць пра мінулае. Аднак, тут жывуць неверагодныя людзі — носьбіты гэтай няпростай памяці. Адукаваным людзям уласціва фармуляваць свае думкі, запісваць назіранні, рабіць аналіз падзеяў, творчым — быць паэтамі па-над усім. Інэса Ганкіна ўвасобіла ў сабе гэтыя каштоўныя на ўсе часы рысы і выдала кнігу ўспамінаў, разважанняў і цудоўнай паэзіі (ілюстрацыі Веры Гоцінай і фатаграфіі аўтаркі таксама можна аднесці да найвышэйшай формы мастацтва — паэзіі). Напісанае застаецца. Нашыя продкі ў даўнія часы казалі — «Памяць чалавечая вельмі кароткая, калі б пісьмом падпірана не была». Інэса ўвекавечыла памяць не толькі сваіх продкаў, але і нейкім невымоўным чынам памяць таго агромністага яўрэйскага свету, які жыў, радаваўся, пакутваў і задаваў тон гарадскому жыццю, і які ўвадначассе амаль знік з ягонай прасторы. Сляды таго свету ў сучасным горадзе вельмі няпэўныя і крохкія, незаўважныя павярхоўнаму погляду. А са старонак кнігі Інэсы гучыць такі шчыры, разумны і кранальны аповед пра гісторыю сям’і, і з фотаздымкаў глядзяць на нас твары і постаці людзей, за спінамі якіх — тысячагадовая гісторыя…. Дзе і як гадуюцца такія таленавітыя і годныя асобы? Хто паклаў ім у дзіцячую кішэньку той самы славуты залаты ключык шчасця да смаку жыцця, ведаў і творчасці? Здаецца, я ведаю адказ — ахоўная рука таты Хаіма, якая была побач у дзяцінстве і задала накірунак на будучыню.. Адносіны дарослага мужчыны і маленькай дзяўчынкі, аб’яднаных пачуццём роднасці, любові і радасці — найкаштоўны дар. Светлы Хаім і маленькая Іна з адкрытай свету душой. *** Мы стоим на ветру, и нездешний профиль, и мелодии странность колышет струны. Полстолетия вместило столько сомнений и надежд, что, пожалуй, не стоит плакать. І.Г. Вольга Бабкова, сябра Саюза беларускіх пісьменнікаў, сябра ПЭН-цэнтру, кіраўнік літаратурна-драматургічнай часткі тэатра імя Янкі Купалы. 01.06.17 17:00

9 июля 2018 г., в 17:39
Аркадий Куратёв

Впечатления после чтения. Инесса Ганкина. «Плоскости времени. Стихи и проза». Впечатления после чтения — мысли и рассуждения, навеянные прочитанной книгой и записанные по свежим следам. Это не критический разбор, а мое читательское отношение к тексту и автору. Итак, «Плоскости времени» — электронная книга, сработанная на очень высоком уровне. С первых страничек текст совершенно органично соединяется с черно-белыми фотографиями, не уступая им в выразительности. Автор не спешит — давние дела украшают подробности и впечатления свидетелей. С выводами в таком случае можно и не торопиться. Это книга — воспоминание? Нет, скорее книга — свидетельство. О прожитом времени, нравах, о людях, с которыми оно совместно прожито. О близких людях, в большинстве своем уже ушедших или отдалившихся. О многообразии жизненных впечатлений и созревшей необходимостью доверить их перу и бумаге: «Перевести дух. … И вдруг почувствовать, что это пришло». Героиня есть и зовут её, конечно, Инесса. Однако до конца книги и автор, и героиня будут жить своей жизнью. Это нормально. Соединить себя с героиней своего повествования до конца невозможно. И не нужно. Для героини важен авторский взгляд со стороны. Иногда и не самый ласковый. Что в книге и присутствует. Знакомое дело — запахи и вкусы блюд детской пищи. Инесса права — не той, которой хотелось бы, но, по мнению взрослых, необходимой растущему организму. Не упомянут, разве что обязательный рыбий жир. За кем правда — выходит за взрослыми, раз мы выросли и, живем дальше. В детстве — конечно, конечно — сказки! Пушкинские творения — до сегодняшнего дня помню их наизусть, читал сыну и скоро буду читать внукам. А как они были иллюстрированы! Словом украшение и оправдание ночного одиночества. А бы добавил от себя строчки вначале про керосиновую, а затем и про электрическую лампу. Инесса лишь созналась про испорченное зрение. Освоенному одиночеству посвящена отдельная глава. Вообще же краткие, законченные, отточенные главы — безусловное достоинство книги. По сути это маленькие эссе. Хотя филологи, вероятнее всего, со мной не согласятся и упрекнут — пусть так и будет. Инесса и медведь — история привязанности к большой мягкой игрушке. Это уже закладка внутренних тайников в запасники доброты. Кто лелеял мягкую игрушку, на мой взгляд, уже не мог быть беспощаден к людям. Со всеми их «щедротами»… Вот и пошли стихи. Расположились среди прозы и фотографий. Ход удачный — стихи ведь мало кто читает, особенно чужие. А тут надо прочесть обязательно, чтобы не потерять нить сюжета: В детском парке, где важные дамы в панамах под присмотром отцов свои первые в жизни берут рубежи — три ступеньки движения вверх… В стихах можно смело обращаться со временем — оно не станет возражать. В отличие от нас… Черно — белые фото, в силу контрастности, выразительнее цветных. И не размываются в памяти. Значительный момент — продолжение жизни Инессы в семье тети, куда она попадает, оставшись без родителей. В книге это событие выглядит простым, естественным и единственно возможным, а вот в нынешней жизни всё уже не так складно. Итак, Инесса стала жить в семье родной тети. Казалось бы — трудные годы, известные проблемы с жильем и удобствами, небольшой достаток. Но ведь брали же сирот к себе и воспитывали рядом со своими детьми; отчего же в наше «достойнейшее» время это уже утраченный ресурс — и как бы не навсегда! Теперь так не живут — у соседки на время учебы останавливалась дальняя молодая родственница, в первый же день украсившая комнату плакатом «Люби себя». Чем, в общем, она и занималась. И создание самое семьи становится уже делом сложным и необязательным. Инесса права: больничные запахи, сохранившиеся в памяти — а память цепко хранит и запахи — при уходе из жизни близких людей куда неприятнее, чем они, возможно, есть на самом деле. В 13 главе ряд особенностей, на которых считаю нужным остановиться. На самом деле в Беларуси почти каждый небольшой городок может быть назван еврейским местечком, даже если самих евреев жило в нем куда меньше, чем самих белорусов, русских и украинцев в совокупности. И всех их легко можно было объединить простым и емким, совершенно демократическим по сути определением «обыватель». Такими были, к примеру, мои родные Костюковичи. Бытовой антисемитизм имел место на уровне пустопорожней говорильни и анекдотов, но анекдоты особая тема, прошедшая через время. Лучшие из них я услышал от друзей-евреев… А вот с понятием еврейская диаспора я столкнулся совсем недавно, познакомившись с неторопливой, рассудительной философской прозой Григория Померанца в «Записках гадкого утенка». Только тут до меня дошло, что я спокойно взираю на всё это взглядом представителя «титульной нации», которой погромы не грозят; вот только сказал бы мне кто, на кой черт мне нужно это определение и кто до него додумался? Почему в Беларуси не прижилась культура государственного четырехязычья — в главе «Язык» Инесса приводит снимок витрины магазина с рекламными вывесками на всех четырех языках, отмеченных на гербе БССР 1927 — 37 годов. Государственный язык, скорее, признак почвенности, чем диаспоры. Но — сворачивать с нормальной дороги на непроторенную и уходить от цивилизации, кажется, давно уже стало нормой нашего руководства. А не то, упаси господи, и швейцарцам можно было уподобиться. Упомянутая Инессой договоренность раввина и священника, в результате которой погром миновал их местечко, могла бы стать притчей, но подробности этого интереснейшего события отсутствую. О, кажется, я нечто покритиковал! Мне показался примечательным воспитательный метод в виде длинных назидательных разговоров. Верно — это куда хуже порки ремнем. Занудство — великая сила, но я ею не владею. О путешествии в Грузию — к 1984г. у меня уже был опят девятилетнего проживания в этих краях, включивший поездки в Азербайджан и Армению. Это ценный отрезок жизни, богатейший на впечатления. И совершенно очевидно, что стихи, посвященные этим поездкам, волей-неволей приобретают кавказскую велеречивость, где глубина чувства полностью замещается значимостью и очарованием: Бьют барабаны, солнце жжет. И, камень громоздя на камень, еще вчера, казалось, Бог здесь землю создавал руками. Возможность съездить в иные страны у Инессы, как и у меня в свое время, как бы приткрыти нечто закрытое, без которого личность теряет очень и очень многое. С чем я её от души и поздравляю. Мой принцип: читайте и обрящете. Аркадий Куратёв, эссеист 09.07.18 19:34

9 июля 2018 г., в 17:38

Автор

Инесса Ганкина
Автор книги Инесса Ганкина — профессиональный психолог и культуролог, член Союза белорусских писателей. Публикации поэтические и прозаические можно найти в двух книгах (1993 г., Минск; 2005 г., Рига), периодических изданиях, антологиях, альманахах, изданных в Беларуси, России, Израиле, США, а также на литературных сайтах (Textura.by, russbalt.lt, poezia.ru)

Над книгой работали:

Вера Готина
Автор компьютерной графики и части фотографий