Бесплатный фрагмент - Пепельный лёд: начало пути

Внимание! Это вторая книга цикла" Пепельный лёд» Для понимания сюжета необходимо прочитать её предшественницу — роман « Пепельный лёд: тени прошлого. В тексте присутствуют отсылки к событиям, описанным ранее, а некоторые детали раскрываются постепенно через воспоминания персонажей. Чтобы получить полное удовольствие от чтения, начните знакомство с историей с первого тома.*

ЧАСТЬ 2. Том 1

ГЛАВА 1

ВЕРОНИКА

Будильник звонил каждые пять минут, но я продолжала его откладывать.

Сколько там уже прошло? Час? Два?

О, Боже. Как лень. Как лень вставать. А башка то, как раскалывается…

Я поморщилась и оторвалась от подушки снова потянулась к телефону.

— Да заткнись ты уже!

После чего, повернулась на другой бок и снова закрыла глаза.

Нет, нельзя спать. Нельзя. Надо вставать. Вставай, Давай. Вставай. Монатки ещё собирать. Я открыла глаза и посмотрела на часы. 4:45. Ну, вот! Уже час валяешься. А, ну, быстро встала! Ничего не успеешь сейчас!

Я жила в специализированном пансионате. Такой вариант предполагал, что спортсмены живут далеко от дома, в месте, где созданы все условия для профессионального роста. Выпускали домой только после окончания каких- либо соревнований. Все остальное время мы должны были находиться там. Также, был вариант, что только в воскресенье можно было съездить к семье или друзьям, а также провести время, как хочешь и где хочешь. Но кто хотел, конечно же, жил дома, но для меня такой вариант был очень удобен, я полностью была сосредоточена на спорте и никакие другие факторы меня не отвлекали.

Телефон провибрировал. Я схватила его и зашла в сообщения. Это была Стефания.

Стефания

Как ты? В порядке?

4:50

Ника.

Я в порядке, но в обратном.

4:51

Стефания:

Что это значит?

4:52

Ника.

Значит, что мои «норм» сегодня — это ваше «полный треш».

4:52

Стефания:

Я после вчерашнего сама в таком же состоянии.

4:53

Ника

Я ненавижу Антона! Нет, я просто хочу его уничтожить! Он самое скверное, самое мерзкое порождение зла, которое мне доводилось видеть.

4:53

Он — чудовище, самое отвратительное создание, которое моя жизнь когда-либо мне подбрасывала

4:53

Меня просто раздирает ненависть к нему! Он — самый отвратительный, самый подлый человек, которого я вообще когда-либо видела.

4:53

Я его не просто ненавижу — я его презираю!

Самый отвратительный человек, с чьим эгоизмом и жестокостью я когда-либо сталкивалась!

4:53

Что они там вытворяли?! Как он вообще мог оказаться здесь, когда его место в Питере?

4:54

Он же директор этого дурацкого спортивного клуба! Что ему здесь было нужно?

Он что, решил приехать сюда просто так?! Что ему за всем этим стояло?!

4:54

Стефания

Тихо, тихо… Дыши глубже. Всё будет хорошо, я обещаю. Я сама, честно говоря, абсолютно не в курсе, но ты же знаешь — они близки с отцом Стёпы. Наверное, поэтому и решили приехать сюда… Но я их давненько не видела, правда. Если бы я хоть что-то знала, я бы тебе сразу сказала, ты же знаешь меня.

4:55

Он, конечно, сделал тебе больно, и я этого не отрицаю. Но знаешь, попробуй понять… когда не стало Алены, его словно подменили, его будто переклинило. И даже спустя столько времени, он все еще видит в тебе разрушителя. Это его боль, его искаженное восприятие

Ему по-своему больно, и он не может выбраться из этого

4:56

Но знай одно, слышишь? Ты преодолеешь всё это, я верю в это. Ты абсолютно не причастна к этому кошмару, вот честное слово! Он просто сломлен, а ты — нет. Но если что, я здесь. Всегда.

4:57

Ника

А что теперь будет со мной? Что они сказали? Скажи, я снова виновата? Я опять всё разрушила вокруг себя?

4:59

Стефания

За меня, умоляю, не переживай! Это их проблемы, их выбор! Я им сказала один-единственный раз: я не буду играть по их правилам. Теперь пусть сами разбираются! Это их беда, а не моя!

4:59

А вчера… вчера я ушла в отель, подальше от всего этого… Они, конечно, звонили, писали, потом даже пришли… Но я чётко им сказала: «При мне нельзя унижать других людей!» Я не буду молчать, вы же знаете. И добавила: «Если я вам хоть немного дорога, вы должны меня понять!'… И они… они просто развернулись и ушли

5:00

Ника

Господи, Ева эта! Почему… почему она сделали это со мной?!… За что эта жестокость, за что?!

5:01

Стефания

Моя родная, моя девочка… послушай меня. Они напали на тебя, потому что их охватил страх, они видят в тебе непреодолимую угрозу! Ты ведь помнишь, правда? Этот пансионат в Америке, где они с Стёпой жили… тренировались на одном льду, она им восхищалась, любила его всем сердцем ещё с детства.

Они вместо делили лёд, как она дышала им, мечтала о нём ещё с тех пор, как была совсем крошкой

5:03

Вот почему она отчаянно пытается тебя сломить! И, наверное, ты знаешь, её единственная мечта теперь — выйти замуж за кого-то могущественного, влиятельного. А Стёпа… он именно такой. Всё это, их общее прошлое — учёба, тренировки, дружба… всё это сделало тебя в её глазах чудовищной угрозой, особенно когда Стёпа выбрал тебя, а не её. Но, умоляю, поверь мне: они никогда не сломают тебя. А Стёпа… он всегда будет на твоей стороне. Именно поэтому их ненависть к вам так безмерна, так яростна.

5:06

Но, клянусь тебе, они никогда не сломят тебя. Стёпа всегда будет стоять рядом. И именно поэтому их злоба к вам двоим так кричаще ощутима, разрушительна.

5:07

Ника

Зачем?! Зачем он привёл меня туда? Он специально это сделал? Он же знал!

5:07

Стефания

Ты знаешь, он просто… он абсолютный простак, правда? Добрый, светлый, заботливый, но такой наивный, что иногда просто уму непостижимо, да?

Так вот, слушай. В тот день мне сказали, что мы едем в ресторан… Я отчаянно сопротивлялась, умоляла, но мои родители были непреклонны: «Ты поедешь, и точка!» И приказали: «Позови Стёпу!» Я им говорю: «Да как так?!"… Ну, я и написала ему, как есть: «Слушай, тут такое дело… твои родители зовут тебя в ресторан, да и меня тоже».

Понимаешь, он же не общался с ними три года, три долгих года! Ты помнишь, как это было тяжело… И тут ещё его родители написали мне самолично, чтобы я обязательно «притащила» и его туда! То есть он был совершенно сбит с толку, понятия не имел, что происходит! Он был робкой пешкой в их игре! Ты видишь, понимаешь, какая это была ловушка?

5:09

Ника

Как вообще можно такое допустить?! Я в полном шоке, не могу понять, как такое могло произойти! Это просто преступная безответственность!

5:09

Стефания

Послушай меня, вдохни глубже и просто… забудь об этом, пожалуйста. Не тревожь своё сердце. Это была ужасно нелепая, жестокая случайность, но знай: всё обязательно наладится, у вас всё будет прекрасно! Ты ни капли не виновата! Поверь мне. Так ведут себя слабые: они пытаются взлететь, растоптав сильных, просто чтобы хоть как-то заглушить свою собственную боль.

5:11

Не злись на него. Я знаю, как тебе сейчас тяжело, как всё непросто… но ведь он отвернулся от всего мира, от всех, кто его окружал… и сделал это ради тебя! Понимаешь?

5:12

Ника

Злиться? На… это? Ну, знаешь, на таких существ, которые сами не ведают, что творят, обижаться — это как пытаться поссориться с собственной тенью. Бессмысленно и немного смешно, не находишь?

5:13

Стефания

Ой, всё, иди уже, а то опоздаешь!

5:13

Правда, куда ты так бежишь, вечно не понятно, но главное — чтобы успел добежать до… ну, куда ты там собралась!

5:13

Знаешь, про вас точно говорят: «Если они расстанутся, я перестану верить в любовь». Вот искренне так считаю

5:14

Так что вот тебе моё слово: удачи тебе, моя дорогая! Тренируйся, вкладывай всю себя, не дай этому поганому инциденту отвлечь тебя. Ты ведь помнишь свою главную мечту? Олимпиада! Вот твоя цель! Иди к ней, сгорай желанием, а всё остальное… всё остальное подождёт. Договорились?

5:14

Ника

Да

5:15

Стефания

Ну вот и чудненько :)

5:15

Я встала с кровати, подошла к письменному столу и воткнула телефон на зарядку. Потом открыла серые шторы, и подойдя к кровати быстрым движением заправила ее.

Я подошла к столу и взяла стопки книг, направилась к стеллажу у окна.

Надо убрать бардак.

Я хотела подвинуть пару книг, чтобы поставить их по росту, но в итоге, не удержала их, они рухнули громко на пол, потянув на себя все остальные книги.

Блин.

Я быстро наклонилась, чтобы их поднять, но книги, которые были в руках решили тоже упасть.

Блин, еще лучше.

Быстром движением я собрала их, взяв на руки и выпрямилась, но тут же врезалась спиной в полку. И мне на голову попадало ещё пару книг с самой верхней полки.

Да за что?

Тут дверь комнаты негромко распахнулась и зашла мама.

— Ты уже встала?

Я почесала голову. Больно, капец. И взяла крепко книги в руки

— Ага. А ты, что не спишь? Рано ведь еще.

Мама обвела меня взглядом.

— Тебя проводить надо. У тебя будильник играл весь час. Меня тоже разбудил.

Я повернулась к полкам с книгами и начала расставлять их. Неровно. Но плевать уже.

— Ну, спать хочется, особенно после вчерашнего. Я же поздно пришла.

— Как вчера все прошло?

Я хрипло и тихо произнесла:

— Все хорошо мам.

Потом прокашлялась и громче добавила:

— Да, отлично. Посидели поболтали. Все дела.

Мама улыбнулась:

— Хоть что-то. Может, всё ещё спасётся? Ведь они же сами это осознали, да? Наконец-то, наконец-то до них дошло.

Нет, они не поняли. Ничего не поняли.

Я пожала плечами и слабо улыбнулась в ответ, повернувшись к маме:

— Ну, наверное, да.

Боже. Как стыдно врать. Бедная мама.

Мама облокотилась плечом об косяк двери:

— Что вообще говорили?

— Ну… Честно ничего такого. Так…

И что они говорили? Говорили, чтобы я отвалила от их сыночки.

— Спрашивали про подготовку, там еще, как живём то, да сё. Ну, в целом, так. Ну, ты понимаешь, да? -замямлила я.

— Когда ты домой в следующий раз?

— Наверное после 25 числа. Или, ближе к новому году. Мне учебу закрыть надо ещё. Ну и… У нас же в январе чемпионат Европы, потом будет подготовка к олимпиаде. А там… Там посмотрим.

Мама снова кивнула. Я посмотрела на нее.

— Я не могу без фигурного катания. Не могу. И это не объяснить.

— Ну что ты, конечно, понимаю! Ты же вся в этом, вся твоя жизнь — это спорт, это так здорово. И если там у вас всё наладилось, то катайся. Катайся хоть до сорока, хоть дольше. Я очень тобой горжусь.

— Главное, чтобы здоровье было.-пробормотала я, отворачиваясь к окну.

— Это самое главное. Вот за это я и переживаю.

— Во всякому случае, я не брошу спорт пока не привезу Полинке золотую медаль. Она же ты видишь, как в меня верит?

Мама прошла в комнату и подошла ко мне, приобняла за плечи.

— Конечно вижу. Тоже хочет быть олимпийской чемпионкой.

— Как ты вообще на это смотришь, мам?

— Если хочет пусть тренируется, а в будущем будет видно.

Я помолчала, потом перевела взгляд на фотографию в белой рамке на столе.

— И Алёна… Она ведь мечтала об этом, мы вместе стремились к этому. А по итогу вот это все… Неужели вот так всё должно было закончиться? Сердце просто разрывается…

Мама лишь вздохнула и крепче прижала к себе.

Болезненный ком подступил к горлу, и я ели слышно спросила:

— Мам… почему мне так больно?

Мама погладила меня по спине.

— Это потому, что ты жива, солнышко. Это пройдет… Когда-нибудь. Время… Оно просто еще не успело. Три года — это так мало, правда?

— Но мама… Мне ужасно долго… Мне кажется, что прошла целая вечность, и я больше не могу.

Мама поцеловала меня в щеку и убрала волосы за ухо.

— Всё обязательно пройдёт, я тебе обещаю… Что-то ведь прошло, правда? Вот, смотри, как всё постепенно начало налаживаться.

Ну да. Этот цирк с родителями Стёпы… Начало налаживаться? Как же.

Я прерывисто вздохнула. Мама тихо сказала:

— Пожалуйста, не грусти. Я тебя очень люблю, и мне так хочется, чтобы ты чувствовала себя хорошо. Ради меня, пожалуйста, не впадай в депрессию.

— Хорошо, я сдаюсь. Как скажешь.

— Так, собе-рай-ся. А то сейчас опоздаешь, тебе еще ехать.

ГЛАВА 2

На улице было темно, снег кружился большими хлопьями. Таксист притормозил у ледового дворца.

Пансионат Victoria Olympus — это не просто место проживания, а целый мир. Современный спортивный комплекс с несколькими ледовыми аренами, тренажерными залами, залами для хореографии, медицинским центром, столовой, комнатами отдыха. Тут даже имелся небольшой бассейн. Строгость, дисциплина, но в то же время дух товарищества и соперничества. Ощущение замкнутого мира, где все подчинено цели — победе. Комнаты двухместные и трехместные.

Распорядок дня примерно был таким:

6:00 — 7:00: подъем. Нет времени на долгие сборы.

7:00 — 7:45: завтрак. Здесь вступал в игру диетолог.

Меню расписано на неделю вперед. Выбор блюд ограничен, но сбалансирован. Диетолог общается с каждым, контролирует порции, объясняет, почему именно эти продукты важны. Даже проводятся мини-лекции о питании.

8:00 — 10:00: начиналась первая тренировка на льду.

Работа над элементами, хореографией, постановка программ. Тренеры — строгие, требовательные.

10:00 — 11:00: физическая подготовка -Зал. ОФП, СФП, растяжка, силовые упражнения. Могут быть индивидуальные программы, разработанные фитнес-тренером.

11:00 — 12:00: восстановление / медицинские процедуры. Массаж, физиотерапия, ледяные ванны. Врачи и физиотерапевты следят за состоянием спортсменов, предотвращают травмы.

12:00 — 13:00: обед.

13:00 — 14:00: отдых / час тишины.

Это может быть время для чтения, учебы если есть школьная программа, разговоров с товарищами или короткой дремоты.

14:00 — 16:00: вторая тренировка лед и хореография.

Работа над артистизмом, музыкальностью, отработка программы до совершенства.

16:00 — 17:00: индивидуальные занятия / уроки.

Работа над слабыми местами, повторение техники, уроки от школьного учителя, те кто совмещают спорт и учебу.

17:00 — 18:00: свободное время / общение.

Время для дружеских бесед, настольных игр, просмотра фильмов. Но и здесь может быть ограничение — не слишком долго, чтобы не навредить режиму.

18:00 — 19:00: ужин.

Как и другие приемы пищи, строго регламентирован.

19:00 — 21:00: подготовка к следующему дню / учеба / спокойные занятия.

Просмотр видео своих выступлений, изучение программ соперников, подготовка к школьным заданиям.

21:00 — 21:30: вечерняя процедура / подготовка ко сну.

21:30: отбой. Строгое соблюдение режима сна.

Фишки «не обычной жизни». Полная изоляция: никаких посещений родителей, никаких выходных домой. Только звонки и видеосвязь. Спортсмены поддерживают друг друга, но при этом их главная цель — победить.

Также был вариант второй. Жизнь дома, но с «вторым домом» на базе. Здесь спортсмены живут дома, но их жизнь фактически проходит на спортивной базе, которая становится их вторым домом. Завтрак дома, но очень рано: фигуристы встают, быстро завтракают дома, возможно, под присмотром родителей, которых тоже приучили к этому режиму. С момента, когда они приезжают на базу, их жизнь почти полностью подстраивается под спортивный режим. Обед и ужин на базе: питание организовано на спортивном объекте, с диетологом. Отдых на базе: в комнатах отдыха, спортзалах, медицинском центре. Домашнее время ограничено. Только вечер, чтобы переночевать. Родители активно участвуют в жизни спортсмена, но скорее как наблюдатели и поддерживающая сила, а не как те, кто полностью контролирует быт.

График похож на вариант первый, но с отличием.

Раннее утро: подъем, завтрак дома.

Утро/день: тренировки, физическая подготовка, обед, отдых — все происходит либо на спортивном объекте, либо в непосредственной близости.

Вечер: возвращаются домой, ужин, возможно, дома, домашние дела, подготовка ко сну.

Фишки «не обычной жизни»:

Постоянное перемещение: постоянные поездки из дома на базу и обратно.

Я жила в третьем самом жестком варианте

Экстремальная подготовка — домой только после соревнований. Этот вариант самый жесткий и драматичный. Спортсмены уезжают на длительный тренировочный сбор, который может длиться несколько месяцев. Они живут в пансионате. Их выпускают домой только после завершения крупного соревнования, например чемпионата России или Мира. Период дома — это кратковременный отдых, восстановление, но все равно с прицелом на следующую подготовку.

Особенности графика: длительные периоды жизни по строгому спортивному графику, чередующиеся с короткими, но яркими периодами домой, ожидание встречи с семьей, ограниченное время дома, а затем снова расставание. Это создает сильные эмоции. «Отпуск» как часть подготовки: даже, когда мы дома, мы не можем полностью расслабиться.

Фишки «не обычной жизни»:

Чувство оторванности: мы буквально живем в другом мире, пока другие дети ходят в школу, гуляют с друзьями, проводят время с родителями. Дом становится чем-то особенно ценным, но в то же время менее привычным.

Эпицентр профессионализма. Этот построенный спортивный комплекс — не просто место для тренировок, а целая экосистема, созданная специально для нас. Это подчеркивает наш статус и уникальность. Возможность выбирать между жизнью на базе и домашней ночевкой — это уже не просто график, а отражение характера и приоритетов каждого. Те, кто живет на базе- эти люди — настоящие «монстры» подготовки. Мы полностью погружены в спорт. Наша мотивация, основана на вере в то, что только полное самопожертвование приведет к успеху. Или же, кто живут далеко от дома, и это для них единственный вариант. Те, кто ночует дома- эти спортсмены, возможно, более уравновешены, или их родители имеют возможность обеспечить им комфортные условия дома. Или они просто лучше умеют балансировать. Но даже для них база — это место, где проходит основная часть дня, и они все равно зависят от жесткого режима.

График и распорядок дня:

Сам график тренировок, питания, зала и льда оставался примерно таким же, как в первом варианте ранний подъем, разграниченные блоки занятий.

«Базовый» распорядок дня для всех, кто на базе.

7:00 — 7:45: завтрак на базе.

8:00 — 10:00: лед.

10:00 — 11:00: зал.

11:00 — 12:00: медицинские процедуры и восстановление.

12:00 — 13:00: обед на базе.

13:00 — 14:00: отдых/учеба.

14:00 — 16:00: лед/хореография.

16:00 — 17:00: индивидуальные занятия.

17:00 — 18:00: свободное время на базе.

18:00 — 19:00: ужин на базе.

19:00 — 21:00: подготовка ко сну, просмотр видео, учеба.

21:00 — 21:30: вечерняя процедура, подготовка к выходу/сну.

21:30: отбой.

«Домашний» распорядок дня для тех, кто ночует дома:

6:00 — 6:30: подъем дома. Быстрый завтрак.

7:00: выезд на базу.

7:30 — 17:00: жизнь на базе по графику (тренировки, зал, обед, отдых).

17:00 — 18:00: сбор вещей, общение с теми, кто остается на базе.

18:00: выезд домой.

18:30 — 19:30: ужин дома.

19:30 — 21:00: время с семьей, домашние дела, подготовка к урокам.

21:00 — 21:30: подготовка ко сну.

21:30: отбой.

Жизнь на базе это -полная концентрация. Никаких отвлекающих факторов. Полное погружение в спорт. Сплоченность «базовых»: создается своя маленькая «семья», свои правила, свои шутки. Более сильная конкуренция, но и поддержка. Отсутствие «домашнего» комфорта: мы отказываемся от уюта, от семьи, от обычных радостей. Ускоренное взросление: спортсмены учатся самостоятельности, ответственности, решению проблем в замкнутой среде.

Жизнь дома: некоторые могут чувствовать себя «между двух огней» — не совсем дома, не совсем на базе.

Родительский контроль: возможно, родители более активно вмешиваются в их жизнь, контролируют питание, режим. Те, кто ночует дома, могут чувствовать, что они недостаточно отдаются спорту по сравнению с «базовыми».

Поддержка семьи: возможность получить эмоциональную поддержку от близких, что важно для психологического состояния.

«Гостиница» как личное пространство: однокомнатная квартира с кухней — это не просто комната, это наш «штаб». Здесь мы можем уединиться, готовить себе что-то (даже если это что-то из разрешенного списка), отдыхать по-своему. Это личное пространство, где мы можем быть собой.

Ну, что ж, чемпионат России закончится, вместе с выходными, поэтому пришло время снова возвращается в спортивный мир.

Главный корпус: архитектурное воплощение элегантности. Возвышаясь на пять этажей, центральный корпус комплекса поражал своей стильностью и футуристическим обликом. Его фасад, облицованный панелями из переливающегося металла и стекла, отражал солнечный свет, создавая впечатление легкости и динамичности. Плавные линии, отсутствие острых углов и панорамное остекление делали здание не просто сооружением, а настоящим арт-объектом. Этот корпус являлся сердцем всего комплекса, вмещая в себя: ледовые арены: основные тренировочные и соревновательные площадки с многоуровневыми трибунами, освещенные ярким, но рассеянным светом, чтобы избежать бликов на льду.

Залы для хореографии и ОФП: просторные, светлые помещения с зеркальными стенами, профессиональными напольными покрытиями и современным спортивным инвентарем.

Медицинский центр: оборудованный по последнему слову техники, с кабинетами для массажа, физиотерапии и реабилитации.

Административные помещения: кабинеты руководства, тренерского штаба и организационного отдела.

Ресепшн и зоны отдыха: элегантный холл с мягкой мебелью, стойкой информации и кафе, где можно насладиться ароматным кофе или легким перекусом.

Дальше на территории были общежития. Жилой кластер: уют и уединение. За массивным, но изящным ограждением, которое надежно защищает территорию, раскинулся уютный жилой кластер. Это мир спокойствия и комфорта, полностью изолированный от городской суеты, но тесно связанный с основной инфраструктурой комплекса. Здесь, на трех этажах, расположены милые домики, каждый из которых являлся воплощением домашнего уюта и функциональности. Эти трехэтажные строения выполнены в едином современном стиле, гармонирующем с главным корпусом. Их фасады отделаны натуральными материалами — деревом и камнем, что придавало им особую теплоту. Особое внимание уделено каждому балкону, который служил не только для отдыха на свежем воздухе, но и как декоративный элемент, украшенный живыми цветами или изящными коваными ограждениями. Каждый домик рассчитан на проживание спортсменов и обслуживающего персонала. Внутри — продуманная планировка, просторные комнаты с удобной мебелью, мини-кухни и современные санузлы. Большие окна наполняли помещения естественным светом и открывают виды на зелень и дорожки. Пять таких домиков органично вписаны в ландшафт, создавая атмосферу небольшого, дружного поселка. Они расположены так, чтобы обеспечить максимальное уединение для каждого жителя, но при этом сохранять ощущение сообщества. Территория между главным корпусом и жилым кластером — это настоящее произведение искусства, где природная красота переплетается с идеальным порядком. Изящные, мощеные дорожки из высококачественной плитки обвивают территорию, создавая удобные маршруты для прогулок. Они плавно огибали домики, вели к главному корпусу и спортивным площадкам, а также к зоне отдыха. Повсюду высажены декоративные деревья, кустарники и ухоженные газоны. Особое внимание уделено сохранению существующих зеленых насаждений, которые придавали территории естественную красоту и свежесть. В летнее время территория утопала в зелени, а осенью радовала яркими красками. Между домиками и вдоль дорожек расположены небольшие уютные зоны отдыха — скамейки, беседки, небольшой фонтан, где спортсмены могут расслабиться после тренировок. Для удобства посетителей и персонала, непосредственно перед главным корпусом комплекса, расположена обширная парковочная зона. Это большое, идеально ровное асфальтовое поле, четко размеченное на множество парковочных мест, включая специальные места для автобусов и автомобилей с ограниченными возможностями. Парковка хорошо освещена в темное время суток и находилась под круглосуточным видеонаблюдением, обеспечивая безопасность транспортных средств.

Чемпионам мира, России или олимпийцам доставлялось бесплатное проживание. Спортивная федерация, клуб инвестировал самых перспективных и уже достигших успеха спортсменов. Это форма признания наших заслуг и стимуляция к новым победам. Даже более комфортное. «гостиницы» двухкомнатные, с лучшим видом, с дополнительными услугами. Это «награда» за прошлые заслуги. «Кандидаты в элиту» призеры национальных чемпионатов, победители крупных юниорских турниров. Значительно сниженная оплата или частично бесплатное проживание. Они на пути к топ-уровню. «Перспективные» попадание в сборную, высокие места на отборочных соревнованиях частичная оплата, с поддержкой от федерации или спонсоров.

«Все остальные» — те, кто только начинал карьеру, или те, кто пока не добился выдающихся результатов: полная стоимость проживания. Или самый бюджетный вариант — койко-место в общей комнате, а не отдельная «гостиница».

Расплатившись, я вышла из такси.

Через пару минут, распахнула большую стеклянную дверь общежития и прошла через турникет.

Воздух в вестибюле был прохладным и чуть влажным, принося с собой едва уловимый аромат полировки и чего-то неуловимо свежего, напоминающего морозный воздух после долгого катания. Просторный, и в то же время уютный, холл с приглушенным светом, исходящим от элегантных, но ненавязчивых светильников, утопленных в потолок.

Перед входящими открывался широкий, вытянутый вглубь коридор, чей пол был выложен крупными, темными плитками, напоминающими отполированный лед. Отполированные до блеска, они отражали мягкий свет, создавая ощущение глубины и простора.

Слева, вдоль стены, располагались массивные, но изящные диванчики. Обитые глубоким, бархатным велюром темно-синего, почти чернильного цвета, они манили к себе, обещая комфортный отдых. На них лежали подушки, каждая с вышитым серебряной нитью силуэтом изящной фигуристки в пируэте — безмолвное приветствие от мира спорта, в который попадал каждый гость. У изголовья диванов стояли низкие, круглые столики из темного дерева, с матовой поверхностью, на которых могли уютно расположиться чашка чая или книга.

Справа, у противоположной стены, возвышался элегантный ресепшн. Его столешница, выполненная из полированного черного мрамора, отражала приглушенный свет, создавая впечатление глубины. За ней, в мягком свете индивидуальной лампы, сидела администратор — Над ресепшеном, в нише, разместился логотип общежития — стилизованный серебряный парус, окутанный морозными узорами.

И прямо за стойкой, не теряя ни сантиметра ценного пространства, начинался монументальный архитектурный ансамбль: сразу же вверх устремлялась широкая, маршевая лестница. Ступени ее были выложены темным, полированным деревом, а по бокам вздымались элегантные кованые перила, черные, как ночь, с изящными, спиральными узорами.

Рядом с лестницей располагался лифт. Его двери, выполненные из темного металла с матовым стеклом.

Стены вестибюля украшали картины. Это были не броские, кричащие полотна, а скорее глубокие, атмосферные произведения, написанные в темных, насыщенных тонах. На них — заснеженные пейзажи, силуэты застывших в полете фигуристов, сцены тренировочных дней, запечатленные в приглушенных оттенках серого, индиго и глубокого фиолетового. Рамы картин были простыми, из темного, состаренного дерева, подчеркивая их благородство и глубину. Даже освещение картин было продумано — тонкие, направленные лучи света выхватывали из полумрака ключевые детали, создавая игру света и тени, которая завораживала и успокаивала одновременно.

На одном из диванчиков развалился стройный, длинноногий, двадцатилетний Вячеслав, танцор на льду. Он держал в руках черную куртку и смотрел что-то в телефоне. С густыми, светло-русыми волосами, с пшеничным отливом, небрежно уложенными назад. Впалые щеки, серо-зеленые глаза, серьёзный взгляд, светлая кожа. В темно-сером, тонком свитере и белых джинсах.

— О, привет Вероника -оторвался он от телефона.

— Привет -ответила я, направляясь к ресепшну, чтобы забрать ключи от комнаты.

— Твои ключи Карина забрала.

Я обернулась на него:

— В смысле?

Он поморщился:

— Да этот… — потом пощелкал пальцами в воздухе, -директор к тебе подселил. Типа сборная, дружный коллектив и все дела.

— А-а понятно. -кивнула я, -а ты, что тут сидишь?

Он хмыкнул и выключил телефон.

— Да принцессу свою жду. Марафет свой наводит, наверное. Ты если ее встретишь, скажи, что я тут уже полчаса сижу.

— Хорошо.

Я развернулась к лестнице, поправив спортивную сумку на плече.

Я жила в комнате, которая была предназначена для двоих, но жила я уже давно одна. А тут вдруг решили подселить.

Я направилась по лестнице в свою комнату на пятом этаже.

Длинный, прямой коридор, уходящий вдаль. Стены коридора окрашены в светлый, нейтральный цвет. По обеим сторонам коридора были расположены одинаковые, деревянные двери светлого оттенка. Пол коридора выполнен из крупноформатной плитки с текстурой, имитирующей мрамор. Плитка имела светлый, кремово-бежевый оттенок с выразительными, золотисто-коричневыми прожилками. Поверхность пола глянцевая, идеально отполированная. В белых, глянцевых квадратных горшках по углам коридора стояли высокие, пышные зеленые растения с узкими листьями.

Я постучала в дверь с номером 52 и зашла внутрь.

Центральное место в комнате занимало две односпальные кровати. У каждой кровати стояла узкая, длинная прикроватная скамья, обитая светло-серой тканью. Скамьи имели деревянный каркас, гармонирующий с остальной мебелью. Стены комнаты покрыты текстурными обоями серого цвета с мелким, ненавязчивым рисунком. Пол покрыт ламинатом светлого древесного оттенка. В левой части комнаты рабочая зона. На стене закреплен минималистичный деревянный стол теплого оттенка. На столе с настольная лампа. Слева от рабочего стола, на стене, закреплен большой плоский телевизор. Под телевизором находилась длинная, тумба из светлого дерева, простирающаяся вдоль стены. Окно занавешено плотными шторами серо-коричневого оттенка, которые создавали уют и затемнение.

На одной из кроватей, что была ближе к двери уже расположилась Карина, разбирая свой чемодан.

Она повернулась ко мне. Я встретилась с ней взглядом:

— Привет.

— Здравствуйте.

Я прошла мимо к своей кровати.

— Вместе значит теперь живем…

— Видимо.-тихо произнесла Карина.

Я уселась на кровать и поинтересовалась;

— Как тебе тут?

Карина пожала плечами.

— Неплохо. Отличные условия.

— А ты тут как? Тоже… На постоянный условиях живёшь? Или ездишь к родителям?

Карина закрыла чемодан и села на край кровати, повернулась ко мне.

— Ой, на постоянных. Дома не помню, когда в последний раз была вообще. Мои родители хирурги, они за границей живут и работают, а я тут.

— О, понятно.-выдохнула я.

Оставив чемодан с вещами в комнате, я вышла из общаги и направилась в ледовый дворец.

Мне необходим этот мир: звон коньков по льду, эхо шагов по коридорам, приглушенные голоса, далекий гул музыки из залов хореографии, иногда — оглушительные аплодисменты с большой арены. В тренажерном зале — мерный стук железа. В медицинском блоке — лишь шуршание бинтов и тихая работа аппаратуры. Этот воздух — свежесть льда, легкий запах хлорки из бассейна, порой — ароматы из столовой, запахи спирта и мазей в медпункте.

Я встала у входа. Я знаю этот дом, его душу, каждую мелочь до мельчайших деталей.

На первом этаже вестибюль. Просторный, светлый, но с ощущением некоторой деловитости. Пол — полированный керамогранит. Стены — нейтральных, успокаивающих тонов светло-бежевые, но с яркими акцентами — фотографиями звездных спортсменов, сценами катания, логотипом комплекса. Большой, современный ресепшн с несколькими стойкам, где встречают посетителей, продают билеты на показательные выступления, выдают ключи от раздевалок, принимают информацию.

Несколько рядов удобных, но практичных кресел, небольшой журнальный столик с брошюрами о комплексе, расписанием мероприятий. Раздевалки для посетителей и болельщиков. Они расположены сразу у входа. Аккуратные, с рядами шкафчиков для уличной одежды, скамейками. Сувенирный киоск небольшой уголок с фирменной продукцией: шарфы, шапки, значки, брелоки — все с символикой. Информационное, электронное табло с расписанием тренировок, соревнований, информацией о доступности арен.

Также большая столовая. Просторное помещение, светлое, с большими окнами, выходящими, на прилегающую территорию. Цветовая гамма — светлая, с элементами синего и голубого, напоминающая о льде. Большой выбор столиков — на двоих, на четверых. Даже есть длинные «банковские» столы для больших групп. Меню разнообразное, с акцентом на здоровое питание, но с обязательными «поблажками» для спортсменов. Также видны небольшие части кухни, где готовятся свежие блюда.

Небольшая зона отдыха: Несколько столиков, расположенных чуть в стороне, для тех, кто хочет пообщаться или просто насладиться едой в спокойной обстановке.

Это место, где пересекаются все — от юных фигуристов до топ-спортсменов, их тренеров, родителей, персонала. Шум голосов, стук ложек, запахи еды. Здесь обсуждаются тренировки, стратегии, делятся новостями. Может быть как местом поддержки, так и местом напряжения перед важными стартами.

Лестница наверх. Широкая, просторная, с мраморными ступенями. Перила — металлические, надежные. На стенах — картины, изображающие динамику фигурного катания, и фотографии исторических моментов.

Подъем по лестнице — символический переход в мир профессионального спорта. Каждый шаг — это приближение к аренам, к мечте.

Холл второго этажа такой же широкий, как и лестница. Стены — более «спортивные», с покрытием, поглощающим звук. Большие окна, через которые видна часть ледовых арен.

Скамейки для ожидания, отдыха, указатели ясно указывающие, куда ведет каждая дверь.

Витрины с кубками, медалями, костюмами известных спортсменов, связанных с комплексом. Раздевалки и гримерки функциональные, но с учетом потребностей спортсменов. Светлые, просторные помещения. Много зеркал. Множество шкафчиков для экипировки, скамейки. Отдельные душевые кабины.

Гримерки более приватные комнаты, где спортсмены могут нанести грим, подготовить костюмы. Зеркала с хорошим освещением, удобные столики, стулья, небольшие диванчики.

Там кипит жизнь перед выходом на лед. Запах коньков, лака для волос, пота.

Ледовые арены: «Ледок» — детская и любительская арена. Размер: меньше стандартных, уютная. Лёд хорошо поддерживается, но может быть чуть менее идеальным, чем на профессиональной арене.

Трибуны небольшие, для родителей и зрителей. Раскладные стулья. Освещение яркое, но не слепящее.

«Ритм» — профессиональная и юниорская арена. Лёд отличного качества, требовательный. Трибуны средние, рассчитанные на болельщиков, родителей, тренеров. Освещение хорошее, профессиональное. Атмосфера более сосредоточенная. Звук уверенных шагов, отточенных прыжков, резких поворотов. Чувствуется борьба, стремление к совершенству. Здесь уже дышит юношеский максимализм и первые серьезные амбиции.

«Олимп» — топ-спортсмены.

Размер максимальный, впечатляющий.

Лёд идеальный, зеркальный. Уход за льдом — на высшем уровне. Трибуны самые большие, вместительные, с креслами, VIP-ложами. Звук трибун здесь может быть оглушительным.

Освещение профессиональное, яркое, создающее атмосферу шоу.

Атмосфера напряжение, мощь, грация. Великие выступления, громкие овации. Звук идеально отточенных элементов, дыхание тысяч зрителей. Это вершина, к которой стремятся все.

Третий этаж: «Кузница силы» — тренажерный зал и служебные помещения.

Широкий коридор, функциональный, но с элементами, намекающими на спорт. Стены — светлые, с крупными, стилизованными изображениями мышц, графиками тренировок.

Подоконники справа, у окон: Широкие, выложенные камнем. Спортсмены могут сидеть там, отдышавшись, наблюдая за происходящим на улице или во дворе комплекса. Здесь могут быть расставлены небольшие растения, добавляющие жизнь.

Стена слева гладкая, нейтрального цвета.

Большая железная дверь в спортзал. Массивная, внушающая уважение. Металлическая, с табличкой «Тренажерный зал» с небольшим массивным окном, через которое видно часть зала.

Вход в «крепость», где рождается сила, выносливость, где преодолеваются физические пределы.

Тренажерный зал: огромное, просторное помещение с высоким потолком. Полы — специальное амортизирующее покрытие. Множество зеркальных стен, отражающих искаженные, мощные фигуры спортсменов.

Силовые тренажеры: кардиозона беговые дорожки, эллипсы, велотренажеры, силовые тренажеры для всех групп мышц блинчики, гантели, штанги, скамьи, стойки.

Зона свободных весов: центр зала, где слышен звон железа, тяжелое дыхание Функциональные тренировки: степы, фитболы, гири, TRX-петли.

Зал для растяжки: отдельная зона с матами, лентами, скамьей для растяжки. Атмосфера очень энергичная, «тяжелая». Звон железа, пыхтение, скрип тренажеров, ритмичная музыка часто — мотивирующая, агрессивная. Запах пота, резины, металла. Это место, где спортсмены «варят» свою мышечную массу, выносливость. Здесь царит дух усердия и преодоления.

Раздевалки по бокам от двери в спортзал. Женская раздевалка + душевая. Просторная, светлая. Множество шкафчиков. Скамейки, зеркала. Душевая зона — множество кабинок, кафель, хорошее освещение. Место для восстановления, обмена новостями. Может быть оживленной, с шутками, или наоборот — тихой, для передышки.

Мужская раздевалка + душевая. Аналогичен женской, но, с более «грубой» отделкой. Тоже место для общения, но, вероятно, с более мужским юмором и темами.

Четвертый этаж: «Сцена и восстановление» — хореография, медицина и отдых. Холл четвертого этажа спокойный, более «мягкий», чем на предыдущих этажах. Стены — светлые, с репродукциями картин, отображающих пластику, или с фотографиями выступлений.

Зона отдыха, уголок с небольшими столиками, где стоят шахматы, шашки, настольные игры.

Читальный зал: столики, кресла, книжные полки с художественной литературой, научно-популярными книгами, журналами о спорте. Атмосфера тишины, уединения, погружения в другой мир.

Большой зал со станками, зал хореографии №1 большое, светлое помещение с зеркальными стенами, деревянным полом. По периметру — станки параллельные, с двумя рядами. Музыкальный центр, коврик для занятий. Атмосфера тихая, сосредоточенная, музыкальная. Звук рояля или фортепиано, пластичные движения, отточенные линии. Здесь рождается грация, улучшается гибкость, формируется артистизм.

Зал с ковриками, зал хореографии №2, Зал общей физической подготовки. Аналогичен первому залу, но без станков. Больше пространства для движения.

Оборудование: толстые спортивные коврики, подушки, ленты, мячи. Атмосфера тут может быть как спокойной, йога, медитация, так и интенсивной, общая физическая подготовка, единоборства.

Медицинский центр, кабинет первый светлый, стерильный, но уютный. Кушетка, медицинское оборудование: тонометр, стетоскоп, термометр, письменный стол врача, шкаф с медикаментами.

Атмосфера тут спокойствие, надежда, профессионализм.

Кабинет второй для массажа.

Более расслабляющий. Кушетка для массажа, эфирные масла, приглушенный свет.

Расслабление, восстановление, уход.

Несколько койко-мест, тумбочки, шкафчик с базовыми медикаментами.

Тут временное укрытие, облегчение боли, ожидание выздоровления или возвращения в строй.

Пятый этаж: «Вершина управления и релаксации» — администрация, бассейн.

Холл пятого этажа более представительский, но все еще функциональный. Картины молодых художников, нейтральные цвета.

Директорская. Просторный, с большим письменным столом, удобными креслами для посетителей. На стенах — награды, карта комплекса.

Тут царит атмосфера власти, ответственности, стратегического мышления.

Тренерская большой рабочий стол, где тренеры могут обсудить планы, посмотреть видео. Доска для записей, график. Шкафы с документами, методическими материалами.

Дух коллектива, обсуждения, споры, планирование. Место, где рождаются будущие чемпионы.

Бассейн — просторное, светлое помещение с плиткой, хорошо освещенное. Большие окна, вид на город.

Вода — чистая, теплая.

Зона отдыха у бассейна: несколько шезлонгов.

Джакузи / гидромассаж: для восстановления мышц.

Раздевалка у бассейна: отдельная, с шкафчиками, душевыми. Релаксация, восстановление, легкая водная стихия. Запах хлорки, смешанный с влажным воздухом. Звук плескающейся воды. Это место, где спортсмены снимают стресс, восстанавливают силы после изнурительных тренировок.

Коридоры, ведущие к аренам, имели хорошую звукоизоляцию, чтобы шум с льда не мешал в зале хореографии, и наоборот — чтобы звуки из залов не отвлекали от тренировок на льду.

Освещение меняется — от яркого и делового на первом этаже до более приглушенного и расслабляющего на четвертом.

Цветовая гамма постепенно меняется от яркой и энергичной к более спокойной и нейтральной

Система навигации: четкие указатели, карты комплекса, чтобы никто не заблудился.

Вдруг сзади послышался шум колёс машины об асфальт. Я обернулась.

Черный Мерседес остановился на парковке, и через минуту дверь распахнулась и вышел Степа.

О нет. Только не сейчас.

Также неподалёку приближаюсь к входу Ангелина.

Степка увидел ее, усмехнулся и выключил машину, быстрыми шагами направился к ней. Я огляделась по сторонам и тихо пошла за ними, у входа скрылась за кирпичной стеной. Они прошли мимо меня, поднялись по небольшой лестнице, Стёпка подошел к Ангелине со спины:

— Чего кислая такая?

Она вздрогнула и повернулась к нему, нахмурилась и отмахнулась.

— Отстань.

— Как скажешь.

Стёпка отворил стеклянную дверь, пропуская ее вперёд. Через секунду дверь закрылась, я вышла из -за своего укрытия и последовал за ними.

Мы зашли в холл.

— А у тебя что? Ты тоже вижу не радостный. И вы что- то не вместе сегодня с Романовой -поинтересовалась Ангелина.

— Ой, тебе лучше не знать.

Ангелина усмехнулась:

— Уже интересно.

Они пошли дальше, к большой центральной лестнице,

— Короче, пришли мы в ресторан. И угадай кто там был?

— Не знаю

— Представляешь. Антон и Ева.

— Серьёзно?

Они прошли лестничный пролёт и остановились на первой ступеньке.

Я остановилась снизу и прижалась спиной к перилам.

— Ага. И там такой цирк произошёл, что я думаю, что все рухнуло.

— Что именно произошло?

— Свет мой, зеркальце, скажи! Кто всех хуже, кто всех глупее, кто идиот? Это я! Я идиот! Антон, начал давить на самое больное, при всех гостях. При всех! Ты представляешь, какое унижение?!

И Ника, конечно, не выдержала. Ушла. И скандал. А она теперь думает, что я специально её туда притащил, чтобы унизить. Клянусь, клянусь всем, на чём стоит свет, это не так! Я понятия не имел, что они там будут! Серьёзно. Я думал, мы просто посидим, спокойно, как нормальные люди. Но нет! Ага, размечтался! А тут ещё и этот… отец! Прямо сказал ей, чтобы отстала от меня! Представляешь?! Как будто она какая-то… вещь, которую можно кому-то отдать или забрать. За что мне это?! Ну почему я такой идиот?! Зачем я вообще её туда позвал?! Ведь мог же избежать этого кошмара, ну мог же! Кроме того, что она не переносит всякие шумные сборища, так ещё и это! Как теперь в глаза ей смотреть? Как жить вообще?! Я правда не знал, что они придут! Я реально думал, что всё наладится. Я про них вообще забыл. Эти родители… Эти родители… Отец — самодур, вечно всё по его правилам. А мать… мать всегда его поддакивает. Ненавижу их.

— М-да, фигово.

— Я о том же. Теперь кажется, что ничего не вернуть.

Наступила тишина.

Они поочерёдно вздохнули.

— Ангелина — хрипло позвал Степа.

— Да?

— Слушай… Сколько ещё можно?! Сколько ещё раз я буду биться головой об эту стену? Может, правда, пора всё это бросить? Забыть, как страшный сон, её, всё, что между нами было… Может, тогда я перестану быть этим жалким, никчемным существом, которое снова и снова причиняет ей боль. Уйти — и никогда не оглядываться. Просто раствориться, чтобы никто, и главное — я сам, не мог снова наступить на те же грабли. Я не хочу больше этой боли. Не хочу больше себя ненавидеть за то, что я такой… такой идиот! Я доигрался. Дошел до края. Может, действительно, пора признать поражение? Принять, что это всё — конец. И начать всё с чистого листа. Без неё. Просто забыть. Уйти туда, где нет этого тяжёлого, удушающего груза прошлого. Где нет воспоминаний, которые теперь жгут ярче огня. Просто начать жить заново. Пусть даже в этой новой жизни не будет ничего, кроме пустоты. Но, может быть, эта пустота лучше, чем всё то, через что я прошёл.

— Ну, это верный выбор.

— А как это сделать?

Ангелина пожала плечами.

— Да хрен его знает. Влюбись в кого- нибудь другого.

Степа хмыкнул.

— В кого? В тебя?

Ангелина поморщилась и посмотрела на него с головы до ног.

— А вот это мне не надо… -потом поправила сумку на плече — Хотя стой! Разрешаю. У тебя квартира есть. Заберешь меня от полоумной матери. Все. А сейчас иди переодевайся. Давай, давай.

Послушались негромкие шаги, и звук пряжки от спортивной сумки и шуршание по куртке.

Наступила тишина. Ушли? Так. Пора. Пора выходить из своего укрытия. Сделав шаг вперёд, я повернулась, чтобы подняться на пролет лестницы, но сразу же врезалась в Ангелину. От неожиданности вздрогнула и чуть было не свалилась с назад себя. О, Боже.

Я резко схватилась одной рукой за перила.

Ангелина быстрым движением протянула мне руку и схватила за плечо, не давая рухнуть спиной вниз по лестнице.

— Ты всё слышала, да?

Я сглотнула и кивнула, пытаясь не встречаться с ней взглядом.

— Ладно, расслабься, садись.

После чего потянула вниз и я присела на ступеньки, Ангелина села рядом на корточки

Потом встретилась со мной взглядом,

— Слушай… Мы с ним никогда не сможем стать парой. Иначе наша жизнь превратится в настоящий ад. А у нас и так проблем по горло. По уши в этом болоте тонем.

Она помолчала потом продолжила, не сводя с меня взгляда;

— Ну ты понимаешь, о чём я? Это не шутки. Вроде бы и с этого всё закрутилось… Это не просто «не судьба». Это… запрет. Один неверный шаг — и всё рухнет. Вроде бы и с этого всё началось, помнишь?

Я кивнула и повернулась к ней. Конечно, помню. Помню все. До мельчайших деталей. Но…

— Ангелина, ну скажи правду: причём тут я? Что я такого сделала, чтобы теперь каждую ночь просыпаться в холодном поту?

Ангелина отвела взгляд.

Я вздохнула:

— Ты молчишь? Ладно… Конечно, я знаю. Но мне обидно до слёз. Я же попала в ваши грязные игры! Ангелина, ну скажи честно: при чём тут я? Почему именно я в этом замешана?

Ангелина снова повернулась лицом ко мне.

— Просто потому -что… Потому что…

Потом положила мне руку на колено:

— Слушай, давай забудем, хорошо? Уже столько времени прошло — годы! Зачем копать глубже? Всё, что было, оно как призрак: тронешь и утащит всех нас обратно в тот кошмар. Мы выжили, правда? Живём дальше, улыбаемся, притворяемся нормальными.

Я опустила взгляд вниз, и крепко вцепилась в сумку.

Ангелина хлопнула меня по колену.

— Прошу, Романова… Кивни и уйдём отсюда. Ради Бога.

Я снова посмотрела на нее.

— Но я-то тут причём, Ангелина? Скажи прямо! Причём тут я? Почему моя жизнь теперь висит на волоске из-за ваших тайн?

— Потому что… — она повернулась в сторону — Потому что, это… -потом впилась в меня взглядом, и процедила сквозь зубы- Наверное, потому что это была война — настоящая, без правил, — а ты попала между нами, разрываясь на части. А так… забудь всё. Столько времени прошло. Или… не забыла?

— И ты… — я снова посмотрела на нее, вдохнув-Я-то забыла, Ангелина, давно забыла всё это…

Ангелина вскинула бровь, обведя меня взглядом.

— Правда забыла?.. Или ждёшь продолжения?

— Я-то забыла, Ангелина. Давно забыла. Но зачем ты мне мстишь? За что?! Что я тебе сделала в той «войне»? Расскажи… или это ещё не конец?

Ангелина снова хлопнула меня по колену и встала.

— Мне пора. Идти. Дел — вагон… а… Меня… ждать не будут.

И быстро развернувшись, начала подниматься по лестнице через две ступеньки. Звук ее шагов эхом разнёсся по холлу.

Прошло пару минут, как сзади подошла Настя.

— Ты почему тут сидишь?

Я вздрогнула и обернулась.

Она стояла через две ступеньки вниз, в белой куртке, золотистые волосы, убранные в тугую шишку, взявшись за перила одной рукой, другой держала спортивную сумку.

Сзади топтался Яков, в спортивной серой куртке на распашку, под низ белый свитер. Сумка с экипировкой, перекинутая через плечо. Рыже -русые волосы распущенные спадали на плечи лёгкими волнами.

Я вздохнула и отвела взгляд, вставая.

— Я сижу… Потому что, я просто не понимаю… когда же это всё, наконец, закончится? И когда же вы тоже наконец, отстаньте от меня.

Настя встретилась со мной своими голубыми глазами, поднявшись вверх на одну ступеньку.

— Ты не понимаешь ничего? Совершенно?

Яков хмыкнул, закатив глаза, и кивнул на меня:

— Ну, наверное, потому что несправедливость давит, не находишь? Почему я к вам тогда прикопался спрашиваешь? Потому что, не вы же жили в каком- то… Как его? Мухосранске. Не у вас же предки настолько простые …отец слесарь на заводе, мать — продавщицей в местном супермаркете. У тебя ж вообще отец как мне известно… Миллионер, ведь, так?

Я сжала зубы. Миллионер. Отец. Звучит красиво, не правда ли? Но за этой оболочкой скрывается такая история, что лучше бы её никогда и не было. И эту жизнь… придётся забыть.

Яков продолжал, не сводя с меня взгляда:

— Тебе не понять, что такое, когда кому -то все, а кому -то ничего! И он прикладывает все усилия что бы чего- то достичь, а в итоге фиг вам, а не вознаграждение.

Я тихо ответила:

— Возможно. Но ведь ты тоже не знаешь, что за всем этим скрывается? Ведь так?

— Возможно… — пожал он плечами, потом прошептал, сжимая медленно кулаки- Но бывает так обидно… — потом встретился со мной взглядом, и подняв резко руку ткнул в меня пальцем и процедил сквозь зубы:

— Вот ты… каждый год — за границу, весь мир под ногами! А мы? — Потом опустил руку и развел руками- А мы в этом спорте… только ради этого. Ради этой ничтожной, по сравнению с тобой, мечты…

Яков резко выдохнул:

— Мы в этом спорте… да, мы здесь ради этого! И мы добьемся!

Вдруг Настя толкнула меня в плечо

— Слушай… Тот неприятный момент… в аэропорту, и все, что было после… Не стоит оно того. Просто сорвались. С Ангелиной — то же самое. Но ты ведь знаешь… Ангелина… она стала второй. И это не просто «вторая». Это… Это целая история, полная боли и сложностей. В общем… так сложно всё. Ты же понимаешь, да? Так что просто забей.

Я вздохнула. Да плевать мне уже на вас если честно.

Яков же скрестил руки на груди нахохлился и завопил, впившись в меня взглядом.

— Это несправедливо! Что кто-то должен мучиться, а кто-то… -он ткнул на меня рукой- Ты! Живёт припеваючи, и ещё и выигрывает всё, что только можно! Нормально так живёт! Это так несправедливо! Это просто нечестно! Полностью нечестно! Что кто-то, как я, Ангелина, и Настя должен пройти через всё это… А кто-то… Ты! Ты и ещё раз ты живёт, наслаждается жизнью, ещё и побеждает! А где же справедливость? Где?

Настя медленно развернулась к нему, как он снова завопил, взмахнула руками, и обведя меня взглядом с головой до ног.

— Кроме того, что ты вся такая из себя, классная, крутая, у тебя всё есть… Так ещё и Степашка твой тоже, как под копирку! Лучшие тренеры в США? Заграница — пожалуйста! Отец — легенда спорта! Мать… Тоже! А их сын — гордость! И ты… Ты — та, о которой мечтают миллионы парней. Ты красивая, да.

Не могу не признать. И это… это бесит! Бесит, что я этого никогда не достигну!

Потом коротко выдохнул и продолжил, подойдя ко мне в притык и прижав спиной к перилам лестницы, навис надо мной, я поморщилась и отвернулась.

— Помнишь, тренер… Виталий Владимирович… Да бог с ним, с Виталием Владимировичем! Мы ведь тогда — ехали! Ехали, полные надежд! Олимпиада! Ты же помнишь, верно? Конечно, помнишь! Только вот… что в итоге? Мне стоит тебе описать этот «итог»? Боюсь, что это будет не та история, которую приятно слушать

Я поморщилась и положив ему ладонь на грудь, отодвинула от себя, посмотрела ему в глаза, усмехнулась:

— Ах, эта Олимпиада… И, вы все будете мне напоминать о ней до конца жизни, да? Вот так, значит… До конца жизни? Этот кошмар… он не кончится никогда…

Яков хмыкнул, отстранившись от меня и снова скрестив руки на груди

— Да, будем. Если захотим. И не думай, что это всё так просто закончится!

Я вздохнула, закрывая глаза, и подойдя к нему погладила по плечу, потом снова посмотрела ему в глаза:

— Пожалуйста, прошу тебя, расслабься. Глубокий вдох… выдох. Впереди столько всего хорошего. Но чтобы это увидеть, нужно отпустить прошлое. Перестань зацикливаться, прошу тебя.

Он поморщился, скинув мою руку со своего плеча, и нахмурившись, быстро отряхнул, потом снова на меня посмотрел:

— Ну вот, мало того, что ты вся такая… ну просто слов нет… Так еще и Степашка твой …Словно специально Мне вот смотреть на это просто больно. А ты… Ты… Где же тут хоть капля справедливости, а?!

Я тяжело вздохнула:

— Яков… Ты даже не представляешь, что на самом деле скрывается за этой призрачной красотой! Красивая картинка? Да, это она. Моя жизнь — сплошная, израненная красивая картинка! И чтобы выбраться из этого ада, я потеряла ВСЁ, Яков! Всё! Ты когда-нибудь чувствовал, как из тебя вырывают самое дорогое, то, без чего дышать невозможно? Ты когда-нибудь терял самое дорогое, что у тебя было? Говорите о несправедливости… Вы… вы не знаете, что это такое. Не знаете, как она может выжечь всё внутри, оставив только пепел.

Я сжала кулаки и повысила голос:

— И да! Просто так мне ничего не давалось! За каждый шаг, за каждый вздох — приходилось платить. И я платила.

Своим потом, кровью, слезами. Всем, что у меня было.

Настя посмотрела сначала на меня потом на Якова и встав между ними замахала руками:

— Так, так, так… Все, хватит нам тут драму разводить. Взрослые люди, пора уже за работу браться, а не слезы вытирать.

Яков снова впился в меня взглядом, потом аккуратно отодвинул Настю в сторону и подошел в притык ко мне, крепко схватил за плечи и сжал процедил тихо сквозь зубы:

— Думаешь, это просто лед? Ошибаешься, малышка. Это — личная война. На всю жизнь. Или до победы. Ты украла у меня всё. И я этого не прощу. Запомни. — потом положил вторую руку на другое плечо и встряхнул -Ты забрала у меня всё, слышишь? ВСЁ! И я тебе этого никогда, ни за что не прощу. Запомни это.

Потом толкнул и я припечаталась к перилам спиной. А он продолжал:

— Четыре года назад ты отняла у меня всё, что я имел. Всё, что могло быть моим. И знай, я это помню. Многие видят лишь лед, лишь соперничество. Но нет, малышка. Для нас это — личная война.

Яков снова подошёл ко мне и схватил за подбородок заставив смотреть на него:

— И ты думаешь, это можно просто забыть? Или считать «соперничеством»? Этот шрам будет со мной вечно. И я не успокоюсь, пока не восстановлю справедливость. Пока не докажу, что ты не сломала меня. Что я сильнее. Намного сильнее, чем ты думаешь.

Я выдохнула и скинула его руку со своего лица, посмотрела мимо него.

— Яков… Помнишь тот год? Тогда… мы оба… -я снова вздохнула и посмотрела ему в янтарные глаза-Ненавидь меня, если хочешь. Если это поможет тебе жить дальше. Если это единственное, что у тебя осталось. Но я…В тот год, в тот день я потеряла всё. Я потеряла больше тебя. Ты даже представить себе не можешь, что я потеряла. Это не просто вещи, не просто возможности. Это было моё сердце, моя душа, моя вера в этот мир. У меня украли будущее, которое я так долго строила, которое было смыслом моей жизни! Я потеряла больше, чем твоё жалкое понимание может вместить.

Я крепко сжала лямку от спортивной сумки, которая была на плече и тихо сказала сквозь зубы:

— Но знаешь что? Я тоже не сдамся. Никогда.

Я верну себе всё, что было отнято. И я сделаю это не ради мести… я сделаю это ради той, какой я была. Ради той, которую пытались уничтожить. И ты увидишь, как я восстану из пепла. Сильнее, чем когда-либо.

Настя снова подошла к нам и отодвинула друг от друга, схватив на плечи:

— Стоп, стоп, стоп! Уважаемая публика! Мне тут не нужна постановка двух актрис. Давайте-ка, заканчиваем с этим театром теней и переходим к делу! Работа ждет. Ваш браузер показал нам целую вереницу душераздирающих историй. Но, к сожалению, билеты на это «шоу» мы больше не продаем! Всем приступать к работе, пожалуйста!

Яков дернулся, брезгливо глядя на меня. Настя схватила его под локоть и потащила наверх по лестнице.

— Пожалуйста, успокойся. Ты ведь не хочешь и сейчас всё упустить? Девочке уже за всё это попало… очень жестоко. Поэтому …нам нужно идти работать.

И они быстрыми шагами ушли наверх.

Я выдохнула. Руки тряслись. Надо успокоиться. Успокоиться. Пожалуйста.

Вдруг, мимо прошли Карина и Василиса. Тоже юниорка. В спортивной куртке, русые волосы, убранные в хвост, голубые глаза.

— Ну, Карина, ты ж вообще машина! Ты лидера, Ангелину, легенду обошла!

Они заметили меня.

— Здравствуйте — выпалила Василиса.

— З-здравствуйте-кивнула я.

Они переглянулись и начали подниматься наверх.

Карина заговорила:

— Прикинь. Она со мной теперь живет.

— Да ладно? Она, кстати тоже легенда. Ну, бывшая легенда, но все же.

Василиса продолжала:

— Я следила за ними в тот олимпийский сезон. Жаль так все вышло.

Карина закивала:

— Да, это вообще треш был. А она до сих пор тут, а не в психушке.

— Ну, это достойно уважения.

— Согласна. А ты вообще че так рано? Мы то сборная у нас вон впереди чемпионат Европы, а вы?

— Да ты ж Карина знаешь я восставлялась после этой тупой травмы, нельзя время зря терять

— А-а-а.

Голоса заглушились. Они ушли по коридору.

Глава 3

Придя в себя, я поднялась по лестнице на второй этаж и развернулась вправо. Но ту же замерла на месте. Сердца ухнуло.

Нет… нет, ни в коем случае! Зачем ты сейчас здесь?! Ради чего ты появился? Что тебе вообще от меня требуется?

Антон стоял, неподалёку облокотившись на подоконник, в чёрном пальто и перелистывал пальцем что -то по экрану.

Рядом с ним была Алёна в голубых, широких джинсах, белой короткой дублёнке, длинные волосы светлого блонда, уложенные в высокий, гладкий хвост, на губах бордовая помада, на тонком прямом носу круглые очки в тонкой золотистой оправе, держащая в одной руке, с идеальным маникюром бежевого цвета, букет белых лилий в коричневой обертке.

Она оторвалась от своего телефона и лениво повернулась к Антону:

— Ну, сколько они там еще?

Антон нахмурился, не отрываясь от экрана:

— Алёна подожди. Скоро придет куда денется.

Алена… Это имя… Каждый раз, когда я слышу его, моё сердце сжимается от невыносимой боли. Ты была всем для меня, а теперь… теперь осталась только эта опустошающая пустота и горькое разочарование, въевшееся, казалось, в самую мою душу. Это имя… Боже, почему я не могу его слышать?! Оно звучит как приговор, причиняя такую мучительную боль, что хочется вырвать его из своей памяти. Неужели эта душевная рана никогда не затянется? Неужели эта тоска будет преследовать меня вечно? Неужели нет спасения от этого вечного напоминания о том, что было и чего больше никогда не будет?

Я сглотнула и сжав кулаки медленно пошла в их сторону. Они даже не заметили. Мне пришлось остановиться в метре от них.

— Кого ждешь? — тихо спросила я.

Антон вздрогнул чуть было не уронил телефон. И развернулся ко мне. Убрал в карман пальто смартфон и улыбнулся, отводя взгляд.

— Мне надо извиниться, ну ты понимаешь.

Потом вздохнул посмотрел в пол, после чего на меня:

— Ника, прости меня. Пожалуйста! Я был полным дураком! Вчера я переборщил, я…

Он запнулся и почесал затылок.

Я перебила:

— Антон, прошу, услышь меня! Мне не нужны ни цветы, ни пустые извинения. Я мало что прошу, но умоляю тебя, умоляю, не напоминай мне об этом больше никогда! Забудь о нас, забудь обо всем, что было, между нами.

Неужели ты не понимаешь, что мы никогда не сможем вернуть то, что было? Что нас ничто больше не сможет примирить? Ничего не нужно! Все, что было, погребено навсегда.

Алёна перевела взгляд сначала на Антона, потом на меня.

— Это тебе. Цветы — широко и искусственно улыбнулась Алена, протягивая мне букет.

— Да, это тебе!

Антон вырвал из рук Алены букет-Сорри за вчерашнее.

За Алену. Да, я переборщил.

Я отшатнулась

— Нет! Мне не нужны ваши жалкие цветы! Не нужны ваши фальшивые извинения, Антон! Я не прошу многого, я просто молю вас, умоляю: не напоминайте мне! Никогда! Пусть это имя, пусть эта история, пусть всё, что было между нами, будет стерто из памяти навсегда! Забудь о нас!

Разве ты не понимаешь, Антон?! Неужели до тебя не доходит — мы никогда не будем прежними! Ничто, слышишь, ничто не сможет нас примирить, не сможет вернуть то, что было потеряно безвозвратно! Мне ничего не нужно! Слышишь?! Ничего! То, что было нашим, похоронено! Навсегда! У меня в сердце — такая же могила, такая же пустота, как и для тебя!

Я глубоко вдохнула.

Антон изменился в лице, нахмуренное лицо, стало растерянным.

— Ника… Моя дорогая Ника… Прости меня, умоляю! Я был полным, ничтожным придурком! Я клянусь тебе всеми небесами, я больше никогда, никогда не потревожу тебя. Никогда не причиню тебе боль! Слышишь?! Обещаю!

Пожалуйста, скажи, что веришь мне. Пожалуйста…

Я помотала головой из стороны в сторону, закрывая глаза.

Нет… Нет… Я больше никому не верю. Хватит.

Уйди пожалуйста от сюда. Уйди. Прошу.

Антон посмотрел на меня и взмолился, крепко сжимая стебель букета.

— Прости меня, молю! Прости за все, за каждую слезинку, которую я заставил тебя пролить. Я был полным, безмерным придурком, слепым и безголовым. Я клянусь тебе всей своей любовью, всеми звездами на небе! Я больше никогда, никогда не коснусь тебя, не потревожу твой покой. Я обещаю, клянусь своей душой!

Веришь? Пожалуйста, скажи, что веришь! Посмотри мне в глаза и скажи, что веришь!

Я вздохнула, скрестив руки на груди и посмотрела ему прям в глаза:

— Простить? Ты думаешь, это игрушки? Ты сломал что-то внутри меня, Антон. И никакие твои слезные обещания этого не починят. Твоя «любовь» стоила мне слишком дорого. Так что не проси меня смотреть тебе в глаза. Потому что если я это сделаю, боюсь, я скажу тебе то, о чем потом пожалею. А сейчас я хочу, чтобы ты просто ушел. И оставил меня в покое.

Антон сжал губы в полоску, и выдохнул:

— Принято. Обещаю — больше никакого вторжения. Надеюсь, ты поверишь. Как бы мне тебя ни убедить, я даю слово.

Потом он повернулся к Алёне и вручил ей букет, она от неожиданности вздрогнула и забрала цветы.

— Алена пошли от сюда. У нас дел полно.

Девушка повернулась на меня и снова улыбнулась, подмигнув:

— Удачи тебе на тренировке, крошка!

И они быстрыми шагами пошли вдоль коридора к лестнице, через минуту скрылись за углом.

Я выдохнула. И опустила руки.

Неожиданно меня схватили за талию сильные мужские руки, сцепив пальцы в замок и прижали спиной к широкой, твердой груди. Два раза быстро поцеловали в правую щеку. И прошептали над ухом:

— Ты почему не отвечаешь на мои сообщения?

Я поморщилась и расцепила его руки на своей талии и провела по щеке, где он меня поцеловал.

— Игорь, отвали пожалуйста!

Игорь был психолог в нашем клубе. Ему тридцать лет. С моими психозами занимался чаще и больше, чем со всеми остальными кажется.

Он резко развернул меня к себе.

Высокий, стройный, овальное лицо с точечными скулами, синие- синие глаза, русые жесткие волосы с зачесом наверх, густые брови, нос с горбинкой. слегка накаченный, в белой футболке и чёрных шортах. Каждое утро ходит на тренировку в зал.

Я хмыкнула:

— Ну да. Я забыла ответить, не до этого было! Пока ты катался рожей по льду возле торгового центра я в приют ездила.

— Ну весело было -хихикнула Игорь — научишь меня кататься когда-нибудь также, как ты? А то, чувствую себя каким -то…

Я улыбнулась, сдерживая смех:

— Как ты вчера сказал, как утка, переобутая в лыжи.

— Так да. Изящное недоразумение.

Так научишь меня также кататься, как ты?

— Нет

— Почему ты такая грубая? -посмотрел он мне в глаза.

— Обычная -нахмурилась я пытаясь освободиться. Он держал меня за предплечья.

— Тебя что -то беспокоит?

— Да нет — пожала я плечами и опустила взгляд.

— Все в порядке?

— Да — тихо сказала я, медленно моргая.

— Точно?

— Нет.

— У-у, ясно. Рассказывай.

Я вздохнула и посмотрела в окно.

Снова все вывалить на тебя? Или промолчать? Хотя ты же не отстанешь. А кому мне еще все рассказать? Ладно.

— Вчера… Вчерашний вечер… я до сих пор не могу прийти в себя. Пошли с Степкой в ресторан, вроде бы обычный ужин… И вдруг — Антон и Ева. Как они там оказались, не знаю. Но то, что они сделали… Это не просто слова. Они знали. Знали, куда бить. Про Алёну. Про боль. Перед всем его семейством. Я ушла. Это было слишком. Они вскрыли самую глубокую рану. Выставили меня на всеобщее посмешище перед его родителями. Я просто сбежала. Не могла больше. Но почему?.. Почему они сделали это? Это было так больно.

Я развернулась и посмотрела пристально ему в глаза, болезненный ком подкатил к горлу, а глаза защипало от поступающих слез.

Тебе я могу доверять Игорь? Ведь могу?

— Игорь -мой голос задрожал- Неужели это навсегда?! Неужели эта боль, эта потеря, это зияющее ничто, будет преследовать меня вечно, не давая вздохнуть, не давая жить?!

Я закрыла глаза и вздохнула.

Игорь отстранил меня от себя и внимательно посмотрел сверху вниз, нервно сглотнул.

— Ника, посмотри на меня.

Я открыла глаза и запрокинула голову, чтобы видеть лицо парня. Игорь взял меня за плечи и ободряюще сжал.

— Я не могу сказать «это не навсегда», потому что часть этой боли — это и моя боль, тоже, по-своему. Мы все в этом каким-то образом. Но я могу сказать, что я готов идти с тобой до конца, чтобы найти выход. Чтобы это «ничто» не стало твоим вечным уделом. Мы найдём способ жить дальше, и я не дам тебе остаться одной в этом.

После чего, он крепко обнял меня, положил подбородок мне на голову. Руки на затылок. Я уткнулась ему в грудь.

— Мы справимся с этим вместе. По крайней мере, я буду рядом, чтобы тебе было легче дышать

Неожиданно дверь сзади распахнулась. Я отпрянула от Игоря и повернулся в сторону звука. Из раздевалки вышел Стёпа. В бордовой футболке поло, черных шортах, белые кеды. Темно -каштановые волосы были растрепанные. Он посмотрел на меня, потом на Игоря.

— Привет -выпалил хрипло Игорь. Степа растерянно кивнул.

После чего, сглотнул, забегал глазами. А потом остановился на меня:

— Ника…

Воцарилась секундная пауза, а потом он сжал кулаки и вдохнул воздух выпалил на одном дыхании:

— Умоляю, прости. Вчерашнее — это не оправдание, но я правда… не знал. Меня самого всё это повергло в шок. Такого больше не будет. Ни за что. Боль, которую я принес тебе — это последнее, чего я желал. Я сам… сам стал заложником ситуации

О, Господи… Опять это… Не надо. Не надо, прошу. Нам не до разборок.

Я нахмурилась и повысила голос, подойдя к нему в плотную:

— Пожалуйста, ну хватит!

После чего провала по его лицу раскрытой ладонью:

— Все хорошо, правда. Жизнь продолжается, не так ли? Забудь… давай просто забудем

Просто забудь — это лучшее, что ты можешь сделать.

Степа сглотнул и тихо спросил:

— Ты… ты веришь мне? Я так тебе признателен за все. Спасибо. Ты — лучшее, что случилось со мной, и мое восхищение тобой безгранично. Но видеть твою боль… это сводит меня с ума.. Я клянусь тебе, если что-то подобное хоть раз еще приблизится к тебе, я не дам этому случиться. Ни за что.

Вдруг наше воркование прервала Екатерина Юрьевна, которая подошла ближе и обвела нас взглядом:

— Так! Что расселись? А ну бегом в зал. Никто ждать не будет. Давайте, давайте.

Потом распахнула дверь и направилась в спортзал.

Степа отстранился от меня, хотел взять за руку, но Игорь прервал:

— Ника, можно тебя… На минутку.

Я закивала, не сводя взгляда со Стёпы:

— Д-да. Степ иди, я догоню.

Степан быстро кивнул, развернулся и зашел в зал.

В коридоре мы остались одни. Наступила тишина.

Я повернулась к Игорю, он сидел на подоконнике сложа руки на груди нахохленный

Я вдохнула:

— Я слушаю.

Игорь пристально на меня посмотрел, и прищурился:

— Прежде чем ты сделаешь следующий шаг, я бы хотел кое-что прояснить. Для твоего же блага.

— Давай. Только быстрее меня ждать не будут.

— Хорошо. Но одно условие: ни капли лжи. Когда думаешь о Степане… что ты чувствуешь на самом деле?

Я нахмурилась:

— К чему такие вопросы, Игорь?

— Каждый человек заслуживает быть счастливым, но ты — особенно. Родная, и я хочу, чтобы ты всегда чувствовала себя счастливой.

— Я счастлива.

— Уверена?

— Конечно.

— Договорились. Но истинная цена этой сделки — твоя абсолютная честность. Ты любишь Степана?

Дыхание перехватило.

Люблю ли я? Любовь не терпит сомнений: тут либо да, либо нет.

Сомневаюсь ли я? Нет. Я точно знаю ответ на этот вопрос и себе никогда не изменю. Так люблю ли я? И мой ответ… Прошлое. Думаю, на этот вопрос мне предстоит вернуться в прошлое… Туда, где я хотела всё, забыть, как страшный сон и никогда не возвращаться.

Туда, где таятся самые страшные кошмары и самые мучительные воспоминания.

Возможно, я так искажала правду, потому что боялась признать, что моя «жертва» тогда — это нечто совершенно иное, чем я думала. Что эта пугающая любовь была не слабостью, а самой мощной силой, которую я когда-либо испытывала.

Именно там, в самых глубинах той боли, коренится истина. Там, где мои чувства были искажены страхом, где я ошиблась, приняв отчаяние за отсутствие любви. Это не просто воспоминания — это фундамент, на котором построена моя нынешняя жизнь.

И что, выбирая «потерять всё», я на самом деле пыталась удержать именно эту силу, просто не понимая, как это делать правильно?

Так что, когда я вернусь в прошлое, главный вопрос будет не сколько я потеряла, а сколько я на самом деле пыталась сохранить, когда от меня ничего не осталось. Только разобравшись с этим, я смогу честно ответить на вопрос, который мучает меня здесь и сейчас…

— Ты всё ещё думаешь об этом, не так ли? -вернул снова меня в реальность Игорь.

Я перевела на него взгляд. Я знаю, что ты имеешь ввиду. с Тот вопрос. А ответ на него, как и всегда, спрятан… в прошлом…

Но помни: тот ответ, что ты ищешь, не обнаружится сразу. Путь к нему будет долгим и извилистым, таящим в себе множество испытаний. Мне предстоит пройти через непроходимые дебри воспоминаний, распутывая узлы старых обид и разочарований, чтобы добраться до самой сути.

Однако, выйдя из этого лабиринта, я искренне надеюсь, что ты, наконец, услышишь тот желанный ответ, который так долго ищешь…

ГЛАВА 4

Декабрь, Ангелина 15 лет.

Будильник прозвенел, заставив мое сердце ухнуть в пятки.

Что? Уже? Утро уже? Нет, нет, нет. Пожалуйста нет! Господи, я не хочу вставать! Только же легла… Пожалуйста, пожалуйста нет. Я не хочу вставать. Не хочу. Не хочу идти в этот ад. Да за что?!

Я сжала кулаки со всей силы под одеялом, резко села, взяла с тумбочки телефон и посмотрела на экран. 5:00.

Ну за что?! Все нормальные, хотя бы в шесть или в семь встают, а нам Эльвирка вчера сказала, чтобы все втроём, я, Даша и эта Романова, были уже в коридоре как солдаты, в это время.

Да пошла ты. Я спать хочу. Ещё пору минуток.

Я отключила будильник и рухнула на подушку. Завернулась в теплое одеяло и натянула его на голову. Вот так бы лежать дальше. Сегодня финал гран -при, короткая программа. Как -то жутко, если признаться. Во -первых знаю, что сейчас нас будут выматывать до полусмерти, оттачивая эту убогую, тошнотворную программу по триста раз. Во-вторых, меня уже все бесит, и я не хочу видеть эти рожи. Особенно Эльвирки.

В мою дверь постучали. Я вздрогнула. Это сто процентов Эльвира Станиславовна! Мама родная, сейчас убьют! Я скинула одеяло и нашарила быстро телефон на тумбочке и посмотрела время. 5:26

Да в смысле?! Как так быстро то?!

В дверь снова постучали.

Я резко вскочила с кровати, что аж голова пошла кругом, при этом я запнулась об сумку возле кровати. Но я быстро встала, пнув ее. Че развались?!

В дверь постучали в третий раз, уже более настойчиво.

Что ж делать?! Я ни фига не оделась еще!

Я быстро осмотрелась. Где же толстовка моя? Где штаны?! Где этот костюм?! Где ты? Где?

Нельзя терять ни секунды, а то убьют в прямом смысле этого слова. Я кинулась к белому чемодану и начала быстро выкидывать оттуда вещи. Да где ты толстовка идиотская?!

Нет ее нигде! Да, Господи! Что ж делать?! Где ты?! Где?! Да где?!

Я обвела взглядом номер, на стуле возле стола, висели голубые спортивные штаны. Ах, вот, вы где!

Быстро вскочив на ноги, я помчались туда. Резким движением стянула пижамные шорты и переодела их на спортивные. Ужас, какие они мятые! Ладно, плевать.

Толстовка висела под штанами. А, ну, ладно, спасибо.

Я быстро накинула ее и двинулась к двери.

Трясущимися руками я застегнула толстовку и подошла к двери, руки ходили ходуном, и я не могла с первого раза открыть замок. С пятого раза получилось и я повернула два раза ключ, и отворила дверь. В глаза бросился яркий свет и пришлось зажмуриться.

— Воронова, ты еще спишь?! — взвизгнула тренер.

— Нет, что вы… Эльвира Станиславовна я уже вот. Готова. -сипло проговорила я.

Яркий свет не давал открыть глаза, как бы не старалась.

Тренер раздраженно вздохнула и спросила:

— Дарья где?

Я пожала плечами и открыла глаза. В светлом коридоре уже стояла Романова во всей красе, с идеальным свежим лицом, свето- русые волосы привела в порядок и заплела в идеальный, гладкий, высокий хвост. В белой, выглаженной футболке и голубых, спортивных штанах адидас. А, ну как же. Ты же у нас всегда при параде, с идеальной дисциплиной.

Аж тошно.

Она пялилась на какую -то огромную картину в черной рамке и делала вид, что ей очень интересно.

Эльвира Станиславовна, недовольно и раздражённо поджала губы и постучала в дверь слева. Потом вздохнула, и посмотрела в потолок. Еще раз постучала, дольше чем обычно. Ей не открывали. Ой, Дашка, сейчас тебе трындец будет…

Даше была самой старшой из нас в сборной, ей было двадцать лет. И она вечно нарывалась на тренера, и ее постоянно дубасили. Бедняжка. Мне было до трясучки страшно, что однажды и мне прилетит. Поэтому, я старалась выполнять все задания тренера. Вот, только Романова идиотская везде лучше была, и везде лезла. Во всем лучшая и самая правильная. Любимица тренера.

Тренер продолжала долбится в дверь еще настойчивее.

— Убью- выдохнула она.

Наконец, замок щёлкнул и в проходе оказалась сонная Даша.

Ясное дело, вообще не готовая. Среднего роста, худая, в серой помятый футболке и черных коротких шортах. Каштановые, густые волосы с отливом в рыжий были взлохмаченны. Кожа с легким загаром. Тёмные, хорошо очерченные брови с естественным изгибом, нос прямой, с изящной формой. Полные, чувственные губы с нежным коралловым оттенком. Мне она всегда казалась очень красивой. И ее не портил даже, глубокий, кривой шрам, начинающийся от скулы и до подбородка. А также, был похожий на второй щеке, но не сильно заметный, и более короткий, но широкий

Я никогда не интересовалась от чего же он, так, как скорее, ей будет не приятно вспоминать.

Однажды, у меня были мысли, что это Эльвира причастна как- то к этому, потому — что, если посмотреть, как она с ней обращается… Возможно многое.

— Че вы ломитесь? -хрипло спросила она, открыв свело- голубые глаза.

— Что? Что ты сказала? -тренер была на грани срыва.

Чувствую, сейчас будет страшно…

Даша почесала руку и нахмурилась:

— Ломитесь, как спецназ, так еще и глухая…

— Что?! — громко взвизгнула Эльвира Станиславовна, заставив меня вздрогнуть.

— Уши промойте. — ответила ей Даша.

Эльвира Станиславовна замахнулась и влепила ей звонкую пощёчину. Ох ты… Нарвалась…

Дарья вздрогнула и пошатнулась, потом чуть было не упала. Но удержалась за косяк двери.

— Да, как ты смеешь?! — заорала тренерша. — Как ты смеешь огрызаться на меня?! Ты — ничто! Всего лишь кусок льда, который я вылепила в некое подобие фигуристки! И если я скажу тебе прыгать в пропасть, ты прыгнешь! Потому что без меня ты — ноль! Пустое место!

— Окей, окей. Только пожалуйста, можно потише. — устало попросила Дарья, закрывая глаза.

Тренерша продолжала:

— Ты — ленивая, бездарная выскочка, которая думает, что ей все дозволено. Ты возомнила, что можешь плевать на дисциплину, на труд, на меня! Но я тебе это не позволю!

— Я поняла, поняла.

— Сегодня ты будешь пахать за всех. И за себя, и за тех, кто сейчас тренируется в полную силу. Ты будешь отрабатывать свою программу до тех пор, пока не упадешь без сил. И не смей перечить мне, иначе я устрою тебе такую жизнь, что ты навсегда забудешь, что такое сон и отдых! — сквозь зубы продолжала Эльвира Станиславовна.

Дарья скрестила руки на груди и кивала с закрытыми глазами.

Тренера понесло дальше:

— Никакого перерыва на обед! Ты будешь бегать кросс по стадиону до тех пор, пока не сдохнешь. И не смей останавливаться, иначе я лично прослежу за тем, чтобы ты вылетела из сборной навсегда!

Дарья вдохнула. И снова закивала.

— Я просто устала.-произнесла она тихо.

— Ха, вы посмотрите -тренер обвела нас взглядом с Вероникой, потом снова повернулась к Даше и толкнула ее в плечо, что она отшатнулась и врезалась в косяк двери. — Зарецкая у нас у нас сегодня — принцесса на горошине! Не выспалась! Устала! Жалко ее! А ни че, что из-за твоего опоздания страдают другие? Они должны смотреть на твою сонную рожу и ждать, пока ты соизволишь проснуться? Ты — эгоистка! Думаешь только о себе! — она снова ее толкнула, что Дашина спину два раза припечаталась в косяк.

— Запомни, Зарецкая. Ты никто без меня! Я сделала тебя, и я могу уничтожить тебя в любой момент. Поэтому закрой свой рот и делай то, что я тебе говорю. Иначе ты очень сильно пожалеешь об этом. Всем быть в столовой через минутку.-она обвела нас убийственным взглядом.-Кто не придет вылетает из сборной.-с этими словами она развернула и быстро направилась вдоль светлого коридора к лифту.

Даша устало вздохнула с вымученным видом и закрыла дверь номера.

Воцарилась тишина. Мы молча переглянулись с Романовой, и я развернулась, зашла в номер, закрыв за собой дверь. Надо умыться и нормально одеться.

Я зашла в ванную. Стены были облицованы плиткой под камень, уложенной горизонтальными полосами. Пол из плитки светлого оттенка с текстурой дерева. На полу перед раковиной расположен небольшой полосатый коврик. Тумба под раковину подвесная, с тремя выдвижными ящиками бежевого цвета, с черными вытянутыми ручками. Столешница раковины белая, раковина интегрированная, прямоугольной формы. Зеркало прямоугольной формы в черной тонкой раме висит над раковиной. Душевая кабина отгорожена стеклянной перегородкой. Поддон выложен мелкой мозаичной плиткой светлого оттенка. Душевая стойка черного цвета, с большой лейкой «тропический душ» и ручным душем. Потолочный светильник в виде прозрачного стеклянного плафона с чёрной арматурой. В потолок встроены точечные светильники. На столешнице раковины расположены сложенные стопкой белые полотенца. Между зеркалом и душевой расположено растение в белом горшке.

Я подошла к зеркалу.

Темно-русые, густые волосы до лопаток, сейчас были убраны в небрежный хвост. Зелёные глаза, прямые брови, высокие выразительные скулы, тонкие черты лица. Темные круги под глазами выдавали недосып и нервное напряжение последних дней. Я всегда завидовала Веронике — её идеальной коже и безупречным мягким чертам. М-да уж, ну ладно.

Я достала средство для умывания, включила воду, ополоснув лицо два раза и начала тереть его пеной.

Мы вчера днем только прилетели. И на этот раз в Японию. Фукуока. Вообще я очень обожала этот Вайб путешествия и разных отелей. Лучшие отели, лучшие проживание все тебе. Ну, неплохо ведь. Ну и само фигурное катание тоже неплохо. Вот если бы не эта грызма страшная Эльвира. Потом еще и бесячая Романова… которая украла у меня все призовые. Лучшей спортсменкой себя возомнила. Она стала двухкратной чемпионкой мира среди юниоров, а мне она сказала довольствоваться серебром и бронзой. И это главное старты, а все остальные она тоже забрала себе в эти два сезона юниорского. Один вопрос, как?! Бесит меня до невозможности. Сейчас у нас взрослый первый сезон, и эта дура мне и тут расслабиться не дает. На первом этапе гран- при в короткой программе я лидировала, но эта скороспелка обошла меня в производной, и как обычно меня опередила. Как же я устала быть постоянно второй, это вообще кошмар! Чем я хуже? И эта дура полетела дальше, обойдя меня в двух программах на втором этапе и отобрала у меня золото, а мне пришлось давиться серебром. Непонятно, как ее обойти!

Даша в это время вообще болталась на пятом и четвёртом местах и никак не могла собраться.

И как сказала Эльвирка, что она позорила Россию и сборную, что она ничтожество ни на что не годная. Помню, после первого этапа, где выпендрёжная Вероника обошла всех и стала первая, я как изгой опять вторая, а Даша четвёртая, с маленьким отрывом от японки, то тогда Даша рыдала так что у меня чуть сердце не остановилось.

Но это было после того, как деспот Эльвундра на нее наорала в раздевалке. Помню этот ор до сих пор. Тогда я стояла, вцепившись в сумку и меня трясло так, что зуб на зуб не попадал. Хотя, мне было жарко. Наш мучитель всегда начинал свою критику с тех, кто плелся в хвосте, а потом только доходила до чемпиона.

— Ты видела свое катание? — взревела она обращалась к Даше, сидящей на скамейке -Это было отвратительно! Четвертая? Могла быть и десятой! Ты запорола все прыжки, вращения еле докрутила! Где борьба? Ты думала о чем угодно, только не о программе.

Даша всхлипнула, смахнув слезы.

— Не надо мне этих слез! Слезами бронзу не завоюешь. В тебе нет огня, нет желания бороться! Ты смирилась с поражением еще до выхода на лед. Ты просто испугалась. Испугалась победить Запомни: в спорте слабым нет места. Если не готова пахать, уходи сейчас!

Воцарилась тишина. Меня затрясло еще больше. Эльвира Станиславовна повернулась медленно ко мне. Я крепче вцепилась в сумку и опустила взгляд.

— Воронова — обратилась она ко мне, но более мягче.

Я подняла глаза.

— Знаешь, чем серебро отличается от золота? -спросила она холодным тоном, но не таким жестоким, как у Даши.-Только одним — ошибками. И ты их допустила. Я видела, где ты могла выступить лучше. Где ты могла вырвать победу. Но ты не сделала этого. Ты упустила свой шанс. Это серебро — это напоминание о твоих слабостях.

Используй его как стимул для работы над собой. Не позволяй себе больше упускать такие возможности

Я быстро закивала, опустив взгляд.

— Ангелина-продолжала тренер- серебро — достойный результат. Но посмотри на Веронику-. Она смогла. Она боролась. Она вырвала победу. А ты? Ты была недостаточно сильна. Ты должна была ее обойти. Ты обязана была ее обойти. Но ты не смогла. Подумай, почему. И сделай все возможное, чтобы в следующий раз история не повторилась.

Я снова молча закивала.

Потом тренер посмотрела на Веронику.

— Да, ты выиграла. Но не думай, что это дает тебе какие-то привилегии. Ты такая же, как и все остальные. Сегодня ты на вершине, а завтра тебя скинут, если ты будешь халтурить. Это золото — это не гарантия успеха. Тебе нужно работать еще больше, чтобы удержаться на этом месте. Конкуренты не дремлют. Они наблюдают за тобой. Они изучают тебя. Они ждут твоего промаха. И как только ты расслабишься, они тебя уничтожат. Так что никаких поблажек. Никакой слабости.

После этого она, развернувшись пошла к выходу, громко хлопнув дверью…

Но, а сейчас финал. И хотя бы тут мне надо доказать, что я лучше! Я лучше, чем эта выскочка. И я буду бороться до конца.

Мы расположились в одном из пятизвездочных отелей.

В отеле был — 5-этажный корпус с номерами и 40 вилл, утопающих в тропическом саду. В некоторых номерах — терраса или балкон. На территории — несколько открытых бассейнов, джакузи, сауна, спа-салон. Среди развлечений — настольный теннис, волейбол, теннисный корт и тренажёрный зал. Ну нам конечно же всем этим не разрешали пользоваться. Только пришли поспали и поехали на арену и никак иначе.

Я вышла из номера. Через секунду отворилась соседняя дверь и оттуда вышла Даша. Уже не такая взлохмаченная. Волосы убрала в хвост, белую, спортивную футболку заправила в голубые штаны адидас.

Молча мы пошли к лифту. Зайдя в кабину, я нажала кнопку первого этажа. Даша стояла с вымученным видом скрестив руки на груди.

Может что- то сказать надо? Как -то неудобно, блин, молчать.

Я сглотнула и посмотрела на нее.

— Э-э, сегодня нам всем… Будет плохо.

Даша закивала.

— Не то слово. Выбесить Эльвиру это хуже, чем остаться наедине с медведем.

Я закивала в ответ.

— Это вот прям точно сказано.

ГЛАВА 5

Мы зашли в столовую, где сейчас было практически пусто. Этот ресторан, расположенный прямо у моря, предлагал своим посетителям захватывающий вид на океан, который открывается через огромные панорамные окна. Интерьер выполнен в современном стиле с элементами роскоши, что создавало атмосферу утонченности и комфорта. Высокий потолок украшен многоуровневыми декоративными элементами, напоминающими раскрытые цветы лотоса. Каждый такой элемент обрамлен мягкой подсветкой, создающей теплый, обволакивающий свет. С потолка свисали пышные зеленые ветви и нежно-лиловые гроздья цветов, добавляя интерьеру живости и романтичности. Дизайнерские светильники с металлическими элементами в современном стиле расположены над столиками, обеспечивая локальное освещение и акцентируя внимание на обеденных зонах. Панорамные окна от пола до потолка пропускают максимум естественного солнечного света, делая пространство светлым и воздушным. Просторные столики с гладкими столешницами, большинство из которых выполнены из темного материала, расположены на комфортном расстоянии друг от друга. Некоторые столики имели квадратную, другие — круглую форму. Элегантные стулья с деревянным каркасом и мягкими, обтянутыми тканью сиденьями и спинками. Светлая обивка стульев гармонирует с общей цветовой палитрой. Мощные, облицованные мозаикой колонны поддерживают потолочные конструкции и визуально разделяют пространство, придавая ему структуру. Пышные комнатные растения в стильных кашпо, расположенные у окон и в глубине зала, оживляют интерьер и создают ощущение свежести. В дальней части зала видна часть барной стойки или сервисной зоны, оформленной в современном стиле с использованием натуральных материалов. А также дальше располагался шведский стол. Что, конечно не для нас. Но все же вид на море добавлял особый шарм, делая каждое мгновение, проведенное здесь, незабываемым. Наличие посетителей, некоторые из которых беседовали, другие — наслаждаются едой, говорило о популярности этого места. Персонал, одетый в униформу, демонстрировал профессионализм и готовность обслужить гостей.

Мы сразу заметили Эльвиру. Точнее, Вольф Эльвиру Станиславовну! Такая женщина не может быть не замеченной.

Она обладала яркой и запоминающейся внешностью, сочетающей в себе силу и элегантность. Выраженные скулы и подбородок, что придавало лицу скульптурность и определённость. Волосы черные, средней длинны, с лёгкими волнами, убранные в низкий хвост. Прямой пробор. У неё был пронзительный взгляд, подчёркнутый естественным макияжем. Ярко зеленый цвет глаз. Брови тёмные, густые и слегка изогнутые, что добавляет выразительности взгляду. Нос прямой, с тонкими чертами, гармонично сочетается с общим обликом. Губы средней полноты, с естественным розовым оттенком. Светлая кожа с небольшим количеством веснушек. Выражение лица серьезное и сосредоточенное, с нотками уверенности и силы.

В белой футболке поло и черных, прямых, спортивных штанах.

Она стояла около одного из столов, за которым сидела пара человек. Девушка блондинка с тугим пучком, выразительные свето-голубые глаза, светлая кожа. В немецкой олимпийке. И парень с темными глазами, русые волосы по плечи. Рядом с ними стоял высокий, статный мужчина, свето- пшеничные волосы, уложенные назад, прямой нос, выразительный подбородок, темно серые глаза, густые низкие брови. В сером классическом костюме, под низ была чёрная футболка.

— Ну с ними по-другому не получается -говорил он Эльвире с акцентом.

Эльвира поддакнула:

— Это точно.

Мужчина продолжал:

— Только с такими методами можно достичь успеха- потом он повернулся к девушке- да, Виктория?

Та сглотнула и закивала.

Мужчина обвел рукой помещение:

— Ну вот, я о том же.

Вероника же сидела за соседним столом у окна сложа руки на коленях с прямой спиной и смотрела куда- то в даль.

Мы подошли ближе, как тренерша повернулась, посмотрев на нас и всплеснула руками:

— О, идут. И долго мне вас ждать?

— А ты ждала? -тихо спросила Даша, не смотря на нее.

Эльвира Станиславовна нахмурилась, впившись в неё взглядом:

— Что ты сказала?

— Ничего-невинно ответила та.

— Уверена?

— А у тебя сомнения? Ой, извините.-произнесла все также невинно Даша.

— Еще одно слово и вылетишь от сюда. И я за себя не отвечаю. Клянусь тебе. -прорычала тренер.

— Флаг в руки -также тихо продолжала Даша, садясь за стол.

Тренерша хотела что- то сказать, даже уже было занесла руку, чтобы дать Даше подзатыльник, но тут вовремя подошла наш диетолог, Кристина Андреевна.- молодая девушка двадцати семи лет с темно-каштановыми волосами, которые собраны в небрежный высокий пучок на макушке, несколько прядей обрамляли лицо. У нее правильные мягкие черты лица. Кожа с загаром, с ровным тоном. Губы полные, с розовым оттенком. На шее надето жемчужное колье с небольшими золотистыми вставками. Глаза темно-карие большие, с густыми ресницами. На лице легкий макияж, подчеркивающий естественную красоту.

Одета в оверсайз костюм серого цвета, состоящий из пиджака и брюк. Пиджак застегнут на две пуговицы с большими накладными карманами. Под пиджаком черная майка. В руках она держала белый блокнот.

— Доброе утро, девочки мои красавицы чемпионки! Как спалось на новом месте? — поинтересовалась она с улыбкой.

— Нормально- ответила сухо Вероника.

— Тут неплохо, да ведь? — обвела она взглядом помещение.

— Ага- пришлось кивнуть мне, сев за общий стол.

Кристина Андреевна нахмурилась и положила руку Даше на плечо:

— А ты что моя радость такая грустная? Не выспалась? Понимаю. Но ничего, сегодня выйдешь на лед, покажешь класс всем и потом будешь отдыхать.

Через пару минут к нам подошёл худой парень, брюнет с зелёными глазами, в черной униформе с подносом и встал около стола.

— И так, — Кристина Андреевна обвела нас взглядом потом открыла блокнот и установилась туда.

Ангелиночка моя. Я составила что нужно тебе. И так. Цель: поддержание энергии на высоком уровне, обеспечение роста и развития, поддержание здорового веса. Поэтому сегодня на завтрак у тебя Овсяная каша на воде с ягодами и небольшим количеством орехов.

Парень взял одну из белых тарелок и поставил около меня. Овсянка? Ну ладно переживем.

Кристина Андреевна продолжала, взяв ручку в руки и указывая на тарелки

— Дальше один тост из цельнозернового хлеба с авокадо и ломтиком слабосоленого лосося. Стакан натурального йогурта без добавок.

Я взяла в руки столовые приборы. Диетолог обратилась к Веронике.

— Так, солнышко мое сейчас у тебя цель обеспечение энергии для интенсивных тренировок, улучшение концентрации, поддержка восстановления мышц.

Меня передернуло, и я посмотрела на Нику. Брр, солнышко, даже у нее ты любимица. Тьфу.

Кристина Андреевна продолжала, а парень поставил тарелки перед Вероникой.

— Поэтому на завтрак у тебя яичница-болтунья из 2-х яиц с добавлением шпината и помидоров. Небольшой банан. Протеиновый коктейль на основе воды с добавлением мерной ложки протеина.

— Дашенька, звезда моя, у тебя цель поддержание оптимальной физической формы, улучшение восстановления после тренировок, контроль веса.

Завтрак: гречневая каша на воде с овощами и кусочком отварной куриной грудки. Небольшой фруктовый салат из яблок, груш и апельсинов. Зеленый чай без сахара. И общие рекомендации. Я обращаюсь ко всем Важно пить достаточное количество воды в течение дня.

Мы снова закивали.

— Ну что ж. — подытожила Кристина, убирая ручку в верхний карман пиджака- всем приятного аппетита. Всех люблю, всем удачи!

После чего отошла от стола вместе с парнем.

Эльвира Станиславовна стоящая, рядом заметив сюсюканье, хмыкнула и обратилась к нам:

— Даю десять минут на употребление пищи. После быть всем в коридоре как солдаты. Уяснили?

Мы снова закивали. Мне кажется уже даже синхронно.

Эльвира задумалась, потом выпалила:

— Хотя, десять минут сильно много. Достаточно будет шести. А в целом, вообще пяти. Так что, начинаем.

Даша хмыкнула и повернулась на тренера:

— А, может нам, тогда вообще не есть?

Эльвира Станиславовна упёрла руки в боки и повысила голос:

— Умная сама или че? Сейчас вылетишь от сюда, я же предупреждала вроде.

Зарецкую несло дальше. Блин, ну вот зачем ты это делаешь?

— Ну… Поумнее некоторой, такой личности, которая стоит такая вся из себя и…

Даша не успела договорить, как Эльвира Станиславовна схватила ее за волосы и с силой дёрнула из -за стола. Даша застонала и начала брыкаться.

— Отпустите, блин!

Эльвира крикнула ей в лицо сильнее дёрнув за волосы:

— Тебя тут кто- то держит, дрянь?!

Даша снова начала брыкаться:

— Да отпустите, мне больно!

Тренер фыркнула и отпустила ее толкнула в плечо, что Даша не удержалась и полетела на пол.

Тренер посмотрела на нее сверху вниз и дрожащими голосом от злости сказала:

— Если ты думаешь, что все так просто, то ты ошибаешься. Боль — это часть пути к успеху. Привыкай. А сейчас выметайся от сюда, хамка ничтожная! Видеть тебя не желаю больше!

Даша резким движением поднялась на ноги, тяжело дыша, по ней было видно, что еще немного и она разрыдается.

Она стянула резинку с волос, быстро переплела в хвост дрожащими руками, и все также тяжело дыша. Потом обратилась к тренеру:

— И пожалуйста! Очень то мне н-надо!

Потом быстро развернулась и пошла к выходу, я заметила, что она уже начала плакать.

Эльвира Станиславовна повернулась к нам и усмехнулась:

— Кто следующий?

Я незаметно хмыкнула.

Конечно же никто. Хотя у тебя же талант на тупые вопросы.

Мы промолчали, тренер вскинула удивлённо брови:

— Никто не желает повторить за нашей звездой Зарецкой?

Мы снова промолчали.

Ну что за тупые вопросы ты задаёшь? Самой не надоело?

Тренер повысила голос:

— Я не слышу ответа!

— Нет — быстро ответила я, смотря в тарелку и крутя в руках ложку.

— Нет, Эльвира Станиславовна. — пролепетала Вероника, найдя в себе силы повернуться к ней.

Тренерша натянуто улыбнулась:

— Отлично. Тогда быстро едим-она посмотрела на спортивные часы- у вас осталось три минуты, и выдвигаемся. Поняли?

— Да-ответила Вероника

— Конечно, Эльвира Станиславовна. — закивала я, а тренерша отошла к своему столу, к тому мужчине тренеру, видимо по немецкой сборной.

ГЛАВА 6

— Закрылась, наверное, в своей норе, сидит проклинает меня.-проворчала тренерша, пока мы шли, по коридору, в сторону номеров. -Ну ничего страшного, уроком ей будет.

Наконец, мы остановились у Дашиной двери.

— Стойте тут — приказала она нам и с улыбкой подошла к двери номера и постучала.

Ей, конечно, не открыли. Наверное, выпал бы снег, если Дарья Зарецкая прибежала на первый зов тренера.

— Хм- протянула Эльвира Станиславовна, постучав вновь — а может и не в норе своей. Побег устроила?

Через секунду щелкнул замок и дверь медленно распахнулась. Даша стояла, облокотившись на косяк двери, вся зарёванная, опустив взгляд, белая футболка была помята и вся мокрая от слез.

Воцарилась тишина. Тренер обвела ее взглядом, потом усмехнулась и тихо, коротко рассмеялась:

— Прощай, «принцесса на горошине», здравствуй, натуральное! Потрудились, перевоплотились, и вот — перед вами, собственной персоной, Царевна Несмеяна! Свежее, настоящее, и, как видите, не слишком довольное.

Даша устало и судорожно вздохнула, скрестив руки на груди.

Тренер повернулась к нам с Вероникой:

— Полчаса даю на то, чтобы вы убрали бардак в своих норах. Зарецкая, следом за мной, немедленно!

Услышав свою фамилию, Даша вздрогнула и посмотрела на тренера, дрожащими голосом взмолилась, что мне стало не по себе:

— Эльвира Станиславовна, простите меня. Простите пожалуйста, я нечаянно я просто сорвалась. Простите!

Тренерша снова хмыкнула:

— Что мне твое «простите»? Я сказала быстро за мной!

И пошла вдоль коридора к себе в комнату. Даша вышла из своего номера, прошла мимо нас и заканючила голосом, которым срывался почти в плач:

— Ну, Эльвира Станиславовна, я не хотела. Я не хотела вам грубить, я не хотела срывать график. Эльвира Станиславовна, пожалуйста.

— Замолчи. — спокойно ответила Эльвира Станиславовна.

Даша не останавливалась:

— Эльвира Станиславовна, простите. И, тем более, мы не так уж и сильно отбиваться. Ну, у всех нормальных же в 7 утра начинается перед соревнованиями?

Тренер медленно развернулась к ней.

— А кто сказал, что ты нормальная?

Даша растерялась:

— Ну, а другие… Ладно я. Ангелина, Вероника? Как же они?

— Деточка моя, вы тут все равны. И будете делать так как я скажу? У меня свой график, так что рот закрой. И ты его уже сорвала. Два часа прошло ни во что, ты понимаешь? Нет? Конечно. Куда тебе. Поэтому тебе никакой пощады не светит. Уяснила?

— Да- кивнула Даша.

— Отлично. Хоть что -то поняла! Уже прогресс!

И распахнув дверь, тренер пропустила Даша вперёд, после чего зашла сама, хлопнув дверью.

ГЛАВА 7

— И так! -провозгласила тренерша, остановившись возле лестничного пролета, ровно через полчаса, как и обещала. — Сейчас будет бег по лестнице на пятый этаж.

Лестница имела несколько пролетов, разделенных площадками. Она выглядела монолитной и прочной. Ступени, изготовлены из бетона или похожего материала, отделаны плиткой серого цвета. Перила и стойки выполнены из металла, скорее всего, нержавеющей стали, что придает им блеск и современный вид. Особую атмосферу создавали лучи солнца, падающие из большого окна, которое занимает значительную часть стены слева. Эти солнечные лучи отбрасывают на стены и лестницу яркие полосы света, создавая игру теней и бликов. Перила состояли из вертикальных металлических прутьев, идущих от основания до верхней части, и горизонтального поручня. Стены вокруг лестницы окрашены в светло-бежевый, что подчеркивало чистоту и пространство.

Тренер начала давать указания:

— 5 раз с ускорением. Кто остановится тому ещё 5 раз. И будете бегать пока не свалитесь без сил. Будем некоторым уроком, как дрыхнуть, когда все вас ждут- тренер обвела меня пренебрежительным взглядом.

Ну как бы иногда хочется и поспать если что. Хотя ты этого никогда не поймёшь видимо.

— А некоторым, таким всем из себя… — она повернулась на Дашу. Она уже была больше расслаблена и не так подавлена, волосы убраны в две косы, футболка на удивление сухая и еще более удивительнее, выглаженная.-которые строят из себя некоторое подобие фигуристки… Будут бегать с утяжелителем, чтобы в следующий раз знать свое место.

Что она тебе говорила интересно, когда втолкала в номер? Вот что?

Эльвира Станиславовна глубоко вдохнула:

— И запомните, меня не волнует, что вы устали, не устали, выдохлись не выдохлись. Можете не может. Это все ваши проблемы, которые вы себе создали? Поняли?

Поняли? Больше чем. Нам жить ещё хочется.

Мы втроём быстро кивнули.

— Отлично. Можете приступать. Вероника прошу на спину к этой особе.-показала она рукой на Дашу.

Вероника посмотрела на тренера с непониманием. Да святоша наша. Конечно, ты бегать не будешь, а будешь мучить Дашку бедную, своей тяжёлой тушкой.

Тренер подбодрила:

— Давай, давай, не ломайся. Или ты тоже желаешь присоединиться с стаду отбитых? Мне показалось ты не такая.

Ну да. Отбитые это мы с Дашей, а ты наша любимица, которая была в 5 утра уже в коридоре, никому не перечила, и была вовремя в столовой.

Вероника немного поколебалась, Даше пришлось наклониться вперёд и Ника через пару секунд прыгнула ей на спину, Даша крепко вцепилась ей за ноги. И они пошатнулись.

О, а как указания то выполняет. Конечно. Правильная все такая.

Тренер хмыкнула, схватив резко за плечи Дарью.

— Не урони ее, если уронишь я размажу тебя по льду.

Я хмыкнула.

О! Конечно. А то твой бриллиант Вероничка упадет, ударится, не сможет кататься, она же у нас богиня. Золотце.

Внезапно, тренер крикнула, что мне пришлось снова вздрогнуть.

— Погнали!

Да ты достала меня пугать! Я заикой, так останусь, блин!

Мы нехотя зашевелились и двинулись вверх по лестнице.

Первый и второй круг мы пробежали более нормально, было не так сложно, но на третьем мы начали замедляться, особенно Даша.

Тренерша в это время стояла на одном из пролетов лестничных и следила за нами, и крутила в руках, как ни в чем не бывало секундомер, ей было все прекрасно видно.

Самой то хорошо, да? Не ты ж бегаешь. Дура, тупая. Достала.

Так. Вдох, выдох, вдох выдох. Главное дышать через нос, так не сильно сложно.

Мы быстрым движением пробежали вниз по ступенькам.

Раз, два, три, четыре.

Вдох- выдох, вдох-выдох. Сердце бешено колотилось. В горле пересохло. Но остановиться нельзя, а то добавит еще больше кругов.

Оказавшись на лестничной пролете, где стояла эта женщина, Даша остановилась, вся красная, потная, тяжело дышащая, хватая воздух ртом. Она поправила нашу царицу Романову на спине и окончательно остановилась, потому что ей не хватало воздуха, она быстро моргнула, простонала, скорчила лицо, крепко сжав зубы и снова поправила Веронику на спине.

Потом медленно, судорожно вдохнула воздух и снова задышала через рот.

Держись Дашка. Держись.

Я остановилась рядом, но не до конца, пришлось продолжать бег на месте. Колени выше. Ещё выше. Раз, два, раз два. Вдох-выдох.

Эльвира Станиславовна окинула нас взглядом и рявкнула, вцепившись взглядом в Дашу:

— Ты чего, как старая маршрутка на подъеме? Давай, ровнее дыши.

Даша, вся красная не удостоила ее ответом, лишь набрала больше воздуха через рот и резко выдохнула. Потом они с Романовой пошатнулись, Ника крепче сцепила руки в замок вокруг шеи Даши, и мы побежали вниз.

Еще немного осталось. Еще чуть- чуть. Дышим главное. Главное дышим.

Мы спустились в самый низ и сразу же развернулись к лестнице, ведущей на вверх, мы принялись бежать. Даша перелетала через две ступеньки, выдыхая громко воздух. Мне оставалось повторять тоже самое. Ноги жгло, ломило. Но останавливаться нельзя. Нельзя.

Сколько мы там намотали, блин, уже?

Я повернулась на Дашку, всю скорчившиеся от напряжения. Лоб и шея были мокрые от пота.

Давай -давай. Ещё немного, да? Молодец.

Я облизала пересохшие губы и хрипло спросила:

— Сколько мы там набегали?

Даша ничего не ответила, лишь поморщилась и простонала, снова поправила сползающую Нику на спине и в замедленном темпе начала дальше подниматься через две ступеньки.

— Четвёртый. — ответила Романова тихо, сидящая на спине у Даши.

Только четвертый, а уже сейчас откинемся, особенно, ты, Дашка.

Держись. Держись. Я верю ты справишься. Еще немного и это закончится. Только не останавливайся пожалуйста, а то эта Эльвирка еще пять накинет.

Тренер проводила нас взглядом до следующего пролета, но, конечно, не без комментариев. Заметив, что Даша сейчас откинется захотелось ее добить:

— Мне кажется, твои легкие начали заниматься хип-хопом с таким ритмом. Давай, вернемся к классическому, спокойному дыханию.

Мы мучительно пробежали еще раз вверх и вниз. И когда пробежали мимо тренера, она снова обратилась к умирающей Даше:

— Ты сейчас больше похожа на аквалангиста, который забыл, как пользоваться кислородом. Выдохни и вдохни, как будто первый раз.

— Да я не могу так. Мне тяжело! -прохрипела Даша, тяжело дыша и взглянула на тренера исподлобья, темно-каштановые волосы, с отливом в рыжий выбились из -под причёски и теперь волосы, убранные в две косы, были взлохмачены и спадали на лицо. И лезли в свето- голубые глаза.

Даша попыталась убрать их, делая резкий кивок головой в сторону, воздухом, но ничего не выходило.

Тренер оглядела ее с ног до головы и хмыкнула, взмахнув безразлично рукой, как бы отмахиваясь:

— Твои трудности — это твой личный квест. Где-то там, за пределами моего внимания.

И мы снова рванули вниз.

Еще… Еще… Продолжай двигаться. Вдох. Выдох. Последний круг остался. Последний.

Каждый вдох, как первый глоток воздуха после долгого погружения. Потом снова этот мучительный выдох. Сердце колотилось в горле, пересохло до боли. Остановиться нельзя. Ни в коем случае. Иначе — новые круги, новые пытки.

Мы пробежали мимо тренера, я поставила ногу для подъёма, как Даша видать начала останавливаться и проговорила, задыхаясь:

— Я к-кажется не справляюсь уж… Уже.

Эльвирка только безразлично ответила:

— Мне до лампочки, что ты там не справляешься. Твоя ответственность — держать равновесие.

Мы совершили еще один круг и спустились вниз вместе с тренером после выполнения приказа.

Губы пересохли, горло садило и сердце билось там же, и отдавало острой болью.

Внутренняя поверхность бедер горели огнём, мышцы сжимались в судороге в области голени.

Ну мы это сделали! Мы это сделали ура. Мы это сделали без повторений и без дополнительных кругов.

Даша без сил разжала руки, опустив вниз вдоль туловища и Вероника сползла с ее спины, но не удержала равновесие на ногах и полетела в стенку рядом, ударившись плечом.

Тренер нахмурилась и подошла ближе к Даше.

— Ты че ее так швыряешь?! -не поняла она. -Я ведь тоже, так могу тебя.

Она подошла к ней в притык и толкнула в плечо, та пошатнулась и врезалась в стену спиной.

Да, Господи, что ты делаешь? Всю ее уже испинала, истолкла. Себя потолкай, а?

— Да никто ее не швыряет! -рявкнула, нахмурившись Даша. Потом медленно моргнула и начала обветривать лицо руками быстрым движением.

Согласна. Кто вот эту дуру швыряет? Она сама на ногах не стоит.

— Ты из меня слепую то не делай! — тренер помахала перед лицо рукой.

— Я и не делаю -огрызнулась Даша, отшатываясь.

— Ты мне не перечь.

— Я и не перечу.

Прекрати Даш, прекрати, а то тебя убьют сейчас. Пожалуйста. Тебе же самой уже нехорошо.

Деспот отошла от нее и развела руками, потом хлопнула в ладоши, обращаясь к ней:

— Да что ты говоришь, моя ты золотая?

Потом повернулся на Нику.

— Вероника, расскажи я слепая? Швыряли ли тебя?

Ха! А она прям тебе скажет. Конечно.

Вероника быстро кинула растерянный взгляд на тренера, потом на Дашу, потом снова на тренера:

— Н… Не… М-м… -промычала она ели слышно.

— Что ты там мямлишь?! -повысила голос Эльвира Станиславовна, что мы все вздрогнули.

— Нет- быстро и тихо ответила Вероника.

— Что нет?! Я слепая? -заорала тренер.

— Н-нет.-еще тише ответила та, и попятилась вдоль коридора спиной вперёд.

Тренер вздохнула, закатив глаза:

— Вероника мне нужен четкий ответ.

Она быстро моргнула и пискнула она на одном дыхании:

— Нет, Эльвира Станиславовна, вы не слепая, меня швыряли.

— Отлично! -звонко хлопнула тренер в ладони. — А теперь -она посмотрела на Дашу, выставила руку ладонью вверх и помахала ей вниз вверх, -побежала еще к 5 кругов. Давай, давай.

— Да за что-о-о?! -выкрикнула Даша.

— Еще три круга. — вскинула тренер бровь, потом обратилась к нам — А вы стойте тут ожидаем эту овцу, отбитую от стада.

Даша намотала восемь кругов, мне казалось, это было целую вечность, и остановилась возле нас, глубоко вдыхая и пытаясь отдышаться.

— Как я буду… Те… Теперь прыгать?

— Также элементарно, как хамить тренеру.-отрезала тренер, как ни в чем не бывало.

Ну не тебе же прыгать, понятное дело.

— А теперь все дружно идем в свои лежбища, берем экипировку: две чистые футболки, полотенце, спортивный костюм, шорты, воду, термобелье, кроссовки, коньки. Встречаемся тут, через три минуты. Кто опоздает 40 отжиманий.

И как ни в чем небывало, пошла к себе в номер.

Мы переглянулись с Дашей, уперли руки в боки, закинули голову к потолку, глубоко вдохнули и выдохнули. И медленно, на дрожащих ногах поплелись в комнаты.

ГЛАВА 8

Так, главное не задерживаться, а то размажешь меня по стенке.

Ты ж у нас на многое способна моя любимая тренерша. А это только утро, впереди еще весь день с тобой провести. Кошмар! Нас специально поселили в рай, чтобы немного отвлечься от этого ада или это издевательство было? Все нормальные просыпаются утром поздним, открывают балконную дверь и слышат пение птиц и шум прибоя. Солнечные лучи пробиваются сквозь листву пальм, освещая номер. И стоят балдеют, отдыхают. А я, как ненормальная должна в пять утра вскакивать и нестись в панике потому-что меня сейчас убьют. Где справедливость?

Я подошла к стулу, около, стола и взяла белую, спортивную сумку. Бардак, я, конечно, же, не убрала тут, покидала все вещи на стул. Теперь разгребать надо. Что взять то надо было? Кроссовки… Так, где они? Я открыла сумку, и пошарила среди какого -то бардака, тут было всего лишь коньки и бутылка воды. А где кроссовки то? Я осмотрелась вокруг себя и обвела взглядом комнату. А понятно. Они валялись около выхода.

Я схватила футболку и шорты, после чего положила их на дно сумки.

Накопала все нужные вещи и уложив их на дно, застегнула молнию… Да наконец то!

Я замахнулась и накинула лямку на плечо. Она сразу ударила меня по спине. Мне пришлось зажмуриться. Ай, зараза тяжелая.

Схватив ключи, на тумбочке я нагнулась к кроссовкам завязала крепко шнурки и поднялась. Сумка тянула вниз, тянущей болью в районе плеча и под лопатками.

И развернувшись вышла из номера.

В коридоре уже конечно же стояла Романова. Ручки скрестила на груди, спортивные голубые штаны в отличии от моих были идеально выглажены, белая толстовка адидас застегнута до горла, тоже идеально прямая, а свои шикарные блестящие свето- русые-волосы, как обычно, идеально убраны в пучок на затылке. Сумка тебе видать вообще не перевешивала и не доставляла никакого дискомфорта перекинутая через плечо?

Губы в отличии от моих потрескавшихся, были нежно розовые, с ровным тоном. Кожа, о так это вообще отдельная тема. Без синяков под глазами, белоснежная, с ровным тоном, без единого высыпания, как у куклы Барби! Понятно. Чем ты Ангелина удивляешься? Самой не смешно? Это же Вероника Романова! Я хмыкнула и отвела взгляд. Потом повернулась и закрыла комнату на ключ. Как же! Ну вот как же! Как же ты и не первая?! Наверное, ураган бы все снёс если ты была бы второй!

Я вдохнула и выдохнула громко через рот. Потом подошла к противоположной стене и села на корточки и принялась переводить взгляд на две двери. Одна слева Дашина, другая Эльвиркина. Что ж. Ждем Дашку бедняжку. Кто будет первый ты Даша или эта Эльвундра?

Ну, ты Даша, давай быстрее шевелись там, я умоляю тебя. Прошу. Я молюсь за тебя. Это же только начало дня, а она тебя уже замучила.

Через минутку дверь Эльвиры справа открылась. И через секунду… Ровно через секунду отворилась дверь слева и вышла Даша. Но Эльвирка перешагнула порог первее и закрыла дверь. На секунду! На секунду раньше! И повернулась на Дашу, которая аж вздрогнула от неожиданности. Потом медленно закрыла дверь, стоя спиной к ней, посмотрела на тренера, задержав дыхание, медленно и тихо выдохнула, плавно повернулась лицом к двери, и начала поворачивать ключ в замке. И что сейчас будет? Ты ей там накинешь заданий? А ты Дашка, чего так медленно то? Тебе жить надоело?

Эльвира Станиславовна закрыла дверь на ключ и подошла к нам, потом на пятках развернулась к Даше, наблюдая за ее неуклюжими попытками закрыть дверь, замок не поддавался и лишь слышался звонкий скрежет железа. Тренер скрестила руки на груди, поджала губы, и обвела ее взглядом с ног до головы.

Ну все. Это конец.

Наконец, замок поддался и Даша выдернула резко ключ из скважины, проверила закрылась ли дверь, потом повернулась в нашу сторону, убирая ключи в карман толстовки.

— 40 отжиманий.-выпалила Эльвира Станиславовна, также смотря на нее как будто на мусор.

Да она на секунду опоздала!

— Я?! — ткнула себе пальцем в грудь Даша, вскинув брови.

— Нет, я! -рявкнула Эльвира- Быстро!

— Я че сделала то?! -развела Даша руками, потом поправила сумку на плече.

— Упор лежа принять! -гаркнула Эльвира Станиславовна- Или еще тебе 40 добавить?

Поздравляю Даша, ты доигралась.

Даша тяжело вздохнула, закатив глаза, кинула сумку специально с грохотом на пол, сначала подняла, как можно выше наверх и с силой швырнула на пол, расстегнула толстовку, резким движением сняла ее и бросила около сумку, опустилась на колени и приняла исходное положение. Ладони строго под плечевыми суставами, пальцы и стопы вместе опора на носки верхняя часть туловища была ровной.

Раз. Два. Три. Четыре. Пять. Начала она в быстром темпе.

На вдохе, сгибала локти, опускаясь вниз до положения, в котором угол в локтях составил девяносто градусов, на выдохе разогнула локти и вернулась в стартовое положение.

Десять, пятнадцать, двадцать, двадцать пять, двадцать шесть…

На тридцатом счёте она начала опускаться не сильно низко.

Тренерша это конечно заметила:

— Ниже! — приказала она. -Еще ниже. Спину ровной сделай, а?

Тридцать один. Тридцать два

Три-и-и-дцать три.

Зарецкая начала заметно замедляться, руки задрожали, она крепко сжала губы и зажмурилась.

Давай, давай, давай!

Три-и-и-дцать четыре.

Три-и-дцать пять.

Три-и-и-дцать…

Даша не смогла поднять корпус вверх и со стоном рухнула по пол.

Тренер хмыкнула:

— Отлично! Планку выполняй.

Даша подняла голову и посмотрела на тренера растерянно, пытаясь отдышаться. А та только поторопила:

— Давай, давай.

Потом сняла секундомер с шеи и начала его наматывать на руку и обратно.

Даша не удержалась и выкрикнула:

— Да всмысле?!

Эльвира закрутила веревку секундомера на ладонь, после чего крепко сжала, и посмотрела на Дашу, лежащую внизу.

— Ничего, ничего. Не торопись. Мы подождём. Ты уже и так все наше время украла. Но ещё все впереди.

Ой, да бедная ты наша. Нечего нас так гонять, проблем бы не было!

Даша быстро обветрила лицо ладонями три раза и приняла положение упор лёжа, уперлась предплечьями в пол, локти находились строго под плечами. Ноги поставила на носки.

Тело вытянуто в линию от головы до пяток.

Раз. Два. Три. Четыре. Пять. Десять, пятнадцать двадцать…

Прошло сорок секунд. Даша выдохнула медленно и громко через нос.

— Дыши ровно, а не как паровоз! Мы не на вокзале.-приказала Эльвундра, возвышаясь над ней.

Держись Дашка. Держись. Держись. Еще немного. Молодец. Давай. Давай.

Прошло две минуты тридцать пять секунд.

— Я… Не Мог-Мог-у-у-у-прошипела Даша, крепко зажмурившись, вся красная от перенапряжения, руки тряслись, колени подкашивались, и она начала поднимать корпус вверх.

Тренер хмыкнула, закатив глаза и потом посмотрев на нее сверху вниз.

— Слушай, птенчик ты мой сладкий, меня это не волнует от слова совсем! Поняла ты или нет?

Потом поставила ногу на ее спину и надавив, опустила корпус вниз.

Нет, ну ты натуральная дура. Своими грязными кроссовками по ее чистой одежде, блин. Она и так уже весь пол вытерла собой.

Даша застонала сквозь зубы и рухнула на пол. Она пыталась восстановить дыхание, перевела взгляд на дрожащие и посиневшие руки, после чего упала головой на ладони и снова застонала.

Держись пожалуйста. Держись Дашка. Это только начало ты же знаешь…

Эльвира Станиславовна снова нахмурилась и дала несильный пинок ей в бок.

— Хватит скулить, собака!

Та подняла голову и быстрым движением села на колени, потом скривила лицо в болезненной гримасе, закрыла глаза, глубоко вдохнула и начала вставать.

Мы с Вероникой переглянулись, резко подскочили с двух сторон, взяли за на предплечья, помогая подняться.

Тренер недовольно посмотрела на нас, потом уперла руки в боки и одной рукой ткнула на Дашу, все еще сидящую на полу. Руки тряслись, и она тяжело дышала, и видимо не собиралась вставать.

— Ну что ж -сказала тренер. -Из этого я могу сделать вывод, что боец совершенно не готов к бою. Поэтому… Поэтому он получит дополнительную нагрузку.

После этого она подошла в плотную к ней, что нам с Вероникой пришлось отпустить ее и отойти, взяла за шкирку футболки, что она выправилась из штанов, потянула вверх, вынуждая ее встать.

— Отлично! А теперь марш за мной! -скомандовала она.

Я нагнулась, схватив Дашкину сумку и подала ей, Вероника же подала ей толстовку. Даша облизала пересохшие губы, сглотнула, не переставая тяжело дышать.

Повернувшись, мы поплелись за нашим тираном.

Даша посмотрела на меня, забирая сумку.

— Мне тяжело жесть как- сказала она ели слышно хриплым голосом, но эта Эльвундра услышала и бросила через плечо:

— Ну, бывает. Жизнь вообще штука такая.

Мы все двинулись вниз по лестнице. Никакого лифта конечно же. Движение жизнь! По пути Даша начала распутывать волосы.

В холле было прохладно. Современный, элегантный и просторный вестибюль отеля в стиле минимализма с элементами скандинавского дизайна. Светлое дерево белый мрамор и акценты золота, создающие ощущение роскоши, чистоты и открытости. Общая атмосфера — светлая, воздушная, с акцентом на естественное освещение и плавные линии. Пол выложен крупноформатной белой мраморной плиткой. Поверхность глянцевая, зеркально отражающая свет. У стойки ресепшена пол переходил в деревянную вставку с изогнутой формой, где дерево сочетается с черной кромкой для контраста.

Стойка ресепшена была длинная стойка из светлого дерева с глянцевой отделкой. Верхняя поверхность — гладкая, с золотистой с -подсветкой по краю, имитирующей неоновую линию. Слева от стойки — золотистая дверь. Стены — комбинация белой штукатурки и деревянных панелей. Основная зона — гладкие белые стены с круглыми светильниками, рассеивающими мягкий дневной свет.

В углах — тонкие золотистые элементы декора. Холл многоярусный, с видом на верхние этажи. По кругу поднимались деревянные балюстрады с прозрачным стеклом, поддерживаемые массивными белыми колоннами. В центре — круглая стеклянная шахта лифта с золотистой отделкой, окруженная деревянными панелями. На заднем плане видны спиралевидные лестницы с золотыми перилами, ведущие на галерею второго уровня. Два высоких декоративных дерева в золотистых горшках у входа справа, с густой зеленой кроной. Маленькое растение в белом горшке на стойке. Ваза с белыми лилиями у ресепшена. Цифровой экран, TV за стойкой с белой рамой, пара стульев в зоне ожидания и минималистичные полки с журналами. Вход с правой стороны через стеклянные двери с деревянной рамой, слева — панорамные окна.

Эльвира Станиславовна резко развернулась, что Даша шедшая, оглядываясь по сторонам и расплетая волосы не увидела и резко влетела в нее.

Тренер нахмурилась, а Даша сразу же отодвинулась назад.

Эльвира Станиславовна оглядела Дашу с ног до головы:

— Че прешь, как танк?

Даша не ответила, растерянно глядя на тренера.

Эльвира Станиславовна оглянулась по сторонам, потом убрала с плеча спортивную чёрную сумку и вручила Даше:

— На! Иди посиди.

Даша перехватила ее быстрым движением и повесила на второе плечо.

Тренер посмотрела на нас.

— Так, ключи мне. -потребовала она выставил ладонь вперёд.

Мы пошарили в карманах толстовки и протянула ей.

Даша отдала ключи, одновременно пытаясь распутать волосы, заплетенные в косу, которые все запутались на резинке. И поморщившись, отошла в сторону диванчиков. Кинула сумки туда и уселась рядом.

Тренер вздохнула, закатив глаза, посмотрев на Дашу, которая с силой начала выдергивать резинку.

— Сюда иди.

Даша быстро ответила:

— Нет, спасибо. Я сама.

— Сюда иди я сказала, не заставляй меня орать!

— Чтобы без волос остаться?

— Ты издеваешься надо мной? -тренер сделала шаг вперёд. Даша резко вскочила.

— Все, все. Иду!

Она подошла ближе к тренеру, та взяла ее за волосы. Даша поморщилась и взмолилась:

— Только не выдирайте… А-а-а!

Тренер лишь закатила глаза и через пару движений убрала резинку с волос.

Даша выдохнула и отошла от тренера. Та повернулась на нас:

— Сели!

Нам пришлось с Вероникой сесть на диваны.

Тренер подошла к ресепшену. И у улыбнулась, отдала ключи.

— Доброе утро. Скажите не могли бы вы вызвать такси, чтобы добраться до города?

Пожилой, высокий, седовласый мужчина, с волосами гладко уложенными назад, с зелёными глазами, нос с горбинкой, в темно- бордовом пиджаке с синим галстуком с акцентом ответил, улыбнувшись.

— Конечно, сейчас все будет.

Он достал какую -то папку черного цвета и протянул Эльвире, открыл и взяв в руки карандаш, начал указывать:

— Вот, ваши основные варианты, куда идти и как добраться: первое-пешком, но это очень ограничено. Вы можете выйти из отеля и прогуляться по прилегающей территории. Это могут быть дорожки вдоль побережья или небольшие тропы, ведущие к другим пляжам или менее развитым участкам. Это скорее про исследование природы вокруг отеля, чем про поход в «город». Ближайшие магазины/кафе. Иногда рядом с крупными resort-ами могут быть небольшие, отдельно стоящие магазины или простые кафе для местных и туристов. Мы вам с удовольствием вызовем такси. Это самый распространенный и надежный способ передвижения.

— Нам на ледовый.

— Ну что ж. Ожидайте. — снова улыбнулся мужчина и взял телефонную трубку, начал набирать номер такси.

Тренер повернулась спиной к ресепшну, оглядывая холл.

Тут, в коридоре, возле выхода появился наш хореограф Роман Сергеевич. О, ну неужели какой- то нормальный человек, который нас может спасти! Когда он рядом можно спокойно дышать.

Среднего роста, гибкий, стройный, овальное лицо с точными скулами, высокий лоб, волосы платиновый блонд, с зачесом назад, темно-серые глаза, легкая щетина. В черных шортах и белой футболке, белое полотенце, перекинутое через плечо. Ему было тридцать три, и он с нами всегда был на одной волне, в отличие от этой карги грызмы Эльвирки. И да, меня не смущает, что тебе всего то тридцать шесть.

Хореограф зашел в середину холла и увидя нас, улыбнулся:

— О, всем привет, девчонки! Как дела?

Мы улыбнулись все втроем в ответ и помахали рукой, но Эльвирка заметила это и прервала нашу спокойную жизнь:

— А вы, что тут делаете?

Роман Сергеевич обернулся на тренера:

— Да вот решил искупаться пока никого нет особо. И не так жарко. А то, мне совсем не спиться. Переживаю за моих девчонок.

Эльвира посмотрела на него с головы до ног и резко развернулась к мужчине за стойкой. Тот аж вздрогнул, потом снова улыбнулся:

— Так вот, такси скоро будет. Буквально пару минут.

— Хорошо. Ждем. — ответила она и постучала пальцами по стойке.

Хореограф подошел к нам и присел на корточки.

— Ну, что красотки, готовы к бою?

Мы пожали плечами.

— Ну, что ж, вы такие кислые? Как вам вообще тут? Как по мне тут круто.

Мы кивнули.

Роман Сергеевич нахмурился и тихо прошептал, кивнув в сторону тренера:

— Она вас пытает, да? Уже замучила?

Даша вздохнула:

— Роман Сергеевич, вам лучше не знать.

Я поддержала:

— Все в ее стиле. Не удивляйтесь.

Даша поморщилась и откинулась на спинку дивана.

— Только утро, а мы уже и побегать успели.

Я закивала:

— Ага, по лестнице.

Даша снова поморщилась:

— Я спину себе уже всю надорвала. Вероника хоть и не тяжелая, но и я не…

Договорить она не успела, Эльвира Станиславовна развернулась в нашу сторону.

— Роман Сергеевич, так что вы тут делаете?

Он сглотнул и встал. Потом, повернулся к ней:

— Ну я купаться ходил.

— Искупались?

— Да.

— Чудесно. Вы куда- то шли?

— Ну да…

— Вот и идите. Не смею вас задерживать.

Хореограф посмотрела нас и сжал кулаки в воздухе, подмигнул:

— Ну ладно девчонки встретимся на льду!

И быстрым шагом направился к лифту.

Мужчина администратор снова обратился к Эльвире:

— Ну что ж. Такси готово. Уже ждет вас. Приятного пути.