Бесплатный фрагмент - От Спаса Златоверхого

---

В начале пути

Ура! Воскресение! Сегодня я пойду в городской сад на автодром. А потом мы пойдем гулять по набережной Волги. Я люблю эти прогулки с мамой, потому что она рассказывает мне много интересных историй о моем родном городе — гордой и славной Твери, древнейшей столице России.

На другой стороне Волги напротив городского сада стоит памятник русскому путешественнику-первопроходцу, тверскому купцу Афанасию Никитину. Он первым из европейских путешественников достиг далекой и загадочной Индии, за 30 лет до португальца Васко да Гама! Он оставил нам свои путевые заметки «Хожение за три моря», которые сегодня переведены на языки многих народов мира.

Никитин стоит во весь рост на носу средневекового корабля. Я знаю, что такие корабли на Руси называли «стругами». Архитектор опустил памятник совсем низко к воде, и кажется, что корабль на всех парусах мчится мне навстречу.

Я прошу маму:

— А давай сегодня «вообразим» путешествие Афанасия Никитина! Ведь он свой, он наш парень, такой же смелый первопроходец как Юрий Гагарин или Валерий Чкалов.

— Конечно, Илюша! Только этот рассказ будет долгим, — отвечает она.

— Тогда мы будем говорить долго!

1468 год. Легкий аромат сирени наполняет город, с Волги дует свежий немного влажный ветер! Золотом горят на солнце купола церквей. Хорошо весной в Твери!

Афанасий Никитин медленно идет по улицам Кремля к храму Спаса Златоверхого. Весь резной белокаменный собор возносит Господу молитву о благополучии, процветании города и его жителей. Это первое каменное здание северо-восточной Руси, построенное после монголо-татарского нашествия. Здесь находятся мощи великого князя Всея Руси Михаила Ярославича Тверского. За Спасом виднеется дворцовая церковь Бориса и Глеба, храм Ивана Милостивого и Михаила Архангела, небесного защитника Твери.

Никитин открывает тяжелую кованую дверь собора и входит в полумрак храма. Собор встречает его сиянием икон, украшенных жемчугом и драгоценными камнями. Он зажигает свечу у иконы Спасителя, потом прикладывается к своей любимой иконе Казанской Божьей Матери. Никитин молится о жизни и благополучии своей семьи. Затем переходит к иконам Архангела Михаила и Николая Чудотворца, прося о покровительстве и поддержке в предстоящем трудном и опасном путешествии. Потом он долго стоит у раки великого князя Михаила Тверского, мысленно прощаясь с дорогими его сердцу Спасом Златоверхим и Тверью. Доведется ли вернуться назад? Кто знает… Осенив себя крестным знамением, он покидает храм и направляется к Владимирским воротам Кремля, которые ведут к Загородскому посаду. У моста через ров находится площадь торга, к которой примыкает пристань. Здесь его уже ждет корабль под красными парусами. Товарищи радостно машут ему руками, ведь он «голова» и отвечает за весь товар и людей.

В первую очередь Никитин и его сотоварищи направляются в город Калязин к игумену Троицкого монастыря Макарию.

— Мам, это тот монастырь, который был затоплен при строительстве Угличского водохранилища? Там ведь сейчас только колокольня посреди Волги торчит? — спрашиваю я маму.

— Да, к сожалению, это так.

В монастырской библиотеке Афанасий Никитин знакомится с картами и книгами о волжском торговом пути. Этот эпизод хорошо показан на картине Всеволода Иванова «В книгохранилище». Волжский путь имеет очень старую историю. Еще во времена Киевской Руси по нему ходили русские, булгарские и арабские суда.

Затем Никитин берет благословение у преподобного Макария и «святыа братии».

По Московии и Золотой Орде

После Калязина Никитин берет курс на земли Великого княжества Московского и беспрепятственно проходит через Углич, Ярославль, Кострому, Плес вплоть до Нижнего Новгорода. У него на руках путевые грамоты великого князя Ивана III, который был женат на сестре его государя великого князя Михаила Борисовича Тверского — Марии.

— Мам, скажи, а сколько лет было князю Михаилу Борисовичу? Правда, что он бы подростком?

— Он родился в 1453 году, к моменту начала путешествия Афанасия Никитина ему было не больше 15 лет.

— И он уже был князем?

— Да, Илюша, и даже раньше. Его отец, великий князь Борис Александрович, умер в 1461 году. Княжичу тогда было 7—8 лет, он был ненамного старше тебя. Опекуном Михаила стал Василий Захарьевич Бороздин, принадлежавший к знатному тверскому боярскому роду.

В Нижнем Новгороде Афанасий Никитин и его спутники задержались на целых две недели. Никитин рассчитывал встретиться здесь с московским послом Василием Папиным, который шел в Орду с кречетами, но тот уже покинул город. Чтобы проплыть через опасную татарскую территорию, Никитин был вынужден ждать посла Ширвана Хасан-бека. Ширван — это государство в северо-восточной части современного Азербайджана. В те годы правителем Ширвана был шах Фаррух-Ясар. Именно его Никитин называет ширваншаном или ширваншином, то есть шахом Ширвана.

— Мам, скажи, а что такое кречеты?

— Кречет — это охотничья птица, самая крупная из северных соколов. Охота с ловчими птицами была в моде в ту эпоху. Ее можно увидеть даже на фресках Софийского собора в Киеве, упоминается она и в «Русской правде», «Поучении» Мономаха, «Слове о полку Игореве». Кречеты ценились на вес золота. Отличались они по окраске и качеству, были красные, белые и серые кречеты, дороже всего ценились белые птицы. Ловить их отправлялись специальные ватаги кречетников на север, в область Печоры. Ловчих птиц русичи часто использовали в качестве драгоценных подарков при проведении дипломатических переговоров.

В караване посла Хасан-бека Никитин и его товарищи держат путь к низовьям Волги, спокойно минуя ордынские города — Казань, Орду и Сарай. Беда пришла в устье Волги, когда караван вошел в один из рукавов нашей великой реки — Бузань, здесь к путешественникам подъехали три татарина и дали лживую информацию о том, что их поджидают люди Касима, султана Астраханского ханстве. Аж три тысячи человек! Астраханское ханство находилось тогда во враждебных отношениях с Москвой. Посол дал татарам по кафтану-однорядке и куску полотна, чтоб провели в обход засады. Но те сподличали, подарки взяли, да сообщили о кораблях астраханцам.

— Расскажи, а что такое однорядка?

— Однорядка — это русская верхняя одежда, долгополая до щиколотки, без воротника, с длинными рукавами, под которыми делались прорехи для рук. Ее носили как мужчины, так и женщины. Однорядка шилась из одного ряда ткани, то есть не имела подкладки. Она играла роль плаща, ее носили осенью в ненастную погоду, в рукава и внакидку. Однорядку шили из шерстяных тканей, украшали кружевом, нашивками и золотым шитьем. Такую одежду можно увидеть на картине художника Всеволода Иванова «Анастасия».

Давай продолжим наш рассказ об Афанасии Никитине! Предчувствуя беду, Никитин и его товарищи перебрались на посольский корабль. Ночь была очень светлая, ярко светила луна, и река хорошо просматривалась с берега. Татары сразу их увидели, раздались крики: «Качма! Качма — не прячьтесь!». Но посол приказал приналечь на весла. Может быть, и ушли, да помешал ез — деревянное заграждение для ловли рыбы. Началась перестрелка, один из купцов был убит, а у татар застрелили сразу двоих. Татары захватили и ограбили посольский корабль, на котором плыли также персидские и московские купцы. Тверское судно село на мель в устье Волги и тоже было разграблено. Четверых русичей взяли в плен. Никитин потерял весь свой товар.

— Скажи, а что он вез из Твери?

— Он вез «мягкую рухлядь».

— А что это такое?

— Пушнина, выделанные шкурки пушных зверей. Они высоко ценились на Востоке. Недаром татары собирали на Руси дань шкурками. «По белке с дыму», — говорит «Повесть временных лет». Мех тверских зверей, выросших в условиях холодного климата, обладает очень хорошим качеством и даже сегодня высоко ценится на пушном рынке.

— А что было дальше?

— Татары не позволили купцам подняться наверх по реке для ведения торговых дел в Астрахани и вытеснили их в Каспийское море. Так произошла встреча Никитина с его первым морем — Дербентским или по-персидски Хвалитьским. Сегодня мы называем его Каспийским морем.

— Но ведь струги — речные торговые суда. Морские суда — бусы были более тяжелыми, поднимали значительно больше людей и груза, имели специальные экипажи.