Бесплатный фрагмент - Обратный отсчёт

Обратный отсчёт

Посвящается Vinokurowa, капитану идейного мозгового штурма.

— Привет, друзья! — Проводник белозубо оскалился, и группа туристов затихла. — Сегодня мы отправимся в одно из самых мистических мест, в которых бывала наша команда. Кстати, поприветствуйте ребят!

Трое мужчин, нагруженных снаряжением, равнодушно кивнули на беспорядочные аплодисменты и продолжили закреплять карабины — эти наёмники прекрасно знали, что легковерных людей сейчас будут кошмарить сказочками за их же деньги. А проводник продолжил речь с прежним энтузиазмом, вновь завладевая вниманием слушателей:

— Перед нами заброшенная шахта. Именно здесь давным-давно произошёл обвал, оставивший после себя множество загадок. Вы знали, что врач, присутствовавший при спусках экстренных групп в забой, вскоре таинственным образом умер?

— Да, с ним по-тихому разобрались владельцы, чтоб не болтал!

— Точно! Это из-за него собрали комиссию, которая закрыла добычу!

— И вы абсолютно правы! Прекрасная подготовка! — Похвалил проводник энтузиазм группы. — Он действительно проговорился в баре за день до своей смерти, что прикрыл начальство, подделав заключения. Но мы ведь пришли не за этими скучными историями из официальных бумажек, не так ли? Нас с вами интересует нечто другое, потустороннее. И, если нам повезет, мы выясним настоящую причину его внезапной смерти.

Говорят, это место наполнено не только трагедиями, но и… чем-то ещё, не поддающимся объяснению. Сейчас перед вами открывается уникальная возможность почувствовать дыхание веков и испытать лёгкий холодок, пробегающий по спине. Слышите это? — Резко дернулся оратор, показательно оборачиваясь. — Скрежет, эхом отдающийся в туннелях. Возможно, это просто ветер, а, может… то, что спровоцировало завалы, превращая шахту в могильник.

Несмотря на хорошо поставленную речь, в облике мужчины проскальзывала неприятная манерность: возможно, щелчок пальцами получился слишком театральным, или же сыграло роль отсутствие уважения к трагическим руинам, превращенным в развлечение для публики. Однако, городские сталкеры* оставались равнодушными к наигранности его действий и с восторгом внимали, нетерпеливо поправляя походное обмундирование.

— Как думаете, хороша́ ли идея строить шахту рядом с системой подземных каналов, древних и ужасных? — Мужчина быстро оглянулся, а затем заговорщицки понизил голос, наклоняясь к публике. — Существует легенда: на самом деле местные озера и подземные воздушные карманы соединены между собой и океаном сетью переходов, через которые могут перемещаться незамеченными Существа.*

— Божественный Ужас?* — С трепетным придыханием один из сталкеров выступил вперёд.

— А ты сектант что ль? — Тут же подозрительно прищурился другой, но на него не обратили внимания: большинство присутствующих тоже увлекались мифами о хтонических тварях и языческих богах.

— Мы не знаем. А те, кто знали, не выжил. — Многозначительно усмехнулся проводник.

Зловещая пауза длилась долго. Намного дольше, чем хотелось бы слушателям: ветер шелестел густой черной пылью, трещал сухостой на пустырях, потускневшие от времени предупредительные таблички щерились ржавчиной, влажная темнота чревоугодно выглядывала из ненадежно заколоченного спуска.

А проводник — молчал.

— Итак, — наконец как ни в чем ни бывало продолжил руководитель группы — шахта старая и может таить в себе сюрпризы, поэтому перед тем, как мы начнём, хотелось бы напомнить о некоторых правилах безопасности: оставайтесь возле меня и не отходите далеко, не наступайте на трапы и не трогайте арки, эти доски давно прогнили. И не забывайте фонарики, ребята, они — ваш лучший друг на сегодня! Самоспасатели тоже далеко не прячем: если поднимется пыль, сразу надеваем и дышим.

Ну, готовы узнать причины таинственных смертей и разгадать вместе со мной все секреты этой шахты? Добраться до затопленных проклятыми водами участков на глубине? Тогда вперёд! Включаем фонарики и спускаемся. И помните: главное — не беспокоить местных привидений!

Погнали!

***

Скрип.

Скрежет.

Под землей эти звуки никто не хотел слышать.

Обвалы и опасные пустоты в нестабильных скальных породах были не редкостью, поскольку местные жители упорно вспарывали землю своей родины тоннелями, уходя всё глубже вниз.

Как и многие уроженцы районов шахт, он являлся молодым шахтёром, и с присущей лишь молодости самоуверенностью не допускал даже мысли, что погибнет под обвалом. Попросту не предполагал, что опасный горизонтальный пласт с критическими трещинами именно сегодня рухнет ему на голову, а он — не сможет избежать трагедии. Однако, его последний день, похоже, планировался именно таким: деревянные балки трещали, земля дрожала под ногами, а выход в основной тоннель к подъемнику казался преступно далеким. Развилки множились, почва скользила под слишком тяжелыми сапогами, уклон коридоров замедлял бег, и он, даже бросив увесистый инструмент, не успевал выбраться. Да и как тут успеть? Сырость и духота дело привычное, а вот обогнать смерть, передвигаясь на полусогнутых…

Когда свод начал осыпаться мелкой крошкой, предвестницей полновесных монолитов и крупного завала, он крепко зажмурился, набирая полные лёгкие спертого воздуха в последний раз.

Смертельный удар в грудь, обязанный стать мучительным, оказался неожиданно мягким. А затем — его почему-то протащило по земле, уничтожая ориентацию в пространстве, разрывая рабочую куртку и оставляя болезненные ссадины на спине. Да и в целом его фатальное падение вниз ощущалось, как движение вверх.