электронная
Бесплатно
печатная A5
354
18+
Облако памяти

Бесплатный фрагмент - Облако памяти

Объем:
232 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4483-6019-0
электронная
Бесплатно
печатная A5
от 354
Купить по «цене читателя»

Скачать бесплатно:

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Астролог Аглая встречает в парке Николая Кулагина, чтобы осуществить план, который задумала более тридцати лет назад. Николай попадает под влияние Аглаи и ей остаётся только использовать против него свои знания, но ей мешает неизвестный шантажист, у которого собственные планы на Николая. К тому же Аглая понимает, что не получает удовольствия от того, к чему шла так долго, зато находит себе приемницу, оставляет Николая и уезжает, не осуществив свой план мести. Действие этой линии происходит в наши дни.

Параллельно, история, случившаяся сорока годами ранее: Алиса встречает мужчину своей мечты Сергея, но вопреки всем «знакам», собственными стараниями, они навсегда остаются зафиксированными в стадии перехода зарождающихся отношений на следующий уровень. В конце концов, когда молодые люди решаются, преодолев страхи, быть вместе, им мешает беременность бывшей подруги Сергея, которая вынуждает его жениться на себе. Алиса решает, что жизнь кончена, но встречает астролога, идет к ней в ученицы, берет имя Аглая и по совету наставницы решает отсрочить месть Сергею.

Благодарность

Хочу признаться в любви и поблагодарить мою дорогую Каусарию, которая была не только моим первым читателем, но и весьма трепетно отнеслась к текстам. Каусария, это моя авторская благодарность! Спасибо тебе!

Огромную благодарность я выражаю Жене, которая не только прочла текст дважды, но и каждый раз находила для меня слова поддержки. А еще она помогла мне в редактуре.

Пролог

Мир разделился. Внутри было отчаянно пусто и глухо, и эта пустота пульсировала тупой скрежещущей болью. А снаружи все было, как обычно и от этого контраста она ощущала, как каждую минуту боль усиливалась, разливаясь по всему телу.

Она сидела на подоконнике, опасно высунувшись наружу, и смотрела на улицу. Нервно сигналили машины. Цыганки кричали «позолоти ручку», «всю правду скажу», смачно сплевывали, улюлюкали вслед прохожим. Дети просили купить мороженого или газировки. Голуби пытались отбить крошки у воробьев. Воздух был влажным и плотным.

Она не понимала, почему они все не исчезли. Не обрушились небеса. Не грянул гром. Хотя бы. Не исчезли звуки, запахи и краски. Она знала, что краски тоже были на месте, в ее голове было словно два экрана: на одном все было серым, а на другом — преступно продолжалась многоцветная чужая жизнь.

— Мне кажется, у меня больше нет сердца, — сказала она в сторону комнаты.

— Не говори глупостей.

— Я не понимаю, почему…

— Что?

— Ну почему ничего не кончилось? Почему я не умерла? Так же бывает, да? Когда тебе сообщают что-то несовместимое с жизнью — умираешь.

— То, что у них будет ребенок — это не… не что-то несовместимое с жизнью! Тем более твоей.

— Я больше никогда… Ни за что. Как же? Теперь? Я ведь никогда не выйду замуж…

— Прекрати!

— Ты знаешь, сколько мне лет?!

— Знаю, мы ровесницы!

— Вот! Шансов нет. Хотя… Это не важно! Понимаешь, у нас связь. Кармическая. Я точно это знаю. Столько лет…

— Столько лет вы морочили друг другу голову и трепали нервы и, наконец, все это закончится.

Жизнь остановилась в ней несколько минут назад, когда она задержала дыхание во время телефонного звонка.

Сегодня они должны были идти в ресторан, отмечать начало совместной жизни. Но теперь все. Ничего не будет. Ей было странно, что она еще дышит, может двигать рукой или ногой, произносить слова. Это по инерции, успокаивала она себя. Скоро все прекратится. Кончится. И ей уже ничего не придется делать. Уже сейчас все было лишним и ненужным.

— Прекрати! Никто не умер! Ничего ужасного не произошло!

— Как это? Как это — никто не умер? А я? Я же умерла. Несколько минут назад.

Глава 1

Женщина оглядела парк и почти сразу заметила его. Ну вот и прошли положенные тридцать семь лет.

— Пора, — сказала женщина негромко и направилась к Николаю.

Он рассматривал носки своих туфель. Трава все еще была сочного зеленого цвета, но ней уже было много ярких листьев. Николай сначала пытался подцеплять листья аккуратно, чтобы не испачкать туфель, но решил, что так ничего не получится.

Нужно было, как это модно нынче, экологично избавляться от негативных эмоций. Не вовлекая в процесс посторонних. Предметы или людей. С экологичностью у Николая Кулагина были проблемы. Он старался не отставать, держать руку на пульсе и вообще жить прогрессивно. Поэтому он читал много психологической литературы. Особенно в виде многочисленных статей, которыми так любили «делиться» в социальных сетях. Про необходимость «экологично» обращаться со своими эмоциями и чувствами он прочел накануне. Даже Гельке не успел рассказать. Привычно одернул ее, когда она утром солила кофе.

— Геля, прекрати! Никому не нужна соль, да еще в кофе. Кофе и без того вредный напиток, а ты туда еще соли.

— И сахару, — сообщила легкомысленная Геля. — Тоже вредно. Кулагин, а в твоих статьях про здоровье не написано, что вредно утро начинать с ворчания? Тоже, по слухам, жизнь значительно сокращает.

Николай объявил Геле, что у него сегодня трудный день и кофе он не хочет. И вообще, пусть она не мешает ему собираться на работу. Теперь он знал, что нужно было бы пропустить эмоции через тело и попрыгать в спальне. Возможно, дополнительно подкрепляя процесс горловым пением.

В парке Николаю снова захотелось попрыгать на месте и покричать. Но вокруг было полно народу: мамаши с колясками, девицы с сигаретами, старушки с мопсами. Покричать не выйдет.

Он представил, как будет выглядеть. Кудрявый мужик в деловом костюме, прыгающий и вопящий. Вряд ли кто-то вызовет неотложку, но рисковать не хотелось. От такой фантазии, как ни странно, Николаю стало легче. Что это он? Раскис. Размяк. Мог бы просто покидать мятой бумагой в мусорную корзину прямо в офисе и не устраивать этого выездного цирка.

Еще и водителя отправил на целый час. Решил, что свежий осенний воздух непременно его успокоит. Может, и успокоил, но что делать целый час? Выпить кофе в ближайшей кофейне? Позвонить Геле? Или лучше Жанне? Назначить встречу с новым потенциальным инвестором? Николай не слишком комфортно чувствовал себя без непременного графика, который зачитывала ему секретарша. Он вообще любил делегировать такие скучные занятия, как составление планов их соблюдение. Для этого у него давно уже были специально обученные люди. А ему нужно было решать глобальные задачи, совершенствовать мир, прилагать усилия, везде успевать.

Николай не любил сложностей и рутинной работы, всегда надеялся на самый оптимистический сценарий, так что любой сбой выбивал его, заставлял нервничать, кричать на секретаршу, срываться на жене. А это… Неэкологично. Нужно беречь энергию, справляться с собой, идти дальше. Только как же он пойдет, если инвестиции для проекта так и не нашлись?!

— Проблемы на работе? — спросил женский голос за спиной.

— Нет у меня никаких проблем, женщина, — поморщившись сказал Николай.

— Конечно, Николай, какие проблемы: проект покинул только один инвестор. Неприятно, но уж точно не смертельно. И для вас, и для проекта, не правда ли? — усмехнулась женщина. — Все равно у вас будет сегодня очень удачный день, поверьте мне.

Николай вздрогнул и внимательно посмотрел на нее. Пожилая, почти ровесница его матери, но моложавая. Может быть потому, что мать Коли уже давно выглядела полной и неповоротиливой, и свой досуг проводила возле телевизора, а не в парке. Дама, — а теперь называть собеседницу просто женщиной он уже не мог, — была подтянутая и стильная. Короткая стрижка, крупные серьги, солнцезащитные очки, длинные перчатки, замшевый рюкзак изумрудного цвета, горчичное пальто с рукавом три четверти. Было не похоже, чтобы женщина зарабатывала на жизнь ворожбой.

— Но так и есть. Хотите, буду называть вас «яхонтовым»? — рассмеялась женщина. — Я астролог, Николай. Ваше имя я услышала, когда водитель уточнял, когда вас отсюда забирать, а про проект вы сами минут семь назад сказали в телефонный аппарат.

Дама так и произнесла: «телефонный аппарат».

— Видите, никакой магии. Простая наблюдательность. Но если вы скажете мне дату вашего рождения, желательно с точным временем и городом, я расскажу гораздо больше интересных вещей. Я, видите ли, этим зарабатываю.

— Как вас зовут?

— Все больше Аглаей.

— Э…М…

— Зовут, как вы, «женщиной», иногда уже и «бабкой», — улыбнулась Аглая. — Так что? Погадать вам на кофейной гуще? Шучу, конечно. На гуще я не умею, только по натальной карте. Но за кофе это всегда приятней делать. Вы же собирались выпить кофе, чтобы не вызывать водителя и не ставить себя в неловкое положение.

— Послушайте, Аглая, мы можем и кофе выпить, но я не слишком верю во всю эту вашу астрологию… Не обижайтесь.

— Какие обиды, молодой человек. Я взрослая женщина, первой заговорила с вами, навязываю свои услуги… Но вы же козерог? День еще сложится очень удачно, поверьте. Если не звездам, то моему богатому жизненному опыту. Давайте я еще немного вас развлеку. Да и кофе в этом заведении, — она махнула рукой в перчатке в сторону кафе, — вполне приличный. Не хотите говорить про астрологию — так расскажите мне, как вам удается скрывать от жены любовные связи. Для этого нужен талант.

— Это вы по следам разноцветных длинных волос на лацкане костюма определили?

Николай демонстрировал скептическое отношение к гороскопам, натальным картам, астрологам, гадателям по таро, чтецам рун. Обычно он подчеркнуто саркастически отзывался обо этом. Современный человек, работает в сфере новейших технологий, неужели он будет следовать таким ненаучным подсказкам? Это все для барышень в кружевах и рюшах. Или в чем сейчас положено ходить юным наивным девушкам?

Сейчас Николай пытался найти какую-нибудь убедительную отговорку, так ему не хотелось идти и пить кофе с Аглаей. Какие-то звезды, мистика. Зачем? Чтобы еще раз убедиться, что все это не работает? Что она ему обещала? Хороший день? Уже обед; утром он повздорил с Гелей, сейчас провалил переговоры, остался в костюме на обманчиво ярком, но не греющем сентябрьском солнце, отпустил водителя, вынужден вести какие-то ненужные и странные разговоры с женщиной, которая ведет себя как сумасшедшая, хотя и выглядит вполне адекватной.

«Вдруг все-таки сумасшедшая? Что делать? Я со своей агрессией не могу управляться, а тут еще с чужой придется. Может, мне к психологу?».

— Справки, у меня, конечно с собой нет.

— Какой справки?

«Все-таки ненормальная».

— Подтверждающей мою адекватность. Вы, Николай, не думайте. Я не набираю клиентов вот так, на улицах, демонстрируя свои уникальные способности. Просто вы расстроены. Напрасно.

«Боже мой, такая милая бабка. Но почему она ко мне привязалась-то? Как бы ей помягче отказать, чтобы не обидеть. Ведь ничего плохого, вроде бы. Но напрягает».

— Не напрягайтесь, — улыбнулась Аглая и сняла солнцезащитные очки. Глаза у дамы были зеленого цвета.

«Как крыжовник», — неуместно подумал Николай.

— Мне бы уже после первой фразы ретироваться, — она так и сказала «ретироваться». — Но вы очень напоминаете мне одного моего старого знакомого. И мне захотелось поиграть в добрую фею-крестную. Однако я не буду больше настаивать.

— Ну что вы! Я с удовольствием выпью с вами кофе. И послушаю про звезды. И про то, что Юпитер в пятом доме. Или в каком там…

Даже самому себе Николай не мог объяснить, почему он согласился. «Похоже, мне пора сходить на тренинг, где обучают искусству отказывать. Вдруг она все-таки ненормальная. А я с ней соглашаюсь, и это же тоже неэкологично. Потакание бреду, или как-то так».

Он шел за Аглаей к кофейне, хотя на самом деле ему очень хотелось просто сбежать. И было немного стыдно. От того, что он согласился, хотя и не хотел. И еще оттого что боялся этой пожилой женщины. Но что она могла ему сделать? Проклясть? Наслать семь по семь лет неуспехов в бизнесе? Лишить потенции?

А что если она просто влюбилась? Да, с первого взгляда, а что? Может быть, она вовсе не астролог, потому что совсем не похожа. А просто богатая тетка, которая увидела довольно молодого и очень привлекательного мужика. Прямо на улице ей было неудобно предлагать ему секс за деньги, а в интимной обстановке кафе — вполне.

Николай прекрасно знал, что нравится женщинам почти всех возрастов. Ему улыбались малышки из колясок, их мамаши и бабушки, студентки бросали многозначительные взгляды, взрослые женщины принимали продуманные позы. На женщин безотказно действует, лоск, который был свойственен Николаю даже когда у него еще не было денег на дорогие сорочки. У него было приятное, располагающее лицо и глаза, в которых всегда светилась ровно та доля интереса к женскому полу, которая цепляла. Та самая доля мужского интереса, которую хотелось увеличить до настоящего внимания. У него были немного пухлые руки, которые он умело маскировал манжетами, и намечался живот, который намекал на мягкость характера, а не демонстрировал полную неспортивность владельца. Ну и почему бы даме не увлечься?

Аглая обернулась и улыбнулась. Николаю показалось, что она по лицу прочла все эти мысли. Увидела, как он пытается сам себе объяснить, почему не отказал, как придумывает дурацкие причины и боится, что Аглая действительно настоящий астролог, ведунья, маг и волшебник. Сейчас он сообщит ей дату своего рождения, а она скажет, что Аннушка уже пролила масло. Или что-то такое.

Николаю было страшно, но хотелось, чтобы Аглая явила ему какое-нибудь чудо. Хотя бы и самое маленькое. Волшебство. И еще ему очень хотелось, чтобы она ему рассказала о том, что у него совершенно особенная аура, что он может предвидеть, только нужно как следует потренировать третий глаз. Он, конечно, будет иронизировать и недоверчиво улыбаться. Или, наоборот, сразу расскажет ей, что всегда точно знал, что он особенный, и что не верил во всякие магические штуки, потому что это профанация, а у него, он чувствует, есть настоящий дар.

Еще Николаю хотелось, чтобы Аглая сказала ему, кто из инвесторов заинтересуется новым проектом, чем закончится завтрашняя встреча акционеров, сможет ли он защитить проект. Николай читал гороскопы, но всегда чистил историю общения со специализированными сайтами. Он точно знал, что у него должны быть какие-то сверхспособности, но пока они не проявлялись, он делал вид, что не доверяет эзотерическим штукам.

Николай вдруг понял: встреча с Аглаей — это уже знак его особенности. Разве каждый день астрологи сами подходят к незнакомым людям в парке?

— Послушайте, Аглая, а можно заказать у вас гороскоп?

— Натальную карту, — уточнила Аглая и остановилась. — Но вы же не верите в астрологию.

— Ну… Вдруг вы меня переубедите? Что для этого нужно? Сказать вам дату рождения? И вы мне сразу все расскажете? А еще я читал у одного психолога, что не важно, какой метод использовать, хотя бы и гадание по шишечкам на черепе, лишь бы это помогло.

— Значит, — усмехнулась Аглая, — в психологию вы верите?

Николай внимательно посмотрел на Аглаю:

— Психология — наука. В отличие от.

— Ну-ну. Вы знаете, Павлов, учение которого легко в основу целого направления в психологии, так не считал. Даже штрафовал работников своей лаборатории, когда они произносили ругательное на его взгляд слово «психология». Я, Николай, дипломированный специалист. Как раз по психологии, которой вы больше доверяете.

— Так вы составите мне натальную карту? Прямо сейчас.

— Боитесь передумать? Тогда вам придется пить кофе у меня дома, — Аглая махнула в сторону многоэтажки на другой стороне от парка. — Сначала мне нужно свериться с таблицами, определить сидерическое время, примерить сетку домов… Сегодня я могу вам только общие вещи рассказать.

Николай не понял ничего. Но ему показалось вдруг, что чудо непременно случится, и он улыбнулся Аглае.

— Ведите.

***

— Слушай, ты же говорила, что тебя зовут Анжела. А муж тебя Галкой зовет, на манер этого, Пикассо, что ли?

Евгения недавно переехала в квартиру напротив. Сначала она пришла к Ангелине за сахаром, без которого не могла пить кофе по утрам, но не нашла в многочисленных коробках. Ангелина пригласила соседку выпить кофе с ней, как раз сварила себе вторую порцию, и Евгения с радостью согласилась.

Евгения была чуть старше Ангелины, потому решила взять шефство над новой знакомой, стала заглядывать к Кулагиным почти каждое утро после того, как Николай уезжал на работу. Вчера соседка рассказала Ангелине, что у нее совершенно неверно расставлена кухонная мебель и она напрасно заказывает неведомую морскую соль, все врут, нет в ней никакой пользы, сплошное надувательство.

— Дали, — поправила Ангелина, помешивая воду в маленькой кастрюльке. — И зовут меня Ангелина. А Кулагин зовет Гелей, так повелось.

— Вот и я думаю, чего вдруг ты Галка-то. Может, тебе нравится. Говорят, и жену и у этого твоего Дали звали Наташкой, и была она русской.

— Еленой.

Ангелина не удивлялась, когда ее называли как вздумается. С некоторой удивлением она наблюдала за тем, как гуляет ее собственное имя. Еще бывают нарицательные, вспомнила Ангелина из школьной программы. Тоже имена. На филфаке их еще называют аппелятивами. И ей казалось, что ее собственное имя на нее за что-то обижено, и совсем скоро ее станут звать нарицательно «наташкой», как только что назвала Евгения жену Дали.

— Что ты меня все поправляешь? Хочешь свою образованность показать? Ну и чего ты там варишь?

— Брокколи. На ужин.

— Мужика будешь травой кормить?

— Это на гарнир, — стала оправдываться Ангелина. — Я еще буду мясо по-бургундски готовить… К нему как раз хорошо подавать брокколи под сыром.

— Ну-ка, как ты там будешь готовить? В бургундском вине, что ли?

Евгения поставила кофейную чашку на стол, сползла с дивана, на котором почти лежала, и подошла к плите, возле которой хлопотала Ангелина.

— Сериал-то сегодня будем смотреть? Про роды? Так чего с мясом?

— Мясо я сначала обжарю, а потом буду томить в вине. Не бургундском. Красном сухом. А еще в сельдерее, чесноке и луке.

— Прямо вот этот шмат?! — изумилась Евгения. — Весь? Обжаривать? Сейчас же чадить будет сильно. И шкворчать еще. Не услышим же, что у докторши с пришибленным врачом!

— Я быстро, — улыбнулась Ангелина. — А в вине оно будет тушиться долго и без шума.

— Надо бы тоже что-то приготовить своему. Но потом, наверное. Сегодня я уже пельменей отварю…

Ангелину забавляла ее бойкая соседка. Когда вечером после первого визита рассказала Кулагину про их новую соседку, он поморщился:

— Ты же не собираешься ее здесь привечать? Дружить домами, встречать милые семейные праздники в узком кругу соседей?

Ангелина не стала вступать в споры с мужем — вряд ли они с Евгенией пересекутся. Все равно он рано утром уходит в офис, приходит поздно, редко приезжает на обед. Евгения была совсем другой, не походила на редких подруг Ангелины, с которыми они общались, в основном, по телефону, в кофейнях или спа. Чаще просто разговаривали друг с другом ссылками на новые коллекции любимых дизайнеров или высылали свои фотографии в нарядах.

Ангелина безумно любила заказывать вещи. Почти все шкафы и обе гардеробные были полны. Кулагин был не против. Позволял обновлять картины на стенах квартиры, покупать новые шторы, заказывать разнообразные подушки. И, конечно, покупать одежду. Ангелина одевала и его. Хотя большую часть ее трат составляли расходы на собственный гардероб.

С вещами у Ангелины были самые настоящие отношения. Сейчас она смотрела на картину с зеброй, ей только вчера привез его курьер, она сразу пристроила картину в гостиной. Зебра словно разделяла ее отношение к гостье, немного щурила нарисованный глаз.

— Слышь, а ты домохозяйка, что ли? — спросила с дивана Евгения.

Можно было поговорить, сериал прервался на рекламу, а Ангелина уже обжарила мясо и приступила к тушению сельдерея, лука и чеснока. Нужно было сначала обжарить все до золотистого цвета, а потом поместить туда мясо.

Ангелина повернулась к соседке и ответила:

— Наверное.

— Как это? Наверное? Не знаешь, что ли? Или к тебе приходит прислуга?

Ангелина рассмеялась:

— Нет, я все делаю сама. Я же не работаю. Зачем мне прислуга? У нас же квартира, а не загородное поместье с охотничьими угодьями.

— Да ладно, что там угодья. У вас — таких, как ты и твой Кулагин, принято нанимать прислугу. Броколлей я варить не умею, но ничего. Зато я быстро убираю, стирать могу, гладить, макароны отварить с подливкой. Так что я могла бы. Хочешь?

— Чего могла бы? — не поняла Ангелина.

— Хозяйство ваше вести. За деньги, конечно. Уже три месяца не могу найти работу по специальности. Не нужны никому сейчас завхозы. Всем подавай менеджеров. Менеджеров! Ты вообще знаешь, как быть завхозом?

Ангелина промолчала. Она ничего не знала про менеджеров и завхозов. Когда-то давно Ангелину занимали вопросы о том, кем она станет, когда вырастет. Менеджеров тогда вовсе не существовало, а работать завхозом было не слишком почетно. Иногда очень выгодно, но все равно не престижно. Ангелину отдали на филфак. Куда еще?

Ангелина представляла, как могла бы сложиться ее жизнь, если бы получила настоящую специальность. Она всегда превращалась в подростка, когда смотрела фильмы про врачей, например. В сериале, который Евгения полюбила смотреть на их кухне, показывали, как врачи каждый день кого-то спасают. Хорошо смотреть такие героические истории после уроков, когда герои намного старше. И кажется, что в твоей жизни тоже непременно останется место подвигу.

Когда Ангелина поступила в университет, думать о спасении жизни стало некогда, приходилось много заучивать, а еще непременно танцевать на дискотеках. Свидания, романтические прогулки. Ее так увлек процесс! Как это было интересно и необычно: вот в нее влюбляется один, другой, третий. Все они начинают доказывать, кто лучше. А она, Ангелина, только выбирает.

Она уже совсем было собралась замуж за самого язвительного своего однокурсника. Но однажды он заболел и не смог сопровождать ее в ночной клуб, а ей было слишком обидно пропускать вечеринку. Они немного поругались, и Ангелина пошла без него. Встретила там Кулагина. Он был значительно старше всех ее ухажеров и совсем не обращал на нее внимания. Ей пришлось сделать значительно больше пассов, чем обычно. Даже поспорить с ним. А потом она незаметно опьянела от непривычной дозы крепкого алкоголя, который пили приятели Кулагина, и ему пришлось ее увести.

Замуж Ангелина вышла не за язвительного однокурсника, а за Кулагина. Получила диплом и почти сразу поняла, что теперь ее жизнь будет проходить в основном внутри жизни ее мужа и его квартиры. Они никогда не обсуждали этого с Кулагиным, это подразумевалось само собой: Ангелина не для работы. Ей не нужно идти ни в какой офис. Или преподавать школьникам и студентам. Не нужно даже работать из дома. Достаточно быть хорошей женой. Чтобы муж был доволен. Вот и все.

Иногда Ангелина забывала о том, сколько ей лет, и снова думала о том, кем бы хотела стать, когда вырастет. И реальность, пусть даже и сериальная, ее пугала. На экране ее ровесница умело управляла целой больницей, решала административные вопросы, выигрывала государственные тендеры и успевала блестяще оперировать. Она дела такие операции, эта ее экранная ровесница, что все остальные больные хотели попасть под скальпель именно к ней. Ни к кому больше. Тогда героиня становилась еще немного психологом и уговаривала пациентов довериться другим врачам. Тоже отменным хирургам и прекрасным специалистам.

То есть, эта самая героиня и ровесница Ангелины, после просмотра фильмов о подвигах, выросла и стала врачом. Каждый день спасала жизни. Успевала крутить головокружительные романы с самыми брутальными анестезиологами или патологоанатомами, растила трудного подростка и мечтала об отпуске. Ангелина регулярно выезжала на моря, ходила дома в удобных пижамных штанах, не любила детей и домашних животных, и считала, что живет, как мечтала.

Ангелина посмотрела на Евгению, которая как раз доставала из холодильника яблоко.

— Ты сама-то кто? — спросила Евгения, с хрустом откусив от яблока.

— По образованию — филолог. Но я не работала.

— Никогда? — поразилась Евгения. — Замуж удачно вышла, да? Вообще твой муж ничего так. Не противный старикан. Повезло!

Ангелина промолчала. Она довольно часто слышала удивление и непонимание, когда женщины говорил о ней и Кулагине. Не могла же она всем и каждому рассказывать, что иначе быть не могло. Она поняла, что ей очень комфортно заниматься домом, обустраивать сначала одну квартиру, потом другую. Их первую однокомнатную она превратила в удобную студию, разделила на зоны, сверяясь с сайтами об интерьерах и дизайнерских находках.

Не то чтобы она очень любила готовить, но ей доставляло удовольствие придирчиво выбирать упругие помидоры, рассматривать пучки ароматной зелени, прикидывать, какой кусок мяса станет отбивной, а какой — пойдет в рагу. Резать ломтиками, кубиками, пластинами, придумывать новые соусы, на основе классических, сервировать и подавать на стол. Ей было приятно, что все поверхности в доме она регулярно протирала специальными губками, придумывала новые наряды под мерный шум пылесоса и старательно натирала зеркала. Ангелина не представляла, как можно доверить свою любимую швабру, которую она выбирала специально для мытья кафеля в ванной, чужому человеку. Пусть даже и соседке, которая все равно приходит к ней почти как на работу.

— Так ты чего? Молчишь? Я не буду брать дорого. Вчера специально сверяла цены в интернете. По средней с вас брать буду.

Ангелина вздохнула. Лук, чеснок и сельдерей послушно золотились в сотейнике и ждали мяса. Ангелина сложила мясо, налила вина, закрыла емкость крышкой и уменьшила огонь.

— Спасибо. Дело в том, что я сама справляюсь.

— Что? И унитаз сама драишь? — спросила Евгения с недоверием. — Прямо вот своими руками? Не ждешь прихода домработницы.

— Сама. Надеваю перчатки и… драю. Что такого?

— Да ладно! — не верила Евгения. — Не возьмешь, значит, на работу. А у мужа твоего? Есть место?

— Какое место? — удивилась Ангелина.

— Рабочее, — раздраженно пояснила Евгения. — Или ему тоже только менеджеры нужны? Менеджер по обеспечению. Или как там теперь называют завхозов?

— Не знаю, — сказала Ангелина и с тоской посмотрела в экран телевизора. Реклама уже давно закончилась, главная героиня не слишком тщательно мыла руки перед операцией. О том, что руки хирурги моют иначе, Ангелина вчера прочла в интернете, там как раз профессиональные врачи отчаянно ругали сериал.

Евгения вернулась на диванчик и спросила, не осталось ли еще кофе и скоро ли будет готово мясо. Сериал закончился, а соседка не спешила домой.

— Ничего, что я у тебя торчу? Дома тоскливо… мой только после шести заявится, а дочка теперь вообще отдельно живет. Постоянно со свекровью ссорится! И звонит мне. А что я сделаю? Сама терпела. Знаешь, какая у меня свекровь была?

— У тебя есть дочь? — удивилась Ангелина.

— А то! Уже и внук тоже есть. Хотя какая из меня бабка?! У меня, вон, любовник моложе! — похвастала Евгения. — Дочка из-за него и ушла. Сказала, не могу жить с этим на одной жилплощади. Так и разъехались. Теперь я тут, а она со свекровью.

А ведь только пять минут назад Ангелина переживала, что ее жизнь далека от сериальной. Оказывается, даже в ее собственной кухне уместилась целая чужая жизнь, почти такая, как у нее, может на пять лет больше, а в ней уже есть не только дети, но и внуки. Внуки!

— Не может быть! Я не могу себе представить даже детей, а тут — внук!

— А ты что? Болеешь? — участливо спросила Евгения. — У меня есть знакомая бабка. Она как нашепчет, никаких врачей не надо. Сама-то я к ней не ходила, у меня, знаешь, почти десять абортов было. Свекровь, царствие небесное, все время орала на меня при каждой беременности. Только одну и дали родить. А я, знаешь, как люблю детей? Даже в саду работала, пока туда дочь водила. Но свекровь была такая… Хоть и нельзя так, но злющая она была баба. Все мужа моего ругала, что он меня привел, а уж когда я беременеть стала каждый год! Что там было! Такие скандалы. Он и не выдержал. Муж-то мой. Раньше матери своей помер. А ты не переживай, в нашем возрасте тоже рожать можно, вон, какие сейчас рожают. Видала? Звезды эстрады. Пели-пели, а теперь как с цепи посрывались, удержу нет. Все рожают. И ты родишь!

Ангелине стало неловко. У Евгении горели глаза, она опять вскочила с дивана и готова была, судя по виду, обнимать Ангелину и гладить по голове. Ангелина отметила, что от избытка чувств Евгения даже вспотела, судорожно вытирала ладони о флисовые штаны, мило протертые сзади и немного на коленях. Как же было сообщать соседке, что Ангелина вовсе не страдает от своей бездетности?

— Я чайлдфри, — сказала она.

— Поняла я уже, то у тебя проблемы с детьми, что ты мне тут диагнозы произносишь. Я-то к врачу ходила как на работу, а вот же как бывает, да? У сестры моего мужа тоже были проблемы. Может, от того-то и злилась свекровь, не любила мою Аньку совсем. Ждала, когда ее Светка принесет. Все никак. Муж от нее ушел, бросил, сбежал. А Светка-то и загуляла! Родила как миленькая от первого чернявого любовника. Свекровь чуть тогда-то и не померла от ужаса. В браке у дочери ни одного ребенка не было, а тут, во грехе… Тогда она и стала мою Аньку привечать, даже и часть дома ей завещала. Да что это я. Давай бабке прямо сейчас звонить, а?

Ангелина отвернулась к плите, подняла крышку и потянула носом. Пахло чудесно.

***

Софии было душно. Хотелось пить, но предлагали только крепкий черный чай. Горячий. Или кофе. Такой же горячий. Воду не предлагали, хотя она видела в фойе бойлер. София сглотнула и снова попробовала понять, о чем говорит директор агентства. Понимать выходило плохо.

— Нам нужно, чтобы весь сайт был в едином стиле, понимаете? Таня сказала, вы работали журналистом.

Таня, тонкая блондинка, которая вела предварительную переписку с Софией, кивнула и снова замерла. Она стояла возле стула, на котором сидела София, смотрела вдаль, где не было ничего, кроме стены, рассеяно улыбалась и мерно стучала по губам карандашом.

— То есть вам нужно будет разработать стиль, наполнить сайт.

— А техзадание у вас уже готово?

— Вот! — обрадовалась директор. — Еще и техзадание! Тоже надо написать! Напишете?

***

Ты и я, ты и я

***

Oblako_pamyati.livejournal.com

Ты не верила в кармическую связь между нами, но она есть! Теперь я знаю. Совершенно точно. Так что ничего я не придумала. Он точно такой, как я про него думала. Теперь я уверена, у меня все получится.

Так что совсем скоро я приеду к тебе, покупай второе кресло к твоему камину. Помнишь, как мы придумывали, какие именно кресла у нас будут? Так вот, недавно я встретила фотографии. Словно кто-то сфотографировал картинку, которая так часто встает перед моим внутренним взором, когда я вижу нас вместе.

Как продвигается строительство? Ты совсем не говорила мне об этом вчера. Не слишком удобно, что ты отказываешься обсуждать некоторые темы по скайпу. Приходится, вдогонку, писать тебе сюда.

Меня добавляют в «друзья». Интересно, кто бы это мог быть? Наверняка боты. Будут предлагать мне строительные материалы по бросовым ценам. Или, может быть, погадать за небольшие деньги на катах Таро пару-тройку раз. Я бы и сама уже давно гадала по сети, ведь в этом есть такой шарм… Дополнительная мистика. Не находишь?

Глава 2

— Я не понимаю, зачем ты меня тащишь, Кулагин! Что такого твоя ворожея может мне сказать? Я все понимаю, у тебя новое увлечение, тебе открываются истины. Последовательно. Но я-то тут при чем?

— Аглая велела взять тебя с собой. Чтобы посмотреть что-то в твоей карте, нужно согласие.

— Аглая велела! — со смехом повторила Ангелина. — Ну ты бы мне сказал это дома, я бы тебе написала записку для Аглаи, что согласна. Как в школе. От родителей. И сверялись бы с моей картой сколько нужно.

— Мы уже приехали. Пойдем.

Ангелина поежилась. Она не слишком любила выходить из дома, ходить к кому-то другому. Постороннему. Ей было так уютно и комфортно в мире, который она сама создала, что покидать его не хотелось. Не то чтобы Ангелина была против контактов с внешним миром, но ей хватало мужа, Славика, новой соседки и подруг, которые всегда рады поговорить с ней в чате или в скайпе.

Но муж очень просил и Ангелина, конечно, уступила. Сейчас была последняя, декларативная попытка отбиться от визита. Ангелина настроилась. Ей, конечно, не понравится Аглая. С чего бы ей должна нравиться незнакомая немолодая женщина, ставшая вдруг такой значимой для ее мужа?

Ангелина решила: будет вести себя подчеркнуто вежливо и отстраненно. Ей не хотелось быть милой. И хорошо бы, если бы прямо сейчас в нос ей ударил острый кошачий запах. Ну какой еще запах может стоять в квартире старой девы? А она определенно старая дева: Николай утверждал, что Аглая живет одна, без детей и без мужа.

Дверь открылась, но никакого запаха, кроме едва уловимого аромата духов, Ангелина не уловила. Вздрогнула: запах был модным и знакомым. Из глубин квартиры остро пахло кофе. Отвлекал какой-то трудноопределимый шум — Ангелина даже не сразу посмотрела на хозяйку квартиры, так увлеклась попыткой разглядеть, что же так странно шумит за ее спиной.

— Добрый день, — сказала женщина, стоящая на пороге, и Ангелина, наконец, посмотрела на нее.

— Все страньше и страньше, — процитировала она шепотом.

Ожидания не оправдывались. Перед ней стояла подтянутая женщина, и в полумраке коридора казалось, что она ненамного старше самой Ангелины. Никаких балахонов, развевающихся одежд, устрашающего макияжа, и хрустального шара в руках.

— Проходите, что же вы.

Кулагин уже проталкивал Ангелину в квартиру.

— Извините, — сказала она. — Добрый день. Просто я не ожидала, что…

Ангелина замолчала, ее вдруг осенило, может быть, астролог Аглая сидит сейчас в темной комнате и как раз водит рукой над хрустальным шаром, а эта приятная женщина просто ее помощница? Домработница или администратор. Чтобы сама Аглая не утруждала себя ничем земным, витая в небесных сферах?

— А вы думали, что я кутаюсь в шаль и нос у меня с горбинкой и бородавкой? — засмеялась Аглая.

Ангелина тут же вспомнила, как собиралась себя вести.

— Ничего подобного. Просто я вообще не понимаю, зачем Кулагин меня к вам притащил. Мне, знаете, не слишком интересно, что было, что будет, и так далее.

— Посмотрим, — сказала Аглая. — Проходите на кухню.

На кухне Ангелина увидела источник неясного шума. В одной маленькой комнате висело пять настенный часов и стояли одни напольные. На подоконнике среди горшков с базиликом и мятой примостились песочные часы.

— Столько часов!

— Небольшая часть моей коллекции, — сказала Аглая. — Я собираю ее почти сорок лет. Какие-то часы, правда, мне дарили клиенты. Есть поверие, что часы дарить — к разлуке. Может, они хотели таким образом от меня избавиться?

— Получилось?

— Не всегда. Но я стараюсь не консультировать слишком долго. Не поддерживаю, когда перед любым выходом из дома человек звонит мне, чтобы уточнить, не упадет ли ему на голову кирпич.

Ангелина разглядывала часы. Одни ей особенно понравились, это была копия курантов Староместской ратуши. Она даже подошла ближе к стене, чтобы увидеть детали.

— Нравится? — спросила Аглая. — Делали на заказ. Одни из любимых моих часов. Чтобы я с одного взгляда определяла не только время суток, но вспоминала, под чьим знаком мы сейчас живем.

— А зачем вам вообще столько часов? — спросила Ангелина.

— Дорогая, по-моему, ты ведешь себя невежливо, — тихо сказал Кулагин, который, оказывается, уже сидел за небольшим кухонным столом.

— Мне приятен ваш интерес. А часы… Давняя любовь. Раньше я коллекционировала только наручные, а потом… Знаете, чем больше их вокруг, тем крепче иллюзия того, что я управляю временем. Не слишком благородное, но приятное чувство.

Ангелина еще немного поразглядывала часы, а потом посмотрела на полку на стене и замерла:

— Астролябия? Настоящая?

— Геля, веди себя прилично! Ты совсем одичала, сидя в квартире и встречаясь со своей сумасшедшей соседкой, — недовольно сказал Кулагин.

— Нашей, между, прочим, — поправила мужа Ангелина и села за стол.

— Это тоже копия. Астролябии я люблю еще больше, чем часы, но это уже слишком дорогое удовольствие, — сообщила Аглая. — Сначала выпьем кофе, хорошо? Потом я займусь вашей картой и покажу вам еще вариант часов. С шариками. Булки с корицей хотите?

Кулагин от булок отказался, Ангелина решила последовать примеру мужа. Пока они пили кофе, рассматривала астролога. Впечатления ее не обманули. На Аглае был очень современный домашний костюм, легкий макияж и аккуратный маникюр. И теперь Ангелина была точно уверена, что на ней те самые модные духи, запах которых она почувствовала еще в прихожей. Так странно было, что эта женщина занимается астрологией.

Кулагин нервничал довольно сильно, у него даже немного покраснели уши от напряжения. Когда-то давно Ангелину умиляла эта мужнина манера — краснеть, как барышня, по любому поводу. Сейчас она почти не обращала на это внимание, но почему он нервничал, не понимала.

Аглая вела с ним непринужденную беседу, касающуюся работы. Ангелина не принимала участие в разговоре на правах новичка. Но все же не выдержала:

— Скажите, Аглая, почему недостаточно было просто узнать у меня время и место рождения? Зачем я здесь?

— Мне нужно было на вас посмотреть. Карта картой, но внешний вид о многом говорит. К тому же, вероятно, мне придется задавать вам уточняющие вопросы. Ну, пройдемте в комнату?

В комнате тоже было множество часов. Ангелина заметила среди разнообразных настенных, напольных и настольных экземпляров воплощение картины Дали «Стойкость памяти», кокетливую модель в виде клетки с канарейкой, в виде кареты, в виде старинного звонка по которому скользила цепочка с цифрами.

— Впечатляет.

— Спасибо. Скажите, Ангелина, вам будет удобно отвечать на вопросы в присутствии мужа? Мы можем уже отпустить его на работу…

— Я рассчитывала, что он отвезет меня домой. А что? Это долгая процедура?

— Составление натальной карты — да. Давайте я начну, а уже потом позвоню вам и расскажу, что получилось. Но на вопросы нужно ответить сейчас. Вы готовы?

— Готова. Но…

— Что-то не так?

— Разве вы сами будет составлять карту? Вручную? Существует же множество программ… Или что? Вы по астролябии сверяетесь?

— Нет, конечно, — улыбнулась Аглая. — Астролябия выполняет декоративную функцию. Но программам я не доверяю. И вообще, знаете, не очень хорошо разбираюсь в современной технике. В компьютерах этих… Даже мобильного телефона у меня нет.

***

— А потом он стал орать, что я завела себе какого-то хахаля и кинул телефон. Мой. В стену. Разбил к чертям. Вещи новые выкинул с балкона. Прямо в коробках! Я еще не разобрала, потому что Славка приезжал вечером.

— Славка? Кто это?

— Славка — это Славка. Он, кстати, с ним пил. И увел его потом. Прямо вот скрутил, потому что после телефона Кулагин схватил со стола нож и тоже стал его кидать. Но уже не в стену, а в меня. А по дороге в спальню, когда его Славка отводил, он вырвался и порвал мою футболку. И еще немножко вырвал волос.

— Волос?! Вырвал?!

— Ну да! Хотел, видимо, еще надавать тумаков. Но Славка опять его скрутил. И увел в спальню. До утра не выходили… Аглая, что с ним?

Аглая рассматривала Ангелину, особенно внимательно — прическу.

— Дело не в нем, моя дорогая, — медленно произнесла она. — Кстати, где он?

— На работе, наверное… Я проснулась, они уже ушли. Славка мне уже позвонил, спросил, как я. А Кулагин просто прислал курьера с новым телефоном. В который закачали всю информацию из разбитого… Если дело не в нем, то в ком?

— Вы давно в этой квартире живете?

— Не очень. Дом-то новый. Года полтора примерно.

— Ничего подобного раньше не происходило?

— Нет, конечно! Кулагин никогда не позволял себе таких всплесков! Тем более при посторонних! А тут… Не помню даже, с чего все началось. Но орал он жутко. И про ребенка, и про коварство и про то, что хахаля моего убьет. И меня.

— А есть? Хахаль?

— Ну что вы, Аглая! Какой еще хахаль! Где мне его взять? Выписать по интернету, как новый светильник?!

Аглая медленно поднялась, прошлась по комнате и встала напротив Ангелины. Ей было стыдно, ведь она сама спрашивала у Николая про детей специальной интонацией, такой, после которой все начинали оправдываться и срочно исправлять.

— На этом месте раньше был другой дом…

— Ну конечно! Центр города же. Только тот дом давно снесли. И построили наш жилой комплекс!

— В том доме, старом, который снесли, жила женщина.

Ангелина усмехнулась. Приехали, решила она. Сейчас начнется сеанс магии с разоблачением. Понятно же, что в доме, который когда-то тут стоял, жили разные люди. Наверняка среди них были женщины. Не военное же училище тут стояло!

— Ангелина, если вы мне сейчас не поверите, то дальнейшее не имеет смысла, — сказала Аглая усмехнувшись.

— Да я не то, что бы… не верю. Просто странно. Женщина какая-то. От мужа гуляла, что ли? Ауру здесь испортила?

— Про ее мужа я ничего не знаю. Может, и гуляла. А, может, наоборот, страдала от его измен. Но она умерла не ко времени и по чужой вине, от алкоголя.

— Отравилась?

— Не факт. Может, упала в угаре головой об угол печи… Или пьяный сожитель дал ей кулаком в нос, проломил его и она задохнулась…

— Страсти какие, — поморщилась Ангелина.

— Ты напрасно пытаешься меня задеть, — сказала Аглая. — Во-первых, мне не обидно, во-вторых, я тебе уже говорила, у тебя в карте явная склонность к эзотерике. Если ты к себе прислушаешься, то услышишь тело. И через него, через такие ощущения, как мурашки, например, поймешь, где правда, а где вымысел.

Ангелина вздохнула. И все увидела. Женщину звали Ирина, никакого мужа у нее не было, был ребенок, которого она отдала сразу после родов каким-то военным, они увезли его далеко, к морю, там был гарнизон. Увезли, и он навсегда стал своим в чужой семье. Ирина, напиваясь, любила рассказывать своим гостям про кровиночку, гости слушали, потому что алкоголь был дармовой. Но скоро деньги, вырученные за ребенка, закончились. Ирину стали избегать бывшие собутыльники. Тогда она попробовала торговать собой. Один мужчина, особенно жестокий, избивший ее сильно перед соитием, налил ей отраву, дешевое пойло. Ирина даже не выпила бутылку до конца, померла. И все ей не давала покоя эта недопитая бутылка, жаль было, что столько вытерпела из-за нее, даже зубов лишилась, а допить так и не успела.

Ангелина, очнувшись, помотала головой, сбрасывая наваждение. Сама боялась себя, когда проваливалась в такие видения, однажды увидела женщину с ее фигурой и лицом, совершавшую странный обряд. Ангелина знала, что все видения правдивы. Знала и гнала от себя эти мысли, уговаривала, что все от неудержимой фантазии и умственного безделья.

— Вы мне очень нравитесь, Аглая. Но мне кажется, учитывая мурашки, что вы заморочили голову Кулагину! Он по любому поводу теперь готов с вами советоваться. Все время говорит мне про какие-то узлы, дома и предназначения. Вчера вот чуть не поколотили меня.

— Я точно не имею к этому никакого отношения, моя дорогая, — сказала Аглая. — Мы с тобой договорились, что я приеду к тебе с картой и мы спокойно посидим. Никто не ожидал, что Николай вдруг выкинет такое…

— Ничто не предвещало? Даже Юпитер?

Аглая промолчала. Ей нравилась Ангелина, но дальнейший план включал в себя и программу устранения ее из жизни Николая.

— Давай так. Мы проделаем один ритуал. Если не поможет, то не навредит точно. Только надо купить водки…

Ангелина согласилась, решив, что это все же развлечение. Некоторая активность. Для разнообразия можно было и пошаманить. Или сделать вид. Не все же за Евгенией наблюдать, как известный любитель живой природы Дроздов.

Ангелина быстро надела спортивный костюм, повязала косынку для конспирации и прихватила солнцезащитные очки.

— Нужно именно водку покупать?

— Да, и желательно подешевле.

Ангелина порадовалась, что повела астролога в дальний магазин, куда почти никогда не ходила. Она представила, что бы о ней сказали продавцы и кассиры. Она и без того в их глазах была взбалмошной домашней хозяйкой, чей досуг они представляли себе именно таким, каким его показывают в многочисленных сериалах: как Ангелина целый день жжет благовония и свечи, сидит в позе лотоса с закрытыми глазами и поет мантру «Ом», временами прерываясь на то, чтобы выпить виски со льдом и закусить маринованным кабачком.

Если бы они увидели, что Ангелина в спортивном костюме покупает водку в десять часов утра в компании пожилой женщины, они бы решили, что она еще и лесбиянка, которая спит за деньги с состоятельными возрастными любовницами.

Продавщица в дальнем магазине довольно равнодушно посоветовала женщинам водку подешевле, спросив, не нужна ли вата.

— Вата? — удивилась Ангелина.

— Ну, для компресса. Вы же водку для компресса берете? — спокойно ответила равнодушная продавщица. — Вообще, если вы меня спросите, лучше медку. Греет прекрасно, не кусается, не сжигает кожу…

— Спасибо, вата у нас есть, — прервала ее Аглая.

— Как знаете, — безразлично отозвалась продавщица.

На улице Ангелина нервно засмеялась.

— Вы уже покупали дешевую водку в десять утра? А то я даже и не сообразила. Вата еще какая-то.

— Конечно, покупала. И раньше десяти утра. Но тогда я не могла представить, что в моей непорочности могут усомниться. И никто ни разу не усомнился. Так что и ты зря переживаешь. Можно было снять капюшон и солнцезащитные очки, никто бы не подумал, что мы пришли за опохмелом.

Ангелина фыркнула. Они уже почти подошли к ее дому, и она решила спросить:

— Мы точно не станем ее пить?

— Деточка, в это время суток в моем возрасте, я могу позволить себе только бокал белого вина. Кстати, где тут у вас ближайший кабак?

— Кабак? — протянула Ангелина. — Не обязательно в кабак, могу сама налить вина. Если нужно.

— Вино отложим. Нам просто надо нашу неуспокоенную душу от вашей квартиры отвадить. План такой: приходим в квартиру, откупориваем водку, зовем женщину, потом окропляем водкой ей путь до ближайшего кабака. Пусть мстит там.

— А она согласится?

— Как просить будешь.


***

После женщины сидели на кухне Ангелины и пили вино.

— А как он нам стал кричать? — с хохотом вспоминала Ангелина. — Мол, девочки, чего это вы тут! И как сразу сменил тон, увидев у нас бутылку! Пошли, говорит, прочь, дуры! Чего это вы тут, поджигать кафе вздумали? Чем?! Вот это история. Никто же не поверит!

— А тебе обязательно надо ее рассказывать? — усмехнулась Аглая.

— Ну, смешно же!

— Наверное…

— Так что вы мне собирались сказать по карте? — вспомнила Ангелина.

— Ты не замечала, что стала поправляться?

Ангелина вздрогнула.

— В общем… Немного… Хотя… Знаете, последнее платье мне пришлось заказывать на размер больше, потому что предыдущее мне расшивали, но это такая неудачная затея оказалась! Только испортили. А что? В моей карте что-то есть? Про лишний вес?

— В твоей карте есть про предназначение. Если ты не будешь ему следовать, то… В общем, моя милая, если хочешь сохранить фигуру и дальше выглядеть моложе своих лет, ты должна менять жизнь.

— Давно хотела вас спросить. Где вы покупаете одежду?

Аглая хмыкнула и потрогала сережку в ухе.

— То есть, твое предназначение тебя не интересует?

***

Аглая пила кофе и интерпретировала. Карту она составила еще вчера, но, сделав над собой усилие, не стала рассматривать. Сейчас был сеанс, и она вдохновенно рассказывала:

— Вот тут, смотрите, у вас три планеты на востоке, а семь на западе от меридиана, так что ваша жизнь тесно связана с судьбой других людей. Так-так… Всего одна планета в водном знаке! Но Луна! При этом она в Раке и десятом доме, значит…

— Простите, Аглая, разве Луна — планета? — робко спросил мужчина, сидевший напротив астролога и пытающийся что-то разглядеть на разлинованном круге со значками планет и знаков зодиака.

Аглая улыбнулась и глотнула кофе:

— Вам шашечки или ехать?

— В каком смысле? — еще больше смутился мужчина и нервно поправил галстук. — Мне, видите ли, вас посоветовал товарищ. Коллега. Сказал, вы точно скажете мне, куда мне дальше-то…

Аглая закивала:

— Давайте так: в рамках натального гороскопа будем считать Луну планетой. Вы, главное, поймите: если уж ваша жизнь так тесно связана с судьбами других, вам многое дано. Так вот. Про Луну. Луна в Раке, Меркурий экзальтирован Водолеем… Уран управляет Водолеем, у вас в нем Солнце, но сам Уран в Деве…

— Знаете, Аглая, я совсем запутался во всех этих ваших домах и чем еще? Планетах? Знаках? Вы не могли бы просто рассказать, что вы видите, без вот этой путаницы. А? Пожалуйста!

— Конечно, извините меня, Роман. Но у вас такая карта! Такая карта! Почти как у Рузвельта!

— Вы что?! — удивился Роман. — Рузвельту карту составляли?!

Аглая снова глотнула кофе. Она очень любила свою работу, которую сама себе и придумала. Но иногда слишком увлекалась. Надо как-то замять про Рузвельта. Учитывая продвинутые техники внушения, если просто рассказывать дальше, не отвечая на вопрос, то Роман будет волен сам решать, был ли Рузвельт ее клиентом. Боже мой, простая математика! И чуточку логики. Ведь она не выглядит старше своих лет, какой еще Рузвельт? Ну и ладно.

— Так вот. Это придает вам практичности, а кроме того, скрытую силу и возможность действовать на подсознании и интуиции, — сказал Аглая, сверившись с картой. — Любите развлечения, удовольствия, приключения и детей. Увлекают любовные связи. И, кстати, если тянет в политику, то — да. Вам там самое место. При этом вам свойственны сострадание, преданность, патриотизм, некоторый эгоизм, при этом вы довольно чувственны. Это подарок от Луны, хоть она и не планета.

Роман покивал, соглашаясь.

Дальше Аглая уже не останавливалась, а Роман слушал внимательно и иногда прерывал астролога только для того, чтобы сделать пометки. К концу встречи оба были усталые, но довольные.

— Спасибо! Спасибо вам, Аглая! Мне кажется, теперь я стал понимать себя чуть лучше!

Со следующей клиенткой вышло не так удачно.

— Я хочу замуж, — сказал она. — Но у меня никак не выходит найти мужчину. Помогите мне, пожалуйста! Моя подруга в прошлом месяце родила. И замуж вышла! Все благодаря вам! Я тоже хочу!

Аглая задумчиво изучала карту. Выходило, что замуж клиентка не хочет.

— Расскажите мне о вашей работе, — попросила она женщину. — У вас много мужчин в подчинении?

— Вы что? — клиентка округлила глаза. — Намекаете на служебный роман? С подчиненным? Но это же… Этот… Как его? Харрасмент!

Аглая промолчала.

— Да и не с кем, — через паузу добавила женщина. — То есть. В смысле флирта или, даже, романа — возможно. Но замуж… Вы еще посмотрите, что там говорят звезды.

Аглая вздохнула. Она, конечно, могла бы просто сказать, что звезды велят женщине заниматься карьерой и никакие мужья ей не грозят. В ближайшем будущем. Более того, звезды подсказывают, что замуж клиентка не хочет, а вот давление социума преодолеть ленится. Слишком сильно зависит от мнения окружения. А какое может быть мнение у окружения, когда женщина около тридцати лет не замужем? Да еще строит блестящую карьеру? Правильно. Окружение этого принять не может и всячески намекает на ущербность и несостоятельность женщины. Иногда окружение даже использует психологические термины вроде «сублимации», которым объясняет себе успешность женщины на бизнес-поприще и нежелание заводить семью, вставать у плиты и вытирать детям носы, не выкаблучиваться и быть как все.

Много лет назад Аглая сразу так и говорила клиенткам. Не нужно вам никакого замужества, получайте удовольствие от работы. Или наоборот. Не нужна вам никакая социальная состоятельность, занимайтесь воспитанием детей и выпечкой. Но теперь не могла себе этого позволить.

— Вы не ответили на мой вопрос, — напомнили она.

— Какой? — искренне удивилась женщина.

— Много ли мужчин у вас в подчинении?

— Много, — вздохнула женщина. — Но какой в этом толк?

— А вас любят? На работе?

— Не знаю. Раньше мне казалось, что не очень. А сейчас… Понимаете, у нас такая ситуация недавно была… Острая. Ну и оказалось, что весь коллектив готов за меня выступать. В едином порыве. Это было очень приятно, но при чем тут замужество?!

— Вы что же? Хотите, чтобы я вам сказала, чтобы в четверг восьмого ноября вы пошли на выставку в пять вечера и там обратили внимание на блондина в сиреневой рубашке? — усмехнулась Аглая. — Не могу я вам такого сказать. А про работу спрашиваю вот почему, — решила схитрить астролог. — Совсем скоро у вас снова возникнет острая ситуация. И нужно будет максимально мобилизоваться, чтобы справиться и выйти на новый уровень в карьере. Если, конечно, вы этого хотите. Может быть, вам вовсе не важна ваша работа и вы не боитесь остаться без нее…

— Как? Без нее? — всполошилась женщина. — А как же мама? Нет, я не готова терять место. А когда? Или про работу вы тоже не можете точно сказать?!

Аглая с удовлетворением посмотрела на клиентку, у которой заблестели глаза и руки сжались в кулаки. Готова в бой прямо сейчас!

— Про работу могу. Потому что у вас в карте начертано, что она для вас крайне важна. Так что готовьтесь. Через месяц это самое обострение и случится. Если вы справитесь, — а у вас есть для этого все ресурсы, — то вас ждет новый уровень. Сложнее, но интереснее. Обещаю.

— Спасибо вам большое! Конечно, я хочу на следующий уровень! У нас через месяц большая конференция… Ее итоги очень важны для компании…

— Кстати, а ваша мама? Она хочет, чтобы вы вышли замуж?

— Не знаю. Ну, про внуков говорит. Про то, что одной приятного мало и нужно уже. Но хочет ли. Когда я начинаю ходить по свиданиям, она начинает мне звонить, все время что-то происходит. Соседей затопили, приступ головокружения или язвы. Как-то так.

— Вы подумайте. Кто хочет, чтобы вы вышли замуж. И кто не хочет. И про себя — тоже подумайте.

— Про себя? — удивилась женщина.

— Ну да. Вы сами. Хотите? А для чего? И что поменяется? Подумайте.

— А как же… Звезды? Судьба? Вот это все?

— Подумайте, потом про звезды поговорим. Все равно вам сейчас нужно на конференции сосредоточиться, а не поиске мужа.

Следующая клиентка тоже хотела замуж. Сезонное, решила Аглая. Она недавно прочла, что желание выйти замуж должно непременно посещать любую женщину время от времени. Видимо природа так шутила, вместе с циклом, чтобы было не очень грустно от несовершенства мира, награждала желанием найти мужчину, чтобы усадить его у охраняемого очага.

— Когда вы решили, что вам пора замуж?

— Знаете, мне почти тридцать лет. Но с мужчинами вообще не складывается. Может, вы мне подскажете, почему?

— Как именно не складывается? — спросила Аглая.

Девушка была отлично сложена и миловидна, мужчины должны были обращать на нее внимание.

— Понимаете, как только я встречаю мужчину и начинаю с ним отношения, я попадаю в больницу.

— Как это?

— Последний раз у меня случился аллергический приступ. Сначала поднялась температура, потом все зачесалось и стало опухать… Увезли на скорой прямо из ресторана.

— И что? Мужчина? Испугался и сбежал?

— Не совсем, — сказала девушка и опустила глаза. — Сбежал он потом, когда приступ повторился. Она пришел меня навестить…

— Принес фрукты и цветы?

— Нет, что вы! Аллергия же. Ничего не принес. Но когда он пришел, я опять стала чесаться. Глаза стали слезиться, из носа потекло. Ужас!

До этого девушка ломала ногу, руку, заработала мигрень и гастрит.

— Если я ни с кем не встречаюсь, то ничем не болею. Вообще. Никаких приступов аллергии или головной боли! Просто не знаю, что мне делать!

Из глаз блондинки потекли слезы.

Аглая посмотрела в карту.

— Слушайте, а вам нравятся иностранцы?

— Что вы такое говорите! Меня мама убьет! Какие еще иностранцы?! Мне замуж бы. Детей, семью, чтобы все прилично…

Аглая вздохнула и встала из-за стола:

— Заварю вам ромашковый чай, чтобы вы немного успокоились. И продолжим. Значит, мама против, но иностранцы вам нравятся. Может, даже не совсем иностранцы, а просто мужчины другой национальности…

— Откуда вы…

— Из карты, милая! Из вашей, натальной. А будете слушать маму и не слушать себя, в следующий раз рискуете закончить свидание поломанной шеей. Понятно?

***

— Привет, Марик! — весело сказала Алиса в спину другу. Веселость была отрепетированной, тренировалась у зеркала, получилось убедительно.

С Мариком они дружили с первого курса. Оказалось, живут в одном районе и всю обратную дорогу в троллейбусе обсуждали прожитый в стенах вуза день: как трудно успевать записывать лекции, от кого из преподавателей ждать сложных вопросов на экзамене, как лучше нарисовать стенгазету к празднику, стоит ли играть в КВН с историками.

Нередко писали друг для друга конспекты под копирку. Чаще Алиса, потому что Марик почти сразу нашел себе подработку и пропускал лекции. Иногда Алиса сбегала в парк, Марик писал для нее. Временами они садились на лекциях рядом и очень веселились.

Уже целую неделю Марик не просто не общался с Алисой, а явно избегал ее общества.

— А, привет, — ответил парень и ускорил шаг.

Алиса почувствовала себя глупо. Стало очень больно.

— Слушай, Марик, разве я тебя обидела? Ты меня избегаешь?

— Алис, — сказал парень, остановившись и посмотрев мимо девушки. — Не обижайся, но нам лучше не общаться. Твой новый друг… Сергей… Он нервный очень. Вдруг стал наскакивать на меня в читальном зале, нес какой-то бред, чуть не предлагал выяснять отношения, чуть не на пистолетах… Ты бы его как-то успокоила. Ну и вообще. Не люблю нервничать. И нервировать. Прости.

Алиса растерянно молчала. Сергей? Зачем ему? У них сложились довольно странные отношения. На грани. Первого поцелуя не случилось, но Сергей все также брал ее за руку, читал стихи. Недавно даже написал песню. Правда, так и не спел.

Алиса поежилась. Она стояла, замерев, в арке перед факультетским корпусом, где всегда, даже в самый жаркий и безветренный день, откуда-то брался холодный ветер. Жил тут. Алиса посмотрела на посиневшие пальцы. Ни объемный шарф, ни пиджачок, не спасали от пронизывающего ветра. Алиса стояла так довольно долго и не сразу поняла, что доставляет ей такой дискомфорт. Нужно было идти и разбираться с Сергеем.

Рада завидовала Алисе и говорила, что они отлично смотрятся вместе, но все-таки это были странные отношения. В голове все время крутились вопросы про то, чего молодой человек от нее хочет. Задавать их вслух девушка не решалась. Зато в универе он не давал сделать ни шагу без него! Даже в уборную таскался и ждал возле. Алиса уже начинала нервничать, было непонятно, что происходит. Теперь еще и это разговор с Мариком. Пора было разбираться в ситуации.

Она быстра нашла Сергея. Он ждал ее под доской с расписанием в фойе.

— Слушай, чего ты от меня хочешь?!

***

Oblako_pamyati.livejournal.com

Чертовски сложная подстройка под них! Я, конечно, тренировалась на кошках, но…

Во-первых, я давно ничего такого не изображаю, все эти загадочные мимические ужимки, пассы руками, продуманные позы.

А тут опять пришлось. Слушать дыхание, отслеживать центр тяжести, быстро, вслепую, определять смыслополагающие элементы.

Надеюсь, моя дорогая, все у меня получилось. Он-то точно повелся. Но там такая сложная ситуация. Как обычно множественные дамы вокруг. Их-то тоже нужно располагать. Не воевать же, в конце концов! А это совсем другой расклад. Такие жесты, чтобы не передергивать, плохо срисовываются. Мне бы расслабиться, вспомнить, что все это во мне уже давно доведено до автоматизма! Но не выходит.

Сама понимаешь, дело жизни и смерти. Последний шанс.

Вся эта суета показывает отчетливо, как я устала. Прямо как Рязанцев из оперы.

Пожалуйста, прояви милосердие. Прекрати напоминать мне, что я сама все это затеяла. Сама. Не спорю. Но мне сейчас нужна твоя поддержка! Очень нужна. Видишь, даже то, что я считала частью себя — сбоит.

Осталось немного подождать. Надстройки — дело техники. Я чувствую, знаю, что он уже абсолютно мой. В моей власти. Осталось решить, что с этим делать… Зачем-то я тяну время. Страшно.

***

Опять она увидела его первой. Нужно решать: прятаться, чтобы избежать встречи, сделать вид, что не заметила, или поздороваться. Места для маневра почти не было, и ее метания, конечно, были замечены. Так что Алисе пришлось останавливать выбор на «взрослом» варианте, она улыбнулась и кивнула. Похвалила себя, потому что щеки оставались холодными, значит, обошлось без румянца.

Он что-то сказал окружавшим его девушкам, они все развернулись и посмотрели на Алису.

Прекрасно, решила она, и выпрямила спину, прекрасно. Брови на лицах девушек пришли в движение одновременно с губами: первые взмыли вверх, вторые изогнулись.

***

Бокалы для мартини! София придирчиво рассматривала бокал и не могла поверить, что она покупает такую посуду в «их» квартиру. Конечно, она прекрасно знала, из каких именно бокалов пьют мартини. Разумеется, она сама пила мартини именно из таких. Но покупать! Бокалы для мартини. Домой. Чтобы пить мартини когда вздумается. Хотя бы и также часто, как чай или кофе. Это было невероятно.

София останавливала свой внутренний восторг. Такой неуместный сейчас. Ну, бокалы. Тонкая ножка, два конуса: основание и емкость для напитка. Ничего особенного. Но невероятное, щекочущее возбуждение не хотело слушать никаких логических рассуждений. Оно клокотало в горле.

Квартиру Николай снял неделю назад. Пришел в офис и строго объявил Софии, что в обед у них встреча с инвесторами, чтобы она срочно бросала дела.

— На выход с вещами, — сказал Николай.

София даже немного напряглась. Никакого делового обеда запланировано не было. Вдруг она все забыла или перепутала. Значит, не подготовилась к важной встрече и может запросто сорвать сделку. И подвести Николая, что важнее. Он разочаруется, и она снова пойдет слушать про то, как она должна выдумать единый стиль для сайта и техзадание для разработчиков. Нужно выкручиваться. Придумывать что-то. София схватила свой рабочий ноутбук и решила, что сейчас выяснит все по дороге и, возможно, успеет сделать презентацию.

В машине Николай сказал только, что никаких презентаций не нужно. А нужно придумать, что можно будет приготовить быстрое и сытное на обед.

— Приготовить? На обед? Кому? В смысле, кто будет готовить?

— Н-да, — ухмыльнулся Николай. — Видимо, готовить буду я. Ты ешь пасту с морепродуктами? Кажется, я вчера купил и креветок, и пасту.

— А как же инвесторы? — не поняла София.

— Инвесторы, моя дорогая девочка, будут по расписанию. Через два дня. В конференц-зале. А сейчас — сюрприз!

Свернули во двор многоэтажного дома, и Николай стал парковать машину.

— Мы уже приехали? — удивилась София. — Так быстро?

Николай кивнул.

Квартира была на последнем этаже, и от вида, который открывался из большого окна, захватывало дух. Еще и потому, что в нем, как на ладони, просматривался тот самый сквер, где они встретились впервые.

— Вот это теперь — наше, — торжественно объявил Николай. — Уютное гнездышко, правда?

— Что значит «наше»?

— Софка, я тебя не узнаю. Ты сегодня просто непростительно долго соображаешь! Ну, я же не мальчик с тобой по кафе гулять и в скверах целоваться. Гостиницы эти. Тоже морока ужасная. Конспирация надоела! Так что я решил снять нам квартиру. Тебе и мне. Если хочешь, можешь тут жить все время. А не хочешь, просто будем тут встречаться. Интимно, — понизив голос до проникновенного шепота, закончил Николай.

Квартира Софии ужасно понравилась. До офиса можно было дойти пешком за четверть часа, недалеко функционировал прекрасный супермаркет. И вообще. Их квартира! Это было прекрасно! Просто потрясающе. Может быть, Софии еще рано отчаиваться, и есть надежда на совместное будущее. Настоящее, как у всех.

Николай торжественно вручил ей ключи от квартиры и поставил на плиту кастрюлю с водой, чтобы готовить пасту. Пасту они так и не поели, не успели. Зато выпили шампанского. Правда, из больших кружек с логотипом дружественной компании. Кружки их даже веселили. Но было решено, что София займется обустройством квартиры. Купит все необходимое, включая бокалы под разные напитки, постельное белье, скатерти, хрусталь, алкоголь и продукты питания. София занялась, и все никак не могла избавиться от этого неуместного восторга.

***

София старалась поворачивать ключ так, чтобы было не слышно скрежета в замочной скважине.

Когда она вошла в прихожую и вдохнула унылый запах сырой съемной квартиры, ей показалось, что все получилось. Ее поздний приход останется незамеченным, и не нужно юлить и придумывать какие-то нестройные объяснения.

На ощупь дошла до своей комнаты. Точнее, кухни, где спала последние полгода. Комнату, единственную в квартире, пришлось уступить. Но ей нравилось на кухне. Лишь бы не трогали, оставили в покое. Кухня собирала в себя все запахи старого панельного дома. Раньше она развлекалась тем, что пыталась угадать, из какой именно квартиры пахнет жареным луком, а из какой — тянет рыбой. Потом она стала учиться не замечать запахи чужой еды. Но они не отставали. Одежду иногда приходилось вывешивать за окно. Однажды, правда, она лишилась платья. Кто-то, живущий выше, выплеснул в окно масляную жидкость. Реанимировать платье не удалось. Но проветривать одежду она не перестала — никаким другим способом невозможно было устранить запахи чужих кухонь.

София почти устроилась на утлом диванчике, когда из непроглядной темноты услышала голос:

— Ну и где тебя носило? Скажешь опять, что работа?

— Привет, — обреченно сказала София.

— Мне, конечно, нравится, что теперь еда есть каждый день. Но это какой-то странный график работы. Тебя что, в рабство взяли?

— Работать приходится много, — сообщила София в темноту. — Зато, возможно, через пару месяцев можно будет найти другую квартиру.

— Ближе к центру? — оживился голос.

— Да, — энергично подтвердила София.

— Было бы неплохо… Кстати, не забудь оставить мне денег на завтра!

София хотела было спросить, на что, но передумала. Продолжать разговор, тем более раздражать собеседника, ей не хотелось. Пусть будет откуп. Она просто оставит денег и забудет об этом.

Неужели еще днем она выбирала бокалы для мартини? Как непохожа та, другая квартира на эту. Она бы с удовольствием осталась ночевать в ней. Только как же это объяснить?

Вдруг София чуть не подпрыгнула на своем диване. Конечно! Это так просто! Она устроит себе отпуск. Шикарную жизнь. Целых несколько ночей наедине с бокалами для мартини. А может, даже и с Колей. Если ему понравится эта идея. Но и без него будет замечательно.

София откашлялась.

— Слушай… А сколько денег нужно оставить на неделю? Я уезжаю в командировку. Будем разрабатывать новое направление, осваивать рынки… Придется мотаться довольно часто. Но ненадолго. Неделя — максимум. Так мне обещали. Обычно на пару-тройку дней…

София выдохнула и затаилась. Свернулась комочком под одеялом, сжалась и стала ждать.

— На неделю? — удивился голос. — А что я буду есть? Ты же не приготовила ничего! Хотя ты уже давно ничего не готовишь! Может, скоро и домработницу наймешь? На свои бешеные тыщи? Тогда больше оставляй. Не как обычно. Чтобы и на еду хватало. Не на пирожки привокзальные, а на реальную еду. И поезжай, кто тебя держит.

Получилось! София ликовала. За это не жалко и платить.

Она поудобнее устроилась под одеялом и стала вспоминать. Когда они с Николаем встретились, София и не думала, что у них случится роман. Она была ему благодарна, потому что он не бросил ее в сквере, отвез к себе в офис, отправил в отдел кадров. Правда, потом исчез, и собеседование вела очень строгая дама, никак не продемонстрировавшая своего удивления. Через пять минут она набрала какой-то номер и сказала в трубку:

— Стасик, тут тебе специалиста ветром задуло. Зайди, посмотри.

Дверь открылась пинком. Стасик оказался лысым и крупным мужиком.

— Ну-ка, встать, специалист.

София встала, хотя и чувствовала себя не слишком комфортно.

Стас обошел ее вокруг, чуть ли не зубы рассмотрел и сказал:

— Если она еще и работник хороший, с меня коньяк, Ольга Викторовна!

— Не пугай девочку сразу, у нее отличное резюме и мой профессиональный нюх говорит, что она еще себя покажет. А ты тут устроил смотрины!

— Это, милая Ольга Викторовна, проверка на стрессоустойчивость. Ну и потом я должен понять, ее только в офисе использовать или можно на переговоры брать. Теперь вижу, можно брать. Даже если она будет сидеть и просто улыбаться. Только декольте ей подберем. Да? — обратился Стас к Софии. — Подберем? Декольте?

— Я готова работать только в офисе, чтобы не отягощать никого подбором декольте — ответила София.

— О! Зубастый зверь!

Стас сразу понравился Софии, несмотря на то, что сначала она была возмущена манерой поведения начальства. Сразу после этого он просмотрел ее резюме, сказал «хм» и «посмотрим-посмотрим», еще раз внимательно посмотрел на Софию и пригласил следовать за ним.

Привел ее в большую комнату, где сидели пять человек.

— Познакомьтесь, это София. Наш новый менеджер по продажам. Прошу любить, жаловать и всячески помогать. Иначе — скорый самосуд и прилюдная порка. Все как вы любите, в общем.

После этого Стас за руку отвел ее в смежный кабинет.

— Мой кабинет. Отсюда я руковожу. Я быстро расскажу специфику работы подразделения, ты мне задашь пять вопросов и пойдешь осваиваться на рабочем месте. Перекуры не чаще, чем раз в час. Чай-кофе прямо за рабочим местом, обед — по расписанию. Теперь подкатывай сюда кресло, будем вникать в документацию…

София провела в кабинете Стаса почти три часа. Голова гудела от количества информации, но она стойко кивала и запоминала.

Назавтра она уже успешно провела переговоры, в результате которых была заключена ее первая сделка.

— Молодец, девочка! — сказал тогда Стас. — И где, говоришь, тебя Николай подобрал? Теперь я знаю, где брать специалистов. Клеить в скверах.

София не стала возражать, просто фыркнула. Стас рассмеялся и сообщил, что боевое крещение она прошла, теперь, как и все, может называть его по имени, а не Станиславом Игоревичем. Вечером того же дня к ней подошел Николай.

— Привет, рыжая! Говорят, тебя можно поздравить? Стасик просто не нарадуется на тебя…

— Зря. Вдруг это был единичный случай, и больше я ничего не смогу…

— Я в тебе уверен, рыжая! — рассмеялся Николай.

— Вы забыли, как меня зовут? Поэтому называете рыжей?

Николай покачал головой.

— Поехали сегодня вечером в ресторан? Отметим, поговорим…

София согласилась. Во-первых, она была благодарна Николаю, ведь он действительно «подобрал ее на улице», во-вторых, она совсем не горела желанием возвращаться домой и снова вести неловкие диалоги.

Николай выбрал для встречи один самых дорогих ресторанов города, и, похоже, арендовал один из залов. Кроме них, никого не было, горели свечи, в углу негромко играл небольшой оркестр. Музыка почти не мешала беседе, можно было даже переходить на шепот, и Николай перешел.

— Знал ли я томления

Истиной любви?

До того момента,

Как встретился с тобой.

Только здесь и теперь

Понял я с тобой,

Что такое чувства

И кругом голова, — интимно и чувственно сообщал Николай, взяв ее за руку.

— Чьи это стихи? — спросила девушка.

— Мои, — смущенно признался мужчина. — Я так давно не писал. Со школы. После нашей встрече в сквере вдруг опять написал. Тебе понравилось?

— Очень!

София точно знала, и об этом неоднократно сообщали любимые женские форумы и модные психологи: мужчиной нужно восхищаться. Тем более, если с ним случается романтический настрой, и он пишет стихи. Стихи! София впервые слушала стихи, которые в ее честь сочинил мужчина. В том смысле, что Николаю было уже не девятнадцать лет, возраст, в котором, как говорилось в старой-доброй песне, стихи пишет каждый. Хотя, конечно, ей посвящали рифмованные строчки в школе, в записках, которые подсовывали в портфель или карман куртки.

Софии все ужасно нравилось. Что такой взрослый и состоявшийся мужчина потерял голову, что он читает ей свои стихи и интересуется, нравятся ли они ей; ей нравилось сладкое шампанское в ведерке со льдом, огромный букет роз, который с трудом поместился в ее руках. И, конечно, воздушные шары! Это было самым эффектным за сегодняшний вечер! Когда они вышли из офиса, София ничего не ждала. Он провел ее к своей машине и попросил открыть багажник, пообещав сюрприз в честь удачного рабочего дня. София послушно открыла багажник. Коробка конфет и бутылка вина, предположила она. И просчиталась: из открытого багажника в небо взмыли воздушные шары! Красные и белые, завязанные завитыми длинными лентами. На фоне начинающихся сумерек, в последних лучах заходящего солнца, шары выглядели очень ярко и празднично.

София даже ойкнула от неожиданности и засмеялась от восторга.

— Какой у тебя прекрасный смех, — сказал ей на ухо Николай, подойдя ближе. — Ну что? Поехали кутить?

И они поехали.

Сначала говорили о работе. Николай рассказывал ей, как удивил его поступок, когда он привел Софию в отдел кадров, как ворчал Стасик, которого он предупредил по телефону раньше, чем ему позвонила Ольга Викторовна.

— Он был уверен, что я пытаюсь пристроить очередную свою любовницу! А когда ему позвонила Ольга, совсем озверел. Но ты его очаровала. Говорят, ты как-то отбрила его уже в кабинете Ольги? А потом твое резюме. Вечером мы думали, почему же ты с такими навыками и опытом не можешь найти работу. Кстати, почему?

— Не хотела бы об этом говорить, но предыдущий начальник… В общем, он уволил меня и даже пустил какой-то слух. Так что мне тяжело было найти работу в своей отрасли.

Глава 3

Николай ничего такого не планировал. Получилось само.

Он зашел в кафе, просто перекусить. Ужинать он собирался с Софией в их квартире. Он был немного разочарован тем, что она вообще не хотела готовить, так что варить макароны и поливать их соусом из специального пакетика приходилось ему. Они называли это пастой и съедали с подходящим вином.

Встреча неожиданно затянулась, он сообщил в офис, что пообедает в городе. Если быстро поесть, он успеет еще завезти продукты для вечера.

Быстро не получилось. Яна улыбалась ему слишком хорошо. Пришлось включать весь свой специальный арсенал. Он поймал ее руку, когда она проходила мимо его столика, сообщил отработанным интимным шепотом, что ему необходима скорая помощь, потом пошутил заготовленной для таких случаев шуткой, потом, и это был совершенный экспромт, удачно зажал в узком коридоре между кухней и туалетом.

Яна реагировала как положено, сначала испугалась, потом посмеялась, а потом, в коридоре, в расширенных зрачках и сбившемся дыхании, он прочел готовность.

Тогда Николай усилил хватку, нежно укусил привлекательную официантку за шею, сообщил, что потерял голову и хочет ее прямо сейчас.

— Тебе понравится, — пообещал он. — Я буду нежным.

— Смена кончается через полчаса, — сказала Яна.

— Придумай что-нибудь, солнышко! Я не могу столько ждать. Моя машина за углом, я расплачиваюсь, выхожу и жду тебя пять минут. Ты не пожалеешь.

Яна вышла почти следом. В машине? Нет, такая девушка требует другого отношения. Ничего не выйдет и она передумает. Нужно вести ее на квартиру. Потом он просто позвонит в офис, сообщит, что задерживается.

Следы он заметет. София ничего не заподозрит.

Всю дорогу Николай гладил руку девушки и рассказывал в самых мельчайших подробностях, как она его заводит.

— Никогда раньше со мной не было ничего подобного. Просто сумасшествие, ведь меня ждут в офисе! Но я не могу, просто не могу от тебя оторваться, ты такая красивая! Ты знаешь, что ты невероятно красивая? Твои формы… Такая нежная кожа, такие мягкие волосы… И твое тело! Оно создано для того, чтобы его боготворили. И для страсти. Как тонко оно отзывается на эротические позывы. Ты так прекрасна, солнышко…

Сначала Яна пыталась спорить и перебивать Николая, объяснить, что она не ведет себя так с незнакомыми мужчинами. Потом просто слушала.

Николай донес Яну до квартиры на руках. Он немного боялся, что девушка опомнится и уйдет. И хотел еще больше впечатлить ее.

— Прости… Я не могу отвезти тебя к себе домой, это очень далеко. Но ты не переживай, это не криминальная квартира. Мы снимаем ее для зарубежных партнеров, чтобы они не жили в гостиницах. Поэтому тут такая обстановка… Господи, о чем я говорю? Я не хочу говорить, я хочу только целовать тебя… Каждый миллиметр твоего роскошного тела… Касаться твоей гладкой кожи… Видеть, как ты отзываешься на прикосновения… Иди ко мне…

Сразу после Николай благодушно напоил девушку чаем с вафлями, рассказал, как все между ними было невероятно, и пообещал позвонить.

Он не чувствовал никакой вины перед Софией. Из-за постоянных измен жене он уже давно не испытывал никаких угрызений совести.

В офис он решил не возвращаться. До прихода Софии он успел не только устранить все следы былой страсти, но и приготовить сложный ужин: кроме макарон с соусом, нарезал салат. Софию Николай встречал с бокалом вина, который предложил ей прямо в прихожей, вышел к ней в халате.

— Не мог работать сегодня. Безумно по тебе соскучился, решил, что лучше тут тебя подожду. Принял душ, приготовил ужин. Ты голодна?

— Очень! — призналась София. — Ужас, какой сегодня был день!

Когда Николай позвонил в офис и сообщил сначала, что не вернется в обед, а потом и вообще не придет, у Стаса началась паника.

— Слышь, твой благодетель окончательно сбрендил!

— Э…

— У нас тут визит внеплановый! Нужно договариваться о партнерстве. И кого я возьму на переговоры, пока наш Сергеич где-то пропал?!

— Может, я пойду? У меня и декольте с собой…

София уже освоилась в коллективе окончательно, особенно хорошо у нее получалось общаться с непосредственным начальством в лице Стаса.

— Ну, пойдем, — решился начальник, и они пошли.

В конференц-зале было прохладно, а у Софии вдруг вспотели ладони. Какие еще переговоры, что ты придумала, дура, выговаривала она себе. Декольте, блин! Но отступать было поздно.

Сначала переговоры вел только Стас, София сидела и улыбалась всем так, что через некоторое время у нее стало сводить скулы. И вдруг она услышала фразу, которую пропустил шеф.

— Извините, — сказала она, и голос прозвучал немного хрипло, видимо от страха. — Мне кажется, что такая стратегия может не принести желаемых результатов.

Стас поперхнулся водой, а остальные взглянули на Софию с интересом. София мысленно сосчитала до трех и быстро стала рассказывать про свои предложения. Стас расслабил плечи и откинулся в кресле, было видно, что он успокоился. Поэтому София продолжала говорить быстро, голос ее звучал все уверенней.

— Мы уже проводили подобную кампанию. Тогда продукт был совсем другим, но стратегия продвижения себя оправдала. У нас остались все маркетинговые исследования, у вас примерно та же целевая аудитория, несмотря на несхожесть продуктов. Так что я предлагаю брать именно эту схему…

— Да, — встрепенулся Стас. — Видите, София в теме. Так что если хотите, она лично предоставит вам всю аналитику и в дальнейшем станет курировать ваш проект.

София чуть не грохнулась в обморок, когда это услышала. Ей казалось, что она перестала дышать и не дышала до тех пор, пока гости не попрощались и не ушли.

— Поздравляю, — сказал Стас. — Готовь документы. Если не провалишь проект, выпишу премию. И назначу заместителем. Хочешь?

— Премию — очень.

— Но ты бы поменьше прыти изображала, дорогая…

— В каком смысле?

— По офису ходят слухи… Что ты спишь с начальством.

— С Николаем, что ли? Да пофиг. Мне премия нужней, чем репутация в коллективе.

— Не только с Николаем. Но и со мной. Я же теперь тоже… Активно тебя продвигаю.

София рассмеялась.

— А никому в голову не приходит, что я просто пашу?

— Это тоже странно. Ты молодая, привлекательная… Ни котенка, ни ребенка. Зачем бы тебе… Пахать?

Девушка вздрогнула. Только вчера с трудом выдержала словесную атаку дома. Она ужасно от этого устала. Но сделать ничего не могла.

Теперь София с подозрением наблюдала за суетливыми действиями Николая. Он дважды включил пустую микроволновку, пытался налить вино в рюмку, неестественно смеялся и извинялся за каждое свое действие.

— У тебя что-то случилось?

— Нет. С чего ты взяла? Все хорошо. Просто я переработал, видимо. Пора в отпуск. Кстати, — оживился Николай. — Давай рванем куда-нибудь вместе?

— Меня не отпустит Стас. И у меня теперь свой проект!

— За полдня, что меня не было в офисе, все так поменялось, — протянул Николай, и Софии почудилось неудовольствие в его голосе.

Когда девушка выходила из душа, она услышала обрывок разговора:

— Да, срочно. Ну… Хотелось бы. Если честно — напрягает. Да, конечно, могу. Уговорю. Завтра? Отлично!

София прошла мимо Николая, села в кресло. Ей было интересно, с кем так подобострастно разговаривает Николай. И совсем не хотелось возвращаться сегодня домой. Она думала о том, как бы изловчиться, неслышно позвонить и убедительно соврать. Если с проектом все получится, появится возможность купить еще немного свободы.

Николай встал над ней и внимательно посмотрел.

— Тут вот какая штука… Завтра мы идем к астрологу.

— Куда мы идем?! Зачем? Ты ходишь к астрологу?

— Не понимаю твоей бурной реакции. Да. Завтра. Идем. Недалеко, через сквер. Если останешься, то я договорюсь с ней на утро. Сам я, к сожалению, остаться на ночь не могу.

Николаю было немного стыдно за скандал, который он недавно устроил Геле при посторонних. Поэтому он старался не задерживаться и собирался ехать к жене. Он уже отправил ей сегодня цветы. Все-таки, несмотря на приключения вроде Яны и связь с Софией, он любил комфорт семьи, привык к спокойствию жены и с удовольствием ел ее стряпню.

— Ну, так что? Договариваюсь на утро? Вечером сложнее попасть на консультацию.

— Давай! А она прямо настоящий астролог?! А на картах гадает? А на кофе? И что? Может сказать, когда у меня будет своя квартира? И перееду ли я жить заграницу?

— Я ушел. Завтра здесь в восемь утра. Или оставайся…

Николай и сам не совсем понимал, зачем он потащил к Аглае жену, а теперь и Софию. Ему казалось, что таким образом он сможет контролировать двух самых важных женщин в своей жизни.

София стала вдохновением. Ему льстило внимание, готовность воспринимать его как учителя, старшего товарища и безусловный авторитет. Он прекрасно видел, что она ориентируется на него, как на путеводную звезду. Но был не уверен, что это будет продолжаться долго. Вдруг она встретит кого-то моложе, к примеру. Или, наоборот, более опытного предпринимателя, который может дать ей больше для профессионального роста.

Николай не хотел этого. София стала для него допингом. Восхищенный взгляд, тонкое чувствование его настроения, готовность учиться и признавать авторитет. Давно забытое ощущение, когда женщина ставит мужчину на пьедестал и готова почти поклоняться. Или хотя бы стать настоящей жрицей культа его личности.

Эта связь питала.

Николай сначала даже испытывал угрызения совести, когда, как с Яной, опять играл в свою любимую игру и соблазнял женщин просто так, ради спортивного интереса. Раньше он именно так заряжался, но с появлением Софии такая необходимость отпала. Тем страшнее было вдруг потерять ее. Именно страхом он объяснял себе свои игры.

Николай был уверен: стоит Аглае посмотреть на карту Софии, и она поймет, как ею лучше манипулировать. Он знал, что всякого рода манипуляции порицаются многочисленными заметками на околопсихологические темы, многие тренинги учат как раз избегать манипуляций, учиться честным партнерским взаимоотношениям. Но это же так скучно! Прямо сказать Софии, что ее зависимость ему нужна? Он не может жить без ее восхищения? Без характерного только для влюбленных женщин упоительного умения ставить мужчину в центр своего мира? Тогда они поменяются ролями, тут и без психолога ясно, что такие знания обрекут бедную девочку на власть. Разве она готова к власти над таким мужчиной, как Николай? Может быть, когда-нибудь… Пока пусть будут манипуляции. Такие милые, знакомые и верные.

Что до жены, то и в отношениях с Гелей он привык к зависимости. Он взял ее в жены, она прекрасно справлялась с этой ролью. Ее никогда не было много, она не звонила ежечасно в офис, не заводила дружбы с референтом, никогда не устраивала некрасивых женских истерик, прекрасно готовила, дела уютным дом и была прекрасным собеседником.

Не то, чтобы Николай волновался. Вряд ли, сидя дома, Геля встретит другого мужчину. Такого, чтобы обеспечил ей привычный уровень жизни. И потом, страсть — вот чего была начисто лишена его жена. Увлечь кого-то она могла, он прекрасно помнил, как невероятно хороша она была, когда они познакомились. Но вот увлечься самой — нет. Бросить свой любимый шопинг и кулинарию? Кардинально что-то поменять в жизни? Все, на что хватило силы ее протеста — привадить странную соседку.

Но все равно случайная фраза Аглаи о том, что на звездном горизонте его жены может появиться новый мужчина, сильно задела Николая. Он привык к Геле, его устраивала совместная жизнь. Так что знать наперед, что ей готовят звезды и предотвратить то, что не вписывается в его концепцию, очень хороший план. Малоосуществимый без Аглаи.

Хотя сначала она сопротивлялась, конечно.

— Послушай, что ты придумал? Ладно, жена. Но эту-то то зачем?

— Это глупо звучит, наверное. Но я не могу жить без них обеих. И мне нужно знать, что у них там… в картах этих. Потому что я не могу знать, что у них в головах!

— Вот тут ты не прав, — сообщила Аглая. — Есть очень простой способ выяснить, что у них в головах.

— Да?! Какой?!

— Спросить!

— Аглая, я серьезно! Мне нужно знать.

***

София решила, что еще рано. Лучше немного потерпеть, и уж тогда…

Пока она старательно протирала изрезанную клеенку с выцветшими фруктами. Когда покупали, казалось, что она очень нарядная, и они будут много времени проводить на кухне за столом.

— Будешь чаю? Я купила трубочки с кремом. Твои любимые.

— Есть мучное, жирное и сладкое на ночь — вредно, — сообщили ей из комнаты.

Как тут задобришь человека, если любой шаг навстречу принимается вот так. Надо завтра у астролога спросить, как правильно манипулировать людьми. Что-то у Софии это совсем не выходило. Сначала здесь, теперь и с Николаем.

Он был великолепным наставником и прекрасным любовником. Квартира, считала София, это уже не просто романтический жест вроде стихов. Стихов! Она недавно пробовала срифмовать ответ. Выходила какая-то ерунда, и она оставила попытки.

По офису постоянно ходили какие-то слухи. Про роман Николая с Жанной, про интригу с секретаршей, но настоящим шоком стала для Софии переписка в общем чате, которую милые коллеги не потрудились удалить.

Ее до сих пор передергивало от слов, которыми ее в ней называли.

— Слушай, я хотела поговорить, — сказала София в сторону комнаты. — Меня считают проституткой… Типа, я ничего не умею и не знаю, а самая большая моя заслуга в том, как я умею делать… В общем, как я умею начальство ублажать.

— Опять?! Опять такие слухи? Может быть, тебе покупать себе другую одежду? Чтобы в ней было меньше видно твоих… Всего меньше видно, а?

София вдруг разрыдалась, и, забывшись, стала размазывать по лицу слезы тряпкой, которой вытирала со стола. Тряпка, оказывается, неприятно пахала, и это еще больше расстроило ее.

— Ну при чем тут одежда?! Сегодня Стас взял меня на встречу, а после этого я в чате прочла…

Она даже не заметила, что рыдает уже не в тряпку, а в знакомую футболку.

— Что мы… Что я сначала с Колей… И вообще! Что я только так. И что они узнавали про меня и теперь точно уверены, каким местом я работаю лучше всего…

София не могла остановить потоки слез и уже совсем не могла говорить связно:

— А я… Же… Никогда! Никогда… Ну почему они так? А? Почему? Как мне завтра с ними?

— Прекрати! Ты же знаешь, что ты самая лучшая. Умная. Красивая. И яркая. Перестань уже так реагировать на все эти сплетни!

Через некоторые время они пили чай с вредными для здоровья трубочками. Теперь уже обстановка кухни не казалась Софии такой убогой. Яркая лампочка под потолком. Потолок она сама недавно белила, чтобы не было так грустно от окружающей серости. Подумаешь, клеенка выцвела. Можно купить новую. Да что там! Еще немного, и она купит скатерть! Белоснежную. Или лучше красную? И жизнь опять будет чуточку лучше.

А сплетни… Надо бы обсудить это с Николаем. Все-таки он высокое начальство. Что-то она такое думала до того, как вспомнила эту ужасную переписку. Что-то, не очень приятное про Николая. А! Интрижки с сотрудницами. Сегодня в квартире ей показалось, что она учуяла сладкий аромат. Она бы не поняла, что это, но он был ей знаком. Подделка дорого бренда.

Чужой, а значит, враждебный запах. Неужели у него есть еще кто-то? И он не ждал Софию, а весело проводил время с другой? Как узнать? Может, спросить у этого завтрашнего астролога?

Наутро София очень нервничала. Вдруг эта самая астролог — настоящая?

— Что ты подскочила сегодня так рано? — спросил недовольный голос из комнаты, когда София пыталась тихо налить себе сок.

— Да… На работе надо дела раскидать, чуток пораньше решила пойти. Ну и чтобы не видеть этих рож вчерашних, — сообщила София и глотнула соку. — Я побежала. Наберу тебя, как только смогу. Пока.

София никогда не ходила по всяким бабкам и гадалкам, хотя подруги неоднократно пытались затащить, чтобы решить все проблемы шептанием или каким-нибудь еще специальным ритуалом. А что? У многих все так и решалось: проговорят специальное на горящую свечу, непременно красную, и готово дело.

Девушка не ожидала, что такой уверенный и взрослый Николай на полном серьезе полагается на звезды. Наверное, эта его астролог какая-то очень навороченная тетка с кучей сертификатов, и у нее клиенты вроде известных политиков. Конечно, она вовсе не похожа на всех этих гадалок в цветастых шалях с непременным угрожающим маникюром. Николай бы не купился. Чтобы он поверил ей, она должна выглядеть как топ-менеджер крупной корпорации, а на стенах должны непременно висеть разнообразные сертификаты и дипломы, желательно, зарубежные. Наверное, эта самая Аглая вместо хрустального шара и гадальных карт использует компьютерные программы, в которые вводит данные.

Адрес астролога Николай сбросил ей сообщением на мобильный, потому что, несмотря на все старания, София опаздывала. Николай довольно сердито сказал, что подождет ее внутри, пусть заходит сама. Вчера, после того, как она приехала домой, Николай написал, что ему нужно заранее продиктовать Аглае дату, время и место ее рождения, чтобы карта была уже готова. Тогда им не придется долго ждать, написал он.

У нужной двери София замешкалась. Вдруг эта самая гадалка увидит, что она скрывает. Ведь Николай был уверен, что она абсолютно честна с ним и ей нечего скрывать. Девушка вздохнула и позвонила в дверь.

Ей открыла моложавая женщина в платье свободного покроя с ярким принтом. Короткая стрижка и много серебряных аксессуаров: браслеты, кольца с огромными камнями и серьги, подвесками которых были миниатюрные часы.

— Да ладно, — сказала София вслух от неожиданности.

— Доброе утро, милая. Проходите, — приветливо сказала женщина.

И София прошла.

Квартира совсем не была похожа на офис! Никакой техники вообще не было видно. Всюду висели часы, стояли цветы в разнокалиберных горшках, из глубины квартиры пахло кофе и свежей выпечкой.

— София? Правильно?

— Да, здравствуйте. Извините, я просто не ожидала… — начала девушка и смущенно замолчала: не могла же она сказать, что ждала дипломов на стене, стойки ресепшен в коридоре и офисных ламп дневного освещения под потолком. А не райских птиц, порхающих по свободному платью женщины. — А где Николай?

— О, я его выгнала. Нам будет удобнее говорить без него, о своем, о женском. Вы же знаете, что он женат?

София споткнулась, и Аглая поддержала ее за локоть.

— Ну-ну, моя дорогая, что же вы так неловко ножками-то перебираете?

Больше всего Софии захотелось развернуться и уйти, а на прощание еще сообщить этой даме в попугаях, что она о ней думает. София даже развернулась и вдруг увидела прямо перед собой лицо Аглаи: она улыбалась, явно забавляясь.

— Я не знаю, что вы там себе придумали. И не хотела вас задеть, просто проверить одну теорию. И проверила. Похоже, вы сильно зависите от Николая. Несмотря на его статус. И вашу несклонность увлекаться мужчинами. Тем более на работе. Да?

София перестала сердиться и послушно пошла дальше, на кухню, где хозяйка поставила перед ней большую чашку кофе и придвинула тарелку с бутербродами.

— Вы же не позавтракали, да? Угощайтесь. У вас очень интересная карта. Точнее, интересное получается наложение ваших карт.

— С Николаем? — уточнила София, откусывая от бутерброда с колбасой.

— Да. Нисходящий градус Весов, Хирон «садится» на ваш Марс. Он для вас — свет в окне? Вы уже отвели ему особую роль в своей жизни…

— И что? Вы считаете, что зря?

— Его Луна попадает в ваш первый дом, так что вы сильно зависите от его настроения. А у него, вы и без меня знаете, очень сложный характер. Настроение меняется довольно часто, он способен парой слов вывести вас из себя. Только что вы его самая любимая девочка, как вдруг он начинает обвинять вас же во всех своих бедах. Такие качели очень болезненны.

— И что делать?

Аглая очень хотела сказать Софии, чтобы она просто занималась работой, как и написано в ее карте: Венера в Козероге говорила о строгости, властности и элегантности. А вот с мужчинами — все слишком сложно и покрыто тайной. Исследованием собственного отношения к мужчине ей и стоит заниматься.

К сожалению, все это не вписывалось в придуманный сценарий. При упоминании о Хироне она решила не сообщать, что опыт этих отношений будет для Софии травматичным. Вообще это полная иллюзия, что он сделает ее жизнь лучше, ведь его свет, который так манит, светит, но вовсе не греет.

— У вас Марс в Тельце, вы склонны к ревности. Вот это нужно поубавить, если вы хотите с ним продолжительных отношений. Его Венера и Меркурий попадают в восьмой дом, так что за секс я бы не переживала, он должен быть фееричным.

София чуть не поперхнулась кофе, настолько необычно было слушать от незнакомого человека про собственные интимные отношения, которые и без того слишком сильно ее затягивали. Ее немного пугало, что и как говорит Аглая.

— А кроме того, дорогая, у вас Скорпион в седьмом доме, вы и сами можете манипулировать партнерами. И прекрасно это знаете, да?

— Про седьмой дом и Скорпиона — нет, если честно.

— О, ну вы же меня отлично поняли. А вот работа… На работе вас всегда окружают тайны, вы то и дело влипаете в какие-то интриги.

— Откуда вы это знаете?!

— Из вашей натальной карты, милая. Никаких чудес, никакой магии, просто читаю расположения звезд. Зато вы умеете копить и правильно тратить деньги. Но в любом случае, не стоит доверять нашему Николаю именно в вопросах финансов. Он может втянуть вас в авантюру. Вы потеряете деньги, а он… вывернется. Ничего личного, это шлейф его прошлых жизней, там он был мошенником и игроком. И сейчас его временами тянет на это.

— А он знает?

— Я ему об этом, конечно, сообщила. Но он не поверил. Ему нравится играть, правда, теперь не в азартные игры. Но вы все равно хорошо понимаете друг друга, у вас общие этические ценности — Юпитер и Черная Луна в вашем втором доме… Хотите еще кофе?

София хотела кофе и чтобы ей немедленно сообщили, что ей теперь делать со всей этой новой информацией.


***

Ангелина открыла дверь, не глядя:

— Привет! Что это у тебя на голове? — спросила Евгения.

— Маска для волос, — ответила Ангелина и прошла на кухню.

Сегодня она собиралась печь капустный пирог. Кулагин не очень одобрял пироги, но к трем обещал приехать Славка. Вот кто никогда не отказывался от кофе и очень хвалил любые пироги, которые готовила Ангелина. Хвалил, ел и просил выдать кусок «на вынос». В казанке уже тушилась капуста и исходила запахом на всю квартиру, Ангелина опять забыла включить вытяжку, за что регулярно выслушивала от мужа.

— Зачем ты заказала себе эту дурацкую вытяжку, если вся моя одежда пахнет так, словно я ночую в привокзальной столовой. А когда ты затеваешь тесто, вообще ничем невозможно отбить запах сдобы! Ко мне сотрудники принюхиваются.

— А ты бы взял и угостил их пирогами! В ваш кофе-брейк.

— О, Господи!

Кулагин вообще очень любил говорить «О господи», имея в виду несостоятельность Ангелины в каких-то вопросах. На прошлой неделе она с удивлением выяснила, что женщины, которые работают, успевают сделать дома почти все тоже самое, что делает Ангелина. У нее был совершенный, установившийся за годы порядок: сначала она мыла полы и вытирала пыль, потом мыла посуду, оставшуюся после завтрака и готовила еду, потом, если необходимо, занималась стиркой. Все стеклянные или зеркальные поверхности тоже требовали внимания. Делала упражнения, принимала душ, съедала обед, убирала со стола. Придумывала ужин. Потом общалась с подругами по сети. Иногда еще делала специальные маски для волос или поправляла маникюр. Все это занимало весь день! Затем совместный ужин с мужем, если он приходил.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
Бесплатно
печатная A5
от 354
Купить по «цене читателя»

Скачать бесплатно: