печатная A5
511
18+
Немка

Бесплатный фрагмент - Немка

Остросюжетный психологический боевик

Объем:
230 стр.
Текстовый блок:
бумага офсетная 80 г/м2, печать черно-белая
Возрастное ограничение:
18+
Формат:
145×205 мм
Обложка:
мягкая
Крепление:
клей
ISBN:
978-5-4485-1191-2

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Аксютенко Д. Г.

НЕМКА
ОСТРОСЮЖЕТНЫЙ ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ БОЕВИК

(матриархальное произведение)

— Так-так, остановись здесь! — забеспокоился старший лейтенант Верблюдов и стажёр Рогатко в недоумении припарковался, не доезжая здания прокуратуры.

— Видишь белую Ауди? Запомни ее, это сама Немка пожаловала, возглавляет местную организованную преступность.

— А, на допрос! От правосудия никто не скроется!

— Ты что дурак? Кому жить надоело? Сейчас устроит разбор полетов и кому-то ту-ту звездочкам на погонах, а может и Божьему свету.– Помахал рукой Верблюдов.

— А почему Немка?

— Национальность у нее такая, контролирует крупный бизнес, потоки оружия, присматривает за городом, а то и всем регионом, конкурентов не имеет. Нет такой силы, чтобы с ней бороться не у нас, не у жуликов. Видишь пухленького, коренастого, в черных очках… лысого… — это Медвежонок, отмороженный на голову, а долговязый с козырьком назад — Полтинник, их главный бухгалтер. Блондин с длинными волосами в белом плаще, весь белый — Маклауд. Запомни их — это наши и мать, и отец, и Родина, и жизнь, и друг, и враг, и не дай судьбе тебе с ними пересечься, это будет твой яркий финал!

Медвежонок джентельменски открыл дверь автомобиля, с которого вышла стройная, модельной внешности девушка, со слегка грубоватыми, угловатыми чертами лица, с волнистыми каштановыми волосами, в тигровом боа, на очень высоких каблуках. С остальных черных иномарок появились как на подбор высокие квадратные «шкафы» в однотипных пиджачках с короткими стрижками — на вид совсем неразговорчивые люди.

— Что это у наших блюстителей закона и порядка такое старое разбитое крыльцо, они беспокоятся о нашей безопасности, а о них не кому позаботиться.

— Понял, исправимся, — ответил Немке Полтинник, — там вот голубые ели можно посадить, стены покрасим в красный цвет, а на крыше большую звезду установим, будет местный кремль!

— Ребекка Арнольдовна! — выскочил из здания взволнованный заместитель прокурора Тятюшкин. — Как-то неожиданно Вы к нам пожаловали! Прошу, очень рады!

— Какой вежливый мужчина, далеко пойдете, я вам обещаю, и слово свое держу! А где ваш начальник?

— А он малость приболел!

— Как печально, но мы его навестить приехали, — вздохнула искренне Немка.

— Насколько помню, четвертый этаж налево? — поинтересовался Маклауд.

— Так точно, сударь!

На пропускном пункте стоял бледный худощавый парнишка, не зная то ли сесть, записать в журнал посетителей, то ли притвориться статуей или просто исчезнуть. Ребекка Арнольдовна почти по-матерински смотрела на мальчонку, потом наклонила к себе его голову и нежно поцеловала в лоб, тот покрылся пятнами. Когда проходил Медвежонок, заметивший у солдатика классные ручные часы, бесцеремонно их снял и одел на свою руку.

Главный прокурор таких гостей не ждал, был рассеян, даже испуган, привстал со своего рабочего места.

— Андрей Сергеевич! — обратилась Немка, — а нам сказали, что Вы больны, извините, не знали, апельсинчики не прихватили.

— Я? — еще больше оцепенел мужчина.

— Скорую помощь не ждали? — злорадствовал Медвежонок.

— Мне?

— Да-да-да! — перехватила инициативу Ребекка Арнольдовна. — Видно, ножки болят, не туда ходят, и ручки, не к тем тянутся, язычок страдает, не то говорит.

— У меня? — только промолвил прокурор.

Маклауд схватил авторучку с рабочего стола и с силой вонзил в плечо тучного человека.

— А! — завыл тот. — Делайте что хотите, только не убивайте, — орал он.

— Мальчики! — обратилась Немка к двум «шкафам» у двери. — Полечите дяденьку!

Раздался хруст мебели, звон битого стекла, шум падающих книг. Ивана Сергеевича швыряли от стены к стене, а он кричал одно — только не убивайте.

Полтинник достал мобильник, набрал ноль-три и сообщил диспетчеру медицинской службы, что в здании прокуратуры человеку очень сильно нездоровится.

— Может вызвать и ритуалку? — засмеялся Медвежонок.

— Внизу посмотрим, — спокойно ответил Маклауд.

Один из охранников вытолкнул тушу прокурора в окно, держа его всего лишь за галстук.

— Пока, Птенчик! — попрощалась жалобно Ребекка Арнольдовна, и через секунду внизу раздался шлепок.

В коридоре Немка обратилась к Тятюшкину, поправляя ему воротник: «Надеюсь, Андрей Сергеевич страдал не заразной болезнью?»

— Что Вы! — забормотал толстячок. — Знаете, какой у меня иммунитет! Спасибо, что попроведовали Агаркина, теперь он вынужден поправиться!

— Твои слова, да Богу в уши! — щелкнул по носу нового прокурора Медвежонок.

Солдатик так и стоял в одной позе у пропускного пункта, даже не дышал. Немка медленно вздохнула и оставила надпись в журнале: «Служи честно, мое Солнышко!». Когда проходил Медвежонок, то он сделал пару пассов перед лицом мальчика, тот никак не отреагировал, тогда лысый его толкнул пальцем в грудь и «оловянный солдатик» как срубленное дерево повалился на пол.

— Посмотри-ка, живой! — удивился Полтинник, когда они подошли к месту падения бывшего прокурора.

Андрей Сергеевич почти шепотом стонал: « Только не убивайте!».

— Видишь, и без ритуалки обошлись, — обратился Маклауд к Медвежонку, — не люблю похороны! Мрачно.… Увидишь олигарха Хавского, передай от нас привет, — посоветовал спасенному.

— Он плохой человек, пусть покается! — оставила наставление бывшему прокурору Немка.

— Вот это девушка! — восхитился стажер Рогатко в автомобиле, припаркованном рядом со зданием прокуратуры.

— Ты что Дурак? Это Сатана в юбке! — выругался старший лейтенант Верблюдов. — Ее черти боятся. Не родился еще человек, который смог бы оседлать эту кобылку! Просто держись от таких людей на большом расстоянии, если хочешь до старости дожить.

— А, что у нее мужа нет?

— Ну, ты даешь! Жена должна при муже ощущать себя как за каменной стеной, взял на руки, и чувствовать силу их, безопасность, а не наоборот! Одно дело богомолы, другое люди.

После распада Советского Союза началась большая дележка: приходили одни, воротили горы, вскоре, несмотря на богатство и могущество, появлялись другие, отбирали у первых все, включая жизнь, но пришедших постегала та же участь — вот такая сформировалась пищевая цепочка. И ее надо было разорвать! Собрались ныне испеченные олигархи и объявили о стабильности: борьбу с организованной преступностью, с коррупцией, с наркотиками, с нищетой — но все это обратили не против себя, а против быдла — низа, откуда зарождаются подобие их. Если бы антикоррупционные меры были истинными, то тюрьмы заполонили бы в первую очередь бизнесмены-патриоты, имеющие доход свыше миллиона долларов, а не врачи за шоколадку и жадные куклы-временщики — губернаторы, утки, для повышения престижа и наглядности противовзяточной опалы с помощью средств массовой информации. Вот так возникла российская бандитская элита! Роль в ней Ребекки Арнольдовны, скорее всего обслуживающая, предоставлять не один незаконный автомат Калашникова, а целые Боинги танков и ракет на любые расстояния в самые экзотические места. Еще безупречной репутацией пользовалась ее киллерская школа, к услугам выпускников, к которым обращались даже ЦРУ и особые службы России, контролем качества служили выпуски новостей о несчастных случаях или суициде то одного, то другого известного человека в нашей стране и за рубежом. Но мир меняется, и сейчас больше необходимы не убийцы-одиночки, а целые вооруженные бригады — наемные армии. В Российской Федерации известен по предоставлению их, пожалуй, олигарх Хавский, у которого есть десяток военных баз, как в тайге Сибири, так и в чужеземных пустынях, стаи националистов, джихадистов, так антифашистов и радикальных христиан, но не хватало супер профессиональных инструкторов, да последний год случилось несколько провалов. Вот он подкапывался под конкурентку Немку через прокурора Андрея Сергеевича Агаркина. Беспредельными методами 90-х годов действовать значило бы нарушить стабильность, а это угроза безопасности другим участникам игры. Здесь надо действовать хлопком как по мухе — раз, и готово! Нет Немки, что тут поделаешь, жить надо дальше, да ее почитателям легче: трудней будет подобраться к ним к грешникам.

Александр Пимков с позывным «Саймон» был бойцом наемной армии олигарха Хавского, командовал сотней, при выполнении специального задания в Ираке его подразделение случайно столкнулось с гражданскими: местной женщиной и ее четырехлетней дочерью. По инструкции Саймон обязан их ликвидировать, медик боевого отряда ввел женщине смертельную дозу яда, а девочке по жалости снотворное с компонентом лекарственного вещества, вызывающего амнезию, но по каким-то причинам препарат не подействовал в соответствии ожидаемому эффекту. По легенде с наемников требовалось устранение американского генерала, и свалить это на джихадистов-террористов. О русских в Ираке не знал никто, но группа Саймона вскоре была достигнута и почти полностью уничтожена, возможно, из-за сделанной оплошности. Александр получил серьезное ранение, нескольким бойцам удалось вырваться из окружения, спасая своего командира. В одном из госпиталей наемной армии, по правилам и понятиям военной организации, пациенту Пимкову был произведён выстрел в голову. Никто кроме лучшего друга Саймона не знал, что приговор исполнен подставному лицу, а Александр в это время находился в труднодоступной сибирской таежной больничке. Его карьера и будущее рухнули. В течение нескольких месяцев после выписки он пил, потом устроился охранником в один из известных магазинов ювелирных изделий. Однообразные, скучные будние смены — пока не случилась встреча, из-за которой жизнь снова кардинально перевернулась. Посетителем прилавков драгоценных побрякушек явилась известная нам Ребекка Арнольдовна. Она прошла кошачьей походкой к выставленным на обозрение шикарным изделиям.

— Изумруды и золото — это моя слабость! — пожаловалась героиня директору по продажам.

— Тогда у нас для Вас есть особый товар, я думаю, Вы будете восхищены!

— О, Вы правы! Как догадались? Наверное, обладаете экстрасенсорными способностями, признайтесь!

— Не смущайте! — покраснела директор, — Просто, у нас ювелирный салон лучший, мы работаем с великими мастерами своего дела.

— Тогда я буду вашим постоянным покупателем!… Да, буду жить здесь!

Немка примерила огромное зеленое колье.

— Как я вам? — резко обратилась она к охраннику.

— Простите! — опешил Саймон. — Я не специалист в таких делах. Моя обязанность обеспечить безопасность этой красоте!

— Разве Вы не мужчина? По достоинству не оцените женщину? — съехидничала Ребекка.

Медвежонок хихикнул.

— Извините, но я по другим показателям сужу о настоящей мужественности.

— Наверное, самоотверженно выполнять свои обязанности?

— И поэтому тоже!

А что будете делать, если грабитель наведет на вас оружие? — спросила Немка.

И Медвежонок издевательски достал пистолет и направил на охранника. В доли секунды Саймон с легкостью отобрал огнестрельный предмет, хорошенько заломив руку лысому коренастому шутнику. В мгновение «шкафы» Немки и Полтинник приготовились к противостоянию охраннику, только Маклауд расхохотался пронзительным затяжным смехом. Жестом Ребекка показала « не трогать!»

— А ты настоящий мужчина! — она положила руки на шею Саймона. — Хочу поблагодарить тебя за представление!

И ее губы смело коснулись губ охранника в нежном сладком поцелуе, потом задела своим его кончика носа, очень сексуально улыбнулась и резким ударом колена в пах застигла врасплох Александра Пимкова, из рукава красавицы блеснуло маленькое тоненькое лезвие и вонзилось ему в грудную клетку, тот повалился на пол.

— Спасибо вашим великим мастерам за этот божественный подарок! — поблагодарила Немка директора по продажам и, не расплатившись, ушла.

Рана оказалась не смертельной, но несколько дней Александру пришлось поваляться на больничной койке. Странно, он совсем не держит зла на эту особу, а наоборот, вспоминал запах духов, нежность и теплоту ее губ, что-то потаенное затронула она в нем, будто лезвие было смазано особым веществом, вызывающее духовную эйфорию. Время в наваждениях пролетело быстро. И вот он уже в забегаловке сидит со своим единственным другом с бывшим сослуживцем позывным Волк.

— Мне скоро опять в командировку, куда не знаю, теперь я командир сотни.

— Поздравляю! — выпивая, похлопал Саймон по плечу своего дважды спасателя: тогда в Ираке в бою и в госпитале от пули палача.

— А я завидую, теперь у тебя спокойная мирская жизнь, можешь жениться, завести детей.

— Жениться? Ни за что! Незачем лишняя головная боль! Я — свободный человек!

— Сопьёшься — свободный человек! — усмехнулся Волк.

— А знаешь, Макс, если жениться так на королеве! Точно! Вот приедешь из командировки, приглашу на мою свадьбу.

— Это на той, которая чуть не сделала из тебя евнуха?

— Ты знаешь, как она целуется! Пусть зарежет меня, я готов лишиться жизни ради еще таких мгновений!

— Ну-ну! Раскатал губу, эта птица такого полета! Навел справки — она авторитетная сучка, кликуха «Немка». В ее банде служат ребята, которых я бы хотел видеть у себя в отряде. Под ее крылышком ходят, пожалуй, лучшие в мире военные инструкторы. Она имеет доступ к сверхновым оружейным разработкам. Не хотелось бы с ней помериться силой!

— Волк, а ты прав, чертяга! Мирская жизнь — это по фигу на все инструкции! Я сам — инструкция! И она будет моей женой!

— Ага, если на втором свидании не прирежет!

— Кто не рискует, тот не пьет шампанского!

Олигарх Хавский Игорь Николаевич был из семьи советских бюрократов, в период демократизации «прихватизировал» пару государственно важных объектов — не без помощи отца. В короткий срок выжал из них все, что возможно на швейцарский счет и, оставив бетонные стены подрастающему воронью, сбежал в Соединенные Штаты. Там быстренько нашел себе занятие в транзите американского оружия и подготовленных лагерных боевиков в Чечню, но быстренько осознал, что не вписывается в местную босс-компанию и в период зарождения проекта «Стабильность» в России вернулся на Отчизну. Нефтяные вышки и трубопроводы были уже расхвачены, вот он занялся сетью ресторанов и гипермаркетов, транспортировкой из-за рубежа дешёвой продукции, а иногда незаконных товаров. Его международная логистика оказалась очень востребованной, но эти караванные пути следовало тщательно охранять и на родине, и вне ее пределов. Так родилась первая наемная частная армия в России. Вскоре олигарх осознал, что на ней можно колотить большие деньги. Кстати именно она потом начала играть важную роль в обеспечении «стабильности» в стране после негласного олигархического совета, носящий шуточное название в элите «Вселенский Собор». В истории нашего государства был короткий период, когда кое-кто посчитал, что наемные батальоны — замена законной регулярной российской армии. Под видом глубокой реформации вооруженных сил страны, модернизации, а именно — сокращения численности для повышения якобы ее качества и вложением миллиардных цифр, поощрялись амбиции этих энтузиастов. На самом деле федеральные финансовые средства и потерявшие работу лучшие военные кадры пошли на укомплектацию боевых подразделений олигарха Хавского. Но вскоре другие участники проекта «Стабильность» почувствовали в этом опасность для себя, и Игорь Николаевич угодил в «черный список». Хавский остановиться не мог, и роль всего лишь Малюты Скуратова его не устраивала, нужен был скачок, мощный, энергичный, а главное высоко. «Медведи вокруг одной сосны жить не могут!» — всегда смеялся он. После рассекречивания прокурора Немку надо было срочно раздавить, поэтому он вылетел в Москву на известный кинофестиваль, а в сторону города берлоги бандитки уже мчались по небу грузоподъемные самолеты с танками и военными десантниками.

— Так, остановись! — скомандовал старший лейтенант Верблюдов и стажёр Рогатко припарковался у главпочтамта.

Вдруг у офисной многоэтажки в конце улицы из микроавтобуса выскочили черные люди в бакалаврах, с автоматами и нашивками одного из известных в стране подразделений. Над зданием повис вертолет, с которого вместе с бойцами спустились веревки на крышу. По улицам шумно залязгали по асфальту танки Т-90, блокируя проезды, целясь в этажи здания.

— Гм, — заежился стажер — что война началась?

— Дурак! — выругался старший лейтенант. — Эти офисы гнездо обитания самой Немки. Скорее всего, какая-то спецоперация!

— Танки для чего?

— А ее пули автомата не берут, — пошутил Верблюдов. — Лучше сиди тихо и не шевелись, если жить хочешь!

— Да-а! — вздохнул удивленно стажер. — Ох, сейчас начнется!

Маклауд поднес сотовый к уху, выслушав что-то короткое, пронзительно рассмеялся, вознося руки к небу.

— Всегда говорил, в разведку стоит вкладывать большие деньги, — спокойным тоном произнес Полтинник.

А Медвежонок достал пистолет: «Добро пожаловать в тир! Ох, я сейчас постреляю!» — обрадовался он.

— Мальчики! — Воскликнула Немка, — А про подарки гостям мы забыли!

Одна из стенок кабинета раздвинулась, обнажив потаенный лифт, который умчал товарищей вниз. Многоэтажка была блокирована плотным кольцом солдат и танками, начался штурм здания, подразделения мелкими группами проникали в офисы через двери, балконы и окна. Как в бандитском кино, работали оперативно и красиво. Неожиданно раздался громовой грохот, на четвертом этаже как изо рта факира наружу вырвались клубни огня и дыма, мощным и впечатляющим оказался взрыв, встречающий гостей.

— Первый! Первый! Что у вас? — кричал кто-то в рацию, нарушая тишину. Внезапно громко над кварталом со всех сторон зазвучала известная и популярная музыка и голос заслуженного народного певца, заставивший бойцов развернуться и увидеть подъезжающих к ним зенитно-ракетные комплексы, способные одновременно атаковать наводящими ракетами, пушками и зенитками. Настало гробовое молчание.

— Занять круговую оборону! — скомандовали командиры.

«Чао, мальчики!» — вздохнула Немка в белой Ауди, и из пяти комплексов из всех орудий вырвались смерть, ад и грохот небес. Ввысь взлетели башни танков как стартующие ракеты с космодрома, многоэтажку, подобно стаей пираний, рвало на части, обломки в снегопадном вальсе снежинок разлетались вокруг, вертолет только хотел огрызнуться, подобно пузырю или комару наполненному кровью в мгновение «лопнул», обрызгав все огненным содержимым. Представление длилось не дольше минуты, пока здание не сложилось, похоронив все живое своим телом.

— Сегодня надо зайти в архитектуру, — опечалилась Немка, — построим что-нибудь веселенькое и уютное!

— Может нам пока пожить у олигарха Хавского? — предложил Полтинник.

— К сожаленью он не любит гостей! — ответил Маклауд.

— Несчастных некому приютить! — чудь не заплакала Ребекка Арнольдовна.

Старший лейтенант Верблюдов вытер рукавом со лба пот и перекрестился.

— Вот это было красиво! — восхитился стажер.

— Дурак! — выругался Верблюдов, — это была геенна огненная как на том свете, куда ты попадешь, если не будешь слушаться меня, — отругал он Рогатко.

— Да, у Ребекки Арнольдовны не следует просить прикурить!

— Я чувствую, Ребекка Арнольдовна скоро тебя самого прикурит, с ног начнет и затылком закончит. Берегись ее, ох, берегись! Мы против нее так — мошкара, пыль со стола!

Олигарх Хавский лютовал, швырял документы по офису, запустил стул в секретаршу: «Какая-то титькастая гнида будет насмехаться надо мной? Иди, иди же ко мне, убей, застрели, взорви, растопчи! У меня дел больше нет, как тормозить на этой шлюхе! С кем решила тягаться?! Хочешь войну — получи ее! Испепелю!» — буйствовал он. Так же внезапно остановился, поправил галстук. «Люда — спокойно позвал он испуганную сотрудницу, — принеси мне виски! Нет, ром! Хочу рома!» Если бы операция по ликвидации Немки прошла успешно, никто не заметил, что такая существовала на этом свете, но провал очень насторожил «рыцарей круглого стола».

— Нарушаешь стабильность! — упрекнут Игоря Николаевича, или вообще посмеются за его спиной: «Нашего генералиссимуса Хавского шутливо на лопатки положила баба!»

— Вокруг предатели! — думал олигарх. — Вокруг дураки!

— Нет, выжидать не буду, задействую лучших солдат! Все равно на каком-то перекрестке застрелю эту суку!

Саймон на одном из верхних этажей новостройки, что-то рассматривал в бинокль, чертил у себя на карте, он изучал передвижения Немки: какими маршрутами пользуется, в какие заезжает магазины и рестораны, а главное, во сколько. В голове у него зрел коварный план похищения будущей невесты, обещал же лучшему другу, значит, будет свадьба! Закончив слежку, Пимков развернулся, чтобы поменять точку дислокации, как внезапно перед ним появилась фигура длинноволосого белого человека, будто ангела с небес. На долю секунды бывший наемник опешил, но военные навыки автоматически сыграли, его нога в сантиметрах пролетела над головой уклонившегося Маклауда, а тот в движении вынул тонкий элегантный меч самураев из внутренней части длинного плаща. Одним взмахом кончик острия прошелся по щеке Александра, оставив ярко-красную полосу, вторым срубил каблук у подпрыгивающей жертвы, а третьим коснулся шеи приземлившегося Пимкова, и последний замер.

— Шрамы мужчину украшают! — хлопая в ладоши, вошла с Полтинником в пустое, недостроенное помещение Немка.

— Зачем следишь за нами, на кого работаешь? — строго спросил долговязый в кепке.

Следопыт не ответил.

— Не убиваешь детей Александр Пимков?… Саймон!… Командир наёмной сотни! — усмехнулась Ребекка Арнольдовна.

— Откуда вы знаете про меня? — но ему никто не ответил.

В зал вошел Медвежонок с маленькой смуглой черноволосой девочкой, которая сначала сжалась от испуга как волчонок, а затем у нее глаза резко яростно вспыхнули ненавистью, она забормотала на своем нерусском языке, указывая на пленника.

— Не и за этой девочки ты провалил операцию, потеряв почти всех своих людей, работу и даже, бедненький, чуть жизни не лишился? — улыбалась Немка.

— Что вы хотите от меня?

— Хотим на блюдечке олигарха Хавского! — чуть ли не крикнул раздражённый Медвежонок.

— А если не соглашусь?

— С этой дитя вырастит отличная джихадистка! — продолжала Ребекка. — Если конечно доживет, — взгрустнула она. — Ты ее так ценишь!

— Но как я это сделаю?

— Мы на внутреннюю поверхность твоей щеки вошьем капсулу из рубцовой человеческой ткани, чтобы в тебе не обнаружили инородного тела. В ней будут споры модифицированной сибирской язвы, ее легко прокусишь, и надо всего лишь плюнуть в морду этому злодею, всего лишь, чтобы он загнил, а может быть и умер!

— А если я заболею и погибну раньше?

— У тебя создадим иммунитет.

— Значит, у вас есть вакцина?

— Но ее нет у них! — ответила Немка. — Я бы могла его еще вчера раздавить, но смерть будет слишком дешёвой, а мне надо деньги и не только. И за свою жизнь, точнее за дозу вакцины он пойдет на большие уступки…. Я люблю злорадствовать!

— Как я попаду к нему самому?

— Ты засветишься со мной, его шпионы легко схватят тебя, скажешь, что от Ребекки Арнольдовны есть послание, но лично Игорю Николаевичу.

— Они проверят меня на компьютерном томографе.

— Объяснишь, что его передали через гипноз, и содержания сообщения не ведаешь, насколько знаю, внушения нельзя прочитать через технику. И еще, если выполнишь задание, то это будет подарком к нашей свадьбе, Милый!

— Откуда тебе это известно? — еще больше опешил Саймон.

— Собачка на цепи в подвале сказала!

— Ах, ты!… — хотел Пимков броситься на Немку, но острое лезвие меча остановило его.

— Если не справишься ты, возможно, сделает он. Ох, уведёт невесту у лучшего друга! — смеялась она.

— Даже Волк попался в ее лапы, — подумал Саймон — неужели так умна, что играет нами как фигурами на шахматной доске?

Кто-то из знакомых Немки видят в ней отменного психолога, другие считают ее великой актрисой, есть иные — называют аферисткой, но, пожалуй, она — игрок в потеху «Жизнь без правил». Да, она умна, потому что умеет вникать в людей, она талантлива, очень впечатлительна, она азартна, потому что не боится, но самое главное она свободна от чувств, от справедливости, от человечности, от Бога и дьявола!

— Ну-ка, остановись здесь! — скомандовал старший лейтенант Верблюдов и Рогатко беспрекословно выполнил приказ.

— Что захотел посмотреть на стриптиз, Старый? А ты разбираешься в клубах, губа не дура!

— Дурак! — дал подзатыльник стажеру Верблюдов, — Видишь белую Ауди — старая знакомая пожаловала!

— Немка! — присвистнул Рогатко.

— То-то! Вот она сейчас устроит стриптиз, с голой попой от Магадана до Парижа сиганешь!

— А кто это молодой человек со шрамом на лице под ручку ее ведет? А говоришь, не найдется на ее кузовок грибок.

— Нет, ты не дурак, а ведро помойное: пустое и вонючее! Это у паучихи обед. Ням-ням, скушает его, когда проголодается, только наиграется.

— А-а-а!

— Что, а? Жми на газ! Быстрей сматываемся отсюда, пока что-то не взорвалось!

Ребекка Арнольдовна вышла из автомобиля, держась за ладони с Саймоном.

— Что, суженый, развлечёмся на дорожку?

— А что завтра?

— Покажу одно учебное заведение, не сомневаюсь, тебе понравится! Поцелуй меня в губки!

— А ты меня не зарежешь?

— Глупенький, это я — любя от чистого сердца!

— Как вычислили меня?

— Поцелуешь меня, я скажу!

И Саймон прикоснулся к её нежным губам, как они были горячи и страстны, неужели целовать дьяволицу — это так божественно!

— Ты так легко заломил в салоне Медвежоночка, что на тебя пришлось навести справки!

— Это не ответ, в поликлинике в карточке такие сведения не пишут!

— Солнышко! Тебя выдала девочка! Твой фотопортрет от исламистов разошёлся по всему свету. Если я сдам тебя им, они выйдут на Хавского, и тот потеряет многих своих клиентов!

— Почему ты не сделаешь это?

— Продешевлю! Жизнь — это такая штука, вчера ты был всего лишь охранником, а сегодня мой герой, мой рыцарь! Мой Идол! — и она нежно провела ладонью по шраму на щеке.

— Скорее мышка в когтях у кошки!

Ребекка рассмеялась.

— А ты умеешь делать комплименты, мой Лев! В это заведение я тебя привезла в знак компенсации за боль, которую причинила: пей, ешь, заказывай любую девочку или девочек, как предпочитаешь?… Видишь — вон ту, — она указала на губастую блондинку слева, танцующую в клетке, — у нее такой подвижный язык, а какие умеет делать глубокие поцелуи!

— Боюсь спросить, откуда ты знаешь?

— Медвежонок рассказал!

— Да нет, это не знак благодарности, ты меня светишь! Наверное, с этой соской развлекается Хавский?

— А этот! Нет — с той! — она указала на татуированную коротко стриженую брюнетку. — У него плохой вкус!

— А мне нужна только ты! Я готов даже быть садмиссивом!

— Не люблю доминировать в сексе!

— А что ты любишь?

Я? А бесшабашную любовь!

— Ну, этого добра во мне навалом! — и он положил ладонь на ее колено.

— Скромняга! — заулыбалась Немка и продвинула ее себе на паховую область.

Саймон от неожиданности даже сглотнул и чуть не подавился!

— Официант! Официант! — позвала она человека в черном пиджаке, — Я бы хотела моему будущему мужу сделать подарок, у вас случайно девственница нигде не затерялась?

— А смотря, какую сумму готовы вы за неё выложить, — деликатно ответил мужчина.

Немка что-то долго выводила на салфетке.

— За эту сумму найдутся даже две, — услужил официант.

Немка рассмеялась. Саймон схватил бокал вина и плеснул Ребекке в лицо, правда она увернулась, он в злости перевернул стол и хорошим левым хуком врезал учтивому сутенеру, что тот сложил пополам соседний столик. Немка еще пронзительней расхохоталась и от удовольствия захлопала в ладоши. Несколько двухметровых исполинов — охранников стриптиз-клуба бросились на Александра, но Пимков двоих вырубил сразу, остальных красивыми борцовскими приёмами раскидал по залу. Маклауд, который прелюбодействовал с двумя азиатками, показал Саймону жест в виде большого пальца верх — знак одобрения, рассмеялся: «За все плачу!» — и швырнул над собой большую пачку денег, которые разлетелись по всему содомскому поприщу. Александр схватил Немку через плечо и бросился к выходу, найдя белую Ауди, закинул красавицу на заднее сиденье и резко рванул с места против потока автомобилей. Ребекка еще продолжала хохотать, изгибаясь как из кошачьей породы.

— Милый, ты куда?

— За город, в лес, где твои стоны никто не услышит!

— Солнечная 27 дробь два, там такая шикарная кровать и бассейн, любимый, будешь голый купаться со мной?

— Ты даже не представляешь, что тебя ждет! Коттедж твой покажется спичечным коробком. Ох! Что я буду вытворять!

— Мустанг! — похвалила Немка.

Домик по адресу оказался не маленьким.

— Какой бассейн?! — проворчал Саймон. — В кровать! Ох, сейчас начнётся!

— А у тебя сильные руки, надеюсь все такое?

— Не переживай, Солнышко, скоро почувствуешь!

Немка снова рассмеялась. Наконец Александр добрался до спальни, там так пахло иланг-илангом, огромная резная кровать с рисунками красных маков на простынях, бирюзовые стены и много картин на японскую тематику.

— Стоп! — скомандовала Немка и легко для женщины разорвала одежду Саймона, схватила его за ремень и толкнула, тот не удержался и упал, а Ребекка уже стягивала штаны, потом оседлав верхом, оголила свой бюст.

«Чего-то не хватает?» — спросила она как бы саму себя, развела руки Пимкова в стороны и раздались два последовательных щелчка.

— Это твои игрушки? — спросил Александр, почувствовав наручники на своих руках.

— Ловко, да? Я буду полицейским, а ты моим задержанным, даже не догадываешься, как буду пытать!

— Что я должен сказать?

— Что сдаешься — и это будет чистосердечное признание!

— Не дождешься.

Немка принялась его целовать с шеи, а потом спускаться ниже и ниже, и издевательски поглядывала на него.

— Чёрт! Мне так жарко! — помахала на себя ладонью Ребекка. — Надо включить кондиционер, ты же не сбежишь, Милый? — но посмотрев на наручники, задумчиво добавила, — Хотя нет, — и направилась к выходу из комнаты.

— Мальчик, две секунды!

В коридоре она подозвала большую белую мощногрудую собаку.

— Булечка, моя! — почесала её за ушком.

— Фас! — скомандовала и указала на спальню.

Бультерьер стрелой бросился в открытую дверь, Саймон дёрнулся, но руки были крепко пристёгнуты. Он рывком из последних стремлений перевернул кровать, оказался под ней. Псина схватила зубами за матрас, чтобы вырвать его и добраться до добычи, наконец, левая верхняя конечность освободилась. Собака кружилась вокруг пастели, пытаясь ухватить за любую часть своей жертвы. И вот, отцепив правую руку, он, оттолкнувшись, накинул толстое одеяло на зубастого противника, навалился сверху, борясь из-за всех сил.

Жузи — фу! — дала, зевая команду хозяйка, войдя в комнату.

Песик сразу перестал сопротивляться и даже взвизгнул. Саймон вытер пот со лба подушкой и почесал за ушком соперницу.

— Фригидная дурочка! — обратился он к Немке.

— А может кто-то не может зажечь женщину? Зря отказался от девственниц, может чему-то бы их научил.

— А, ты что можешь?

— В любой момент убить своего пупсика.

— Так, почему не убьешь?

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.