электронная
144
печатная A5
261
12+
На память Кире от Киры

Бесплатный фрагмент - На память Кире от Киры

Объем:
20 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4496-9439-3
электронная
от 144
печатная A5
от 261

На память Кире от Киры

Было начало войны. Мы жили в маленьком черноморском городке, который бомбили день и ночь. В то время мне исполнилось четыре года, а старшей сестре Инне шесть.

Мы с трудом понимали, что происходит и что такое война, слишком были малы. Постоянное чувство голода и страх — это все, что мы чувствовали тогда…

Невозможно передать словами тот ужас, который я испытывала, когда повсюду грохотали снаряды и взрывались бомбы. Мне хотелось сжаться в маленький, очень маленький комочек и стать совсем незаметной. Мы, дети, постоянно плакали, даже не понимая, что можем погибнуть в любую минуту. Нам просто было страшно и очень хотелось есть…

Мама решила перевезти нас на Северный Кавказ к своей матери.

Она объяснила, что вместе с бабушкой Ириной и ее семьей нам будет легче пережить тяжелые времена. А когда окончится война — вернется с фронта папа, и мы снова будем жить, как и раньше, в нашей квартире.

В то время все люди верили, что война скоро закончится, ведь наша Родина такая могучая и сильная, а наша Армия непобедимая. Через два-три месяца фашисты будут разбиты и с позором побегут от нас. Но всё оказалось совсем не так. Война затянулась на долгие годы и принесла людям много горя и страданий.

Бабушка, Ирина Александровна, жила с тремя младшими дочерьми в большой просторной квартире в центре Нальчика.

Все были очень рады нашему приезду, места хватало, питаться сообща было легче. Помню, что мамины сестры показались мне очень красивыми молодыми девушками.

Старшей — Лике было в то время восемнадцать лет. Она только что окончила среднюю школу с отличием и собиралась поступать на физмат в пединститут. Война разрушила ее планы: пришлось устроиться на работу в госпиталь, чтобы как-то выжить.

Одной зарплаты бабушки на всех не хватало. Ирина Александровна была санитарным врачом, работала на рынке — проверяла свежесть продуктов.

Две младшие девочки учились в школе: средней — Алле было шестнадцать лет, она мечтала стать балериной, занималась в танцевальной студии. Самой младшей — Кире недавно исполнилось четырнадцать. Это была веселая, подвижная девочка, очень добрая и симпатичная.

С первых же дней мы нашли с ней общий язык, и, несмотря на разницу в возрасте, Кира стала нашей лучшей подругой. Она оказалось большой выдумщицей: постоянно сочиняла страшные истории, сама в них верила и очень боялась оставаться в темноте одна, опасаясь злых ведьм и ужасных чудовищ.

А еще у бабушки была замечательная собака — немецкая овчарка по кличке Вестник. Молодой красавец-пес был очень умным и добрым, он участвовал наших играх, выполнял команды и, даже, разрешал садиться на себя верхом. Мы с Инной, по очереди, катались на нем.

Гулять с Вестником стало самым большим удовольствием для нас.

Так мы и жили все вместе, переживая трудности, и верили, что война очень скоро закончится.

Время шло, положение на фронтах все ухудшалось, мама с тревогой ожидала писем от отца, они приходили очень редко, это заставляло ее постоянно нервничать.

Каждое папино письмо было настоящим праздником. Его перечитывали по многу раз, даже мы, маленькие дети, знали все строки из писем наизусть. Отец за полгода окончил летное училище и стал военным летчиком, летал на истребителе и громил фашистов.

Мы очень гордились своим отцом и во дворе рассказывали детям о его подвигах. Сводки новостей по радио становились все тревожнее. Немцы брали города один за другим. Запасы в доме просто таяли. Еды постоянно не хватало, а ртов было семь, да еще и собака. Бабушка иногда приносила с рынка кое-какие продукты: то бутыль молока, то кусочек мяса. Но этого не хватало, есть хотелось все время.

У мамы были золотые украшения, и она время от времени обменивала их на продукты — муку, картошку, сало, постное масло. Наконец, у нее осталось лишь одно золотое колечко с крошечным бриллиантом, с ним она ни за что не хотела расставаться. Это был подарок от отца в день их бракосочетания.

Прошло больше года, а война все не кончалась. Время тянулось очень долго. К осени 42-ого мы настолько обеднели, что ели только один раз в день. Обычно это был какой-нибудь суп, заправленный капустой, картошкой или крупой. Все ходили грустные и вялые, ничего не хотелось делать, даже дети забросили свои игры.

Особенно тяжело было собаке. Вестник очень похудел, он мучился от голода, но никогда не просил есть — чувствовал, что все голодные, и нет надежды на то, что в миску ему хоть что-нибудь положат. Он даже был согласен на вареную капусту, но и она доставалась ему очень редко.

Пес тихонько лежал на своей подстилке и только тяжко вздыхал, грустно глядя на своих хозяев. Единственной радостью в жизни собаки стали прогулки. Он весело бегал за палочкой, по команде прыгал через скамейки в сквере, забывая о голоде.

Однажды случилось так, что пес убежал, и сколько бы его ни звали, не откликался. В этот день мы пришли домой без собаки и думали, что больше никогда не увидим ее.

К вечеру Вестник вернулся домой с виноватым видом. Сразу было заметно, что он что-то ел. Но где и как он добыл пищу, нам было неизвестно.

— Ну что ж, — заметила бабушка, — хорошо, что хоть кто-то из нашей семьи сегодня поел досыта. Не будем ругать за это Вестника, он молодец. Пусть теперь сам добывает себе пропитание.

Она погладила пса по голове.

Поняв, что наказания за проступок не будет, Вестник прижался к бабушке и начал лизать ей руки. С тех пор пес повадился исчезать каждый день, он возвращался домой довольный и сытый.

Как-то раз, уже под вечер, Вестник принес задушенную наполовину ощипанную курицу и положил ее на порог. Сам лег рядом, и, громко стуча хвостом об пол, как бы сказал: «Смотрите, я принес и вам еду, кушайте на здоровье!»

Всеобщему восторгу не было предела. Курицу разделали и сварили в большой кастрюле, засыпав бульон остатками вермишели. Еды хватило на два дня. Героя тоже не обделили: он ел суп и с удовольствием грыз куриные косточки.

Такие подарки Вестник делал нам еще не раз: иногда это было кольцо копченой колбасы, а чаще кусок сыра или хлеба. Мы радовались всем его подношениям. Но бабушка очень беспокоилась за собаку:

— Как бы с Вестником чего не случилось!. Его могут поймать на месте преступления, сильно избить, или даже убить. Время сейчас голодное и очень жестокое.

Но воришке все сходило с рук, пес был удивительно хитер и умен. Поймать его было невозможно.

В середине октября резко похолодало. Топили печку-буржуйку, чтобы согреться. Вокруг нее собирались все домочадцы, на этой же печке готовили еду.

А фронт тем временем приближался к городу. Был слышен бой тяжелых орудий, началась паника. Все, кто мог, старались уехать. Первыми покидали город партийные и ответственные работники. Начальство грузило свои семьи и пожитки на машины, не забывая даже комнатные растения.

А для раненных, которых нужно было срочно эвакуировать из госпиталей, не хватало транспорта. Только самых тяжелых — лежачих удавалось вывезти. Остальные, кто мог передвигаться самостоятельно, ковыляли по улицам, поддерживая друг друга. Это было ужасающее зрелище!

Большинству горожан было некуда бежать. Дети, женщины и старики стояли вдоль дорог, наблюдая за бегством чиновников.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 144
печатная A5
от 261