18+
На грани

Бесплатный фрагмент - На грани

Книга 1. Часть 1

Объем: 230 бумажных стр.

Формат: epub, fb2, pdfRead, mobi

Подробнее

Книга 1 Часть 1

Введение

Осень — граница между летом и зимой, между удушающим зноем и лютым морозом, граница жизни и смерти. 31 октября — мой любимый праздник, который носит много названий — Хэллоуин, Самайн, ночь святых, кельтский праздник сбора урожая. Ночь, когда открываются врата, соединяющие мир мёртвых с миром живых. Ночь, когда открывается завеса потустороннего мира, и мы можем видеть тех, кто давно ушел из нашей жизни. Ночь, когда становится возможным невозможное, странное и страшное.

Сегодня же это праздник, когда люди веселятся, надевают маски и костюмы, украшают улицы и жилища, а дети ходят по домам и просят угощения. Я решила насладиться этой мрачной атмосферой заполненных улиц, украшенных зданий и жутковатым концертом на главной площади города. Для меня Самайн — это не праздник страшных костюмов и насмешек над тем, что не привыкли видеть люди, а эта ночь — дань уважения прошлому.

Надевать на себя смешные побрякушки в виде черепков и метел не хотелось, поэтому я остановилась на классическом образе — черном платье с пышной юбкой, черном пальто, сапожках на каблуках, в макияже сделала акцент на глаза. Ярко, но гармонично, для Хэллоуина вполне уместно.

В моей жизни чего — то не хватало, опасностей и приключений, чего-то необычного и неземного. Я никогда не понимала себя, ведь каждый день сама носила маску смирения и ожидания. Поэтому я решила учиться на психолога — чтобы лучше понять себя, постичь суть жизни человека, найти смысл моей жизни, узнать правду, но учебники и ежедневные лекции — не то, что я ожидала…

Глава 1

Я вышла с колледжа еще до концерта, чтобы любоваться декорациями и поглощать атмосферу любимого дня в году. Улица была оживленная: тут и там ходили люди, большинство из которых были в масках или же с разрисованными лицами. Некоторые выходили семьями с детьми, все прониклись этим вечером и веселились. Смотря по сторонам, я удивлялась тому, как разнообразно украшены дома: в одном из окон «высовывались» щупальца осьминога, в другом — летали призраки. И это еще не все: свечи в виде мумий, призраки из воздушных шаров, змеи, что порхали в воздухе и куда же без тыквы — повсюду стояли фонари Джека.

Конечно, попадались и хмурые люди, что закрывали окна и балконы, чтобы оградить себя от громкой музыки, в основном это старики, но так же находились и женщины и мужчины, что поддерживали идеи о том, что данный праздник — это увеселение бесов и колдунов, праздник дьявольщины и исчадий ада. « Ну и пусть, чем же может жить человек, если в обыкновенном празднике видит негатив? Если выбор стоит между апатией и весельем, то почему бы не провести время хорошо, чтобы было что запомнить?» — подумала я, и направилась прямо в центр, где была сосредоточена основная масса «нечисти». На сцене появилась группа, они начали исполнять песни про Хэллоуин: про огни на деревьях, про глаза везде, про призраков и пришельцев, про смерть и холод в загробном мире. Их песни исходили будто из пустоты иного мира, сочились из тьмы, которая окружает каждого из нас. Игра теней, страшные и пронзительные крики, кровь и ужасы, поднимающиеся из могил мертвецы, много гробов, злобный смех, густой туман — моё внимание было полностью сосредоточено на сцене до тех пор, пока кто-то не задел меня плечом.

— Эй, а осторожнее можно? — выпалила я в порыве гнева, ведь этот человек прошел очень неаккуратно и толкнул меня.

Парень ничего не ответил, словно даже и не заметил меня, зато я его запомнила. Он на мгновение посмотрел на меня вскользь, словно ему было не интересно, а затем скрылся в толпе. Среди людей он ничем не выделялся: довольно-таки высокий, средней длинны темные волосы, глаза карие, но что было странно, он был одет в кожаную черную куртку в такой прохладный вечер. Никаких украшений в честь Хэллоуина на нем не было. Я не знаю, зачем, но я пошла за ним. Проходя сквозь толпу, я пыталась не упустить его. Аккуратно протискиваясь между людьми, я наблюдала, как его фигура удаляется от меня. Я пыталась идти быстрее, но людей было слишком много, и я поняла, что потеряла его из виду.

«И зачем я пошла за ним? Определенно не для того, что бы продолжить беседу или услышать извинения». Я остановилась, поняла, что искать его бессмысленно и глупо. Часть меня сожалела о том, что я потеряла его из виду. Зато другая говорила, что это неправильно и нелогично, вот так идти за незнакомым парнем куда-то. Я почувствовала себя неловко от этой глупости и пошла дальше. Выйдя из толпы и повернув за угол, я свернула в переулок.

Музыка была не так громко слышна, поэтому я решила позвонить однокурснице, чтобы попытаться опять вытащить ее из дома на праздник. Я уже набрала номер и сбросила, так как моё внимание привлек негромкий разговор двух людей.

«Кажется, это за углом», — подумала я и тихо подошла к краю дома. Разговаривали два человека. Определенно, голос мужчины и женщины, даже я бы сказала, парня и девушки. Я прислушалась.

— … здесь его точно нет, — сказала девушка.

— Я сам проверю. Ты могла его упустить, — грубо ответил парень.

— С каких пор ты сомневаешься? Ты же понимаешь, что я люблю тебя. Не забывай, что меня это тоже касается.

— Сегодня — это все, что у нас есть. Мы теряем время, стоит снова проверить.

— Нет. Мы еще не готовы, ты не готов, и ты это знаешь. Но я обещаю тебе, мы найдем его. Он от нас не убежит.

— Я сам найду его и убью. Возвращайся в Академию.

— Это самоубийство. Я не готова потерять еще и тебя, — сказала девушка, нежно коснувшись его руки.

«Убить?! Что?! Что я только что услышала?! Мне пора уходить», — сердце бешено колотилось, а колени начали подгибаться. Я боялась той информации, что случайно решила подслушать.

«Это не моё дело», — подумала я, и я стала уходить, пытаясь не стучать каблуками по асфальту. Я бесшумно прошла несколько шагов, и мой телефон зазвонил, бесцеремонно выдав меня.

«Черт, только не сейчас», — тихо выругавшись, я быстро сбросила и, уже не пытаясь скрываться, побежала к оживленной улице. Когда до поворота осталось пару шагов, я почувствовала, как тяжелая рука легла мне на плечо и резко прижала к зданию. В этот момент я совершенно потеряла способность думать, кричать — страх испепелял меня изнутри, а дыхание сбилось.

Его взгляд встретился с моим. Эти холодные бездонные темные глаза вглядывались в самую глубь, затуманивая разум. Я как под гипнозом смотрела на него и не могла отвести взгляд. Он медленно убрал руку, которой прижал меня, и, немного отойдя, но, все еще смотря мне прямо в глаза, спросил:

— Зачем ты подслушала наш разговор?

Нет, он точно не спрашивал. Он требовал ответа. Он не держал меня, он был уверен в том, что я не уйду. Когда паника захлестнула меня, я дернулась, наспех ударила его ногой в колено и попыталась бежать. На секунду он потерял бдительность, что дало мне фору. Это было бесполезно — парень оказался крепче. Он держал меня за запястье и смотрел непонимающими глазами.

— Она не поддается гипнозу! — резко сказал он подошедшей сзади девушке.

— Это невозможно, Кто она? — ответила девушка, чьи волосы лежали в красивой укладке.

Я не собиралась отвечать. А еще больше я боялась того, что меня ждет. Может быть, от девушки я и смогла бы убежать, но парень был достаточно крепким. Я была напугана, не могла говорить. Я лишь ожидала того, что они посмеются, скажут, что так играют на Хэллоуин и отпустят меня, что все это часть розыгрыша.

— Отпусти, ты её совсем напугал.

Девушка подошла, протянула руку мне за спину, провожая за собой.

— Не обращай внимания, у нас выдался трудный день, но не бойся, мы не причиним тебе вреда, я обещаю. Очевидно, что ты что-то слышала, и это тебя напугало, — сказала девушка спокойно и с теплотой в глазах.

Я только сейчас взяла себя в руки и, решив подыграть в их игре, спросила:

— Похоже, что я не должна была это слышать и позже вы меня убьете?

Девушке явно понравилось это предположение, она улыбнулась и рассмеялась так тепло, ответив:

— Нет, мы не убиваем людей. А если и случается подобный конфуз, то мы заставляем человека забыть. Стираем память. И всегда это работало. До сих пор. Кто ты?

— Ники, — ответила я тихо.

Девушка изогнула бровь и я, отведя взгляд от нее, ответила:

— Я не понимаю, чего вы от меня хотите, и если не собираетесь убивать, то отпустите. Мне не до ваших игр, — на эмоциях ответила я им.

Парень недовольно усмехнулся, а девушка отошла в сторону, жестом указав на дорогу. Я сделала несколько шагов от нее, потом развернулась и спросила:

— Вот так просто?

— Вот так просто. Я найду тебя тогда, когда это потребуется.

«Чего? Ну и заигрались. Хотя, Хэллоуин явно вышел запоминающийся», — подумала я про себя.

Я еще раз мельком посмотрела на парня, его сознание было устремлено куда-то вдаль, за горизонт. Он уловил взгляд и посмотрел на меня, отчего меня словно ударили током, и я быстро отвернулась. Я не стала злоупотреблять своей свободой, и пошла прочь, не оглядываясь, оставив их позади.

Весь следующий день я провела, думая о встрече с этими двумя, и она казалась сном. Из мыслей меня изредка отвлекали пары: забавный пухлый преподаватель оживленно рассказывал свой предмет, нередко прерываясь на интересные истории из своей жизни — о жене, детях и пушистом пожилом коте, что жил у их подъезда. Я улыбнулась очередному рассказу, повседневности и рутине этого дня, и вновь погрузилась в мысли. Ежедневная учеба, куча преподавателей, которые забивают свое рабочее время рассказами о себе, и ни одного ответа на мои вопросы. Скука моих дней и вчерашнее приключение, — вот что заставило меня отвлечься.

«Что я слышала там? Они хотели кого-то убить? Но раз людей они не трогают, то кого? И почему отпустили меня? Я та, на кого не подействовал гипноз? Внушение? Все это и звучит странно, разве может это быть правдой? Они не ненормальные, но интересные, просто живут моментом, и мне это близко. Возможно ли, что это была просто роль, и я ошиблась? А если это правда? Хотя, какая разница, ведь это было вчера. Если бы я смогла их встретить еще раз…» — столько вопросов, и ни на один у меня не было ответа. Может быть это и странно, но это то, чего я хочу, точнее, всегда хотела.

Я вспомнила того парня — определенно мой типаж. О таких пишут рассказы, и подобные выступают в роли таинственного и сильного рыцаря, спасающего девушек. Высокий, темноволосый, уверенный в себе, тело крепкое и спортивное, руки горячие, пронзительный взгляд, темные как смола глаза. Мы увиделись лишь раз, но почему я почувствовала это? Нет, это не чувства, я не верю в любовь с первого взгляда. Это ощущения — огонь, страсть, жизнь. Если б не этот случай, то я, вероятно, познакомилась бы с ним. Конечно, подобная встреча несколько тревожила, но все же, сколько в ней было эмоций, этого я точно не забуду.

— Эй, Ви, не летай в облаках, — отшутилась однокурсница, несмело потрепав меня по плечу.

Я и правда несколько отключилась от лекции и не сразу поняла, что она закончилась. Сзади подлетел однокурсник и, взяв Эми за плечо, рассмеялся и сказал:

— Видимо, Вероника все же встретила солиста группы. Пошли, — он наспех вынул девушку из аудитории, а я пошла следом.

Попрощавшись с однокурсниками, я вновь задумалась:

«А та брюнетка? Я вспомнила, как нежно она дотронулась до него. Кто она? Девушка? Сестра? Знакомая?». Я улыбнулась своей наивности, и подумала, что жизнь — не сказка, и я не верю, что мы увидимся снова, а поэтому думать о нем было глупо, но вновь и вновь мои мысли поглощала вчерашняя встреча.

«Я найду тебя, когда это потребуется…», — да, конечно. Ничего необычного, просто наткнулась на парочку. Ну, с кем не бывает? Может быть, они были в образе и по-своему отмечали Хэллоуин, а я ищу везде какой-то подвох? Конечно, со мной такое раньше не происходило. Но с чего бы сейчас? Я снова вспомнила тот момент, как я увидела того парня и мир будто замер. Он казался каким-то необычным, он мне импонировал. Я почти мгновенно смутилась своих мыслей.

«Очнись, вы же, вероятно, больше не встретитесь, а если и встретитесь, то что? Ничего» — эти мысли словно спустили меня с небес на землю, но так было лучше. Завтра у меня зачет и надо было подготовиться к нему, а не думать об этой встрече.

Возвращаясь домой с пар, я услышала, что за мной идут, и, обернувшись, увидела ее. Волосы девушки развевались на ветру, и, взглянув в миловидное лицо, я поняла, что она моя ровесница, но то, как она себя несла, выдавало в ней уверенность и раскованность. Она красиво уложила волосы рукой, улыбнулась мне и сказала:

— Ну вот, видишь, я тебя нашла, как и говорила. Я понимаю, что наше знакомство началось не очень хорошо, но давай попробуем сначала. Я — Лина.

Правильно говорят: «Бойся своих желаний», и сейчас я впала в ступор. Мимо проходили люди, девушка предложила мне отойти в сторону, а я ответила:

— Привет, Лина, знаешь, мне очень приятно познакомиться, но у меня завтра зачёт. Мне не хочется думать обо всем этом, так что мне пора домой, — сказала я и пошла вперед, оставляя девушку позади.

— И тебе совсем не интересно, кто ты?

Эти слова заставили меня остановиться, я обернулась к ней и ответила:

— Я студентка. Кем я ещё могу быть?

Лина подошла, сравнялась со мной и сказала:

— Наверное, ты одна из нас, но мы, обычно, знаем о существовании своих вне Клана. Как бы мне выразиться помягче, — сказала девушка, подбирая подходящие слова. — Ты не совсем человек. Ты не поддаешься внушению. И честно, вчера я и Алекс были этим несколько удивлены.

— Предположим, что вчерашняя выходка не была ролевой игрой, и ты говоришь правду, то внушение не действует на развитую волю… — я не договорила, брюнетка меня прервала.

— Упусти общеизвестные факты из того, чему учат здесь, — девушка кивком головы указала на колледж, и продолжила. — Мы стоим выше людей. Мы живём гораздо дольше и почти не болеем. Мы обладаем огромной силой и разумом. К тому же, мы очень красивы, — сказала она и поправила прядь волос. — И мне интересно, что ты знаешь о себе? Как ты очутилась тут?

Я была шокирована этим разговором и ответила обычно:

— Я родилась тут. И живу тут все время. Очевидно, что ты ошиблась.

Я не собиралась рассказывать первой встречной девушке свою историю, а она, похоже, не собиралась сдаваться. Лина взяла меня за руки и сказала так, будто мы с ней давно знакомы:

— Да ладно тебе, неужели ты никогда не ощущала, что ты здесь чужая? Что ты не вписываешься сюда? Ты мечтала о чем-то большем? Тебе будет скучно просто закончить учебу, работать, завести детей и потом наслаждаться слабостью и немощностью?

Она рассказала то, что не знал никто. Она будто читала душу. Она за минуту сказала мне то, что терзало меня всю мою жизнь. Я пошла на психолога, чтобы изучать свои желания и то, чем они вызваны. Я посмотрела на нее, мои руки были все еще в ее руках. Я не стремилась уйти, ее руки были горячими и нежными. В ее глазах горел огонь. Живой огонь. Страсть к жизни. А мой огонь потух давно, а сейчас брюнетка вновь его разжигала. Она была права, и, если девушка и дурила меня, то это получалось.

— Ты права. И все моё нутро хочет узнать больше, но разум говорит мне, что надо идти домой и готовиться к зачёту. А все это детские сказки. Детские мечты, которым не суждено исполниться.

Девушка сконфуженно улыбнулась, и спокойно ответила:

— Хорошо, Ники, я не буду настаивать, но я знаю, что у нас есть общее. Любознательность. Ты пошла на психолога, что б узнать себя? Свое видение жизни? Люди тебе не помогут, ведь их знания — это лишь верхушка айсберга. Настоящие знания у нас. Если ты считаешь, что я лишь играю, то соглашайся. Пойдем со мной, ты ничем не рискуешь.

Она смотрела в мои глаза с детской невинностью, будто я отобрала у нее конфетку, которую девушка хотела забрать. Время тянулось слишком долго и, увидев в моих глазах сомнения, она сказала:

— Я дам тебе свой номер, позвони мне, когда будешь готова. Оставаться с нами или нет — это твой выбор. Хотя бы подумай над этим, подумай над возможностями, что откроются перед тобой. О смысле своей жизни. Держи.

Она дала мне листочек с номером, и собралась уходить, а я ответила:

— Стой, Лина, — девушка обернулась. — Было приятно познакомиться.

Девушка улыбнулась и скрылась за зданием. Я посмотрела на листочек с номером. Он был белым с черной окантовкой и пропитан ее духами. Совсем как она, духи манили неповторимым шлейфом женственности, магии и волшебства.

Я осталась одна со столь маленькой долей информации, что открылась мне. И я решила пойти прогуляться прежде, чем идти домой. Завтрашний зачет уже не имел смысла: я могла узнать правду о своих родителях и о самой себе. Я всегда думала, что случилось с ними? Ведь выросла я в приемной семье. И родители никогда от меня это не скрывали, за что я благодарна. Они растили меня как свою дочь, и когда настало время, то они мне все рассказали. Я чувствовала пустоту, одиночество, никто не мог понять моего стремления отыскать правду, правду о себе и о семье. И теперь у меня появилась надежда.

Я медленно проходила по парку, любуясь на темное осеннее небо, на траву, которая потеряла все жизненные краски, на деревья, что лишились разноцветного одеяния и теперь стояли, словно тени, ожидавшие прихода зимы. Птицы давно улетели в теплые края, река текла тихо, словно боялась разбудить солнце, уходившее на покой. Лишь изредка вдалеке мелькали люди, что торопились домой. И свет фонарей еле — еле освещал пустые дорожки, которые покрывали сброшенные листья. Весь мир будто замер в ожидании зимы.

Я не торопилась домой — в этой тишине на природе я ощущала себя гораздо комфортнее, чем в четырех стенах за подготовкой к зачету. Впереди я увидела знакомый силуэт. Он сидел на скамейке, смотря туда, где солнце опускалось за горизонт. Вначале я хотела пройти мимо, но я поняла, как по-детски это будет выглядеть, поэтому все-таки решила спросить:

— Только не говори, что оказался тут случайно.

— В прошлый раз мы не успели познакомиться, Ники, верно? Меня зовут Алекс. И вообще-то я искал тебя, — сказал парень и встал со скамейки.

— Зачем? — я снова напряглась, вспоминая нашу первую встречу. Теперь я сомневалась, хочу ли я вообще сейчас общаться.

— Хотел поговорить.

— О чем? — спросила я, пытаясь быть максимально незаинтересованной.

— Потому что ты первая из людей, кто не поддался гипнозу. И у меня лишь одно объяснение.

— Какое? — с нетерпением спросила я.

— Пройдемся? — задал вопрос Алекс.

Я пошла рядом с ним, ожидая ответа, ожидая правды. И падающие тени на его лице выгодно подчеркивали его черты. Я заставила себя не смотреть на него и стала смотреть то перед собой, то на деревья.

— Успокойся, я тебя не трону. Вчера я мог грубо обойтись с тобой, за что мне следует извиниться, — сказал парень и посмотрел на меня.

— Извинения приняты. А теперь мне нужен ответ, — моему терпению приходил конец, настолько я была заинтригована.

— Тогда придется начать издалека. Мы называем себя Кланом Святого Грааля. И наш Клан имеет очень древнюю историю. Я не любитель долгих повествований, поэтому скажу кратко: давно шла война, самые влиятельные представители двух кланов заключили союз, что поспособствовало созданию мира и равновесия, — рассказывая историю, парень то и дело смотрел на меня, изучая реакцию. — Каждый из кланов обладал своими значимыми преимуществами: у одних были сильнее развиты ментальные силы, у других — физические. Когда мы объединились, то каждый поделился частью своей силы с другим. Этот союз породил равновесие. Прошла тысяча лет с того древнего союза, но мы еще помним и чтим память тех, кто помог нам избежать войны на многие века вперед.

— Как я понимаю, ваши преимущества перед людьми — это физическая сила и внушение? — поинтересовалась я.

— Все верно, и это значит что ты — одна из нас. Но как так вышло, я понятия не имею. Обычно наши не расходятся, и вчера я не был готов к подобной встрече. Твоё появление немного ввело меня в недоумение.

Я размышляла о той информации, что крутилась у меня в голове. Я ответила:

— Это слишком для меня.

Алекс улыбнулся, склонив голову вперед, сказал:

— Я никогда не думал, что кто-то из нас может спокойно жить за пределами Клана. Вся наша жизнь направлена на развитие и поддержание способностей, без которых мы теряем смысл к существованию. Скажи, — обратился он ко мне, — каково это, жить не своей жизнью?

Я подумала, слова исходили из моей души, и сказала:

— Всю мою жизнь я спрашивала себя, что со мной не так? Почему мне мало того, чем я живу? Где моя жизнь? Я будто жила не своей, не полной жизнью. Я не могла насладиться ее вкусом, все быстро становилось пресным. Тогда я начала разбираться в себе. Что мне надо для полноценной жизни? Я не могла этого понять. Но по ночам мне снились странные сны, где я будто «оживала», где была истинная я. И только вчера, когда ты в толпе задел меня, я будто опять была во сне. И я, правда, не знаю, почему пошла за тобой.

Я излила душу Алексу, парню, которого знала так мало и, испытав чувство стыда, я взглянула на него, сказав:

— Извини, я… слишком разоткровенничалась с тобой. А мы ведь даже незнакомы.

— Я думаю, что это далеко не последняя наша встреча, Ники. Тебе всегда есть место в нашем Клане. Я не стану уговаривать тебя. И я уверен, что ты найдешь ответы если не на все, то на большую часть своих вопросов.

Я задумывалась над перспективой начать жизнь с начала, меня это пугало, но я чувствовала, что этот шанс нельзя упускать.

— Да, думаю, что ты меня убедил. Я должна больше узнать о себе. Глупо будет упустить такой шанс… но почему я никогда не чувствовала себя сильной физически? — я опустила глаза вниз, и шла, смотря себе под ноги.

— Видишь, тебе уже интересно. Академия может ответить на многие твои вопросы. Пойдем, — сказал парень, остановившись передо мной.

Я чуть не врезалась в него, но удержалась руками, уперев их в его грудь. А он взял меня под руки, не дав упасть.

— Ух, ты, быстро среагировал, — удивилась я и сделала шаг назад. Похоже, ему удалось меня смутить.

— Не привык к реакции людей. Все нормально? — спросил парень.

— Да. Так вот о чем ты говорил. Почему у меня нет сил? Звучит как бред, — удивленно спросила я.

Парень немного улыбнулся уголками губ и сказал:

— Мы много тренируемся, и способности открываются преимущественно после особого вмешательства. Это лишь символически, не переживай. Называется Посвящение. Что-то вроде посвящения в первокурсники у обычных людей.

— Понятно, — ответила я, хотя мало что поняла из слов парня.

Поежившись от порыва ветра, я сказала:

— Мне пора домой. Завтра у меня зачет, надо подготовиться. Тем более уже темно.

— Я понимаю. Я провожу тебя.

Мы какое-то время шли молча, и эта тишина меня убивала, тогда парень остановился, посмотрел мне в глаза, спросив:

— Я понимаю, что ты боишься, что весь твой привычный мир рухнет, но не понимаю одного: зачем ты продолжаешь жить старой жизнью, если перед тобой открыты новые двери? С завтрашнего дня ты могла бы быть с нами, частью нашего Клана, почему тебе важен какой-то зачет? Он поможет спасти твою жизнь? Поможет справиться с твоими проблемами?

Я не стала останавливаться, лишь замедлила шаг. Он пошел рядом и я ответила:

— Он поможет моим приемным родителям не разочароваться во мне. Они вложили в меня всю свою любовь, и я хочу стать кем-то, известным психологом, например, сделать это ради них.

— Разве они будут рады твоим мучениям? Твоей лжи самой себе? Разве каждый родитель не желает своему ребенку счастья и того, чтобы он реализовал себя? — спросил меня Алекс.

— Все трудно. Расскажи о своих родителях. Какими они хотят видеть тебя? Кем хотят, что б ты был? — я попыталась перевести тему и узнать его лучше.

— С самого детства мне твердили, что я должен защищать сестру и не подвести семью, я должен много чего изучить, исследовать.

— У тебя есть и сестра? — удивленно спросила я.

— Есть. Ты с ней знакома. Сходства не уловила? — спросил он, изучая мою реакцию.

— Что?! Лина твоя сестра? Она не сказала.

Парень продолжил свой рассказ, смотря перед собой:

— Усердные тренировки, углубленные занятия, особые поручения. Помогаю тем, кто в этом нуждается. И да, слежу за сестрой, что б она не лезла в неприятности.

— Как все серьезно, от тебя многого ждут. И как, твои родители гордятся тем, что видят?

Он сменил улыбку на серьезное выражение, глаза его стали пустыми, а тон его голоса заметно охладел.

— Если бы я знал. Их убили, когда мы с Линой были детьми.

— Алекс, я не знала, мне жаль… — я пожалела, что задала этот вопрос.

— Ничего. Я найду того, кто… это сделал и… подвергну соответствующему наказанию, — ответил парень холодным голосом, — поэтому вчера мы его искали. Я поклялся, что никогда не прощу себя, если не найду убийц и не уничтожу их жизнь, как они уничтожили жизнь двоих ничем не повинных детей.

Остаток пути до моего дома мы провели в молчании. Я не хотела ухудшить ситуацию своими вопросами. Лишь когда мы оказались у подъезда, я поблагодарила его и зашла внутрь.

«Похоже, что мне действительно симпатичен Алекс. Но буду ли я интересна ему? Мы из разных миров. Сейчас его цель понятна — найти убийц родителей. И стоит ли вообще к нему пытаться проявить теплые чувства? Стоит ли вообще пытаться? Или все с треском провалится?» — с такими мыслями я легла в кровать.

Глава 2

На следующий день я успешно сдала зачет, хотя все время думала о словах Алекса.

«Отчасти он прав, я ведь живу не для родителей, когда я найду себя, то они смирятся. Вернуться в колледж я всегда смогу, к тому же, нельзя упускать такой шанс».

Еще вчера я ввела себе номер Лины, поэтому после пар я позвонила ей и сказала, что хочу встретиться. Она была рада слышать это и ответила, что увидимся мы через полчаса в кафе на главной площади, туда и я направилась. Я пришла раньше и села за столик у окна. Заказала нам горячий какао, надеясь, что не прогадала с выбором, и стала ждать. Через пару минут я увидела Лину и, удивившись ее шарму, посмотрела ей вслед.

Надо отдать ей должное, брюнетка отлично выглядела и привлекала заинтересованные взгляды парней и завистливые взгляды женщин. Один из парней позвал девушку, но она прошла мимо него, садясь ко мне. Длинные волосы были уложены в локоны, ниспадающие по плечам. На ней была темная кофта, черное пальто до середины бедра, темные обтягивающие брюки и шпильки на высоком каблуке. Повседневный макияж и красные ногти дополняли образ, волей-неволей напрашивается «вау» или «ух ты». Она тепло улыбнулась мне, села, положив ногу на ногу, спросила:

— Еще вчера я думала, что ты не согласишься учиться с нами. Что изменилось? — девушка приблизилась ко мне. — Только не говори, что причина, почему ты передумала — это мой брат?

Я старалась не поддаваться на ее «чары», но, наверное, меня уже выдал румянец на щеках, поэтому спокойно ответила:

— Алекс был достаточно убедительным, но, в первую очередь, я хочу узнать о себе. С вашего появления в моей жизни я чувствую, что в моей жизни появилось что-то важное, что я все время не замечала.

— Хорошо, но надеюсь, ты не торопишься в Академию?

Я немного не поняла ее вопроса, вчера она уговаривала меня, а сегодня оттягивает время, и ответила:

— Нет.

Девушка облокотилась на спинку стула, окидывая взглядом кафе, и сказала:

— Раз уж сегодня такой грандиозный день, то по этому поводу предлагаю устроить себе день шоппинга, заодно узнаем друг — друга лучше. Академия никуда не сбежит. И к тому же, не часто выпадает такой день, что б мы могли заняться своими делами. Соглашайся.

— Конечно, — ответила я, подумав, что это хороший шанс узнать девушку прежде, чем попасть в незнакомое место.

Как только мы зашли в бутик, я поняла, что это продлится долго. Вначале Лина взяла несколько свитеров: белый пушистый, синий кашемировый, черный из ангоры и такой же красный. Затем пришла очередь кардиганов: черный и темно-серый. Потом взяла несколько вечерних платьев. Она настояла на том, что б я примерила 2 вечерних и 1 бальное платье. Последнее покорило своей красотой, но я знала, что оно мне не нужно, и было бы бессмысленно его покупать. Я купила два вечерних: одно, которое посоветовала Лина, другое выбрала сама. Сама же брюнетка вышла с кучей покупок.

Во время шоппинга мы поговорили обо всем, и я быстро привыкла к девушке. Странно звучит, наверное, но у меня возникло ощущение, что мы находимся «на одной волне». И что с ней можно быть настоящей, чего не случалось прежде, и открыть те переживания, которые волновали меня всю жизнь.

От Лины я узнала, что Академия тесно связана с правоохранительными органами и студенты, в зависимости от курса, помогают в некоторых разбирательствах, в которых бессильны обычные люди, но не всегда. Бывает, что студентов отправляют на обычные задания. За это им хорошо платят, но и нагрузки, соответственно, выше. Лина сказала, что мы всегда должны оставаться в тени, чтобы люди о нас не знали. Не выставлять напоказ тайные знания и тесную связь с государством. Нам запрещено распространяться о том, что мы помогаем правоохранительным органам, и как именно это делаем.

— А если мне не понравится? Могу ли я уйти? — спросила я.

— Каждый студент имеет право покинуть Академию, но там свои формальности. И за все эти века существования Академии, таких было немного. Не переживай, тебе понравится.

И, как сказала сама Лина: «Академия — это маяк в нашей жизни. Мы сможем жить без помощи наставников как люди, но смысла в этом не будет. Словно иметь права на автомобиль и ходить пешком — бессмысленно».

Незаметно для нас обеих, разговор перешел на рассказ о себе. Я узнала, что их родителей убили у них на глазах, когда тем было 7 и 12 лет. Повезло, что Алекс заставил Лину молчать, иначе бы их тоже нашли.

— Поэтому с тех пор Алекс одержим идеей быть сильнее, умнее быстрее, чтобы иметь лучшие навыки и найти их. Я его единственная семья, он считает своим долгом оберегать меня. На задания ходит со мной, говорит, что я единственная, кто у него есть. Он стал закрытым и исключает любую возможность повеселиться, отвлечься, — девушка осеклась.

Я поняла, что она тоже пока что не готова рассказать больше, поэтому рассказала о себе. Что мне 21, выросла у приемных родителей и ничего не знаю про биологических. И что мой любимый праздник Хэллоуин. Оказалось, что Лина младше меня на год. По пути к Академии темы постепенно кончились, и девушка заговорила первая:

— Ники, тебе придется побеседовать с доверенным лицом и сдать кровь. Это позволит подтвердить, что ты с нами. И по ней узнают твою принадлежность к определенному Клану.

— Ладно. Значит, есть другие Кланы? Сколько их? А если я не из вашего? — я завалила девушку своими вопросами.

— Пока рано говорить, — отшутилась младшая, и мы зашли в ворота.

Перед нами было здание с древней архитектурой, высотой в 5 этажей. Двери были кованые железные, перед Академией была обустроенная территория, клумбы, беседки. Я и ранее видела это здание, думала, что это частная Академия, но теперь, вблизи, оно казалось больше и стариннее. Сейчас я не могла поверить, что я направляюсь туда. Его архитектура меня завораживала. Сразу пришли ассоциации со строгой формой, надлежащими манерами, пыльными учебниками и вечеринками за пределами этого места.

— Надо же, всегда мечтала учиться в подобном заведении, — сказала я, осматривая здание целиком.

— Теперь ты по праву можешь гордиться тем, что ты тут учишься. Ну, по крайней мере, будешь учиться.

Не задерживаясь снаружи, мы прошли к главной двери. Я немного замедлила шаг, осматривая каменные статуи и арки, которые полностью завладели моим вниманием.

«Моя старая жизнь останется позади. Переступив через порог, я обрету новую жизнь. Ту, что давно мечтала обрести. Ту, что снилась мне во снах. Нужно сделать просто один шаг. Шаг, который изменит мою жизнь».

Внутри студенты ходили туда-сюда, не замечая меня. Младшая девушка вела меня за собой на второй этаж, остановилась около одной из дверей, открыла ее и поставила сумки с покупками на пол.

— Ну вот, добро пожаловать. Я попросила, чтобы тебя заселили ко мне. Чтобы тебе было проще адаптироваться. Надеюсь, тебе понравится, — девушка прошла вперед, и я зашла следом.

Комната в общежитии? Нет, эта комната была похожа на дорогой отель, шикарные двуспальные кровати, накрытые плотными пледами, кресла, комод. Вся мебель была из темного дерева и контрастировала со светлой комнатой. Чуть дальше был выход на балкон. В огромной комнате была даже гардеробная, правда, небольшая. И, конечно же, своя ванная комната. Еще и небольшая кухня.

— Ничего себе, я думала, в таком здании будут старые комнаты, но то, что я вижу… я удивлена, — сказала я, абсолютно сбитая с толку.

— Надеюсь, ты быстро привыкнешь к такой жизни, — сказала Лина, и пошла на кухню. Встав за стойку, она спросила:

— Будешь Сок? Кофе? Воду?

Я хотела ответить, но она улыбнулась, посмотрела на меня и перебила:

— Но я рекомендую что-то более праздничное. Как относишься к шампанскому?

Я подошла к ней, тоже села за стойку, еще раз осмотрела зал и сказала:

— Я за. Это действительно подходящий повод отметить.

Пока я доставала бокалы и шампанское по руководству брюнетки, Лина заказала пиццу, которую должны были доставить в течение получаса. Девушка включила музыку, мы начали разбирать свои покупки. Нам быстро передалось настроение безмятежности и легкости, отчего Лина повела меня танцевать. Настороженность сменилась радостью, поэтому я отдалась моменту и полностью поддержала брюнетку, рассмеявшись. Мы решили надеть платья и запечатлеть эти моменты, сделав несколько фотографий.

— Это же не нарушение? — спросила я.

— Нет. Нельзя выкладывать лишь то, что касается обучения. А все веселье, вечеринки, одежда и т. д. в список запрета не входят. Поэтому мы можем спокойно и обучаться здесь, и вести активную деятельность в соцсетях. Но, конечно, чаще всего на последнее не хватает времени, — ответила младшая девушка.

У нас получались разные фотографии: и хорошие, и размытые. Ожидание пиццы прошло моментально, пока Лина выходила за ней, я решила открыть шампанское. Все попытки оказались неудачными. Вскоре пришла Лина, открыла аппетитную коробку с пиццей, понюхала и сказала, протягивая ее мне:

— Это просто лучшее, что придумал человек.

Я передала ей бутылку, девушка пыталась ее открыть, но пробка не поддавалась. Она тоже не смогла ее открыть.

— Вечеринка отменяется? — спросила я, подходя к девушке.

— Не переживай, сейчас прибудет помощь, — сказала Лина, потянулась за телефоном и, лежа на спине, начала писать сообщение.

Через минуты две пришел Алекс, с порога спросил:

— Что у тебя случилось?

Увидев ее на кровати, а меня стоящую рядом, он не понял, что происходит.

— Значит, ты все-таки решилась и теперь ты с нами, — сказал он мне.

— Да. Теперь я здесь, — ответила я и посмотрела на него.

— Алекс, вот проблема, — Лина встала с кровати и показала на виновника вечеринки, — помоги открыть.

Парень смотрел на сестру безэмоционально, она взглянула на него, и, сделав самые милые глазки, сказала:

— Мы празднуем. Новая жизнь и новая дружба.

Казалось, парня не брали хитрости сестры, отчего младшая решила пойти на уловку, сказав:

— Или помоги или я найду кого-то, кто поможет.

В комнате моментально стало напряженно, я чувствовала себя неуютно рядом с парнем. Тем более, их напряженные отношения показали мне, что я лишняя. Девушка взяла бутылку и демонстративно пошла к выходу. Парень перехватил ее, сказав:

— Раз празднуем, то празднуем. Пицца, отлично.

Резкий глухой хлопок, и бутылка была открыта. Лина достала еще один бокал, а парень разливал шампанское.

— Значит, за новую жизнь и дружбу? — перепросил парень, подав бокал вначале сестре, потом мне.

Лина подошла ближе и, приобняв меня за плечи, сказала:

— Пусть мы с тобой еще мало знакомы, но ты для меня словно старшая сестра. С тобой весело. К тому же, ты нашла свою семью. Поэтому тебе всегда будут здесь рады. Надеюсь, что с нами ты заполнишь пустоту и обретешь то, о чем мечтала. Я об этом точно позабочусь.

— За новую жизнь, — сказала я, и мы втроем чокнулись бокалами.

Мы вели беседу на отвлеченную тему, Лина рассказывала о забавных случаях в их практике.

— …да, представь, один раз нашу скорость засекли на камеру случайные прохожие на улице, это заметил Алекс. Вначале я испугалась, что прохожие сняли на видео, и думала, что нам за это будет выговор, но потом телефон улетел в реку, а видео не сохранилось, — сказала девушка, заливаясь смехом.

Первая бутылка шампанского закончилась быстро, и мы решили открыть вторую. Музыка стала громче, Лина моментально становилась веселее, Алексу естественно ничего не было. А я чувствовала, как сияют мои глаза и горит лицо. Мне тоже было весело. Парень сел в кресло, а мы с Линой продолжили танцевать, что уже не казалось ужасной идеей. Потом она заставила брата нас фотографировать, мы постоянно смеялись, дурачились, а его, похоже, это забавляло.

— Нет, я определенно не хочу, что бы это заканчивалось, — протянула младшая девушка, открывая балкон, что б немного проветриться.

Она включила музыку еще громче, Алекс лишь посмотрел на нее, улыбнулся, а она стала тащить его танцевать.

— Ну, давай же, расслабься, ничего от тебя не убудет. Ты слишком напряжен. Еще бутылку?

Парень выразительно посмотрел на нее, показывая, что ей на сегодня хватит. Зазвонил мой телефон, а Лина спросила:

— Ты куда?

Я указала на него, и вышла на балкон ответить на звонок.

— Да? Эми? Привет.

Эмили — это моя однокурсница, но все звали ее Эми, Эм, она звонила узнать, какие пары будут завтра и к какой приходить. Конечно, мой язык заплетался, и поэтому я решила не затягивать разговор. Кратко ответив на ее вопросы, я попрощалась и, не торопясь входить в комнату, осталась на балконе.

— Так ты еще не бросила колледж? — спросил подошедший сзади Алекс.

Парень подошел со спины, отчего я немного вздрогнула, и ответила:

— Я тебя не заметила. Пока что нет. Я думала посмотреть, впишусь ли я сюда, а потом, если что, возьму академический отпуск.

Алекс удовлетворительно кивнул, а я сказала:

— В комнате так жарко, здесь гораздо лучше.

— Поэтому я и пришел сюда, нужно было подышать свежим воздухом.

Холода я не чувствовала, видимо, алкоголь меня согревал, хотя и стояла в коротком платье. Был уже поздний вечер, красиво светила луна, пробивавшаяся сквозь облака. Я встала к краю, оперлась на перила и посмотрела вбок на старинное здание, размышляя вслух:

— Мне интересно, примет ли меня это место? Буду ли я по-настоящему чувствовать себя частью чего-то большего, чем есть сейчас?

Алекс не спеша подошел к перилам и, встав с другого края, соблюдая дистанцию, сказал:

— Не место принимает человека, а сам человек — место. Сейчас тебе, наверное, еще не привычно, но все будет хорошо. Мне кажется, стоит окунуться во все это и тебе понравятся и пары, и задания, и сама жизнь тут. И к тому же два человека уже открыли тебе дверь.

— Алекс… — сказала я, смотря на него.

Его волосы были немного растрепаны несильным ветром, а глаза, отражающие в себе полный месяц, были полны жизни. Я не могла оторвать взгляда от его мужественного лица, от немного обнаженной шеи. Широкие плечи поднимались при вдохе, а крепкие руки спокойно лежали на каменных перилах. Снова посмотрев в его глаза, я поймала их на себе, и, какое-то время мы смотрели друг на друга, боясь нарушить ту связь, которая начинала ощущаться почти физически. Мы медленно приближались друг к другу, будто магниты, влекомые соединиться. В его взгляде что-то изменилось и, смутившись этого, я опустила свой.

Он лишь коснулся моего плеча и сказал:

— Ты совсем замерзла. Пойдем.

Нет, я совсем не замерзла, и, решив отложить вопрос, пошла в комнату. Лины внутри не было. «Интересно, куда она пошла?» — подумала я. Музыка все так же громко играла, но недолго, Алекс прошел вперед и выключил центр, и, будто отвечая на мой не озвученный вопрос, сказал:

— Она пошла выносить мусор. Всегда так делает.

— Хорошо. Слушай, мне еще ничего не объясняли, что, где и когда будет. Где смотреть расписание? Когда пары?

Парень взял свой телефон с кресла, пока смотрел время, сказал:

— Завтра… точнее уже сегодня тебе будет нужно прийти с 9—10 на собеседование. Не переживай, там просто получше узнают тебя и составят личное дело, исходя из твоих слов, ничего особенного. Нужно идти на 1 этаж в главный корпус, там кабинет…

Он посмотрел на меня и понял, что я ничего не поняла. Алкоголь давал о себе знать.

— Хорошо, я попрошу знакомого, что б тебе помогли. Я б сам помог, но у меня пары. В 9 у твоей комнаты будет стоять Дин, он твой однокурсник, все расскажет и покажет. Спокойной ночи, Ники.

— Спокойной ночи, — ответила я и наблюдала, как Алекс закрыл за собой дверь.

Вскоре пришла Лина, мы еще недолго поговорили, потом усталость дала о себе знать и мы легли в постель.

«Новая жизнь. Интересно, не разочаруюсь ли я в тебе?». Я еще какое-то время ворочалась, думала обо всем, что произошло днем, а потом погрузилась в сон.

Глава 3

Я без проблем проснулась в 8 и, решив, что все это сон, легла спать дальше. Место казалось необычным и, посмотрев вокруг, поняла, что все это правда, что теперь я буду учиться здесь. Я сразу же встала и огляделась: Лины в комнате не было.

«Интересно, где она? Или у них с Алексом пары раньше?» — подумала я и пошла в ванную. Контрастный душ помог мне быстро проснуться.

Отметив то, что вчерашнее веселье отразилось на головной боли, я заварила себе кофе, и вышла на балкон, наслаждаясь утренней прохладой.

«Что же принесет мне сегодняшний день? В любом случае Алекс сам сказал, что он и Лина рады мне. Значит я уже не одна. Остальное наладится».

Допивая кофе, я подошла к зеркалу и начала краситься. Оставалось 15 минут на сборы. Убедившись, что я выгляжу хорошо, и что следы вчерашнего веселья скрыты косметикой, я взяла телефон и вышла из комнаты в коридор, где меня уже ждали.

Парень оказался достаточно молод для студента, я подумала, что ему лет 17. И он был полной противоположностью Алекса: невысокий, чуть выше меня, у него были русые волосы и серо-голубые глаза. На нем была обычная для парня одежда — кроссовки, джинсы, футболка и толстовка. Он стоял, облокотившись на стену, и смотрел вперед себя. Когда я вышла, он посмотрел на меня, подошел и сказал:

— Привет, ты Ники? Я Дин. Алекс попросил показать тебе Академию.

— Да, привет, — сказала я неуверенно, и поняла, что Дин тоже заметно нервничал.

— Давай начнем с первого этажа и постепенно поднимемся вверх?

Я ответила положительно, и мы спустились вниз, наши комнаты находилась на втором этаже. Дин немного рассказал о том, что находится на каждом из этажей и, спустившись, он начал:

— Ну, смотри, это главный вход, слева находятся аудитории и зал, справа — столовая и свой госпиталь. Кстати, ты еще не проходила собеседование?

— Нет, — ответила я, а парень продолжил:

— Тогда идем, я провожу тебя и продолжу рассказ.

Мы прошли дальше, минуя столовую и зал. Какими же они были огромными. Мы там не задерживались, но я отметила, какая же это роскошная Академия. И меня пугали требования к учебе, хотя о них парень еще не рассказал. Очевидно, что раз студенты живут столь… обеспеченно, то и отдачи от них ожидают большей, нежели от обычных студентов ожидают обычные преподаватели. Интересно, как все тут устроено.

Мы остановились у нужного места, парень проводил меня и остался за дверью. Я поздоровалась, меня поприветствовали, как новенькую и, испуганно осмотрев кабинет, я села на диван. Добродушная женщина задавала разные вопросы, и, похоже, она была психологом. Нас обучали подобному, но ее вопросы несколько отличались от тех, что задают людям. Она спрашивала меня о родителях, о возможных родственниках, почему я живу вне Клана и почему решила вернуться. Спустя 10 минут женщина отпустила меня и, вернувшись к Дину, я с легкостью выдохнула, а парень указал на дверь госпиталя. Я прошла внутрь, где меня встретила молодая медсестра, которая аккуратно взяла кровь.

— Я здесь еще ничего не знаю, но для чего вы берете кровь?

— Чтобы посмотреть, являешься ли ты носителем гена. И он есть у всех представителей Клана.

Попрощавшись, я поняла, что еще ничего не знаю, что этот мир был для меня новый, как для младенца. Я вышла к Дину, и парень продолжил экскурсию.

Весь день я провела, изучая Академию. Все эти проходы и коридоры мне никак не поддавались, поэтому Дин набросал мне краткую карту с аудиториями. Он предложил сопровождать меня на пары, когда расписание будет совпадать. Парень рассказал мне правила, которые не рекомендуется нарушать. Близился вечер и мы пошли в библиотеку. Там мне выдали список литературы на текущий год, ноутбук и пропуск в Академию. Дин предложил помощь и нес все вещи, выданные мне.

— Ну как тебе впечатления от первого дня? — спросил меня Дин, открывая дверь библиотеки.

— Честно? Голова кругом идет, — ответила я, понимая, что мне необходимо время, чтобы все переварить.

— Знаешь, я тебя понимаю. Я тоже на первом курсе и много информации дают в самом начале учебы, поэтому пройдет время, и ты привыкнешь.

— Но ты рос, зная об этом? — поинтересовалась я.

— Да, — спокойно ответил парень.

Мы прошли из библиотеки в коридор, Дин остановился и спросил:

— Ники, а каково это было расти в обычной семье?

Я удивилась, услышав этот вопрос уже дважды, и в этот раз ответила с легким недовольством.

— Как и вам всем. Только я училась не здесь, а в обычном колледже. Ты рассказал мне об Академии, но именно о внутренней культуре нет. Ни слова не сказал о себе. У меня столько вопросов.

Дин неловко взглянул на меня и ответил:

— Разговор не заходил, но, если тебе интересно, то отвечу. Мне 19, учусь на 1 курсе, и да, мы с тобой в одной группе. Стараюсь вытягивать учебу на отлично, что бы были особые преимущества. А что о внутренней культуре интересует? У нас проходят праздники, светские вечера, можно сказать, благотворительные акции. Тогда наша Академия открывает двери и для людей, естественно, ограниченному кругу лиц. Тем, с кем у Главы имеется хорошее общение, взаимопомощь и взаимная выгода.

— И в чем же состоит эта взаимная выгода? И кто такие Главы? Это самая верхушка, что ли?

— Мы оказываем им особого рода услуги, прячем тайны, помогаем с делами, а они нас щедро вознаграждают. Да, Глава — это верх иерархии. Он один. У него есть особые советники, его ближайшие подручные. Удивительно, что Лина тебе о них не рассказала.

— Разговор как-то не заходил, — процитировала я. — Это все, что мне стоит знать? — я показала ему на листок с картой, с литературой.

— Да, но еще есть твоя программа, точнее, программа всех первокурсников. Она у меня на почте. Скажи мне адрес, и я тебе ее пришлю, — Дин достал телефон и объяснил:

— Ты пропустила два месяца учебы, поэтому придется наверстать. Не переживай, мы можем встретиться после пар, и я помогу тебе. Разберем то, что ты упустила, если, конечно, хочешь.

— Было бы здорово, — ответила я.

Парень улыбнулся уголками губ и, вспомнив, сказал:

— Совсем забыл о твоих вопросах. У нас карнавал осенью, в октябре, в честь Самайна. Он уже прошел. Зимой, в декабре, проходит благотворительный бал. Весной, как правило, это март, у нас проходит вечер Возрождения. Мероприятия ответственные и важные. Одеваться нужно соответственно. И еще, примерно через полгода тебя посвятят в наш Клан официально.

— Подожди, что значит посвятят? Значит, сейчас я еще не часть Клана? — перебила я его.

— Посвящение — это, скорее, отголосок прошлого, при котором открываются твои способности и возможности. Ты же, наверное, могла замечать … — парень осекся, вспомнив, что я росла как человек. Затем, продолжил:

— Или же нет, но, в общем, мы… по крайней мере те, кто уже прошли Посвящение, обладают большей силой и быстрее исцеляются. У них проявляются особые возможности. Поэтому первые полгода — это особо трудное время: много теории и истории, много скучных лекций, усердные тренировки. И на дело тебя отпускают лишь после Посвящения.

— Ух, ты, наверное, это необычно, — ответила я.

— Поживем — увидим. Старшие курсы иногда сутки выполняют задание. Иногда их отправляют в другие города, страны.

Все звучало настолько завораживающе, что я с трудом верила в происходящее, сказав:

— Мне кажется, что все это сон, все такое неправдоподобное. Мне кажется, я проснусь, и все это исчезнет.

Парень ухмыльнулся и сказал:

— Если ты сама этого захочешь, то сможешь уйти. А если захочешь быть частью Академии, то все легко: просто выполняй все планы, старайся держать высокую планку и ты точно будешь лучшей частью всего этого.

Мы уже стояли у моей комнаты, парень отдал мне мои вещи, задержав взгляд на моем лице. Потом он отвернулся и сказал:

— На сегодня все. Тогда до завтра.

— Спасибо, Дин. Без тебя бы я точно запуталась. До завтра, — дружелюбно ответила я.

Парень провел рукой по волосам и ушел, чуть не столкнувшись со стеной. А я зашла в комнату, увидела, что Лины еще не было, тогда я села за стол, открыла ноутбук и ждала письма от Дина. Минут через 15 оно пришло, и я ознакомилась с ним, следом в комнату вошла брюнетка.

— Привет, ну как первый день? Во всем разобралась? — спросила девушка, а сама начала переодеваться.

— Привет, в целом очень интересно все, сейчас как раз читаю письмо от Дина, моего однокурсника. А ты весь день на задании была?

— Да, в первую часть дня были пары, потом задание.

Девушка вернулась из душа, стала сушить волосы. Весь вечер мы разговаривали, смеялись, отчего у меня складывалось впечатление, что знала девушку всю жизнь.

Всю неделю я провела в напряженном ритме: подъем в 6, с 7 утра до 12 пары, час свободного времени в 13—16 опять пары, с 16—17 тренировки. С 18 мы были свободны, но из-за того, что я пропустила два месяца программы, мне пришлось наверстывать. Каждый день после пар мы встречались с Дином в библиотеке, чтобы он помог мне с учебой. По три часа мы занимались, иногда отвлекаясь на кофе, прогулки и посторонние разговоры. Алекса я ни разу не видела, а с Линой мы виделись лишь утром и редко вечером. Иногда я засыпала раньше, чем она приходила, и уходила раньше меня. Когда нам удавалось поговорить, то я спрашивала о том, как прошел ее день и чем занят Алекс. Она лишь сказала, что сейчас он спит часа по три, не говоря уже о том, что свободного времени у него вообще нет. Когда я спросила, почему так, она ответила, что это дела старшего потока. Что они помогают Клану в решении важных вопросов и дел.

Внутри я тосковала, но по чему? Неужели я скучаю по своей спокойной и размеренной жизни? Или… по нему? Когда я вспомнила его, глаза, улыбку, я поняла, что тоскую по нему. И когда будет момент поговорить, то обязательно хочу с ним поговорить… вот только о чем? Очевидно же, что он занят, что он на старших курсах, а я только на первом, поэтому даже наше общение покажется неразумной глупостью. Из мыслей меня вырвал стук в дверь.

Был вечер пятницы, около 10, я решила этот вечер провести в комнате, но пришлось подойти к двери. Я открыла и увидела Дина.

— Я подумал, что история Кланов тебя утомила, и мы могли бы прогуляться по городу.

Он говорил это, смотря то вниз, то в сторону, в конце лишь посмотрел на меня.

Дин… парень ангельской внешности, почти мой ровесник и лучший на курсе. Учится, чтобы вывести себя из тени, чтобы добиться большего. За время нашего общения мы довольно-таки сблизились как друзья. Он рассказал, почему учеба для него важна, рассказал, что его родители нарушили один из запретов, доверились члену другого Клана. А наши два Клана не имеют права влезать в дела друг друга. И поэтому его родителей низвергли, изгнали из Клана. Он мог повторить их судьбу, но Совет решил не списывать грехи родителей на ребенка. Его оставили, иногда к нему сильно придираются, напоминают о судьбе родителей. Но его сила не позволяет сдаваться, ведь лишь так он сможет вернуть себе и своей семье чистое имя. Парень был спокойным, лишь изредка показывал свой характер, выпуская пар на тренировках. Он был сильнее любого с нашего курса, я бы даже сказала, сильнее некоторых старшекурсников. И двигала им не та сила, которую он обретет на Посвящение, а именно внутренняя сила. И сочеталась она с достаточно очаровательным лицом парня с серо-голубыми глазами. Он всегда был рядом, помогал не чувствовать себя чужой, помогал в изучении пропущенного материала, заботливо приносил кофе после пар, помогал носить книги, познакомил с другими однокурсниками. Если выпадало так, что у нас разные пары, то он провожал меня до нужного кабинета и уходил. К тому же, дал некую инструкцию к преподавателям: кто не любит задние парты, кто не любит, когда отвлекаются и даже к кому можно не садиться на первые парты. Стоит ли ещё говорить, что этот парень весёлый, может разгрузить шутками в трудный момент или же рассказать нудный конспект с юмором, сохранив смысл. С ним я поняла, что мне здесь нравится.

— С удовольствием, — ответила я, не задумавшись и, накинув куртку, я вышла из корпуса вместе с парнем.

Улицы освещались блеклыми фонарями, витрины магазинов пестрили новогодними вывесками, снежинками и гирляндами. Из окон кафе доносилась атмосферная музыка. Подумать только, а ведь на дворе был ноябрь! Мы оба не знали, куда идём, просто шли вдоль магазинов и переулков, где почти не было людей. Я решила нарушить тишину и спросила:

— Мне было интересно, если бы тебе не пришлось быть лучшим студентом, то, как бы сложилась твоя жизнь? Ты задумывался над этим?

Парень держал руки в карманах, и, видимо, эта тема была для него несколько болезненна, поэтому он не сразу ответил.

— Я не знаю. Может быть, у меня не было бы мотивации быть лучшим, а может быть, меня бы вообще решили выгнать, — он улыбнулся и продолжил. — Мне кажется, во всем этом есть смысл. Ведь мне нравится быть частью Клана. Здесь я обретаю настоящую жизнь.

— И ты не хотел бы быть вне Клана?

— Я думал об этом, что бы быть ближе к родителям. Но всем нам внушали, что жизнь нам подобным пойдет под откос вне Академии. Мы уже носители особых генов, и они всегда проявляются. Здесь у нас есть возможность использовать эту силу, что заложена в нас, а вне Клана — мы сойдём с ума. Те, кто уходят, обретут покой и жизнь лишь в психбольнице. Потому что эта сила будет любым способом выливаться из тебя. Если кого-то изгоняют, его лишают этого гена. Это значит, что у человека остаётся пустота, и ее ничем не затянешь. Поэтому мне было интересно, как ты жила как человек? Не было ли помутнения разума и иных трудных ситуаций?

Я вспоминала свою жизнь и все странности, что происходили, ответив:

— Всегда было ощущение, что у меня из жизни вырвали кусок, а с ним ушла и душа, понимаешь? Мне снились странные сны, кошмары, галлюцинации. Было ощущение пустоты в жизни, будто это не моё место. Знаешь, будто ты в темноте, ты точно чувствуешь, помнишь, что здесь должно быть что-то, но ты не можешь понять, что это и как это вернуть. Я училась на психолога, что бы понять все это.

— И тебе это помогло? — спросил парень, глядя мне в глаза.

Отрицательно покачав головой, я дополнила:

— Нет. Ничуть.

— Так ты бросила учебу? — поинтересовался Дин.

— Нет, взяла академический отпуск.

— Значит, ты планируешь вернуться туда?

— Я пока что не думала над этим, как ты мог заметить, мои мысли занимает другое времяпрепровождение.

Парень улыбнулся и сказал:

— Да, точно. А что твои родители? Как отреагировали на твоё возвращение в Клан? Они ведь сами ушли?

— Мои родители отдали меня, когда я была ребенком. Меня воспитала приемная семья.

— Прости. Тебе интересно узнать, что с ними случилось? Их жизнь?

— Я же их даже не помню, ни единого воспоминания. Лишь иногда вижу непонятные безликие тени во снах. Но да, узнать о том, кто они, какие они были, почему ушли от своего предназначения — все это имеет смысл. Но как?

— Такс, дай-ка подумать, — парень замедлил шаг, — анализ гена покажет лишь Клан, внушение на нас не действует, может быть, попробовать гипноз?

— Что? Ты в каком веке, Дин?!

— Ты росла как человек, возможно, на тебе это сработает.

— Отличный выход, а я — то подумала найти в архивах информацию.

— В архив тебя пустят не раньше 4 курса. Будешь ждать? Учти, пролезть туда не получится, а если и получится, то потом ты пожалеешь о том, что вообще попала в Академию.

Конечно, это звучало заманчиво, попасть в архив, найти информацию и узнать о своих биологических родителях. Но мне так же одинаково не хотелось того, что б меня вышвырнули из Академии. Поэтому я решила подождать удобного случая.

— Значит, поводишь у меня перед глазами маятником, и все сработает? — спросила я. — О чем-то подобном я читала на курсе психологии.

Дин согласился попробовать, и мы продолжили просто гулять, наслаждаясь ночной тишиной и прохладой. Я иногда задерживала взгляд на парне, наблюдая за ним. Дин нравился мне, он не навязывался, не пытался флиртовать или заигрывать. Видел равную себе, когда другие шептались и обходили стороной. Я решила задать ему этот вопрос:

— Дин, слушай…

Парень задержал на мне глаза цвета чистого неба, и я опять не решилась, но потом продолжила:

— Я знаю, как ко мне относятся другие студенты, но, зачем ты вызвался мне помочь?

— У меня не было выбора. Алекс попросил, я не смог отказать.

Я опустила взгляд, скрывающий досаду, и сразу же пожалела о том, что спросила. Парень рассмеялся, а, затем, пояснил:

— Шучу я, Алекс попросил, чтобы я помог новенькой. Тогда я сам удивился, что у нас появилась новенькая. Было интересно узнать, кто ты и откуда. Быстро пошел слух, что ты жила, не зная о себе, о способностях. И многие сочли тебя… — парень прервался.

— Говори, — настояла я.

— Полукровкой. То есть один твой родитель мог быть частью Клана и уйти, ради человека. И ты унаследовала ген одного из них. Поэтому их отношение к тебе не слишком хорошее.

— Ты хотел сказать, что ко мне отрицательное отношение, — пояснила я.

— Они не ненавидят тебя, твой приход стал необычным явлением для Клана. Ты не переживай, на меня вообще как на мусор смотрели после того, что случилось с родителями. А теперь я вроде как в числе лучших. Все будет хорошо, главное, проявляй себя. Покажи, что ты не та, какой тебя видят, а та девушка, кто сама создаёт себя. И отношение к тебе будет зависеть лишь от тебя. Позволишь относиться к себе как к мусору или же покажешь, что ты равна им.

— Спасибо тебе за все. Ты свое свободное время тратишь, помогая мне, хотя мог бы отдыхать или самосовершенствоваться. Почему?

— Ну, во-первых, ещё рано благодарить. Вот когда выйдешь на одну прямую со мной, тогда и поблагодаришь. Во — вторых, я не трачу время, а провожу его с пользой для тебя и самого себя. Как говорят, повторение… И в — третьих, я провожу свое свободное время в компании симпатичной девушки, которой нужна помощь. Я полностью доволен этим раскладом.

Мы сказали друг другу все, что хотели, поэтому обратной дорогой молчали, лишь мои каблуки стучали по опустевшему асфальту. Ветер усилился, и вернулись мы только ближе к полуночи. Парень проводил меня до комнаты и сказал:

— Благодарю, что составила мне компанию.

— Благодарности принимаются, — ответила я, и, коснувшись его руки, пошла в комнату. Лина лежала на кровати и зависала в смартфоне. Увидев меня, она резко поднялась и с интересом спросила:

— Смотрю, кто то-то загулял?

— Нет, просто перед сном проветрилась. И я ужасно хочу спать. И ещё, знаешь что?

Брюнетка убрала телефон и смотрела на меня. Сняв обувь, я прошла в комнату и, сев рядом с девушкой, спросила:

— Я не понимаю, что ты употребляешь, что ты вечно бодрая. Что-то запретное?

Младшая посмеялась и ответила:

— Ничего запретного. И нет, ты не права. Я умею уставать. Завтра суббота, а значит, можно спать сколько хочешь. Наконец — то высплюсь. Давай по чашке горячего шоколада с пирожным и спать?

— Ну, против такого дуэта я не могу устоять.

Мы с Линой поговорили о десертах. Как выяснилось, она, как и я, любит печь что-то сладкое, да и, в целом, готовить тоже. Мы договорились в воскресенье провести день вместе, приготовить что-нибудь вкусное, под какой-нибудь сериал или фильм. Завтра я хотела попросить Дина позаниматься со мной, если, конечно, у него не было других планов. Прежде, чем лечь в кровать, я подумала, а не спросить ли у Лины про Алекса? Спустя пару минут девушка уже уснула, а я, так и не спросив, легла в кровать и какое-то время думала о лишь нем.

Я проснулась среди ночи с мыслями о парне. Все было очевидно. Похоже, что мне нужен он. Я хочу, чтобы все прояснилось. Прежде я не чувствовала такого, может это и глупо, но Алекс мне нравился, и я хотела узнать его лучше. И стать кем-то большим для него, он мне нужен. Но так-то я нужна ему? Он даже не смог написать СМС. Чем он так занят, что не мог зайти ко мне? Может все то, что между нами было… лишь мои догадки? Что, если я ему даже не нравлюсь? Я такая дура, что повелась на этот загадочный вид плохого парня. А Дин? Он всегда рядом. Он помогает просто так, ничего не ожидая взамен. Он хороший и такой теплый. С ним уютно, легко. С ним не надо подбирать нужные слова, чтобы не опозориться. Нет, Дин — мой друг, поэтому с ним легко.

После ночных мыслей, я проснулась в 7, Лина еще спала, поэтому я тихо собралась, чтобы не разбудить ее, и вышла в коридор. Я сразу поняла, куда мне надо идти — в кабинет, где у меня было собеседование. Результат моего исследования был уже готов, поэтому я туда и направилась. Я нерешительно стояла у двери, боясь постучать. В самом деле, ну чего же мне бояться? Сейчас я узнаю правду. И я пошла.

Меня поприветствовала женщина и, взяв мою карту, она пробежала по листу глазами, сказав:

— Ники, в тебе присутствует ген нашего Клана. Ты действительно одна из нас.

Для меня это было облегчением, но оставались вопросы, на которые я не знала ответов, и я решила спросить:

— Тогда почему мои способности все еще спят?

— Не переживай, учись, тренируйся, развивайся, и они появятся.

— А можно ли по результату найти моих настоящих родителей? Значит, они были частью Клана тоже?

— Раньше мы проводили ритуалы на выявление гена, поэтому крови твоих родителей у нас не сохранилось. Но даже если б и была… увы, мы не расследуем прошлого по просьбе студентов.

Я поблагодарила ее и, держа копию документа в руке, вышла.

«Значит, мне действительно есть здесь место. И я по праву нахожусь тут». Я не хотела возвращаться в комнату и мешать Лине, и решила пройтись по Академии. Большая часть студентов еще спали, поэтому в коридорах было пусто и тихо. Попадались в основном преподаватели, которые шли на собрания. Из зала доносились звуки тренировочного боя, победный клич и досада поражения, а из столовой был слышен стук тарелок. Я смотрела по сторонам и совершенно растерялась, когда из-за угла повернул Алекс. Его волосы были красиво уложены вверх, рубашка выгодно подчеркивала его рельефное и красивое тело. Увидев меня, парень удивился, задумчивость в его взгляде сменилась оживлением. Он остановился и сказал:

— Доброе утро. Почему так рано встала?

Я держала копию результата того, что в моей крови присутствует ген Клана Святого Грааля, помахала им и сказала:

— Доброе, мне не спалось вот решила пойти за ним.

Парень посмотрел на листок и спросил:

— И как результат?

— Я действительно часть этого Клана.

— Я в этом не сомневался, поздравляю, — он сменил улыбку на обычное выражение лица и сказал:

— У меня неделя была напряженная, и я ведь даже не спросил, как у тебя дела? Как адаптируешься к новому месту? Не разочарована?

— Все хорошо, да, мне нравится здесь, — спокойно ответила я, подавляя лишние эмоции.

Я хотела кричать о том, как мне досадно, что он не общался со мной. Как мне больно оттого, что были дела, важнее меня. Но, в самом деле, кто я такая? Я для него никто. Мне повезло встретить его и Лину, и только благодаря им я здесь. Неужели на этом его роль в моей судьбе закончится? Неужели он был нужен только затем, что бы убедить меня пойти в Академию? Я не хотела верить в это…

Алекс явно уловил перемену настроения в моем взгляде и сказал:

— Тебя что-то тревожит? Ты можешь поделиться волнениями.

Мой пульс участился, казалось, что сердце выпрыгнет из груди, лицо горело, и я собиралась все сейчас выложить. Мне было все равно, что обо мне подумает он. Я лишь хотела узнать, что мне делать дальше. И что чувствовать. Я не могла и дальше жить ожиданиями. Если у нас нет шанса, то он мог сказать правду, тогда я хотя бы знала, что мне ожидать. Я вдохнула, набралась решимости и сказала:

— Я хочу узнать правду. Потому что мне это действительно важно. Потому что, оказавшись здесь, я не могу не думать. Я все дни провожу то на парах, то наверстывая упущенное. Иногда мне удается забыть, но я не могу спать, мне снятся сны, нет, не сны, не кошмары. Хорошие сны, которые дают надежду, а когда я просыпаюсь, то вся надежда рушится. Я готова вечно спать, чтобы не просыпаться, чтобы сны для меня оказались реальностью.

Парень смотрел на меня внимательно и слушал, не перебивая. Слова лились у меня из сердца, и я не могла остановить этот поток.

— … и даже сейчас, когда я получила результат, я поняла, что действительно одна из вас. Теперь думаю, что я заслуживаю знать ответ на свой вопрос.

И сейчас я поняла, что могу разрушить то, что может зародиться. Один импульс может навсегда уничтожить то, что можно построить.

— … я хочу знать… кем были мои родители, — я сама расстроилась тем словам, что сказала.

Мне показалось, что Алекс разочарован в моем вопросе, он будто ожидал другого. Задумавшись, парень ответил:

— Не здесь. Пойдем со мной.

Не задавая лишних вопросов, я пошла за ним, не понимая, куда идет парень. Мы поднялись на 3 этаж, пошли к самой дальней двери. Он открыл ее и сказал:

— Проходи. Не стесняйся.

Это была его комната. Ремонт был сделан в мужском стиле, темные пол и обои, внутри аккуратно и чисто. Все пространство было наполнено его духами, им самим. Темный кожаный диван, большая кровать, огромный шкаф из темного дерева, а сама комната, наверное, раза в 4 больше нашей. Алекс прошел вперед, предложил мне присесть на диван, который стоял за стеклянной перегородкой, я послушалась его, села, внимательно осматривая комнату.

Парень достал две кружки и спросил:

— Чай, кофе?

— Кофе, — ответила я.

Пока парень готовил напиток, я тщательно изучала фотографии, которые стояли на комоде. Несколько семейных фото, где Алекс и Лина совсем маленькие.

«Такие счастливые», — подумала я.

На другом фото были лишь брат и сестра, и лицо Алекса не выражало бурной радости, хотя Лина казалась беззаботной. Парень подошел ко мне и, уловив взгляд, пояснил:

— Восемнадцатый день рождения Лины.

Я обернулась, и Алекс подал мне белую кружку и сел рядом, соблюдая дистанцию. Вообще-то я не была одной из пугливых девчонок, но сейчас я не знала, что со мной происходит. Мои руки дрожали, держа кружку, и я не знала, как это остановить. К счастью, Алекс, кажется, не заметил этого и начал:

— Я думаю, есть несколько способов узнать о твоих родителях: во-первых, архив. Конечно, для этого надо знать хоть что-то о них: имена, фамилии, год рождения, причину смерти, если они мертвы. Но, смотри, в чем есть опасность. Я не утверждаю, а лишь предполагаю: если они были предателями, то данная информация должна быть засекречена. И значит, при любом упоминании о них рабочие сообщат о том, что этой запретной информацией интересовались. Мы сможем сделать это, но позже.

Я внимательно слушала то, как говорил парень. Его речь была хорошо поставлена. Он говорил негромко, но уверенно, твердо, и тембр его голоса ассоциировался с лидерством. Он внушал доверие, пробирал до костей, цеплял, располагая к себе. Несколько усталые глаза цвета горького шоколада смотрели на меня, не причиняя дискомфорта.

— …во-вторых, непосредственно через тебя. Но это тоже делают лишь после обретения силы на Посвящение. Здесь можно попробовать подавление твоей воли и внушение. Как бы временно «скрыть» твой ген клановой принадлежности, чтобы иметь возможность внушить тебе. Но для этого тоже потребуется время и особый человек. Тот, кто в силах провести данный ритуал.

Я была благодарна, что Алекс мне все подробно объяснил, потому что без его помощи я бы не узнала и этого. Я вспомнила про слова Дина и спросила:

— А гипноз?

Парень посмотрел на меня и, поставив кружку на стол, отрицательно покачал головой, пояснив:

— Хоть ты и росла, как человек, в тебе есть ген, как и у всех нас, он и не позволит даже гипнотизировать тебя, поэтому это не сработает.

— Значит, мне все равно придется ждать полгода до моего Посвящения, чтобы что-то сделать. И сейчас ничего нельзя узнать.

Алекс не хотел сдаваться, увидев, как я была разочарована и спросил:

— Ты говорила со своими приемными родителями насчет того, как тебя удочерили?

— Мне толком ничего не говорили, им неприятна эта тема, — ответила я.

— Если ты не хочешь бездействовать, а попытаться что — то узнать, то тебе придется вскрыть старую рану. Готова ли ты пойти на это ради правды?

— А у меня есть выбор?

— Он всегда есть, — ответил Алекс.

— Я не хочу ранить их, но мне надо знать правду. Ведь когда я узнаю то, какими они были, то я пойму часть себя, которая столько времени была скрыта от меня.

Алекс удовлетворительно кивнул и, улыбнувшись, сказал:

— Ты молодец, раз решилась на это. Вот тебе мой совет: особо не распространяйся об этом.

— Да, а я собиралась на каждом углу спрашивать, кто мои родители. Я шучу, если что. Поняла. Это останется только между нами.

— Ты часто используешь сарказм, — сказал Алекс, посмотрев в мои глаза.

— Привычка, — автоматически ответила я.

Хотя, по выражению лица парня было понятно, что он знал правду.

Для меня сарказм был способом избежать неловкости, временно надеть маску, отшутиться от ситуации и отвлечься от серьезного момента.

— Знаешь, сегодня у меня свободный день, поэтому, если ты хочешь, мы могли бы вместе сходить к твоим родителям и узнать правду. Я понимаю, насколько это неловко, — сказал Алекс, смотря на мою реакцию.

— Я же могу и сама поговорить с ними, — ответила я.

Парень понимающе кивнул, но в его лице что-то изменилось. Я и сама была не против пройтись с ним, но идти к родителям… это было неуместно, пускай мне и нравился Алекс. Я не хотела отказываться от его предложения, и добавила:

— Но мне будет приятна твоя компания. Так во сколько идем?

Парень посмотрел на время, и ответил:

— Ты же сейчас не занята?

— Нет, так что, пойдем?

Парень забрал у меня кружку, взял пальто и мы вышли. По пути мы спустились вниз и, тихо взяв пальто, чтобы не разбудить Лину, мы пошли ко мне домой. По дороге я позвонила моей маме, чтобы убедиться, можно ли прийти. Она была рада услышать такую новость и сказала, что все дома и с нетерпением ждут меня и еще одного гостя. По пути Алекс спросил меня о моей семье. Я попыталась рассказать кратко, но самое важное о них:

— Маму зовут Келли, отца — Ренат. Еще у меня есть младший брат –Дэнни, ему 16. Мама директор школы, совмещает с работой психолога. А мой отец — детский врач. Брат учится в старшей школе, увлекается спортом. Родители удочерили меня, когда думали, что не смогут иметь собственных детей. Но потом у них родился Дэнни, и мы были дружной семьей.

Алекс шел рядом, не перебивая меня, и, когда я закончила, спросил:

— Как давно тебе известно, что ты приемная?

— Я хорошо помню тот момент. Рассказали, когда мне было 15. Я отреагировала не лучшим образом — нестабильный возраст и все такое. Вначале я поняла, что не являюсь частью их семьи и что я — чужая. Постоянно упрекала их в этом, будто они были виноваты. Потом стала осознавать, что эти люди помогли мне обрести дом, любовь и семью. Со временем я приняла это, и все забылось. Мы снова стали той дружной семьей, какой и были раньше. Но у меня было то, чего не было у моей семьи — тяги к познанию себя. Где-то начиная с 9 лет, я начала видеть размытые картинки, слышать непонятные голоса. Я стала говорить им, что существует нечто, чего не видят. Естественно они посчитали, что это бред ребенка, поэтому не обращали на это внимания. А лет с 13 я начала интересоваться психологией, человеком. Я начала задумываться, в чем смысл жизни? Как обрести бессмертие? Тебе смешно, да? — спросила я, понимая, что это звучит как бред.

— Нет, Ники, голос твоего гена начал пробуждаться, вот ты и стала всем этим интересоваться. Продолжай.

— Вся жизнь перестала иметь какой-либо смысл. Мне стало скучно жить. Я мечтала познать правду, увидеть то, что не видят люди.

— И теперь ты точно уверена, что ты на своем месте, — сказал Алекс.

— Да, я точно знаю, что должна была быть с вами. Потому что это то, что я так давно искала.

Мы уже были у подъезда, когда я закончила свой рассказ. И да, мне было немного волнительно, потому что Алекс первый парень, которого я приведу в дом. Точнее, Алекс даже не мой парень, но все равно. Я знала, что эта встреча закончится неуместными, возможно, даже неудобными вопросами, которые будут смущать меня и парня, но назад возвращаться было поздно.

— Мама, это Алекс, Алекс, это моя мама, мой папа и мой брат, — представила я всех членов семьи, когда мы вошли в дом.

— Добрый день, миссис Ларсен, мистер Ларсен, Дэнни, — поприветствовал Алекс моих родных.

Мама была рада гостю, поэтому ответила:

— Ну что ты, можно просто Келли.

Алекс помог мне снять пальто, чему я была удивлена, а потом, взяв его из рук парня, я повесила его на крючок, Алекс повесил свое рядом. Напряженная обстановка в доме для меня начала спадать и мы прошли в зал, чтобы поговорить. Мама попросила меня сходить с ней на кухню, чтобы принести сервиз. Я посмотрела на Алекса, мысленно извиняясь, парень поймал мой взгляд и одобрительно кивнул. Когда мы отошли в кухню, а Алекс, папа и Дэнни остались в зале, мама спросила:

— Какой вежливый молодой человек. Давно ли познакомились?

— Нет, знаешь, не так уж и давно, но мы здесь по делу. Алекс просто решил составить мне компанию, — я предвидела такие вопросы от мамы и решила просто менять тему.

Мама тепло посмотрела на меня, увидела моё смущение и тихо ответила:

— Ники, я росла в другое время, и могу сказать, что этот парень не просто решил составить тебе компанию. Мне кажется, что ты ему нравишься. К тому же он довольно уверенно вел себя с нами, приветливо, не пытался спрятаться за тебя. Помог тебе снять пальто. Эти жесты показывают, что этот парень хочет заботиться о тебе, прикасаться. Он оберегает тебя. Сейчас очень немногие поступают так же.

— Мам, ну все, не стоит читать каждого человека по жестам. Пошли.

Мы все сели за стол, папа во главе, мама — напротив него, я и Алекс сели рядом, а Дэнни — напротив меня. И, как обычно, папа начал разговор:

— Алекс, а по фамилии тебя как?

— Александр де Грэн, мистер Ларсен.

— Именитая фамилия. В роду были представители власти?

— Фамилия Графа Амьеля де Грэна, моего предка.

Подумать только, я же сама этого не знала. Значит, Алекс имеет корни знатного человека, как и Лина. Интересно было бы узнать об этом больше. Алекс перевел взгляд на меня и, прочитав заинтересованность, немного улыбнулся. Я решила сменить тему и спросила:

— Папа, мы как раз пришли сюда с вопросом о корнях. Я знаю, как я отреагировала в прошлый раз, но теперь я хотела бы узнать больше о своем удочерении. Может быть, известно что — то о моих биологических родителях?

Родители заметно изменились в лице при моих словах, и отец спросил:

— Вероника, мы с мамой были готовы к такому вопросу, но, какова будет твоя реакция?

Я поняла, что отец осторожен в словах. Мне стало неловко оттого, что родители ожидали от меня очередного срыва, криков. Мне достаточно было вспомнить их разочарование и гнев, что бы снова выйти из себя. Неужели они не понимали того, что я изменилась? Я не была тем ребенком, в которого бросили ужасную правду. Я могла спокойно вынести любые слова, но не разочарование во мне. Сердцебиение усилилось, я опустила руку на колено, пытаясь унять нервный стук ноги по полу. Еще обиднее было то, что они сказали это при Алексе. Парень был не глупый, он с легкостью понял, о чем шла речь. Я терпела, но вновь теряла контроль, пока не почувствовала, что теплая рука легла на мою ладонь. Его пальцы сжали мои, поддерживая, и, сейчас, я была удивлена еще сильнее. Парень мог спокойно уйти, но он поддержал меня. Взглянув на Алекса, я кивнула ему в знак благодарности, и, убрав руку, я сказала:

— Мне жаль, как я поступила тогда. Но сейчас мне не 15 лет, и раз я спросила, то я готова принять правду, какой бы она ни была.

Мама немного улыбнулась, Дэнни кивнул, строя довольное лицо, а отец ответил:

— Я изучил записи из больницы, но записей о твоем рождении нет. Мне кажется, что все было вычищено ради сохранения некой тайны. Может быть, где-то и сохранились записи, но в больнице их точно нет. А все остальное не в моей компетенции.

— Тогда как я попала в больницу?

— Никак. Мы нашли тебя в одеяле возле самой больницы, — ответил папа, будто вспоминая момент из того дня.

Я была расстроена и удивлена, поэтому спросила:

— Вы могли взять любого ребенка, но взяли меня? Почему?

Продолжила мама:

— Мы ведь так хотели ребенка, поэтому я решила, что это подарок судьбы. Что ты — это наш шанс обрести семью, стать любящими родителями. Мы сразу поняли, что малышка, укутанная в одеяло — дар свыше. Это наша малышка, не важно, кто родил ее, и где ее документы. И, взяв тебя на руки, что бы отнести в больницу, я посмотрела в глаза малышки и поняла, что не могу тебя отдать. Девочка была нам как родная, поэтому мы прошли долгий путь с оформлением всех бумаг, и так ты стала нашей дочерью.

— Значит, нет ничего, что может вывести меня на моих биологических родителей, — обреченно сказала я.

— Келли, — позвал мою маму Алекс, — а сохранилось ли то одеяло, в котором вы нашли Ники?

— Да, конечно. Сейчас принесу, — сказала мама и встала, ища ту ниточку надежды, что могла как — то помочь мне.

В ожидании мамы, мой брат решил сказать:

— Ники, я знаю, что тебя тревожило то, что ты не моя биологическая сестра. Но ты всегда была ей. Мне все равно, что мы не родные. Ты моя сестра, и, я знаю, как ты любишь запариваться по поводу всего этого, искать смысл и прочее. Знай, если потеряешь надежду искать своих родителей, то у тебя есть другие родители, которые не бросали тебя, которые любят тебя. У тебя есть семья, и ты никогда не будешь одна.

— Спасибо, Дэнни.

Мама принесла мне старенькое розовое одеяло, я посмотрела на него. Ни инициалов, ни подписи, ничего. Это тупик. В этот момент мама сказала:

— Была одна вещь, которая меня удивила: рядом с тобой лежала записка с твоим именем.

— И вы назвали меня так? Почему не поменяли имя?

— Потому что оно подходило трехлетней девочке, которая стойко переносила все невзгоды.

Мне никогда этого не говорили, и очень часто я сомневалась вообще в том, как меня звали по-настоящему. И теперь я была уверена хотя бы в этом. Родители предложили нам с Алексом домашний пирог, что бы скрасить последние минуты общения, поэтому мы остались еще ненадолго.

— Вкусный пирог, мам, — сказала я.

— Вероника, а знаешь что? Может быть, ты и унаследовала биологические черты от своих настоящих родителей, но вот что, любовь к готовке у тебя от твоей мамы. Ты ведь все еще любишь готовить? — спросил отец.

— Да, ты это точно подметил, пап.

Мы решили, что уже засиделись и собирались уходить, хотя мои родители явно хотели, чтобы мы задержались, но я настояла на обратном. Мы попрощались и вышли, и, когда прохладный ветер немного взбодрил меня, я сказала, потеряв последнюю надежду:

— Хоть мы и узнали насчет имени, но по делу ничего не узнали. Похоже, что это тупик. Все было бессмысленно.

Парень хотел меня поддержать и сказал:

— Я придумаю, что можно еще сделать. Пусть мы ничего не узнали, зато я узнал твою семью. Хорошие люди, тебе повезло расти у них. И еще, — парень осекся, — мне было приятно провести с тобой это время.

Я взглянула на него. Не было той черствости, что он показал в наше первое знакомство. Он не решался говорить, но все внимательно смотрел на меня. Я тонула в его глазах и, когда очередной порыв ветра растрепал мои волосы на лицо парня, я завязала их в косичку. Алекс смотрел на меня, не отрываясь, и сказал:

— Ты первая девушка, с которой мне так легко. С кем я теряю время, и забываю о том, что должен делать. И я хочу помочь узнать тебе о настоящих родителях. Потому что жить, не зная правды — отвратительно.

Мне показалось, что он чем-то огорчен. Я хотела коснуться его руки так же, как он коснулся за столом, и, сделав шаг к нему, завороженно смотрела в его глаза, пока звонок телефона не прервал мои действия. Парень ответил, выслушал собеседника, а потом сказал мне, что ему надо вернуться в Академию, сославшись на дела. Он ушел, а я решила еще прогуляться.

Глава 4

Все небо затянуло тучами, поэтому я решила поспешить в Академию. По пути я позвонила Дину и спросила, свободен ли он на вечер, чтобы помочь мне с лекцией. Парень сказал, что он свободен и что встретимся в три в библиотеке. У меня оставалось полтора часа, я ещё успевала зайти в комнату, чтобы увидеть Лину и поболтать с ней. Дорога заняла полчаса, и, к сожалению, вернулась я мокрая, потому что утром не додумалась взять зонт. У меня оставалось время переодеться и высушить волосы, и ещё поправить макияж.

Брюнетка сидела за столом, читая какую-то информацию, на которой была сосредоточена.

— Что-то интересное? — спросила я, подходя к ней сзади.

— Нет, готовлюсь к экзамену. Ещё пару часов и я буду свободна. Есть планы на вечер? — ответила девушка, не отводя взгляда от экрана.

— Вообще-то да, я ещё не достаточно подтянула свои знания по некоторым предметам, поэтому надо сделать акцент на них.

Лина посмотрела на меня с грустью в глазах и сказала:

— Понимаю. Ладно, удачи. Завтра все в силе?

— Еще спрашиваешь, конечно, — весело ответила я.

Я переоделась, высушила волосы и поправила макияж, покрутилась перед зеркалом и поняла, что выгляжу прилично. Подумала, что надо будет ещё сходить домой, чтобы взять свои вещи и аксессуары, которые я еще даже не перевезла. Взяв нужную книгу и телефон, я вышла из комнаты.

Наверное, стоит признать, что я ненавижу логику. Это один из предметов, что трудно мне даётся. Зато повезло, что психологию я уже знаю, и что не придется ее подтягивать. Историю древних Кланов, астрономию и спец. курс я понимала без проблем, но логика — это проблема. Даже в жизни я обычно поступаю не логично, а интуитивно. Поэтому с этим предметом мне нужна была помощь. Я пришла в библиотеку чуть раньше, поэтому села за стол и разблокировала телефон. Проверила сообщения, которые пришли от моей однокурсницы, Эми, она спросила, вначале то, почему я не хожу на пары, а потом: «все ли хорошо? Что случилось?» И последнее: «почему взяла академ?»

Я ответила, что хочу взять перерыв и немного отдохнуть от скучных пар. И, как оказалось, Дин тоже пришел раньше. Я посмотрела на него и поняла, что весь образ парня не сочетался с образом отличника и лидера. Если бы я увидела его первый раз, то, сказала бы, что учеба у него идет на твердую «4», и то из-за того, что парень достаточно удачливый. Я убрала телефон, и сказала ему:

— Привет, ничего, что отвлекаю тебя от субботнего отдыха? Логика мне совсем не поддается.

Быстро войдя в библиотеку, парень сел за стол со мной и сказал:

— Привет, я уже говорил и отвечу в очередной раз, нет, ты никогда меня не отвлекаешь. Значит, что история Кланов тебе понятна?

— Да, более или менее.

— Хорошо. Логика. Давай-ка посмотрим…

В основном там была теория, много определений, формулы и некоторые вопросы и задачи, которые напрямую касались обучения. После теории и практики, парень задал мне уточняющие вопросы, в некоторых моментах поправил меня, а в некоторых — лишь дополнял.

— Но этого нет в учебнике. Я трижды его прочла! — удивленно сказала я.

Парень рассмеялся, а я стала просматривать, откуда Дин прочел ту информацию, которую дал мне сейчас. Парень успокоил меня, вынув учебник из моих рук, сказал:

— Ты молодец, этого нет в параграфе, это дополнительный материал. Мистер Вайт ценит инициативу студентов в изучении своего предмета, поэтому, бери на заметку.

— Хорошо, с теорией понятно. Формулы плохо даются к пониманию, задачи.

— Ладно, давай разберём их, — спокойно ответил парень.

Мы с Дином потратили два с половиной часа на их решение, но я все равно сбивалась. Парень подсказывал мне снова и снова и, опустив руки, я сказала:

— Извини, похоже, что все мысли забиты не предметами.

— Тогда на сегодня все. Ты же знаешь, что можешь рассказать, — сказал парень, закрывая книгу с задачами.

— Я ищу любой вариант найти правду о моих родителях. Приемные ничего не знают, документов нет, меня нашли в одеяле. И здесь у меня тупик, а результат показал, что я из этого Клана. И теперь мне интересно, что случилось с ними и кем они были.

— Ух, ты, ты не говорила, поздравляю. Значит, ты с нами. Слушай, если ты действительно хочешь знать правду, то… мы можем проникнуть в архив. Знаю, что это риск, но знаешь, я удачливый.

— Нет, Дин, мы найдем другой способ. Я не хочу вылететь отсюда. И не хочу, чтобы у тебя были неприятности из-за меня.

Как удачно складывались обстоятельства — раздался голос из громкоговорителя, который сообщил, что весь 1 курс должен собраться для того, чтобы нам сделали важное объявление. Те, кто были в Академии, поспешили на первый этаж в зал, где обычно и собирались для важных объявлений. Мы с Дином тоже пошли вниз, и через 5 минут собрание началось.

— Студенты Академии, — начал вещать мужчина лет 40, — мы вызвали вас, весь первый поток обучения для того, чтобы попросить вас помочь на задании. Я знаю, что вы ещё не прошли Посвящения, но в этом и суть. В вас заложен ген Клана, который даёт вам некоторые преимущества в сравнении с обычными людьми. Мы вышли на того, кого давно искали. На нашего врага. Почему мы обращаемся к вам? Так как вы не Посвящены, вас невозможно почувствовать, но вам и невозможно внушить, в этом ваше преимущество. Вы прошли 2 месяца обучения и тренировок, знаю, что это очень мало, но вы наш единственный шанс. Мы не просим вас драться, мы просим вас слиться с людьми и выяснить, кто наш враг. За это Совет вознаградит тех, кто участвует. Кто готов?

Никто из первокурсников не хотел вызываться, но наш куратор вышел и сказал:

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Бесплатный фрагмент закончился.

Купите книгу, чтобы продолжить чтение.