Бесплатный фрагмент - Мохнатый интеллект нашей деревни

Мохнатый интеллект

За окном, вместо обещанной синоптиками яркой и солнечной погоды, творилось что-то невообразимое. Отдернув сторону плотную штору, я на всякий случай зажмурился, чтобы яркий луч солнца не попал в мои глаза: — зрение у меня было неважное, и я его старался в последние годы беречь. Но вместо ярких солнечных лучей меня ожидал серый полумрак. Удивившимся отсутствия солнца, я сразу же открыл оба своих глаза и очень расстроился: на улице, вместо яркого весеннего солнца, была сумеречная осень — шел мелкий дождь, который заливал всю мою деревенскую улицу. Последние зимние серые сугробы прямо на глазах таяли, а из-под них бежали грязные и, по-видимому, очень холодные ручьи.

Соседи не спешили выйти на улицу, чтобы попасть из дома на автобус: им надо было прежде надеть сапоги и непромокаемый плащ. Зонт при такой погоде только мешал — ветер сразу же вырывал его из рук, и борьба с ветром и холодным дождём отнимала все силы.

Позавтракав чаем и бутербродом, я уселся перед компьютером и начал себя жалеть. Мало того, что погода испортилась, мне, один за другим, от книжных издательств, приходили отказы. Они не спешили напечатать мои повести, в которых был в больших количествах юмор: в них не было только одного — мрачности и неустроенности бытия. У меня опять, как всегда, впереди была жестокая борьба за опубликование моих книг, и я опять поразился своей непредсказуемой судьбе.

Это началось не вчера. Любые новые проекты или дела, которые я задумывал, сначала мне приносили только огромные хлопоты с их осуществлением и в таких количествах, что я подумывал — не бросить ли их к чертовой бабушке. Это касалось покупки новой квартиры, поисками новой работы, разработки новых материалов, конструирование новых механизмов и ремонт старых, создание нового вида бизнеса, который мне в будущем должен был принести большие барыши.

В глубине своей души я к этому времени разработал для себя все приемы и методы, чтобы достигнуть долгожданной цели, — будь это конструирование, создание бизнеса или пуск в эксплуатацию месторождения нового сырья, который мне удалось найти. Это для меня всегда было трудное время — начало осуществления нового дела. Я вспомнил с десяток своих начинаний и сам удивился — все они начинались трудно. Но потом, когда я их не бросал, они сами собой шли правильным путем и хорошо заканчивались — они мне затем приносили большой доход. Мне надо было их в начале не бросать, — это все, что от меня требовалось. Надо было перетерпеть все трудности в самом начале и продолжать, несмотря ни на что, делать свою работу.

Просидев за столом минут десять и утешив себя, как мог, я сказал себе: — моя жизнь это отчаянная борьба и начал успокаиваться. Потом добавил про себя, что без труда не достанешь рыбку из пруда и совсем успокоился. Даже грязная и дождливая весна за окном меня перестала беспокоить — в конце концов, она пройдет и настанет теплое лето.

Выглянув на всякий случай еще из окна, я увидел, как какой-то грязный, мокрый кот, подняв свой хвост, бежал между лужами, перескакивая через мелкие ручьи. Большую лужу перед домом он решил преодолеть вброд — у него не оставалось иного выхода. Я посочувствовал этому мокрому домашнему питомцу и уже собрался задернуть штору, чтобы не видеть творившее на улице безобразие, как вспомнил про моего кота Кузю, которого уже дня два не было дома.

В первый день я ждал Кузю до полуночи, но он загулял и домой не явился. В течение второго дня я каждую минуту ожидал этого гуляку, но так и не дождался. Сегодня наступил третий день его отсутствия. А вообще-то, деревенские коты были чересчур самостоятельные — они могли отсутствовать неделями, а потом, явившись домой, вели себя так, словно выбегали из дома на часок-другой и сразу требовали колбасу или молока. Предоставить для них эти лакомства была святая обязанность хозяина дома, в котором они жили. Я подозреваю, что кот Кузя считал себя главным хозяином дома и каждый день удивлялся тому, что его не встречают духовым оркестром и связкой копченой колбасы — после его недолгого отсутствия.

Мокрый и худой кот оказался моим Кузей, — он, наверное, возвращался после своей командировки в соседнюю деревню, а может быть, из другого города, куда его вызывали местные власти, как заслуженного эксперта по важным, незнакомым никому, наукам и ремеслам. Мне надо было сразу догадаться, что они ему не предоставили такси или самолет для скорого возвращения на родину. Может, он просто сбежал, не дождавшись своего гонорара или соблазнил всех кошек в деревне, в которую он забежал по зову его инстинкта. Так или иначе, мне надо было встретить этого мокрого и грязного гуляку.

Я пошел в сени, затем открыл калитку и еле успел посторониться, чтобы пропустить Кузю. Он даже не поздоровался — пулей влетел на кухню и остановился перед миской. Она, к его удивлению, была пуста, и кот сразу поднял недовольный крик. А я, прибежав за ним на кухню, тоже поднял недовольный крик и стал ругаться, — как только увидел, сколько грязи он оставил своими лапами на линолеуме. Мы ругались оба — кот был недоволен отсутствию колбасы с рыбой, а я был недоволен его грязными лапами.

Когда мы наорались друг на друга, я принял единственное решение — устроить Кузе баню и, схватив его в охапку, потащил его на первый этаж. Он был недоволен и сначала брыкался, чтобы вернутся на кухню, — открыть самому холодильник и съесть там все, что в нем было. Но я держал его мертвой хваткой и говорил ему — сначала баня, а потом торжественный обед.

Кузя, как и все самостоятельные коты, не любил баню. Он сам мылся лапой каждый день, и никакой бани с душем ему было не надо. Но на этот раз вымыться своими лапами ему бы не удалось — слишком много на нем было грязи. Поэтому я не отпускал его до самого последнего момента — до тех пор, пока я лил в большой тазик то холодную, то горячую воду. Кузя, поняв мое намерение, пытался мне сказать, что ему не надо такое количество мокрой воды, но все было тщетно. Я навел в тазике воду и поместил в него кота. Все было кончено. Он в теплой воде смирился и расслабился.

Держа его левой рукой, я правой приступил к его мойке и стирке, стараясь при этом не делать из Кузи водолаза — не окунать его с головой в воду. Мылом я тоже не пользовался — сжимал его шерсть рукой, полоскал и переходил к следующему участку. Вся вода в тазике моментально стала грязной, и я перенес Кузю в другой таз.

Мне пришлось три раза сменить воду в обоих тазиках и лишь, после этого, я посчитал, что кот чистый. После этого я включил душ и облил чистого Кузю. Можно было прополоскать кота, как я полоскал обычную тряпку и повесить его на веревку с прищепками, но я пожалел бедного кота. В процессе этой стирке я не раз обращал свое внимание на цепочку с медальоном, которая была у него на шее. Снять этот маленький медальон я не смог и оставил его на Кузиной шее. На ней был номер и несколько букв, которые я не смог разобрать. Сначала я был удивлен этим медальоном, но потом решил, что когда закончу мойку, то покормлю этого грязнулю и причитаю надпись на медальоне.

Итак, Кузя стал чистым. Не отпуская его, я стянул с вешалки большое махровое полотенце и укутал тело кота. Недовольная Кузина морда выглядывала из полотенца, но он не шевелился — ему стало тепло и уютно в этом большом полотенце. Наконец, он напомнил мне, что он голодный и попросил меня скорее его покормить.

Я думал об этом, но пока Кузя не высох, ему было строго-настрого приказано, чтобы он пока забыл о еде. Еда ему будет предоставлена, когда он станет сухим. А пока он не высохнет, он должен забыть о колбасе и рыбе, которая лежит в холодильнике. Подождав несколько минут, я сменил влажное полотенце на сухое и пошел на второй этаж, где засунул полотенце с Кузей под толстое пуховое одеяло, а сел рядом и начал с ним нравоучительную беседу.

Она была короткой: сначала я ему объяснил, что пускаться в такие длительные командировки, не предупредив меня, его хозяина и верного друга, с его стороны было невежливо и неосмотрительно. А так как на дворе стоит такая весенняя, непредсказуемая погода, ему надо было сто раз подумать, прежде чем выйти на улицу, тем более пускаться без документов и теплой одежды в такое длительное путешествие.

Кот, высунув свою голову наружу из теплого убежища, несколько раз сказал виновато «Мяу», и на этом мое нравоучение закончилось. Я достал его из-под одеяла, размотал полотенце, убедился, что он высох и теперь его можно накормить. Мои слова о вкусном обеде он принял с большим воодушевлением и сам побежал на кухню. Несколько раз он оглядывался, чтобы убедиться, что я следую за ним, а потом продолжал свой путь.

По дороге я размышлял на тему — чем бы его накормить, и пришел к выводу, что ему придется по вкусу две вареные куриные ноги, которые я не успел съесть. В холодильнике лежал маленький кусочек колбасы и пакет молока.

Кузя обедал как в ресторане. Я исполнял роль официанта и смотрел, чтобы у него не кончалась еда. Сначала Кузя проглотил кусок колбасы и повернул ко мне голову. Я понял его намек, положил в миску куриные ноги и отошел на безопасное расстояние. Куриные ножки были съедены котом моментально и настала очередь молока. Его я налил в блюдце и подождал, когда клиент ресторана с ним закончит. Кузя съел бы еще — столько же, но я ему не стал предлагать, а убрал посуду и стал ее мыть. Неблагодарный кот не стал мне говорить спасибо и не стал платить за этот королевский обед. А насчет чаевых я не стал и заикаться — принесет позже, когда сможет…

Пушистый, чистый и сытый кот вальяжно прошествовал в гостиную. Я думал, что он залезет в свое кресло и будет вместе со мной смотреть телевизор, но ошибся. Кузя прошел гостиную, вошел в мой кабинет и запрыгнул на письменный стол. Я с недоумением зашел в кабинет за ним и спросил у него, в чем дело? Может ты, Кузя, решил распечатать на компьютере отчет о своем путешествии? Кот подвигал лапой клавиатуру и сказал «Мрр…». Тогда я предложил ему самому включить компьютер и самостоятельно набирать текст. А сам уселся сбоку от стола — как посетитель на приеме у врача или адвоката.

Кузя понял меня и принял мое предложение за чистую монету. Он спрыгнул со стола, подкрался к системному блоку и нажал кнопку «Пуск». Я удивленно смотрел на этого хакера — моего домашнего питомца и у меня начали шевелиться мозги. А может, это зашевелились мои волосы…

Когда я понял, что кот и на самом деле пытается включить компьютер, то ахнул. Он действовал правильно, но не учел, что в мастерской, когда мне собирали системный блок, программист сначала поключил провода к кнопке «Пуск», но потом, когда она оказалась нерабочей, то сделал кнопку «Пуск» на «Перезапуск». Эта была маленькая кнопка под крупной, по размеру, кнопки «Пуск». Ее Кузя не смог бы нажать — у него для этого была чересчур большая лапа.

Поэтому я сказал об этом Кузе, сам включил компьютер и вновь уселся на свое место, с интересом и удивлением глядя на кота. Когда Кузя увидел мерцающие зеленый и красный светодиоды, то снова запрыгнул на стол и стал смотреть на монитор. Через несколько секунд он засветился и на нем появилась заставка Микрософт. Компьютер был готов к работе и Кузя своей мохнатой лапой нажал Enter.

Дальше происходило что-то невероятное: — Кузя вызвал текстовой редактор Word и своими мохнатыми лапами начал барабанить по клавиатуре. На экране монитора стали появляться строчки. Он не стал себя утруждать правописанием, всякими запятыми, точками и прочими знаками препинания. Текст, который он набирал, был безо всяких пропусков между словами, и для того, чтобы его понять, я придвинулся поближе к столу и стал читать то, что появлялось на мониторе.

Кузя начал с самого начала — он рассказал мне, что с ним случилось, когда он выбрался из дома и решил проведать свою подругу — кошку на соседней улице. Преодолевать многочисленные заборы и грязные огороды он не захотел, а решил обежать улицу. Его путь лежал через опушку леса, и он там вдруг уловил запах копченой колбасы. Тогда он на мгновение замер и попытался выяснить, откуда здесь пахнет колбасой. Тут-то на него и свалилась сеть, от запаха которой он сразу уснул. Проснулся он в больнице, в клетке. Рядом с его клеткой стояли другие, в которых находились коты, кошки и даже собаки.

По больнице расхаживали роботы в белых халатах. Некоторые из них были похожи на людей, а некоторые на автоматы и механизмы. В середине большой комнаты стоял огромный белый стол, на котором лежала большая собака. Вокруг ее сновали роботы, механизмы и что-то с ней делали своими инструментами с проводами. Провода тянулись к огромным белым шкафам, из которых доносились гудение и жужжание. Кузя не успел даже испугаться — потому, что собаку увезли, а ее место на белом столе занял он — Кузя. Что было дальше, он не помнил. Очнулся он в своей клетке от головной боли. Она его мучила так, что он стал орать на своем кошачьем языке. Какой-то механизм не выдержал — открыл клетку и начал делать ему укол.

Но как только он увидел, что дверца клетки открыта, то сразу же спрыгнул на пол и подался в бега. Несмотря на то, что местность для него была совсем незнакомая, он бежал быстро, — куда глаза глядят. За ним сначала устроили погоню, но вскоре потеряли его след, и он притих в каком-то уголке, смотря на суматоху в этой больнице. Через непродолжительное время он выбрался из своего уголка и принялся искать выход.

Сначала он крался по коридорам, но когда в один момент ему показалось, что из какой-то трубы потянуло запахом леса, то понял, что ему надо забраться в эту трубу и поискать из нее выход. Небольшое отверстие в этой трубе, в которое он сумел залезть, находилось прямо под потолком и ему пришлось немало потрудиться, чтобы в него попасть. Он добрался до трубы по белым шкафчикам и протиснулся в маленькое отверстие.

Началось его путешествие по трубам. Он ориентировался на знакомый лесной запах и полз на него по трубам. В конце концов, он увидел выход, но он был закрыт для него каким-то пропеллером. Пришлось долго ждать, пока он остановиться. Вылез он из трубы лишь тогда, когда пропеллер ненадолго остановился и он смог вылезти из трубы. Вокруг него был только лес и ничего больше — больница, по его мнению, находилась под землей. Решив убежать от этого выхода подальше, он долго бежал, не зная куда, и даже одну ночь провел под каким-то раскидистым кустом.

Было холодно, моросил дождь, ему очень хотелось есть и болела голова. Кузя просидел под кустом всю ночь, а с рассветом поймал мышку и съел свой маленький завтрак. Потом он скитался по бескрайнему лесу и случайно обнаружил тропинку, по которой он вышел к людям. Но это была не та деревня, в которой он жил. До дома он добирался весь день и ночь. Иногда его нос улавливал знакомые запахи, которые до него доносил ветер и он бежал дальше. Голова перестала болеть, но в его голове началась кутерьма и появились мысли, которых у него никогда раньше не было. Со временем он начал разбираться в этих своих новых мыслях и они помогли ему найти дорогу домой.

С этого момента он не стал утруждать свои лапы: — стал ехать: то на машине, в которую ему удалось незаметно залезть, то в автобусе, то на поезде. Он стал понимать речь людей и открыл для себя многочисленные знания, которые неожиданно появились в его голове и стал пользоваться ими и своим животным инстинктом.

С превеликим трудом он все-таки добрался до своей деревни — голодный, грязный и измученный. Хозяин, удивившись его появлению, искупал его в теплой воде, смыл грязь путешествий и накормил вкусным обедом. Он решил отчитаться перед своим хозяином о своем плене и долгом путешествии — воспользоваться для этого компьютером, — пользоваться которым научился после операции, которой его подвергли эти ученые роботы в белых халатах.

Но пользоваться компьютером это была лишь маленькая часть его могучего интеллекта. Сейчас, после того, как в его мозгу произошли перемены, Кузя мог не только пользоваться всеми электронными приборами и бытовой техникой — он был в состоянии воспользоваться своим интеллектом для конструирования приборов на основе тех знаний, которые роились, как пчелы, в его мохнатой, с усами голове.

Кузя закончил печатать свою исповедь и посмотрел на меня в упор своими желто-зелеными круглыми, умными глазами. В них была усталость от пережитого, боль и надежда, а кроме того, они были очень понимающие и в них были знания, которые удивляли меня — обычного человека. Я был подавлен мощностью его могучего интеллекта, и, когда закончил читать, с недоверием посмотрел на кота. Если бы это был сон, то мне следовало немедленно проснуться и записать его на клочке бумаги — чтобы потом, на досуге, написать целый роман — про происшедшее со мной и Кузей. Я изо всех сил ущипнул себя за задницу, чтобы проснуться и взвыл от нестерпимой боли. Когда снова открыл глаза, то увидел кота, сидящего перед монитором, на котором было напечатана история его путешествия.

Это был не сон. И мне пришлось с этим смириться — чтобы трезво рассматривать наступившую суровую действительность, в которой я неожиданно для себя оказался. Я покрутил головой и в мою голову нагрянули невероятные и удивительные мысли: — еще вчера я жил обычной человеческой жизнью, а сейчас она просто перевернулась. Мне было трудно смириться с суровой действительностью, в которой я оказался: — передо мной сидел мой кот Кузя, который только что закончил набирать текст на клавиатуре и сейчас глядел на меня своими умными глазами. С ума можно было сойти!

Я поднялся со своего стула, сказал Кузе, чтобы он перестал меня удивлять. Я хотел, чтобы он немедленно стал обычным деревенским котом, а не гением в мохнатой шкуре. Кот немедленно набрал текст, который мне сказал, что обратного пути нет — стать обычным деревенским котом он хочет, но, увы, не может. Мне следует привыкнуть к мысли, что он изменился, а его интеллект во много раз превосходит мой. Но он не виноват — это с ним сделали ученые роботы в лаборатории и у него сейчас ко мне одна просьба — необходимо предоставить ему доступ в интернет, снять с его шеи медальон и перестать относиться к нему, как к бессловесному животному в облике кота.

Такое я был не в силах вынести, и сказал Кузе, что мне надо срочно перекурить и свыкнуться с мыслью, что моя жизнь изменилась, а мой домашний питомец поумнел настолько, что смог напечатать на клавиатуре компьютера свое удивительное путешествие.

Оставив Кузю перед монитором, я, схватив сигареты, вышел во двор и долго там сидел на лавочке, обдумывая происходящее и привыкая к действительности: — теперь мне надо привыкнуть, что жить мне надо не с простым котом, а с умным мохнатым существом в образе кота. Он, ко всему прочему, обладал интеллектом, превосходящим мой в сотни раз, но мне в это просто не верилось. Для проверки этой невероятной мысли мне надо было просто удостоверится в этом, и я похвалил себя за эту простую мысль, которая мне вдруг пришла в мою бестолковую голову. Я выкурил еще пару сигарет и вернулся в дом.

Кузя по-прежнему сидел перед компьютером и умывался — как простой домашний кот. Я недоверчиво на него покосился и перечитал его просьбы — сделать для него выход в интернет и снять медальон с его шеи. Ну, это было просто невероятно…

Я начал думать, и для начала спросил кота — он понимает мою речь? Кузя сказал «Мяу!!!», отбарабанил на клавиатуре слово «Да!», а потом напечатал, чтобы я снял с его шеи медальон. Я спросил — зачем? Кузя стал мне объяснять, что по этому медальону ученые из лаборатории смогут его найти, а это ему не нравилось. Я сказал, что нет проблем, и пошел на кухню за пассатижами. Медальон, к моему сожалению, мне снять не удалось, — тонкая цепочка, на которой он висел, оказалась очень прочной и не поддавалась ни пассатижам, ни кусачкам. Я попробовал ее распилить ножовкой по металлу, но и это мне не удалось. Тогда я спросил у Кузи — чем же мне воспользоваться?

Кузя предложил взамен пассатижам плазменный пистолет, лазер или царскую водку — это такая смесь концентрированной серной и азотной кислот. Плазмы у меня не было, лазера тоже, а для создания царской водки у меня не было ни серной, ни азотной кислоты…

«Ладно», написал Кузя на мониторе — «Я найду средство. Но мне надо выход в интернет и чем скорее, тем лучше…». Я начал думать об интернете. Использовать для этого мой компьютер я не мог — по своему печальному опыту я хорошо представлял, сколько вирусов там находиться, а на моем компьютере находилось слишком много информации, которая могла погибнуть. Осталось два выхода — сделать другой компьютер, или предложить Кузе воспользоваться смартфоном.

На первом этаже у меня был системный блок, который я собрал, но так и не запустил. А смартфона у меня целых два и они оба были в рабочем состоянии. Сам я пользовался планшетом — у него был мощный аккумулятор, — я его заряжал раз в неделю. Оба смартфона были со старыми аккумуляторами и их хватало всего на полдня работы. Кроме того, я представить себе не мог, как ими будет пользоваться кот — с его мохнатыми лапами. А вот в квартире у меня стоял рабочий компьютер, — с которым я иногда работал. Правда, там была старая операционная система, но печатать на нем было можно.

Я посвятил Кузю в эти проблемы, и он напечатал, что мне надо привезти этот компьютер и подсоединить его к интернету. Мне захотелось узнать — зачем ему выход в интернет, а он написал, что он ему нужен для скачивания некоторых прикладных компьютерных программ. С ними он сконструирует небольшое приспособление, с помощью которого он сможет разговаривать со мной. А затем, когда с этим будет покончено, то будет меня учить — как в школе.

Так как у него интеллект превосходит мой в сотни раз, то он познакомит меня с некоторыми проблемами земной науки и техники, которые ему удалось решить — это создание машины времени, создание двигателя для звездолета на новой основе, до которой современным ученым еще достичь не удалось.

И вообще, — он, кот Кузя, сможет воспользоваться своим интеллектом для решения многих задач, которые просто не под силу современной науке. Он был готов меня с ними познакомить, но надо действовать быстро.

Я уже смирился с тем, что мой Кузя свободно обращается с компьютером и у него голова забита решениями проблем, о существовании которых не знают современные ученые. Это было похоже на появление современного человека в племени дикарей в каменном веке…

Мне было неловко и унизительно сравнивать себя с дикарём из каменного века, но в глубине души я был согласен с Кузей. Поэтому я предложил коту сначала как следует пообедать, а затем съездить в квартиру, забрать второй компьютер и поставить его рядом с моим. Мне иногда становилось неловко — оказалось, что Кузя был способен меня учить и что он умнее меня. Но то, что он знал больше меня, это еще не значило, что в практической, обычной жизни он был умнее и лучше присоблен к ней, чем я.

Я мог лучше, чем он, обходиться в современном мире без чьих либо подсказок и был в совершении решать все задачи, которые стояли передо мной в современном мире. А Кузя, обладая мощным интеллектом, без моей помощи не мог сходить в магазин за продуктами, привезти компьютер и сварить себе обед.

С этими разумными мыслями я занялся обедом и, когда мы с Кузей наелись, то поехали за компьютером и вторым монитором. Забрали их, заехали в офис компании-дистрибьютора, заплатили несколько сот рублей за интернет, а когда приехали домой, то занялись подключением Кузиного компьютера к сети.

Сначала я хотел сразу подключиться к проводному интернету. Но, когда вспомнил, что на это надо время, а Кузя просил, что это надо сделать, как можно быстрее, пошел по другому пути: — подключил второй компьютер к интернету с помощью модема. Скорость была не очень хорошей — не больше 50 байт.

К вечеру все было готово. Кузя уселся перед своим компьютером и сразу начал шарить по всему интернету — выискивать нужные ему компьютерные программы, которые ему понадобились. Он скачал те, которые нашел и сразу начал конструировать с помощью AutoCAD разные приспособления. Я только качал головой, когда видел его работу на компьютере. Он не собирался ложиться спать — все сидел и конструировал. Я не выдержал и улегся спать. Несколько раз за ночь я открывал глаза и видел своего кота за монитором.

Утром он выключил компьютер и дал мне несколько файлов. В них были списки радиодеталей и компонентов, которые мне надо было купить — и чем скорее, тем лучше. Кроме того, на них были принципиальные схемы приборов, которые мне надо было собрать из этих деталей. Я чуть не упал со стула, как только их увидел, — в них было столько микросхем, что я сразу понял, что с моим паяльником мне их не собрать.

Пришлось мне обратиться к профессионалам и выложить круглую сумму в рублях — за срочность. Через день я приволок два прибора и положил перед Кузей на стол. Он так обрадовался, что замурлыкал от счастья, а потом стал командовать, что мне делать.

В результате моей кропотливой работы на шее у Кузи появился еще один амулет — он ловил Кузины мысли и преобразовывал их в речь. Голос, с которым ко мне впервые обратился Кузя, напоминал голос авточтеца, с помощью которого я иногда слушал книги. Но я не стал вносить изменений в тон и тембр — решил, что мне подойдет.

Сейчас, с помощью этого приборчика, Кузя мог звонить по телефону, рассказывать мне сказки и общаться со мной напрямую — без компьютера. А вторым прибором он остался недоволен, — и я ждал, когда он мне объяснит, для чего он нужен. Он не стал ничего объяснять — показал мне на пневматический пистолет, который лежал на шкафу для обуви. Им я не пользовался — на охоту я не ходил и к нему у меня практически не было к нему пуль.

Мне пришлось достать этот пистолет для детей и подсоединить к нему проводами продолговатую коробку. Дальше, по просьбе Кузи, я должен был выйти в огород и нажать на пуск. Я поступил так, как он просил. В огороде у стены сарая поставил кирпичи и нажал на спусковой крючок. Из ствола вылетел очень узкий белый луч и перерезал не только кирпичи, но и стену сарая. Потом, когда я зашел внутрь, то обнаружил, что этот луч пронзил не только стену, вдоль которой были выстроены кирпичи — он еще прошел через вторую стену и, наверное, прошел через соседский сарай.

«Это будет оружие для самообороны» — пояснил Кузя, когда я поднял на него свой восторженный взгляд. Я кивнул и положил смертоносное оружие на шкафчик — с ним надо было обращаться очень аккуратно и осторожно, не то он натворит бед.

Мы с Кузей отметили эти два события шикарным обедом, — наелись так, что я чуть не лопнул. Когда я заканчивал мыть посуду, зазвенел звонок — кто-то явился в гости. Кузя моментально запрыгнул на подоконник, и у него на загривке поднялась шерсть. Он сказал мне, что случилось то, чего он опасался — по его душу явились ученые из лаборатории, из которой он сбежал. Так что мне, наверное, придётся с ними переговорить, а если они будут наглеть, то силой оружия выдворить их вон.

Перед воротами дома стоял какой-то невиданный мною прежде аппарат, похожий на маленький НЛО, а около калитки переминался с ноги на ногу робот-гуманоид в белом халате. За поясом у меня был заткнут пневматический пистолет и я сразу поинтересовался, кто ко мне пожаловал — откуда и зачем. Робот сразу перешел к делу: — сказал мне, что из их лаборатории сбежало подопытное существо, и, судя по их данным, оно находиться в этом доме. Мне надо отдать им это мохнатое существо, и тогда у меня пропадут все проблемы, — которые начнутся, если я этого не сделаю.

Я сделал удивлённое лицо и спросил, откуда они явились- эти странные на вид роботы в белых халатах и что за лаборатория их послала. Робот стал мне нудным своим голосом объяснять, что они из соседней звездной системы и проводят опыты на существах нашей солнечной системы. Одно существо, которое попало к ним в руки с нашей планеты, обладает столь могучим интеллектом, что оно было способно изменить расклад сил не только в их звездном мире — но и во многих окружающих его галактиках, включая нашу. Так что он убедительно просит меня выдать это существо мирным путем, а не то он применит силовой сценарий — уничтожит его с местом, где оно находится.

Эта речь мне сразу не понравилась. Что это значит? Уничтожить мой дом? С Кузей? Ну, это не пройдёт — ни под каким-либо соусом, и даже угрозы уничтожить мой дом с Кузей на меня не подействовали. Я достал пистолет и разрезал наглого робота пополам. А затем принялся за агрегат, на котором он явился. Пистолет исторгал тонкие белые лучи, под влиянием которых агрегат сначала разваливался на части, а потом вспыхнул и моментально сгорел. На его месте осталась горка серого пепла. Робот, перерезанный на два куска, остался лежать перед моими воротами.

Я хотел его тоже уничтожить, но пистолет молчал — из него больше не вылетал белый узкий луч энергии. Наверное, у него кончились патроны или он не был рассчитан на долгое применение. Но я был настроен по-боевому: — сходил во двор, вернулся на улицу с кувалдой и ломом. После применения этих простых деревенских средств уничтожения инопланетян, перед воротами осталась горка изувеченных деталей — это было все, что осталось от наглого робота в белом халате. Теперь они не представляли угрозы, — я сгреб их в мешок из-под картошки и кинул во двор.

Кузя смотрел на мои боевые действия, сидя на подоконнике. А когда я покончил с роботом и его кораблем и зашел в дом, он сказал мне — это, конечно, хорошо, но могут прилететь другие роботы — на другом, большом звездолете и тогда я с ними не справлюсь пистолетом. Надо сконструировать другое устройство — его интеллект уже начал над ним работу, и через несколько часов он мне даст список деталей, которые мне надо приобрести. Кроме того, он должен обсудить со мной одну проблему: — ведь не только мы — но и вся наша планета будет под угрозой уничтожения. Но это на потом: — сначала мы должны защитить наш дом.

Не успел я освоить эти дельные Кузины мысли как следует, звонок снова зазвонил. Опять гости! Я вылетел во двор, схватил лом и открыл калитку. Передо мной стоял невысокий мужик, одетый по моде прошлого столетия. Он был одет как пролетарий — в спецовке, и, по-моему, для полного сходства ему не хватало токарного станка и штангенциркуля за ухом. Тем не менее, он протянул мне сверкающую всеми цветами карточку и сказал, что ему надо переговорить со мной и моим домашним питомцем. Я так и сел, не выпуская из своих рук тяжелый лом. Потом немного пришёл в себя и поинтересовался — кто он и что ему надо.

Из его объяснений я понял, что передо мной гость из будущего и он, этот гость, беспокоился за нас с Кузей и за нашу планету. Я пригласил его на кухню и между нами произошел доверительный и обстоятельный разговор. Прежде всего, он поздравил нас с Кузей с победой над маленьким десантом гуманоидов из соседней галактики, но нам не стоило обольщаться своей победой. Звездолет инопланетян уже направлялся к Земле и в будущем были сильно обеспокоены их деятельностью. От нас с Кузей зависела не только настоящее нашей планеты, но и будущее. Поэтому ученые из будущего торопились нам с Кузей помочь — ведь если Кузя попадет в руки злобных, воинственных инопланетян, то все будущее планеты Земля окажется под угрозой.

Гость из будущего мне в нескольких словах объяснил, что Кузя — мой домашний питомец, обладал настолько развитым интеллектом, что в будущем ему был поставлен памятник: он направил земную науку по невиданным доселе путям развития и внес огромный вклад в обороноспособность планеты. А если инопланетяне захватят его, то у землян не будет будущего — галактические расы захватят нашу планету, изведут все человечество и выкачают из Земли все ее природные ресурсы.

Докончил свою речь гость неожиданным для нас предложением: я с Кузей должен переместиться в будущее, где нас защитят с помощью технологий, которые откроет для землян мощный Кузин интеллект.

У меня мозги зашли разум и я обратился к Кузе за советом. Кузя задумался. А мне, с моим практичным умом, не нравилось это предложение. Я озвучил его перед гостем из будущего и тогда гость сказал, что в его силах помочь нам сейчас — не дожидаясь нашего согласия. Он оставит нам прибор, который защитит нас от похищения злыми, как собаки, пришельцами с далеких галактик. Время, в течении которого мы будем защищены от воинственных галактических рас, мы должны использовать для работы над усилением обороноспособности всей нашей планеты.

Гость из будущего вытащил из кармана небольшую коробку и стал нам с Кузей объяснять, что она представляет и для чего она нам необходима. По его словам, это коробочка создавала для нашего дома силовое поле, через которое не проникнет ни один инопланетянин и не пробьёт никакое оружие. Мы в нем будем чувствовать себя абсолютно уверенными за свою драгоценную жизнь, и нам с Кузей остаётся работать — над всякими изобретениями в науке и технике.

Он, тем не менее добавил в наше безопасное будущее ложку дегтя: — эта коробочка только сейчас была способна обеспечить способность нашего безопасного существования. Пройдет полгода, инопланетные расы изобретут против нее антиприбор, и тогда она нас не защитит. Так что нам надо успеть сделать прорыв в науке, чтобы у инопланетян не было даже надежды, что они способны нас, жителей Земли опередить. Это была гонка — между наукой Земли и наукой инопланетян. Мы с Кузей просто были должны опередить инопланетян, иначе Земля погибнет.

Я принял неожиданный подарок от этого путешественника по времени и не стал даже расспрашивать, что там твориться в будущем — так меня обескуражили последние события. Сначала появился Кузя с мощным интеллектом, потом по его душу прилетели роботы гуманоиды, а закончилось все появлением гостя из будущего. Новости сыпались одна за другой, и я не успевал к ним адаптироваться.

Подумать только — еще неделю назад я вел простую растительную жизнь и был ею очень доволен. Череду изменений в моей жизни запустил мой кот Кузя, и я недовольно на него посмотрел. Жил бы я спокойно, так нет…

Гость из будущего вышел во двор и сразу растаял — я даже не успел с ним попрощаться.

Пока я отсутствовал, Кузя активировал силовое поле и теперь с улицы наш дом был окутан переливающей пленкой — она напоминала мыльный пузырь, который, тем не менее, был способен выдержать взрыв всех ядерных бомб на нашей планете. Ну и ну…

Хотя наш дом сейчас был защищен, оставалась под угрозой наша незащищенная планета, и мне это не нравилось. Мы с Кузей открыли первое свое производственное совещание. Первым и единственным докладчиком на нем выступил я. Я описал Кузе все ужасы инопланетного вторжения на нашу любимую планету и предложил слушателю Кузе найти выход из создавшего положения. Пока он думал, отвергая план за планом, которые появлялись в его голове, я предложил самый короткий, простой вариант и изложил его моему другу и партнеру.

Я предложил сейчас же навести мосты между нами и властью. Кузя, подумав над моим предложением, согласился, но внес дополнительное предложение — пообедать. Я согласился ним, но внес поправку к этому предложению — снова, не медля ни минуты, зарядить мой пистолет.

Пока я готовил обед, Кузя занялся подзарядкой пистолета и через полчаса все было готово. Мы поели, потом расслабились в послеобеденном сне. Но спать нам спокойно не дали: — сначала приехала полиция, — начались разборки: что мы сделали со своим домом, что за механизм был замечен у нашего дома и почему он неожиданно сгорел со всем его содержимым. Так же у полиции было сообщение от информатора, что погиб один человек.

Я успокоил полицию тем, что объяснил им, что был уничтожен робот-гуманоид с другой галактики, а механизм сгорел сам по себе. Это мое простое объяснение не понравилось полиции: — они захотели меня посадить в воронок и упрятать в камеру. Руки у них оказались слишком коротки, — они не смогли этого сделать, так как я спрятался от них в силовом поле.

Пока полицейские думали, как им быть, над городом появился инопланетный звездолет, который сразу же высадил десант роботов и пошел на приступ нашего с Кузей дома. Я не дремал и отстреливался до последнего патрона. В результате все инопланетяне пали смертью храбрых, а их звездолет был сбит и устроил большой пожар в лесу. Короче, события стали развиваться очень стремительно, и нам с Кузей это не понравилось. В то время, когда все пожарные города старались потушить пожар, мы с Кузей собрались в государственную думу нашего города и едва туда успели до окончания рабочего дня.

Мы с коробкой силового поля беспрепятственно миновали охрану думы и пробились к мэру. Он даже слушать не стал — подумал, что это такой ловкий трюк. Но я продемонстрировал ему Кузю и его умение говорить и работать с компьютером. Мэр схватился за голову и крестился каждую минуту — думал, что все происходящее ему сниться. Ведро холодной воды помогло ему прийти в себя и он принял все прошедшее за чистую монету.

Дальше все происходило по нашему с Кузей разработанному плану: — мэр собрал всех депутатов в актовом зале, вызвал всех ученых академии наук и поздней ночью перед всеми собравшими выступили я и кот Кузя. Сначала все не верили происходящему. Но мы с Кузей приводили все новые доказательства — пистолет, который резал все, что попадется, останки робота-гуманоида, пожар, в котором горели останки инопланетного космического корабля и показательный показ силового поля. А жирную точку поставил кот Кузя — он выступил с речью, взобравшись на трибуну. Половина депутатов и ученых упала в обморок, а оставшиеся поверили и начали понимать, что это не шутка, а суровая действительность и мы с Кузей единственные на земле существа, которые способны уберечь нашу планету от инопланетян.

Дебаты продолжались до самого утра. Все депутаты и ученые, даже которые пребывали в обмороке, единогласно постановили, что мы правы и делегировали нас неограниченными полномочиями.

Как только экстренное собрание закончилось, начали разворачиваться боевые и мирные действия. Нам с Кузей даже было некогда позавтракать и пообедать — мы были нарасхват. Мы были нужны военным, научным работникам, представителям власти и даже полиции. Освободились мы только вечером и только ненадолго. Мы с Кузей воспользовались паузой, добрались до дома, включили силовое поле и, плотно пообедав, уснули — в полной надежде, что за время сна с нами ничего не случится.

Я перед сном на минуту включил телевизор и сразу выключил — наша, и не только наша страна, а вся планета напоминала разбуженный муравейник…

Проснувшись, я потянулся и выглянул в окно: на улице, вместо яркого весеннего солнца, была мрачная осенняя погода — шел мелкий дождь и было холодно. Всю ночь шел проливной дождь, который наделал множество бед. Сейчас на улице бежали грязные реки, а перед домом образовалась большая, грязная лужа. По улице, подняв свой хвост трубой, бежал грязный, мокрый кот. Он с ходу перескакивал мелкие ручьи, но перед большой лужей остановился.

Я узнал в этом коте Кузю и, надев сапоги, выскочил на улицу. Схватил его в охапку и притащил домой. Так как он был очень грязный, то мог истоптать своими грязными лапами весь дом, а я только вчера помыл пол и навел везде порядок. Следовало помыть кота, и чем быстрее, тем лучше.

Когда стирка кота закончилась и он был упакован в махровое полотенце, то я решил покурить и спустился на первый этаж. Там, в полном спокойствии и согласии с самим собой, я размышлял, чем мне надо заняться в этот день. Продумав все до мелочей, я потушил сигарету и поднялся на второй этаж.

На диване Кузи не оказалось — он сумел вылезти из полотенца, открыть холодильник и увлеченно завтракал. Я не успел удивиться новой Кузиной способности открывать холодильник, как мой компьютер сам собой включился и на экране монитора вылезло огромное красное предупреждение: — «Обитатели дома находятся во временной петле и чтобы выйти из нее, вам необходимо вызывать механика по бесплатному номеру 8 888 888 888…»

Кот Баюн по имени Кузя

После того, как я закончил ездить в длительные командировки и был вынужден переехать из городской квартиры на постоянное местожительство в родительский дом, передо мной встала проблема одиночества. Мои родители давно уже умерли, а с женой я давно развелся. Чтобы не сойти с ума, мне надо было срочно завести собаку, жену или кота. Собаку мне заводить было неудобно — она бы гавкала целыми днями и надоедала бы своим лаем соседей и меня. Кроме того, ее надо было кормить, как минимум два раза в день. Я же ел полтора раза в день, а кормить такого нахлебника я был не в состоянии. Новая жена терроризовала бы меня днями и ночами и я сразу отказалась от этой затеи. А вот завести кота, это была отличная идея.

В один осенний день я сидел перед окном и смотрел на остатки урожая, которые висели на ветвях груши и яблони. Все остальное у меня уже выкопано, убрано в амбар и я с тоской думал о том, куда мне девать огромный урожай груш и яблок. Они падали со страшной силой на землю, но пока я их успевал уничтожать — варил компот, который успевал выпить до того, как он превратился в брагу. Но, тем временем, на землю падали новые груши и яблоки. Не знаю, откуда взялся этот черный котенок, который поселился на одной моей яблоне и тем более не знал, чем он питается.

Может быть, он ел груши и яблоки? А может быть, он охотился на воробьев и синиц, которые прыгали по ветвям? Мне стало интересно, — до одного момента, пока я не заметил его на земле, где он мучил бедного воробья, который не успел улизнуть от его лап. Сейчас, перед тем, как его съесть, он играл с ним — отпустит его метра на два, а потом прыгал, ловил, подкидывал его в воздух и катил бедную птицу по земле, как шарик.

Мне надоело смотреть на мучения этого несчастного воробья и я решил его спасти — вышел в огород и отобрал его у котенка. Потом посадил бедного воробья на поленницу, и тут он сказал мне человечьим голосом — мол, спасибо за то, что отобрал меня у кота и, если что тебе будет нужно, то позови меня, — если будут какие-то проблемы: — допустим, с гусеницами или с другими садовыми вредителями. Скажи просто — «Воробей, вспомни мое добро» и я появлюсь. «Ладно», сказал я, даже не подумав на это удивительное предложение и отпустил воробья.

Лишь, когда эта серая птаха улетела, я постучал по своей голове и начал размышлять — в действительности я это слышал, или мне почудилось? Потом решил, что это мне показалось, — так как воробьи не умеют говорить и это плод моего больного воображения. Я, наверное, перед сном начитался детских книг и мне это показалось. Ну, а потом, я начал ловить котенка. Поймал его быстро — он, по-видимому, сам хотел быть пойманным и уселся на ветку прямо под мою руку. Принес его в дом, налил молока и назвал Кузей.

Он обжился у меня быстро — оказался такой хитрый и умный, что я диву давался. Я начал его постепенно учить — как ему надо себя вести дома и в огороде. Дома ему следовало быть паинькой, — не лазить по столам, не открывать без спросу холодильник и не включать бытовые приборы, — особенно мой компьютер. На улице ему не следовало без причины нападать на соседских собак, дружить с соседскими котами и кошками, ловить моих врагов — мышей и крыс. А в нашем огороде, боже упаси, не ловить птиц и прогонять соседей — котов и кошек, если они повадятся ходить через наш огород на улицу.

Кузя слушал мои наставления и, казалось, что он понимает меня с полуслова. Правда, сказать мне он этого не мог — только произносил свое «Мяу» и «Мрр-рр», но большего мне и не надо было. С его появлением у меня пропало чувство одиночества. Теперь, когда мне надо было поговорить, я беседовал с Кузей. Он оставлял свои занятия и игры, садился напротив меня и внимательно слушал, изредка вставляя свое «Мрр-мрр».

Тем временем лето сменилось осенью. Задули пронзительные холодные ветра, которые сдули всю листву с ветвей. Вместе с листвой на землю упали многочисленные груши и яблоки, которые оставались на ветвях. Это было все, что осталось после большого урожая. Некоторые яблоки и груши не хотели падать и мне их пришлось сбивать длинной палкой. Они падали и прятались в клубнику, под листьями которой мне их было трудно найти. Но мне стал помогать Кузя — он находил грушу или яблоко и ждал, пока я их не подберу и кину в ведерко. А потом искал следующее яблоко или грушу. Мы образовали с котом бригаду, и за несколько часов нашли все упавшие плоды.

Это были последние яблоки с грушами — самые большие и вкусные. Я не стал из них варить компот или варенье — решил их потихоньку съесть в течение оставшихся осенних месяцев. После работы в огороде, под осенним холодным ветром меня продуло, и я начал кашлять. День кашлял, второй, а потом, когда померял температуру, понял, что заболел — у меня было тридцать девять градусов. По старой моей вредной привычке я не стал вызывать врача: — решил, что достану свои лекарственные травы и с их помощью вылечусь. На таблетки я никогда не рассчитывал — при такой температуре и кашле я всегда пил горячее молоко с маслом, дышал картошкой, которую варил в мундире, а еще без конца пил морс из клюквы. Применяя эти способы, я болел дня три, потом у меня пропадал кашель, а температура пропадала навсегда.

Мой компаньон Кузя очень опечалился — ходил за мной целых два дня и слушал мой кашель. Его игривое настроение пропало, и он, казалось, болел заодно со мной. На третий день он забрался ко мне в постель, но не стал спать, а уселся рядом и стал мурлыкать. Я сквозь кашель слышал его «Мрр-мрр» и скоро заснул. Несколько раз я просыпался и слышал его мурлыканье — он словно мне рассказывал сказки, и я снова засыпал под его непрекращающееся «Мрр-мрр». Проснувшись рано утром, я почувствовал себя лучше — голова уже не болела, кашель пропал, а температура спала.

Кузя по-прежнему сидел на постели и смотрел на меня — он прервал свое «Мррр-мрр» и соскочил на пол. Я, полежав несколько минут, решил вставать — надо умыться, сделать завтрак, поесть самому и покормить Кузю. Себя я уже чувствовал неплохо, — несмотря на то, что я проболел три дня. Обычно у меня на это уходило дней шесть или семь. Может, в скором моем выздоровлении виноват Кузя? — это он меня вылечил своим «Мррр-мрр» — сидел около меня всю ночь и рассказывал мне сказки. Я раньше ни разу не слышал, чтобы коты таким образом вылечивали своих хозяев, но как объяснить мое удивительное оздоровление за одну ночь?

Утро продолжалось. Я умылся, достал свою кашу и, подумав немного, две сардельки — одну для себя, а вторую для Кузи. Все подогрел и завтрак начался. Кузя, — мой доктор, был несказанно рад сардельке, съел ее за считанные секунды и начал мне говорить, что ему мало. Пришлось мне поделиться своей сарделькой с котом. Это был единственный недостаток, который я обдумал, когда заканчивал завтрак. Отныне у меня появился нахлебник. А что бы было, если бы меня кормила жена или у меня, не дай бог, была собака? Они бы меня объели начисто…

Жизнь продолжалась — я в течении нескольких месяцев занимался своими домашними делами, а Кузя сопровождал меня то в огород, то на улицу и помогал справиться с одиночеством. А по вечерам он меня развлекал дома: — играл своими игрушками: — он гонял по всему дому теннисный шарик, нападал на мой тапок, вставал на дыбы и задние лапы. При этом корчил такие рожи, что я с трудом удерживался от смеха. Рос он быстро — за какие-то несколько недель превратился из маленького котенка в матерого кота ростом чуть ли полметра ростом. Но на его характере это не сказывалось — он по-прежнему был игривым котёнком, несмотря на его размеры.

Соседи, как только его увидели однажды вечером, сразу спросили меня, — где я достал такого симпатичного и большого кота? Дети в нем души не чаяли — старались отловить его и поиграть. Кузя им ни в чем не отказывал — давал им свой длинный хвост, мурлыкал на всю улицу, когда они его гладили. Соседские коты сразу же признали в нем хозяина улицы и старались не попадаться ему на глаза. А собаки всегда обходили его стороной — он был такого огромного роста, что мог надавать любой собаке по морде, если она начала на него лаять. Я сидел с трубкой около калитки и думал — как ему удалось вырасти за один, неполный месяц?

Съесть оставшиеся груши с яблоками, которые мы с Кузей собрали в огороде, я не смог — их было много. Особенно были вкусны большие желтые ароматные груши — их осталось два ведра. Красных, огромных яблок тоже хватало — их было ведра три. А мне уже не хотело их есть — я ел их каждый день и просто устал. Оставшиеся яблоки и груши я решил отдать своим соседям — старушкам, которые жили рядом.

К одной я отправился вечером. Нес маленькое ведро с грушами, а меня сопровождал Кузя. Бабушка вышла на звон звонка и, увидев моего огромного черного кота, очень удивилась. Кузя, услышав от нее «Кис-кис-кис», сразу же подошел поближе и подставил свою спину под руку бабушки, которая начала его гладить. Кузя сразу начал мурлыкать и выгнул свою черную спину. Я подал старушке ведро с грушами, она начала меня благодарить, а потом спросила — где я взял такого большого и умного черного кота? Когда я сказал, что нашел его в огороде, сказала, что этот кот-колдун и мне очень повезло. А на ее слова, что Кузя колдун, ответил ей, что он меня вылечил от гриппа за одну ночь.

Мы с Кузей покинули старушку и пошли за другим ведром — с яблоками: — его я должен был отнести другой бабушке. Она, как только увидела Кузю, сразу же сказала, что этот кот колдун и с ним я испытаю множество приключений. Я обратился к Кузе со словами — это про тебя говорят. Кузя только в ответ промурлыкал и залез под мою руку — требовал, что бы я его погладил и похвалил. Мы с ним дошли до дома и остановились на минуту — посмотрели на серое небо.

Между тем с неба летели редкие снежинки, иногда шел дождь пополам со снегом. До начала зимы оставались считанные дни. Мне сразу пришла в голову, что надо прогуляться по осеннему лесу — размять ноги и посмотреть на голый, осенний лес, который скоро завалит снегом и тогда в природе наступит белое безмолвие.

Я зашел в дом, надел сапоги, и мы с Кузей отправились на прогулку. Удивительные события начались прямо у околицы: — сначала я встретил незнакомого, здоровенного мужика с корзиной. Сначала я удивился и спросил — откуда он, куда собрался и почему с корзиной? Он сначала посмотрел на Кузю и сказал ему «Привет!» Кузя же ему в ответ сказал «Мяу» и подал мужику свою лапу — я ни разу не видел, чтобы он так здоровался, тем более, со случайным прохожим.

Этот прохожий с корзиной в руке сказал мне, что он идет в лес за белыми грибами и опятами. Я удивился — с неба падают снежинки и какие грибы могут быть, накануне снегопада. Велес — так, оказалось, звали грибника, ответил мне, что знает место, где он наберет полную корзину грибов. Я только покрутил головой — я был местный житель, знал все грибные места в округе, но сомневался, что этот мужик найдет только один гриб. Их время уже прошло и перед самой зимой идти за грибами, это глупо. Ничего он не найдет. Грибник усмехнулся и предложил мне самому убедиться в том, что я неправ.

Мы ним прошли несколько сотен метров и местность стала меняться на глазах — редкие снежинки пропали, на небе засияло теплое солнце. Больше всех обрадовался Кузя — он рыскал по кустам, рылся в зеленой траве и точил свои когти об стволы сосен и осин. На это Велес заметил, что мой кот повадками похож на его кота, который остался у него дома. Я сначала удивился тому, что на земле существуют коты, похожие на моего Кузю, и в ответ сказал, что не верю ни единому его слову.

Тогда Велес сказал, что у его кота были два сына-котенка, — одного он подарил Бабе Яге, а второй летом пропал. Это и был мой Кузя. Он не претендует на него, но сказал, что Кузя обладает всеми качествами его отца. Он еще немного подрастет, но уже знает колдовство, умеет рассказывать целебные сказки и путь в сказочную страну, откуда он был родом.

Я огляделся по сторонам — вокруг было лето: — росла зеленая трава, распустились лесные цветы, щебетали птицы и виднелись поганки. Словом, было не похоже, что скоро наступит зима. Кузя, который бегал то слева, то справа, пропал, и я стал его звать по имени и «Кис-кис». Мой попутчик тоже как-то неожиданно пропал, и я только что заметил его отсутствие — наверное, он нашел первые грибы и не стал со мной прощаться, потому что занялся делом — собирал грибы.

Но я уже забыл о нем, — мне надо было найти своего кота — куда же он мог пропасть? Я вышел на едва заметную тропинку и пошел по ней вперед. У меня не было намерения набрать грибов, хотя они росли справа и слева от тропинки в огромных количествах. Мне надо было найти Кузю. И я нашел его: он сидел с невозмутимым видом на высокой осине, которая когда-то сломалась, — от нее остался только ствол высотой несколько метров, и Кузя напоминал мне часового, который охранял свою страну от мышей, крыс и непрошенных гостей: — сказочных богатырей, нечистой силы и прохожих, — таких, как допустим, я.

Увидев меня, Кузя оживился и стал точить когти. Осиновая кора падала на землю щепками и ошметками. Я призадумался и замедлил свои шаги — Кузя, несомненно, точил свои когти на меня. А когти у него были очень острыми — если судить по коре, которую он отдирал от ствола осины. Но я с трудом себе представлял, что Кузя сможет своими острыми когтями причинить мне вред. Поэтому я стал звать его «Кузя, Кузя! Кис-кис!». Пошевелив своими ушами, Кузя пришел в себя — спрыгнул с осинового ствола и огромным скачками кинулся ко мне навстречу. Подбежал ко мне и начал ходить вокруг ног. Я начал его гладить по густой черной шерсти, приговаривая — «Зачем ты, Кузя, залез на это бревно? — бегал бы по зеленой мягкой траве и ловил бы лесных мышей…»

Когда Кузя пришел в себя, я достал сигарету и уселся около раскидистого дерева. Было тепло, по небу плыли белые облака, а между ними иногда показывалось солнце. Не было похоже, что скоро повалит снег и занесет этот лес и тропинки. Как только я зажег сигарету, сверху на меня что-то упало, а потом еще и еще. Я удивился и начал разбираться — что это на меня падает.

Оказалось, что на меня падают желуди, а я сидел под могучим дубом — три или пять охватов. Таких дубов в нашем лесу я до этого дня не видел. У нас росли невысокие дубы в метр-два высотой, а в питомнике, в который я несколько раз ходил за дубовой корой, видел взрослые дубы высотой метров десять. Они были толщиной сантиметров двадцать-тридцать, но такого великана, под которым уселся, я никогда не видел и даже не представлял, что такой бывает. Но кто швырял в меня желудями, мне было непонятно. Я встал, отошел подальше от ствола и поднял голову вверх. То, что я увидел, у меня не укладывалось в голове: по толстым дубовым ветвям разгуливал огромный серый кот с золотой цепью на шее.

Он что-то рассказывал себе своим « Мрр-мрр» и стряхивал на меня желуди. По привычке я сказал ему «Кис-кис» и на эти слова тут же прибежал мой Кузя, а кот, который разгуливал по дубу, оживился. Кузя не стал ждать, когда на него полетят желуди от незнакомого кота с золотой цепью на шее. Он сразу полез по коре дуба и вмиг добрался до серого толстого кота. Но нападать на него не стал — уселся в метре от него и между ними развязался оживленный разговор — на кошачьем языке. Мне только слышался «Мрр-мрр» и «Мррр-мурр», которыми обменивалась эта парочка.

Они беседовали долго. А я зажег сигарету и слушал. Но ничего не понял — я не владел языком, на котором они общались. И мне, в конце концов, надоело их слушать. Мне хотелось осмотреть лес, где царило лето и которого я совершенно не знал. И мне было интересно — куда же я, в конце концов, попал — в десяти минутах ходьбы от своего дома.

Поэтому я выкинул сигарету и позвал Кузю «Кис-кис» — предлагая ему спуститься и пойти дальше. Кузя спрыгнул с дуба, произнес свое «Мяу» и присоединился ко мне. Я поинтересовался, о чем они беседовали, и удалось ли ему отобрать у этого толстого кота его золотую цепь. Кузя неопределенно произнес свое «Мррр» и побежал по тропинке вперед. Я пошел за ним и понял, что договориться насчет золотой цепи Кузе не удалось. Тогда о чем они беседовали?

Я не стал ломать голову над этими удивительными вещами — о внезапно изменившейся погоде, грибниках и могучих дубах, по ветвям которых ходят коты с золотыми цепями, которые сбрасывают на меня желуди. Об этом я буду думать дома, — после прогулки, если она закончиться. Но мне и так было ясно, что я где-то свернул со своей знакомой тропинки и очутился в сказочной стране. Мне было жалко, что я не взял с собою обед — я, однако, уже проголодался. Но я не думал, что все так получиться…

Тропинка вилась между осинами, соснами и я подумал, что по идее, если бы я шел по своему лесу, то направлялся бы к ключику — так мы назвали родник, который был запружен и образовался небольшой пруд. Около него была обширная поляна со скамейками, где я всегда отдыхал, когда ходил летом, собирая грибы и ягоды. О том, что не дойду до этого места, я даже не думал — это, по-моему, мнению, просто было невозможно. Я шел по узкой лесной тропинке и смотрел по сторонам.

Тропинка сначала шла по смешанному лесу, потом начался еле видимый наклон и березы с осинами уступили свое место осиновому лесу. Все осины были на месте, но среди них не было ни трухлявых, ни упавших осин. В моем, настоящем и реальном мире, этот осиновый лес был готов к вымиранию — большинство осин были такими огромными и старыми, что от своего возраста падали или засыхали на корню. Поэтому весь осиновый лес представлял собой грустное зрелище — кладбище умирающих осин. Одни из них уже упали, а другие приготовились это сделать. По узенькой тропинке было уже невозможно пройти — она была перегорожена стволами упавших деревьев, а посредине образовались целые поляны, на которых то тут, то там лежали огромные стволы деревьев. Но здесь, в этом сказочном мире, осиновый лес был на месте и ни одна осина даже не думала упасть.

Осиновый лес вдруг перешел в сосновый бор, — так и должно быть в реальном мире, в котором я вырос. Только я помнил, что сосны были ниже и меньше в диаметре: — их посадили наши деды и прадеды, когда работали недалеко на железной дороге. Мы в этих сосновых посадках искали маслята и притаскивали родителям целые корзинки грибов. Мамы и бабушки жарили их вместе с картошкой и получалось очень вкусное кушанье. А за этим сосновым бором должна быть поляна с ручьем и прудом.

Впереди меня бежал Кузя, а я неторопливо шел следом — внимательно глядел по сторонам и сравнивал их с реальными местами, которые я помнил по своему детству. Впереди тропинка должна была выходить на лесную дорогу и до пруда оставалось бы пять минут ходьбы.

Задумавшись сравнением своего реального мира с этим, сказочным, я вынырнул из своих воспоминаний — спереди раздалось оглушительное «Мяу». Этот голос моего Кузи повторился и я понял, что он, наконец, в результате своих поисков нашел себе дичь и открыл на нее охоту. Мне сразу стало интересно — на кого мог напасть Кузя — в этом глухом лесу. Дело в том, что обычные лесные мыши были для него очень мелкими — так, на один кузиный зуб. Чтобы съесть что-то подходящее, ему надо было что-то большое. Может он поймал волка или лису?

Я поспешил и вышел из осинового леса. Передо мной, на крохотной поляне, перед будущим сосновым бором лежало НЛО — в виде огромной, метров двадцать в диаметре, тарелки. Она занимала всю поляну и я сначала не понял, как оно сюда попало. У летающей тарелки был только один вход — сверху, и пилот ее был очень умелый, так как при посадке не задел ни одно дерево. Теперь вокруг этого НЛО суетился Кузя — он был очень рассержен, злой, и с азартом прыгал вокруг тарелки.

Лишь одно обстоятельство должно было вывести Кузю из всегда его спокойного состояния. Я предположил, что он увидел дичь и открыл на нее охоту, но дичь спряталась от Кузи в этой летающей тарелке, и теперь он рвал и метал от недовольства. Что из себя представляли эти инопланетяне, я мог лишь только предполагать — может, огромные мыши, а может роботы или крысы. Их мордочки наблюдали за движениями Кузи из иллюминаторов, строили ему рожи и махали ему своими длинными, голыми хвостами. Этим и был разъярён Кузя — мало того, что он упустил дичь: — она теперь ухмылялась над ним в иллюминаторы. Кот, наверное, не раз обежал этот НЛО, но не нашел ни люка, ни никакой дверцы, в которую он бы залез и навел бы в летающей тарелке порядок.

Я посочувствовал своему коту и стал думать, чем ему помочь. С другой стороны, я впервые увидел НЛО в моем лесу. До этого я несколько раз видел похожий на этот внеземной космический корабль в небе и на картинках фантастов. Корабль-то я видел, но обитателей их мне не удавалось увидеть. В том, что это были зеленые человечки, я глубоко сомневался. В том, что обитатели звездных миров выглядели по иному, мне было ясно. Но как они выглядели, мне было непонятно — у меня не хватало фантазии, чтобы их представить. Мне представился замечательный случай это узнать. Но они заперлись в своем звездолете и не собирались его покинуть — даже, чтобы показаться мне и Кузе.

А у меня, на грех, с собою не было ни кувалды, ни лопаты, — ничего. У меня был только охотничий нож на поясе — без него я в лес никогда не ходил. Пододвинув его локтем, я задумался. Кузя словно прочитал мои мысли — подбежал ко мне и стал ругаться над инопланетянами, которые строили ему рожи из иллюминаторов. Он был взъерошен и злой: ему не терпелось поймать хотя бы одного инопланетянина. Он бы его съел и успокоился.

Посмотрев на Кузю, я спросил его — а не станет ему плохо от такого обеда? Может, в этом НЛО существа, которых не следует есть — может, это роботы или амебы? Кузя фыркнул на моё замечание и пренебрежительно сказал «Мяу…» Я понял его замечание так — он попробует одного, а потом успокоиться. Но если он останется доволен, то он готов сожрать весь экипаж звездолета.

Я стал думать и размышлять — как мне помочь коту и самому увидеть этих инопланетян. Достал свой нож и стал ходить вокруг тарелки. Мне надо было увидеть люк, в который они скрылись, а потом я подумаю, как его открыть — без топора, кувалды и плазменного бластера, — только с помощью своего охотничьего ножа.

Прошел вокруг раз, но ничего не нашел. Когда пошел во второй раз, ко мне присоединился Кузя. Если в первый раз в иллюминаторах никто на меня не смотрел, то на Кузю уставилась вся команда звездолета. Я чуть не упал на месте и сразу понял, почему так разозлился Кузя, когда ему не удалось поймать инопланетянина. Экипаж НЛО состоял из огромных крыс — судя по размерам их голов, они были не меньше метра ростом. Теперь они торчали в каждом иллюминаторе, шевелили своими омерзительными усами и смотрели на нас с Кузей своими красными глазами. Посмотрев на их ухмыляющиеся рожи и длинные хвосты, я тоже вышел из себя, — мне тоже захотелось задушить всю команду этого внеземного звездолета голыми руками.

Вне себя от злости, я пошел в третий раз вокруг НЛО. Только сейчас я заметил под одним деревом наждак и странные на вид инструменты. Мне стало понятно, почему этот корабль приземлился на этой полянке — что-то случилось с этой тарелкой, и его экипажу надо было исправить повреждение. А Кузя явился для них неожиданно и они, бросив свой инструмент, попрятались от злого и недовольного кота.

Нагнувшись над этими инструментами, я сразу же придумал план — как ими воспользоваться, чтобы сделать люк в их корабле. Подняв наждак, я стал смотреть на него. Кузя тоже подкрался ко мне сбоку и захотел узнать — что меня остановило. А я, сжимая в своих руках наждачный круг, продолжил обход НЛО. В одном месте я нашел люк — он выделялся на корпусе едва заметной линией. Достав свой нож, я попытался расширить едва заметную щель, но у меня ничего не вышло. Своим ножом я только лишь слегка поцарапал эту, едва видимую, щель. А нож мой сразу же затупился, — к моей досаде.

Кузя тотчас подбежал ко мне и стал рассматривать нож и наждачный круг. По-моему, он понял, что моего ножа не хватит, чтобы открыть люк. Кузя просунул свою голову под мой локоть и стал знакомиться с наждачным кругом. Потом просунул свою лапу и попробовал на нем свои острые когти. Видимо, он понял, что своими неумелыми действиями я затупил лезвие ножа и, встав на задние лапы, попытался отнять у меня наждак. Моя рука не выдержала натиск лап с острыми когтями и я уронил наждачный круг на землю.

Кот сразу же принялся за дело — оттеснил меня от инструмента — чтобы я не мешал и принялся точить свои когти: — сначала на левой лапе, а потом на правой. Мне было интересно наблюдать за его работой. После того, как он наточил когти на передних лапах, он принялся точить когти на задних. Я решил проверить его работу — протянул ему свою руку. Кузя осторожно пожал ее и немного сжал. Необычайно острые когти сразу впились в мою ладонь и я почувствовал, как у меня полилась кровь. А он ничего не делал — просто вложил свою лапу в мою ладонь, и все.

Но я все равно наточил свой нож — на всякий случай, а потом подошел к люку. Снова провел лезвием по обшивке звездолета и понял, что даже с острым лезвием я могу только поцарапать металл. Отступив на метра два, я стал наблюдать, как Кузя старался открыть люк. Но у него тоже ничего не вышло. Он так разозлился, что стал царапать стекла у близлежащего к нему иллюминатора. В нем как раз появилась хитрая и довольная морда крысы. Но когда на стекле появилась глубокая царапина от кузиных когтей, то крыса отпрянула, и довольство на ее морде сменилось ужасом.

Кузя не собирался отступать от своей цели — добраться до своей добычи, которая укрылась в НЛО. Он рьяно взялся за дело — царапал своими острыми когтями иллюминатор и крысы поняли, что он был в состоянии так повредить иллюминатор, что он просто выпадет.

Я подошел поближе и увидел, что крысы устроили в корабле военный совет — они поняли, что еще пройдет несколько минут и когтистая лапа проникнет в их космический корабль и тогда кот наверняка поймает кого-нибудь из команды.

Они не дали проникнуть кузиной лапе закончить свое дело. Я услышал шум от двигателя НЛО и мгновенно отскочил назад. Кузя, прервал свое царапанье, тоже сумел убежать на несколько метров. Поэтому мы не пострадали, когда тарелка со звяканьем и потрескиванием, накренясь взлетела и как-то боком, взмыла вверх.

Нам с Кузей было жалко, что мы дали инопланетянам улететь. Но что мы должны были поделать? Тарелка, кренясь на один бок, медленно скрылась от нашего внимания и стук со звяканьем утих. Я все равно поздравил Кузю — с тем, что мы так напугали крыс, что они взлетели на своем неисправном звездолете и, надо было надеяться, что они где-нибудь потерпят аварию. Тогда местные лесные звери расправятся с экипажем звездолёта. Кузя от злости подскочил к ближайшей сосне и одним взмахом своих лап ошкурил ствол у сосны.

Мы злые, как собаки, подобрали инструмент, которые оставили инопланетяне и медленно двинулись дальше.

Местность сначала пошла под уклон и я обрадовался — по-моему мнению, впереди должна быть поляна. Но уклон вдруг сменился неожиданным подъемом и я залез на небольшую горку. На вершине ее лежал большой ствол не то осины, не то сосны — как на Осиновой горе, через которую я проходил, когда описывал громадную петлю — на ее протяжении я посещал все свои грибные места. Если на одном грибном месте не оказывалось приличных, с моей точки зрения, белых или красных грибов, то я шел дальше и, в конце концов, добивался успеха — приходил домой с полной корзиной.

На этой осиновой горе я всегда устраивал перекур. Уее подножия, по моему мнению, залегали граниты, а на вершине горы, где росли в огромном количестве осины, залегали ожелезненные сланцы, местами превращенные в лимонит. Лимонитовые руды здесь раньше добывали неглубокими карьерами для небольшого металлургического завода и мы эти карьеры, как следует, освоили в детстве — зимой на них катались на лыжах, а летом на них находили грибы.

Когда я шел на Осиновую гору, то никаких карьеров не увидел и удивился — или я прошел по этому сказочному месту другой дорогой, или карьеров еще не было — может они появятся позже? А сейчас лимонит еще не добывали. Может, я очутился в прошлом, и эти месторождения еще не нашли? Тогда мне надо их открыть и получить большую премию! Так или иначе, в этом волшебном мире было так все перепутано во времени и пространстве, что я оказывался то в одном, то в другом месте

Я сидел на бревне на Осиновой горе и размышлял — пройти поляну с ручьем и прудом я никак не мог. Значит, она находилась за этой горой — мне оставалось только спуститься с ней, и тогда я попаду на место, куда стремился. Я еще раз покрутил головой. Место, на которой находилось огромное бревно, на котором я сидел, было окружено огромными осинами, но среди них росли ели и сосны.

С одной большой сосны вдруг раздались звуки баяна. Баянист играл хроматическую гамму, которая мне надоела еще в детстве, — лет двадцать назад, когда мои родители отдали меня в кружок баянистов. Проучился я на баяниста целых три года и два дня в неделю я на занятиях играл преподавателю эту гамму. Мне никто не говорил, зачем ее сочинили, — это я понял уже взрослым. Так мои пальцы разогревались перед проигрыванием пьес, народных песен или ораторий. Так что с одной высокой сосны и раздавалась эта гамма — кто-то сидел на сосне и готовился к концерту — разогревал свои пальцы.

Звуки баяна я всегда любил и теперь ждал, что последует за гаммой. Проиграв эту гамму несколько раз, невидимый баянист передохнул несколько секунд, а потом грянул «Прощание славянки». Затем последовал «Варяг» и вариации на тему русских народных песен. Во время исполнения марша «Прощания славянки» я поднялся, подошел к сосне и стал ходить вокруг него торжественным маршем, держа голову вверх: — мне очень хотелось увидеть невидимого баяниста.

Я то подходил к самому стволу, то отходил от него на несколько метров, но густые сосновые ветви не давали мне возможность увидеть музыканта. Тогда я стал хлопать в ладоши — рассчитывал, что на мои аплодисменты баянист покажется и я его увижу. Мои аплодисменты отбили у меня ладони, и я стал кричать — «Бис, браво…» А Кузя стал кричать оглушительное «Мяу». Но баянисту это было по барабану — он не обращал внимание на слушателей, — на меня и на Кузю.

Мне, в конце концов, все это надоело. Я попросил Кузю слазить наверх и заставить баяниста спуститься к слушателям. Кузя выслушал меня, но лезть на сосну отказался — произнес свое равнодушное «Мяу». Он не был меломаном и ему было все равно, — плевать ему было на звуки баяна, рок-группы, рояля или органа. Рояль или орган никто бы на эту могучую сосну не затащил, тем более гитары и ударную установку рок-группы. К тому же для электрогитар надо было электричество, а кто бы его тут, в лесу провел бы?

На Кузю у меня не осталось надежды и я, подобрав толстый сук, начал стучать им по стволу. Баян не умолкал, а я отбил все свои руки о массивный сук. Но когда баянист стал играть «Сулико», я не выдержал — эта грузинская народная песня мне проела всю плешь в кружке, и я забарабанил изо всех своих сил по сосне. Музыка прекратилась. Видимо, концерт был закончен. Я достал сигарету и стал ждать баяниста вместе с баяном — когда он спуститься на грешную землю и примет мои поздравления и аплодисменты.

Но вместо баяниста я углядел огромного черного ворона с баяном под мышкой — он спустился на самый нижний сук сосны, посмотрел на меня искоса, потом замахал огромными своими крыльями. Затем свалился с сосновой ветви, но у самой земли сумел выровняться и, тяжело махая крыльями, полетел между деревьями и скоро скрылся из глаз.

Я опустился на бревно и сказал Кузе — ну, ничего себе, соловей разбойник! Кузя в ответ утвердительно сказал «Мяу!!» и прогнулся, как черная балерина. Все, концерт был окончен, сигарета жгла мои пальцы и я решил идти дальше.

Спустившись с этой невысокой горки, я вышел на лесную дорогу и через пару минут увидел поляну — цель моего путешествия.

Ручей и пруд находились на своем месте — на обширной поляне. Кроме скамеек на этой полянке находилась избушка. Вглядевшись в нее, я понял, что она не имеет фундамента — она стояла на двух куриных ногах. Кузя сразу недовольно сказал свое «Мяу!!» и пару раз обошел избушку.

Я не стал ходить вокруг нее кругами, а сразу приказал ей, чтобы она повернулась к нам передом, а к лесу задом. Кузя сел рядом со мной и смотрел, как неторопливо двигаются куриные ноги. У меня появилось тревога, что он смотрит на эти ноги, как на свое любимое лакомство — он любил поглодать вареные куриные ножки из куриного супа и сгрызал у них все, что было можно. А эти две куриные ноги он бы разодрал своими острыми, наточенными когтями и моментально бы съел.

Пришлось мне сказать Кузе, чтобы он не мечтал об этих больших куриных ногах, — вот когда мы выберемся из этого заколдованного леса, то я куплю ему десяток куриных ног и он будет доволен. А на эти большие куриные ноги пусть он не облизывается. «Вот, не дай бог, прилетит хозяйка этой избушки на своей метле и, увидев обглоданные куриные ноги у своей избушки, задаст нам жару. Так что сиди, Кузя тихо и никого здесь не обижай».

Через несколько минут дверь у избушки медленно отворилась и показалась сгорбленная старуха с клюкой. Ее поясница была окутана шалью. Я сразу понял — у нее болела поясница. Я ожидал появление Бабы-Яги костяной ноги, но вместо нее сразу узнал старуху, которой я относил ведерко с грушами. Я ахнул от неожиданности и приготовился к встрече со знакомой мне бабушкой. Но ее опередил громадный черный кот — он пулей вылетел из избушки и подбежал к Кузе.

Кузя был готов к большой драке — выгнулся дугой, поднял хвост и вздыбил свою шерсть. Со стороны это было очень устрашающее зрелище, — потому что, когда он выгнул свою спину, стал еще выше: — наверное, метра полтора высотой. А с таким огромным котом никто бы не стал спорить.

Не стал спорить и большой черный кот, который выскочил из избушки. Он сразу завопил «Мяу!!!» и полез к Кузе целоваться. Кузя расслабился и тоже закричал «Мяу!!!». Я с недоумением смотрел на двух похожих черных котов и не знал, который из них мой Кузя. Затем, когда они вместе подбежали ко мне и начали свое приветственное «Мрр-мрр», я начал догадываться, почему они так себя стали вести.

Старуха подтвердила мое предположение — прошамкала, что эти два кота братья — колдуны. Один подарок от бога Велеса, а другой от него сбежал. Мой Кузя сбежал ко мне в огород, а другой — подарок. Она его накормила и он остался у нее жить.

Я отошел от своего недоумения и спросил: — «Как это понимать?» — «Я ее же видел в своей деревне на днях — буквально вчера днем, когда приходил к ней с грушами и яблоками!» Бабушка постучала своей клюкой по земле и сказала, что все верно, и она мне благодарна за груши. Она действительно живет в моей деревне, но иногда, вечерами, превращается в Бабу-Ягу, берет свою метлу, садиться в ступу и улетает на эту лесную поляну, где у ней находиться дача — избушка на куриных ножках. Я немного удивился — особенно, когда она стала называть меня Иваном-царевичем.

Баба-Яга тоже сначала удивилась — «Как это не Иван-царевич?» Потом махнула мне рукой и предложила мне посмотреть на свое отражение в пруду. Я прошел за ней к мостику, где она, по ее словам, стирала белье. Очистила своей клюкой кусочек чистой воды: — сгребла от мостика кувшинки с лилиями и предложила мне посмотреть на мое отражение. Я подождал, когда старуха уйдет с мостика и заглянул в воду.

В воду заглядывал молодой русый парень в косоворотке, с короной на голове, а на его поясе висел меч. Я был изумлен. Помахал ему рукой. И мое отражение в воде сделало то же самое — помахало мне в ответ. Я позвал Кузю, а когда он прибежал, то заставил его посмотреть на свое отражение в воде. Вместо огромного черного кота рядом со мной находился маленький черный котенок с белыми носками на лапах и белой полоской меха на шее…

Баба-Яга крикнула нам, что мы закончили смотреть на себя в воду, а шли в избушку — она должна нас накормить, напоить, спать уложить и расспросить, что мы видели в пути и куда направляемся. Кузя восторженно завопил «Мяу!!!» — когда услышал про обед, а я внес ответное предложение — напоить, накормить, но спать мы с Кузей отправимся домой.

И мы дружной компанией отправились в избушку. У входа нас встретил кузин брат — черный кот. Сейчас он ходил на задних лапах, был одет, как официант или повар: — в белом переднике, в белом поварском колпаке и в белых перчатках на передних лапах. Баба-Яга не обратила на его наряд никакого внимания, а потом зашла в избушку.

В избушке нас ждал покрытый белой скатертью стол, а на нем находились столовые приборы, вилки, ложки и ножи, фарфоровые миски и кружки. Посредине стола стояла огромная фарфоровая супница с поварёшкой. Из нее так приятно пахло, что у нас с Кузей потекли слюнки.

Баба Яга уселась первой, а мы с Кузей даже не стали ждать приглашения. Черный кот в поварском переднике дал нам посмотреть меню, но в руки почему-то не дал. В меню была уха из налимов и украинский борщ. Выбор вторых блюд был больше — картошка с солеными огурцами, сибирские пельмени, домашние котлеты, отварная щука, раки и много еще вкусных блюд. Я их не успел прочитать, а также не успел ознакомиться с десертом и напитками. Баба-Яга сказала мне, что хватит читать — надо приступать к обеду.

И мы всей дружной компанией приступили. Только у меня освобождалась тарелка, я протягивал ее официанту и он наполнял ее новым блюдом. Я ел и смотрел по сторонам — кроме русской печки в избушке стояли две огромные кровати, кухонный гарнитур и множество кухонных принадлежностей: — газовая плита, машина для мытья посуды, микроволновка, а под потолком висели многочисленные связки лекарственных трав. На одной из стен находились часы с кукушкой и она иногда выскакивала, — чтобы объявить свое «Ку-ку».

Но рассмотреть все убранство мне мешал Кузя — он не только ел из своей, но еще из моей миски. Иногда, когда я смотрел по сторонам, вылавливал из моей миски самое вкусное. Поэтому мне не удалось отведать большую домашнюю котлету и отварную щуку. Он потянулся своей лапой за пельменями в мою миску, но я ее заметил и сразу пресек его намерение — сразу слопал свою порцию.

После первого и второго блюдами кот в белом переднике водрузил на стол огромный пирог. Я сразу заметил, что он был непростой:- часть его была с рыбой, часть с вареньем разных сортов, а часть была с ванильным мороженым. Кот-официант сразу разрезал его на множество больших долек и поставил перед нами кружки с чаем. Чай был, по-моему, был с какими-то травами и без сахара. Вместо сахара официант поставил на стол множество баночек с разным вареньем. Его можно было есть ложкой и запивать чаем.

Наконец я наелся так, что понял, что если еще что-то съем, то не смогу выйти из-за стола. Посмотрел на Кузю, который промолвил «Мрр-мрр» — так он одобрил этот невероятно вкусный обед. Мы с ним наелись и больше были не в силах что-то съесть. Я встал из-за стола и выразил свое восхищение поварскому мастерству кота — повара-официанта.

Баба-Яга предложила нам выйти из-за стола, — посидеть на лавочке около избушки за приятной, послеобеденной беседой. Мы встали, вышли на улицу и расположились на лавке и начали рассказывать и слушать. После такого плотного обеда мы с Кузей не смогли найти у себя силы добраться на своих ногах домой и сразу сказали об этом Бабе-Яге. Она вошла в наше положение и предложила нам с Кузей воспользоваться ее ковром-самолетом. Мы, естественно, согласились. Но тут до нас донеслись шум и гам.

Баба Яга тут же нам сказала, что это едут на пикник молодые бесы, Чудо Юдо и Змей Горыныч. Они ей надоели своими пьяными выходками, которые устраивали по вечерам и она устала прибирать за ними мусор, банки из-под пива, водочные и винные бутылки.

На поляну въехало несколько иномарок. В первой сидел Змей Горыныч с девушками легкого поведения, за ним ехали молодые бесы с магнитофоном, который орал так, что удирали зайцы, а певчие птицы вмиг улетели в поисках тихого места. В третьей машине сидело Чудо Юдо с девушками. По всему лесу раздавались звуки рока, поп музыки и народных частушек. Тишина была нарушена, и я с трудом сдерживал себя от рукоприкладства. Кузя тоже был недоволен громкими звуками и незаметно от меня и Бабы Яги точил свои и без того острые когти.

Эта шумная компания подъехала к скамейкам в углу поляны и стала выгружать свои боеприпасы — бутылки, банки с пивом, живых гусей и кур, и прочую еду. Я больше был не в силах терпеть эту какофонию и спросил у Бабы Яги — можно я подойду к этой шумной компании и сделаю им замечание? Баба Яга была не против…

После этого разрешения я поднялся с лавки и побрел к этим нарушителям тишины. За мной бежал кот Кузя — он тоже решил подраться.

Подойдя к магнитофону, который исторгал такие децибелы, что у меня тут же разболелась голова, я одним взмахом меча разрубил его на части. Но он и не думал умолкать — продолжал петь русские народные частушки. Тогда я разъярился и порубил магнитофон на множество частей, как капусту. Музыка сразу смолкла и на ее отсутствие обратили все гости.

Бесы окружили нас с Кузей, Чудо Юдо взлетело на крышу беседки, а Змей Горыныч поднялся в воздух и оттуда стал пикировать, дыша желто-голубым перегаром — как газовая плита. Девки похватали что могли — бутылки, консервные ножи, миски и чашки. Атака началась немедленно — вся компания не смогла вынести отсутствия музыки и казнь магнитофона.

Мы с Кузей встали спина к спине и ринулись в бой. Первым делом я со своим мечом обрушился на мелких бесов. Когда я и Кузя лишили их хвостов, я прочитал молитву, сказал аминь, и они все пропали. Пока Змей Горыныч пикировал на нас с Кузей, я поднял меч и разрубил крышу у беседки. При этом досталось Чудо Юде — оно тоже было разрублено напополам и свалилось в костер. Кузя сразу напал на его останки и разодрал Чудо Юдо на мелкие части своими острыми когтями. Потом настала очередь Змея Горыныча. Он, собака, так дышал своим перегаром, что я вынужден был отодрать капот его мерседеса и, прикрывшись им, как щитом, подкрался к нему незаметно и сумел отрубить у него одну голову из трех.

Оставшиеся две головы так задышали в мою сторону, что мой щит раскалился добела. Помог мне в этом неравном бою Кузя — он напал на Змея Горыныча сзади и стал раздирать его хвост. От невыносимой боли Змей Горыныч повернулся, и я вмиг лишил его второй головы. Только этот Змей почувствовал, что у него осталась всего одна голова и он повернулся ко мне и чуть не сжег меня своим перегаром. Но Кузя не дал ему этого сделать — своими наточенными когтями он разодрал хвост этой огнедышащей рептилии на части. От неслыханной боли Змей Горыныч упал. Я воспользовался этим и отрубил его последнюю голову.

Девушки лёгкого поведения стали кидать в нас с Кузей всякие летающие тарелки, блюдца, бутылки с водкой и вином, но я, как бывший чемпион по американскому футболу, еще в полете разрубал своим мечом бутылки и банки с пивом. А когда девушки увидели стремительно летящего к ним огромного черного кота с вытянутыми лапами и длинными острыми когтями, они со страху бросились Наутек. Этот страшный Наутек ждал их у самой опушки леса и только открывал свою огромную пасть с острыми, как у пираньи зубами. Генеральное сражение на этом закончилось — обезглавленный и бесхвостый дракон валялся у беседки, Чудо Юдо было разрублено на множество кусочков, бесхвостые бесы убрались в ад, а девушки были съедены кровожадным Наутеком.

Я вытер свой широкий меч о траву, поправил на голове корону, и мы с Кузей направились к избушке — за благодарностью и поздравлениями. Баба-Яга была так рада за то, что мы избавили ее от непрошенных гостей, что преподнесла нам с Кузей по подарку. Кузе досталась вечная молодость, а мне — вечное трудолюбие и способность выдерживать любые невзгоды. Тогда я отнесся к этому подарку спокойно, если можно так выразиться, без особенного энтузиазма…

Теперь, когда мы с честью выполнили просьбу Бабы Яги, нам можно было собираться домой. Краем уха я уловил звук электрички и понял, что совсем рядом находиться железная дорога. Спросил об этом у Бабы Яги и она подтвердила, что это электропоезд. Только без ее помощи нам с Кузей не добраться д остановки. «Как это?» — переспросил я — «Неужели она здесь не останавливается»? Баба Яга сказала, что электричка едет по параллельному реальному миру и нам понадобиться ее помощь — пролететь вместе с ней по тоннелю, который соединяет сказочный и реальный мир.

Она сходила в избушку, вынесла очень старый ковер и скомандовала — «Садись!» Мы уселись, попрощались с ее черным котом, который уже перемыл всю посуду и теперь стоял у избушки. Он так нам махал, что Кузя еле выдержал расставание — часто вытирал слезы своей мохнатой лапой.

Ковер бесшумно поднялся и тихо полетел вдоль лесной тропинки. Около большого гранитного валуна он замедлил полет, и дальше произошло невероятное — лес закружился и мы очутились по ту сторону валуна. Ковер лег на траву, а Баба Яга своей клюкой указала на бетонное здание. Сказала, что это и есть остановка электропоезда. Потом посмотрела на свои наручные часы и добавила — через десять минут подойдет электричка. Мы сказали ей до свидания и бегом направились к остановке. Электричка пришла вовремя — нам даже не пришлось ее ждать.

Я хорошо знал эту остановку — когда летом собирал грибы, то доходил до нее. До нашей деревни было всего четыре километра пешком. Но зачем идти, когда можно доехать?

***

Я вышел из электрички и поднялся в гору. Прошло всего три дня, как я покинул свой отчий дом. Перед этим я проиграл дело в областном суде и потерял свою квартиру. Сразу после объявления вердикта я купил пачку Беломора, прошел мимо дома на карьер, где когда-то добывали железную руду. В одном из них я разжег костер, уселся перед ним и закурил папиросу. Костер я не разжигал лет восемь, — когда ушел из геологии: просто не мог смотреть на пламя костра. А курить я бросил лет десять назад…

И вот я сижу у костра с папиросой и думаю — здоровья нет, работы нет, квартиры тоже нет, с женой я развелся и впереди простое существование бомжом. А зачем это мне? Мне все надоело и, перед тем, как меня не станет, надо посмотреть белый свет.

Я погасил костер, дошел до дома, одел старую китайскую куртку с множеством карманов, сунул паспорт в один карман, мелочь в другой, в третий зажигалку с папиросами и вышел из дома.

За мной вышел отец — он увидел, как я одеваюсь, но не успел спросить, куда я направляюсь. Теперь он без слов понял, что я уезжаю — возможно, навсегда, и не стал даже спрашивать. Просто протянул мне свою большую шершавую ладонь. Я ее пожал, повернулся и ушел. Прошло тридцать лет, а я до сих пор вижу одинокую его фигуру перед домом. Начал падать снег, а он все стоял — до самого поворота, на котором я свернул в никуда.

Я сел в первую попавшую электричку и ехал полночи. Потом пересел в другую, и на ней проехал до города, который находился в тысяче километров от дома. Ехал всю ночь, уснул под утро, а проснулся от шума — в электричку набилось много рабочих — они ехали на работу. Я смотрел на широкую реку, которую переезжала электричка и думал. Ну что из того, что у меня нет ни здоровья, ни работы, ни денег, ни квартиры и жены? Впереди еще много времени и мне надо работать, чего мне этого не стоило. Хватит себя жалеть… Пожалел и хватит. Надо работать…

Доехав до вокзала, я выгреб всю мелочь из кармана, купил горячего чая и долго его пил на перроне. Шел слабый снег, стоял мороз, а я пил чай и курил. Когда чай и папироса закончились, я сел в электричку и поехал обратно. Вечером я доехал до дома. Зашел и увидел полицию. Прошел мимо, и в своей комнате сел на кровать — переодеваться. Ко мне зашел капитан — спросил, где я был. Я ничего ему не стал отвечать. Он сказал, что родители меня объявили в розыск, а в связи с тем, я что нашелся, то розыск будет прекращен.

Я переоделся, вышел на кухню, поздоровался с родителями. Я и они сделали вид, что ничего не произошло. Только кот Кузя обрадовался — он не отходил от меня ни на шаг. Мама потом сказала, что он так огорчился моим отсутствием, что не ел и не пил — искал меня повсюду. Это был самый мой лучший друг — единственный…

Сейчас я часто вспоминаю отца под снегопадом и у меня сжимается комок в горле.

Я не сдался — поправил свое здоровье, выстроил себе просторную новую квартиру, нашел работу и снова бросил курить. Кузя прожил всего одну зиму, а потом, когда я уехал в экспедицию, пропал. Он был маленький умный черный котенок с белыми носками на лапах и белым воротником на шее. Я думаю, что он останется таким навсегда: — ведь Баба Яга наградила его вечной молодостью. Еще я думаю, что он нашел вход в параллельное пространство, где жил его брат-колдун, черный кот, слуга Бабы Яги и ушел туда жить навсегда.

Когда наступает очередное лето и на все растения в огороде набрасываются вредители, я вызываю воробья. Он призывает на подмогу всех воробьев с округи, и эта шумная орава чистит мой огород от червяков, моли, тли и муравьев. Хорошо иметь такого друга воробья… Может, когда придут мыши или крысы, то и Кузя ко мне придет в гости? Я надеюсь…

Изобретатель Кузя

Вечером в гостиной было тихо и спокойно. За окном никого не было, лишь слабый дождь помогал растаять снегу, который выпал накануне. Я сидел в кресле с толстым справочником физики и старался постичь законы, которые вывели старые ученые-физики, по которым развивалась жизнь материальных тел на нашей планете. В мою голову все время лезли странные мысли — что, если подавляющее большинство физиков ошибалось или их законы распространялись только на нашу землю. В таком случае мне надо было отыскать ошибку в их законах или найти хотя бы опечатку в этом толстом справочнике.

Если бы мне это удалось, то передо мной открывались просторы для постройки невероятных и полезных предметов: механизмов и бытовых приборов, — таких как машина времени, портал в параллельные вселенные, вечный двигатель. Я в тот час мигом изобрету совершенно незнакомые до этого времени предметы и механизмы, которые тут же использую в нашем с Кузей домашнем хозяйстве и сэкономлю наше драгоценное время для сна.

К этому меня толкали многочисленные платежки, которые приходили в конце каждого месяца. Жизнь с каждым днем становилась все дороже и дороже, а моя пенсия оставалась все такой же, как и двадцать лет назад. С этим надо было что-то поделать, а то мне скоро не хватит денег на простые радости и скромную еду. Я уже привык к простой вегетарианской еде, которую выращивал каждое лето на своем огороде, но приучить моего кота к растительной пище я до сих пор не мог. Ему надо было вместо кабачковой икры и моркови с картошкой есть рыбу, колбасу и молоко.

Кузя был необыкновенный кот — здоровенный и упитанный, к тому же он был очень умный и предприимчивый. Когда ему не хватало мяса в его рационе, он уходил на охоту или рыбную ловлю и возвращался с нее очень довольный и круглый, как барабан. Что он там ловил, в водоеме или лесу, он мне не рассказывал, но он после своих походов не просил у меня ни рыбу, ни колбасу. После похода в лес или на речку он спал в своем кресле целыми днями или играл со мной вечерами — оттачивал свою реакцию и быстроту движений своих лап. Словом, это был домашний хищник, которого боялись все соседские собаки.

Сейчас он спал в своем кресле, подняв все свои лапы вверх. Он иногда переворачивался то на левый, то на правый бок, вертел своим длинным пушистым хвостом и мурлыкал во сне. Наверное, смотрел свои кошачьи сны. Во время одного своего переворота в кресле он не удержался и свалился на пол — кресло для него было маловато, а покидать гостиную, где сидел я с книгой в руках, ему было лень. Упав на пол, он даже не потрудился встать, а продолжал спать — уже на шикарном персидском ковре. Здесь было просторно, и Кузя растянулся во весь свой исполинский рост — он был полтора метра в длину. Половину его роста составлял пушистый хвост, которым он иногда выказывал свое недовольство или радость.

Я смотрел на его неподвижное мохнатое тело и начинал злиться — ну, так можно всю жизнь проспать. По моему мнению, следовало, не отдыхать, а работать. Но работать моему коту пока было негде — в комнатах было чисто, а весь холодильник был занят супом, кашей и овощами. Кроме того, Кузя выловил всех мышей на всей улице и перепугал всех сорок: — после того, как поймал одну в огороде. Но спать в разгар дня, у меня на виду, ему было нельзя, и он всегда забывал эту заповедь. Я окинул глазами гостиную и нашел в одном углу теннисный мячик. Незаметно его поднял и кинул в противоположный угол. Шарик с грохотом покатился и Кузя моментально проснулся. Он даже не стал разбираться, что там движется под столом, а просто прыгнул и поймал мячик.

Мне стало любопытно — еще долю секунды назад он спал мертвым сном, а сейчас он превратился в охотника, который поймал дичь. Ну, надо же, какая у него реакция, изумился я и позавидовал — я бы так не смог.

Кузя тронул лапой шарик и в следующую секунду открыл на него охоту. Моментально его поймал и начал играть в футбол, хоккей, а затем освоил и баскетбол. Словом, гостиная превратилась в поле для игры, по которому в разных направлениях проносились то Кузя, то мячик. Читать справочник физики мне стало некогда — я смотрел за игрой. Но мои беспокойные мозги в это же время напомнили мне про физику, и когда глаза смотрели на хаотичные движения Кузи и мячика, то я вспомнил, что это броуновское движение. Его надо было упорядочить и извлечь из него практическую пользу — допустим, сделать на его основе полезное изобретение.

В один момент, когда шарик пролетал мимо, я изловчился и поймал его. Кузя опоздал с его поимкой и теперь смотрел на меня с досадой. Я сразу стал укорять его, что он безо всякой пользы гоняет шарик и напомнил ему, что он не думает о практической пользе своей игры. Надо, чтобы он подумал о движении шарика, — чтобы извлечь из этого какую-либо практическую пользу. Затем, смотря на шарик, у меня возникла идея: — я насадил шарик на тонкую спицу из вязального набора и воткнул ее в щель в полу. Качнул ее раз и шарик стал качаться, словно маятник.

Кузя сразу заинтересовался этим моим изобретением: — уселся перед этим маятником. Когда шарик стал качаться слишком медленно, он тронул его лапой и шарик стал качаться с большой амплитудой. Я посмотрел на задумчивого кота минуты две, а потом положил книгу на полку и пошел покурить. Когда я вернулся, маятник качался непрерывно, а кот сидел на кресле и непрерывно следил за шариком. Я обратил внимание, что рядом с ним лежали несколько разобранных будильников и какие-то провода, но не стал упрекать Кузю, за то, что он слазил на книжную полку, где лежали эти неисправные будильники. Мне было жалко их выкидывать, — я надеялся, что когда-нибудь я их разберу на запчасти или отремонтирую.

Я снова взял в руки справочник по физике и устроился рядом с Кузей. Через полчаса я обратил свое внимание, что шарик качается и никаких движений со стороны Кузи я не заметил — от по-прежнему сидел рядом со мной и не сводил с маятника своих восторженных глаз. Тогда я заволновался — что сделал Кузя и почему маятник не останавливается? Отложил книгу в сторону, я подполз к нему и в упор уставился на это чудо. Спица была воткнута в один будильник, а к нему вели несколько проводов. Я попытался остановить шарик, но не смог — как только я убирал руку, маятник с шариком начинал качаться.

Это было удивительно и странно. Я убрал механизм с пола и поставил его на шкаф — пускай он там раскачивается. Через неделю, когда я уже забыл об этом чудесном маятнике, Кузя мне о нем напомнил: — стал показывать на шарик, который качался под потолком, — с такой же амплитудой. Я вспомнил о своем удивлении и снова снял механизм. Осмотрел его со всех сторон, но по-прежнему ничего не понял. Сначала я подумал, что кот Кузя воспользовался анкером и поэтому маятник качается, но для этого ему надо было заводить будильник каждые сутки, а он просто бы не смог этого сделать — этот механизм стоял высоко и к нему Кузе было не добраться.

И через месяц я понял, что Кузя каким-то образом изобрел вечный двигатель. Разбираться в его устройстве я не рискнул — боялся, что сломаю это Кузино изобретение. Поэтому я поступил просто — подсоединил к проводам мощный аккумулятор, а когда он зарядился, то с его помощью зажег во всем доме свет, а потом стал использовать заряженные аккумуляторы для других домашних нужд — качать воду из скважины, затем переделал холодильник и телевизор под аккумуляторы.

Впереди у меня с Кузей был непочатый фронт работы — переделать автомашину под аккумуляторы и соорудить небольшой самолет, который летал с помощью этого вечного двигателя.

Через год, в течение которого я перестал платить за электроэнергию, ко мне заявился контролер, — он желал знать, почему я не пользуюсь электричеством. Так ничего и не выяснив, он осмотрел счетчик и, очень недовольный, ушел. Я ему не стал рассказывать про вечный двигатель, который изобрел Кузя — это была наша тайна.

На первом же этаже нашего дома все по-прежнему качался толстый прут с мячиком на конце — он заряжал очередной аккумулятор…

Механический кот Кузя

В моем огороде стали ночами похаживать воры или толпы подростков, которые почти каждую ночь рвали с деревьев еще зеленые плоды с яблонь и груш. В конце концов, это мне надоело, и я одним вечером стал их караулить.

Из оружия я взял свой охотничий нож и взял с собой в напарники механического кота Кузю, которому вчера вечером я заменил все его зубы: — поставил ему клыки саблезубого тигра и зубы от рыбы пиранья. Кроме того, я отточил ему когти на лапах до такой степени, что он мог с легкостью царапать любой материал — включая инструментальную сталь и алмаз. Еще я одел очки для ночного видения и кошки, которыми пользуются электромонтеры — для лазанья по столбам и деревьям.

Настала ночь. Я ходил по межам среди грядок с укропом и клубникой с беззаботным видом, а робот-кот Кузя крался вдоль забора, не сводя с меня и яблонь своих телескопических глаз. В очках для ночного видения мне было все видно как днем, и я сразу заметил какую-то тень около груш и яблонь с зелеными грушами и яблоками: — эта тень только что слезла с яблони и теперь прятала яблоки в рюкзак. Мой помощник — робот Кузя моментально зажал это существо своими огромными клыками и урчал от удовольствия. Все было сделано нами на совесть: — вор был пойман и повязан.

Осталось только его доставить в полицию — для допроса. Я вызвал по радио полицию, погрузил в свою садовую тележку рюкзак с яблоками, потом заставил вора двигаться, а сам пошел с ним рядом. Кузя сопровождал вора с другой стороны. Мы неторопливо двигались к дому, — до тех пор, когда вдруг сверху на нас упала огромная тень — это был какой-то бесшумный звездолет, летающий робот, огромная Баба-Яга, либо другой представитель нечистой силы. Словом, по-моему, это был грифон или другое фантастическое чудовище.

Без всякого шума этот летающий монстр схватил своими огромными когтями садовую тележку, на которой был рюкзак с зелеными яблоками и начал подниматься с этой тяжелой ношей вверх. Я достал пистолет с сеткой и выстрелил в огромные когти. Эта сетка с капсулой должна была давать мне постоянный сигнал о своем местопребывании. Робот-кот Кузя бегал рядом со мной кругами, только щелкал своими внушительными челюстями — он не был в состоянии взлететь и помешать этому чудовищу смыться от наказания.

Только тогда я понял, что допустил ошибку при проектировании своего механического помощника: — мне надо было снабдить робота Кузю реактивным двигателем, — тогда бы эта большая тень не улетела с моей тележкой. Я посмотрел вокруг и не нашел рюкзак с яблоками — он, с моей тележкой, был унесен этим летающим монстром…

Мы с Кузей остались в огороде и почувствовали себя одураченными: — я винил себя в том, что упустил этого монстра с тележкой и рюкзаком, наполненными яблоками, а робот Кузя не мог себе простить, что не сумел помешать улетающему на его глазах монстру, который сумел схватить мою тележку с яблоками. Единственное, что меня успокаивало, это то, что по сигналу капсулы я мог определить направление и место, куда отправился это летающее чудище вместе с тележкой и яблоками…

Но вор, который слез с яблони, остался в моем огороде — его не сумело утащить своими когтями летающее чудовище. И когда до Кузи дошло, что хотя это ужасное чучело с когтями улетело с тележкой и яблоками, но вор, который их сумел нарвать, оставался в огороде. Он вцепился в него своими огромными клыками и не отпускал свою добычу, пока я не связал этого грабителя веревками. После этого он разжал свои огромные клыки, а я поднял вора на ноги и потащил разбираться.

Вор, похожий на Алладина из диснеевского мультфильма, стал мне рассказывать, что его наняли сверхъестественные силы, — для того, чтобы он нарвал как можно зеленых яблок — какому-то колдуну или инопланетянину: — чтобы он из них сделал снадобье или волшебное зелье.

С одной стороны, мне не было жалко своих зеленый яблок и груш — их вырастет столько много, что я замучаюсь собирать их в конце лета. А с другой стороны, мне было жалко мою садовую тележку, которую унес этот фантастический монстр вместе с яблоками. Сигнала от капсулы не поступало — она была сломана или этот монстр залетел в место, где не было спутников или оно улетело в другой мир.

Поэтому, когда мы с Кузей затащили вора в дом, сразу же принялись за интенсивный его допрос с пристрастием: — он проходил на первом этаже, где у меня были инструменты для ремонта и пыток. Кузя уселся на диван, а я стал доставать многочисленные инструменты: молотки, клещи, гвоздодер и невероятные по длине саморезы с гвоздями.

Вор лежал на полу и с ужасом смотрел на мои приготовления. После того, как все было готово к пыткам, я усадил его под яркой лампой и с молотком в руках приступил к допросу. Помахивая перед его носом гвоздодером и молотком, я спросил у него — кто он такой, откуда взялся и зачем он вздумал ограбить нас с Кузей. Он был уже психологически сломлен, и мне не понадобились слесарные инструменты, чтобы его мучить.

Его имя было Алладин. Очень давно, еще в средние века, он был завербован колдунами и восточными фантастическими тварями и с тех пор исполнял все, что они от него хотели. Главным образом, ему надо было украсть что-либо у купцов, султанов и падишахов: — драгоценности, наложниц, фрукты, ягоды и тому подобное. В этот, последний раз, к нему на восточный базар явился грифон — лев с крыльями и огромными когтями — пожелал, чтобы он смотался в Россию за зелеными яблоками и грушами. Его хозяин — могущественный колдун, хотел из них изготовить сильнодействующее волшебное зелье для одного ритуала.

Услышав от этого мальчугана про колдунов и его сильные зелья, я опустил молоток с гвоздодером, и, положив их на верстак, стал расспрашивать — что за колдун и что за зелья он изготовляет: — для чего. Алладин этого не знал, к сожалению. Тогда я его стал расспрашивать, как он сумел попасть в наш мир и как попал к нам этот монстр с телом льва и крыльями. Оказывается, что колдун произнес заклинание и сказал ему пару этих слов — на всякий случай, если с ним что-то случиться и он застрянет в нашем мире. Говорить их он мне не будет, так как немедленно исчезнет из нашего мира и окажется в своем. Там его немедленно утащат к колдуну, а он начнет его спрашивать, почему он так плохо исполнил его приказ.

Я мигом достал бумагу, карандаш и заставил его написать это заклинание. Когда он его написал, я посмотрел на него и засунул в карман. Тут же раздался звонок — это прибыла полиция. Я оставил Алладина под присмотром кота Кузи, а сам пошел на второй этаж. Полицейские осмотрели место происшествия, где у меня украли зеленые яблоки и один из них сказал, что это не кража — просто деревенской шпане захотелось попробовать зеленых яблок.

Он куснул одно из яблок и морда его так скривилась, что он с трудом ее выпрямил. Я не стал ему говорить, что вор сидит у меня в подвале, а тележку с яблоками унес грифон — он все равно бы мне не поверил. Затем полицейские, — оба с перекошенными мордами, уселись в свой автомобиль и уехали, а я снова пошел в подвал, где под непрерывным злобным взглядом кота Кузи сидел пленник из средневековья.

Поскольку я уже не держал на него зла, то решил этого парня покормить и подумать об его судьбе. Я спросил его — насколько он хорошо знает наш мир, а когда он признался, что здесь он в первый раз, решил его с ним познакомить.

После плотного завтрака я выдал ему свои потрепанные джинсы, рубашку и кроссовки. Он скинул свои шаровары, старую рубашку, сандалии и переоделся. Потом я его предупредил, чтобы он ни на шаг от меня не отставал и мы пошли на экскурсию по городу двадцатого века.

Все для него было удивительным — даже обычные трамваи и хрущевки. Мы посетили все музеи, которые я знал, а потом вечером сходили на танцы, которые ему так понравились, что он околдовал все женское население своими восточными плавными движениями. В конце концов, он подцепил какую-то прехорошенькую девушку и договорился с ней о свидании. Я не мешал ему веселиться и строить глазки девушкам — у него дома такого не было.

Мы пришли домой поздним вечером, и, поужинав с котом Кузей, завалились спать. Посреди ночи меня разбудил громкое мяуканье: — Кузя поднял тревогу и жаждал выйти в огород — там кто-то был…

Я сначала выглянул в окно, но ничего там, в огороде, не увидел. Придется выйти и посмотреть. Одному мне было страшно идти — а вдруг там еще какая-то восточная гадость, с клыками, крыльями: — типа грифона или дракона? Я взял своего механического кота Кузю, который своими клыками от саблезубого тигра был способен напугать кого угодно. Потом, подумав немного, взял с собой баллончик с репеллентом и вятскую дедову косу, которую отточил, как бритву.

При свете месяца я сразу увидел вчерашнего гостя — это был тот же самый грифон. Он бродил по грядкам между яблонями и издавал странные звуки — что-то среднее между карканьем и рычанием рассерженного льва. Наверное, он искал Алладина. Своими мускулистыми ногами с острыми когтями он потоптал грядки с укропом, редиской и клубникой и этим он привел меня в бешенство. На вид этот грифон был не больше овчарки, а крылья он волочил за собой — как подбитая ворона.

Я шепотом сказал Кузе, чтобы пока он не рыпался — только после того, как я его не позову, а сам крадучись, как вор, прокрался вдоль теплицы и выскочил на грифона, как чертик из табакерки. Грифон не ожидал меня увидеть и прямо сел на месте. Я действовал очень быстро и уверенно: — правой рукой достал из кармана баллончик и нажал кнопку. Сразу, одним махом, я распылил половину баллончика репеллента ему в морду. Этот фантастический зверь начал кашлять и тереть своими лапами глаза. Видно, ему раньше не доводилось встречаться с такой гадостью. А вот комары и мошка сразу улетали прочь, когда чувствовали запах химии, из которой состояли пары репеллента.

Грифон тер свои глаза, из которых ручьем лили слезы и уже не замечал ничего и никого в огороде. Терять мне было нечего, и я пошел в атаку со своей косой. «Вжик!» — одно крыло отлетело, «Вжик!» — упало второе. Затем я свистнул, и на арену выскочил мой кот Кузя. Увидев перед собою собаку без крыльев, он оскалил свои ужасные клыки и ринулся вперед с ужасным своим «Мяу!!!»

Так как грифон рыдал и тер свои глаза, то он не увидел надвигающую на него опасность: — большого бронированного кота с большими клыками, почувствовал его присутствие, когда шея очутилась в смертоносном захвате его клыков. Кузя бросил его на землю и продолжал душить. Грифон бился в предсмертных судорогах целую минуту, пока не потерял сознание.

Я, увидев скорую смерть грифона, остановил Кузю одним словом — «Фу!», и кот остановился. «Молодец, Кузя!» — выдохнул я — «Еще чуть-чуть, и ты его бы загрыз насмерть!»

В этот момент облако, которое сделало из луны месяц, развеялось, и при свете огромной, кроваво красной луны осветило поле боя. Полузадушенный грифон лежал под яблоней, тут же лежали его скошенные косой крылья, а рядом с ним стоял гордый кот Кузя и щелкал своими огромными клыками, готовый по моему приказу накинуться на фантастического льва и порвать его горло. Мне только осталось приказать Кузе сторожить неподвижное тело, и я отлучился — мне надо было найти и принести строгий собачий ошейник с металлическим тросиком.

Этот железный ошейник я моментально застегнул на шее льва, потом прицепил его к яблоне металлическим тросиком, а затем связал им его лапы и привязал их к чугунной ванне. Затем подумал немного и надел на него намордник. Все было закончено и можно было отправиться домой — праздновать победу. Я надеялся, что этот грифон не подохнет до утра и тогда я с ним поговорю, — если, конечно, он сможет говорить. Тут же я подумал, что об этом я узнаю от Алладина утром. Подобрав с грядки крылья, я пошел во двор. Кузя сначала хотел остаться, но я свистнул и он побежал за своим хозяином.

Крылья я закинул на сеновал и пошел домой. Спать мне осталось каких-то три часа…

Спал я очень неспокойно: — мне снились восточные базары, дворцы, злые колдуны, наполненные сокровищами подземелья и чайники, из которых вылетали, один за другим джинны — со своими длинными косматыми бородами, львы и верблюды, падишахи и гаремы. Проснувшись, я подумал, что этот сон говорил, что мне надо готовиться к длительному путешествию в фантастическую страну. Алладин тоже проснулся и сейчас осматривал свой новый дворец — мой дом.

Кузя уже не спал и, глядя на своего механического кота, я вспомнил о великой ночной драке, которая развернулась между грифоном и мною. Сначала я думал, что это сон, но решил проверить и пошел в огород. Сначала я прошел по двору и заметил пару крыльев, которые висели рядом с березовыми вениками, а потом, выйдя в огород, заметил связанного грифона и понял, что это был не сон.

Под яблоней лежала большая собака, вся опутанная стальным тросиком. Она была похожа на льва — с львиной гривой и огромной пастью, на которой был намордник. Я обошел пленное животное и убедился, что оно было живое и это был не сон. Теперь мне требовалось узнать — умела ли эта скотина говорить. Я сказал ей пару слов, и, по тому, как он зашевелился, понял, что он понял меня. В этот момент в огород выскочил Алладин и, увидев грифона, застыл на месте. Я сразу спросил у него — узнает ли он этого грифона? Алладин сказал, что узнал и, подойдя ближе, погладил по голове это ужасное животное.

Грифон поднялся на свои мощные лапы с когтями и стал подлизываться к парню — он тоже его узнал. Я сначала узнал у него, можно ли его развязать и что он ест. Алладин сказал грифону, что я неопасен и ему надо относиться ко мне, как к хозяину. Сначала я с опаской подошел к грифону поближе, а потом снял с него намордник и стальной трос. Потом вынес ему поесть — кашу с вареньем. Когда он съел свой завтрак, я принес ему его крылья и спросил, прирастут ли эти крылья, или вырастут вместо них новые. Алладин приладил ему крылья и они, к моему удивлению, сразу же приросли.

Кот Кузя наблюдал за грифоном из распахнутой двери — махал своим хвостом и обнажил свои зубы. Сейчас у него не были огромные клыки саблезубого тигра, а обычные кошачьи зубы. Огромные клыки он снял на ночь, — с ними было трудно спать. Я взял на руки Кузю и потащил его знакомиться с грифоном. Он сначала упирался, но потом сдался, и два домашних питомцев начали обнюхивать друг друга. Потом, когда они начали играть, я понял, что процесс знакомства прошел успешно, и мы с Алладином оставили их в вольере во дворе.

Мы с Алладином пошли завтракать перловой кашей с вареньем, и я рассказал ему свой вещий сон — про дворцы, падишахов и висячие сады с верблюдами и гаремами. А так как я всегда верил своим снам, то решил, что пора мне навестить злого колдуна в средневековом волшебном мире и узнать, что за зелье он изготавливает из моих зеленых яблок.

С собой я решил взять свою тещу — на всякий случай. Хоть она была стара, но, по моему мнению, была самой злой и мстительной колдуньей, которую я знал в нашем мире. За ее спиной я чувствовал себя, как за каменной стеной. Я решил отдать ей книгу белой и черной магии — чтобы она имела представление, к кому попадет, и с кем ей пришлось воевать. К тому же мы, хотя и не разговаривали с ней, — после моего развода с ее дочерью, и не виделись, но мой кухонной польский гарнитур, который я с таким трудом привез из деревни, стоял у ней в квартире. Это обстоятельство, по моему мнению, ее обязывало помочь мне в нелегкой встрече со злым колдуном из восточной волшебной страны, два жителя которой теперь находились у меня, и я с обоими уже нашел общий язык.

Алладину я вытащил его шаровары и рваную рубашку с сандалиями, а грифона освободил от строгого ошейника и поводка. Он сидел смирно и изредка махал своей гривой и лапой с острыми когтями — прощался со своим новым знакомым: — с механическим котом Кузей, которого он, по его мнению, больше никогда не увидит: — я решил не брать с собой кота — оставил на него все свое домашнее хозяйство. А мы — Алладин, теща и грифон собрались в гостиной и хором прочитали заклинание. Свет от лампочек в гостиной погас и через миг мы все очутились в восточном городе — на базаре.

Алладин встрепенулся и сразу же получил по шее. Я понял, что он по привычке что-то стянул у местного торговца и оказался прав: — у него в руках оказалась связка бананов. Я тут же отобрал у него украденное, с поклоном вернул бананы торговцу, а Алладин получил от меня мощный подзатыльник. Мы всей толпой прошли по базару и вышли к глинобитному сараю, в котором, по словам Алладина, жил колдун.

Его дома не было. Теща пошла посмотреть на ткани на базаре, Алладин улегся спать в гамаке, а грифон взлетел под самый потолок, уселся на шест и засунул свою львиную голову себе под крыло — как простой попугай. А я стал прогуливаться по жилищу колдуна и в одном углу обнаружил свою тележку с зелеными яблоками. Со словами — «Мое!!!», я вытащил тележку на середину комнаты и стал осматривать свое имущество.

Спустя несколько минут дверь отворилась, в комнату вошел старик с длинной бородой. Он оцепенел от увиденного и пришёл в страшную ярость. Первым, кто пострадал от нее, был Алладин — в руках старца оказалась плетка, и после нескольких ударов Алладин заверещал, как сорока. Потом повернулся ко мне и я подумал, что меня били в далеком детстве кожаным ремнем, но плеткой будут бить впервые.

Только я приготовился к экзекуции, как дверь распахнулась и на сцене появилась моя теща. Она моментально оценила обстановку и приняла все необходимые меры — превратилась в огромную ворону и кинулась на колдуна. От ужаса старик побежал, но уйти далеко ему не удалось: — ворона догнала его и начала клевать. Старик обратился в мышь и нашел маленькую норку. Но воспользоваться ею ему не удалось — теща схватила мышь за хвостик и вознамерилась проглотить. Тогда мышь превратилась в рыцаря, вооруженного пикой и мечом, который стал махать над головой вороны и, наверное, снес бы теще голову, если бы ворона не превратилась во всадника на коне — вооруженного копьем, саблей и тоже закованного в железо. Рыцарь стал наступать на всадника на коне, а теща вмиг превратилась в рычащий танка Т-34, который стал стрелять из пулемета, а потом из пушки.

В жилище колдуна становилось жарковато и мы с Алладином и грифоном покинули место схватки, и, выбежав на улицу, опустились около стены. В жилище колдуна взрывались снаряды, мины, звучали очереди пулемётов, а потом, из всех щелей пополз зеленый дым: — кто-то применил отравляющие и удушающие газы. Когда они закончились, из щелей полилась вода и через несколько секунд на улицу выплыла белая акула. За ней гнался огромный викинг с трезубцем и догнал ее на самой середине улице. Наколол ее на трезубец и заволок в глинобитный дом. После этого воцарилась тишина — не было слышно ни стрельбы, ни шума.

Выждав несколько минут, мы с Алладином одним глазом заглянули в глинобитную постройку и увидели такую картину: — моя неугомонная теща сидела на старце верхом и лупила его сковородкой. А старик кряхтел, извивался под старухой, как червяк, и старался вылезти. На шесте, головой вниз, как ворона, висел грифон с распущенными крыльями и хотя старался выглядеть, как разъярённый лев, но у него это плохо получалось.

На меня сзади навалился Алладин, дверь скрипнула, и на этот скрип обернулись все — и грифон, и теща, и старец. Моментально теща кинула сковородку подальше в угол, встала и стала прихорашиваться. Старец тоже встал и закинул свою седую бороду через плечо, всем своим видом показывая, что он жив и здоров…

Мы с Алладином решили все-таки зайти, — оказать, так сказать всем присутствующим первую помощь. Но выяснилось, что никому она не понадобилась — все пришли в себя и без нас. Через несколько минут мы все сидели на восточном ковре и мирно разговаривали: меня интересовал, что делает колдун из зеленых яблок, не пострадал ли он в битве с моей тещей, а тещу я спросил, — пригодились ли ей книги по черной и белой магии. А у грифона я решил узнать — какого черта он висел вниз головой. Ведь он же лев, правда, с крыльями!

Но прежде, перед тем, когда я получил от всех ответы на все мои вопросы, мне и так стало все понятно, что моя теща одержала верх над всеми и даже не заглядывала в книгу, которую я ей презентовал. Колдун сказал мне, что изготавливает из зеленых яблок одно зелье, которое поможет ему открыть вход в подземелье, в котором находились несметные сокровища, а грифон прокаркал, что он и грифон и наполовину лев, но притворился дохлой вороной, — чтобы остаться в живых.

Мы пили какое-то сладкое питье и молчали. Потом я решил взять с колдуна непомерную оплату — за свои зеленые груши и за садовую тележку, которую украли эти восточные ворюги. Я также решил одним глазом заглянуть в подземелье, в котором были несметные сокровища. Теща с колдуном переглянулись и хором сказали: — пускай сходит с одним рюкзаком и возьмет все, что выберет — все равно, сокровищ хватит на всех. Посмотрев на эту колдовскую парочку, я решил, что теща нашла себе, наконец, спутника жизни. Правда, далеко, но зато обеспеченного: — на многие тысячи лет. Старец, по-моему, не возражал очутиться под пятой такой сильной колдуньи, какой оказалась моя теща.

После ужина одними восточными фруктами и сладостями, колдун принялся за дело: — он набросал зеленых яблок в самогонный аппарат и начал колдовать. Пока он колдовал, теща принялась приводить жилище в порядок. Грифон скрывался от нее в разных уголках, но в конце не выдержал — вылетел через трубу вместе с Алладином.

Из самогонного аппарата летела сажа, куски яблок, лился яблочный сок, брага — и все это происходило под унывное бормотание старого колдуна. Наконец, он вытер со своего лба пот и подставил под самогонный аппарат стаканчик, который наполнился зеленой жидкостью. Колдун понюхал его, выпил, а потом крякнул. На моих глазах он превратился в статного витязя в тигровой шкуре и победоносно посмотрел — сначала на меня, а потом на мою тещу — старую клячу. Старая колдунья искоса посмотрела на витязя в тигровой шкуре и изрекла, что хорошо смеется тот, кто смеется в последний раз в жизни.

Я понял, что она отомстит колдуну — по-женски. Но не стал говорить этого колдуну, а предложил немедленно отправиться за сокровищами. Мы так и сделали — колдун вытащил старый ковер, мы на него уселись и полетели: — это был боевой ковер-самолет, — вместо наших русских автомобилей. После получаса полета ковер нас доставил к подножию здоровенной горы. Витязь в тигровой шкуре подошел к одной, необъятной глыбе, одним пинком ее откинул в сторону и пригласил меня пройти в тоннель.

Мы с ним дошли до огромного грота, который был завален золотыми монетами, сундуками с драгоценными камнями, оружием в золоте и серебре, а также серебряной и золотой посудой. Чтобы все это богатство вывезти из грота, надо было грузовой поезд, или несколько десятков мощных карьерных самосвалов. Но мне их не надо было: — у меня в руках был вместительный геологический рюкзак, в который входила целая тонна полевого имущества, и я начал его набивать — в основном золотыми монетами и драгоценными камнями.

Под ногами у меня все время путался какой-то медный чайник и колдун сказал, что в этом чайнике сидит джинн, который желает попасть ко мне в услужение. Я подумал немного и сунул этот чайник в рюкзак. С полным рюкзаком драгоценных камней, золотых монет и чайником с джинном я вышел на волю. Колдун вновь загородил вход в сокровищницу огромной скалой, и мы уселись на ковер.

Прилетели мы в волшебный восточный город вечером и не узнали старой глинобитной хижины колдуна. Снаружи она оставалась такой же, как и была, но внутри изменилась: — вместо обожжённой глины и камина со связками хвороста мы прошли по многокомнатной городской квартире. Я даже не узнал, сколько там было комнат — может десять, а может сорок. Одних спален, по-моему, в ней было пара десяток, несколько туалетов с ваннами, огромная столовая и кухня. Кроме этого, там был выход в зимний сад, где росли фруктовые деревья и бродили стада павлинов. Затем мой взор упал на обширную водную акваторию, и я понял, что это бассейн с вышкой.

Его я тут же опробовал — скинул с себя одежду, рюкзак и погрузился в воду. Потом я прыгнул несколько раз с вышки и отправился обедать. Блюда нам приносили многочисленные служанки, одна другой краше: — по-моему, их был целый гарем. Я позавидовал колдуну, который все еще был витязем в тигровой шкуре…

Но, оказалось, напрасно — теща тоже изменила свой имидж. Сейчас она выглядела, как очаровательная блондинка — мисс вселенная или топ-модель. Я смотрел на эту парочку и немного завидовал, потому что в глубине души все знал — эта мисс вселенная раньше была моей тещей — злой колдуньей, а витязь в тигровой шкуре был колдуном — стариком, с седой длинной бородой…

Один Алладин и грифон не стали меняться. Алладин, хотя и переоделся в новые голубые джинсы, кроссовки и белую рубашку, остался в своей душе хулиганом с улицы, и всегда был готов что-то украсть или пуститься в приключение.

Грифон же остался тем, кем и был — фантастическим существом: — тело, хвост и голова льва, лапы с мощными когтями и черные, до трех метров крылья, похожие на вороньи.

После торжественного ужина витязь в тигровой шкуре отправил меня домой — вместе с моей любимой тележкой, рюкзаком, полным золотом и драгоценными камнями и джинном, который по-прежнему сидел в медном чайнике.

***

Теперь, когда я побывал в восточной волшебной стране, захватив оттуда драгоценности, чайник с джинном и оставил в ней свою тещу-колдунью, вместе с колдуном и Аладдином, я с удовольствием смотрю старые видеокассеты с приключениями Алладина и султана. Я также с большим удовольствием смотрю на свою добычу: — драгоценные камни в рюкзаке и чайник с джинном, и, кроме всего прочего, я дал себе обещание, что больше никогда не буду связываться ни с грифонами и остальными волшебными зверьми из восточных сказок и мифов. Сколько можно заниматься такими рискованными приключениями? Как мне это все надоело!!

Надо мне, в конце концов, пожить спокойной жизнью: — ухаживать за огородом на моем приусадебном участке, — писать повести и рассказы о том, как, наверное, хорошо жить на востоке. Ходить по бескрайним восточным базарам, летать на ковре-самолете над песчаными пустынями, залезать в подземелья в поисках сокровищ вместе со своим напарником Кузей, отыскивать старые медные чайники, из которых вылетают джинны с длинными седыми бородами, и, ломая свои уставшие мозги, выдумывать различные желания, которые сбываются.

Кроме того, дома мне как-то привычней жить — убирать пушистый снег зимой, вспоминать по вечерам с котом Кузей о своих невероятных приключениях, а перед сном укладывать искусственные челюсти — свои и Кузи в стеклянные стаканы, чтобы утром надевать их снова.

Я засунул следующую видеокассету с диснеевскими мультиками в видеомагнитофон, а когда на экране появился Алладин, помахал ему в ответ. Он был рад снова увидеть меня и кота Кузю, а я, в свою очередь, был рад увидеть Алладина с его восточной красавицей, также султана, и, конечно, — колдуна с бывшей моей тещей. У них тоже все было хорошо.

Кузя и леший

Я еще шесть лет назад принялся вязать для себя безрукавку. Но, как только довязал ее до половины, так вдруг мне стало некогда — то одно, то второе.

В эту осень я поклялся себе на клубке синей пряжи, что я довяжу эту синюю безрукавку. Кот Кузя стал свидетелем моей клятвы: — он всегда любил покатать клубок по гостиной, но я ему не давал это сделать, потому что нить, которой я вязал, иногда была составная: — из трех или четырех видов шерсти. А если он решился бы покатать все четыре клубка, я бы просто повесился, распутывая узлы и петли.

За окном пролетал то ли снег, то ли дождь: близилась зима. Кузя, пользуясь случаем и тем, что я пошел заварить чай, забрался в корзинку, вытащил из нее клубок и стал гонять его по всему дому. Я обратил внимание на топот его когтей и сразу же обнаружил его незаконное занятие: он играл в футбол — гонял клубок по всему дому: такой был футболист, просто ужас. Он успел забить пару голов и тут на стадионе появился арбитр. Я — собственной персоной. Это была катастрофа для моей команды, — теперь мне предстояло восстановить свое вязание: — кот распустил несколько рядов.

Мне не оставалось ничего, кроме как выгнать кота из дома на улицу. Но он просто так не хотел уходить: — взял в зубы клубок и проскользнул в открытую дверь. Это обстоятельство я обнаружил позже, когда выглянул окно и увидел Кузю, который гонял клубок шерсти по улице. Такого я просто не мог допустить, — мне надо было догнать кота и отобрать у него его мяч.

Накинув на себя старый полушубок и одев валенки на босу ноги, я пустился в погоню. Кузя, увидев меня, погнал клубок шерсти по улице. Погоня продолжалась до самого леса, где я догнал кота и отобрал у него его игрушку. Он не хотел его мне отдавать, но я был настойчив и добился своего. Держа одной рукой кота за шкирку, а второй держа злополучный клубок, я и не заметил, откуда появился этот леший. Может, это был и не леший, а просто замшелый старикан, но он у меня сразу спросил, — после того, как я его заметил прямо у себя под носом: — «Куда ты тащишь кота и зачем?»

Я уже к этому времени отошел от азарта погони и успокоился, — так я бы послал бы его к чертовой бабушке. Но я выполнил свою задачу: — догнал Кузю и отобрал у него пряжу и поэтому ответил этому старикану-лилипуту, что я вязал себе свитер, а этот кот похитил у меня мою пряжу. Я наконец-то его догнал и сейчас понесу его домой на расправу.

Старик усмехнулся и сказал мне, что кот действовал правильно. Я уже хотел послать его подальше и сунуть клубок себе в карман, как этот кусочек шерсти вдруг выпрыгнул и покатился. Я так удивился, что хотел обратиться к старикану с вопросом, но того и след простыл. «Вот это номер!!!» — подумал я и кинулся за клубком пряжи, держа кота одной рукой, а второй вынимая из ворота полушубка свою зимнюю шапку.

Несмотря на то, что я шел очень быстро, догнать этот клубок мне не удавалось: — он прибавлял скорость, как только я бежал и катился медленней, как только я начинал идти простым прогулочным шагом. Я еще умудрялся на ходу делать нагоняй своему коту, которого я засунул в полушубок: — «Во всем виноват ты, Кузя!!!». Кузя выглядывал на дремучий лес из моего полушубка и хитро шевелил своими усами…

Клубок катился по лесной тропинке и держал путь к поляне, на которой был родник и небольшой, заросший камышами, пруд. Как только он докатился до этого пруда, то остановился. Когда я хотел его взять, то оказалось, что клубок находится в объятиях большой жабы.

Мы с Кузей прошли за этим клубком не так далеко от нашей деревни: — какие-то триста метров и я хорошо знал эти места. Но то, что в нём творились удивительные вещи, — такие как леший, жаба и клубок, который сам по себе катился, было для меня новостью. Я не знал, как мне относиться к этому чуду и решил, что когда дойду домой, то первым пострадает кот — я ему сначала задам хорошую трепку, а потом разберусь с жабой и клубком.

Весь обратный путь до дома я ругал Кузю, за клубок, лешего и жабу. Но к концу устал и, когда открыл калитку, то просто закинул Кузю с жабой в дом, а сам уселся на завалинке: — решил отдохнуть. Пока сидел, то размышлял: — что мне делать с жабой, которая не отдавала мне клубок? С Кузей все было ясно — он получит взбучку. Так и не решив ничего, я выкинул сигарету и отправился домой. Там меня ждало удивительное, просто невероятное зрелище: — за столом сидела очаровательная девушка в русском сарафане и в кокошнике. Она была занята делом: — вязала на спицах мою безрукавку.

Сначала я не поверил своим глазам. И Кузя тоже не верил: — он сидел напротив этой очаровательной дамы и не сводил с нее своих удивленных круглых глаз. Я тоже сел и смотрел на нее минут пять, а когда понял, что мне, как холостяку настал каюк, пошел на кухню. Там меня ожидал еще сюрприз: — меня ждал такой обед, какого я не пробовал даже в ресторане: — бутылка горилки, украинский малиновый борщ, пельмени и компот из разных сухофруктов.