Новый день
Он пришёл, тот новый день!
Не стучался в окна-двери:
«Вот улыбка. На, надень!» —
Просто дал в себя поверить.
Он смеялся, словно гром,
Так раскатисто и гулко,
Грязным тонущим двором
Соблазняя на прогулку.
Указал на яркий зонт,
Свет зелёный светофора,
Серый близкий горизонт,
Надпись на двери забора…
Настроенье в мелочах:
Бомж с беззубою улыбкой,
Тот фонарик на ключах —
Дверь открыть с одной попытки…
В капле перевёрнут мир,
Не смотри в неё так долго,
Новый есть ориентир —
Разрушитель кривотолков.
Весна жизни
А в детстве был волшебным луг
И пах зовущей ввысь надеждой,
Лесок зеленою одеждой
Его в объятий взял свой круг.
Душистый хоровод цветов:
Где маки, василёк, ромашка,
Гвоздика, пижма, клевер, кашка,
Дурманить до ночи готов.
Ладошки пухлые в песке,
По пальцам божия коровка
Бежит, раскинув крылья ловко,
По деткам в небушке в тоске.
А холлофайбер облаков
Несётся, в синеве меняясь,
То тем, то этим представляясь,
Как рассекретишь, был таков.
Как земляника тут вкусна!
Впитала ароматы луга,
И голова от счастья кругом,
Ведь жизни впереди весна…
Тихая ночь
Что ночь густа так, не пойму?
Хоть ложкой тайну мрака ешь.
Фонарь рассёк, как саблей тьму,
Заняв акцент ночных одежд.
А мошки вспоминают вальс,
(Вновь репетиция в свету)
Устав от всех канканов, сальс,
Представив музыку не ту.
Ничто не нарушает тишь,
Природа набирает сок.
Совсем уж скоро летний движ
И в счастье радостный бросок.
Флешбек
Спускаюсь по старой тропинке в овраг
И трепета я в предвкушеньи полна.
Пускает флешбеки туман, правды враг…
Когда-то моя здесь настала весна…
…Вдруг ветер раскрыл аромат и унёс
В то юное время, что страстью кружит:
Исполнена жизнь сладких призрачных грёз,
Заходится нежное сердце, дрожит.
А воздух дождливый озоном пьянит,
И капли игриво стекают с листвы.
Невиданный мир новизною манит,
Он разочарует чуть позже, увы.
Седое и низкое небо несёт
Уют, ожидание славного дня.
Оно непременно укроет, спасёт,
Во обиду не даст, Ту запомнив меня.
Я сброшу оковы, что сжали года,
На миг ощущения в кровь запущу,
Запомню то чувство уже навсегда,
И груз от обид отпущу, всех прощу.
Декорации по Дали
Лёгкий взмах твоему силуэту вдали…
Сразу воздух померк, стало вдруг холодней.
Декорации, словно с полотен Дали,
Зажимать начинают театр моих дней.
Вроде рампы свет только что резал глаза,
Жизнь на сцене кипела, бурлила и что ж?
Ощущение — кто-то нажал тормоза,
Роли сыграны, грим смыл застенчивый дождь.
В миг мне нечего этому миру сказать…
И внутри пустота, будто кончилась жизнь…
Взмах рукой силуэту: «Скорее назад!
Я молю, ты, пожалуйста, только вернись!!!»
Новогодняя ночь
Меланхолично прилегло на землю облачное небо.
Тут будто сахарница, но вся в разноцветных огонёчках.
Желанья жжём в фужер с шампанским — ждём мы свой эффект плацебо.
Салют, надежды, звонкий смех… И на плохом мы ставим точку.
В копилке столько тех ночей, но нет похожих, как ни странно.
Я помню маленькой себя, подростком, девушкой нарядной.
В ночь открывается портал, как крышка в небо, так коварно…
Желанья сбудутся, но ты их формулируй аккуратно!
Милый мир
Колдуны, шаманы, феи
Пляшут на лесной опушке.
Вместе сложены трофеи,
Острые мелькают ушки.
Костерочек озаряет
Их нарядные одежды,
Здесь волшебный мир гуляет,
Не воюет так как прежде.
Вот никто уж не припомнит
Для чего погибли рати.
Так уютно и знакомо
В милом мире равных братьев.
Розовый сон
Нежный розовый шёлк, балдахин и ковёр,
В длинном ворсе которого скрылась ступня,
И из роз чайных выложен дивный узор,
С икебаны влечёт, ароматом дразня.
Из твоих мокрых снов в пеньюаре Она…
Но смотри не коснись запылавшей щеки!
В юном теле волчица, она голодна,
В сладком маленьком ротике — злые клыки!
Тишина
Тишина. А она не всегда молчалива,
Словно перед грозой воздух, может фонить.
Редко, что не несёт смыслового отлива,
Нужно лишь потянуть чуть заметную нить.
Перед аплодисментами шум затихает,
Перед бурей затишье, как всяк говорит.
Тишина, когда чувств пламя вдруг затухает,
Превращаясь в угли, тлеет лишь, не горит.
Тишина в диалоге немом, когда двое,
Понимая друг друга, уютно молчат.
Может я и живу, чтобы встретить такое!
Когда мир, что вокруг для любви маловат.
Ангелоликая
Струится жидким хрусталём батист по нежной дивной коже…
Мурашки, дрожь и стон в ответ на шёпот мой: «Люблю!.. О, Боже!»
Легки под жемчугом ногтей твои изящные запястья,
А хрупкий стан, рельеф стопы — лишь созерцать большое счастье.
Ангелоликая моя, обрамлена волос муаром,
Из лавы вылита и с тем чревата ты в груди пожаром.
Испить — насытиться не в мочь, хотя блаженство в миг охватит…
Да просто описать тебя, известных слов, поверь, не хватит.
Истинные чувства
Прикосновения пальцев несмелы,
Но поднимают мурашек табун.
Где-то в груди всё раскрылось, запело…
Сердце пустилось вскачь, как попрыгун.
Дрожь прокатилась волною по телу,
Голос охрип — ничего не сказать,
Дышится тряско и как-то несмело…
Надо сдержать это, не показать!..
Может тринадцать тебе, может сорок,
Опыта прорва иль ты «чистый лист»,
Прикосновенья лишают подпорок,
Коли пожаром сердца занялись.
Это так здорово, если взаимно!
Каждый желает хоть раз испытать,
Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.