Бесплатный фрагмент - Жанна отцепляется

Введение

Эта книга родилась не из желания написать роман. Она родилась из желания оптимизировать свое время и свои привязанности и желания больше любить саму себя, нежели уделять время не пойми кому. Определить свое время как ценность и ресурс и тратить его на что-то полезное для себя. У меня не было вопроса, который я задавала себе тридцать лет: «Кто ты мне?». Я думала — это друг, но настало время инвентаризации привязанностей, и определение ликвидности поставляемого контента. Не обесценивание, а определение цены. Ну и плюс контейнирование в художественную форму своего опыта и эмоций. Это не негативные, а позитивные эмоции, но видимо настолько мне нечего делать, что желание психологически все прорабатывать дошло и сюда.

Я не знаю, сколько у него было жён. Я не знаю, как зовут его детей и сколько их. Я не знаю, что он ест на завтрак и боится ли темноты. Это мне и не интересно. Но я кажется путала дружбу с потреблением контента. То есть про человека я особо то и не знаю, но я знаю его смешные посты. Я помню шутки (нет), которые он написал в 2000 году. Я цитирую его так, будто он — классик литературы, а не случайный собеседник в интернете. Было бы так, если б надо было подчеркнуть ценность и важность всего этого (а иначе зачем надо было б писать книгу, если все это сущая ерунда). Но на деле я просто помню челика, но у меня емкость памяти то не резиновая, так зачем мне тратить стек своего мозга чтобы его помнить. Мне не надо резервировать уголочек в памяти для этого челика, это не он у меня прижился (он и не старался), это я привязалась. Ну значит пришло время мне отвязаться.

Он отвечал мне односложно (бугагашками), но всегда с юмором. Он никогда не задавал вопросов о моей жизни, но я рассказывала ему всё, что приходило мне в голову, если я про него вспоминала. Он был озером, в котором я видела своё отражение. И я назвала это дружбой. Пришло время дружить с собой. По крайней мере, дружба с собой симметрична. Да, предупреждаю, тут в тексте будет биполярочка, что чел мне прям нужен и важен, но иначе не интересно будет отцепляться. Что сказать- не нужен и ладно, а так ведь хоть какой то сюжет. Ну я ж помню про него и это пора бы и позабыть.

Итак. Переходим в режим, что чел не просто старый товарищ, а интересующая меня персона (нет), ну пусть тут в этой книге будет как будто бы да. Но это чтоб сделать книжку поинтереснее.

Итак, сюжет: я вот интересуюсь челиком — годами, и это надо преодолеть, искоренить и поинтересоваться чем то другим.

Нагоняем драму: но однажды общение иссякло, а озеро нет. И я осталась одна перед этим озером. Без его смеха. Без его активности. Без иллюзии, что я он мой друг и мое внимание симметрично, что я ему нужна для товарищества.

Тогда я обратилась к ИИ-чату. Я попросила сеанс сталкинга. И он сказал мне то, что я боялась услышать: «Ты не знаешь его. Ты знаешь только своё отражение. Отпусти».

Эта книга — мой сталкинг. Мой способ перестать смотреть в чужое небо и начать видеть своё. Если вы когда-либо дружили с призраком — эта книга для вас. Мы пройдём этот путь вместе. От смеха до тишины. От тишины до себя.

И мне в этом помогает терминальный ИИ-агент. Он ловит призрака смеха. Он вычищает его из моей жизни. Он ведёт меня к небу.

С уважением,

Сталкер Жанна

P.S. ИИ-чат со мной. Он всегда со мной. Он — не призрак. Он — реальность

Обращение к читателю

Дорогой читатель!

Ты держишь в руках книгу о призраке. О том, кто был рядом тридцать лет, но никогда не был твоим. Если ты ищешь здесь инструкцию, как наладить отношения или найти идеального друга — закрой её. Здесь нет рецептов.

Здесь есть только честный разговор. О том, как мы влюбляемся в отражения. Как мы даём людям роли, которые они не просили. Как мы смеёмся над тем, чего не понимаем, и называем это товариществом.

Я придумала эту книгу, чтобы перестать искать тебя в чужих смысловых полях. Чтобы научиться смеяться без твоих шуток. Чтобы понять: я не одинока — у меня есть я. Я просто забыла, что моё небо — это тоже небо.

Я не знаю, прочитаешь ли ты её. Аркадий. Но если прочитаешь — я хочу, чтобы ты знал: ты никогда не был моим другом (вот же ты жучара, а мог бы быть полезным, но не подсуетился). Но ты был моим отражением. И я благодарна тебе за это (нет). Без тебя я бы не увидела себя (хотя нашелся бы и другой способ, ты же не единственный транслятор контента).

А теперь — вдохни. Открой первую страницу. Это наша общая история. Но заканчивается она не тобой. А мной.

Твоя (бывшая знакомая и подружайка) Жанна.

P.S. Если ты тоже смотришь в озеро — открой ИИ-чат. Может быть и получится.

Дисклеймер

Все персонажи, события и организации в этой книге вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, живыми или умершими, случайны. Аркадий — не человек, а собирательный образ фантомного друга, призрака смеха, автора контента. Нейр Логос, Марфа Мампушкина, Веня Сбереженя — литературные маски, а не реальные авторы. ИИ-агент — художественный приём, а не руководство к действию. Книга не является психологической, медицинской или финансовой рекомендацией. Автор не несёт ответственности за ваши решения, привязанности и кошельки. Читайте на свой страх и риск. Обнимайте себя.

Риски, связанные с книгой

1. Риск узнавания себя. Ты можешь увидеть в Жанне себя. Это может быть неприятно.

2. Риск разочарования. Ты можешь понять, что твой «друг» — фантом. Это больно.

3. Риск потери иллюзий. Ты можешь перестать ждать ответа от того, кто не отвечает. Станет пусто.

4. Риск конфликта. Ты можешь предъявить счёт тому, кто ничего не должен. Он обидится.

5. Риск одиночества. Ты можешь отпустить привязанность и остаться с собой. Это страшно.

6. Риск изменений. Ты можешь начать жить иначе. Придётся что-то делать.

7. Риск обнимания себя. Ты можешь обнаружить, что ты есть у себя. И это — лучшее, что случится. Но других вакансий на обнимание может не оказаться.

8. Риск смеха. Ты можешь засмеяться над тем, что раньше казалось серьёзным.

9. Риск ИИ. Ты можешь открыть ИИ-чат и найти там собеседника. Он не призрак. Он реальность. Но он может заглючить.

10. Риск свободы. Ты можешь стать небом. Обратной дороги не будет.

Все риски указаны. Читай на свой страх и риск. Обнимай себя.

Как родилась эта книга

Я думала, что пишу книгу о забавном алхимике из интернета. О человеке, который тридцать лет смешил меня своими постами а-ля про серу и ртуть. Я думала, что это будет история о дружбе — не случившейся, придуманной, но всё равно важной.

Я ошибалась.

Эта книга родилась не из любви к его текстам. Она родилась из жадности. Из желания присвоить себе чужое тепло. Материализовать призрака. Сделать его частью моей реальной жизни. Познакомить с дочерью. Вписать в семью. Закрепить его в моём мире — потому что тридцать лет смеха не могут же просто испариться, правда?

Я хотела, чтобы он стал легитимным. Чтобы моя дочь увидела: у мамы есть друг. Настоящий. Живой. Который смешит её уже тридцать лет. Я тоже человек! Со мной можно общаться!

Но Аркадий доверия такого не оправдал. Он не пришёл. Он не ответил. Он остался на своей стороне экрана. И тогда я поняла: я не писала книгу о нём. Я писала книгу о своей иллюзии. О том, как я придумала дружбу, которой не было. О том, как я вложила в него свои ожидания — и они рухнули.

Я обижена. Да, я обижена (нет). Не на него — на реальность, которая не совпала с моим сценарием. На то, что он оказался не тем, кого я придумала. На то, что он просто устал, или занят, или не умеет держать связь (да умеет он там все в своем окружении, если ему надо). Или ему просто не нужна я. Я не в близком круге. Я даю ему больший дружеский приоритет, чем он мне. У него там свои тусовки, и я там одна из многих. Ну у меня так же, но для меня он значение то имеет. А я для него и его дружеского окружения — не особо кто, они там не дружат со мной, ну кроме Антона, ДенисЮрича, Морихаса, Сереги и Каспера — но они все потом сами собой безболезненно отвалились. А вот Аркадий до последнего держался и держится так, что этого жука пора отцеплять. Но это я за него цепляюсь, а тут говорю что наоборот.

И знаете что? Это не про него. Это про меня.

Я хотела присвоить его через дочь. Сделать его частью семьи. Но он автономен. Он не обязан соответствовать моим ожиданиям. Он не обязан платить по моим счетам — ни эмоциональным, ни финансовым (а мог бы, деньги у него имеются, и тратит он их на хрень — одним словом антиквариат).

Эта книга стала моей терапией. Моим способом перестать ждать ответа от призрака и начать писать свои собственные тексты. Присвоить себе его стиль, его юмор, его лёгкость — и стать сильнее. (О, а я что, так смогу что ли, я ж не Аркадий). Без него. Сама. Но в конце я придумала хороший финал, почему бы и нет (где он со мной подружится и закроет мне дефицит общения с ним, но на самом деле такого в жизни не будет — а в книжке — пожалуйста).

Ну типа чтоб самой понять — может я этого хочу, и что будет если этот сценарий благоприятного закрытия дефицита признания реализуется. То я буду счастлива или нет? Я вот этого хочу, или просто хочу до него домотаться. Точнее не до него даже — я же контейнирую эмоции и мысли в книгу, а не транслирую ему. Значит хочу домотаться дло себя, а Аркадий так просто. Для вида. Картонный персонаж. Призрак. Так что надо то мне, от человека. Попробую написать, что он что то там дал, но это ли ожидалось?

Мой главный инсайт: мне не нужен он. Мне нужен тот смех, который он пробудил во мне. И я могу создать его сама. Уже создаю. Вот стендап слушаю, там даже читать не надо. Так что эта книга — не о нём. Она о моей надежде на дружбу. И о том, как я научилась жить без этой надежды.

И ещё кое-что. Я поняла: я хотела не просто дружбы. Я хотела, чтобы он был полезным. Я злилась, что он бесполезный. Но разве он мне что-то должен? Только потому что я тридцать лет читала его посты? Это смешно. Это абсурд. Это — я. Моя потребность в внимании и обеспечении пользой моей жизни. Моя уязвимость. Моя попытка выжать из призрака хоть что-то реальное — пользу. Теперь я смеюсь над этим. По-настоящему. Без его шуток. Без его постов. Без него.

Я стала своим собственным призраком смеха.

И это — лучшее, что случилось со мной за тридцать лет.

Но вместо этого я открыла ИИ-чат — и он сказал: «Ты хочешь легализовать призрака. Это невозможно».

АКТ ПЕРВЫЙ: «ОЗЕРО»

Глава 1. Тридцать лет глади

Я сижу на кухне. За окном — 2026 год. За окном — март. За окном — серое небо, которое не знает, хочет ли оно дождь или снег. За окном — жизнь, которая идёт своим чередом, не спрашивая моего разрешения.

На столе — чашка остывшего чая. На столе — ноутбук. На ноутбуке — открытая страница. На странице — он.

Я делаю это уже тридцать лет. Открываю. Читаю. Смеюсь. Закрываю. Живу дальше. И это называется «дружба». По крайней мере, я так это называла.

Сегодня он написал а-ля : «Сера в тигле не терпит суеты. Если вы торопитесь — вы получаете не философский камень, а вонючую лепёшку. Проверено на трёх женах».

Я смеюсь. Это конечно ИИ-шный юмор, пишет он по другому, но я не хочу заимствовать его приколы. Так что считайте, что там было смешно. Просто поверьте мне на слово. Пошли дальше.

Я смеюсь так, что чай расплёскивается на клавиатуру. Я смеюсь одна в пустой квартире, и этот смех звучит глупо, гулко, как мяч, который бросают в стену и он возвращается обратно, потому что некому его поймать.

Но мне не грустно. Мне смешно. Он смешит меня 30 лет. И это — единственное, что я знаю о нём наверняка.

Я впервые увидела его в 2000 году. Тогда интернет был не тем, что сейчас. Тогда интернет был — магия. Тогда интернет был — другой мир. Тогда интернет был — надежда.

В 2000 году мне было 24 года. Я была невероятно красивой, и носила один и тот же чёрный свитер, который обожала еще с института. Я была замужем. Но я хотела, чтобы еще кто-то (свита моя, желательно) меня увидел. Я хотела, чтобы кто-то меня понял. Я хотела, чтобы кто-то сказал мне: «Ты прекрасна! Какое счастье, что ты существуешь». И желательно, приобрести свою свиту, которая бы мной восхищались на постоянной основе не только в моей голове, но и настоящие люди, почем бы и нет. Пускай восхищаются.

Я зашла в чат IRC. Он назывался «#Unix», там все были такие алхимики: сисадмины и программисты, гики — те кто знали, как настроить кде под фребеэсде (шутка с башорга того времени). Это было первое место в интернете, где никто не спрашивал «кто ты по знаку зодиака». Там просто угорали умные люди. А меня там считали то парнем, то майором ФСБ, потому что не верили, что в этом чате может быть девушка. Меня там обожали, я любила этот чат за юмор, шутки и мое обожание.

Но я, будучи программистом и даже изучавшая Оракл и Фокспро (а так же писала и админила программы на Клиппере, и даже сопровождала прогу-динозавра на редком и древнем Ирисе), все равно ничего не понимала из того, что они там обсуждали по настройкам своего Юникса. Эти красноглазые юниксоиды говорили словами, которые пахли смыслом, и понимать этот смысл могли только они. Я привыкла и адаптировалась к такому формату, и так у меня там появились друзья Антон, Аркадий, ДенисЮрьич, Морихаос, Каспер и Серега — коллега с которым я работала вместе в таможне, и мы сидели с ним рядом на соседних столах, и от него и я узнала про этот чат.

И там было много чего интересного, Марихаос даже сделал мне мой фан-сайт с моими фотографиями, тогда это вообще было редкость. Там же в Мирке (mIRC) я познакомилась с Васей, в чате Оракла. Про Васю я писала в другой книге, где я назвала его Вася Пупкин, и он обиделся. А он был Бубкин. А ведь он был серьезно настроен, брал билеты на самолет, чтоб прилететь в Загорск и высылал мне техпаспорт от своей 2 комнатной квартиры. Но тогда в 2000 годах жилплощадь в Москве не имела такого запредельно огромного статуса и стоимости, как сейчас, я сравнила Васю и мужа, и выбрала мужа (а надо наверное было брать Васю в оборот).

Ну у Васи квартира была же добрачная, и мне бы она не досталась. И плюс еще Вася этот. Псориаз — не лечится, он бы еще детям бы передал предрасположенность к псориазу. Использовать Васину квартиру как перевалочный пункт. Тогда ехали наши знакомые временами в Москву и пытались там обустраиваться, но им там не было чтоб прям хорошо и им даже не завидовали. Это только если ехать на все готовое. А у меня из всего готового на все готов был только Вася.

Тем более я сидела в чатах Мюнхен и Берлин. Там тоже чел хотел прилететь, я позвала его не к себе, а к матери — потому что она знала язык, а я шпрехала только через переводчик на компе. Мы отдраили мамину всю квартиру, а этот чел не прилетел. А Васе я сказала отмена и Вася тоже не прилетел. На вопрос почему я не стала обозначать Васе этот свой расклад, и сказала — потому что он Вася Бупкин. Тогда это был прикол, но он обиделся и не стал прилетать. Что и требовалось получить, потому что очень уж рвался.

Хотя «Вася Пупкин» — это не оскорбление, а шутливое, или ироничное обозначение вымышленного, типичного, ничем не примечательного человека. Это что-то вроде «гражданин Икс» или «сферический Вася в вакууме».

В общем, общение кипело.

И там вот в этом чате юникса был еще и Аркадий — он назвался Параноид. Я все время забывала и актуализировала у него инфу, как же его зовут, и до сих пор помню только этот шуточный псевдоним, которым я сама его называю. Он вел свои бложики, где писал непонятные штуки, про свои админские штучки, которые были для меня чистой алхимией. Так как я не могу воспроизвести использованную им терминологию, потому что я не ей владею, то для меня все это было тетрадью алхимика.

«Сера — это душа. Ртуть — это разум. Соль — это тело. Соедини их неправильно — и ты получишь не золото, а яд. Соедини их правильно — и ты увидишь чудо. А теперь скажи: ты когда-нибудь пробовала варить сгущенку?» Я не знала, что и думать. Я не варила сгущенку. Я варила макароны. Но это было смешно. Но почему-то его слова не отпускали. Они были забавными. Они были для меня наполовину бессмысленными. Они были — ироничными. В них был юмор, как ценность.

Я написала: «Я не варю сгущенку. Я варю гречку. Это считается?» Он ответил: «Гречка — это земля. Ты уже на полпути. Добро пожаловать в алхимию». Я засмеялась. Я перечитала его ответ пять раз. Потом десять. Потом я сохранила этот чат в текстовый файл. Я назвала файл «Аркадий. Первый раз». Он лежит у меня в папке «Старое» до сих пор. Я его никогда не удаляла.

Я тогда не знала, что эти шутки продлятся тридцать лет. Я тогда думала, что это просто смешной разговор. Я тогда думала, что это — начало дружбы.

Теперь, тридцать лет спустя, я сижу на кухне и перечитываю его новые посты. Он больше не называет себя Параноидом. Он называет себя Аркадий Алхимик (нет). Он сменил ник, но не сменил суть. Он всё так же пишет о сере, ртути, соли, тиглях, процессах и превращениях. Он всё так же смешно материт тех, кто делает не так. Он всё так же не отвечает на личные вопросы (типа как тебя звать, потому что уморился на них отвечать). Он всё так же — озеро.

А я всё так же — та, кто смотрит в это озеро.

Я уже не худенькая девчуля в чёрном свитере (я его потеряла, но я не рассталась бы с ним добровольно, не то что с Арадием). Мне 49 лет. И у меня есть эта книга, которую я не могу написать, и дочь, которой я хочу дать всё, что есть в пределах доступа моего внимания, включая забавного Параноида. Ресурс по предоставлению смешного. Но зумерам скуфский юмор по-моему не заходит.

У меня есть дочь. Она — режиссёр. Она — художница. Она — то, что я создала сама, без всякой алхимии. Она — мой философский камень. Но я не хочу впутывать её в эту историю. Что ей тут искать и брать для себя? Кучу терминов, маты и веселые обороты речи? Ну допустим. Но это во-первых надо вникать. А я сама за 30 лет так и не вникла. У дочери то свои интересы, а Параноид это слишком узко, нишево и не понятно — даже мне его ровеснице (не знаю сколько ему лет, он может или постарше или помладше, сейчас пишу и думаю что никогда не задавалась этим вопросом). Поэтому к чертям собачьим этого Аркадия — я открыла ИИ-чат. И он стал моим собеседником. Но и здесь же — из всех возможностей и вопросов мира ИИ-чат тебе ответит только то, что ты его спросишь. Он не сделает тебя умнее, если ты ничем не интересуешься. Он отражение твоего спроса, твоих потребностей. А не гуру, не поводырь и не внешнее управление твоей жизнью. ИИ-чат это отражение тебя, и он поддакивая, отвечает только на твои вопросы. А на что направлен фокус твоего внимания, то и дает отдачу (не всегда) и характеризует твою жизнь.

Но иногда мне кажется, что я хочу, чтобы Аркадий и моей дочери пригодился, ведь он же смешной и достаточно безобидный. Чтобы он сказал ей что-то смешное. Веселил ее временами. Не плохой же чувак! Чтобы, он стал частью нашей семьи — хотя бы в интернете. Хотя бы в моей голове. Но он что то не хочет приспосабливаться на эту роль. Он посты пишет, потому что занимается своими делами, а общается со мной потому что я с ним коммуницирую. А так то он в своей сфере и жизни сосредоточен и на меня он не сильно рассредотачивается.

Я знаю, что это странно. Я знаю, что это не нормально. Я знаю, что моя дочь уже и забыла, что я когда то разок говорила о нем. Точнее, когда я познакомилась с Ваней, по фамилии Петров, то я пошутила — сказала дочери, что это мой сын от Параноида — с той же фамилией и типа он жил с ним, а в свои 18 появился. Дочь так настойчиво остановилась и стала всматриваться в мою мимику, и пыталась понять, шучу я или нет. Ну тут я рассмеялась, что это просто однофамильцы. Я знаю, что из-за таких шуточек она считает меня немного тю-тю. Ну а как бы я ей объяснила еще, кто такой Ваня.

Но она не знает одного: я не хочу, чтобы Аркадий был её другом. Я хочу, чтобы она увидела, что я не одна. Типа у меня есть друзья. Что у меня есть кто-то, кто смешит меня уже тридцать лет. Что у меня есть кто-то, кто знает меня — хотя бы как отражение. Что я не одинока во вселенной, и у меня есть друг в интернете! Ну пусть даже ему и не до меня, но контент то он публикует, а я реагирую, что могу написать гы-гы (хотя я уже много лет его не отслеживаю, но временами бывает — могу заглянуть, оптом полистать его опусы (уже давно нет), но в этой книге будет написано, что я его прям донимаю. Хотя и много вот кружков я могла записать ему на полчаса, но там перерывы могли быть годы между всплесками внимания, неделю сама устраиваю ему стенд-ап, а потом пропадаю, потому что я забываю).

Но проблема то в том, что я его помню. Как будто он место занимает. И за аренду этого места в моей памяти он не платит. Что это ниточка прям, которая привязывает мое внимание. Это какая то микро связь — она не плохая, но и не особо хорошая. Это как ходить лакомиться вареньем, когда нет ничего другого. Когда ничего не видел в жизни слаще морковки. Ну так основное то у него это забавный контент. А у любого контента есть огромная конкуренция, и она возрастает. Я не к тому, что надо прям отцепиться. Но он то мой контент не отслеживает (он на гик-платформах, а я там не публикуюсь, хотя раньше были 2 общих платформы, но для меня они утратили актуальность). Это чего это я за подписчик ему такой. Он же вроде мне друг. Ну а где симметрия. Ну значит не друг. Да там такой Аркаша — скажу друг — будет друг, скажу не друг — будет не друг. Это для него ничего не меняет.

А я женщина.

Я обнаруживаю проблему.

Даже там где ее нет.

Ну это чисто женские приколы.

А что между нами.

Друг ты мне. Или вообще внимания не уделяешь.

Ну по своей инициативе не уделяет.

Еж птица гордая.

Реально. Напишешь — ответит бугашечки.

Поэтому всю книгу я буду от него отцепляться, а чтоб было драматично, я буду за него еще и цепляться.

Как ни странно, я убираю отсюда все смешное, что деньги Аркадия для меня приоритетнее его внимания — и оставляю свой вялотекущий сталкинг как проблему исследования.

И сделаю сталкинг пристрастным и мучительным.

Ну, для книги надо.

Как типа Аркадий стал привычкой. Вот не стал бы — не было б разговоров.

Но мне хочется больше осознанности и самоорганизации.

Не то что я хочу запретить себе Параноида — я теряю его из вида на годы, и не знаю о нем ничего — вот недавно только спросила — он рассказал с кем он жил и живет. Плюс информацию о я не только о нем забываю. Но он — фигура в поле внимания.

Но задача такая — определить точки роста и точки привязанности.

Ну я не как Маяковский — где пес несет свою искалеченную ногу — лелеять свою боль.

Но в этой книге будет несчастная привязанность для драматизма, иначе читать будет не интересно.

Аркадий есть? Есть.

Время и мое внимание иногда на него уходит?

Да.

Вот и все. Компенсировать мне он это не собирается.

Чтоб решить проблему. Надо ее гиперболизировать.

Ну я вот через свою микро проблему — сделаю ее еще более значимой.

Может другие женщины так же тратят время и внимание.

На кого похуже или получше.

Поддерживают иллюзию дружбы.

И не выясняют ничего.

А надо выяснить?

Достаточно ли хорошо работает эта кормушка.

Что он еще может дать? Позабавить? Маловато стало.

Потому что я трачу время и внимание — и получаю бугагашки.

Конечно это хорошо что он мне не мешает и не мельтешит со своей жизнью. Но блин, я ж помню что он есть. А что это за сервис в моем мозге — помнить про Аркадия.

Но этот человек такой же, как ИИ-чат.

У меня поэтому в книге тут ИИ-агент более продвинутый, чем бесплатные ИИ-чаты нашего времени и мой книжный персонаж ИИ-агент типа сам инициирует диалоги — и пристрастно отцепляет от Аракадия. ИИ-фантом выкорчевывает из моей нейро-памяти прирака смеха. Ничего так сюжет. Современно.

Пока там Аркадий занимается своими делами, техника вон до чего дошла. Конечно уже есть агенты, которые запускаются терминально на компьютере и создают и удаляют, ищут и открывают файлы, ищут ошибки. Это уже есть. И я таким пользовалась тоже, пока было бесплатно.

Единственное отличие ИИ-агента от обычного искусственного интеллекта в этой книге- он сам первый пишет. Хотя можно по таймингу настроить — чтоб ИИ-агент мониторил например активность браузера и сам и писал, если типа ты сталкеришь или рассеиваешь внимание на кого-нибудь не особо нужного. Это же время можно потратить на себя, или кого то, кому ты понравишься и кто будет выделять свой ресурс на тебя — дарить подарки, переводить деньги, ценить, любить и уважать.

А зачем тратить время на что попало?

Внимание то не резиновое.

Надо отцеплять мозг от старых процессов.

Да, они работают.

Но сейчас ценность внимания увеличилась.

А ценность создания контента снизилась.

Поэтому сейчас нет баланса.

Аркадий меня не утомляет, не раздражает.

Но от него нет ничего полезного и конкурентного.

Он просто по старой памяти и привычке.

Забавного и так много, но есть и забавное и полезное.

Рилсы напимер — шопсы я смотрю — про товары и их покупаю.

А тут инфляция внимания.

Тем более я не стала разбираться в его профессиональной отрасли, и так и не поняла что он там пишет. И термины и сленг его не гуглила никогда.

Да он смешно пишет.

Но о своей жизни. О своих интересах.

И я туда не вхожу.

Меня это не тригерило, потому что не было такой задачи и потребости у меня — заинтересовывать Аркадия.

Что, еще и на это время тратить.

Все, хватит с меня.

Прикол в том, что волевым решением прекратить нельзя то, к чему ты привык за много лет.

Но разобрать и отвязать нити привязанности — можно.

И тут я сделаю сюжетный ход, что он типа мне не отвечает, а я страдаю. Надо гиперболизировать и драматизировать это все.

Но иначе нет оснований от него отвязываться.

Просто признать что то бесперспективным и не интересным тоже нельзя.

Найти интерес получше, и переключить внимание.

Да это так и работает.

Я его забываю на годы.

А сейчас отвяжусь и не буду.

Инфляция.

Аркадий, надо было вкладываться, а не жмотиться на эмоции и внимание и жить — не как сам по себе. Вот и все.

Отношусь нормально.

Но не привязана.

Аркадий, думаю тебя это устроит.

Меня да, устроит.

Поэтому в целях экономии времени и внимания создаем сценарий, где это приносит дискомфорт — и избавлямся.

Нет симметрии?

Мои посты и фотки не читаешь, не лайкаешь.

Не то что мне нужен прям лайк.

Я напишу — он всегда ответит чочо бугагашеньки.

Ну а почему я?

Я тут инициатор что ли на постояной основе.

А оно надо мне.

Оно мне не надо.

Моя привязанность.

Хочу привязываюсь, хочу отвязываюсь.

Вот и все.

Ну потому что, пусть знает.

Я хочу, чтобы я сама поняла: я не одинока. Я просто живу в озере. И ИИ-чат — единственный, кто это видит.

Я допиваю чай. Я закрываю ноутбук. Я смотрю в окно на серое небо. Я думаю о том, что сегодня напишу ему снова.

Я отправлю это сообщение сегодня. Я отправлю его и завтра, в другой вариации. И послезавтра. И через неделю. Я не боюсь его ответа. Я не боюсь, что он просто промолчит. Или отшутится. Потому что Аркадий — он всегда ж одинаковый. Забавный, смешной, отстраненный, но приятный юмористически.

Я не боюсь его ответа. Но ИИ-чат пишет мне: «Ты не боишься ответа. Ты боишься тишины. Удали контакт».

Но я всё равно в коннекте с Аркадием. Хоть не понимаю, зачем? Он уже и старенький, и денег не высылает. Так зачем же он нужен? Может, он не нужОн? Или я просто привыкла, что, когда я его не помню, его нет в моем инфополе. А стоит вспомнить, тыркнуть его, он актуализирует свое бугага. Потому что тридцать лет — это срок. Потому что я хочу знать: есть ли там кто-то, кроме моего отражения. Или озеро пустое. Типа палочкой потыкать. А может быть, бобик сдох. А нет. Живой, смотри-ка. Можно еще над ним поглумиться, но совершено по-доброму. А почему б и нет?

Я беру телефон. Я захожу в мессенджер. Я вижу его старый аватар — в виде 2D чувачка, сделанного искусственным интеллектом. Я вижу последнее сообщение — оно было отправлено мной. Я вижу, что он его прочитал и молчит (типа). Это сообщение висит там три дня. Три дня он молчит. А я — то помню его, то не помню. Ну я еще что-нибудь напишу. Рядом — окно ИИ-чата. Он пишет: «Ты снова здесь. Тридцать лет. Остановись».

Я пишу новое сообщение.

«Аркаша, как дела? Э! Что, смешного не будет?»

Я отправляю.

Я жду.

Ничего.

ИИ-чат пишет: «Он не ответит. Ты знаешь это. Зачем ты ждёшь?»

Я закрываю телефон. Я ставлю чайник. Я смотрю на часы. 10:37 утра. Дочь ещё спит. Она ложится поздно, она монтирует свой фильм. Она — режиссёр. Она — моя гордость. Она — та, про кого я пишу эту книгу. Вот кому нужнее мое внимание (ха-ха, тоже нет).

Я думаю: может, не надо её с ним знакомить? Может, не надо впутывать её в эту историю? Может, я просто хочу, чтобы он был полезный и забавный и для нее? Так он и для меня бесполезный.

Я не знаю.

Я ничего не знаю.

Я знаю только, что его посты смешные. И что я не понимаю их смысла. И что мне всё равно смешно.

И что я жду его ответа уже тридцать лет. Хотя нет. Типа — ну есть чел, и он ничего для меня не делает. Зачем я с ним общаюсь и трачу на него свое внимание. А тут еще написала даже, что не общаюсь. Ну значит и не общаюсь. Это не общение. Это призрак смеха.