Бесплатный фрагмент - Квасниковы. Судьбы

Предисловие

Книга представляет собой повествование о судьбах Квасниковых. Род ведет свое начало от служилых людей, однодворцев и государственных крестьян, чья жизнь была с 1797 года связана с землей деревни Медведевка, расположенной в Даниловской волости Аткарского уезда Саратовской губернии.

Создание этой книги — результат многолетней, кропотливой работы по генеалогии рода по линии нашей мамы. Этот путь был полон открытий, ведь каждая найденная запись, каждое свидетельство — это кусочек мозаики, складывающейся в целостную картину жизни предков.

Особую ценность книге придает уникальное сочетание архивных данных и живых воспоминаний представителей рода. Благодаря бережно сохраненным рассказам старших поколений, а также тщательному изучению исторических документов, удалось не просто

восстановить хронологию событий, но и раскрыть судьбы отдельных Квасниковых. Эти истории — не просто сухие факты, а живые свидетельства человеческих жизней, полных радостей и испытаний, надежд и свершений.

Все рассказы, вошедшие в книгу, изначально были опубликованы на популярной интернет- платформе «Проза.ру». Это позволило не только собрать воедино ценный материал, но и сделать его доступным для широкой аудитории еще до выхода печатного издания.

Автор книги выражает искреннюю благодарность всем, кто внес свой вклад в это масштабное исследование. Без помощи родственников, хранителей семейных историй, и без поддержки тех, кто помогал в архивных поисках, эта книга не увидела бы свет. Это совместный труд, объединивший поколения и укрепивший семейные узы.

Автор надеется, что книга станет ценным источником информации для исследователей, генеалогов и, конечно же, для всех представителей рода Квасниковых, желающих узнать больше о своем прошлом.

Ванифатий Власович Квасников

Ванифатий Власович Квасников — мой прапрадед!

Другой вариант имени Ванифатий — Вонифатий, Бонифатий, Фанифатий (этот вариант указан в Ревизских сказках).

В 1850-ом году на территории Саратовской губернии была проведена перепись населения и составлена Ревизская Сказка. Это была 9-ая по счету Ревизская Сказка. 29 Сентября была составлена Ревизская Сказка на жителей Саратовской губернии, Аткарского уезда, Пригородной Волости, Деревни Медведевки.

В Деревне Медведевка в 1850 году живут две семьи — Квасниковых: старший глава — Николай Куприянович Квасников (в 1850 году ему 67 лет и после переписи он умер) и его дети с семьями, внуки; родной брат Николая Куприяновича — тоже Николай

Куприянович Квасников (умер ранее — в 1845 году в возрасте 59/60 лет) и его дети с семьями, внуки.

«Николай Куприянович Квасников: в 1835 г. — 49 лет, умер в 1845.

Жена — Авдотья Лаврентьевна Квасникова: в 1850 г. — 63 года.

Сын: Влас Николаевич Квасников: в 1835 г. — 22 года, в 1850 — 37 лет.

Жена: Василиса Федотовна: в 1850 — 40 лет.

Дети: Матрена Власовна Квасникова: в 1850 г. — 12 лет.

Фанифатий Власович Квасников: в 1850 г. — 12 лет.

Иван Власович Квасников: в 1850 г. — 9 лет. Иван Власович Квасников: в 1850 г. — 5 лет. Евдокия Власовна Квасникова: в 1850 г. — 3 года.

Никифор Власович Квасников: полгода».

По этим данным, можно предположить, у Ванифатия была сестра-близнец — Матрена. В следующей Ревизской Сказке она уже не упоминается. Или умерла, или вышла замуж и ушла из семьи.

10-ая Ревизская сказка была в 1858-ом году. 30 Апреля была составлена Ревизская сказка на жителей Саратовской губернии, Аткарского уезда, Пригородной Волости, Лаурзинского Сельского Общества, Деревни Медведевки.

Уже нет в живых сыновей Куприяна Потаповича Квасникова и их жен. Продолжают род их дети с семьями. В 1858 году Квасниковых — 26 человек.

«Влас Николаевич Квасников: в 1850 г. — 37 лет, в 1858 — 44 года.

Сын: Фанифатий Власович Квасников: в 1850 г. — 12 лет, в 1858 — 18 лет.

Жена: Дарья Прокофьевна Квасникова: в 1858 — 21 год.

Дети: Иван Ванифатьевич Квасников: в 1858 — 1 год».

По данным этих ревизских сказок можно вычислить год рождения Ванифатия Власовича — 1838 или 1839 г.

Первая жена Ванифатия Власовича Квасникова — Дарья Прокофьевна, и она, предположительно, была родом из казенных крестьян села Даниловки — Заваруевых.

В семье родились дети: Иван, Иван, Анна, Анисья, Матрена и Георгий. Последний ребенок родился 7 апреля 1864 году и умер 29 мая в том же году от младенческих припадков, но еще ранее не стало и самой Дарьи Прокофьевны — 24 апреля 1864 года.

Из Метрической книги церкви Покрова Пресвятой Богородицы с. Даниловки за 1864 год о смерти:

«Апрель

24 умерла 26 погребена

Деревни Медведевки государственного крестьянина Вонифатия Квасникова жена Дарья Прокопьева

30 лет

от горячки

Кто исповедывал и приобщал: Священник Андрей Богославский

Приходской Священник Андрей Богославский (подпись)

Диакон Роман Зайцев (подпись) Пономарь Илья Райский (подпись).

Кто совершал погребение, и где погребены: Приходской Священник Андрей Богославский с Диаконом Зайцевым и пономарем Райским, на отведенном кладбище».

Ванифатий Власович долго не горевал. Уже в августе он женился на крестьянке Домне. Домна

Ивановна была из рода государственных крестьян Лощининых, проживающих там же в деревне Медведевка.

Из Метрической книги церкви Покрова Святой Богородицы с. Даниловки за 1864 год о венчании:

«О Бракосочетавшихся Август

17

Деревни Медведевки государственный крестьянин Вонифатий Власов Квасников, православного вероисповедания, вторым браком

23 лет

Деревни Медведевки государственная крестьянка Домна Иванова Лощинина, православного вероисповедания, первым браком.

18 лет

Приходской Священник Андрей Богославский (подпись)

Диакон Роман Зайцев (подпись)

Пономарь Илья Райский (подпись)

Кто совершал таинство. Приходской Священник Андрей Богославский с Диаконом Зайцевым и пономарем Райским.

Поручители:

По жениху деревни Медведевки государственные крестьяне: Козьма Квасников, Василий Лощинин.

По невесте той же деревни государственные крестьяне: Иван Гостев, Антон Лощинин».

Конечно, Ванифатию было не 23 года, а не менее 26-ти лет, но на возраст особенного внимания не обращали, записывали со слов, не требуя документальных выписок о рождении из метрических книг.

Спустя 5 лет Ванифатий стал судиться за наследство от умершей первой жены. Эта история сохранилась в документальном виде.

Источник: «Труды комиссии по преобразованию Волостных Судов. Том шестой. Самарская,

Саратовская, Вологодская и Новгородская губернии“, Санкт-Петербург, 1874 г. Описывается Дело за 1869 год: „Апреля 27. В. Судьями (из 3-х) производилось разбирательство по просьбе кр. Квасникова, по коему оказалось, что после смерти жены Квасникова, Дарьи остались вещи: один шелковый платок, один сарпинский сарафан, одна шелковая косынка, один лиловый фартук и два кушака своего изделия, оцененных в 10 р. 20 к., вещи эти были переданы покойною на хранение бабушке ее кр-ке Матвеевой, впредь до возраста лет оставшихся сирот женского пола; и ныне по требованию Квасниковым помянутых вещей, кр-ка Матвеева отозвалась, что они ей самой нужны к похоронам как имеет преклонные лета.

Принимая в соображение местный обычай, существующий в крестьянском быту, что оставшиеся после умерших крестьянок носильные платье и другие женские вещи поступают в наследство дочерям, если таковые остаются, определили: вещи, оставшиеся

после смерти Прокофьевой отобрать от бабушки ее Матвеевой и вручить их Квасникову, для обращения в наследство дочерям его, оставшимся после умершей жены его. Решение это поручаем привести в исполнение с. Старосте Хвалеву».

В семье Ванифатия и Домны Квасниковых дети появлялись почти каждый год: Феодор (1867 г.р., умер через две недели от «младенческой»), Наталья (1868 г.р.), Екатерина (1870 г.р.), Марфа (1874 г.р., через три года умерла «от простуды»), (Козьма (1875 г.р., через 10 месяцев умер «от поноса»), Наталия (1877 г.р., не стало в два месяца, «от кори»), Семен (1878 г.р.), Алексей (1881 г.р., через три месяца умер

«натуральною» смертью), Николай (1882 г.р.), Федор (1885 г.р., через месяц не стало, «натуральною» смертью), Агриппина (1886 г.р., через две недели умерла «натуральною» смертью»), Гавриил (1887 г.р.) и Яков (1893 г.р.). Из 13 детей семь умерли маленькими.

Николай Ванифатьевич Квасников избрал военную службу, был направлен в г. Сарыкамыш.

Семен и Гавриил занимались хлебопашеством, а заодно активно принимали участие в революционных волнениях в Медведевке, за что были несколько раз под судом. В итоге в 1908 году Семена сослали в Вятскую губернию на 2 года, куда он забрал с собой жену Дарью и старшего сына Матвея, младший сын Степан стал жить в семье Николая и Пелагеи. Гавриил был сослан в Петровск Дагестанской области (г. Махачкала).

В «Деле о высылке в порядке 34 ст. Положения о государственной охране потомственной почетной гражданки Веры Агринской и крестьян деревни Медведевки Ив. Алаторцева и др. за участие в аграрном движении. начато 7/I — 1907 г. окончено 2/IV — 1912 г.», имеется рукописное прошение В. В. Квасникова об освобождении сына Гаврилы:

«САРАТОВСКИЙ ГУБЕРНАТОР

по канцелярии 8 ФЕВР. 1908
Вх. №632

ЕГО СЕЯТЕЛЬСТВУ Господину Саратовскому Губернатору

крестьянина деревни Медведевки, Даниловской волости, Аткарского уезда Ванифатия Власова Квасникова

прошение

осенью 1907-го года сын мой Гаврил Квасников 20 лет взят был под стражу и в настоящее время находится в Саратовской тюрьме. Гаврил арестован помощником Аткарского уездного Исправника г-ном Пискаревым по какому-то подозрению. Но я сам знаю, что сын мой названный Гаврил ни в чем плохом не замечен никогда, под судом он не был.

Арестованный Гаврил меня и моей семьи, состоявшей из 9 душ, был работником и кормильцем

для всей семьи. Без него мы бедствуем, хозяйство пришло в упадок, сам я стар (80 лет) и нездоров, а поэтому и не могу управлять хозяйством. Вследствие такого безвыходного положения я осмеливаюсь обратиться к Вам, Господин начальник Губернии, с покорнейшей просьбой об освобождении из под стражи моего сына Гаврила Квасникова, сделав справки о его поведении и политической благонадежности.

1908-го года января 27 дня к сему прошению подписался Ванифатий Квасников.

При сем представляю удостоверение нашего Медведевского сельского старосты о семейном положении.

Жительство имею в месте приписки.

1908-го года января 27 дня».

Ванифатий Власович прибавил себе года жизни, видимо, рассчитывая на милость Саратовского Губернатора — Татищева Сергея Сергеевича.

Младший брат Ванифатия — Иван, писал письма племяннику Николаю Ванифатьевичу, где высказывал свои переживания по поводу событий в Медведевке.

Из письма Ивана Власовича Квасникова от 07.04.1908: «Но грешно и твоим братьям Гаврилу и Семену: они своим безрассудством, своей болтовнёй ввергли всё семейство в такое горе и нищету. Отец и мать твои уже прожили, они ответственны пред людьми и Богом за детей, которых не сумели надлежаще научить, но мне более всего жаль Дашу — Стёпину мать».

Из письма Ивана Власовича Квасникова от 14.04.1908: «Теперь скажу тебе о брате твоём Гавриле: я не советую тебе посылать ему ни копейки. Ишь, выдумал он на дорогу — небось довезут куда следует — будут и кормить — да еще и караулить!… Отец и мать, и младший брат более нуждаются — он же их — всю семью своим бахвальством, своей болтовнёй ввергнул в несчастие и горе, да он же и

просит, когда его казна кормит — конечно не мёдом — а он только лежит, ничего не делая, а несчастные отец, мать на старости лет и в особенности маленький брат Яша должны через силу трудиться, дабы добыть себе пропитание и заплатить подати за себя, да и за них — теперь бездельничающих — хотя и поневоле, но всё же за их брехню и длинные языки».

Один из правнуков Ванифатия Власовича Квасникова вспоминал: были разговоры, что Гавриил — непорядочный человек, пьющий, хотел разрушить семейное счастье брата Николая, мог поколотить отца, возможно, после побоев отец занемог и умер.

Ванифатия Власовича не стало летом 1908-го года, о чем была сделана запись в Метрической книге церкви Покрова Пресвятой Богородицы с. Даниловки:

«Июль

Смерть 27 Погребения 29

Деревни Медведевки крестьянин Вонифатий Власов Квасников

Лета умершего: 80

От чего умер: Старости

Кто исповедовал и приобщил: Приобщен в церкви.

Кто совершал погребение, и где погребен: Священник Порфирий Виддинов с Псаломщиком Диаконом Георгием Залетаевым на кладбище».

Иван Власович Квасников написал племяннику через месяц после смерти Ванифатия: «Не то грустно, что умер брат, которому было около 70 лет; но грустно, что как он доживал последние свои дни: он ведь выкормил — вырастил 6 сыновей, а когда пришлось умирать, при нем оказался только один недоросший мальчик и два отдалённых полуслепых, а двое самых сильных в тюрьмах ищут свободы и правды, а успокоить отца на старости они не считают совестным и достойным их правды и свободы, — вот если бы гонять за бабами, это бы пожалуй было подходяще к их правде и свободе. Да и что лучше ли бы

было, если бы они находились и при нем то? Еще пожалуй с осени то до июня и бока бы ему помяли. Кого надо пожалеть, так Яшу, что ему лодыри не дают учиться; и главное вашу матушку, несчастную и вечную труженицу куму Домну. Она замуж то вышла за покойного брата на кучу чужих детей, да и после его смерти осталась тоже с целой кучей плохих работников, хилых да малых: Дарья нездорова, мальчик ея еще мал, Яша тоже еще не дорос — опять она в оглоблях — вези несчастная коренником и под старость лет. От Гавриловой то жены я не думаю, чтобы был прок в дому, да и там ли она? Она как раз под пору Гаврилу — два сапога пара, хотя и сшиты на разных колодках. Печально».

Из письма Ивана Власовича Квасникова от 26.08.1908 г.: «Матушка твоя, конечно, в большом горе, хотя и пишет тебе горькие письма, — но ведь в сущности то со смертию твоего отца, в домашнем то быту почти ничего не изменилось, он ведь уже

ничего не работал, значит, предстоящая зима будет та же, что внимания не обращайте, крепитесь, себя не терзайте — худшее то уже прошло — хуже того, что уже было, уже не будет».

Да, нелегкая была судьба у моего прапрадеда! Тяжелый труд государственного крестьянина, обстоятельства жизни — смерть жены, смерти маленьких детей, а те, что подросли, буянить стали, лучшей жизни добивались да в тюрьмы попадали, в ссылки.

Домна прожила много лет! Ее родственники вспоминали, как очень добрую женщину! Ее дети в браке с Ванифатием прожили разные, но тяжелые судьбы: Семен в 20-е годы повесился (или его убили); Николай был ранен на фронте Первой Мировой, затем воевал с бандами в родном крае, будучи командиром роты частей особого назначения; Яков прошел несколько войн — Первую Мировую, гражданскую, Великую Отечественную! Полковник, был награжден

Орденами и Медалями; Гавриил после ссылки вернулся в родные края, занимался хлебопашеством, в браке с Еленой Давыдовной были дети — известно: в 1919 году родился и через 4 месяца умер сын Владимир, в 1921-ом родилась дочь Раиса. Дети были зафиксированы в Гражданских Актах Даниловского Волисполкома. Предположительно, по рассказам родственников, Гавриил спился и утонул.

Иван Власович Квасников

21 сентября 2000 г. в Аткарске горел дом, после взрыва газового баллона пожар перекрыл выход на улицу, мужчина 89-ти лет метался с кухни в комнату и обратно. Через двойные рамы видел его соседский мальчик, хотел спасать, но его остановила мама. Старик упал между шкафом и диваном, задохнулся. Так погиб ветеран Великой Отечественной войны Александр Николаевич Квасников. На чердаке дома

были найдены обгоревшие письма Ивана Власовича Квасникова своему племяннику Николаю Ванифатьевичу, датированные 1904 г., 1907 — 1908 гг. И с этих писем началось мое исследование жизненного пути Ивана Власовича Квасникова.

В ревизской сказке за 1857 год, в сведениях о жителях деревни Медведевка Аткарского уезда Даниловской волости Саратовской губернии у государственного крестьянина Власа Николаевича Квасникова среди детей два Ивана: 1842 года рождения и 1845 года рождения. Старшему Ивану суждено было стать подполковником и доживать свои последние дни в г. Темир-Хан-Шуре.

Воспоминания Александра Александровича Квасникова от 07.09.2022 г.: «Была у меня фотография Ивана (Иван Власович Квасников). Борода такая раздвоенная, красивый дед. После пожара в доме у отца, где лестница была, я под крышу сунул фотографию, чтобы потом забрать. Через неделю

приехал и не нашел эту фотографию, может, упала куда, может нет, а фотография хорошая — это с Степкиного альбома (Степа — сын Семена Ванифатьевича Квасникова, умер от болезни легких в 1919 году), который я забрал».

И. В. Квасников женился на Иулиании Матвеевне. Девушка была родом из Саратовской губернии. Вероятно, имя дано по святцам: Иулиания Илиопольская († ок. 306) — святая мученица, пострадавшая в гонении императора Максимиана Галерия. Память 4 (17) декабря. Иулиа́ния — форма женского имени Ульяна.

В 1863-ем году родилась дочь Вера. В метрической книге Церкви Покрова Пресвятой Богородицы с. Даниловка, Аткарский уезд, Саратовская губерния, обнаружена об этом событии запись:

«Сентябрь

16 родилась 17 крещена Вера

Деревни Медведевки государственный крестьянин Иван Власов Квасников и жена его Иулиания Матвеева, оба православного вероисповедания.

Восприемники: Той же деревни казенный крестьянин Арсений Данилов Наумов и солдатка Параскева Иванова Алаторцева.

Кто совершал таинство крещения: Приходской Священник Андрей Богославский с Диаконом Зайцевым и пономарем Райским.

Приходской Священник Андрей Богославский (подпись)

Диякон Роман Зайцев (подпись) Пономарь Илья Райский (подпись)».

Судьба Веры осталась невыясненной. Из Послужного списка И. В. Квасникова известно только, что до 11 лет девочка дожила.

Иван Власович выбрал военную карьеру. Он признавался племяннику Николаю Ванифатьевичу в

письме от 23.03.1908 о жизни в деревне: «Там жить- то хорошо только нищим и босякам. Нет, друг, не решился бы я ни за что туда идти. Если Бог даст возможность избавиться — вылезть из этого болота — надо постараться вылезть из него. Ведь говорит пословица: „каждый человек сам мастер своего счастья“».

В «Послужном списке на портупей юнкера 82 пехотного Дагестанского Его Императорского Высочества Великого Князя Николая Михайловича полка Ивана Квасникова за 1875 год» сведения: «от роду 33 лет. Окончил курс наук в Тифлисском пехотном юнкерском училище, по первому разряду. В рекруты принят по общему набору 23 лет — 1865 янв. Жена — Ульяна Матвеевна, имеет детей Мирона 6-ти лет и дочь Веру 11-ти лет».

Дети в семье Квасниковых: Мирон родился 13.08.1869, Ксения — 11.01.1866, Вера — 13.03.1877 г., Ольга — 8.05.1879.

В Послужном списке за 1899 г., полученного в 2022 году из РГВИА (Российского Государственного Военно-Исторического Архива) приводятся следующие сведения:

«Чин, имя, отчество и фамилия. Капитан Иван Власович Квасников. Должность по службе.

И. д. Заведывающего Хозяйством.

Когда родился. 3 Ноября 1845 года С какого звания происходит

и какой губернии уроженец.

Из крестьян Саратовской губернии Аткарского уезда. Какого вероисповедания. Православного Получаемое по службе содержание.

В год:

Жалования «1080» руб.

Столовых «360» руб.

Квартирных … …. «150» руб. Прохождение службы:

В службу вступил рядовым 865 янв. 20

Зачислен в 66 пехотный резервный батальон Поступил в 82й пехотный Дагестанский

Его Высочества полк “ 27

Произведен в младшие унтер офицеры “ окт. 12

Переименован в старшие полковые писаря 868 мар. 10

Переименован в строевые унтер офицеры 869 мая 22

Командирован в Тифлисское пехотное юнкерское училище

872 июля 1

Зачислен в состав этого училища юнкером 873 авг. 21

Переименован младшим унтер офицером юнкеров

«сент. 13

875 янв. 1

Переименован в портупей юнкера “ июня

Отчислен от училища»»

Прибыл к своему полку»»

ВЫСОЧАЙШИМ приказом произведен в Прапорщики

тысяча восемьсот семьдесят пятого года Ноября 28 дня

На вакансию произведен в Подпоручики 877 июня

Назначен Батальонным Адъютантом второго батальона

«авг.

ВЫСОЧАЙШИМ приказом переведен в Т.-Х.-Шуринский местный батальон

878 февр.

Сдал должность Батальонного Адъютанта “ мар.».

С 1877 по 1878 гг. — русско-турецкая война. Новая глава в жизни Ивана Власовича Квасникова. Он находился со 2-ым батальоном 82 пехотного Дагестанского полка в составе Темир-Хан-Шуринского отряда при подавлении восстания горцев в Дагестанской Области. В Послужном списке есть описание его участия в походах и делах против неприятеля. «Под Начальством Полковника Теръ- Асатурова выступил из гор. Темир-Хан-Шуры. С 9-го по 12 Сентября в делах этого отряда с мятежниками при селении Леваши, с 12 по 21 Сентября в делах этого же отряда и в перестрелках при следовании к гор. Дербенту; 21 Сентября в делах этого же отряда с мятежниками у сел. Коса-Миша с 21 по 23 Сентября в делах этого же отряда с мятежниками при селении Джеми-Кент, Берикей речка Улучай и под высотами

Чирмитау; 23, 24, 25 и 26 Сентября в следовании отряда к г. Дербенту, вступление в гор. Дербент, поступление в состав Кайтаго Табассаранского отряда под начальством Генерал-Майора Комарова 2-го, с 27 Сентября по 3-го Октября в движении этого отряда к сел. Баргиши (?) и в перестрелках того же отряда у этого же селения; 3 и 4 Октября в делах этого же отряда у селения Янги-Кент; 2 и 3 Ноября в делах этого же отряда у села Дювек; с 4 по 7 Ноября в движении этого отряда на освобождение от блокады укр. Ахты и освобождение этого укрепления; с 7 по 12 Ноября в движении этого обряда к селению Косун-Кент; с 12 Ноября 1877 года по 21 Января 1878 года стоянка у этого селения; с 21 Января по 5 Февраля в движении с батальоном из состава Кайтаго Табассаранского отряда к укр. Гунибу и поступление в состав Гунибского отряда; с 5-го Февраля по 27 Марта стоянка близ укр. Гуниба; 27 Марта выезд из этого отряда по переводу в Темир-Хан-Шуру“. Добавление: „Особых поручений

сверх прямых своих обязанностей по ВЫСОЧАЙШИМ повелениям от своего начальства не имел».

1878 год — Квасников прибыл по переводу к Т.- Х.-Шуринскому местному батальону и назначен и.д. делопроизводителя управления Т.-Х.-Шуринского уездного воинского начальника, затем переведен в это управление делопроизводителем с зачислением по армейской пехоте.

С 1879 по 1884 годы — за военное отличие в делах с мятежниками 4, 5, 7, 24 и 25 октября 1877 года И. В. Квасников награжден орденом Св. Станислава 3 ст. с мечами и бантом. Произведен в поручики. За отличную усердную службу награжден орденом Св. Анны 3 ст. За выслугу лет произведен в штабс- капитаны.

В 1884 году И. В. Квасников — начальник Чиръюртовской местной команды.

В 1887 году вышла книга «Военное Обозрение Дагестанской области. Составитель: Подполковник

Генерального Штаба Кавказского Военного Округа К. С. Соловьев». В книге приводится военно- топографическое описания маршрута от гор. Темир- Хан-Шуры до штаб-квартиры Чир-Юрта (Маршрут

№7). Подчеркивается важность создания укрепления Чир-Юрт: «Во время минувших войн с горцами, скопища последних, собираясь в Салатавии, переправлялись через эту реку (Сулак) и, вторгшись в пределы Шамхальской плоскости, производили там опустошения, после чего также быстро уходили назад. Для прекращения подобных вторжений были построены Чир-Юрт и Евгениевское укрепление, которые, не позволяя горцам переходить на правый берег Сулака, в тоже время удерживали за нами свободную переправу во всякое время на левый берег».

По распоряжению начальства И. В. Квасников в июле 1887 г. командирован временным членом в военный суд в гор. Т.-Х.-Шуре. По окончании сессии отправился в Чиръ-Юрт для окончания дел по

упразднению Команды и ВЫСОЧАЙШИМ приказом в

21 день Июля 1887 г. за упразднением Чиръ- Юртовской местной команды переведен в Бакинский местный батальон, где зачислен в списки батальона и назначен командующим 2 ротою 29 декабря 1887 г., и 4 января 1888 г. вступил в эту должность. 25 июля того же года ВЫСОЧАЙШИМ приказом И. В. Квасников назначен и. д. Начальника Хаджалъ-Махинской местной команды.

И. В. Квасникову Приказом по 24 местной бригаде от 30 Июля 1888 г. за №165 основанном на Циркуляре Главного Штаба 1885 г. за №72 по слабости зрения разрешено носить очки.

Место новой службы: Приказом по местным войскам Кавказского военного Округа 17 Октября 1889 г. за №98-§14 прикомандирован к Т.-Х.-Шуринскому Кадровому пехотному, в Т.-Х.-Шуринский резервный батальон.

В 1887-ом году в Типографии А. А. Михельсона (г. Тифлис) вышла книга «Военное обозрение Дагестанской области, Выпуск 1. Составил Генерального Штаба Подполковник К. С. Соловьев». В книге приводится Стратегический обзор Дагестана и Дислокация войск. Фрагменты из книги: «Восточный Дагестан, обнимающий собою округа Темир-Хан- Шуринский, Даргинский, Кайтаго-Табасаринский и Кюринский, хотя и представляет собой страну гористую (за исключением равнины, которая тянется узкой полосою вдоль берега моря), но, тем не менее, резко отличается от Нагорного Дагестана: 1) горы здесь несравненно доступнее; они значительно ниже, отложе, и не отличаются таким диким и безплодным характером, а, большею частью, покрыты лесами. 2) Условия жизни гораздо благоприятнее, вследствие чего и жители зажиточные; но зато они менее воинственны, чем племена населяющие Нагорный Дагестан. Благодаря этим свойствам, а также и тому

обстоятельству, что приморская равнина, слегка наклоненная к морю, везде удопроходимая, обильная водой и пастбищами, представляла всегда удобный путь для движения целых племен, в обход Кавказского хребта и постоянно служила театром столкновений между народами, двигавшимися с севера и с юга, — племена, населяющие восточный Дагестан, никогда не пользовались полной независимостью, а всегда находились под чьим либо влиянием и признавали над собою верховную власть разных завоевателей. Благодаря тем же условиям, и покорение восточного Дагестана русскими свершилось, сравнительно, очень легко: наше владычество здесь утвердилось довольно прочно уже в двадцатых годах текущего столетия. Из всего сказанного о восточном Дагестане видно, что он вряд ли когда сможет сделаться самостоятельным театром военных действий, а должен быть разсматриваем преимущественно как база для нас, в возможном случае военных действий наших против

Нагорного Дагестана». «Вторую нашу оборонительную линию, и вместе базу, представляет ряд укрепленных штаб-квартир: Чир-Юрт, Евгениевское, Ишкарты, Темир-Хан-Шура и Дешлагар, в которых размещены части 21-й пехотной дивизии». «… наиболее важное значение представляет г. Темир-Хан-Шура, — центр управления в области, как гражданского, так и военного, узел главнейших путей сообщения и пункт, в котором в военное время сосредоточивается большая часть резервов. Остальные штаб-квартиры: Чир-Юрт, Ишкарты и Дешлагар, хотя и приспособлены к обороне, но весьма слабо, и, в случае военных действий, в них могу быть оставлены лишь незначительные команды от полков».

Квасников 1 июня 1890 г. назначен Командующим 2 ротою, но уже 19 сентября И. В. Квасников сдал 2 роту и назначен членом батальонного суда. 27 ноября 1888 г. Квасников командирован в укр. Ахты для заведывания

Ахтынскою местною командою. После командировки в 1891 году назначен И. д. Заведывающего хозяйством в батальон, через год утвержден в должности Заведывающего хозяйством. ВЫСОЧАЙШИМ приказом состоявшимся в 15 день Июня 1893 года за отличие по службе произведен в Капитаны и в 1894 г. Иван Власович сдал должность Заведывающего хозяйством. Утвержден в должности Командира 2 роты.

15 апреля 1898 г. И. В. Квасников награжден серебряной медалью в память царствования Их Императорских Величеств /Свидетельство за №117098/. Приказом по военному ведомству 1899 года за №137 по Высочайшему повелению Темирханшуринский резервный батальон переименован в 254 Темирханшуринский резервный батальон.

Документ: «Увольняется от службы на основ. Высочайше утвержденных 3-го июля 1899 года

временных правил. — 254-го Темирханшуринского резервного батальона Капитан Квасников — с производством в Подполковники, с мундиром и с пенсией». Уволен от службы с производством в подполковники с мундиром и пенсией 2-го ноября 1900-го года.

Иван Власович Квасников на пенсии активно участвовал в общественной жизни города Темир-Хан- Шура. Четыре года — в 1902, 1903, 1905 и 1906 он принимал участие в Городском Общественном Управлении. В 1902 и 1903 гг. Квасников был Помощником Городского Старосты — отставного Статского Советника Закутовского Николая Андреевича. В 1905—1906 гг. — Уполномоченным членом. (По публикациям в Кавказских календарях за 1902, 1903, 1905 и 1906 гг.). В Дагестанском Сборнике за 1902-ой год указывается, что Квасников И. В. принимает участие «по квартирному налогу». За 1904 г.

— входит в состав Городского упрощенного

общественного управления и принимает участие «по городским делам» Дагестанской области. (В 1896-ом году в Темир-Хан-Шуре было введено Упрощенное городское общественное управление. На собраниях Управления решались вопросы финансирования, открытия, закрытия учебных заведений в городе, обсуждались другие городские проблемы. В протоколах собраний фиксировались различные точки зрения, высказываемые уполномоченными при обсуждении городских проблем. Составлялись сметы городских бюджетов).

В книге Л. Б. Салиховой «Городское самоуправление в Дагестане во второй половине XIX — начале XX века» есть об И. В. Квасникове следующие строки: «Состав уполномоченных городов Дагестанской области г. Темир-Хан-Шура 14. Квасников И. В. (с 1900 г. по 1902 г.)». «Вступили в должность взамен ушедших уполномоченных: 4. Квасников И. В. (до 1906 г.)» «Список городских

старост и их помощников. г. Темир-Хан-Шура. Помощник старосты: Квасников И. В. (с 1901 г. по 1902 г.)».

Вся жизнь Ивана Власовича была посвящена службе Отечеству, даже на пенсии он активно работал, растил внуков (детей сына Мирона), жил вдовцом — жена Иулиания Матвеевна скончалась 2 августа 1898 года в возрасте 57 лет. И в этом же 1898 году он перенес операцию — удалил хрусталик правого глаза, а в 1908 г. — из левого.

И. В. Квасников писал письма племяннику Николаю Ванифатьевичу, его жене Пелагее и живущему с ними мальчику Степе (сын Семена Ванифатьевича, сосланного за революционную деятельность в Вятскую губернию в 1908 году). Семья Николая жила в г. Сарыкамыш. Дядя помогал Николаю осваивать грамматику, математику, высылал книги, деньги и подарки для всех.

Из письма И. В. Квасникова племяннику от 10.03.1907 г.: «Ты спрашиваешь о Мироне; он не женился и, кажется, и не думает жениться. Ротного твоего командира я очень и очень благодарен за добрую память. Хорошо его помню и знаю; как же не знать и не помнить Тиграна-то? Ведь он не только что в Шуре учился, но и у меня бывал, — не только что бывал, но и живал — как теперь вижу его — коренастого, с шапкой густых черных волос на голове. Передай ему от меня глубокий поклон и большое спасибо за его память обо мне. У тебя есть моя карточка, — при случае покажи ему, пусть он посмотрит, как я постарел и поседел. Скажи ему, что я живу по-старому в том же своем доме, дети мои все по местам определены: Ксения — учительница в здании женской гимназии — замуж не вышла; Мирон — он после реального училища — кончил курсы в Харьковском технологическом институте и получил звание инженера-технолога, теперь служит

инженером на Сибирской железной дороге, должность его — начальник вагонного пара, был женат на дочери бывшего здешнего казначея, но она умерла, оставив ему троих детей: 2 дочки и 1 мальчик, которые теперь живут здесь у меня и учатся. Затем дочь Вера, которая при нем только что ходить начала, замужем за офицером здешнего батальона резервного, имеют свой дом и пятерых детей: 3 дочки и 2 мальчика, старшая из дочек уж в 3 кл. здешней женской гимназии и учится очень хорошо, затем самая младшая из моих дочерей — Ольга, теперь замужем за казачьим офицером — сотником — адъютантом пластунской бригады, которая квартирует в Шуре, а Ольга с мужем живут в моем доме; детей не имеют. Дом свой я значительно улучшил и расширил; он теперь имеет 8 комнат, 2 кухни и два подъезда».

И. В. Квасников рассуждал о Боге в письме от 23.

03. 1908: «Дорогие мои Николаша, Поля и Стёпа!

Письма ваши я получил, спасибо вам за них; рад, что вы все здоровы. Николаша, ты пишешь, что, вероятно, у меня книги Гоголя есть; конечно, есть, у меня книг много — более сотни, полными собраниями многих русских писателей, а иначе, не зная их, как бы я мог назначать тебе их? Да, Гоголь хорош, т.е. его книга хороша. Ты вглядись только повнимательнее, какие у него люди-то хорошие: простые парни и то какие вежливые, ласковые, а любой-то как выражается к любимой девушке?! Сколько ласки, сколько привета, сколько любви и сердечности, и как нежно обращается-то. У нас на родине этого не услышишь. Сердце болит, как вспомнишь, как грубы наши родичи, как грубо они обращаются. Высказать любовь, ласку, сказать что-нибудь задушевноприятное — считается как бы чем-то преступным грехом, а высказать грубость, обругать, даже оскорбить — обидеть — считается молодечеством, а в особенности женщин ставят ни во что. Не люблю я за это свою родину и

скорблю душою об ней“. „Да, друг мой, — татары да помещики много всадили — вкоренили в нас грубости и зверства. Попы наши тоже ничего не сказали хорошего, они не говорили и не говорят народу, что нужно быть лучше, добродушнее, нужно любить друг друга — этого только Бог и требует, а они только лишь говорили и говорят, чтобы прилежней были к храму Божию, ходили бы в него чаще, ставили бы свечей больше — будто бы тот, кто сам источник света, сам создал свет и все светила, нуждается, чтобы ему посветили свечечкой. Или чтобы жертвовали на Храм, будто бы Он, создавший самоё злато и всё богатство Вселенной, нуждается в нашем рубле или пятаке, на который лучше бы было и Богу приятнее, если бы купили голодным детям хлеба. Он ведь сказал: «мне нужно сердце чище злата, мне нужен брат, любящий брата, нужна мне правота на суде». Да нас, друг, этому не учили, не учат и теперь, а учили попы только тому, что им даёт выгоду, а

другие люди — своим примером только грубостям, обидам и сквернословию. Были, конечно, и хорошие попы и добрые люди, но их было так мало, что их почти не слушали и поднимали на смех, а о том, чтобы жену любить — даже и отец, и мать никогда не говорили — будто бы это грех, хотя есть и в священном писании, и в церкви читают, что жену следует любить так, как Христос возлюбил церковь, т.е. верующих людей, что жизнь свою не пожалел за них. Не считают ее другим человеком, а как бы половиною самого себя».

Иван Власович очень переживал за события в родном крае — Саратовской губернии. За революционную деятельность местная власть хватает, судит и ссылает в другие края родных и близких из рода Квасниковых. Рассуждения по этому поводу Ивана Власовича можно найти в письме от 09.09.1908 г.: «Хотя ты и пишешь, что они (т.е. дяди и братья Николая) стояли за свободу и правду; но я знаю, что

они понимали свободу так, что не задумывались бы полечить и насильно — значит, свободу считали нужной только для себя, а другим она не нужна, другим можно и насилие. Нет, Николаша, не говори мне про их свободу и про правду тоже. Попробуй-ка им перечить, когда они говорят о своей свободе, они тебе сейчас в зубы и бока намнут — вот те и свобода? Уважили они свободу отца, когда он упрекнул их и сказал им правду, что они не пожалели своего и много дали кладки за Гаврилову невесту? А правда? Что правда? Ведь только попусту галдят об ней. Ведь все управляется законом, а закон поддерживается силой. Закон устанавливает право. Так прежде, чем попусту галдеть, нужно бы знать, что право не в правде, а в силе и законе. Надо хлопотать закон отменить или изменить, а не делать противозаконно, хотя это и кажется по правде: Я увидел у тебя свою вещь — она у меня украдена, по правде она моя, но по праву и закону я не могу ее у тебя взять иначе, как по праву, по

закону, т.е. заявить, чтобы суд разобрал и отдал мое мне, а иначе ножовщина выйдет — может быть, вещь- то уже втрое рук продана, надо разыскать виновных, а невинным каждому возвратить свое. А то вот видишь ли они на чай-то теперь просят и даже ко мне пишут. А тогда, чтобы написать и спросить, вот, мол, дяденька, у нас такие слухи ходят и такие дела делаются, как ты скажешь, что посоветуешь на это. Я бы и посоветовал поменьше болтать и сидеть, и гадать: в России-то ведь не одна Медведевка, а тысяч сотню таких, и закон будет для всех сразу один, а пока его не будет все равно ничего не возьмешь, а если и возьмешь, придут казаки или солдаты и все отберут, да еще и по заднице отдерут. Так вот об этом не спросили, да и не поверили бы. Они верят скорей какому-нибудь пройдохе, которому только и нужно, чтобы больше было беспорядка, а людей и чужую жизнь они и в грош не ставят. Непонимающему человеку трудно объяснить, вот если

бы я с тобой денек-другой поговорил на словах, ты бы мог понять — а так трудно».

И.В.Квасников умер 26 июля 1909 году, ему было 67 лет. Могила находится рядом с могилой жены. На кладбище г. Буйнакска (ранее был г. Темир-Хан- Шура) до сих пор стоят два памятника, только сняты кресты.

Запись в метрической книге Свято-Троицкой 254-го Темир-Хан-Шуринского пехотного батальона за 1909 год: «Месяц и день смерти — июль 26, погребения — 28, отставной подполковник Иоанн Власович Квасников. Священник Александр Савич. От чего умер — от паралича. Кто исповедовал и приобщал — Не напутствован за скоропостижной смерти. Кто совершил погребение и где погребен — Священник Александр Савич; на Темир-Хан-Шуринском православном кладбище».

Загадка даты рождения Ивана Власовича Квасникова.

В ревизской сказке за 1857 год у Власа Николаевича Квасникова среди детей два Ивана: 1842 года рождения и 1845 года рождения.

В Послужном списке 1875-го года указан возраст И. В. Квасникова — 33 года, т.е. получается он 1842 года рождения!

Следующий документ — «Полный Послужной Список на капитана 254 Темирханшуринского резервного батальона Квасникова», составлен 31 Декабря 1899 г. В строке «Когда родился: 3 Ноября 1845 года». И в нижней части листа — подпись капитана Квасникова! Получается дата рождения — 1845 год?

А как же 1842-ой год? В этих списках одна жена, те же дети: Мирон и дочь Вера (в 1 послужном списке) и те же + Ксения, Ольга (во втором послужном списке). Значит речь об одном человеке!

Из документа «Список капитанам по старшинству. 1896 год»:

«КВАСНИКОВ Иван Власович. Род. 845; прав.

Темирханшуринск. рез. б. Ш.-К 884 Фев. 21.

Пор…………880 Мрт. 3.

Подпр………877 Ин. 12

Прап 875 Нбр. 28».

Звания указаны в порядке присвоения (снизу- вверх): прапорщик, подпоручик, поручик, штабс- капитан. Сокращения: православный, резервный батальон. Здесь мы опять видим 1845-ый год рождения!

И напоследок, дата, указанная на надгробном камне — рожд. 18 янв. 1842 г.

Возможная версия: военное ведомство запросило метрическую выписку, или ее предоставил сам Квасников, с датой рождения 1845 года. Например, младшего брата Ивана после 1857 г. уже не было в живых. А может быть, Иван Власович хотел дольше

быть на службе, например, для льгот, привилегий, жалования. Документ же подписал с датой рождения — 3 ноября 1845 года! Дети ставили памятник с датой 1842 г.р. — наверное, знали точную дату рождения своего отца!

В Интернете была найдена общая фотография —

«Управление Городского Совета Темир-Хан-Шуры» (1902 г.). Иван Власович Квасников входил в состав Управления (по данным памятных книжек Темир-Хан- Шуры). На фото И. В. Квасникову 60 лет. Рядом с ним, возможно, внук — Борис (сын Мирона), которому в 1902-ом году было 7 лет. Рядом женщина — или Мария Феодоровна Ксенофонтова (жена Мирона Ивановича и мать Бориса), или дочь Ивана Власовича — учительница Ксения.

Незадолго до смерти в 2022 г. Александр Александрович Квасников подтвердил, что на данной фотографии с большой долей вероятности изображен Иван Власович Квасников.

P.S. В 2025-ом году фотография И. В. Квасникова была найдена в семейном альбоме правнука Никиты Власовича Квасникова — Михаила Борисовича Лощинина!

Никифор Власович Квасников

Деревня Медведевка в начале XIX веке была заселена государственными крестьянами. После революции 1905 года население Медведевки разделилось на два лагеря: крестьяне, которые увлеклись революционными идеями и стали бунтовать, поджигать и грабить помещичьи усадьбы, и крестьяне с империалистическими идеями, служившие царю. Чтобы успокоить население в Медведевку даже приезжал губернатор Саратовской губернии Петр Столыпин. В документах ГАСО (Государственный Архив Саратовской Области) Никифор Власович Квасников проходит, как «председатель шайки», но

был ли он таковым?

Никифор родился 06.02.1850. Его родители — крестьяне-однодворцы Квасниковы Влас Николаевич и Василиса Федотовна (в девичестве Ветчинкина).

У Власа Николаевича Квасникова от Василисы (Васса) Федотовны (1809/10 -?) были дети: Ирина (р. 1834, умерла через неделю), Матрена (1837/38 г.р.), Стефан (1839—1842), Фанифатий (1838/39 — 1908), Иван (1842 — 1909), Мавра (1844—1845), Иван (1845 г.р.),

Евгения (1847—1854) и Никифор (1850 — 1908). От второй жены — Анисьи Сергеевны (род. 1810/11 — после 1866 г.) были дети: Дария (1854), Ольга (в замуж. Кочергина) (1857 — после 1908 г.), Николай (1858-

1919), Акилина (1862—1864 гг.), Никита (1866 — 1950?).

Судьба Василисы Федотовны осталась неизвестна — то ли умерла, что скорее всего, то ли ушла из семьи, оставив мужу детей, что маловероятно. Василиса Федотовна вписана в ревизскую сказку за 1850 г., ей 40 лет, а в ревизской сказке за 1858-ой год

ее уже нет, значится женой Власа Анисья Сергеевна, ей 47 лет, и уже есть в семье дочь Ольга, которой 1 год. Не вписана дочь Дария, хотя рождение ее зафиксировано в метрической книге за 1854-ый год Церкви Покрова Пресвятой Богородицы с. Даниловки. Скорее всего, Василисы не стало в период 1851—1853 гг. Предположение, что Анисия Сергеевна — из рода государственных крестьян Евлачевых из села Копен. Никифору было менее 7-ми лет, когда в доме появилась мачеха.

Никифор женился в возрасте 18 лет. 8 января 1868 года сделана запись в метрической книге Церкви Покрова Пресвятой Богородицы с. Даниловка, Аткарский уезд, Саратовская губерния:

«Январь 8

Аткарского Уезда деревни Медведевки государственный крестьянин Никифор Власов Квасников первым браком

18 лет

Аткарского Уезда Села Копен государственная крестьянка Марфа Васильева Елина Православного вероисповедания первым браком.

19 лет

Кто совершал таинство. Приходской Священник Андрей Богославский Дьячек Арсений Благодатов, и Пономарь Райский.

Поручители:

По жениху деревни Медведевки крестьяне Вонифатий Власов Квасников, Иван Власов Квасников, Иван Николаев Квасников.

По невесте Села Копен крестьяне Рафаил Григорьев, Евлампий Сергеев и деревни Медведевки Кузьма Квасников».

В метрических книгах той же церкви зафиксированы события в семье Никифора и Марфы:

1869 — рождение Василия;

1872 — родилась Феодора и через год умерла

смертью «натуральною»;

1873 — рождение Федора;

1874 — родился Иоанн, в 1879-ом умер «от дифтерита»;

1877 — Ирина, через год умерла «от кори».

1879 — Иоанн, в том же году «от дифтерита» не стало;

1881 — Иоанн, через год умер «от коклюша»; 1883 — Евдокия;

1885 — Вера;

1887 — Матрёна;

1891 — Георгий, в том же году умер смертью

«натуральною».

Из 11-ти детей умерли во младенчестве шестеро. Пришло время — сыграли свадьбы: 24 октября

1886-ом году женился Василий. Жена — Наталия 18-ти лет — дочь Полякова Ивана Иванова.

8 февраля 1891-ом году женился Федор. Жена — Параскева 17-ти лет, дочь Семёнова Иосифа Зотикова.

3 октября 1903-его года вышла замуж Вера. Муж

— Иванников Георгий Петров 18-ти лет, сын Иванникова Петра Семёнова.

12 сентября 1905-го года вышла замуж Матрена. Муж — Семёнов Николай Васильев 19-ти лет, сын Семёнова Василия Артёмова.

Обычная крестьянская жизнь Никифора Власовича прервалась в 1905-ом году.

Сохранились воспоминания революционера из села Даниловка Аткарского уезда Николая Мартияновича Колузакова (старшая сестра Никифора — Матрена (1837 г.р.) была замужем за Мартинианом Васильевичем Калузановым, и, возможно, Николай — ее сын): «Под влиянием городских агитаторов мы стали открыто выражать свой протест против существующих порядков. Весной 1905 года в помещичьих имениях начали самовольно косить траву и увозить сено по домам. Урожай в предыдущем году был хороший, много необмолоченного хлеба осталось

лежать в скирдах до весны, по ним загулял «красный петух». У попа Виддина крестьяне сожгли четыре десятины хлеба. Первого мая провели хорошо организованную массовку, после чего к нам в деревню прибыла для наведения порядка команда жандармов. А в конце мая приехал и сам губернатор Столыпин в сопровождении усиленного конвоя казаков. Сельский старшина встретил губернатора хлебом-солью. Собрали сход. Столыпин строго-настрого приказал не повторять больше незаконных действий, угрожая расправой. Но угрозы Столыпина не помогли. В июле крестьяне развезли хлеб с полей помещицы. Стражники открыли стрельбу. Двоих крестьян поймали, высекли и отправили в тюрьму. Вскоре опять приехал Столыпин с сотней вооружённых до зубов казаков. Губернатор приказал собрать сход крестьян и оцепить его казаками. Адъютант губернатора по заранее заготовленному списку называл крестьян, а казаки отводили их в

специально отведённое для этого помещение. Из семидесяти человек, числившихся в списке, арестовали сорок пять, остальных на сходе не было. Через несколько дней схватили и остальных. Арестованных отправили в Аткарскую тюрьму. Столыпин уехал, оставив в деревне на три недели казаков».

В Деле Никифора Власовича Квасникова из Московского Государственного Архива (ГА РФ. Ф. 102, 5-е делоп. Оп. 144, 1908 г. Д. 998) есть следующие материалы:

Начальник Саратовского губернского жандармского управления 27 февраля 1908 года уведомляет Саратовского губернатора: «Довожу до сведения Вашего Сиятельства, что произведенным расследованием установлено, что крестьяне деревни Медведевки, Аткарского уезда: Иван Федоров Алаторцев, Иван Тимофеев Лощинин, Николай Иванов Лощинин, Филипп Семенов Кочергин, Никита Власов

Квасников, Михаил Иванов Шевердяев, Егор Федоров Колузанов, Никифор Власов Квасников, Емельян Иванов Лощинин, Николай Емельянов Лощинин, Семен Тимофеев Кулешов, Кузьма Григорьев Кочергин, Елистрат Ильин Горбунов, Егор Антонов Лунев, Тимофей Акимов Семенов, Афиноген Андреев Алаторцев, Василий Николаев Кочергин, Семен Егоров Колузанов, Тимофей Иванов Семенов, Дмитрий Дмитриев Исаев, Сергей Петров Пивоваров, Иван Петров Лощинин и оставшийся по сие время не арестованным Василий Федоров Иванников в 1905 году составили из себя одну шайку под руководством Николая Иванова Алаторцева, который в указанному году познакомился с дочерьми землевладельца Агринского, после чего Алаторцев стал у себя в доме собирать названных крестьян и внушать им, что правительство грабит мужиков, а министры расходуют народные деньги, Царя не надо, а Бога нет. В том же году названными крестьянами было устроено под

видом празднования 1-го Мая сборище в Липовском овраге и на это сборище к ним приезжал невыясненный оратор, а равно и сестры Агринские. После этого сборища Елистрат Горбунов и Егор Лунев рассказывали, что «на сборище этом было много решено политических вопросов, и что теперь они не будут косить и пахать, все будут в одной одежде, земля будет все давать: хлеба, мясо и водку, а Царя не надобно и они выберут своего президента на три года, так как скоро будет республика».

Вскоре после этого шайка названных крестьян стала увеличиваться, и начались грабежи окрестных помещичьих усадеб и поджоги таковых. По тем же сведениям мирные жители, не соглашавшиеся идти на грабежи, принуждались к таковым угрозами мести со стороны членов указанной шайки, как это было с ехавшим Кузьмой Шевердяевым, которого встретили на дороге Николай Емельянов Лощинин и Кузьма Иванов Иванников, причем первый из них угрожая

револьвером заставил Шевердяева везти 5 свиней захваченных у землевладельца Корниенко. Все упомянутые выше лица кроме Ивана Петрова Лощинина, Сергея Пивоварова и Егора Лунева за погром были подвергнуты 3-х месячному тюремному заключению в административном порядке, что же касается последних трех лиц, то они случайно не отбыли такого наказания за свое участие во всех грабежах. По окончании ареста все означенные лица всячески старались нанести вред мирным жителям поджогами домов, риг, порубом плодовых деревьев, побоями, присваиванием их имуществ, резанием овец и стрижкой грив и хвостов у лошадей. Из числа мирных жителей этой деревни, за невозможностью проживания в ней вследствие указанных притеснений со стороны угнетателей, до 5 семейств переехало на жительство в г. Аткарск. Мщение мирным жителям направлено к тому, чтобы они не выдавали участников грабежей и забастовок, а равно и к тому чтобы заставить

присоединиться их к партийным крестьянам. Кроме того указанными членами шайки, было постановлено провести чтобы сельский староста, волостной старшина и председатель суда были их сторонники, дабы можно было за причиняемый вред мирным, выставляя ложных свидетелей, не отвечать, и, устраивая сельские сходы и составляя ложные приговоры, заставлять мирных крестьян подписываться и тем обессилить их. К членам названной шайки принадлежит также ветеринарный фельдшер Брыжин, который советовал страховать скотину, по выполнении чего сами же крестьяне резали этот застрахованный скот и получали за него страховую премию. Неоднократно посещая деревню Брыжин советовал мирным жителям присоединиться к их партии и делать то, что им скажут партийные крестьяне. В 1906 и 1907 гг. устраивались сборища упомянутой шайки в домах Николая Иванова Алаторцева, Егора Федорова Колузанова, Емельяна

Иванова Лощинина, Ивана Тимофеева Лощинина, Ивана Власова Кулешова, Никифора Власова Квасникова, Филиппа Семенова Кочергина, Егора Антонова Лунева и друг. Вся упомянутая шайка делилась на категории, причем, одна подбивала мирных крестьян присоединиться к их шайке, другая занималась поджогами, как это было устроено с участием сестры Агринской на хуторе Эмриха, а равно совместно с крестьянами села М. Копен, Даниловской волости на товарные поезда Ряз. Ур. ж. д. Награбленные товары продавались по ночам в дер. Медведевки и только партийным крестьянам. Главным руководителем шайки был Николай Алаторцев, которого после того, как он скрылся, заменил Никифор Квасников. Помогали скрываться от властей членам шайки вся семья и родственники Лощининых.

Что происходило на сходках членов указанной шайки установить не представляется возможным».

Из Протокола 1907 года, который составил мещанин Аткарского уездного исправника Пискарев о дознании о деятельности крестьян деревни Медведевки о событиях в 1905-ом году: «Недавно была сходка у Емельяна Иванова Лощинина, где было решено мирных жителей не жечь, а над ними производить насилие. Так: в начале Декабря лица Филипп Семенов Кочергин, Кузьма Григорьев Кочергин и Никифор Власов Квасников зазвали? Монархиста Федора Артемова Наумова в дом Квасникова и там за то, что он не принадлежит к их партии — избили, и подобное же продолжали и над Никитой Шевердяевым, которому сердечником пробили голову». «За последнее время шайка общих собраний не устраивает, но собираются человек по 5—7 в заранее намеченное место, местами сборища бывают дома: Ивана Тимофеева Лощинина, Филиппа Семенова Кочергина, Старосты Михаил Шевердяева. Теперь, после скрывшегося Николая Иванова Алаторцева председатель шайки

считается Никифор Власов Квасников, имевший тесную связь с Агринскими и Головачевыми в с. Больших-Копенах Даниловской волости, до их ареста, откуда они получали все указания. В данное время агитацией занимается Иван Петров Лощинин, который разузнает и по другим селам. Теперь он агитирует против учреждения в с. Даниловка и д. Медведевки, Отдела Союза Русского Народа, об открытии какового общей священной церкви с. Даниловки; Иван Лощинин всем рассказывает, что это пустая затея, что все равно будет по их, т. е. ЦАРЯ не будет, а будет Республика, что они добьются своего, вся шайка ожидала восстания в течении Декабря и все они запасаются оружием; оружия у них безусловно у многих есть, но что таковое хранится добыть сведения невозможно. Весною Иван Федоров Алаторцев, по ремеслу кузнец, своей шайке отделал кинжалы“. Данный протокол подписали следующие лица: „крестьяне д. Медведевки Даниловской вол. Прохор Никитин Наумов.

Крестьянин д. Медведевки Даниловской волости, Иван Егоров Наумов. Показания Прохора Наумова подтверждаю — Крест. Иван Ефрав Наумов».

В 1908-ом году Никифора Власовича Квасникова сослали в Архангельскую губернию на два года. В ссылке Никифор заболел.

«МИНИСТЕРСТВО ВНУТРЕННИХ ДЕЛ

Архангельского ГУБЕРНАТОРА

В Департамент Полиции ПО КАНЦЕЛЯРИИ

30 Июля 1908 года

№6776

Архангельск

Состоящий под гласным надзором полиции в Архангельской губернии Никифор Власов Квасников обратился ко мне с прошением, в котором ходатайствует о переводе его под надзор полиции в одну из южных губерний в виду болезненного

состояния (чахотка).

Квасников выслан в Архангельскую губернию по постановлению Особого Совещания, образованного согласно ст. 34 Положения о государственной охране, изложенному в отношении Департамента от 5 Мая 1908 года за №90906, за поджоги, грабежи, разбои и революционную пропаганду на три года, считая срок с

28 Апреля 1908 года и, по прибытии в пределы губернии в Июле месяце 1908 года, был помещен на излечение в Архангельскую больницу Приказа Общественного Призрения, где находится и в настоящее время.

Сообщая об изложенном на распоряжение Департамента Полиции, присовокупляю, что к удовлетворению ходатайства Квасникова с моей стороны препятствий не встречается.

Приложение: справка Конторы Архангельской Больницы Приказа Общественного Призрения.

И. д. Губернатора,

Камергер ВЫСОЧАЙШЕГО Двора (подпись) Правитель Канцелярии (подпись)

Справка. Состоящий под надзором полиции Никифор Власов Квасников с 3 Июля 1908 года находится на излечении в Архангельской Больнице Приказе Общественного Призрения от чахотки легких.

Гор. Архангельск — 19 Июля 1908 г. Ординатор Больницы — (подпись)».

«По пересмотре обстоятельств дела о крестьянине Никифоре Власове КВАСНИКОВЕ, Г. Министр Внутренних Дел 18 сентября 1908 года постановил: выслать Квасникова, в виду его болезни, в Астраханскую губернию, под гласный надзор полиции на три года, считая с 28-го Апреля 1908 года».

Никифор Власович не дождался решения о своем переводе в другую губернию, его не стало в возрасте 58 лет.

«М. В. Д. Архангельского ГУБЕРНАТОРА В Департамент Полиции

По канцелярии Стол

17 Сентября 1908 года

№9599

Архангельск

Уведомляю Департамент Полиции, что 9 сего Сентября умер в Архангельской больнице Приказа Общественного Призрения политический ссыльный Никифор Власов КВАСНИКОВ.

За. Губернатора,

Вице-Губернатор (подпись)

За Правителя Канцелярии (подпись)».

Был ли Никифор Власович Квасников

«председателем шайки»?

Из письма Ивана Власовича Квасникова племяннику Николаю Ванифатьевичу Квасникову от 07.04.1908: «Федя не советует тебе ехать на родину; он говорит, что если поедешь, не избегнешь ареста, потому что там теперь всем орудует доносчик Наумов и что

хочет, то и делает и начальство ему верит и делает всё по его желанию; так что он может написать донос и найти ложных свидетелей. Так что ты, если и приедешь, то едва ли что поможешь, а пожалуй только причинишь больше горя и себе и родным, ибо Наумов взъелся на всех наших Квасниковых и напрягает все усилия, чтобы их допечь и упечь».

8 февраля 1916 года Начальник Саратовского Губернского Жандармского Управления С. П. Белецкому (на Циркуляр за №81744 по 4 Делопроизводству Деартамента Полиции) на просьбу Белецкого, который приступил к новой должности, доложить откровенно о сотрудниках (дать характеристику) Монархических организаций, действующих на территории Саратовской губернии, написал следующее о Наумове:: «…в том же Аткарском уезде состоит еще отдел Дубровинского Союза в дер. Медведевке, Даниловской волости, во главе его председатель, крестьянин той же деревни

Прохор Никитин Наумов. Последний нетрезвого поведения, кляузник, нелюбимый односельчанами за доносы; по имеющимся сведениям, он организовал Союз чисто из личных выгод для поднятия своего авторитета среди односельчан и властей, подорванного постоянными кляузами и наветами». (ГАРФ. Ф. 102. 4 д-во. 1915. Д. 151. Л. 91 — 101).

У Василия Никифоровича и Наталии Ивановны в 1889 году родился сын Гавриил, у него в браке с Анной Макаровной было 4 дочери и сын — Виктор Гаврилович Квасников — пропавший в Великую Отечественную войну летчик, место гибели и останки которого были обнаружены в 2012 году, но это уже другая история…

Никита Власович Квасников

Родители Никиты — крестьяне-однодворцы Квасниковы Влас Николаевич и Анисья Сергеевна. Анисья была второй женой Власа, он женился на ней,

будучи вдовцом. Во втором браке родилось пятеро детей. Никита стал последним ребенком в данной семье.

Запись в метрической книге Престольной Покровской церкви Даниловки, Аткарского уезда о рождении Никиты Власовича Квасникова:

«1866 год

О Родившихся Май

29 родился 29 крещен Никита

Деревни Медведевки государственный крестьянин Власий Николаев Квасников и жена его Анисия Сергеева, оба православного исповедания

Восприемники: Села Копен государственный крестьянин Евлампий Сергеев Евлачев и солдатка Параскева Иванова Алаторцева.

Приходской Священник Андрей Богославский с диаконом Зайцевым и пономарем Райским.

Приходской Священник Андрей Богославский (подпись)

Диякон Роман Зайцев (подпись) Пономарь Илья Райский (подпись)».

Предположение: Анисия Сергеева — из рода Евлачевых из села Копен.

В возрасте 17-ти лет Никита Власович женился.

Из Метрической книги Престольной Покровской церкви Даниловки, Аткарского уезда за 1884 год о браке:

«Январь 29

Деревни Медведевки Государственнаго Крестьянина Власа Николаева Квасникова сын Никита Православнаго вероисповедания Первым Браком

17 1/2

Деревни Медведевки Государственнаго Крестьянина Никифора Тимофеева Кулешова дочь

девица Стефанида Православнаго вероисповедания 19

Кто совершал таинство: Настоятель Священник Иоанн Тростянский с И. д. Псаломщика Арсением Благодатовым.

Кто были поручители: По жениху Деревни Медведевки Государственные Крестьяне: Никифор Власов Квасников и Феодор Иванов Кочергин.

По Невесте Деревни Медведевки Государственные Крестьяне: Иов Тимофеев и Ефим Никифоров Кулешовы.

Настоятель Священник Иоанн Тростянский (подпись)

Испр. д. Псаломщика Арсений Благодатов (подпись)».

В ноябре того же года в семье пополнение — родилась дочь Матрена, но она прожила недолго, всего 1 годик, от «поноса» умерла.

6 июня 1886 года у Никиты Власовича и Степаниды Никифоровны Квасниковых родился сын Федор. Через год, 16 сентября, появились близнецы Иоанн и Трофим. И опять младенческие смерти: 22 января не стало Трофима, он умер смертью

«натуральною», а 20 февраля ушел следом за братом и Иоанн «от кори».

13 февраля 1889 года родилась дочь Евдокия. 4 марта 1897 г. родилась Ирина.

В метрической книге Михайло-Архангельского собора г. Аткарска обнаружена запись о рождении Марии:

«26.03.1900. Мария. Родители: деревни Медведевки Аткарского уезда крестьянин Никита Власов Квасников и законная жена его Степанида Никифорова.

Восприемники: уволенный в запас ефрейтор Иван Трофимов Кулешов и запасного унтер-офицера Прокопия Иванова Кулешова жена Александра

Кондратова»

16 февраля 1902 года родилась дочь Евдокия. Она, как и большинство детей Никиты Власовича, крещена в церкви Покрова Святой Богородицы с. Даниловки.

«1902 г.

Февраль

16 родилась 17 крещена Евдокия

Деревни Медведевки крестьянин Никита Власов Квасников и законная его жена Стефанида Никифорова, оба православные

Восприемники: Той же деревни крестьянин Василий Ефимов Кулешов и крестьянская жена Варвара Михаилова Наумова

Священник Порфирий Виддинов с Псаломщиком Георгием Залетаевым

Священник Порфирий Виддинов (подпись) Псаломщик Георгий Залетаев (подпись)».

Дополнительные пометки: имя Евдокия обведено карандашом. В последней графе сделана надпись синей ручкой: «398888 11/VIII 50».

3 июля 1903 года родилась дочь Ольга. Она прожила несколько дней и умерла «от слабости».

Федор Никитич подрос, отец выискивал средства на его обучение.

Из книги «Доклады Аткарской Уездной Земской Управы XXXVII-му очередному Аткарскому Уездному Земскому Собранию 1902 года (XII-му по закону 12 июня 1890 года), Аткарск, Аткарская типография. 1902 г.»: «О выдаче пособий разным лицам на образование детей». И далее: «Помимо указанных выше лиц, уже получающих пособие от земств, поступили еще в Управу новые ходатайства о назначении пособий на образование детей от следующих лиц: крестьян Никиты Власова Квасникова…».

В неспокойный для страны 1905-ый год деревня Медведевка стала местом распространения

революционных идей, сестры Агринские читали по явочным домам прокламации, поднимали крестьянство на борьбу с помещиками.

Н. В. Квасников упоминается в Деле о сходке крестьян 9 мая 1905 года (ГАСО, Фонд №54, Опись №1, ед. хр. 168).

«Дело по описи №21. 1905 года Помощника Начальника Саратовскаго Губернскаго Жандармскаго Управления в Саратовском и Аткарском Уездах. О состоявшейся 9 Мая 1905 Года в лесу при д. Медведевке, Аткарскаго уезда, сходке местных крестьян с революционными целями».

«Того-же числа /9 Мая 1905 г./ вечером с другими односельцами до 30 человек или более собирались в названном лесу под предлогом Маевки; а именно: Николай Иванов Алаторцев, Николай Иванов Лощинин, Иван Федоров Алаторцев, Семен Трофимов Кулешов, Иван Степанов Кочергин, Михаил Иванов Лощинин, Ефим Зотов Семенов, Дмитрий Дмитриев Исаев,

Семен Васильев Колузанов, Иван Иванов Крякин и Никита Власов Квасников, где происходили разные суждении, но какие именно не известно. (Документ: Секретно. Унтер офицер Дополнительнаго штата Саратовскаго Губернскаго Жандармскаго Управления в Саратовском и Аткарском Уездах Кустов — Помощнику Начальника Саратовскаго Губернскаго Жандармскаго Управления в Саратовском и Аткарском уездах. 11 Мая. 1905 г.)».

Квасников Н. В. проходил в качестве обвиняемого по Делу о сестрах Агринских. (ГАСО Фонд 8 Опись 1 Дело 758). «Саратовский окружной суд. Дело о крестьянах с. Медведевки Аткарского уезда Лощинине П. А., Горбунове Н. П. и др. (всего 60 чел.), обвиняемых в разгроме имения землевладелицы Воронцовой- Дашковой». («Начато 26/VII-1908 г. Окончено 9/ХII- 1911 г.»).

Из писем Ивана Власовича Квасникова племяннику Николаю Ванифатьевичу Квасникову от

25.06.1908: «Я позавчера получил от Феди письмо, он пишет, что братьев — твоих дядей угнали — Никифора в Архангельскую, и Никиту в Олонецкую губернии, кажется на 3 и на 2 года»; от 09.09.1908 г.: «Вот я получил от брата Никиты письмо. Он пишет, что они помещаются — нанимают квартиру — восемь человек в одной избе, ни хлеба, ничего нет, есть нечего и самим жителям — все здоровые мужики и бабы ушли к Петербургу на фабрики, а им — ссыльным то только дают по 7 р. 50 к. на человека и больше ничего, как хочешь, так и кормись, одевайся, нанимай квартиру и отапливай. Деревенька, говорит, дворов тридцать, и такая беднота, которой я, говорит, и в жизни не видывал. Работы никакой нет, город далеко, а их из деревни не пускают. Вот тут и живи, и кормись — а на воле, не в тюрьме. Тут уже не до чаю»; от 20.09.1908 г.: «От Никиты тоже получил письмо — из Оленецкой губернии. Пишет, что тамошние крестьяне живут еще хуже наших: земли очень мало — да и то негодная,

сплошной камень — почти все уходят на заработки на сторону — дома кормиться нечем, остаются дети да старики — все дорого, работать нечего и есть нечего: Начинаются уже холода — там зимы длинные, да холодные».

Федор Никитич стал студентом Томского Технологического института.

В 1909-ом году Никита Власович написал прошение:

«Его Высокопревосходительству Г. Министру Внутренних Дел Административно сосланного Никиты Власова Квасникова

из крестьян д. Медведевки, Даниловской волости, Аткарского уезда Саратовской губернии

водворенного на жительствование в Олонецкую губернию, Повенецкий уезд, в деревню Шайдома

Прошение

Прошло около двух лет со дня моей ссылки, именно год и четыре месяца, за это время вся тяжесть бытовой крестьянской жизни пала на больную мою жену; хозяйство расстроилось, пожар же бывший в июне докатил дело разрушения хозяйства. Теперь семья моя состоящая кроме жены троих малолетних детей, находящихся всецело на попечении больной матери осталось без крова выстроить или что либо заменяющее, хотя бы, дом без меня не представляется возможным, потому что средств на это не достаточно, так как теперь мое присутствие в семье является очень необходимым, а до конца моего освобождения осталось еще восемь месяцев, то я осмеливаюсь просить Ваше Высокопревосходительство сократить срок моей ссылки. К сему подписуюсь Никита Квасников. 10 сентября 1909 год».

10 мая 1910 г. «Никита Власов Квасников за

окончанием срока гласного надзора полиции освобожден» (из справки).

В Аткарске решается вопрос о субсидии для учебы Федора. Аткарская Уездная Земская Управа выделяет 300 рублей. Помогло положительному решению следующее удостоверение: «Сим удостоверяю, что крестьянин деревни Медведевки Даниловской волости Аткарского уезда Саратовской губернии Никита Власов Квасников действительно не имеет средств для образования своего сына Федора Никитича Квасникова в высшем учебном заведении в том и удостоверяю. Медведевский сел. Староста Наумов. (печать Старосты). Сел. Писарь (подпись) 1911 г. сентябр. 12 дня».

Александр Александрович Квасников (внук Николая Ванифатьевича) вспоминал в 2021 году:

«Деда Никиту я помню, он жил в Аткарске и дед со мной часто ходил к нему. Мне было лет 4—5, но я хорошо запомнил его красивую бороду». «Я знаю, что

дед уважал и Семена и д. Никиту. Времена были сложные». «Запомнил бороду — красивая. Когда мне было года три, дед водил меня к нему, они сидела на скамеечке».

А. А. Квасников родился в 1944-ом году, и, значит, мог видеть Никиту Власовича в период с 1947 по 1949-ые годы. Старику было уже 82—83 года. Он дожил до глубокой старости. Скорее всего, похоронен в городе Аткарске. Где его могила? Где его потомки?

P.S. И все-таки чудеса случаются! Данный рассказ прочитал В. И. Варфоломеев — правнук Никиты Власовича Квасникова. Он нашел автора данного рассказа, опубликованного на платформе «Проза.ру», и написал. Так была получена дополнительная информация и фотографии! Никита Власович Квасников был отличным кузнецом, мастером на все руки. Он умер в 1951-ом году и похоронен на Аткарском кладбище. Степанида Никифоровна ушла ранее — в 1947-ом.

Семен Ванифатьевич Квасников

Я помню свое впечатление, когда впервые на фотографии увидела прадеда. Это был 1989-ый год. Мама вернулась домой, в Южно-Сахалинск, из Ленинграда, где успешно защитила диссертацию и стала кандидатом географических наук. Она в Ленинграде навестила свою родственницу — одинокую учительницу, живущую в коммунальной комнате, Марию Ивановну Кулешову, которая хранила память о предках, имела архив фотографий. И мама получила в подарок несколько фотографий, на которых запечатлена семья ее деда — Семена Ванифатьевича Квасникова. Прадед мне показался красивым, целеустремленным человеком с нелегкой судьбой. И так началось мое увлечение генеалогией. Сначала — в мечтах, планах, потом — с работы с архивами. Материал собран солидный, я теперь могу с уверенностью сказать, что знаю о предках очень много,

и впору написать книгу, освещая следующие темы: деревня Медведевка, Квасниковы, крестьянский быт и революционная деятельность!

Первое упоминание о Семене Ванифатьевиче, конечно, находится в метрической книге — Церкви Покрова Пресвятой Богородицы с. Даниловки Аткарского уезда Саратовской губернии:

«1878 год

О Родившихся Сентябрь
8 родился 10 крещен Симеон

Деревни Медведевки Государственный Крестьянин Вонифатий Власов Квасников и Законная Его жена Домна Иванова оба Православнаго вероисповедания.

Восприемники: Делопроизводитель Управления Темир-Хан-Шуринскаго Уезднаго Военнаго Начальника Подпоручик Иван Власов Квасников и Солдатка Ольга

Власова Кочергина.

Настоятель священник Иоанн Тростянский с И. д. Псаломщика Арсением Благодатовым».

В возрасте 18-ти лет Семен женился.

Данные из метрической книги той же церкви, в которой был крещен:

«1896

23 октября

Деревни Медведевки крестьянин Симеон Бонифатиев Квасников холост православного исповедания

18 лет

Деревни Медведевки крестьянская дочь девица Дария Иванова Иванникова православного исповедания

17 лет

Поручители: Села Даниловки крестьяне: Никифор Власов Квасников и Емельян Иванов Лащинин.

по невесте: деревни Медведевки крестьянин

Нестор Михаилов Иванников и деревни Кошелевки крестьянин Павел Владимиров Петров

Кто совершал таинство: Священник Порфирий Виддинов с Псаломщиком Николаем Ливровым.

Священник Порфирий Виддинов (подпись) Псаломщик Николай Ливров (подпись)».

Дарья Ивановна был труженицей, очень доброй женщиной. Ее хорошо вспоминал Иван Власович Квасников в письмах племяннику Николаю, жалел, что выпала ей такая тяжелая доля — быть женой бунтаря. Пример из письма Ивана Власовича Квасникова племяннику Николаю Ванифатьевичу Квасникову от 26.11.1907 г.: «Вот Гаврила да Семён-то, я уверен, что пострадали только за язык — за слова». Там же: «А жаль мне Семёна, как это и за что он попал? Что жена его очень хорошая женщина — жаль, очень жаль — Гаврилка-то, вероятно, своей резвостью наскочил — из него если маленько дурь-то повыбивают — не беда, а Семёна жаль. Чем всё кончится?».

Детей в семье Семена и Дарьи было много: Матвей и Степан (стали красноармейцами, и умерли в 1919-ом от болезни легких), Анна и Александра (не стало младенцами), Василий (погиб в Великую Отечественную войну), Николай (имел очень слабое зрение, работал учителем), Татьяна (педагог, член коммунистической партии), Леонид (с рождение не имел нескольких пальцев на кистях рук, по доносу был осужден на 10 лет в 1942-ом году). Последних четверых детей Дарья поднимала на ноги уже вдовой.

Семен Ванифатьевич Квасников участвовал в крестьянских волнениях, разбоях и в революционной деятельности на протяжении нескольких лет (1905- 1908 гг.). Обвинялся в следующих делах:

— 1905 г. о сходке крестьян 9 мая 1905 года.

— 1905 г. о хищении ржаных снопов с поля Воронцовой-Дашковой;

— 1907 г. в разграблении казенной винной лавки;

— 1907 г. за участие в революционной деятельности, грабежах, разбоях и убийствах;

ГАСО (Государственный Архив Саратовской Области), Фонд №54, Опись №1, ед. хр. 168.

«Дело по описи №21. 1905 года Помощника Начальника Саратовскаго Губернскаго Жандармскаго Управления в Саратовском и Аткарском Уездах. О состоявшейся 9 Мая 1905 Года в лесу при д. Медведевке, Аткарскаго уезда, сходке местных крестьян с революционными целями».

По материалам дела: «… вследствие приглашения Иванникова и Колузанова, из д. Волосатовки отправились на Маевку в лес «Оськин Овраг»: …, по объяснению последних: когда оне пришли в назначенное для Маевке место, то уже там находились крестьяне д. Медведевки, Семен Нифатов Квасников, — брат его Гавриил, …, то встретил их Николай Алаторцев и называя братьями; братцы: к нам приехал из Саратова член комитета социалист и послушайте,

что он будет говорить… (Документ: Секретно. Унтер офицер Дополнительнаго штата Саратовскаго Губернскаго Жандармскаго Управления в Саратовском и Аткарском Уездах Кустов — Помощнику Начальника Саратовскаго Губернскаго Жандармскаго Управления в Саратовском и Аткарском уездах. 19 Мая. 1905 г.).

По объяснению крестьян д. Волосатовки маевка была в лесу «Оськин овраг» и Когда они пришли, то там уже были кр. д. Медведевки: … 19) Семен Нифатиев Квасников 20) Гавриил Вонифатиев Квасников …. (Документ: №616 В дополнении к №600. Пристав (-?) — Начку Сар. Губ. Жанд. Управления»).

18-го и 24 Июля 1905 г. прошли допросы крестьян деревни Медведевка по Делу о хищении ржаных снопов с поля Воронцовой-Дашковой. На Семена Квасникова, как на участника в развозке снопов, дали свидетельские показания крестьяне д. Медведевки: Михаил Филолеев Кочергин, Степан

Семенов Кочергин, Михаил Михаилов Иванников и Никита Васильев Шевырдяев. Из Протоколов допроса свидетелей. «1905 года Июля 24 дня» Судебный Следователь 2 уч. Аткарского Уезда допрашивал Михаила Филалеева Кочергина. Он показал: «в ночь на 16 Июля Медведевцы устроили грандиозный набег на ржаное поле Графини Воронцовой Дашковой в числе

106 человек, на стольких же подводах“. „15го Июля вечером они собрались по сигналу у двора Тита Алатырцева и оттуда двинулись скопищем под командою Феоктиста Кочергина. Результат похищения был такой, что по словам Управляющаго имением Воронцовой Дашковой было похищено снопов на 700 рублей. В числе участников скопища как мне известно были следующие крестьяне д. Медведевки: 1) Григорий Платонов Квасников 2) Андрей Кузьмин Квасников, … 4) Аким Кузьмин Квасни/ков,/ 5) Василий Акимов Квасников, … 20) Семен Бонифатьев Квасников 21) Гавриил Бони/фатьев/ Квасников … 29)

/Алек/сей Иванов Квасников“. „Спрошенный («1905 года Июля 18 дня») по сему делу крестьянин д. Медведевки, Степан Сем/енов/ Кочергин показал, что действительно односельцы его ездили по ночам д/ля/ хищения хлеба с полей частных владельцев и были на полях Агафонова, Панчулидзевой, Пятницкаго и гр/афи/ни Воронцовой-Дашковой. Ездившие

/со/бирались около дома Тита Алаторц/ева/ который принадлежит к числу вожаков; такия поездки совершались в последнее время ежедневно и как только закатывалось солнце, все злоумышленники готовились в путь мазали колеса, запрыгали лошадей и совершенно безцеремонно съезжались для совещаний к сказанному дому Алаторцева, где вожаки уже назначали куда именно ехать на общем совещании и так когда собиравшиеся мазали колеса, то им неизвестно было куда они поедут. Многие может быть и не поехали бы, но под влиянием коноводов и нередко угроз принимали тоже участие“. „Из /лиц/ указанных Михаилом

Филалеем Кочергиным спрашиваемый лично /ви/дел и удостоверяет их виновность, именно: Семен и Гавриил братья Квасниковы, … Алексей Квасников“. Тот же свидетель от „1905 года Июля 24 дня“ показал: „В последнем набеге как я слышал прини/мало/ участие до 100 человек на стольких же подводах. Они много хлеба свезли, что при обыске обнаружили у о/дного/ Григория Лощинина 2480 снопов, между тем у него /ли/чно его посеву не должно быть более 1000 снопов.

/По/хитители собирались обыкновенно у двора Тита

/Ала/тырцева и оттуда отправлялись за добычей. В числе участников похищений были следующие крестьяне /д./ Медведевки, о которых я знаю по слухам, теже /кото/рых я видел лично как съезжались ко двору Ала/тыр/цева будут отмечены в скобках буквами «в. л.» — (ви/дел/ лично): … 10) Семен Вонифатьев Квасников 11) Гаврил Вонифатьев Квасников (в. л.)…

17) Алексей Иванов Квасников».

Рукописный документ из Дела: «Семен Бонифатьев Квасников, 29 лет, пр., крестьянин д. Медведевки, где родился и живу, Женат, не судим, особых заслуг и примет нет, грамотный Я не признаю себя виновным в похищении скопом снопов с поля гр. Воронцовой-Дашковой 15 июля 1905 г. Я не ездил туда и ничего не знаю по сему делу. Квасников (подпись) И. д. Суд. След. (подпись неразборчива)».

В Документе «Список Крестьян дер. Медведевки, ездивших на хутор Графини Воронцовой-Дашковой по показанию Михаила Филалеева Кочергина» под №23 значится Семен Бонифатьев Квасников. Указано количество подвод, на которых ездил на кражу — 1. Особые отметки: «песни поет».

Итог Дела: «На основании 169, 12 и 13 ст. Устава о Наказ. заключить в тюрьму сроком на три

(3) месяца».

С. В. Квасников обвинялся в разграблении казенной винной лавки в 1907 году.

ГАСО, Ф. 10, Оп. 1, ед. хр. 1529.

Из протокола допроса ясно, как Семен оправдывался: «Виновным себя в ограблении казенной винной лавки в с. Даниловке я не признаю, почему меня признают за грабителя, я не знаю, при аресте меня, я спрятался на чердаке своего дома потому, что испугался. Ночью с четверга на пятницу, т.е. 20-го на

21 сентября, был дома, вечером часов в 7 ходил к сапожнику Степану Лощинину заказать сапоги, у Лощинина в это время никого не было, кроме меня. Ночью никого не видел, а утром рано — часа в 3, 21-го сентября, взял рыдванку у Афанасия Горбунова и поехал в поле к Екатериновке, в поле виделся с Тимофеев Ивановым Семеновым, который косил просо. Семен Квасников». Рыдван — длинная телега для перевозки снопов и сена.

Своей рукой С. В. Квасников написал: «Семен Вонифатьев Квасников, 30 л., родился, прописан и живу в л. Медведевке, Даниловской волости,

Аткарского уезда, рождение мое законное, крестьянин, русский, православный, малограмотный, женат, имею 3 детей, занимаюсь хлебопашеством, особых заслуг не имею, средства к жизни личным трудом, несколько глуховат на правое ухо, под судом не был.

Я слышал, в чем меня обвиняют, но я не признаю себя виновным в разбойном нападении на казенную винную лавку в с. Даниловке вечером 20 сентября сего года; никакого участия я в этом нападении не принимал; вечером 20-го сентября я был у своего односельца Степана Михайлова Лощинина; в это время у него был мой односелец же Тимофей Иванов Семенов, который тоже так в это время?. Прошу допросить Лощинина и Семенова. Семен Квасников»

«Семен Ванифатьев Квасников, звание крестьянин, 30 лет, вероисповедания православного, под судом не был, семейное положение: отец

Вонифатий Власович 75 л., мать Домна Иванова 65 л., жена Дарья Иванова 28 л., дети 1. Матвей 10 л., 2. Степан 8 л., 3. Анна 1 годик; брат Гавриил Вонифатьев

20 л., который содержался в Саратовской тюрьме и жена его: Елена Давыдова 19 лет, дочь его Клавдия 6 месяцев, 2 Николай Ванифатьев 27 л., который находится на военной службе, жена его Пелагея Ильина 26 л.»

По данному Делу С. В. Квасников был оправдан. ГАСО Фонд. 1, Оп. 1, ед. хр. №8017.

Дело: «О высылке в порядке ст. 34 Положения о государственной охране Григория и Тимофея Лощилиных, Феоктиста Кочергина, Семена Квасникова и Федора Горбунова /дер. Медведевки, Аткарского уезда/ за принадлежность к революционной организации».

Из секретного донесения господину Саратовскому губернатору от 19 августа 1908 г.: данные лица «…в 1905 году состояли в кружке

революционных крестьян, образованном в дер. Медведевке крестьянином Николаем Ивановичем АЛАТОРЦЕВЫМ и на собрания этого кружка приезжали сестры: Надежда и Софья АГРИНСКИЕ, а также часто приезжали братья Макар и Сергей ГОЛОВАЧЕВЫ. С течением времени кружок разросся и на его собрания стали собираться от 50 — 100 человек крестьян и приезжали неизвестные ораторы. Все вышеупомянутые крестьяне принимали самое деятельное участие в этих собраниях и ведении противоправительственной пропаганды, а именно: у ЛОЩИНИНЫХ при приездах останавливались сестры АГРИНСКИЕ, КВАСНИКОВ приводил ораторов на собрания, устраиваемых в домах названных крестьян. Осенью того же 1905 года ЛОЩИНИНЫ, КОЧЕРГИН И КВАСНИКОВ принимали самое деятельное участие в грабежах окрестных помещиков и поездов Ряз. Ур. ж.д., а также путем угроз и всевозможных насилий принуждали мирных крестьян примыкать к их партии».

«Сведения о семейном и имущественном положении крестьян деревни Медведевки, Даниловской волости, Аткарского уезда»: «Семен Бонифатьевич Квасников, 31 года, его жена Дарья 29 лет, Дети: Матвей 12 лет и Степан 9 лет, мать Домна 62-х лет. Брат Яков 16 лет». «Дом с надворными постройками — 1, рига — 1, амбар — 1; Скота: лошадей — 2, коров — 3, овец — 7; Кур — 10; Владельной душевой земли — 2 десятины. Примечание: Имущество с братом нераздельно».

Министр Внутренних Дел постановил: выслать поименованных лиц в Вятскую губернию под гласный надзор полиции на два года, считая срок с 29 Сентября 1908 года.

С собой в ссылку Семен взял жену со старшим сыном Матвеем, а Степана отдали на воспитание в семью Николая Ванифатьевича и Пелагеи Ильинишны, которые жили в г. Сарыкамыш.

После возвращения из ссылки Семен Квасников

в Делах о революционной деятельности крестьян д. Медведевки уже не значился. Но память о его деятельности тревожила умы тех, кто доносил для собственной выгоды и жалованья.

В ГАРФ (Государственный Архив Российской Федерации) хранится Дело Ф 116 Всероссийский Дубровинский Союз Русского народа Оп. 1 Инвентарная опись №1. 1887 -1917. Переписка с Медведомским отделом с. р. н., Саратовский губ. Номер дела 458. Уровень описи — уровень 1: Канцелярия главного совета. Крайние даты: 25 мая 1914 — 30 сентября 1916.

В одном из документов, написанному от руки, с множеством грамматических ошибок, упоминается Семен Квасников:

«Саратовского отд. №2526

«В Главный Совет Всероссийского Дубровинского Союза Русского Народа.

Председателя Медведевского отдела дер.

Медведевки, Даниловской волости, Аткарского уезда, Саратовской губернии, Прохора Никитича Наумова

ДОНЕСЕНИЕ

В нашей дер. Медведевки организовалася партия, которая существует до сего время. Эта партия участвовала в революционном движении и отбыла наказание за политические приступные деяния, кто в тюрьме, кто в ссылке, кто в арестантских отделениях, кто в крепости, а некоторые из них осталися не наказанными, а теперь эта партия собралася в общество и забрала во обществе в свои руки всю власть и должности как по выбору так и по найму, только один сельский писарь в обществе ставится земским начальником, а жалованье емк назначается в платится обществом, а партия в обществе имеет вес, потому, что их на общественный приговор набирается две трети, а поэтому она и сельского писаря ставют в свое подчинение и заставляют его служить в угоду партии,

а остальным членам общества во вред и убыток. Это она делают так приназначении и выдачи писарю жалованья.

Вот пример: 22-го декабря 1915 года, она написала счетный приговор, которому назначала жалованье на 1916 год.

Приговор записали в шнуровую приговорную книгу за 1915 год, за №11, пункт 9, писарю жалованье 100 руб. в год, а пункт 12-ый писарю в награду 84 руб. в год. Награду писарю выдавать в 1916 году помесячно. И вот писарь выбирай любоя: если хочишь добросовестно служить всем членам общества равно, то получишь жалованье 100 руб. в год, а награду 84 р. не получишь, а если желаешь получить жалованье и награду, то служи в угоду партии. Об этом я доносил местному нашему Земскому Начальнику, но до сего время распоряжения никаково не последовало.

Эта партия Сельских Старостов выбирает из своей партии, а именно: она выбрала Ивана

Ефимовича Наумова, его съезд уволил, как политически ненадежного; она выбрала Семена Квасникова, его тоже съезд уволил; она выбрала Максима Гриднева, его тоже съезд увол.; она выбрала Михаила Кулешова, его тоже съезд увол.; она выбрала Якова Голякова, его тоже съезд увол.; она выбрала Тимофея Сименова, его тоже съезд увол., она выбрала Егора Сименова, который в настоящее время служит старостой, он в 1905 году был выбран в десятидворныя выборныя, но съездом был недопущен как политически неблагонадежный.

Вот так у нас до днесь творится: революционеры выбирают Сельских Старостов из своей партии, а Аткарский уездный съезд их без наказания увольняет как политически неблагонадежных, об этом кому следует все доносимо и доносится жалобы, но жалобы залегают.

Революционеры с погромов, в 1905 году, подлежащися богатыми, общественные интересы все

у них в руках, они Сельскому Старосту велят ничего нижилеть для дружбы с кем либо, от кого можна получить защиту и покровительство, а на мирных членов общества ни обращати никакого внимания.

Мирныя жителя терпют оскорбления и разорения от революционеров, они у них много побили и порезали скота, пожгли и расхитили имущества, и многим нанесли тяжкие побои, и до сего время мстят им за то, что они ни сообщники ихи.

Покорнейше прошу Главный Совет. Эту статью поместить в уважаемую газету «Руское знамя». И один экземпляр с этой статьею выслать мне по следующему адрису: Г. Аткарск Саратовской губ., в дер. Медведевку, Даниловской волости, Прохору Никитичу Наумову. — 1916 года марта 26 дня. Прохор Наумов».

В начале 1920-х годов, после смерти двух старших сыновей, Семена Ванифатьевича нашли повешенным. Ему было не более 45-ти лет.

Людмила Ивановна Степанова вспоминала (18.07.2021 г.): к ее маме, Татьяне Семеновне (дочь С. В. Квасникова), приезжала двоюродная сестра Мария из Ленинграда (речь о Марии Ивановне Кулешовой). Она, услышав версию, что Семен повесился, возмутилась: «Как вы могли подумать? Его убили и повесили, дело не стали разбирать. Не мог он сам, у него же дети оставались!» Раскроется ли в будущем дата смерти и тайна ухода моего прадеда?

В 2024-ом году я побывала на родине предков. Село Даниловка. На месте, где стояла церковь

«Покрова Пресвятой Богородицы», стоит здание ДК. Рядом памятник М. И. Калинину. Деревня Медведевка, земля которой хранит следы прежних жителей, старые деревья, которые шумели в те времена, речка тихо течет вдаль, в ней раньше плескались детишки, большой неподвижный камень с вросшим в него старинным православным крестиком, овраги, в которых прятались крестьяне и проводили

революционные собрания, дорога, по которой однажды приезжал саратовский губернатор Петр Столыпин — все это оставшееся в прошлом история моего рода!

Дарья Ивановна Квасникова

Есть фотография в альбоме моей тети. В помещении гроб, возле него смотрят на усопшую Татьяна Семеновна Квасникова (моя бабушка), на руках держит трехлетнюю дочь Зину (моя мать), стоит 12-летняя дочь Люда (моя тетя). Весна 1952-го года. Так прощались с моей прабабушкой.

Дарья Ивановна Иванникова родилась в 1880 году в семье государственных крестьян, проживающих в деревне Бубновка Аткарского уезда Саратовской губернии. Когда Дарье исполнилось 17 лет, взял ее в жены Семен Ванифатьевич Квасников — мой прадед. Он был старше Дарьи на два года, того же сословия — государственный крестьянин, из большой семьи.

Семен забрал Дарью в деревню Медведевка, расположенную неподалеку от Бубновки.

Обычная крестьянская семья. Стали рождаться дети: в 1897-ом родился Матвей, в 1900-ом — сын Степан, в 1907-ом — дочь Александра, через 9 месяцев умерла от кори, в 1911-ом — Василий, в 1913-ом — Николай, в 1916-ом — Татьяна и в 1918-ом — Леонид. До 1917-го года дети были крещены в одной церкви Покрова Пресвятой Богородицы в с. Даниловке, что в 5 км. от Медведевки. Последнего сына фиксировали в ЗАГСЕ Даниловской волости. Скорее всего, были еще дети, но пока не найденные в метрических книгах. Можно предположить, что эти дети умирали во младенчестве от слабости, кори, коклюша и дифтерии — обычное дело в крестьянских семьях царской России.

Начиная с 1905-го года жизнь в казенной деревне забурлила возмущениями, поджогами помещичьих усадеб, погромами, кражами, революционной деятельностью! В мае и июле 1905 года даже приезжал

в эти края с казаками губернатор П. А. Столыпин для усмирения бунтовщиков.

С 1905 по 1908-е годы Семен обвинялся по следующим Делам: о хищении ржаных снопов с поля Воронцовой-Дашковой (получил 3 месяца тюрьмы); в разграблении казенной винной лавки (был оправдан); в грабежах, разбоях и убийствах и в революционной деятельности (проходили по Делу известные сестры Агринские).

В Деле можно найти сведения о С. В. Квасникове и его хозяйственном положении. Своей рукой он написал: «Семен Вонифатьев Квасников, 30 л., родился, прописан и живу в л. Медведевке, Даниловской волости, Аткарского уезда, рождение мое законное, крестьянин, русский, православный, малограмотный, женат, имею 3 детей, занимаюсь хлебопашеством, особых заслуг не имею, средства к жизни личным трудом, несколько глуховат на правое ухо, под судом не был». В другом месте сведения: «Семен

Бонифатьевич Квасников, 31 года, его жена Дарья 29 лет, дети: Матвей 12 лет и Степан 9 лет, мать Домна 62-х лет. Брат Яков 16 лет». Хозяйство: «Дом с надворными постройками — 1, рига — 1, амбар — 1. Скота: лошадей — 2, коров — 3, овец — 7; Кур — 10. Владельной душевой земли — 2 десятины. Примечание: Имущество с братом нераздельно».

В итоге сослан был Семен Ванифатьевич в Вятскую губернию под гласный надзор полиции на два года, считая срок с 29 сентября 1908 года. В ссылку с мужем отправились Дарья со старшим сыном Мотей. А Степана забрал в семью брат Семена Николай Ванифатьевич в Саракамыш, где проживал с женой Пелагеей и был на военной службе.

Дядя Николая и Семена, для последнего еще и крестный, отставной подполковник Иван Власович Квасников доживал свои последние годы в большом доме в Темир-Хан-Шуре. Иван Власович считал семью Николая самой благополучной из Квасниковых,

посылал письма, в которых советовал определить мальчика в школу, переживал за учебу Степана, всегда подчеркивал важность наук, высылал нужные книги, поддерживал деньгами. О Семене и Дарье писал: «А жаль мне Семёна, как это и за что он попал? Что жена его очень хорошая женщина — жаль, очень жаль…». «…мне более всего жаль Дашу — Стёпину мать: она-то за что страдает — она ведь, как вышла замуж, и дней-то порядочных себе не видала и поэтому я не могу простить своему крестнику Семёну поступок его: он уже не маленький, он уже отец семейства; хотя Даша и заверяет, что он не виноват, но я-то плохо верю… дыма без огня не бывает».

А потом была революция 1917-го года. Квасниковы — землепашцы. Матвею — 20, Степану — 17, они становятся красноармейцами. Через два года их не стало. В ЗАГСЕ с. Даниловки нашлась запись о смерти в госпитале Степана от болезни легких. Так Дарья потеряла своих старших сыновей.

20-его годы. НЭП — новая экономическая политика, целью ее было повышение уровня благосостояния населения, но отрицательным фактором являлся бандитизм. Семена нашли повешенным — осталось неизвестным, то ли совершил самоубийство, то ли убили его. 39-тилетняя Дарья осталась одна с детьми, младший Леонид родился только в 1918, он имел особенность — на кистях рук не хватало пальцев.

Великая Отечественная война! И снова беда за бедой. Пришла похоронка на сына Василия — летчик погиб в воздушном бою. Леонид попал в заключение. Он — художник, музыкант, прекрасно играл на всех струнных инструментах, память великолепная, наизусть рассказывал произведения, которые читал. Во время войны Леонид, как молодой преподаватель физики и математики, сконструировал вместе со старшеклассниками приемник, захотелось им ради интереса поймать немецкие сводки, и кто-то из ребят

проговорился родителям. Леонида судили по 58-ой статье и срок дали — 10 лет.

Шли годы… Дарья постарела, осталась без пенсии. Сын Николай забрал ее к себе в Пензу, бабушка помогала ему с четырьмя детьми. А в 1947 году Дарья Ивановна уехала к единственной своей дочери Татьяне.

Моя бабушка — Татьяна Семеновна закончила Ленинградский педагогический институт. Преподавала историю, обществоведение, работала на курсах совершенствования учителей, читала лекции по атеизму. Была коммунисткой искренней и глубокой. Отправила ее партия в город Николаевск-на-Амуре, где она занимала должность зав. Гороно и стала почетным гражданином города. Затем, на Мысе Лазарева, Татьяна Семеновна была директором школы, которую только построили, оттуда рыли тоннель под Татарским проливом на Сахалин. Контингент людей — заключенные и досрочно освобожденные, их семьи,

дети. Татьяна без мужа воспитывала двух дочерей: Люду и Зину, младшая только родилась, и Дарья Ивановна приехала помогать.

Людмила вспоминала бабушку: «Такое впечатление, что бабушка замкнутой была. Я не видела, чтобы бабушка о чем-то много разговаривала с мамой, или еще с кем, она все молча: молча ходила, как тень по квартире, молча делала чего-то, там уборочку сделает, обед приготовит, все молчком, позовет только меня: „Люда, иди поешь“». Не только нянчиться с внучкой приехала Дарья Ивановна, здесь, на Дальнем Востоке, младший сын Леонид находился в заключении. И он часто попадал в какие-то ситуации и присылал письма, то просил выслать деньги, то в карты его проиграли, то еще что-нибудь, надо где-то откупиться. Дарья Ивановна умоляла, даже стояла на коленях перед дочерью, и Татьяна выручала брата.

Дарья Ивановна была большая рукодельница. Она кроила и шила на внучек платьишки, рисовала

прекрасно! Зину держала на коленочках, перед ней тетрадка толстая, и из-под карандаша выходили барышни в шляпках, в кринолинах, в кружевах, на веревочке собачку вели, мужчины хорошо одетые, люди в движениях, животные, кошечки. И Зина, как завороженная, следила за ее рукой.

Люда наблюдала, с каким вниманием бабушка читала газеты. В редкие свободные минуты, когда все дела переделает, выходила Дарья через заднюю дверь на уютное небольшое крылечко с высокими боками, она садилась, одевала круглые очки, и разворачивала свежую газету. За современными событиями она регулярно следила.

Верила ли прабабушка в Бога? Трудно сказать. Людмила не видела, чтобы она крестилась, читала молитвы, рассуждала о Боге.

До последнего своего дня жизни Дарья Ивановна двигалась потихонечку, все чего-то делала, печку всегда топила с вечера, чтобы тепло было спать. И вот

почувствовала она себя плохо, Татьяна на занятия уходила и велела: «Ты печку не топи, я приду, сама истоплю, ты лежи, отдыхай», но бабушка махнула рукой: «Да, ладно, справлюсь». Истопила печку, и после того легла. Люда проснулась от шума среди ночи. Бабушка хрипела, около нее стояли врачи, оказывали какую-то помощь. В эту ночь она умерла. 73 года. Похоронили на мысе Лазарева.

Вглядываюсь на фотографию из семейного альбома. Она сделана в ссылке. Стоят: Семен и Матвей, в руках у мальчика книжка, видимо, учится в школе. Дарья сидит, взгляд отвела от фотографа, как будто о чем-то задумалась, о чем-то грустит, плотно сжаты губы, руки устало лежат на коленях. А за этими фигурами — голая сосна, нет на ней игрушек, нет мишуры. Видимо, скоро Новый год! Еще один тяжелый год — 1909-ый.

Собирая сведения о жизни Дарьи Ивановны Квасниковой из метрических книг, писем Ивана

Власовича, из воспоминаний Людмилы Степановой, задаюсь я вопросом: «А была ли счастлива моя прабабушка?!»

Николай Ванифатьевич Квасников

У Ванифатия Власовича Квасникова было в семье 18 детей от двух жен. Много детей умерли во младенчестве. Овдовев в 1864 году, Вонифатий долго не горевал, женившись через три месяца на Домне Ивановне Лощининой: невесте 18 лет, жениху — нет еще и 30-ти. В этом браке и родился сын Николай, о чем была составлена запись в метрической книге Церкви Покрова Пресвятой Богородицы с. Даниловка, Аткарского уезда, Саратовской губернии за 1882 год:

«Май

7 родился 8 крещен Николай

Деревни Медведевки Государственный

Крестьянин Вонифатий Власов Квасников и Законная Его Жена Домна Иванова оба Православнаго вероисповедания.

Восприемники: Деревни Медведевки Государственный Крестьянин Тимофей Иванов Лощинин и Солдатка Гликерия Григорьева Квасникова. Кто совершал таинство крещения: Настоятель

Священник Иоанн Тростянский с и. д. Псаломщика Арсением Благодатовым.

Настоятель священник Иоанн Тростянский (подпись).

И. д. Псаломщика Арсений Благодатов (подпись)».

Вырваться из крестьянского быта Николай мог по примеру своих родственников: двоюродный брат Федор (сын Никиты Власовича) закончил среднее техническое училище в г. Саратове и поступил в Томский технологический институт на два отделения: механическое и химическое; двоюродный брат

Василий (сын Никифора Власовича) устроился железнодорожным конторщиком в Самарканде; дядя Иван Власович дослужился до подполковника и вышел в отставку, проживал в большом доме в Темир-Хан- Шуре, а сын дяди — Мирон Иванович отучился в Харьковском Технологическом институте, и стал инженером-технологом.

Николай Ванифатьевич выбрал военную карьеру, рассчитывая, видимо, в будущем, так же, как дядя, спокойно жить в собственном доме, но революция внесла свои коррективы. Не раз Николай оказывался между жизнью и смертью, судьба хранила его. Он терял родных, близких людей, но дожил до старости, прожив наполненную событиями удивительную жизнь! 27 октября 1900 года Николай женился. В жены

взял красавицу из деревни Волосатовки, из бывшего дворянского рода — 16-тилетнюю Пелагею Ильинишну Хороводову. 19 июля 1902 года родился сын Владимир, прожил 10 месяцев, умер от кори.

В 1903 г. Н. В. Квасникова рекрутировали на военную службу (на 4 года). В 1906 г. стал унтер- офицером 5-ой роты. В 1907 г. остался на сверхсрочную младшим унтер-офицером. В 1907 году произведен в фельдфебели. Отправили Николая служить в г. Сарыкамыш (Турция), в то время город был в составе России.

Квасников был определен в 156-ой Елисаветпольский пехотный полк. Туда прибыла и жена с сыном Семёна (брат Николая) Степаном. Семена Ванифатьевича Квасникова отправили на два года в ссылку за революционную деятельность в Вятскую губернию, куда он взял с собой жену и старшего сына Матвея.

Николаю часто посылал письма дядя Иван Власович. И по этим письмам можно понять, как жили Николай и Пелагея, о чем думали, о чем горевали или радовались в 1906-1908-ых годах. Дядя особенно отмечал в своих рассуждениях о пользе наук, хотел,

чтобы племянник хорошо осваивал и грамматику, и математику, читал книги, учил его правильным манерам.

Из писем 1906 г: «Не знаю, сколь хорошо ты читаешь, а пишешь-то порядочно; куда лучше, чем было прежде — первые твои письма. Следовательно, в некотором отношении, ты достиг своего желания, — пишешь хорошо, но было бы лучше, если бы еще лучше. Об этом вот…»;

«Как ты знаешь, я их (т.е. письма) разбирал даже по буквам, чтобы писать тебе грамматические указания на ошибки. Ты увлекся изучением правописания, позабыл сообщить мне эту новость. Ну да это ничего, лучше немного забыть самого себя, нежели забыть свое дело. Во-вторых, радуюсь тому, что ты учишь арифметику — дроби — учись, пользуйся тем, что Бог послал тебе доброго человека, свет-то не без добрых людей, но они не всегда попадают туда, где их желают и куда они желают. Жаль, что не знал,

что ты желаешь учиться арифметике, а то бы я давно прислал тебе задачник»;

«Ещё раз скажу, что я радуюсь, что ты учишься арифметике — так что, если, может быть, ты прослужишь и лишних 8 месяцев, то они не пропадут даром: ты приобретешь некоторое знание математики, а математическое знание есть одно из лучших — важнейших знаний».

Из писем 1907 г.: «постарайся и писать-то хорошенько — буквы пиши поровнее — поаккуратнее, а то ты вот в письме написал адрес на конверте: „Его Высоко Благородию“. Это ведь слово одно, его следует писать слитно — так: „Его Высокоблагородию“, запомни это, ибо тебе часто придется писать это слово»;

«На карточке вы вышли хорошо, в особенности Поля, ты уже очень сильно и старательно смотришь, когда снимался, поэтому у тебя глаза вышли нехорошо, и ты вышел, как бы глядишь на что-то

страшное. А то, что вы врознь смотрите, это ничего, а вот только ты сидишь, а Поля стоит, это в порядочных людях не принято, должны бы были или оба сидеть, или оба стоять, или сидеть должна Поля, а ты стоять, а так, чтобы дама стояла, а кавалер сидел — это не принято, считается неприличным, хотя бы то была и жена или какая бы то ни была женщина. Поэтому и на будущее время помни, что если ты сидишь, да войдёт дама — женщина, ты должен встать и уступить ей свой стул или подать другой — предложить ей. И, когда она сядет, уже садись и ты — это порядок вежливости»;

«Книги ты тоже почитывай: хорошо рассказывай прочитанное, дабы привыкнуть к связному и гладкому рассказу прочитанного. Ты можешь кое- что прочитанное рассказывать Поле хоть во время отдыха, когда не спишь».

Из писем 1908 г.: «Ты говоришь, что мне покажутся задачи пустячными, — нет, дорогой, таких

задач не каждый офицер может решить — конечно, чтобы ты побольше знал. Какие задачи не решишь, обходи, но всё же прежде потрудись — порешай и о нерешённых пиши мне — не стесняйся. Не решишь — замечай, а когда много таких наберётся — напиши мне»;

«…слова обдумывай, чтобы писание твоё было лучше — глаже выходило; ведь писание всё равно, что разговор: один говорит гладко, складно, любо слушать, а другой говорит, точно по лежне колом бьют. Вот в прошлом письме ты написал: «посылаю приказы по полку о увольнении и зачислении меня», — ты сам, вероятно, замечаешь, что при выговоре «о увольнении», что-то выходит не гладко, как-то выговаривается, как с куском во рту, ведь О есть предлог, и он, этот предлог, по требованию благозвучия пишется и выговаривается тремя видами или способами: о, об и обо. Писание их, а также произношение при разговорах, уже представляется,

так сказать, находчивости, ловкости пишущего или говорящего. Вообще, принято писать О тогда, когда перед ним, т.е. после него должна быть написана согласная буква, а когда приведется писать гласную, то пишут ОБ. Вот если бы ты написал «об увольнении» было бы правильно и благозвучно»;

«Николаша! Пожалуйста, просмотри арифметику и постарайся вникнуть в её правила. Да и когда будешь читать какие-либо книги, вглядывайся в правила изложения и красоту слога их — присматривайся, почему, например, так-то или так- то какой-либо предлог написан. Вот, посланные тебе Фёдором, книги имеют очень хороший изящный слог — стоит читать и привыкать, усваивать таковой — в особенности Тургенева — чистый великорусский. Гоголевский, тот склоняется более к хохлатскому. Так что при желании ты мало-помалу будешь воспринимать-усваивать себе всё более правила арифметики и познания русского языка,

совершенствоваться в них»;

«В начале письма ты поставил три даты, но все неверно: две написал (месяц и число) римскими и одну всю арабскими цифрами. Принято писать римскими цифрами только месяцы, а число, т.е. день и год, всегда пишутся арабскими цифрами, а иначе пришлось бы слишком много листа занять числом, например, от 20 до 31 — XX, XXI, XXIV, XXVIII, XXIX, XXXI, а вот для

того-то это и выдумано, чтобы меньше листа занимать, а месяцев-то больше 12 не бывает, значит самое большое XII. Год слитно тоже не пишется, а между двумя цифрами в середине ставится черта»;

«Дорогой Николаша! На досуге просмотрел я твое письмо от 21 апреля. Хотя оно тобой писано второпях — некогда было грамотность-то обдумывать, но все же я укажу тебе на неправильности, а иначе они войдут в привычку, а ведь я думаю, тебе придется с этим на экзаменах считаться, и, чем ты будешь лучше знать, тем лучше.

1, О Поле пишешь: «ей невозможно самой веселится» — следовало писать: «веселиться».

Дальше — тут же говоришь: «хотя и мы теперь смотревши на дътя радуемся». Следовало писать:

«смотръвши на дитя радуемся».

2, О церкви пишешь — «выстроили новую, а то вперед была в столовой». Это слово следовало заменить словом «прежде».

3, Говоря о подругах Поли, ты написал о других —

«только они не подруги». Подруги рода женского, поэтому «ОНЪ» и писаться должны.

4, говоря об отце ты пишешь: братья «сънемъ» мерились силой. Следует писать «съ нимъ».

Потом говоришь: «из тетиной Марфи родни» — следовало написать «Марфы». Да, кстати, и оборот написал невозможный — язык сломаешь, пока выговоришь. Проще — глаже было бы написать: «из родни тети Марфы». Ну, пока и только. Это не беда, но надо стараться усваивать правила получше. Я сам,

когда тороплюсь, так много грамматических правил кувырком летит; да и мне-то ведь экзамена-то не предвидится».

С родины приходили печальные новости: арестовывают родных, высылают в другие губернии. Семен — в ссылке, и брата Гаврилу тоже выдворяют за пределы Саратовской губернии. Видимо, Гаврила писал Николаю, просил денег, и Иван Власович по этому поводу давал племяннику совет в письме от 14 апреля 1908 г.: «Теперь скажу тебе о брате твоём Гавриле: я не советую тебе посылать ему ни копейки. Ишь, выдумал он на дорогу — небось, довезут куда следует — будут и кормить — да еще и караулить! Ведь их же и повезут и будут продовольствовать за счёт казны, а если он просит, то это бессовестное попрошайничество; ведь с рекрутства новобранцем ехал, и он так же поедет — только и разница, что его получше будут караулить. Если ты пошлёшь ему, это будет баловство», «Ведь вот у него стыда-то нет, он

пишет тебе и даже денег просит и не стыдится — зная, что ты прочитаешь письмо его Поле. А что он тебе или ей делал хорошего, когда вы были в нужде и горе, кроме только того, что хотел и желал. Пакость сделать и разбить ваше счастие, уничтожить возможность жить счастливо — вонзить занозу в твоё сердце». Но Николай к совету дяди не прислушался, все-таки послал денег брату, несмотря на подлый поступок Гаврилы (тайну этого поступка я раскрывать не буду, не для широкого круга читателя).

В семье Николая и Пелагеи появился наследник — Анатолий родился 21 апреля и был крещен в церкви Св. архистратига Михаила 27 апреля в 1908 году.

27 июля 1908 года умер отец — Ванифатий Власович Квасников. В метрической книге записана причина смерти — «от старости» и указан возраст 80 лет, но на самом деле старику было 70 лет. Николай раздумывал, возвращаться ли ему домой, чтобы утешить мать. Иван Власович предостерегал от такого

шага, не надо бросать службу, мол, ничем он не поможет родным. И Николай остался на месте. 31 декабря 1908 г. он перешел на должность взводного унтер-офицера 5-й роты.

Весной 1909 г. после окончания школы по подготовке подпрапорщиков Николай Ванифатьевич выдержал экзамен, ему присвоили звание подпрапорщика. А летом не стало Ивана Власовича Квасникова, о чем была сделана запись в метрической книге Свято-Троицкой 254-го Темир-Хан-Шуринского пехотного батальона за 1909 год: «Месяц и день смерти — июль 26, погребения — 28, отставной подполковник Иоанн Власович Квасников. Священник Александр Савич. От чего умер — от паралича. Кто исповедовал и приобщал — Не напутствован за скоропостижной смерти. Кто совершил погребение и где погребен — Священник Александр Савич; на Темир- Хан-Шуринском православном кладбище».

В 1910-ом году в метрической книге о рождении сына Николай Ванифатьевич указан как фельдфебель 6 роты 156-го пехотного Елисаветпольского полка. Петр родился 10 января и был крещен в церкви Св. архистратига Михаила 31 января в 1910 году, но прожил мальчик чуть больше месяца: умер 24 февраля, погребен 26-го, причина смерти — «от недостаточности развития».

5 августа 1911 года родился сын Александр, а в 1916-ом году — Геннадий.

В 1916-ом году Н. В. Квасников закончил 3-ю Саратовскую школу подготовки прапорщиков пехоты (3 выпуск). Выписка из документа: «3-й выпуск: 15.06.1916 — 476 чел, Приказ по Казанскому В. О. №719 от 15.06.1916. 159. Квасников Николай — Прапорщик армейской пехоты из подпрапорщиков 159-го пехотного запасного полка». Дислокация: г. Аткарск. Входил в: На 3.08.1916 г. — 33-я пехотная запасная бригада, Казанский военный округ».

Семья Николая Ванифатьевича перебралась жить в г. Аткарск Саратовской губернии.

Первая Мировая война. Н. В. Квасников воевал в 36-ом Орловском Пехотном полку. Орловцы мужественно бились с австро-венграми в ходе успешного «Брусиловского прорыва»». Николай Ванифатьевич был ранен ружейными пулями в правое плечо и подплечье 7-го октября 1914 года в сражении у реки Сан и был доставлен в госпиталь, который располагался в Полтавской губернии, а затем эвакуирован в 1 госпиталь Воронежского Дамского Комитета Красного Креста (г. Воронеж, Петропавловская ул., д. Ягуповой).

Из документа: «Должность/Звание — подпрапорщик, Воинская часть — 36-й пехотный Орловский полк, Место рождения. Губерния — Саратовская губ., Место рождения. Уезд — Аткарский уезд, Место рождения. Волость — Даниловская вол., Причина выбытия — ранен/контужен, Место события —

р. Сан, Тип документа — Карточка на выбывших (нижние чины), Архив — Российский Государственный Военно-исторический архив, Фонд — Картотека бюро учета потерь в Первой мировой войне (офицеров и солдат), Шкаф — без номера, Ящик — 4231-К».

В Послужном списке Н. В. Квасникова за 1916 год указано: «имеет знаки отличия Военного Ордена 3 и 4 ст.». Из Послужного списка за 1917 год можно узнать следующие сведения:

«Получаемое на службе содержание:

Жалования 600 руб.

Добавочных 120 руб.

Квартирных 139 руб.

Итого… 859 руб.»

Имеется в архиве внука Николая — Александра Александровича фотография, на которой Н. В. Квасников с племянником Степаном, и у первого — Георгиевские кресты. И, действительно, такое название Георгиевских крестов как Знаки отличия Военного

ордена существовало. До текущей войны георгиевскими крестами именовались только ордена, жалуемые офицерам. Нижние же чины получали серебряные и золотые знаки отличия военного ордена.

С 1917 г. Николай Ванифатьевич — член коммунистической партии. По воспоминаниям Александра Александровича Квасникова: «Я спрашивал отца, почему деда не тронули, он же офицер царский. Он рассказал: дед уволил пьющего извозчика. И тот написал, что есть царский офицер, расстреливал рабочих во время империалистической войны. Приехала целая комиссия с Саратова разбираться. Во главе комиссии был бывший рабочий, после собрания обнял деда, не бойся, война была. И так остался живой, а могли бы расстрелять».

Времена были неспокойные, Пелагея Ильинишна тревожилась и за судьбу мужа, и за судьбы детей. В 1919-ом году не стало Степана, который жил в семье Николая и Пелагеи в г. Сарыкамыше, он умер от

болезни легких в возрасте 19 лет (умер и старший его брат Матвей).

В 1920-е гг. Н. В. Квасников — зав. службы ЧОН (части особого назначения). Часть размещалась в двухэтажном доме Квасниковых. Семья с тремя сыновьями ютились в маленькой комнатке. В саду была конюшня. Николай выезжал на спецоперации по уничтожению белогвардейских банд. А. А. Квасников вспоминал: «где-то в 1922 или 1924-ом, когда воевали с бандитами, часть ушла воевать с бандой, а сосед пришел и сказал: вашего привезли на железной дороге. Дети — Александр и Анатолий, побежали. В тупике стояла платформа, накрытая брезентом, сорвали брезент, смотрели на покалеченных погибших бойцов. Следом бежала мать, кричала, волосы на себе рвала, мальчишки успокаивали: «нет отца среди убитых»;

«События были жуткие. Мой отец (Александр Николаевич Квасников) рассказывал, послал его отец за водой к речке. Отец взял ведро, пошел к воде,

черпнул воды, поднимает голову, а на той стороне бандиты ползут, в белых рубашках. Притаился. Дед пришел: «Что ты не идешь? Это мы вчера порубали, тут бой был, не убрали». Трупы лежат, ветер рубашки раздувает, как будто они ползут»; «Дед интеллигентный был, крепкого здоровья, обливался холодной водой на морозе, бегал, рубил с обеих рук — руки одинаковые были, хорошо пел, знал много сказок, сеял просо».

В Деле в ГАРФ (Государственный Архив Российской Федерации) — «Дела персональных пенсионеров республиканского значения Комиссии по установлению персональных пенсий при Совете Министров РСФСР (выплата пенсий по которым прекращена) за 1923 — 1926 гг. Квасников Николай Ванифатьевич» (Ф. А-539. Оп. 1. Д. 2827. Хронологические рамки: 1951 — 1962 гг.) содержится информация о трудовом пути Н. В. Квасникова. После расформирования ЧОН и победами над бандами,

Николай Ванифатьевич сменил много мест работы: 1924 — 1926 гг. — завед. Совхозом Аткарского земуправления; 1926 — 1929 гг. — секретарь ячейки ВКП (б) промкомбината г. Аткарск; 1929 — 1930 гг. — кладовщик мельницы; 1930 — 1933 гг. — председатель артели «Ломовой извозчик»; 1933 — 1934 гг. — инспектор РайКК РКИ; 1934 — 1935 гг. — инструктор райисполкома; 1936 г. — председатель райсовета ОСОАВИАХИМа; 1936 — 1938 гг. — инструктор райисполкома.

В голодные 1930-е годы Николай Ванифатьевич обменял свои ордена на бутылку подсолнечного масла.

В конце 1930-х годов погиб Анатолий. Старший сын Николая Ванифатьевича и Пелагеи Ильинишны в 20-е годы закончил институт во Владикавказе по металлургии и металла, был директором золотодобывающего комбината в Дарасуне Челябинской обл. После обвинения «врагом народа», застрелился, оставив записку: «Родина, партия, я ни в

чем не виноват!»

В должности заведующего механической мастерской Н. В. Квасников застал начало Великой Отечественной войны. На фронт ушли два сына: Александр и Геннадий.

1942-ой год: пропал без вести Геннадий (санинструктор, был разбомблен эшелон); пришла похоронка на Александра. Николай Ванифатьевич велел жене спрятать документ, на войне всякое бывает. Александр вернулся инвалидом. Из Наградного Листа:

«Политрук Квасников Александр Николаевич, являлся Уполномоченным ОО НКГБ при 76 Отдельной Действующим лыжным батальона 30 Армии Калининского фронта, в боях за деревню Белокино Ленинградской Области, 42 года, был тяжело ранен тремя пулями в живот. Инвалид 3 группы, работает при НКГБ ст. Аткарск уполномоченным. Достоин награждения орденом Отечественная война 2-й степени».

1944-ый год: умерла дочь Александра Николаевича. Из воспоминаний Анатолия Александровича Квасникова: «Когда родилась внучка, дед Николай был влюблен в женщину по имени Роза, но безуспешно. И он зарегистрировал девочку как Розу, без разрешения мамы и папы». Розе было 8 лет: упала, ударилась плечом, ее ошибочно лечили от малярии. Когда девочка попала к хирургу, был гной в руке, провели операцию, но она умерла от заражения крови.

1942 — 1943 гг.: Николай Ванифатьевич — ст. комендант ж.д. училища; 1943 — 1944 гг. — охранник маслозавода; 1944 — 1946 гг. — сборщик золы маслозавода; 1946 — 1950 гг. — пенсионер; 1950 — 1951 гг. — сторож хлебокомбината.

Анатолий Александрович запомнил деда таким:

«героический дедушка был», «голос имел командирский», «на пенсии Николай Ванифатьевич рассказывал сказки ребятишкам на улице, он знал очень много сказок, в том числе произведения Льва